Глава 11.

С утра в квартире творился натуральный ураган имени Владислава Череватого. Был выходной, по идее — тишина, покой, ленивое утро с кофейком. Но нет. Влад уже с восьми утра устроил импровизированный марафон по всем комнатам. Олег сидел на диване, с видом пострадавшего, укрытый пледом и с чашкой кофе, которую он держал как святыню. Глаза у него были приоткрыты ровно на столько, чтобы контролировать происходящее, и он молча наблюдал, как по квартире метался чернокнижник. Влад, с зажатой зубной щёткой во рту, на полном серьёзе пытался одновременно натянуть носок и застегнуть ремень. Щётка возмущённо скрипела, ремень не поддавался, а носок почему-то вообще оказался другого цвета. — Череватый… — сипло произнёс Олег, глядя на это безумие. — Ты устраиваешь ритуал по изгнанию времени? Влад что-то пробурчал сквозь зубную щётку, больше напоминающее «адвокат в десять», «квартира» и «где, чёрт возьми, мои ключи?!» Он пронёсся мимо, оставив за собой лёгкий след парфюма, и тут же вернулся обратно с кофейной чашкой, которую, по всей видимости, прихватил по инерции. — Это моя, — сказал Олег, не изменяя выражения лица. — Всё твоё, — буркнул Влад, ставя чашку обратно и впихивая в карман бумажник, телефон, какие-то бумаги и, на всякий случай, свечку. Ну а вдруг. — Тебя выносить уже? Или ты сам телепортнёшься к адвокату? — Я всё успею! — отрезал Влад, застёгивая куртку на ходу. — Сегодня, наконец-то, будет моя берлога. Своя. Чистая. Без твоих шуток и печенек. Олег лишь усмехнулся: — Ага, до первого переезда Лады с пакетом продуктов и драмой в глазах. Влад притормозил на секунду, подозрительно глянул на друга, но ничего не ответил. Только закатил глаза, выскочил за дверь и, уже из коридора, крикнул: — Если не вернусь — знай, адвокат был слишком вежлив, и это меня насторожило! И хлопнул дверью. Олег отхлебнул кофе и вздохнул: — Ну вот. А день только начался. Влад стоял, прислонившись к своей машине, глядя на медленно просыпающийся город. В зубах — сигарета, в кармане — документы на новую жизнь, в голове — лёгкое возбуждение, которое он тщательно маскировал под привычное равнодушие. Он затянулся, выпустил дым кольцами, и почти с усмешкой подумал: «Ну всё, Череватый. Скатертью дорога в новую берлогу. Сам себе — и демон, и дизайнер.» — Вы не опоздали. Даже наоборот, — раздался за спиной знакомый женский голос. Влад обернулся и увидел Ольгу. Она была, как и в прошлый раз, одета стильно, сдержанно, с ноткой строгости. Но в глазах мелькнула тёплая улыбка. — Приятно удивлены? — усмехнулся он, стряхивая пепел. — Череватый не только умеет шокировать, но и приходить вовремя. — И даже раньше, — заметила она, подходя ближе. — Редкость в наше время. Особенно среди мужчин с татуировками и взглядом, как будто вы собираетесь вызвать дождь. Влад хмыкнул, притушил сигарету и бросил окурок в урну. — Дождь я приберегу на новоселье. Ну что, идём подписывать бумажки на логово зла? — Если так и запишем в документах — логово зла, — усмехнулась Ольга, — то нотариус точно подумает, что вы ритуально разводитесь с прежней жизнью. — А я, может, именно это и делаю, — спокойно ответил Влад, глядя ей в глаза. — Иногда, чтобы построить новое, нужно сжечь до основания. Ольга замолчала, на мгновение потеряв нить лёгкого флирта в разговоре, и вдруг кивнула: — Ну что ж, давайте это сделаем официально. Вы готовы? — Череватый всегда готов, — усмехнулся он, шагнув вперёд. — Особенно, если на кону — собственная территория. Влад и Ольга зашли в кабинет. Просторный, но без излишеств: тёмный стол, кожаные кресла, книги в стеллажах, и мужчина лет пятидесяти в безупречном костюме. Он поднял глаза от папки, взглянул на них поверх очков и встал. — Доброе утро. Владислав? — уточнил он, протягивая руку. — Да, Череватый, — подтвердил Влад, пожимая руку с лёгкой ухмылкой. — Но можно просто будущий владыка панорамных окон. Нотариус на секунду завис, не зная, стоит ли улыбнуться, но Ольга тихо фыркнула, и напряжение в комнате сразу спало. — Присаживайтесь, пожалуйста, — кивнул мужчина. — Я уже подготовил все необходимые документы. На столе лежали аккуратно разложенные папки. Бумаги сшиты, печати проставлены. Влад устроился поудобнее в кресле и с интересом уставился на внушительную кипу. — Читал я, конечно, «Ключи Соломона», но это… — он указал на документы, — выглядит