Глава 26.

Будильник заверещал как сирена, разрывая утреннюю тишину. Влад первым распахнул глаза, моргнул пару раз, чтобы понять, где он вообще находится, и тут же расслабился. Лада рядом. Теплая, родная, настоящая. Он потянулся через неё, выключая звук, и тут же почувствовал, как она зажмурилась, недовольно буркнув что-то нечленораздельное. — Что ты там шепчешь, ведьма моя? — усмехнулся он, укрывая их одеялом с головой. — Что этот адский будильник будет проклят вместе с тем, кто его поставил, — пробурчала Лада, даже не открывая глаз. Влад рассмеялся, ткнулся носом в её волосы и выдохнул: — Значит, это я — дьявол в этой истории? — Ты и без будильника им был, Череватый, — сонно фыркнула она, всё же прижимаясь ближе. — А ты — моя Невская. И сегодня я впервые проснулся счастливым, так что не жалуйся. — Хм. Я ещё не проснулась, так что пока не знаю, счастлива я или нет… — Сейчас выясним, — сказал он, обнял покрепче и нежно поцеловал в шею, а потом добавил: — Но предупреждаю, у нас есть максимум двадцать минут до выезда. А у меня есть как минимум пять причин не выпускать тебя из кровати. — Череватый… — простонала Лада, наконец улыбаясь. — Ты — абсолютное наказание. Но мне кажется, я его заслужила. — О, ты даже не представляешь насколько… И под одеялом снова раздался смех. Утро началось, впервые за долгое время, с любви, тепла и абсолютного счастья. Спустя добрых полчаса ворочаний, ленивых поцелуев, подушечных засад и нескончаемых «ещё пять минут», Лада, наконец, собралась с силами. Она выскользнула из-под одеяла, натянула на себя свою решимость — единственное, что было на ней в тот момент — и пошла к креслу за халатом. Спина прямая, волосы растрёпаны, шаг грациозный, несмотря на утреннюю нерасторопность. Влад проводил её взглядом, положив руки за голову и совершенно не собираясь скрывать, что наслаждается этой утренней картиной как редким шедевром. — Что? — обернулась она, завязывая халат на талии и чуть смутившись от его выражения лица. — А ты говоришь, я бес… — протянул Влад, приподняв бровь. — Такое искушение с утра — это чистое колдовство, Невская. Точно решила, что я после такого ещё в гримёрке буду в адеквате? — Череватый, ты с утра уже успел превратиться в проблему, — фыркнула она, но уголки губ всё равно тянулись в улыбку. — Я — твоя проблема, — лениво растянулся он в кровати, всё ещё не собираясь вставать. — И, между прочим, очень полезная. Особенно по утрам. Могу принести кофе. Но только если ты сделаешь вот это снова… — Нет! Хватит! Вставай! — рассмеялась Лада, швырнув в него подушку. Подушка приземлилась прямиком ему в грудь, а Влад, довольный как кот после сметаны, поймал её и притянул к себе. Позже, всё же собрав волю в кулак и с боем отвоевав себя у постели, он нехотя выбралсья из кровати. Почесывая затылок и всё ещё зевая в полголоса, потащился в ванную. Из-за двери послышалось приглушённое бурчание и звук воды, затем ритуальные звуки чистки зубов с комментариями вроде: — Кто вообще придумал вставать в такую рань? Наверное, враг человечества… Лада, посмеиваясь, уже направилась на кухню. Халат слегка распахнулся на бёдре, волосы растрёпаны — но в этом была та самая особенная утренняя красота. На кухне она привычно поставила чайник, достала кофе, закинула пару капель ванильного сиропа в свою чашку, и принялась взбивать яйца для омлета. Плита зажглась, сковородка зашипела, а кухня постепенно наполнилась ароматами тепла и чего-то домашнего. — Череватый! Ты хочешь сыр в омлет или без? — крикнула она, не оборачиваясь. — Сыр — это главное в жизни после тебя, — отозвался он, выползая из ванной и вытирая лицо полотенцем. — И кофе. Если не нальёшь — мне придётся наложить проклятье на утро. — Поздно. Оно уже проклято нашим будильником. Влад рассмеялся и подошёл сзади, обняв её за талию, прижавшись щекой к её плечу. — Вот бы каждое утро было таким, — прошептал он, вдыхая её аромат. — Омлет, кофе… и без грима на пол-лица. — Ты забыл «и с тобой без трусов в халате», — усмехнулась Лада, переворачивая омлет. — Этому пункту — особое внимание. Лада вытерла руки о кухонное полотенце, повернулась к Владу и прищурилась с таким видом, будто сейчас собирается назначить его ответственным за государственный переворот. — Так, Череватый. Теперь ты главный на кухне. — О, наконец-то ты оценила мой потенциал, — важно кивнул Влад, уперев руки в бока. — Следи за омлетом. Я серьезно. Если подгорит — клянусь, вызову Ангелину, и она тебя проклянёт на гастрит. — Слушаюсь, повелительница сковороды, — вытянулся он в комичном подобии стойки «смирно». Лада рассмеялась, шлёпнула его по плечу и направилась в ванную. — Я быстро — умыться, зубы и вернусь. У тебя ровно три минуты, чтобы доказать, что ты не только чернокнижник, но и кухонный шаман. — Три минуты? Успею прочитать два заговора, провести очищение сковородки и, если повезёт, не спалить кухню. — Если не повезёт — неси завтрак в виде угля на тарелке. — А тебе с кетчупом или со сметаной? — С сарказмом. И с любовью, — крикнула она уже из ванной. А Влад, стоя у плиты, почесал подбородок, глянул на омлет и серьёзно пробормотал: — Ну что, дружище, давай покажем ей, кто тут альфа на этой кухне. Лада, как и обещала, вернулась через считанные минуты, всё ещё вытирая руки полотенцем