Глава 27:Возвращение Бродяги

После обеда студенты рассаживались вновь послушать книгу о Гарри Поттере,сам главный герой данной книги спокойно вставал из-за стола Гриффиндора и садился рядом с друзьями. Не хватало Литы и Тео:Лита была в библиотеке,а Пэнси отправила Тео с едой для подруги. Они спокойно вошли в зал и сели на тот же диван. — Нашла что-нибудь? — спросила Пэнси. — Вообще ничего, — покачала головой Блэк. Книгу взял сам Гарри Поттер и начал чтение: «Глава 27 Возвращение Бродяги» — Куда? — Ты вылечился? — Не знаю, Меда. «Март выдался сухой и ветреный. Сов сносило порывами, они сбивались с курса, и почта приходила с опозданием.Последние два урока в пятницу — уроки зельеварения, и обычно Гарри угрюмо плёлся вниз по каменным ступеням в подземелье профессора Снегга.У дверей класса сбились в кучку Малфой, Крэбб с Гойлом и Миллисентой Булстроуд со своими подружками из Слизерина. Они вместе что-то разглядывали и громко смеялись. Миллисента высунулась из-за толстого плеча Гойла и задорно глянула на Гарри и Гермиону. — Глядите-ка, наши голубки идут! — хихикнула она, и кучка слизеринцев распалась. У Булстроуд в руках оказался журнал «Ведьмин досуг», его-то они и читали. На обложке красовалась какая-то кудрявая ведунья, улыбалась во все тридцать три зуба и держала волшебную палочку над пирогом. — На-ка, Грэйнджер, почитай, тебе понравится, — крикнула Миллисента и швырнула журнал Гермионе, та вздрогнула от неожиданности, но поймала. Дверь подвала распахнулась, показался Снегг и махнул им, чтобы заходили.» — Мда,теперь и тебя анархистку-нигилистку буллят, — хмыкнул Люциус. — Лично мне всё равно, — пожал плечами Регулус. «Гарри Поттер мальчик необыкновенный, но как все мальчики его возраста испытывает муки юности. Рано потерявший родителей и лишённый родительской любви, он думал, что обрёл утешение в своей школьной подруге Гермионе Грэйнджер. Но догадывался ли он, что очень скоро ему придётся перенести новый удар судьбы и новую утрату? Мисс Грэйнджер родилась в семье маглов, это простая, но амбициозная девочка. Её тянет к знаменитостям, и одного Гарри Поттера ей мало. На Турнир Трёх Волшебников в Хогвартс приехал Виктор Крам, ловец сборной Болгарии, триумфатор недавнего Чемпионата мира, и мисс Грэйнджер тут же и его поймала в свои сети. Она его просто покорила, и он уже пригласил её на летние каникулы в Болгарию. — Я ещё никогда ничего подобного к девушкам не чувствовал, — признаётся Виктор Крам. А непостоянная мисс Грэйнджер продолжает играть чувствами обоих мальчиков. Трудно сказать, чем так привлекательна мисс Грэйнджер. Нельзя сказать, чтобы она была красива, скорее всего, причина симпатий к ней двух несчастных мальчиков кроется в чём-то ином. — Она просто страшилище, — говорит о ней Миллисента Булстроуд, миловидная, привлекательная студентка четвёртого курса. — Но она умна, и ей вполне по силам сварить приворотное зелье. В этом-то, я думаю, всё и дело. Приворотные зелья запрещены в школе «Хогвартс», и Альбус Дамблдор, без сомнения, заинтересуется причиной успеха своей студентки. А доброжелателям Гарри Поттера остаётся только надеяться, что в следующий раз он отдаст своё сердце более достойной.» — Я бы поспорила насчёт привлекательности Булстроуд, — презрительно фыркнула Лита. — Ну всё, анархистка, — вздохнул Рудольфус. — Тебя подвергнут буллингу маленькие поклонницы Поттера. «— Что-то мало она намарала. Похоже, совсем разучилась сочинять, — сквозь смех сказала Гермиона и бросила журнал на незанятый стул. — Ну и чушь! Гермиона поглядела в сторону слизеринцев, те таращились на них с Гарри в надежде, что «голубки» смутятся и расстроятся. Вместо того Гермиона ухмыльнулась, помахала им рукой и вместе с Гарри принялась доставать ингредиенты для зелья прибавления ума. — Странно всё-таки, — задумчиво проговорила Гермиона немного