гораздо опаснее. Ольга сдержанно улыбалась сбоку, пока нотариус начал разъяснять каждый пункт: — Это договор купли-продажи. Здесь технические характеристики объекта, здесь — условия оплаты, здесь — ваши паспортные данные. Пройдёмся по порядку, а потом перейдём к подписи. Влад кивал, время от времени задавая уточняющие вопросы. Не смотря на свою привычную язвительность, он был сосредоточен и внимателен. Это был важный шаг. — Оплата производится сразу? — уточнил нотариус. — Конечно, — кивнул Влад, достал телефон и начал производить перевод. — У меня, знаете ли, всё просто: пришёл, увидел, оплатил. Ольга мельком глянула на него, явно удивлённая, насколько быстро он решился. Перевод прошёл успешно. Нотариус проверил поступление, кивнул и аккуратно отложил документы. — Всё в порядке. Теперь остаётся только поставить подписи. Он протянул ручку, и Влад, не теряя времени, поставил свою фамилию на каждой из нужных страниц. — Так, Череватый… Череватый… ещё раз Череватый… — бормотал Влад, подписывая. — Надеюсь, мне за это хотя бы бесплатный холодильник положен. — Боюсь, только ключи, — с улыбкой сказал нотариус. — Тоже неплохо. Главное, чтобы открывали не только двери, но и новую жизнь, — хмыкнул Влад, убирая ручку и откидываясь на спинку кресла. Ольга протянула ему небольшой конверт с ключами и улыбнулась: — Поздравляю. Теперь вы — полноправный владелец квартиры. Или как вы говорили, логова зла? — Именно, — кивнул Влад. — И теперь оно моё. Официально. Он встал, пожал руку нотариусу и поблагодарил. А потом, повернувшись к Ольге, добавил: — Спасибо. Вы отлично провели сделку. Даже чуть лучше, чем мои ритуалы. — Рада была помочь, — сдержанно улыбнулась она. — Но, надеюсь, ритуалы у вас всё-таки не с таким количеством бумаг? — Зависит от клиента, — ухмыльнулся Влад. — Но теперь у меня есть место, где можно делать и без бумаг. Влад вышел из офиса адвоката и на несколько секунд просто остановился у двери. Ветер подхватил полу его пальто, прохладный осенний воздух взъерошил волосы. Он достал сигарету, закурил — медленно, будто делал глубокий вдох не только лёгкими, но и собой целиком. Теперь всё. Квартира его. Чужая площадь, чужая жизнь — позади. Впереди — тишина, стены без воспоминаний и пол, на который можно встать босыми ногами, зная, что он твой. Внутри кольнуло. Немного больно, немного странно. Но правильно. Он усмехнулся. Вот и началась новая глава. Без шаблонов, без заранее написанного сценария. Только он, голые стены и не до конца оформленное понимание, кто он теперь такой. По дороге к новому дому Влад всё же свернул — к Олегу. Забрать вещи. Всё, что было в двух сумках и паре пакетов, но ощущалось как груз целой предыдущей жизни. В машине это занимало немного места, но в голове — куда больше. Олег встретил его у двери в спортивных штанах и с кружкой чая в руках. — Ну что, ты теперь официально хозяин? — лениво потянулся он, давая Владу пройти внутрь. — Угу, — кивнул тот и поставил сумку у порога. — Заберу барахло. Пора обживаться. — Ремонт делать будете в стиле «дарк магия с нотками ада» или «чёрный-чёрный потолок»? — Да не будет никакого «мы». — Влад усмехнулся и глянул на него. — Я сам. Спокойно. Без шоу и танцев с обоями. Просто тишина и стены. — Тебя на долго не хватит, — фыркнул Олег. — День-два — и ты снова будешь кого-то проклинать. Хотя бы ради удовольствия. — Возможно, — усмехнулся Влад, подхватывая сумку. — Но сейчас я хочу просто остаться один. И пусть стены хоть с меня краску слупят, лишь бы молчали. Они постояли немного в коридоре. Олег хлопнул друга по плечу. — Если что — ты знаешь. В холодильнике всегда есть печеньки, и дверь открыта. — Не забудь только повесить чеснок. А то Артём вдруг заглянет. — Влад подмигнул и вышел, оставив за собой короткое, но очень тёплое «Спасибо». Он спустился, забросил сумки в багажник и, заведя мотор, выдохнул. Всё. Новый дом. Новый этап. Пора. POV Лада Утро Лады началось спокойно, почти лениво — именно так, как должно начинаться настоящее утро выходного. Она выспалась. А это уже достижение. Потянулась под одеялом, зевнула и медленно открыла глаза, позволяя себе ещё немного поваляться. За окном было пасмурно, но в комнате было уютно — как будто сам мир решил сегодня дать ей передышку. Она улыбнулась в потолок. Сегодня не нужно никуда спешить, ничего доказывать, никому отвечать