и поправляя волосы. Она уже собиралась съязвить что-то в духе «ну, что тут у нас, пепелище?», но, зайдя на кухню, застыла на пороге. На столе стояли две тарелки, на каждой аккуратно выложен омлет — ровный, пышный, и, что важнее всего, не сгоревший. А поверх, кетчупом, было нарисовано по солнышку: круглое, с глазами-бусинками, широкой улыбкой и тонкими кривыми лучами, будто от руки ребёнка. Рядом — две чашки с кофе. Одна — с её любимым ванильным сиропом. И Влад, стоящий в позе победителя у холодильника, с полотенцем через плечо и самодовольной ухмылкой на лице. — Вот это ты кулинар, — Лада рассмеялась, подходя ближе. — Явно магия, иначе не объяснить. — Ага, — важно кивнул Влад. — Заклинание «Omeletus Maximus». С побочным эффектом — добродушное утреннее солнце. Лада села за стол, всё ещё посмеиваясь. — А если бы подгорело? — Тогда был бы ритуал на воскрешение вкусовых рецепторов. Но, к счастью, не понадобилось. Она взглянула на него чуть мягче, с тем особенным теплом, которое возникает, когда понимаешь — вот оно, простое счастье. Завтрак, солнце на омлете, кофе и он, хвастающийся ерундой, как будто создал вселенную. — Спасибо, Влад. Правда. Это очень мило. Он подошёл, поцеловал её в висок и, усаживаясь рядом, бросил: — Готовься, Невская. Это только начало моих утренних шедевров. На очереди — гренки в форме пентаграммы. — Главное, чтоб с корицей, — подмигнула она. — И чтоб бесы не подгорели. Они позавтракали в тёплой, почти семейной атмосфере — с шутками, подкалываниями и тем самым лёгким счастьем, которое ни с чем не спутаешь. Омлет исчез с тарелок быстрее, чем Влад успел запустить новую шутку, а кофе согрел не только тела, но и утренние мысли. Они переоделись, натянули тёплую зимнюю одежду и, наконец, покинули уютную квартиру, готовые к новому дню и, возможно, новым сплетням. На улице мороз всё ещё давал о себе знать, но яркое февральское солнце делало погоду обманчиво тёплой. Воздух был свежим, небо — чистым, и настроение соответствовало. Влад первым подошёл к машине, возясь с ключом, отогревая пальцы и что-то бурча себе под нос о проклятом замке, который живёт собственной жизнью. Лада села на пассажирское сиденье, захлопнула дверь и, посмотрев на него, с ухмылкой выдохнула: — Ты только представь, что сейчас будет на площадке, когда все увидят нас вместе. Особенно Соня. Она же там сгорит от любопытства. Влад хмыкнул, вставляя ключ в зажигание, и со своей фирменной ухмылкой бросил: — Соня? Соня начнёт допрашивать нас с пристрастием. А Вика будет молча наблюдать, как я за тебя держусь, и делать свои выводы. Олег начнёт в голос ржать. Лада тихо усмехнулась, застёгивая ремень. — Ну что ж, начнём шоу? Влад повернулся к ней, приподнял бровь и хрипловато произнёс: — Звёздочка должна быть одна… но если рядом с ней будет ведьма — может, так даже лучше. Они подъехали к съёмочной площадке, и Влад, как обычно, безошибочно втиснул машину на своё любимое место, будто это не парковка, а персональный трон для его чёрного автомобиля. Машина замерла, двигатель стих, и на пару секунд в салоне повисла тишина. Лада глубоко вдохнула, потом так же глубоко выдохнула, будто собиралась не просто на съёмки, а в открытый бой. Влад краем глаза заметил это и, конечно, не смог пройти мимо. — Ты чего там, дышишь, как перед казнью? — усмехнулся он, поворачиваясь к ней. — Соня не сожрёт тебя целиком. Ну, может, только глазом. — А если оторвёт ухо и на нём погадает? — прищурилась Лада. — Ты ж меня не защитишь, с твоим-то чувством юмора. — Я буду рядом. Буду подавать нож и салфетки, — фыркнул он. — И снимать для архива. Лада закатила глаза, но улыбка уже играла на губах. — Зачем я с тобой вообще связалась… — Поздно, ведьмочка. Они вышли из машины, хлопнув дверями почти синхронно, как будто репетировали. Мороз щёлкнул по щекам, напоминая, что зима всё ещё здесь. Пара завернула за угол, и перед ними открылась привычная утренняя сцена — курилка, их святая святых, место сбора, слухов, разборов полётов и обязательных утренних ритуалов. Соня, как и полагается королеве утренней драмы, стояла, опершись о перила, лениво, но до невозможности грациозно покуривая. Дым вился из её губ, как будто она снималась в нуарном фильме — вся в шарфе, пальто и этом своём пронизывающем взгляде. И при этом выглядела так, будто сигарета — это продолжение её пальцев, а не вредная привычка. Вика, более сдержанная и спокойная, стояла рядом с ней, крепко прижимая к себе термокружку с чаем. Она не вмешивалась в происходящее, просто слушала, наблюдала и иногда тихо усмехалась. А вот Олег, с выражением праведной тревоги на лице, читал Соне лекцию, которую, судя по всему, уже произносил не раз: — Вот ты опять куришь, а я тебе говорю — табачный дым сокращает продолжительность жизни! Ты потом скажешь, что я тебя не предупреждал! — Ты каждое утро меня предупреждаешь, — отозвалась Соня с хрипотцой в голосе и легкой усмешкой. — И каждое утро я решаю, что сигарета вкуснее совести. — Ну всё, я сдаюсь, — Олег развёл руками и фыркнул. — Ты неисправима. — Так за это ты меня и любишь, — усмехнулась она, выпуская кольцо дыма. И тут взгляд Вики, как у натренированного радаром бойца, скользнул в сторону входа на площадку. Она издала тихое: — Опа… Соня прищурилась. Олег поднял