Часть 42. «Ночь, когда судьба перестаёт ждать»

Ночь перед свадьбой Во дворце Хрустального Токио стояла тишина, слишком плотная для праздника. Свадебные залы были готовы, цветы сияли кристаллической пыльцой, музыканты ждали утра — но в комнатах двух невест не было покоя. Хотару сидела на краю кровати, сжимая в пальцах ленту от платья. Сатурн. Она чувствовала его. Не как силу — как дыхание за спиной. — Если я стану королевой… — прошептала она. — Мир снова окажется под угрозой. Она поднялась и тихо подошла к окну. И вдруг приняла решение. Пока не стало поздно. Через несколько коридоров Сецуна стояла у открытого портала времени. Он был мал, почти незаметен — но она могла бы уйти. Спрятаться между мгновениями. Оставить Тайки, оставить Плутон, оставить корону. — Так будет безопаснее, — сказала она себе. Но сердце болело так, словно его вырывали. Они встретились в одном коридоре. Хотару с плащом на плечах. Сецуна с уже открытым разломом времени. Обе всё поняли без слов. — Ты тоже? — тихо спросила Хотару. Сецуна кивнула. — Мы боимся не свадьбы. Мы боимся того, что проснётся. В этот момент появился Ятен. — Хотару? А следом Тайки. — Сецуна… Девушки замерли. — Вы собирались уйти, — не вопрос, а утверждение. Хотару разрыдалась. — Я не хочу снова быть оружием! — А я не хочу, — сказала Сецуна, — чтобы из-за меня рушились эпохи. Ятен взял лицо Хотару в ладони. — Ты — не конец мира. Ты — его шанс пережить конец. Тайки подошёл к Сецуне и осторожно закрыл портал. — Если Плутон проснётся, я буду рядом. Если время дрогнет — мы встретим это вместе. Долго. Очень долго они стояли так. Пока страх не стал тише. Свадьба Солнечный зал Хрустального Токио был полон света и лепестков. Королевы сидели в первом ряду: Усаги с двумя крошечными дочерьми на руках, Минако, Рей, Ами, Мако, Харука и Мичиру. Лорды стояли позади — напряжённые, но счастливые. Музыка стихла. Первыми вошли Тайки и Ятен — в королевских плащах, но с лицами влюблённых, не правителей. А потом зал затаил дыхание. Хотару шла под руку с доктором Соичи Томоэ. Он был слаб, но глаза его светились. — Я не был тем отцом, которого ты заслуживала, — сказал он тихо, останавливаясь перед Ятеном. — Но я благословляю тебя быть тем, кто защитит её от одиночества. Он вложил руку Хотару в руку Ятена. Сецуна вышла одна — достойно, спокойно. Но Тайки видел, как дрожат её пальцы. — Ты не обязана быть вечной стражницей сегодня, — прошептал он, когда она подошла. — Сегодня ты — моя. Клятвы были тихими. Без громких слов. — Я выбираю тебя, даже если мир дрогнет. — Я останусь, даже если время треснет. — Я буду твоим домом. Когда Хотару и Ятен поцеловались… Когда Сецуна и Тайки соединились в первом поцелуе… Небо потемнело. Над Хрустальным Токио появились две огромные сферы. Сатурн. Плутон. Они сияли, будто только что проснулись после вечного сна. Континенты медленно проступали сквозь тьму. Атмосферы закручивались. Магнитные поля возвращались. — Нет… — выдохнула Хотару, побледнев. Сецуна схватилась за сердце. — Они всё-таки… — прошептала она. Усаги поднялась. — Планеты откликаются на сватьбу, — тихо сказала она. — Это неизбежно. Харука нервно усмехнулась: — Ну конечно. Почему бы и нет. Конец света в качестве свадебного салюта. Мичиру сжала её руку. Лорды переглянулись — уже оценивая угрозу. Тайки притянул Сецуну к себе. — Это не катастрофа. Это — начало. Ятен прижал Хотару. — Ты не одна. Даже если это Сатурн. Хотару смотрела на пробуждающуюся планету — и слёзы катились по её щекам. — Я хотела просто быть девушкой… — Ты ею и будешь, — сказал Ятен. — Даже если мир теперь знает тебя как королеву. Над ними восставали две последние планеты Солнечной системы. И судьба снова начинала писать новую главу.