на вопросы. Можно просто быть. С собой, с музыкой, с кофе. Впереди были целые выходные — редкая роскошь в их графике. И пусть мысли всё ещё возвращались к некоторым событиям последних дней, Лада решила — об этом она подумает потом. Сейчас — тёплая постель, мягкий свет, лёгкая тишина и чашка крепкого кофе, которая скоро появится на кухне. С мыслями о кофе, Лада нехотя вытащила себя из постели и поплелась на кухню, зевая по дороге. Стоило сделать всего пару шагов, как живот выразительно и предательски заурчал. Она фыркнула, кивнув самой себе: понятно, ты хочешь не только кофе, ты хочешь завтрак. Но сначала — святое. Сегодня Лада не хотела возиться с туркой, не хотелось стоять над плитой, выжидая момент, когда кофе «побежит». Всё должно быть просто. Легко. Капсула, кнопка, шшш… — и в кружке уже стекала густая ароматная струя, обещающая бодрость и хорошее настроение. Кухня наполнилась уютным запахом — смесь горечи, тепла и чего-то почти домашнего. — Вот теперь можно жить, — пробормотала она себе под нос, доставая из шкафа тарелку. Лада на скорую руку соорудила себе завтрак: два горячих бутерброда с колбасой и сыром. Ничего изысканного, но зато быстро, сытно и, самое главное, горячо. Она устроилась за кухонным столом, подперла щекой ладонь, делая первый глоток кофе, и, как водится, открыла социальные сети — привычный утренний ритуал. В ленте мелькали привычные лица — подруги, знакомые, коллеги. Мемы. Котики. Мотивационные цитаты, которые она никогда не читала. И вдруг — знакомая рожа. Лиза. На фотографии она стояла в каком-то нелепом ракурсе, вытаращив глаза и делая из себя «человека-зомби». Подпись гласила: «Когда думаешь, что на выходных выспишься, но в 8 утра звонит бабушка и спрашивает, почему ты ей не пишешь». Лада хмыкнула, качнула головой, как всегда — с доброй улыбкой. Поставила лайк и пошла дальше по ленте. И вот. Страница Влада. Черно-белый снимок. Эстетичный, с настроением, как он умел. Влад сидел на краю дивана в светлой рубашке, смотрел в сторону, не в камеру. За его спиной стояла Лена, её руки были на его плечах, а лицо чуть склонилось к его. Они улыбались. Но не так, как раньше. Не счастливо. Не с надеждой. Скорее — с печалью и благодарностью. Как будто уже знали, что это фото станет последним. Подпись под снимком была не короткая, не вычурная, но выверенная до последнего слова. Владовская. «Спасибо тебе за годы, за свет и тепло, за дом и за то, что держала мою руку тогда, когда всё рушилось. Мы многое пережили, но пришли туда, где наши пути расходятся. Без обид. Без злости. С благодарностью. Ты была моим человеком. Но теперь каждый должен идти дальше. По-своему. Спасибо. И прощай». Лада замерла. Мир будто затих. В одно мгновение исчезли все звуки — за окном, в телефоне, даже в голове. Только экран перед глазами и сердце, которое вдруг стукнуло громче обычного. Она перечитала. Снова. Потом ещё раз. Влад расстался. Не просто расстался — закончил целую главу. Громко, честно, с уважением и публично. Окончательно. Она ощущала, как в груди то ли холодеет, то ли теплеет. Не разобрать. Мысли метались. Лада отложила телефон, словно он внезапно стал тяжёлым. Всё, что минуту назад казалось обыденным, поблекло: еда потеряла вкус, кофе стал горьким, а уют на кухне — каким-то чужим. Она встала, прошлась по комнате туда-сюда, потом снова села — будто искала, куда деть себя, где спрятать сумбур, который поднялся внутри. — Ну и что? — пробормотала себе под нос. — Люди расстаются. Всякое бывает. Да, всякое бывает. Но не с ним. Не с Владом, чья жизнь казалась ей такой устоявшейся, собранной, зрелой. У него была Лена — настоящая, живая, рядом. Они не играли в чувства, не разыгрывали спектакль. Это было настоящее. И именно это выбивало. Потому что если даже у них не сложилось…  Лада села обратно, обняла колени и уткнулась лбом в чашку. Она не могла понять, почему этот пост так дергает. Не из ревности — точно нет. Не из зависти. Не из злорадства. Просто, когда рушится что-то, во что ты, пусть и издалека, верил — будто кирпич выдергивают из фундамента. И это был Влад. Уверенный, едкий, собранный, всегда держащий всё под контролем. И вдруг — признание, прощание, честность на весь мир.  