брови. Все трое посмотрели в сторону. А из-за угла, в морозной дымке, шли они. Влад и Лада. Рядом. Не просто рядом — вместе, как нечто цельное. С лёгкими ухмылками, будто знали, что будут в центре внимания. Соня медленно выдохнула дым и прошептала: — Так, стоп… Я что-то пропустила? Влад, замечая, как на них уставились трое, только сильнее расправил плечи и медленно, с нарочитой уверенностью приблизился к ним, будто знал, что на этой импровизированной сцене он — главная звезда. Его губы растянулись в той самой, фирменной, ехидно-довольной улыбке, от которой либо хотелось смеяться, либо — зашвырнуть чем-нибудь. — Доброе утро, — протянул он, словно приветствуя суд присяжных, зная, что всё и так решено в его пользу. Соня приподняла бровь, с таким видом, будто готовилась выдать монолог. Вика сделала осторожный глоток чая, не сводя с них глаз, будто боялась пропустить взрыв. А Олег присвистнул и, не удержавшись, буркнул: — Ну и кто-нибудь объяснит, какого чёрта тут происходит? Лада, которая сначала собиралась промолчать, только рассмеялась в голос. — А вот и реакция, на которую мы ставили ставки. — Ты поставила на Соню? — шепнул Влад ей на ухо, не убирая усмешки с лица. — Нет, на Олега. Он всегда самый громкий. — Эй! — возмутился тот, — Я хотя бы не в шоке, как некоторые! — Я не в шоке, — хладнокровно отозвалась Соня, стряхивая пепел с сигареты. — Я просто пересматриваю все свои предыдущие жизненные убеждения. — Так это… вы теперь… ты и он? — Вика подвигалась ближе, глядя на Ладу, словно та принесла важнейшую информацию во Вселенную. — Ага, — пожала плечами Лада, улыбаясь. — Мы теперь — мы. Секунда. Молчания. Все просто… переваривали. А потом — взрыв. — ААААААААААААААААА!!! — заорала Соня так, что где-то в соседнем районе сработала сигнализация на машине. — Вы чёооо!! Когда?! Как?! Почему я ничего не знала?! И прежде чем кто-либо успел что-то сказать, она с диким писком бросилась на Ладу, вцепившись в неё с такой силой, будто та вернулась с войны и привезла с собой мир во всём мире. — Ты просто обязана мне всё рассказать! Всё-всё-всё! Сцену признания, кто первый, кто кого! Когда, как, что сказал! Влад даже не успел увернуться, как вторая волна Сони обрушилась уже на него. Он аж качнулся назад, поймав её с видом «я же говорил, будет катастрофа». — Ты! Чёрт! Сколько я слушала твоё нытьё! — тараторила она, долбя его кулаками по груди без злости, но с эпической эмоциональностью. — А оно вон как! — Ну, ты же знаешь меня… — пробормотал Влад, усмехаясь, — Я всегда сдержан в выражении чувств. — Сдержан? Да ты, как бутылка с шампанским на Новый год! Олег уже стоял рядом, хлопал Влада по плечу и смеялся. — Поздравляю, брат. Ты это заслужил. Даже если ты потратил кучу моих нервов на свои «да я не знаю, да я не уверен». Господи, мужик, мы же с Соней ставки ставили, кто из вас первый сойдёт с ума. — Я выиграла, — тут же вставила Соня. — Лада раньше треснула. Вика подошла к Ладе, мягко обняла её, прижимая к себе. — Я так рада за тебя… За вас. Вы как кусочки одного пазла. Правда. Лада, почти ошарашенная такой лавиной эмоций, только и успевала кивать и смеяться сквозь лёгкий румянец. А Влад, глядя на весь этот балаган, тихо прошептал ей на ухо: — Ты только не говори, что передумала. Слишком поздно — я уже морально сросся с твоей кухней. — Ты сросся с моей зефиркой в морозилке, — прошептала она в ответ и, не сдержавшись, поцеловала его в щёку. Соня опять взвизгнула: — ВСЁ! Это надо праздновать! У нас дома, вино, свечи, сериалы и шампанское! Сегодня! Обсудим всё! Олег, не теряя момента для драматизма, схватился за грудь и театрально вытаращил глаза: — Всё, я уже молюсь за нашу с Соней квартиру. Они там будут обсуждать чувства, обниматься и варить зелья! Нас сглазят, я чувствую! Соня закатила глаза и с лёгкой, но показательной силой стукнула его в плечо: — Сглажу тебя, если будешь нести такую хрень. — Ты первая ведьма, которая обещает это с таким выражением любви, — хмыкнул Олег, потирая плечо, но не переставая улыбаться. Все рассмеялись. В этих колкостях, в подколках, в этом бесконечном шутливом обмене репликами — жила настоящая, тёплая дружба. И хоть никто не говорил это вслух, но все чувствовали одно и то же: они пережили с Владом и Ладой слишком многое, чтобы не радоваться искренне. Это была победа — над недоверием, над страхами, над прошлым. Это было счастье, за которое стоило бороться. Вика первой нарушила эту волну тишины, поднимая свою термокружку: — Ну что, за новую парочку и за то, что теперь в этом сезоне «Битвы сильнейших» у нас не только магия, но и любовь. — О, а ещё интриги, расследования и угроза Олегу быть изгнанным из квартиры за глупые шутки, — подколола Соня. — Справедливо, — кивнула Лада, улыбаясь. Влад внезапно повернулся к Олегу и кивнул в сторону выхода с курилки, чуть приглушённым, но уверенным голосом: — Пойдём на минуту. Есть разговор. Олег приподнял бровь, но кивнул без вопросов. Он знал: если Череватый зовёт в сторону — значит, дело серьёзное или, как минимум, интересное. Они отошли на несколько шагов, подальше от компании, скрываясь за углом здания. Влад заговорил почти шёпотом, но с тем самым выражением в глазах — опасная смесь задумчивости, решимости и едва заметного волнения. — Короче, брат. Мне