спустя, держа в одной руке ступку с сушёными скарабеями, а в другой — пестик, — и откуда Рита Скитер узнала?.. — Что узнала? — насмешливо спросил Тео, повернувшись к ним. Он сидел перед ними с Литой за одной партой. — Ты что, правда, варишь приворотное зелье? — Не говори глупостей! — Гермиона снова принялась толочь скарабеев. — Конечно, нет. А вот откуда она узнала, что Виктор Крам пригласил меня на летние каникулы?» — Надеюсь,что ты согласилась и поехала, — улыбнулась Лили. Гермиона смущённо кивнула. «Гермиона зарделась и отвернулась. — Реально? — переспросила Лита. — Он меня пригласил сразу, как вытащил из озера. Вернул себе свою нормальную голову вместо акульей, мадам Помфри укутала нас одеялами, он отвёл меня подальше от судей, чтобы они не слышали, и предложил, если у меня нет планов на лето, приехать… — И что ты ответила? — возбуждённым шёпотом спросила Пэнси,которая сидела напротив них на другом ряду. — Он тогда, и вправду, сказал, что ничего подобного никогда не чувствовал, — продолжала Гермиона и покраснела, Гарри даже показалось, будто от неё идёт жар. — Но как она услышала? Её, кажется, там не было… или была? Может, у неё мантия-невидимка, и она пробралась в Хогвартс поглядеть второе испытание? — Что ты ответила? — более требовательно спросила Пэнси. — Паркс, отстань от человека! — потребовала Дафна, которая сидела рядом с Блейзом и Пэнси. Гермиона открыла рот,чтобы ответить,но: — Ваша жизнь, мисс Грэйнджер, без сомнения, полна любопытных событий, — раздался ледяной голос, — но не следует обсуждать её на уроках. Минус десять очков Гриффиндору. Пока они разговаривали, Снегг незаметно подошёл к ним и встал за их спинами. Весь класс глядел на них; Малфой воспользовался удобным случаем и написал в воздухе «Поттер смердяк». Лита закатила глаза и отвернулась,продолжая варить зелье. — А, так вы ещё и журналы на уроках читаете! — прибавил Снегг и взял со стула «Ведьмин досуг». — Ещё минус десять очков Гриффиндору. Ах, ну, конечно… — Снегг увидал статью Скитер, и у него заблестели глаза. — Поттеру и дня не прожить без газетных вырезок о собственной персоне… Слизеринцы загоготали, Снегг угрожающе улыбнулся, и, к ярости Гарри, стал читать заметку вслух. — «Разбитое сердце Гарри Поттера»… что же, Поттер, с вашим сердцем на этот раз? «Гарри Поттер мальчик необыкновенный…» — Просто отвратительно, — поморщился Сигнус. — Это ужасно, — согласилась Друэлла с супругом. — Почему Дамблдору плевать на преподовательский состав? — спросил Орион. — Он зачем-то держит Снегга при себе, интересно зачем? «А Снегг ещё и после каждого предложения останавливался, чтобы слизеринцы могли вдоволь насмеяться. В исполнении Снегга заметка звучала во стократ хуже. — «…А доброжелателям Гарри Поттера остаётся только надеяться, что в следующий раз он отдаст своё сердце более достойной», — ухмыльнулся Снегг и под гоготанье слизеринцев свернул журнал в трубочку. — Пожалуй, лучше будет вас троих рассадить, а то вы больше заняты своими любовными похождениями, а не зельями. Мисс Грэйнджер сядет вон там, с мисс Булстроуд.А Поттер — передо мной, за первой партой. Ну, живее! Гарри, дрожа от ярости, швырнул рюкзак и ингредиенты для зелья в котёл и потащил его к незанятой парте перед самым столом учителя. Снегг пошёл следом, уселся за свой стол и стал глядеть, как Гарри достаёт вещи из котла. Гарри, стараясь не глядеть на Снегга, снова принялся толочь скарабеев, представляя себе, что каждый жук — это профессор зельеварения.» — Мечты,мечты,мечты... — ухмыльнулся Снегг. — Мечты имеют свойство сбываться, Снегг, — усмехнулся Сириус. «—Вы, может быть, полагаете, будто весь волшебный мир от вас без ума? — продолжал Снегг тихо, так что никто, кроме Гарри, его не слышал (Гарри толок сушёных скарабеев, хоть они и превратились уже в ступке в мелкий порошок). — Лично мне нет