Лада долго смотрела на экран, сдвигая брови. Палец висел над иконкой мессенджера, потом отступал. Потом снова нависал. — Чёрт… — выдохнула она, снова уткнувшись лицом в ладони. Она не знала, что должна чувствовать. Сострадание? Смущение? Неловкость? Всё сразу? Только одно ощущение пробивалось сквозь шум мыслей — беспокойство. Не любопытство, не желание быть первой в курсе — а искренняя тревога за Влада. Открыв список контактов, она быстро нашла Олега. Он точно знал, как обстоят дела. Он всегда рядом с Владом. Если кто и мог дать ответ — так это он. Лада: «Привет, Олег. Прости, что беспокою. Просто… я увидела пост Влада. Не хочу лезть, но вдруг ты рядом с ним и можешь сказать, как он?» Палец завис над кнопкой «отправить» ещё секунду — и всё. Сообщение ушло. Лада снова обняла колени, глядя на экран и ощущая, как бешено колотится сердце. Никакой романтики, только беспокойство. Только желание понять — не один ли он сейчас в этом. Она знала, каково это — когда мир вдруг меняется, а тебе нужно держаться. Телефон наконец завибрировал — Лада едва не выронила его от неожиданности. Открыла сообщение с осторожностью, как будто в нём могло быть что-то, что изменит всё. Олег: «Привет, Лад. Всё нормально, не переживай. Он держится. По-своему, конечно — в себе, в тишине. Но ты же знаешь Череватого. Он из тех, кто молчит, пока внутри бушует буря. Не знаю, стоит ли писать ему. Но если вдруг решишь — не прогадаешь. Думаю, он это оценит. Даже если не покажет.» Лада медленно выдохнула, прочитав сообщение дважды. «Он держится». Это и успокаивало, и тревожило одновременно. Она не сразу ответила, просто сидела, глядя в экран. Потом медленно набрала. Лада: «Спасибо тебе. Просто захотелось знать, что с ним всё в порядке. Это не из лезть. Просто… по-человечески.» Олег ответил почти сразу. Олег: «Я знаю. Ты не из тех, кто лезет. Ты — из тех, кто остаётся. И это дорогого стоит.» На глаза внезапно навернулись слёзы. Не от грусти. От облегчения. От тепла. Она прижала телефон к груди и прошептала: — Спасибо, Олег… Лада сидела, уставившись в пустое поле чата с Владом. Пальцы порхали по клавиатуре: «Привет…» — стерла. «Случайно увидела пост, держись там…» — стёрла. «Если что, я рядом» — снова стерла. — Ну и что ты хочешь ему написать? — пробормотала себе под нос. — «Привет, я тут случайно разволновалась»? Блестяще, Лада. В конце концов она глубоко вдохнула, закусила губу и начала печатать. Лада: «Говорят, когда у мужчины начинается новая глава в жизни, первым делом он делает две вещи: заводит собаку и покупает квартиру. Вижу, ты идёшь по плану. Не забудь про собаку, Влад. А то будешь выгуливать свои татуировки.» Она прочитала сообщение раз двадцать. Усмехнулась. И всё-таки нажала «отправить». Потом резко отложила телефон, будто он мог её укусить, и пошла наливать себе второй кофе. — Ну всё. Теперь или он оценит. Или закопает меня на следующем испытании, — пробормотала она, качая головой. Но внутри, под всей этой нервозностью, вдруг стало чуть легче. Она сделала шаг. Остальное — уже не её забота. Телефон завибрировал с лёгким, но отчётливо зловещим звуком — будто даже техника знала, от кого пришло сообщение. На экране — Череватый. Сердце Лады моментально ушло в пятки.  — Ну… понеслась, — прошептала она, разблокируя экран. Сообщение открылось, и она тут же рассмеялась, хоть и с лёгкой паникой в голосе. Влад: «Невская, ты ещё подскажешь, как правильно разводы оформлять? А то чувствую, ты эксперт по новым главам. И насчёт собаки — не переживай, заведу. Назову Ладой. Будет кидаться на всех, кто выносит мозг и щёлкает языком. Вспоминаешь кого-то?» У Лады руки всё ещё дрожали, но на губах уже была самая настоящая улыбка. Он ответил. Он в порядке. Он всё ещё Влад. Даже в этом состоянии. Она прижала телефон к груди и тихо выдохнула. — Череватый, ты как вирус. Только появишься — и всё, забудь про спокойствие. Лада быстро напечатала ответ — коротко, без излишков, чтобы не влезать дальше, не навязываться. Просто по-человечески. Лада: «Рада, что ты всё ещё умеешь шутить. Значит, жив-здоров. Всё остальное приложится. Не забудь покормить Ладу — ту, что собака.» Отправив, она положила телефон экраном вниз и откинулась на спинку стула. В груди будто что-то отпустило, как тугая струна, наконец нашедшая покой. — Ну всё, миссия выполнена, — пробормотала она с улыбкой. На часах было далеко за полдень, но Ладе казалось, что утро только началось. Она вытянулась, зевнула и направилась в