Часть 3

      Среда началась с утреннего серого света, пробивающегося сквозь завесу облаков. Вишенка вышла из дома, оставив трусость и страх в комнате. Они её подождут до вечера вместе с апельсиновым соком. Удивительно, как много в Форксе серых оттенков. Может быть для развлечения присваивать им специальные названия? Вот сегодня, по мнению Мари, идеально подходит погоде титул «Мышиная грусть». Кирсанова решительно настроена и сегодня не поддаваться обаянию вампиров. С собой наличкой было ровно столько, сколько стоили два тюбика мази. Совесть грызла из-за чужой траты на неё. Если откинуть все условности про книгу и личности героев, то остаются обычные подростки, чужие люди, которые ей ничего не должны. Ну вот не в культуре поведения местной молодёжи за простое столкновение в коридоре оставлять пакет с медикаментами на пороге одноклассницы, с которой они познакомились пару день назад. С каждым шагом по мокрой плитке, покрытой мхом и опавшими листьями, к машине, Мари ощущала, как её поступок отдать деньги растёт. Мысль казалась абсолютно правильной. Естественно отдала она всю сумму по итогу Элис. Каллен некоторое время пыталась отказаться, возразить, что это вина Эдварда, соответственно, ему и платить. Но в какой-то момент замерла и смотрела немигающем взглядом в окно позади Мари и приняла деньги. На памяти Кирсановой, это уже второй раз, когда Каллен ведёт себя необычно. Зависает во время разговора. Впрочем, Мари всё равно. Главное — совесть чиста, и миссия выполнена.

***

      Четверг пришёл с ещё более сильным дождём. Мари затянула вишнёвые волосы в пучок, обула синие резиновые сапоги и с боевым настроем отправилась в школу. Сегодня серость присвоена категория «Каша из серой овсянки». Почему так? Просто ассоциация девушки, стоило ей увидеть плавающую грязь в лужах. Вообще, нужно отметить другое! Кирсанова успешно не влипает в ситуации с Калленами и Хейлами. Нужно продержаться ещё два дня, а там и выходные, и семейный пикник в лесу. Как говорится, не буди лихо, пока тихо. Вот и Мари лишний раз на глаза семейству не попадается. На уроках с Джаспером и Элис сидит, смотря то на учителя, то вновь занимаясь написанием романа.

***

      В пятницу тучи начали рассеиваться, и Форкс наполнился свежим ароматом земли и зелени. Наконец-то солнышко! Сейчас девушка искренне радовалась ему, хотя больше предпочитает именно дождь и туман. Погода получила гордое звание «Подсолнух». Летучие мышки останутся в своей пещере, и можно без дополнительных усилий провести день в школе. Сколько счастья и радости переполняли Мари в тот день! Она вся светилась изнутри и даже села в обед за одним столиком с компанией Джессики. Смеялась порой над пошлыми шутками парней. Дома ложилась спать с предвкушением и заведённым будильником на семь утра. Их традиционный семейный пикник один раз в две недели определённо пройдёт прекрасно.