никакого дела, сколько раз вашу фотографию печатали в газетах. Для меня вы, Поттер, всего лишь мальчишка, который считает, будто школьные правила не для него. Гарри высыпал перетёртых в пыль скарабеев в котёл и принялся резать корень имбиря. От злости у него дрожали руки, но глаз он не поднимал, будто не слышал, что говорит ему учитель. — Так вот, предупреждаю вас, Поттер, — угрожающим, вкрадчивым голосом продолжал Снегг, — я не погляжу, что вы знаменитость, попробуйте ещё только раз забраться в мой кабинет… — Я близко к вашему кабинету не подходил! — огрызнулся Гарри, позабыв о своей мнимой глухоте. — Не врите! — прошипел Снегг, непроницаемым взглядом буравя Гарри. — Шкура бумсланга и жабросли — из моего личного запаса. И я знаю, кто их украл.» — Шкура бумсланга входит в Оборотное зелье, — нахмурилась Лили. — Кто в школе варит Оборотное зелье? — спросил Джеймс. «Гарри смело, не мигая, поглядел Снеггу прямо в глаза, как глядят честные люди. Он, и правда, ничего не крал у Снегга. Порошок из шкуры бумсланга на втором курсе стащила Гермиона, он им был нужен для Оборотного зелья. И сколько бы Снегг ни подозревал Гарри, доказать он этого так и не смог. Ну а жабросли украл, конечно, Добби. — Не понимаю, о чём вы говорите, — сказал Гарри. — В ту ночь, когда залезли в мой кабинет, вас в спальне не было, я это точно знаю! — прошипел Снегг. — И я не намерен терпеть ваше поведение, даже если вашим поклонником сделался и Грозный Глаз Грюм. Только попробуйте снова забраться в мой кабинет, Поттер, и вам не поздоровится!» — Знаете, как говорят? — усмехнулся Ричард. — Не пойман,не вор. —Вот именно, — согласилась Дафна. — У вас нет карты, нет способности наблюдать за студентами двадцать четыре на семь. Откуда вам это знать? «— Хорошо, — безразлично ответил Гарри и снова стал нарезать имбирный корень. — Буду иметь в виду на тот случай, если мне когда-нибудь захочется туда забраться. Снегг сверкнул глазами и сунул руку под мантию. Гарри на секунду испугался, что Снегг выхватит волшебную палочку и заколдует его, но Снегг вынул крохотный пузырёк с прозрачным как слеза зельем. Гарри пристально поглядел на пузырёк. — Знаете, что это, Поттер? — спросил Снегг, злобно сверкая глазами. — Нет, — искренне ответил Гарри. — Это Сыворотка Правды. Она очень сильная, достаточно и трёх капель, чтобы вы сейчас же всему классу выдали свои тайны, — вкрадчиво произнёс Снегг. — Использование этого зелья, конечно, строго ограничено правилами Министерства. Но я могу случайно, скажем, за ужином пронести руку над вашим тыквенным соком, — он слегка встряхнул пузырёк, — и вот тогда, Поттер, мы и узнаем, были вы в моём кабинете или нет.» — А вот это уже статья, которая точно даст срок, молодой человек, — строгим тоном сказал Карлус. — Это считается угрозой грубого вмешательства в жизнь и личное пространство человека, а также психологического насилия. «— Нам надо поговорить, — сказал он, подойдя к Снеггу. Каркарову явно не хотелось, чтобы кроме Снегга его кто-нибудь услышал, поэтому он едва открывал рот и походил на плохого чревовещателя. Гарри продолжал тщательно резать корень имбиря, а сам навострил уши. — После урока поговорим… — так же тихо, как и неожиданный посетитель, начал Снегг, но Каркаров перебил его. — Нет, сейчас! Тебе некуда деваться, Северус. Почему ты меня избегаешь? — После урока! — отрезал Снегг.» — Чего он так беспокоится? — прищурился Джеймс. — Может что-то с меткой? — предложил Ремус. — Скорее всего так и есть, Луни, — хмыкнул Бродяга. «Каркаров до самого конца второго урока зельеварения ходил за спиной Снегга. Гарри хотелось узнать, зачем пожаловал Каркаров, и за две минуты до звонка он нарочно опрокинул пузырёк желчи броненосца, остальные ученики шумно собирались, потом толпились у выхода из класса, а он присел за котёл, стал вытирать разлитую желчь и