комнату — может, устроить себе спа-день, может, посмотреть сериал или почитать книгу. Главное — выдохнуть. Лада сидела на краю кровати, задумчиво вертя в руках телефон. В голове крутилась простая мысль: хочу лёгкости. Чего-то чисто женского. Шоппинг. Она резко подняла голову, будто озарённая, и открыла общий чат с Викой и Соней. Пальцы быстро застучали по экрану. Лада: «Девочки, собираюсь устроить себе терапию — шоппинг. Кто со мной?» Не прошло и тридцати секунд, как посыпались сообщения. Вика: «ДА!!! Я уже морально достала свою карту, она дрожит, но мы справимся.» Соня: «О, ты как в воду глядела! Я сегодня встала и подумала — если никто не позовёт меня тратить деньги, я позову себя сама. Но ты опередила.» Лада улыбнулась, не сдержав короткого смешка. Это было именно то, что ей нужно. Не разговоры про Влада, не внутренние анализы, не «а что если» — а просто: любимые подруги, уютные магазины, аромат кофе и бесконечные примерочные с глупыми комментариями. Лада: «Через час, центр, у фонтана. Возьмите хорошее настроение и пустые сумки. Сегодня — день нас.» На экране тут же замелькали гифки, сердечки и смех. Лада отложила телефон и поднялась с кровати. Сейчас ей предстояло выбрать не просто наряд — а броню. Лёгкую, стильную, женственную. Ту самую, что скажет: я в порядке, я улыбаюсь — и сегодня я выбираю себя. Она открыла шкаф с лёгким вдохом, а внутри — всё, что отражало её настроение. Сегодня будет её день. День, где нет места тягостным мыслям и неразрешимым вопросам. Только туфли, пиджаки, духи и настоящие подруги. С первых же шагов по направлению к фонтану Лада почувствовала, как настроение поднимается само по себе. На фоне журчащей воды, в золотистом осеннем свете, её уже ждали две иконы стиля и безудержного шоппинг-энтузиазма — Вика и Соня. — О, наконец-то! — всплеснула руками Соня, — Я уже успела дважды решить, что хочу купить и трижды передумать! — Нам срочно нужны кофе и скидки, — серьёзно заявила Вика, — в такой последовательности. Хотя нет, можно и наоборот. Они обнялись, словно не виделись месяцами и бодрым строем направились в сторону торгового центра. Уже в пути Лада поняла: это будет не просто прогулка. Это будет операция «Шоппинг года». В торговом центре их встретил аромат парфюмерии, блеск витрин и тихий шёпот манекенов: купи меня… и меня… и вот ещё эти ботильоны! Первая остановка — отдел платьев. Вика исчезла в примерочной со скоростью молнии, выдернув сразу шесть нарядов, и уже через минуту вышла в розовом платье, которое напоминало клубничный зефир. — Ну что, как? — спросила она, покрутившись. — Ты как романтичная угроза всем холостым мужчинам этого города, — сдержанно заметила Лада. Соня в это время пыталась натянуть брюки, которые, казалось, были сшиты на Барби-манекен. За шторкой примерочной раздавался её напряжённый голос: — Если я влезу, считайте, это официальное признание моей победы над углеводами! — Если ты влезешь, мы пойдём отмечать это чизкейком, — пообещала Лада. К третьему магазину у каждой уже было по пакету. Вика взяла пиджак «на случай важных дел» (хотя не помнила, когда у неё были хоть какие-то важные дела), Соня — магический шарфик с идеальной энергетикой (и ценой как у кристалла), а Лада — уютный свитер цвета корицы, в котором она уже чувствовала себя главной героиней осеннего ромкома. — Осталось найти мужчину, который будет сочетаться с этим свитером, — фыркнула она, разглядывая покупку. — И чтоб без негативной кармы и с машиной, — добавила Соня. А потом была кофейня, кофе в больших чашках, усталые ноги, но абсолютно довольные лица. Это был идеальный день. День, когда покупки стали оправданием, но настоящей ценностью были их смех, бесконечные подколы и ощущение, что жизнь, чёрт возьми, продолжается — яркая и весёлая. Кофе был горячим, ароматным и будто сваренным не из зерен, а из счастья, усталости и удачных покупок. Три чашки стояли на деревянном столике, а вокруг — море пакетов: с логотипами, блёстками, бантиками и маленькими бумажными бирками, словно боевые трофеи, подтверждающие успех операции «Шоппинг года». Вика, откинувшись на спинку кресла, вздохнула мечтательно: — Вот бы так всегда — платье, латте и никакой эзотерики. — И ни одного Череватого, маячащего на горизонте, — добавила Соня с невинной улыбкой и отпила кофе. Лада усмехнулась, закручивая ложечку в чашке: — Он