нужна твоя помощь. — Я уже на взводе, — быстро отозвался Олег. — Что делать? Кого пугать? Куда ехать? Где стоять? Я за любой движ, сам знаешь. Влад рассмеялся тихо, но с благодарной теплотой: — Никого пугать не надо. Пока. Слушай, я решил… Пора. Я хочу сделать предложение Ладе. Олег застыл. Глаза округлились, как будто он только что услышал, что Влад решил стать монахом. — Ты… Ты серьёзно? — выдавил он. — Ага, — кивнул Влад, глядя прямо в глаза. — Настоящее. По-взрослому. Я не хочу больше терять время. Всё это шоу с беготнёй, страхами, моими исчезновениями — хватит. Я хочу, чтобы она была со мной. Всегда. Олег медленно расплылся в широкой, тёплой улыбке: — Череватый, я сейчас расплачусь, как Соня на свадьбе. Это же… — он на секунду задумался, — …это прям серьёзно-серьёзно. — Серьёзнее некуда, — хмыкнул Влад. — И мне нужна твоя помощь. Подготовим всё. Без лишнего пафоса, но чтобы запомнилось. Я доверяю только тебе. — Я уже в деле, — торжественно кивнул Олег. — Сценарий, свечи, фейерверки, глиняный козёл — я достану всё! — Без козла, блядь, — не сдержался Влад, хохотнув. — Ну ты сам сказал — «запомнилось», я пошёл в креатив. Они оба рассмеялись, но в этой лёгкости чувствовалась настоящая важность момента. Влад положил руку на плечо Олегу и с искренней благодарностью сказал: — Спасибо, брат. Без тебя — никак. — Та ты чё. Это честь. Но если она скажет «да» — я всё-таки устрою фейерверк. Маленький. Из чайных свечек. Но фейерверк. — Согласен. Только чтобы пожарку не вызвали. И, договорившись, они вернулись к остальным — как ни в чём не бывало. Только в глазах у обоих теперь было то самое искрящееся предвкушение. Большое событие приближалось. Олег хлопнул в ладоши, будто завершая тайный совет: — Так, романтики вы мои, пора уже на место. Любовь — любовью, а Марат, между прочим, уже, наверное, собирается вызывать дух терпения. Влад шагал рядом с Ладой, не касаясь, но будто не отпуская. Он снова чувствовал себя в игре — не только на съёмочной площадке, но и в жизни. Теперь у него была цель. Настоящая. И сегодня был ещё один день, где он мог быть рядом с ней. Дверь в гримёрку со скрипом открылась, и внутрь зашла почти вся тёплая компания — Влад с Ладой рядом, следом Соня с Олегом, Вика замыкала строй. Шум, гомон, запах кофе и лака для волос — всё, как всегда. В кресле у зеркала уже сидел Дима, гитарно перебирая пальцами воображаемые струны на коленях. Александр, откинувшись в кресле, листал что-то в телефоне и комментировал происходящее себе под нос. Ангелина как всегда величественно пила чай из термоса, наблюдая за суматохой с видом волшебницы, которой всё давно известно. Артём сидел в углу, листая сценарный план съёмочного дня и что-то записывая в блокнот. Услышав открытие двери, он поднял глаза и, как обычно, кивнул всем. Увидев Ладу, улыбнулся и тепло кивнул ей отдельно. Спокойно, по-доброму. — Ооо, вот и звёзды подъехали, — хмыкнул Александр, не поднимая взгляда от телефона. — Можно снимать вторую часть сезона «Любовь на битве». — Ага, — поддержал Дима. — Сейчас только кофе добью — и готов писать саундтрек. Влад вальяжно опустился в своё кресло в углу, как на трон, закинул ногу на ногу и, оглядывая всех, сказал с той самой фирменной улыбкой: — Ну, всем доброе утро. Мы пришли. Можно начинать шоу. Лада аккуратно поставила сумку на стул, повесила шарф, и села рядом, глядя в зеркало. На губах — спокойная улыбка, в глазах — огонёк. Словно всё вокруг, наконец, стало на свои места. — Ладушка, — обернулась к ней Ангелина, — ты как будто сияешь. Или это грим хороший? — Это любовь такая у нас в гримёрке теперь, бабонька, — вставил Влад, не открывая глаз, откинувшись на спинку кресла. Гримёрка гудела как улей: щёлкали кисти, фены шумели, кто-то листал бумаги, кто-то обсуждал, как пройдёт сегодняшний съёмочный день. В этом хаосе, как всегда, царила привычная рабочая суета. Олег мельком глянул на Соню, которая как раз заканчивала выпрямлять волосы Ладе. Он подошёл к ней, наклонился и что-то тихо шепнул на ухо. Соня замерла, подняла брови и повернулась к нему. — Пойдём, надо на пару слов, — шепнул Олег и, не дожидаясь ответа, направился к выходу. Соня удивлённо последовала за ним. Они вышли в коридор, захлопнув за собой дверь гримёрки. Здесь было тише, пахло кофе с автомата и духами ассистентов. Соня уперла руки в бока и прищурилась: — Ну? Что случилось? Олег оглянулся, убедился, что никого нет поблизости, и понизил голос до почти заговорщицкого: — Влад сегодня собирается сделать Ладе предложение. Соня застыла. — Что?! — Тихо ты, Господи, — зашикал Олег, бросив взгляд на дверь гримёрки. — Хочешь сорвать всю операцию до начала? Соня зажала рот руками, глаза округлились, дыхание перехватило. Она замотала головой, потом быстро закивала, будто пропуская фазу паники. — Ты серьёзно? Прям сегодня? — Ага. Сегодня вечером. На праздновании. Всё обговорили — кольцо, атмосфера, момент. Только вот одна проблема… — Размер? — догадалась Соня, уже скрестив руки и чуть ли не вытаскивая блокнот. — Ага. Нужно узнать размер кольца. Влад хочет, чтобы всё было идеально. И он, как ты понимаешь, решил не спрашивать напрямую. — Ну это понятно. Был бы это Влад — ещё б по картам вычислял или ритуал проводил, — хмыкнула Соня. — Хорошо, без