прислушался. — Ну? Что за срочность? — прошипел Снегг. — Вот что, — ответил Каркаров, Гарри выглянул из-за котла: Каркаров закатал левый рукав мантии и показал Снеггу что-то у себя на запястье. — Ну, видишь? — тихо спросил Каркаров, почти не шевеля губами. — Видишь? Неужели не ясно? С тех пор, как… — Спрячь! — вскрикнул Снегг, и его глаза забегали по классу. — Неужели ты не заметил?.. — взволнованно начал было Каркаров. — Потом поговорим, — оборвал его Снегг. — Поттер, вы что здесь забыли? — Вот собираю желчь броненосца, профессор, — невинными глазами глядя на Снегга, ответил Гарри и показал мокрую тряпку. Каркаров, встревоженный и злой, развернулся на каблуках и вылетел вон из класса. Гарри совсем не хотелось оставаться наедине с профессором зельеварения, он торопливо побросал учебники и ингредиенты для зелий в рюкзак и поспешил убраться из подземелья.» — На запястье? — хором спросили Лорд Малфой и Лестрейндж. — Что такое? — нахмурилась Друэлла.

***

«На следующий день после обеда Гарри и Гермиона хотели отправиться в Хогсмид. Небо прояснилось, и вовсю светило солнце. Но около выхода из замка их окрикнула Лита. — Гарри, пойдём со мной,я тебе кое-что покажу! — Мы собирались пойти в Хогсмид и погулять, — возразила Гермиона. — Гарри, идём. Там тебя ждут, — не обращала внимания на Гермиону, Блэк. — Кто? — непонимающе смотрел на неё Гарри. — Увидишь, идём. Гарри переглянулся с Гермионой и они направились за слизеринкой, обходя студентов, которые спешили прогуляться в Хогсмиде. Они оказались на четвёртом этаже и зашли в один из кабинетов. Он был оформлен в нейтрально-кремовых тонах: диван, пару кресел, книжные полки, в углу даже был котёл и полки с ингредиентами для зелий, журнальный столик. — Откуда эта комната? — удивилась Гермиона. — Мы реставрировали эту комнату в прошлом году,что-то по типу личной гостиной, — пояснила Блэк. — Сириус!? Сириус действительно сидел за столом в дальнем углу и спокойно ел. Выглядел он неплохо,волосы были идеально уложены,вполне презентабельная одежда. — Ты вообще как тут!?» — Да я просто красавец по описанию!— усмехнулся настоящий Сириус. — От скромности не помрешь, Сириус, — закатила глаза Марлен. —Всё равно я красивый, красотка, — хмыкнул Бродяга. «— Обедаю и читаю газету, — улыбнулся Бродяга. Гарри кинулся к крестному и сел напротив него. Сириус потрепал его по голове и продолжил есть. Они услышали тихий и маленький взрыв, синхронно обернулись и увидели Ники,которая стояла над котлом. — Да что же не так с этими рунами!? — недовольно прошипела она. — Что у вас там? — спросил Сириус, заинтересованно глядя в ту сторону. Но Веро́ника лишь покачала головой и вновь принялась что-то писать на пергаменте.Гарри пробежал глазами статью о Крауче. Каждая фраза так и кричала: «…никто не видел с самого ноября… дом, кажется, пуст… в Больнице св. Мунго нам отказались разъяснить… Министерство не подтверждает слухи об опасной болезни…» — Почитать, так он умирает, — сказал Гарри. — А сумел же добраться сюда… Значит, не так уж он и болен… — Мой брат — личный помощник Крауча, — заметила Сириусу Веро́ника. — Он говорит, Крауч переутомился на работе. — Хотя, он, и вправду, плохо выглядел, когда я его видел в последний раз, — продолжал Гарри, читая статью. — А было это в тот вечер, когда моё имя появилось из Кубка… — И ничего удивительного, — раздался голос Гермионы. — Выгнал Винки, вот теперь и мучается, жалеет небось, за домом-то некому приглядеть. — Эта нигилистка просто помешалась на эльфах-домовиках, — заметила Лита Сириусу и мрачно посмотрела на Гермиона. — Кто? — не поняла Веро́ника,оторвавшись от пергамента. Но слизеринка махнула рукой и присоединилась к ней помогать с зельем. — Кто-то наколдовал Чёрную Метку, потом нашли этого эльфа с волшебной палочкой Гарри, и что сделал Крауч? — Побежал в кусты