как ментоловый леденец: с виду холодный, но как раскусишь — можно язык обжечь. — Или сломать, — буркнула Соня, — у него же энергетика как у заброшенного маяка. Красиво, но туда лучше не лезть. — А кто-то, между прочим, влюбляется в такие маяки, — подмигнула Вика, бросив взгляд на Ладу, в точности как снайпер — точно и без промаха. Лада фыркнула, но щёки выдали её лучше всяких арканов. — Девочки, вы такие добрые, — протянула она, — прям как злые ведьмы на каникулах. — Не просто ведьмы, а ведьмы моды, — поправила Соня. — Сегодня мы спасли экономику. Вика, всё ещё с чашкой у губ, вдруг замерла, будто ей привиделось нечто мистическое. Глаза сузились, и она, не отрывая взгляда от витрин вдалеке, медленно произнесла: — Кстати о Череватом… Лада, уже зная, к чему это, чуть не поперхнулась кофе. — Только не говори, что он прямо за моей спиной, — пробормотала она, уже внутренне собираясь к бегству. Соня же обернулась с видом охотника, который только что увидел редкого зверя в дикой природе. И действительно — из магазина домашнего текстиля вышел Влад. В одной руке у него болтались пакеты с постельным бельём, пледами и каким-то подушечным великолепием, а в другой — пачка свечей. Его брови были нахмурены, будто он только что вышел с поля боя, а не из уютного отдела интерьера. Он выглядел так, будто вёл переговоры с продавцами в духе «или скидка, или заклятие». — Ага, — протянула Соня, — вот он, маг интерьеров и разрушитель нервных систем. Лада напряглась, словно на экзамене. Но Соня уже весело махала рукой: — Влааад! Владислааав! Он, конечно, услышал. Сначала медленно поднял взгляд, как хищник, почуявший движение, потом, заметив Соню и компанию, недовольно прищурился. И, конечно же, с тем самым выражением лица «вот и день удался», направился прямо к ним. Пакеты, казалось, только подчёркивали его раздражение — ну не для Череватого были эти розовые подушки с помпонами, честное слово. — Что, девочки, ведьмовская сходка? — усмехнулся он, подходя ближе. — А ты что, подушки заговоренные выбирал? — Соня уже расплылась в улыбке. — Ну да, — буркнул Влад, — одна с надписью «relax», другая — «dream». Прямо моё состояние духа. Лада пыталась не смотреть на него. Особенно не на руки. Особенно не на пальцы, обвивающие ручки пакетов. Особенно не на лицо, освещённое тёплым светом осеннего солнца. Особенно — вообще. — А ты, Невская, чего молчишь? — повернулся он к ней. — Неужто без ведьмовского сопровождения и кофе теперь не ходишь? — Я просто перевариваю, — ответила Лада, приподнимая бровь, — что ты всерьёз купил плед с сердечками. Влад опустил взгляд на пакет. Там действительно торчал уголок подозрительно розового флиса. — Это был последний. А я несу добро в дом. В отличие от некоторых, кто только фыркает. Соня и Вика еле сдерживались, чтобы не расхохотаться. А Лада вдруг поняла, что сидит с кофе, краснеет, и чертовски хочет расспросить про плед. И про квартиру. И вообще — остаться. Влад прищурился, оглядел троицу и, вскинув бровь, с самым невозмутимым видом выдал: — А вы чего тут ошиваетесь втроем? Шоппинг, говорите? А я уж подумал, что вы собрались дух ведьмы какой вызывать. Или, может, устроить жертвоприношение скидочным купонам. Он перевёл взгляд на пакеты у ног девочек и хмыкнул: — Хотя, зная вас, скорее жертвоприношение банковской карте. Соня фыркнула и закатила глаза. — Очень смешно, Череватый. Мы вообще-то работаем над собой — внешний и внутренний апгрейд. Релакс, как-никак. — Ага, — кивнул Влад, — вы, значит, в поисках внутреннего дзена, а я в поисках нормального одеяла. Только я без латте и психологической травмы от примерочной. Вика не удержалась от смеха, а Лада сделала вид, что заинтересовалась вывеской за его спиной, но по уголкам губ у неё плясала улыбка. — Невская, — обратился Влад, наклоняясь чуть ближе и понижая голос, — надеюсь, ты не купила ещё один шарф с лисичками. Или ты теперь коллекционируешь? — А ты, — спокойно парировала Лада, — не заблудился среди декоративных подушек? Или они теперь твои новые духовные наставники? — Конечно, — серьёзно кивнул Влад, — одна из них вчера нашептала, что мне нужно держаться подальше от остреньких ведьм. Но я, как всегда, не послушал. На секунду между ними повисла странная тишина — не напряжённая, скорее заряженная. Но Соня тут же хлопнула в ладоши: — Так! А теперь — марш в