***

      Мари сидела в машине, её сердце наполнялось предвкушением. Свет солнца пробивался сквозь листву, создавая золотистые блики на стекле. Она смотрела на пейзажи за окном автомобиля, сверкающие, как драгоценные камни, и вдыхала свежий, насыщенный аромат хвои. Впереди сидели родители. Кирсанова чувствовала, как её душа наполняется радостью, а мысли о грядущем веселье и приключениях заставляли её улыбаться. Наконец-то день вдали от школы, от подростков и от вампиров. Ветер нежно трепал вишнёвые волосы, разнося по салону цветочный аромат духов и нового шампуня с миндалем.       — Майкл, мы проехали поворот. Я тебе точно говорю, что помню тот знак ещё. Осторожно дикие звери.       — Мы не проехали. Он ещё впереди. Это новый поставили мы с ребятами. Вот, видишь? — Майкл сворачивает в лес и показывает пальцем на желто-белый знак.       — Тут ещё царапина сбоку уже много лет. Мы ещё подростками были, а она была. Ну, Анни, помнишь? После выпускного ты у этого знака ещё тан..       — Молчи! Нельзя детям такое знать! — смущённо закрывает рот мужа рукой. Удачно Мари сняла наушники. Отец подмигивает ей в зеркало заднего вида. Он потом, наедине расскажет этот факт из биографии её матери. Полчаса по ухабистой дороге и они на месте. Майкл расправлял серый плед на зелёной травке, слегка влажной после утренней росы. Анна с особым вниманием перфекциониста раскладывала угощения из корзины: сэндвичи с сочным куриным мясом, свежие фрукты и бутылки с домашним лимонадом, который они приготовили вместе накануне. Каждый элемент был выбран с заботой о вкусах каждого члена семьи, чтобы никто не остался голодным.       — Мам, а газета? Ты обещала. Вчера говорила что-то об информации, которая не вошла в выпуск, — напоминает Мари. Женщина обещала ей отдать в субботу новостную газету. Да, выпуск вышел ещё вчера. Однако в него не вошло довольно много информации. И эта информация была как раз таки о Калленах. Анна протягивает дочери обычные распечатки текста. Черновики.       — Сразу скажу, там нет скандалов, интриг и расследований. Вполне обычная семья. Доктор Каллен большой души человек, как и его жена. Подарить приёмным детям настоящую семью не каждый сможет. Да что уж там, вообще единицы согласятся взять в семью не своего ребёнка! — Кирсанова старшая явно восхищалась Калленами.       «Знала бы ты, кто они такие, мамуль». Мари кивает. С листами удобно устраивается попой на пледе, а спиной упирается в дерево и приступает к чтению. Всё равно папа ушёл смотреть какие-то следы животных. Без него они кушать не будут. Значит есть около двадцати минут. Что ж. Мари не узнала ничего нового. Семья приехали с севера. Карлайл и Эсми стали приёмными родителями. Всё семейство очень красивые люди. Были комментарии издательства, включающие ссылки на модельные агентства, где мы молодые люди и леди могли бы реализовать свой потенциал. Фотографии семьи были только свежие. Старых не было.       «Оно и понятно. Они такими были и сто, и двести лет назад. Интересно, потребуют ли убрать из газет все фото. Им тут максимум лет на десять можно задержаться. Городок маленький. Соответственно имеется большая вероятность сохранения фотографий необычной семьи». Мари беспокоилась за маму. Ведь она ответственная за издание. Дальше Форкса газета не уйдёт. Но ведь у подростков есть знакомые и друзья из того же Порт-Анджелеса. Вряд-ли кто-то из болтливых сплетниц воздержится от желания похвастаться перед другими о том, какие горячие парни с ними вместе учатся.       «Будем действовать по мере наступления проблемы. Мамуля у меня боевая, а у папы в сейфе дробовик». В черновике была также сводка о любителях нарушения скоростного режима за чертой города. Ну конечно, вампиры любят новые машины и непрочь погонять наперегонки. Бедный шериф Свон.       — Девочки мои! Смотрите, кого я встретил, — доносится до слуха Мари радостный восклик отца. Девушка поднимает голову. Голубые глаза распахиваются в удивлении и обречённости одновременно. Каллены. Это Каллены и Хейлы. А если быть точнее, то Карлайл, Джаспер, Эсми и Розали. Просто шик и блеск. Благо хоть рядом нет Эдварда и можно думать без опасения. Дожили. Теперь приходится и за собственными мыслями следить. А они, между прочим, даже по закону не привлекаются к ответственности.       — Добрый день. Вы видимо наши новые жители. По вам сразу видно, что вы не отсюда. Я Анна Кирсанова, главный редактор и журналист газеты Форкса. Очень приятно познакомиться. Вы просто невероятные родители, — Анна с искренней радостью подходит в тень деревьев к мужу и гостям. Раздаётся мягкий мужской смех. Такой от которого невольно возникает желание улыбнуться в ответ и составить компанию в бесцельном разговоре. Голос Карлайла действительно умиротворяющий.       — Всё верно, миссис Кирсанова. Ваша статья в газете заслуживает похвалы. Когда вы только успели собрать информацию о нас? И я удивлён. Вы ничего не исказили и не добавили от себя нелепых утверждений.       — Вы настоящий журналист, а ваш муж отличный рейнджер. Мы выбрались на прогулку. Стоило сделать пару шагов, как Майкл нас вычислил, — подхватила разговор Эсми, держась за согнутый локоть своего мужа.       — Для журналиста самое ценное - получить восторженный отзыв от кого, о ком пишешь. Вы преувеличиваете о моей скромной работе, — поблагодарила сдержанно Анна, но глаза её светились. Приятно слышать лестные слова. Розали держалась в стороне. Она лишь вежливо улыбнулась, когда взгляд кого-то из чужаков устремился на неё. Джаспер с ухмылкой поглядывая на Мари. Девушка встала рядом с мамой. Будет грубо проигнорировать семейство, когда они все пришли.       «Они ведь могли скрыться в лесу. Убежать в другую сторону. Затаиться на деревьях. Какого чёрта они в солнечный день вышли на контакт с человеком». Белые пушистые облака медленно плыли по небесному своду, словно мягкие ватные коврики, укрывающие яркое солнце. Их нежные формы, переливаясь на фоне голубого неба, постепенно сгущались, затмевая свет и создавая атмосферу таинственного полумрака. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь облака, превратились в мягкие золотистые блики, но вскоре и они исчезли, оставив мир в легкой полутени. М-да. Почему такие красивые образы и слова для описания приходят на ум непосредственно рядом с опасностью для жизни? Вот и Мари не понимает почему. Её муза слегка драматичная особа. Перед возможной смертью выдавать стол красивые строки, стоило только Кирсановой взглянуть на небо.       — Это ваша дочь, Мари, верно? Мои дети говорили о ней. Элис восхищается её способностью писать и пророчит ей писательскую признательность и будущее в мире творчества, — переводит тему Карлайл. Мари растерялась и может только скромно кивнуть под взглядами сразу четверых вампиров. Неожиданно. Ей никто и никогда прямо не говорил о будущей профессии. Да, родители хвалят сочинения и эссе, но они не читали её романы и не воспринимали её хобби, как способ заработать деньги. К словам доктора захотелось прислушаться. Он упоминул Элис, которая видит будущее. Может быть это не простая похвала, а предсказание стать знаменитым автором, если Мари продолжит следовать своему пути.       — Нам бы и самим хотелось почитать её творения для начала. Вишенка - скромница. Она не даёт читать, пока не напишет всё. Вот уже как два года я слёзно умоляю хотя бы дать мне взглянуть на первую главу, но получаю всегда отказ, — тяжело вздыхает и наигранно хватается за грудь Майкл. Эсми и Анна мягко смеются.       — Не хотите ли к нам присоединиться на пикнике? У нас достаточно еды и напитков, — делает предложение женщина. Семейство переглядывается.       — Мы утолили голод около получаса назад и вынуждены поблагодарить и отказаться от вашего щедрого предло..       — Там кролик! — Мари вооружается своим фотоаппаратом и бежит в сторону больших валунов, покрытых мхом, благодаря судьбу за подаренный шанс сбежать из общества кровосись и лживых подражаний образу людей. Кирсанова до жути больная до природы и милых пушистых зверей. Её хлебом не корми, да пофотографировать пейзажи для использования в дальнейшем при описании окружения в историях. Девушка забирается на поваленное массивное дерево, перепрыгивает через камни и оказывается на ветке сосны. Отсюда открывается вид на небольшой ручей, кусты черники и трех очаровательных кроликов. Кирсанова делает снимки, мастерски избежав общества гостей. Да, это, пожалуй, был весьма некультурный поступок вот так вот прерывать разговор, но внутреннее спокойствие ценнее. Наклонилась чуть вперёд, ведомая хорошим кадром и оступилась. Стопа упала в пустоту. Не успела девушка вскрикнуть и осознать всю ситуацию, как её кто-то перехватил за талию и плотно прижал к себе.       — Осторожнее. Если свою жизнь не ценишь, то хотя бы у родителей себя не отнимай, — раздалось рычание Розали. Мари сглотнула ком в горле. Нажала на кнопку. Ещё один снимок готов.       — Спасибо за спасение. У тебя настоящий цвет волос? И духи такие вкусные. Сирень и ваниль? Необычные сочетание, — привычно тараторитла всё, что идёт в голову, дабы не выдать собственный страх. Розали выгибает бровь.       — Ты только что чуть не упала с высоты шести метров и спрашиваешь про цвет волос? Ненормальная, — шипела не хуже змеи красавица.       — Хехехе, как же неловко получилось. В следующий раз буду осмотрительнее. Честно-честно. Ты тут так быстро оказалась. Тоже решила посмотреть на кроликов? Правда же они милашки, — пододвигается назад, соприкасаясь спиной с чужой грудью. Как-то резко пришло осознание высоты. И голова что-то закружилась, и ножки задрожали. Леди вампир с превосходной реакцией и силой сейчас казалась надёжным спутником.       «Мари, ты ненормальная. Права Розали. Кролики для неё еда. Я для неё еда. Как она оказалась рядом? Конечно же с помощью скорости. Дура, молчи, пожалуйста. Просто молчи». Сама себе мысленно даёт наставления и старается успокоить бьющиеся в груди сердце.       — Я шла прямо за тобой. В этой части леса, довожу до твоего сведения, обитают пумы. Свирепые хищники. Не стоит отходить от своего отца. Он хотя бы знает, как с животными бороться. А ты стала бы для них неплохим обедом, — фыркает красавица.       — Мы не знакомы так хорошо, как хотелось бы. Мы впервые говорим и впервые остались наедине, — издалека начинает Кирсанова. Голубые глаза в страхе мечутся.       — Говори прямо уже! — не выдерживает Хейл.       — Спустименяотсюдапожалуйста! — в одно слово сливается предложение. Розали тяжело вздыхает. Подхватывает на руки Мари, будто та ничего не весит.       — Глаза закрой. Не хватало мне ещё, чтобы ты потеряла сознание, пока мы будем спускаться. Вот и какого чёрта я пошла за тобой. Кирсанова зажмуривается. Через пару минут оказывается ногами на земле. Открывает глаза и с нескрываемой благодарностью смотрит на удаляющуюся блондинку.       — Спасибо! Хейл кивает. К слову, спускались они медленно тем же путем, каким Мари залезала. Это был самый яркий момент пикника. Больше ничего такого не произошло. Джаспер держался на расстоянии. Карлайл и Эсми говорили в основном с родителями вишенки, а Розали периодически подсматривала в записи Мари. Кирсанова сделала перерыв на мамин сендвич и лимонад из апельсинов, после продолжив писать роман. Она не замечала, как Хейл вчитывалась в строки и с интересом ждала, пока человек напишет дальше что-нибудь. Две семьи вместе ещё погуляли по тропинкам. Майкл с удовольствием показывал новеньким красивые места и рассказывал свои интересные случаи с работы. Душа компании мужчина, в общем. Распрощались на том, что Майкл пригласил Карлайла на рыбалку, а тот пообещал подумать. Мари ощущала, как её провожали две пары медовых глаз. Семейный пикник вышел необычным. Ей показалось, или Розали была весьма дружелюбной, а Джаспер не нарушал личных границ? Нет, бред какой-то. Ещё чего не хватало ощущать себя главной героиней, перед которой все злодеи становятся пушистыми котятами. Эта была банальная вежливость. Мари была с родителями. Они были с родителями. Просто показали себя с хорошей стороны, как и полагается детям. На этом мысленно Кирсанова согласилась сама с собой и укуталась поплотнее в одеяло.       — Можно вас хотя бы во сне не будет.. — сонно прозвучали последние слова, перед тем, как девушка отправилась в мир грёз.