поглядеть, — ответил Гарри, — и вернулся ни с чем. — Ну да, ну да, — пробормотал Сириус. — Кто угодно, только не собственный эльф… и потом, значит, он её выгнал? — Да, выгнал! — возмущённо воскликнула Гермиона. — И только за то, что она не осталась в своей палатке и попалась с чужой волшебной палочкой. — Анархистка, пожалуйста,закройся. Меня бесят твои изречения о свободе эльфов, — прервала её Лита. Но Сириус покачал головой и сказал: — Нет, Литс, Гермиона лучше твоего поняла, кто такой Крауч. Если хочешь узнать человека получше, смотри не на то, как он обращается с равными, а на то, как ведёт себя с подчинёнными. Он провёл рукой сверху вниз по лицу и крепко задумался. Лита закатила глаза и замолчала,изредка переговариваясь с Ники. — Во время матча он всё время куда-то пропадает… заставил эльфа занять ему место на трибуне, а сам даже не зашёл поглядеть на матч. Потом изо всех сил старается снова устроить Турнир Трёх Волшебников и, в конце концов, перестаёт приезжать и на Турнир… Не похоже это на Крауча. Клювокрыла съем, если Крауч раньше из-за болезни пропускал на работе хоть день. — Так ты знаешь Крауча? — спросил Гарри, Сириус помрачнел, и на лице у него появилось такое же страшное выражение, как и в ту ночь, когда Гарри увидел его впервые и подумал, что он убийца. — Уж я-то его знаю, — тихо сказал он. — Это он приказал засадить меня в Азкабан — без суда и следствия.» — Ещё одна причина ненавидеть Крауча, — прошипел Орион. — Я меняю своё мнение о нем, — поднял руки Сириус. — Он настоящий козёл. Джеймс и Ремус захохотали. «— Нет, какие там шутки, — покачал головой Сириус. — Крауч тогда ещё работал начальником Департамента по магическому законодательству, вы разве не знали? Гарри и Гермиона покачали головами. — Неучи, — хмыкнула Лита,но всё же прислушалась. — Его прочили на место Министра волшебства. Барти Крауч сильный волшебник, ему почти нет равных в волшебстве — и в жажде власти. Нет, Волан-де-Морта он не поддерживал, — поспешил сказать Сириус, заметив выражение лица Гарри. — Барти Крауч всегда был против чёрной магии. Но тогда многие были против, а на самом деле… да нет, вам не понять… вы ещё слишком молоды… — То же и отец говорил на Кубке мира, — заметила Ники, и в её голосе слышалась нотка раздражения. — Вы рассказывайте, мы поймём. Сириус улыбнулся. — Ну, ладно, слушайте. Он прошёлся в глубь грота и обратно и продолжил: — Представьте себе, что Волан-де-Морт силён, как раньше. Никто не знает его сторонников, кто на него работает, а кто нет. Известно только, что он полностью владеет своими слугами, они убивают и пытают и ничего с собой поделать не могут. Вам страшно за себя, за семью, за друзей. Каждую неделю приходят сообщения о новых убийствах, новых исчезновениях, новых замученных пытками… Министерство магии растерялось, там не знают, что делать, пытаются скрыть всё от маглов, а маглов и самих убивают. Никто ничего не может поделать, ужас, паника… Вот как оно было.» Сидящие в зале переглянулись с ужасом в глазах. 1971 год. Ужасы стали начинаться постепенно. Люди боялись,не зная кому можно доверять,а кому нет. В Хогвартсе началась факультетская война: Слизерин поддерживал нового лидера и в доказательство оскорбляло и издевалось над магглорожденными. Гриффиндорцы и пуффендуйцы защищали магглорожденных, Когтевран оставался в нейтральной стороне. Люди боялись увидеть метку над своим домом. «В такое вот время и становится ясно, кто на что способен, кто хороший, а кто плохой. Не знаю, может, методы Крауча и были хороши в самом начале. Его быстро повышали по службе, и он начал настоящую охоту на сторонников Волан-де-Морта. Мракоборцам дали новые полномочия, они чаще стали убивать, чем арестовывать. И не одного меня без суда передали дементорам. Крауч отвечал жестокостью на жестокость, разрешил применять против подозреваемых