проблем. Я всё разрулю. — Главное — аккуратно. Без лишних подозрений. Она не должна ничего заподозрить. Даже на йоту. Соня закатила глаза, но с улыбкой: — Олег, дорогой. Я женщина. Я ведьма. Я подруга. И я шпион в шестом поколении. Если я не узнаю её размер, то кто вообще тогда в этой гримёрке за что-то отвечает? — Вот за это я тебя и люблю. Только без жертвоприношений, ладно? — Ладно, обойдусь маникюром и «ой, дай примерить твое кольцо». Или «я тут смотрю украшение, вот не знаю твой размер — подскажи». — Ты гений, — кивнул Олег. — Ладно, пошли, а то нас начнут искать. Соня кивнула, расправила плечи, будто выходила на битву, и с важным видом направилась обратно в гримёрку. Олег шёл следом, уже предвкушая, как всё пройдёт. У него был лучший союзник в мире, когда дело касалось таких миссий. Операция «Кольцо для Невской» официально началась. Когда дверь гримёрки снова открылась, Олег и Соня вернулись внутрь с абсолютно одинаковыми, слишком невинными и одновременно чересчур довольными лицами. Эти выражения мгновенно насторожили Ладу. Она прищурилась, глядя на Соню, и приподняла бровь. — Что случилось? — спросила она, осторожно, как будто ловила момент, когда её подруга только-только задумала что-то масштабное. Соня тут же встрепенулась, вживаясь в образ: хлопнула ресницами, округлила глаза и развела руками. — Я? Что? Ничегошеньки! Просто мы с Олегом… обсуждали… важное. — последнюю фразу она произнесла особенно многозначительно и ещё более подозрительно. Лада сузила глаза. — Ты когда так глаза округляешь, я сразу понимаю, что ты что-то скрываешь. Соня сделала вид, будто глубоко оскорблена: — Ах! Как ты могла?! Я, между прочим, вся из себя прозрачная как горный хрусталь! — Как глина после дождя, — пробормотал Влад со своего места в углу, не поднимая взгляда от телефона, но с явной ухмылкой на губах. Олег хмыкнул и добавил, усаживаясь в кресло: — Не волнуйся, Оладушка, всё в рамках мироздания. Просто важные дела государственной важности. Соня тем временем уже подошла к Ладе и с самым невинным видом выдала: — Кстати, ты никогда не задумывалась, что тебе пошли бы кольца в винтажном стиле? С камушками. Хммм? — Что? — Лада нахмурилась. — Соня… — Ну просто представь. Такой, знаешь, агат, или опал. Или вообще с руной! Ну покажи руку, я тебе скажу, подойдёт тебе такое или нет! Влад, не выдержав, чуть не подавился чаем от смеха. Но вовремя спрятался за чашкой, делая вид, что кашляет. Лада недоверчиво протянула руку: — Ты вообще нормальная?.. — Абсолютно. Я просто люблю красивые украшения, вот и всё, — с самым невозмутимым видом ответила Соня, уже визуально примеряя на глаз, фиксируя всё, что нужно. Олег, пряча улыбку, уткнулся в телефон, делая вид, что читает что-то жизненно важное, хотя в голове уже играли фанфары победы. Миссия шла по плану. Соня с самым серьёзным и вдохновлённым выражением лица держала Ладину руку, будто собиралась провести ритуал ясновидения, но на самом деле уже успела оценить всё, что нужно — форму пальцев, толщину, предполагаемый размер. Она даже незаметно прижала свой большой палец к её безымянному, делая в уме пометку: примерно шестнадцатый с половиной, может чуть меньше… лучше брать шестнадцатый. — Ты знаешь, — протянула она, продолжая удерживать руку Лады, — если бы я выбирала тебе камень, это точно был бы лунный. Такой перламутрово-нежный. Вот серьёзно. Он усиливает интуицию и, по легенде, помогает в любви. Хотя, в твоём случае, может, уже и не надо усиливать? — Соня… — протянула Лада, всё ещё что-то подозревая, но не до конца понимая, в чём подвох. — Да что ты! Просто фантазирую! Могу ещё посоветовать гелиотроп — он от сглаза помогает. Тебе пригодится, мало ли, кто на тебя как смотрит… — с многозначительным взглядом кинула она в сторону гримёрного зеркала, где сидел Влад, делая вид, что проверяет микрофон на пиджаке, но одним ухом слушал их разговор. Тем временем, пока Лада смотрела на неё с лёгкой полуулыбкой, Соня одним ловким движением убрала телефон с колен и под полом стола набрала короткое сообщение: «16, может 16.5.» — Всё, отпускаю, — легко произнесла она и опустила руку Лады на подлокотник. — Ты просто обязана купить себе кольцо с лунным камнем. Или дождаться, пока тебе его подарят. Такое, знаешь… ОСОБЕННОЕ. Лада прищурилась: — Ты сейчас чего ради это всё? — Да просто настроение такое. Всё будет хорошо, Ладушка. Поверь мне. Всё будет так, как должно. А в это время у Влада в телефоне мигнул экран — он глянул на сообщение, прочитал, и его губы медленно растянулись в довольную, почти опасную ухмылку. План шёл идеально. Гримёрка моментально ожила, словно по команде. Разговоры стихли, кто-то в панике начал поправлять макияж, кто-то метнулся к зеркалу проверить, всё ли в порядке с одеждой. — Ну что, детки, марш в готический зал. Сейчас нас снова будут мучить, а мы будем делать вид, что нам всё нравится, — лениво бросил Влад в пространство, проходя к двери. — А ты ждал чего-то другого? — парировала Лада, поправляя ворот свитера и вставая со своего места. — Готовь свои фокусы, Череватый. — Всегда при себе, — хмыкнул Влад. Ассистент снова окликнул из коридора, уже громче, нетерпеливо: — Ну где вы там?! Вас ждут в зале, съёмки вот-вот начнутся! — Да идём мы, идём. Не развалится