кафе, пока мы тут не устроили настоящую битву экстрасенсов за место у столика! И вся четвёрка, не сбавляя накала шуток, направилась в сторону ближайшего уютного кафе. Вика что-то оживлённо рассказывала про новую коллекцию сумок, Соня активно поддакивала, перебрасываясь фразами вроде «ну вот именно!» и «я тебе говорила, они вернутся в моду!». Влад сидел, откинувшись на спинку стула, с ленивой полуулыбкой, попивая воду и изредка вставляя язвительные замечания, которые только подливали масла в весёлый девчачий спор. А Лада будто выпала из этой сцены. Сидела, ковыряя салфетку пальцами, взгляд то цеплялся за огоньки на потолке, то за чашку. Влад в какой-то момент бросил на неё мимолётный взгляд — не враждебный, но внимательный. И хоть он продолжал разговор с остальными, Лада почувствовала это: он заметил. — Так, — внезапно прервала все разговоры Соня, пристально глянув на Ладу, — ты чего такая тихая? На тебя это вообще не похоже. Или мы недостаточно хороши для твоих рассуждений о магии шопинга? Вика тоже обратила внимание, наклонившись ближе: — Всё нормально? Лада подняла голову и натянуто улыбнулась: — Да, всё нормально. Просто… устала, видимо. — Устала, — протянул Влад, не глядя, листая меню, — или ты просто до сих пор под впечатлением от духа пухового одеяла, которое я купил? Лада покосилась на него, но не ответила. Просто тихо усмехнулась. Внутри её что-то гудело. Приятно? Неловко? Слишком сложно. Она сделала глоток воды и попыталась включиться в разговор, но чувствовала, как будто стоит по ту сторону стекла — всё происходит, а она будто наблюдает издалека. Влад откинулся на спинку стула, поставил локти на подлокотники и сложил руки в замок, как будто собирался объявить нечто эпохальное. Глаза его блестели, губы кривились в той самой фирменной ухмылке — чуть дерзкой, чуть ленивой. — Ну что, мои оккультные соратники, — начал он тоном, каким обычно заявляют о конце света или об открытии портала в параллельную реальность, — пришло время откровений. Соня, не отрываясь от капучино, приподняла бровь: — Так, звучит как пролог к дьявольской исповеди. — Ага, — поддакнула Вика. — Ты наконец признаешь, что ты — рогатый в человеческом обличье? — Ну не настолько же драматично, — Влад глянул на Ладу мельком и тут же перевёл взгляд. — Просто я купил квартиру. Соня подавилась кофе: — Что? — Ты? Купил? — Вика чуть не уронила салфетку. — Ты же говорил, что не хочешь «вот этого всего» — ипотеки, ремонта, плитки с дурацким принтом… — Ну вот, — Влад пожал плечами. — Без ипотеки, без плитки. Купил, что понравилось. Вид на город, стены — пока что голые, как мои нервы после общения с Артёмом, но ничего, справлюсь. — Слушай, — Соня прищурилась, — а Лена? Она же вроде как… Влад не стал увиливать. Он посмотрел в сторону, коротко кивнул: — Мы расстались. Наступила тишина. Даже Вике не нашлась, что сказать. Лада замерла с чашкой в руке, не поднимая глаз. И тут, как всегда, Влад решил разрядить обстановку: — Так что теперь, — он хлопнул ладонями по столу, — я официально холост и обзавёлся жильём. Внезапно стал завидным женихом. Правда, если не смущает запах кладбищенской земли в коридоре. Соня закашлялась от смеха, Вика покачала головой, улыбаясь. Но все уже смотрели на него немного иначе — не как на непрошибаемого балагура, а как на человека, который закрыл целую главу своей жизни. А Лада, не поднимая глаз, крепче сжала чашку. Соня первой нарушила паузу — легко, почти играючи, но в её голосе слышалась та самая теплота, которая бывает у людей, знающих, когда нужно быть рядом, не задавая лишних вопросов. — Ну, главное, что ты теперь — наш сосед с личной территорией. Будем приходить к тебе пить чай и смеяться над твоим вкусом в шторах. Вика подхватила с мягкой улыбкой: — Только предупреждай заранее, чтобы мы не застали тебя во время магического обряда в носках с котиками. А то травма. Влад фыркнул: — У меня, между прочим, стильные носки. С черепами. — Классика, — прокомментировала Соня, улыбаясь. Никто не стал лезть вглубь. Не было вопросов вроде «А вы точно расстались?», «А почему?», «А кто ушёл?» — только молчаливая, но ощутимая поддержка. Тёплая, ненавязчивая. Та, что приходит не в словах, а в ощущениях: ты не один, даже когда рушатся стены старой жизни. Лада подняла взгляд. На секунду их глаза с Владом встретились. Она кивнула — чуть