Непростительные заклинания. Можно сказать, он сделался таким же беспощадным и жестоким, как и те, кто были на стороне Волан-де-Морта. У него были свои сторонники, многие считали, что он поступает верно, много кто из волшебников хотел, чтобы он занял пост министра магии. Потом Волан-де-Морт вдруг исчез, и все думали, что скоро Крауч станет министром. Но тут-то всё и рухнуло, — Сириус мрачно улыбнулся. — Сына самого Крауча поймали с кучкой Пожирателей смерти, которые сумели открутиться от Азкабана. Они, как оказалось, пытались разыскать Волан-де-Морта и вернуть ему его власть.» В зале застыла гробовая тишина. Все посмотрела на названного человека в зале. Беатрис взяла парня за руку и сжала его. Она не отвергала его и не отказывалась,Селвин любила его. С другой стороны Рабастан положил руку ему на плечо,сжимая его. — М-да,полный пиздец, — прокомментировал сам Крауч-младший и зарылся пальцами в волосы,закрыв лицо,даже не отпуская руки своей девушки — Мягко сказано, — зло усмехнулся Сириус. — Скажешь хоть слово, я тебе шею сверну, — прошипел Регулус, глядя на брата. — Он стал Пожирателем и убивал людей! — выкрикнула Алиса. — Не доказано, что он убивал, — парировал Рабастан. — Помните, как вы говорили, когда Хагрид что-то там творил? — подняла бровь Аллин. — Всё можно изменить. «— Поймали сына Крауча? — не поверила своим ушам Гермиона. — Вот-вот, — Сириус хмыкнул — Вот уж не ожидал Барти, так не ожидал. Надо было ему побольше времени уделять семье. Нет, чтобы хоть изредка приходить домой пораньше, а то не знал, что за сын у него растёт. Сириус стал крупными кусками откусывать хлеб и глотать, почти не жуя. — А его сын тоже был Пожирателем смерти? — спросил Гарри. — Кто его знает? — не переставая есть, ответил Сириус. — Когда его поймали, я уже был в Азкабане. Я уже потом всё это узнал, когда сбежал из тюрьмы. Парня схватили в компании людей, которые точно были Пожирателями смерти. Может быть, он просто оказался в плохом месте в плохое время, как эта ваша эльфиха. — А Крауч пытался вызволить сына? — прошептала Гермиона. Сириус расхохотался, и хохот его был похож на собачий лай. — Вызволить сына? Крауч? А я-то думал, ты, Гермиона, поняла, что это за человек. Да он на всё был готов ради собственной репутации, он всю жизнь посвятил тому, чтобы стать министром. Ты же видела, как он поступил со своим домашним эльфом из-за того, что этот эльф навёл на него тень Чёрной Метки. Разве не понятно после этого, что за человек Крауч? Всех его отцовских чувств хватило только на то, чтобы устроить над сыном суд, да и суд-то этот Крауч устроил только для того, чтобы показать всем, как он ненавидит сына… а потом он его отправил прямиком в Азкабан.» — Классный просто отец, — саркастически сказал Орион. — Как вообще можно так относится к собственному ребенку?— с отвращением сказал Лорд Селвин. —Может ему похлопать? — предложила Леди Блэк. — Как самому дерьмовому отцу. — Даже поэтому поводу хлопать ему не хочется, — презрительно сморщилась Леди Малфой. «— Он собственного сына дементорам отдал? — в ужасе спросил Гарри. — Отдал, — ответил Сириус уже безо всякого веселья. — Я сам видел, как дементоры его вели, стоял у оконца в двери и смотрел. Ему и двадцати тогда не было. Посадили его в камеру рядом с моей. К вечеру он уже кричал и звал свою мать. Потом, правда, успокоился, через несколько дней… все успокаиваются… во сне только кричат… С минуту Сириус безразлично глядел в одну точку, словно ему изнутри чем-то заслонили глаза, и всё стало ясно без слов. — И он всё ещё в Азкабане? — спросил Гарри. — Нет, — со вздохом ответил Сириус. — Нет, его там уже нет. Года не прошло, как он умер. Они вздрогнули и обернулись,в руках Литы были осколки от колбы и текла кровь. —Ты чего?