ваш готический замок, — буркнул Олег, поднимаясь и чмокая Соню в висок. Та успела прошептать ему: — Всё готово, — и подмигнуть. Ребята один за другим вышли в коридор, направляясь по уже знакомому маршруту. Лада шла рядом с Викой, чуть позади Влада, который важно вёл их, будто полководец в битву. Съёмки закончились неожиданно рано — всё шло гладко, никто не сбивался, камеры работали как по нотам, а экстрасенсы были в ударе. Когда режиссёр громко и чётко сказал: «Стоп, снято!», весь зал наполнился расслабленными вздохами и довольными улыбками. Съёмочный день подошёл к концу, но для Влада всё только начиналось. Он поймал взгляд Вики и кивнул в сторону коридора. Та поняла сразу. Они с Соней отошли в угол за колонну, где их не было слышно, и Влад, всё ещё стараясь выглядеть невозмутимым, понизил голос: — Девочки, нужна ваша помощь. Срочно. Мне нужно улизнуть в магазин. Ну… сами понимаете за чем. Соня подпрыгнула, глаза загорелись. — Кольцо?! Вика закатила глаза, но с улыбкой: — Да тс-с, Соня. Тише ты. А то сейчас кто-то из ассистентов донесёт, и всё — сюрприз под откос. — Ну а что ты хочешь от меня?! Это же исторический момент! Влад хмыкнул: — Вот именно поэтому мне и нужна ваша помощь. Отвлеките Ладу. Она слишком наблюдательная, если вдруг исчезну — поймёт сразу. Вика задумчиво поджала губы: — Можно сделать вид, что мы едем сразу к Соне готовить стол, накрывать, ну там — закуски, напитки, свечи, ты сам понимаешь… — Ага, а ты типа позже подъедешь, потому что поедешь в магазин за вином и шампанским с Олегом. Только ты за кольцом, а Олег за украшениями, — подхватила Соня, уже строя схему в голове. — У неё и повода не будет подозревать. Всё логично. Мы её с собой увезём, а ты — в ювелирку. — Вот за это я вас и обожаю, — Влад уже доставал ключи из кармана и на ходу накидывал куртку. — Только, пожалуйста, без сюрпризов от тебя, Соня. Мне одной неожиданности пока хватит. — Я? Я — душка! — Ты — стихийное бедствие с ресницами, — бросил Влад, но с тёплой усмешкой. — Всё. Я побежал. Он стремительно скрылся за углом. А Соня подошла к Ладе с таким лицом, будто собралась сообщить самую важную новость сезона. Прищурилась, взялась за подругу под локоть и, понижая голос до полушёпота, выдала: — Лада, ты же не забыла, что сегодня вечером у нас девичник в честь вашего с Череватым воссоединения века? Лада округлила глаза: — Вообще-то, мы не женимся. — Пока, — не моргнув, отрезала Соня. — Так вот. Мы с Викой уже всё придумали: уют, свечи, закуски, вино и шампанское. Но! Нам, как ты понимаешь, нужны рабочие руки. Потому что одной мне — ну никак, у меня даже чесночницу найти сложно, не то что бокалы. Рядом стояла Вика и согласно закивала, подыгрывая как могла: — Да-да, всё по плану. Нам с Соней ещё закуски нарезать, сырную тарелку собрать, салат какой-нибудь сделать. А у тебя такой вкус, ну ты просто обязана быть с нами в этом. Соня продолжила с воодушевлением: — А Влад с Олегом пусть займутся мужскими задачами — закупятся алкоголем, поносят тяжёлые сумки, побурчат. У них это хорошо получается. — Ты уверена, что это была идея Влада? — прищурилась Лада, но в уголках её губ играла улыбка. — Абсолютно, — захлопала ресницами Соня, будто ни в чём не бывало. — Он сам сказал: «пусть девочки своими фужерами занимаются, мы — по серьёзному». Лада рассмеялась: — Ладно-ладно, я с вами. Только предупреждаю: если снова пойдёт обсуждение моей личной жизни на фоне Олега в фартуке, я сбегу. — Обещаю, на этот раз он будет без фартука, — подмигнула Вика. — И без одежды вовсе, если надо будет отвлечь тебя, — добавила Соня. — СОНЯ! — Что? Я креативно мыслю, не осуждай! План действовал идеально. Пока Лада ехала с девочками на уютный вечерний сбор, Влад уже включал навигатор, мчался к нужному ювелирному и прикидывал в голове, как правильно сделать главный шаг. Череватый стоял перед витриной с выражением лица, будто сейчас решает судьбу мира, а не выбирает кольцо. Он буквально прожигал взглядом каждую коробочку: тут — слишком блестит, там — чересчур просто. Он уже начал морально готовиться устроить перекличку всем каратам этого зала, как рядом появилась улыбчивая консультантка — юная, с идеально уложенными волосами и блокнотом в руках. — Вам что-то подсказать? — вежливо спросила она, слегка склонив голову набок. Влад медленно повернулся к ней, словно в трансе: — Да. Мне нужно кольцо. Очень особенное. Чтобы она посмотрела — и заплакала. В хорошем смысле. — Понимаю… — девушка просияла, и тут же развернулась к витрине. — Классика или что-то с необычным дизайном? — Что-то между. Чтобы и с характером, и не в лоб. Невская не любит вычурное, но и серость терпеть не может. Сложная она у меня, — пробормотал Влад, сам не заметив, как прозвучало это «у меня». Консультантка понимающе кивнула: — А размер знаете? — Да, у меня шпионская сеть, всё выяснили. Она засмеялась и начала показывать несколько моделей. Влад смотрел, сравнивал, снова отказывался. И вот, наконец, его взгляд остановился на одном кольце — изогнутая форма, будто две линии, которые переплетаются и сходятся в одной точке. По центру — маленький, но сияющий камень, а по бокам — едва заметная гравировка в виде веточек. Он замер. — Вот это, — сказал он. — Это оно. Она — как раз такая. Кажется