Глава 5: Слишком горячо в источнике

      Сказать, что жизнь в горах стала для Сайлуса невыносимой, было бы преуменьшением. После того, как он впервые пришел на гору и обнаружил, что она пропитана ароматом твоего возбуждения, проникающим в каждый уголок, он больше не знал, как вести себя рядом с тобой. Даже когда ты не была возбуждена, он все еще мог отчетливо вспомнить этот запах, слышать твои стоны, и это сводило его с ума.                     Он ни в коем случае не был зол. Нет. Он боялся, что в один прекрасный день все закончится тем, что он прижмет тебя к стене и будет безжалостно трахать. Раньше ты казалась ему прелестным маленьким сокровищем, но теперь он не мог сосредоточиться рядом с тобой. Сама мысль о тебе была такой пьянящей, лишая всякого здравого смысла. Как будто тот день открыл в нем нечто такое, чего он уже не сможет вернуть.              Все, наконец, достигло апогея одним туманным утром, когда он решил искупаться в горячих источниках. Он был уже на полпути к месту, когда уловил твой запах. Само по себе это не являлось бы проблемой, но на этот раз это был не твой обычный запах. Это снова было твое возбуждение.                     Действительно, драконье обоняние оказалось и благословением, и проклятием. Отлично подходит для выслеживания еды и врагов, а так же тебя, когда ты терялась в туннелях. Но теперь это было настоящим бедствием.              Разум подсказывал ему развернуться и уйти. Ему и так было трудно сохранять рассудок рядом с тобой. Ему не нужно было искушать судьбу, приближаясь к тебе, когда ты возбуждена. Но слушались ли его ноги? Нет. Они принесли его прямо к горячим источникам, где твое обнаженное и мокрое тело нежилось в горячей, наполненной паром воде.       Он остался у входа, глубоко вцепившись когтями в стену, чтобы не потерять связь с реальностью. Ты приятно мурлыкала, запах твоего возбуждения становился все сильнее с каждым звуком. Он немного понаблюдал и понял, что одна из твоих рук находится под мутной водой. Ты снова прикасалась к себе.                     Это постоянное напряжение вокруг тебя должно было так или иначе прекратиться. И, к чертям собачьим, он собирался посмотреть, сможет ли обратить это в свою пользу.                     Он стоял и наблюдал, ждал, пока ты будешь доводить себя до изнеможения. Твои глаза закрылись в экстазе, а рука двигалась все быстрее и быстрее. Ты была близка. Так близка.              Сайлус со скрежетом оторвал когти от стены, и ты резко открыла глаза, когда Сайлус зашел на выступ. Твои глаза расширились, и ты погрузилась в воду по подбородок.                     — О, здравствуй, — прочистила ты горло. — Я не ожидала, что ты будешь здесь так рано.                     Твои глаза скользнули к полотенцу, обернутому вокруг его бедер.                     — Я, эм, я пойду, — сказала ты.       — В этом нет необходимости, — Сайлус знал, что искушает судьбу, но не мог остановиться. Ты отвела взгляд, когда он отбросил полотенце и вошел в горячий источник рядом с тобой.              Ты прижалась к противоположному краю источника, скрестив руки на груди. Как только он оказался в воде, ты вновь глянула на него.              — Правда, господин, я здесь уже довольно давно. Я могу уйти.                     — Если ты желаешь уйти, то можешь, — сказал он.                     Ты огляделась, уставившись на место рядом с собой, где оставила свое полотенце.              — Эм, можешь закрыть глаза?              — Нет.              — Сайлус!              Он знал, что действует тебе на нервы, когда ты отбрасываешь титул и просто называешь по имени. Это заставило его ухмыльнуться.                     — Тебе нечего стыдиться. Обнаженное тело — это совершенно нормальное явление. Никто не осуждает оленя за то, что он не носит одежду.              — Это потому, что он животное.                     — И мы тоже. Сознательное мышление не отменяет того, что у нас есть инстинкты. Мы жаждем еды, когда голодны, помощи, когда ранены, и компаньона, когда одиноки. Это самое звериное, что может быть.                     Ты застонала.                     — Ну, в отличие от животных, и, я полагаю, драконов, у людей есть определенная потребность в уединении, когда дело касается их обнаженных тел. Так что, пожалуйста, закрой глаза.              — Не стану.              Ты фыркнула, оставив эту тему. Казалось, ты намерена переждать его. И все ради чего? Чтобы он не увидел тебя обнаженной? Конечно, он тоже не был уверен, как отреагирует на это, но некоторые твои странности казались ему необычными. Почему люди так скрытны в отношении своих тел? Это была просто еще одна часть их общества, которую он не до конца понимал.              — Если ты не собираешься уходить, то можешь снова намылить мои волосы, — сказал он. Он видел, как расширяются твои глаза, как ты крепче обхватила себя руками.       — Я все еще голая!       — И тебя это действительно беспокоит? Ты думаешь, я собираюсь что-то с тобой сделать? — ну, в конце концов, он может что-то с тобой сделать, но у него было ощущение, что ты, возможно, не будешь сильно возражать, если он это сделает. Не будешь, если судить по той новой волне возбуждения, которая поднялась вокруг тебя.              — Нет, но…       — Тогда проблем быть не должно. Иди сюда, — он вытянул свой хвост, чтобы обвить твое тело, притянуть ближе.              Ты удивленно вскрикнула, вода вокруг покрылась рябью, когда тебя притянули. Сайлусу пришлось стиснуть зубы от еще одного свежего аромата твоего возбуждения. Ты закатила глаза, но он заметил, что тебе нравится, когда он вот так дергает тебя. Он так много узнавал о тебе.       Он повернулся к тебе спиной, чтобы у тебя была хоть какая-то доля уединения. Тебе пришлось опуститься на колени, чтобы дотянуться до его волос, и он мог сказать, что из-за этого верхняя часть твоего тела оставалась открытой воздуху. Все, чего он хотел, — это повернуться и получше рассмотреть твое тело, увидеть, как твои соски затвердевают на прохладном горном ветру. Черт, у него потекли слюнки при одной мысли об этом.       Глубокий вдох. Контроль. Не пугай ее.              Ты взяла мыло и принялась мыть его волосы, как и в прошлый раз. Твои руки казались божественными, такими нежными на его коже головы. Блять! Он хотел чувствовать твои прикосновения по всему телу.                     Не задумываясь, он откинулся назад, прислонившись головой к твоей груди. Он слышал, как твое сердце бешено колотится у него за ухом. Ты не остановилась. Твои руки двинулись выше и обвили область его рогов. Он сделал глубокий вдох, и от этого ощущения по его телу пробежала волна возбуждения, прямо к члену. Хорошо, что вода была такой мутной, что не было видно, насколько он возбужден в этот момент. Ситуация не улучшилась от того, что с каждым легким вздохом удовольствия, вырывавшимся у него, росло и твое возбуждение. Это затуманивало его голову от желания. Если он не будет осторожен, то совершит что-нибудь безрассудное.              Ему нужно было взять себя в руки, прежде чем он сорвется.              — До меня дошло, что, несмотря на свободу, которую я тебе дал, я все равно кое-чего тебя лишил, — сказал он.       Ты запрокинула его голову назад, чтобы промыть волосы.                     — О чем ты говоришь?              — С другой стороны, — продолжил он, пытаясь сдержать рык в горле, — ты, вероятно, была обделена с тех пор, как все молодые люди ушли сражаться на войну за короля.              — Ты можешь говорить прямо?              Что ж, теперь этого не избежать. Либо так, либо эдак.                     — Ты знаешь, что у драконов уникальное обоняние? Когда люди говорят, что мы чувствуем запах страха, это не миф. Но мы можем чувствовать и многие другие вещи.                     — Какое это имеет отношение к происходящему?              — О, мой дорогой блуждающий огонек, — ухмыльнулся он, — ты хочешь знать, что я чувствую прямо сейчас? Твое желание.       — Что?       — Это сильный и пьянящий аромат. На днях я вернулся в горы, и в тоннелях было душно от этого запаха.              — Должно быть, ты учуял что-то другое, потому что я...              — Здесь нечего бояться, — он наконец повернулся, но ты уже вновь погрузилась в воду. — Я не осуждаю. У тебя есть желания, как и у любого животного, в этом нет ничего постыдного. Я чувствую этот запах сейчас. Пар не может его скрыть. Он исходит от тебя, как аромат духов.              Он приближался, ты была прижата спиной к стене, а он нависал над тобой. Он наклонился к твоей шее и глубоко вдохнул.                     — Опьяняюще. Даже сейчас я чувствую, что этот запах становится все сильнее и сильнее.       — Сайлус…                     — Я не дал тебе закончить раньше, так что ты можешь сделать это сейчас, пока не взорвалась.              Ты высоко подняла подбородок, пытаясь проявить хоть какой-то контроль над ситуацией.                     — Причина, по которой я собираюсь взорваться, заключается в том, что ты говоришь со мной об этом. Если ты все время знал, почему не сказал мне раньше?       — Так веселее. А теперь, что ты собираешься делать? — он откинулся назад ровно настолько, чтобы заглянуть тебе в глаза, твои зрачки широко расширены. — Ты собираешься закончить сама, как, я знаю, ты желаешь, или убежишь обратно в свою комнату? Запах в любом случае не исчезнет, пока твое тело не избавится от этого ощущения.              Он видел, что ты колеблешься. Твоя инстинктивная реакция — бежать, но твой прелестный маленький мозг не мыслил рационально. Он знал, чего ты хочешь. Он знал, что идея интригует тебя. Ты хотела прикоснуться к себе. Тебе нужно было прикоснуться к себе, и это сводило тебя с ума.              — Я… я сделаю это сама. Но ты должен уйти, — ты отвернулась от него.              — Почему? — он схватил тебя за подбородок и повернул к себе.              — Потому что я не буду трогать себя у тебя на глазах!              — Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе? — спросил он. От тебя исходило еще больше удовольствия, и его глаза закрылись, пока вдыхал запах. Блять, он так возбужден. — Эта идея тебя заинтриговала.                     — Прекрати меня обнюхивать! — ты оттолкнула его лицо.                     — Невозможно не почувствовать этот запах, — он схватил руку, которая отталкивала его, и слегка прикусил твои пальцы. — Итак, ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, или ты сделаешь это сама?              — Ты думаешь, я подпущу эти когти? — ты посмотрела на его руки.              — Ах, это, — Сайлус сосредоточился, броня и когти на его руке втянулись, обнажив обычную человеческую кисть. Черт побери. Была причина, по которой он никогда этого не делал, и она заключалась в том, что это чертовски больно. Но если это означало, что он сможет погрузить руку в твое лоно, это была бы боль, которую стоит пережить.       Ты наблюдала, как когти втягиваются в броню его руки, и нахмурилась.                     — Если ты мог делать так все это время, тогда почему я мыла твои волосы?              — Потому что это требует много энергии, — тебе незачем знать, насколько это больно. — Но сейчас речь не обо мне, а о тебе. Теперь ответь на вопрос. Ты касаешься себя или собираешься позволить мне?                     Ты выскользнула из его хватки и прижалась к противоположной стене. Ты стояла к нему спиной, лицом к стене, и на мгновение он испугался, что ты уйдешь. Но улыбка чуть не разорвала его лицо, когда он увидел, как одна из твоих рук исчезла под водой.              Храбрая девочка.                     В течение минуты он наслаждался запахом и зрелищем, открывшимся перед ним. Хоть ты и стояла спиной, он мог видеть, как напрягались твои мышцы, когда ты приподнималась все выше. Ты пыталась сдержать стоны, но не могла остановить тихое мурлыканье и кроткие вздохи удовольствия.              Сайлус больше не мог этого выносить. Его член жаждал прикосновений. Поэтому он взял его в руку и начал ласкать себя, все время наблюдая за тобой.              Он громко застонал, когда его член, наконец, получил некоторое облегчение, и ты повернула голову, чтобы посмотреть на него. Он поймал твой взгляд, и ты попыталась отвернуться, но он не собирался этого упускать.                     — Не отворачивайся. Смотри на меня.                     Ты оглянулась на него.                     — Это приказ твоего хозяина. А теперь повернись ко мне лицом.                     Если бы ты ослушалась, он был бы разочарован, но настаивать бы не стал. Поэтому он был очень рад, когда ты повернулась. Одна рука прикрывала твою грудь, а другая играла с твоей промежностью. И все это время ты смотрела на него. Твои глаза скользнули вниз, туда, где в воде, как ты знала, он ласкал себя.              Запах твоего возбуждения был настолько сильным, что он задавался вопросом, не останется ли он навсегда. Ты была близка. И осознание того, что он наблюдает, как ты доставляешь себе удовольствие, только сильнее заводило тебя. Ему хотелось что-то сказать. Подбодрить тебя. Сказать, чтобы ты продолжала, пока, наконец, не кончишь. Но он сдержался. Возможно, в другой раз.              Твои попытки скрыть стоны удовольствия иссякли, и ты позволила им вырваться наружу. Сайлус хотел проглотить все до единого. Он стиснул зубы, конец был почти близок, но будь он проклят, если кончит раньше тебя.                     Твое дыхание стало более поверхностным, голова откинулась назад, глаза закрылись, когда ты приблизилась к развязке. Ты перестала пытаться защитить скромность своей груди, вместо этого потягивая и пощипывая чувствительные соски. Он представлял, как берет одну из этих грудей в рот, дразня языком сосок, пока тот не превратится в твердую вершинку. Затем он потянул бы его зубами и наблюдал, как ты стонешь и извиваешься для него.              Ты прикрыла рот рукой, заглушив последний резкий крик, когда кончила. Сайлус был недалеко и кончил буквально спустя мгновение.              Ты сползла по стене, пытаясь отдышаться, твое тело слегка дрожало после оргазма. Адом можно поклясться, ты была прекрасна, когда кончила.              — Ну вот, — сказал он, — разве не стало лучше?              Ты резко повернулась к нему, вспомнив, что он все еще здесь, с тобой.                     — Это... это исключение! Такого больше не повторится!              — Как скажешь, — он прислонился к стенке источника. — Но если ты когда-нибудь решишь, что тебе нужен партнер для подобных занятий, я буду рад оказать такую помощь.              — Ты… ты… — ты схватила кусок мыла и швырнула в него. Сайлус был настолько потрясен, что потянулся, дабы поймать его, вытянув руку вверх. Ты воспользовалась моментом, когда он отвлекся, выскочила из горячего источника и побежала обратно внутрь горы.                     — Что ж, все прошло лучше, чем ожидалось.