–удивился Сириус,смотря на то как она залечивает раны. Блэк покачала головой и вернулась к зелью. — Там многие умирают, — печально сказал Сириус. — Большинство сходят с ума и перестают есть. Просто не хотят больше жить. Можно было даже сказать, когда узник умрёт, потому что дементоры чувствуют смерть и радуются. А сын Крауча и так уже болел, когда его привезли. Краучу с женой, как важному министерскому работнику, позволили перед смертью его навестить. Вот тогда я и видел Крауча в последний раз, он шёл мимо моей камеры и чуть не нёс жену на руках. Она тоже потом недолго прожила. Умерла от горя. Сгорела, как свечка, как и сын. А Крауч даже не приехал забрать тело сына. Я видел, как дементоры похоронили его за стенами крепости.» — Просто ужас, — выдохнул Барти. Он пытался успокоить Беатрис,которая не плакала,а смотрела в одну точку на полу. — Прекрасное будущее, — недовольно буркнула Ирэн. — Можно быстрее закончить эту главу? — попросила Виттория. — Может Крауч-младший всё же не виноват? — шепнула Лили друзьям. — Лили, не будь наивной, — покачала головой Марлен. — Он стал Пожирателем вместе со своими дружками и подружками,скорее всего. — Девочек не втягивай,Марлен, — возразил Сохатый. — Может они и с ними,но уж точно не стали Пожирателями. «— Вот так. Крауч думал, что всё у него в руках, а вон оно как вышло. — Сириус утёр губы тыльной стороной ладони. — Только что герой, министром магии чуть не стал, и вдруг… сын умер, жена, имя опозорено, и — я слышал, как сбежал из тюрьмы — его уже не так любят, как раньше. После смерти его сына стали жалеть, и многие себя спрашивали: как это, мальчик из хорошей семьи и вдруг попал в такую компанию? Только один ответ и напрашивался: отцу было не до него. Пост министра занял Корнелиус Фадж, а Крауча сместили на должность начальника Отдела международного магического сотрудничества. — Но у него же был Ричард и... — сказала Гермиона. — Краучу-старшему наплевать на собственного внука, — резко сказала Лита. » — Ну естественно, — закатила глаза Леди Селвин. Ричард презрительно фыркнул: — Будто я сильно хотел с ними общаться, мне тоже на него наплевать. «Воцарилось долгое молчание. Гарри думал о том, как на Чемпионате мира по квиддичу в лесу Крауч выпучил от гнева глаза на своего провинившегося эльфа-домовика. Так вот, оказывается, почему Крауч взбесился, когда нашёл своего эльфа под Чёрной Меткой. Он вспомнил сына, позор и то, как он потерял доверие коллег по Министерству. — Грюм мне сказал, что Крауч просто помешался на ловле чёрных магов, — сказал Гарри Сириусу. — Да, я тоже слышал, что он как одержимый гоняется за чёрными магами, — кивнул Сириус. — По-моему, он всё ещё думает, что если поймает хоть одного Пожирателя смерти, то к нему станут относиться по-прежнему.» — Мечты,мечты,мечты... — ехидно парировала Лита. — Мечты должны оставаться несбыточными мечтами. «—Я всё время думаю, зачем Дамблдор взял его в школу? Снегг, ещё когда учился, интересовался чёрной магией и здорово в ней поднаторел. Тогда уже ходил весь такой худой, немытый, с длинными сальными волосами. — При этих словах Сириуса Лита и Гарри с улыбкой переглянулись. — На первом курсе он знал больше заклинаний, чем добрая половина семикурсников, и был в шайке слизеринцев, которые почти все потом стали пожирателями смерти. Розье и Уилкис — этих двоих убили мракоборцы за год до падения Волан-де-Морта, — Сириус стал перечислять Пожирателей смерти и загибать пальцы. — Лестрейндж, муж и жена, — в Азкабане. Эйвери, я слышал, отвертелся, заявил, будто служил Тёмному Лорду под заклятием Империус, и всё ещё на свободе. А вот Снегга, насколько я знаю, даже ни в чём и не обвиняли, и Пожирателем смерти не называли, да только это ещё ничего не значит. Поймали-то не всех. Снегг умный и хитрый и открутиться сумеет.» — Ну просто класс! — гневно хлопнула в ладоши Виттория. — Кто в Азкабане, кто сдох, а что с остальными неизвестно. — Там упоминались