простой, но стоит присмотреться — и там целая вселенная. Вот это и есть Лада. — Отличный выбор, — мягко сказала девушка. — Хотите гравировку? Влад задумался на пару секунд, а потом улыбнулся краем губ: — Да. С любовью, твой соперник Влад. Девушка, записывая, рассмеялась: — Ох, вы интересная пара, я смотрю. — Это ещё мягко сказано. Всё оформилось быстро, коробочка аккуратно упакована, чек в кармане. Влад выдохнул, посмотрел на свёрток в руке и впервые за долгое время почувствовал: сейчас всё будет правильно. Тем временем Олег влетел в ближайший супермаркет, как ураган — быстро, шумно и с абсолютной решимостью в глазах. На ходу нацепил на тележку корзину, словно собирался снабжать целую армию, а не организовывать романтический вечер. — Так, мишура… хлопушки… свечи… Блин, надеюсь, ничего не взорвётся раньше времени, — бубнил он себе под нос, лавируя между полками с таким видом, будто его гонят призраки прошлого. Он закинул в тележку сразу четыре хлопушки — на всякий случай, вдруг какие-то не сработают. Потом увидел золотую гирлянду в виде звёзд и, не долго думая, швырнул туда же. — Это вам не просто вечер, это почти премия «Оскар», — прокомментировал он сам себе, подбирая коробочку с надписью «фейерверк-мини». Следом полетели декоративные свечи — в форме сердца, конечно, куда ж без пафоса, — набор салфеток с надписью «Love is in the air» (он знал, Соня это точно заценит), пластиковые бокалы с блёстками и какая-то гирлянда, которая светилась всеми цветами радуги. — Ну что, Череватый, держись. Я тебе такое настроение устрою, что ты у меня со сцены не уйдёшь без кольца на пальце Невской, — усмехнулся он, подъезжая к кассе. Продавщица посмотрела на его армагеддон в тележке и спросила с осторожной улыбкой: — Праздник у вас, да? — О, ещё какой. Только если она скажет «нет» — вы не видели меня здесь, ясно? — Ясно, — кивнула она, улыбаясь ещё шире. Олег расплатился, собрал всё в несколько огромных пакетов, выглядел при этом как ходячая ёлка на максималках, но был доволен как никогда. Праздник готовился — и он сделает всё, чтобы этот вечер стал идеальным. Когда все покупки были совершены и каждая деталь тщательно подготовлена, Влад и Олег, как два коварных агента праздничного спецотряда, встретились перед домом Сони и Олега. Снаружи царил февральский вечер — морозный, но удивительно тихий. Свет в окнах квартиры был тёплым и манящим, из открытого окна доносились отрывки весёлой музыки, смех, звон ножей о разделочные доски — внутри уже шла подготовка полным ходом. Влад только припарковался, вышел из машины и увидел приближающегося Олега. Тот шёл, буквально облепленный пакетами, будто только что вернулся из рождественской экспедиции. — Ты что, весь магазин скупил? — Влад не сдержался и закатил глаза, скрестив руки на груди. Олег зафиксировал пакеты, балансируя, как цирковой жонглёр, и огрызнулся: — Вообще-то да. А что ты хотел? Праздник же. В честь тебя, между прочим. Вот хочешь атмосферу — не мешай профессионалу. — Тебя на кассе пустили без сопровождения? Или снова пришлось клясться, что не поджигаешь всё это прямо во дворе? — У тебя шутки смешные только потому, что я тебя люблю, — рыкнул Олег. — А вообще, кассирша решила, что я либо женюсь, либо развожусь. Я не стал разубеждать. Пусть будет интрига. Влад рассмеялся, шагнул ближе и забрал пару пакетов из его рук, тем самым вернув Олегу человеческое подобие свободы движения: — Если ты туда засунул свечи в форме сердечек, я тебя сожгу первым. Вместе со свечками. Олег хитро прищурился: — Не бойся. Сердечки — только на салфетках. А свечи… свечи в форме дракона. В знак уважения к тебе, князь тьмы. Они оба рассмеялись и уже вместе двинулись к подъезду. Под ногами хрустел снег, воздух был прозрачный, как стекло. Где-то неподалёку загорелась гирлянда, отражаясь в морозных лужах. Влад на секунду задержал шаг, оглянулся на небо, где звезды пробивались сквозь дымку. У него в кармане лежала маленькая коробочка, а внутри — кольцо. Всё сжималось в груди от волнения, но снаружи он был, как всегда, спокоен. Почти. Потому что сегодня всё должно было измениться. Они поднялись по ступенькам, и как только Влад нажал на кнопку звонка, дверь тут же распахнулась. На пороге стояла Соня в фартуке, с зелёным перцем в руках и с выражением лица, будто она участвует в кулинарном поединке. — А! Эти наконец пришли! Олег, тащи всё на кухню, мы там уже чуть без тебя не развелись из-за того, кто сколько оливок съел. Влад, ты за мной. У тебя особая миссия. Всё готово? — Еще бы, — ответил Влад, заходя внутрь. В комнате витала атмосфера уюта и предвкушения. Мягкий свет гирлянд отражался в бокалах, на столе дымились горячие закуски, аккуратно разложенные салаты, свечи отбрасывали тёплые отблески на стены. Всё выглядело как маленький домашний праздник — слишком пышный, казалось бы, для «обычного вечера». Лада, оглядывая всю эту красоту, конечно, пыталась узнать: а не слишком ли? Но Соня лишь делала загадочное лицо и уходила в другую комнату с пакетом мандаринов. Наконец, когда всё было готово, все расселись по местам. Олег, как истинный распорядитель вечера, встал во весь рост с бутылкой шампанского в руке, приосанился и заявил с пафосом: — Тишина в зале! Сейчас будет тост от сердца! Он ловко открыл