заметно, но искренне. Он ответил таким же коротким жестом, и вдруг в этой простой тишине за общим столом стало немного легче дышать. — Ну что, Череватый, — начала Соня, допивая кофе и хлопая ресничками так, будто собиралась не просить, а снимать рекламу шампуня, — ты сегодня в роли рыцаря на белом коне. Или хотя бы на чёрной машине. — Ага, — поддержала её Вика, — у нас тут три леди, кучу пакетов, и темнеет. Сама судьба велела. Влад, который в этот момент тянулся за последним кусочком круассана, замер с видом «ну конечно, как же без этого». Он медленно опустил руку, тяжело вздохнул и с чувством закатил глаза. — Не рыцарь я, а чернокнижник. С заклинанием «девочки, идите домой сами». — Чернокнижник-джентльмен, — отрезала Соня. — Пиши себе это на визитку. Лада только хмыкнула, наблюдая за этой сценой с удовольствием. Её пакеты, к слову, были самыми тяжёлыми — и, судя по всему, Влад это уже заметил. — Всё, Череватый, не бурчи, — добавила Вика, — ты же нас любишь. Ну, по-своему. По-чёрному. — По-чёрному — это я кофе люблю, — буркнул он, вставая. — А вас я терплю. Со скрежетом души и внутренним выгоранием. С этими словами он собрался, поднял несколько пакетов, как истинный страдающий герой, и направился к выходу, бормоча что-то вроде «я же экстрасенс, а не грузчик». Девчонки шли следом, довольные, как будто выиграли в лотерею. Они погрузились в машину: пакеты заполнили весь багажник и даже часть заднего сиденья, как будто не шоппинг, а эвакуация из бутика. Влад посмотрел в зеркало заднего вида и буркнул: — Я, значит, на своей же машине теперь экспресс-доставка. Только ленты с логотипом не хватает. — Сначала ко мне, — безапелляционно заявила Соня, усаживаясь на заднем сиденье и устраивая пакеты вокруг себя, как трон. — Я ближе. — А мне слово кто даст? — сквозь смех вставила Вика. — Так-то я вообще-то с тобой в одном районе. — Ну, тогда держитесь, ведьмочки. Сейчас Череватый-шофёр устроит вам тур по злачным местам, — протянул Влад, включая зажигание. Соня театрально закатила глаза. — Лишь бы до дома без ритуалов довез. Пока ехали до дома Сони, разговор не умолкал ни на секунду: то Вика рассказывала о платье, которое видела и не купила (и теперь об этом жалеет, как о судьбоносной ошибке), то Соня делилась последними новостями о странной клиентке, которая на консультации начала вытаскивать карты Таро из туфель. — Ты смеёшься, — рассказывала Соня, — а она говорит: «Они греются от моих шагов!» — И ты после этого ещё удивляешься, что тебя считают ведьмой? — заметил Влад, притормаживая возле нужного подъезда. Соня вышла, кинула через плечо: — А ты, Череватый, не теряй хватку. А то с таким сервисом и пяти звёзд не получишь. — Ужас. Мне ещё и рейтинг прокачивать, — проворчал Влад, двигаясь дальше. Следующей высадили Вику, которая, в отличие от Сони, не вышла с одной фразой. Она обняла Влада через плечо, потом заглянула вперёд, к Ладе, и подмигнула. — Ну вы тут не скучайте, ладно? — и, подхватив свои пакеты, исчезла в подъезде, оставив после себя аромат духов и нотку интриги. Оставшись вдвоём, Влад и Лада ехали молча. Пакеты уже не мешали, но теперь в машине повисла совсем другая тишина. Не неловкая, но какая-то глубокая. Влад вёл с той самой уверенностью, от которой у Лады иногда дрожали нервы. — Ну что, Невская, — наконец подал голос он, не отрывая взгляда от дороги, — ты довольна? Успешно потратила половину своей магической зарплаты? — Не половину, — отозвалась она, глядя в окно. — Всего процентов… восемьдесят. — Прогресс, — усмехнулся Влад. — Значит, тебе ещё хватит на свечку и две соли. Они свернули к её дому. Влад припарковался, заглушил двигатель и повернулся к ней: — Ну что, сама донесёшь? Или в очередной раз спасать тебя с багажом? — Сама, — бросила Лада, но уже без укола. — В случае чего, просто упаду среди подъезда. Там и останусь. — Мило. — Влад хмыкнул. — Только предупреди. Я как раз недавно делал обряд на нахождение потерянного. Лада усмехнулась, распахнула дверь и, собирая пакеты, сказала: — Спасибо, Череватый.  Он кивнул и, как бы невзначай, ответил: — Всегда пожалуйста. Только не привыкай. Она вышла, хлопнула дверью, и Влад смотрел ей вслед до тех пор, пока она не скрылась за дверью подъезда. Потом, не включая сразу зажигание, опустил голову на руль и выдохнул — медленно, тяжело, но с едва заметной улыбкой.