только муж и жена, — заметила Нарцисса, сжимая руку Беллатрисы. — Значит, — задумчиво начал Регулус. — Это либо Рабастан и Ирэн,либо Руди и Белла. — А? Я тут каким образом? — подняла брови Аддамс, удивлённо глядя на друга. — Разве ты не выходишь замуж за Басти? — удивился Блэк под хихиканье Беатрис и Аллин, и ухмылку самого Рабастана. — Слушайте, это вряд-ли Баст и Рэн, — покачала головой Беллатриса. — Да, это скорее всего мы, — кивнул Рудольфус. — Видите эти взгляды? — шепнула им Элизабет, кивая на студентов. — Они вроде как ненавидят нас. — Идиоты, — закатил глаза Нотт. — Они просто тупицы. — Какие мы злые, — усмехнулся Долохов. — Какое отличное ,а главное правдивое мнение о себе, Долохов , — зло сказала Марлен. — Когти спрячь, МакКинон. Они не пристало благородной девочке дома Гриффиндор, — закатил глаза Нотт. — Студенты, успокойтесь. Не будьте невоспитанными, — прервал их Лорд Поттер. — Мы обсуждали прочитанное между собой, а она влезла в наш диалог. Кто из нас ещё невоспитанный? — презрительно высказалась Аллин. — Мистер Поттер, продолжайте чтение,—сказала МакГонагалл. «— Снегг знаком с Каркаровым и не хочет, чтобы об этом узнали, — сказал Гарри. — Видел бы ты выражение лица Снегга, когда Каркаров заявился вчера на урок зельеварения! — прибавил Гарри. — Каркаров хотел с ним переговорить и сказал, что Снегг его избегает. Каркаров был сам не свой. Он что-то показал Снеггу у себя на запястье, только я не видел что. — Что-то показал на запястье? — удивлённо переспросил Сириус, рассеянно провёл пятернёй по волосам и пожал плечами. — Ну, я уж совсем ничего тут не понимаю… Но раз Каркаров сам не свой, значит, он пришёл к Снеггу с вопросами… Сириус несколько времени глядел на стену грота, и на его лице наконец появилось выражение горечи. — Всё равно, — сказал он, — Дамблдор Снеггу доверяет, и хотя Дамблдор доверяет таким людям, которым другие ни за что бы доверять не стали, думаю, он никогда бы не взял в Хогвартс слугу Волан-де-Морта.» — Человека с Тёмным лордом на затылке, павлина-идиота взял и домашнего вервольфа тоже, — перечислила Беатрис. — И не забывай сумасшедшего мракоборца, который учит непростительным, — хмыкнула Элизабет. «— Но, Грюм-то, скорее всего, каждый угол в Хогвартсе обшарил и кабинеты всех учителей, — медленно проговорил Сириус. — Уж кто-кто, а он-то свою работу знает и как уберечься от чёрной магии — тоже. Он никому не доверяет — и ничего удивительного — после всего, что он видел. Думаю, так оно и есть, хотя, он, когда была возможность, не убивал, а брал в плен. Он, конечно, никому не спускал, но никогда не опускался до того, чтобы поступать, как Пожиратели смерти. А вот Крауч… это совсем другое дело… а болен ли он, в самом деле? Если болен, так чего притащился в такую даль, в кабинет Снегга? А если здоров… то чего добивается? Из-за какого такого неотложного дела не пришёл на трибуну для особо важных гостей? И чем он таким занят, что не может приехать на Турнир?» — Логичные вопросы, — одобрил Карлус. — Но ответов почему-то нет. — Думаю, что нам всё расскажут ближе к концу книги, — сказала Дорея. «Сириус взглянул на Веро́нику. — Ты говоришь, твой брат личный помощник Крауча? А ты не могла бы спросить его, давно ли он видел Крауча? — Попробую...–начала Ники.–Но Перси сейчас слишком занят из-за отсутствия Крауча. —Всё равно попробуй.–пожал плечами Сириус. Девочка кивнула,потом они разошлись. Сириус направился к выходу из замка,а Гарри и Гермиона в башню Гриффиндора. » — Глава закончилась, — сказал Гарри и передал книгу Гермионе. —Глава 28 Мистер Крауч сходит с ума — А до этого он был в уме? — ехидно поинтересовалась Беатрис. — Может, окончательно спятил, — усмехнулся Рабастан. — Жаль, что не умирает, — печально сказал Ричард. — Мы дожили и до этого события, — успокаивающе сказала Лита, гладя брата по плечу.