бутылку — пробка со звонким хлопком улетела куда-то под стол, брызги чуть не долетели до потолка, и все засмеялись. Пока он наливал всем шампанское, Влад лениво наблюдал за этим спектаклем, обнимая Ладу за плечи, а она что-то тихо шептала ему на ухо, улыбаясь. Олег поднял бокал: — Ну что, товарищи маги, ведьмы и чернокнижники! Я, как официальный свидетель этой… хм… непростой, но эпичной истории любви, хочу сказать: я за вас рад! Правда. Хоть вы и довели меня до седины своими играми в «да-нет-забыл-передумал», но наконец-то — вы вместе. Лада, ты прекрасна. Влад, ты… Влад. Друг мой. Без тебя жизнь была бы скучной. За вас! — За вас, — поддержала Вика, чокаясь с Соней. — За вас, — кивнула Соня, а потом, хитро прищурившись, поставила бокал и, сцепив руки под подбородком, уставилась на Ладу и Влада. — Так… Ну рассказывайте. Как всё было? С самого начала. И чтоб не утаили ни единой детали. Я настроена узнать всё. — О-о-о, — протянула Вика, подтягиваясь поближе. — Тоже интересно. Где тот самый момент, когда всё повернулось? Лада переглянулась с Владом. Он только усмехнулся, подмигнул ей и сказал: — Ну, раз уж нас посадили в горячее кресло, давай, Невская, начинай. А я, если что, дополню. С комментариями. Жёсткими. — Ты только попробуй, — фыркнула Лада, делая глоток шампанского. — Ладно. Начну. Только не ржать. И под свет гирлянд, под перешёптывания друзей и уютный аромат еды, Лада начала рассказывать. Влад, как и обещал, всё время перебивал — шутками, вставками, искренним смехом. А в глазах у всех присутствующих отражалось только одно — радость за них. И ожидание чуда, которое вот-вот должно было случиться. Когда компания уже смеялась над очередной историей Лады, Влад повернулся к Шепсу и кивнул, будто говоря — пора. Олег едва заметно кивнул в ответ — сигнал был понят. Он нащупал в кармане пульт и, сделав вид, будто проверяет уровень громкости, щелкнул кнопкой. По комнате тут же поплыла тихая, тёплая мелодия — струнная, мягкая, с налётом чего-то волшебного. Атмосфера в одно мгновение изменилась — будто воздух стал гуще, тяжелее от предвкушения. Соня с Викой замерли, переглядываясь, глаза уже блестели от эмоций. Влад молча встал из-за стола, не проронив ни слова. Лада удивлённо проследила за ним взглядом, чуть нахмурившись. Что за странности? Он так просто исчез с ужина, даже не отшутился, даже не кинул свою фирменную фразу. Где подвох? Спустя полминуты Влад вернулся. И Лада замерла. В руках у него был огромный букет — не просто большой, а будто собранный с запасом, чтобы точно сказать всё, что словами не выразить. Розы, белые и винные, слегка запорошенные блёстками, нежно пахли и будто светились в его руках. Влад смотрел прямо на неё, в глазах была та самая решительность, которая не оставляет сомнений. Но под ней — капля волнения, настоящего, живого. Он подошёл ближе. Музыка чуть усилилась. Все притихли. Даже воздух словно затаил дыхание. Лада смотрела на него, как на мираж. Всё внутри сжалось от непонимания и — да, от волнения. Сердце колотилось так, будто собиралось выбить ребра. — Влад…? Он встал напротив, протянул ей букет. — Невская… Я, кажется, кое-что забыл сделать с тех самых пор, как впервые выпил у тебя тот чёртов чай. И вот теперь — самое время. Он медленно опустился на одно колено. — Ты выйдешь за меня? Всего четыре слова. Простая, короткая фраза, сказанная с такой силой, что в комнате будто остановилось время. Воздух замер. Музыка зазвучала чуть тише, словно и она уступила место главному моменту. Даже пламя свечей будто перестало колыхаться. Лада смотрела на Влада, сидящего на одном колене, с огромным букетом в одной руке и маленькой коробочкой в другой. В этот момент он был не язвительный чернокнижник, не участник «Битвы сильнейших», не мастер колкостей и саркастических фраз — он был просто мужчина, влюблённый до безумия, до дрожи в пальцах, до срыва дыхания. В его голосе не было привычной ухмылки, только лёгкая хрипотца и напряжение в горле. Он смотрел на неё снизу вверх, не отводя взгляда, будто боялся упустить хоть миг. А в глазах читалось всё: и то, как он боялся потерять её, и то, как скучал, и то, как ценит её рядом. Лада будто забыла, как дышать. В голове — ни одной мысли. Только он. Только эта фраза, прозвучавшая как заклинание. Сердце сжалось, губы дрожали, руки нервно теребили подол платья. Она попыталась что-то сказать, но голос предал её, и лишь после мгновения, когда слёзы уже предательски блестели на глазах, она прошептала: — Да… Влад выдохнул с такой силой, будто выиграл невесту и битву за Вселенную в придачу. — Я надеялся, что скажешь да. Потому что если бы нет — я бы тебя всё равно уволок в загс. В мешке. — Романтика уровня бог, — хмыкнула Лада. Они слились в поцелуе, таком нежном и чувственном, что у всех пронеслись мурашки. И зал аплодировал, а потом… началось. Соня вскочила с криком: — Срочно планировать свадьбу! Вика: — У меня есть блокнот с идеями! Я хранила его три месяца! Олег: — Так, я иду пить. Я это заслужил. А Лада и Влад стояли, обнявшись, и смотрели друг на друга. Без шуточек. Без игры. Просто — смотрели. И знали: это только начало. Начало новой главы, где они — не соперники, не участники шоу, а партнёры по жизни. Вечно колкие, немного упрямые, но безумно родные.