Часть 4. Вечер у костра

Прошло всего несколько дней с момента знакомства с Сэмом, а Рейвен уже начала чувствовать, будто обрела точку опоры в новом месте. Он не просто заглядывал в гости — он был внимателен, лёгок на подъём, и что-то в его присутствии помогало ей не зацикливаться на тяжёлых мыслях. Вместе они расчищали заросли, таскали камни, смеялись над комичными находками во дворе, и впервые за долгое время Рейвен чувствовала, как в ней просыпается энергия. Пусть пока не до грядок — но перемены начались. Она поняла, что та жизнь что была у неё пару дней назад отходить постепенно назад и это придавало ей воодушевление. Вечер обещал быть особенным. Как и говорил Сэм, сегодня в лесу собирается компания, будут играть на гитаре, будет разжигаться костёр, будут лёгкие закуски и возможность узнать побольше людей. Рейвен подошла к зеркалу с тихим волнением. В отражении — всё та же она: чёрные густые волосы обрамляют бледное лицо, карие глаза блестят в отражении зеркала мягкими лучами позднего вечера. Она аккуратно нанесла тон, выровняв цвет кожи, вытянула стрелки с лёгкой дерзостью, подчёркивая кошачий разрез глаз. Ресницы — чуть удлинённые, выразительные. Брови она уложила, придав им ту самую форму, которую любила — живую, сильную, женственную. Не нужно было ничего придумывать — Рейвен знала, как быть собой. А главное она была рада признать, что у нее отличная генетика — её брови густые, единственное что ей надо делать, так это выщипывать их пару раз в неделю. Из шкафа она выбрала чёрные скинни джинсы, немного потёртые, словно хранили истории её путешествий. Майка с тонкими кружевными бретелями и крохотным бантиком — почти невидимая нежность на фоне уверенности и дерзости. Поверх — чёрный корсет, плотно облегающий торс, придающий силу силуэту, а так же подчеркивающий её от природы ярко выраженную талию. Завершала образ чёрная атласная рубашка — свободная, с одним спущенным плечом. Всё в её наряде говорило: «Я здесь. Я не боюсь быть собой». Сэм постучал в дверь, как всегда без опозданий. Он выглядел просто, но уверенно: чёрные джинсы, белая футболка, джинсовка. Он был из тех, кто не пытается казаться, а просто быть таким... лёгким, свободным, настоящим. — Ты выглядишь... классно. Прямо как на сцену. — Сэм усмехнулся, одобрительно оглядывая Рейвен. — Рок-стар вайб, но с каким-то особым шармом. Она слегка улыбнулась: — А ты как будто только что сбежал из фильма о молодёжной свободе и бунтарстве. Дорога в лес была приятной. Листья шумели в вечернем ветерке, воздух пах сосновыми иголками и костром, который уже, судя по всему, кто-то начал разводить. Оставалось совсем ничего до точки прибытия, они вдвоём немного сбросили темп. Сэм рассказывал о младшем брате, о днях в "Звёздной капле", о забавных спорах с Себастьяном, и вдруг упомянул Эбигейл. Рейвен насторожилась: — Кто такая Эбигейл? Я уже несколько раз слышу про неё. Сэм кивнул, вздохнув: — Да... сложная история. Они с Себастьяном встречались. Были вместе довольно долго. Но она сказала, что хочет остаться друзьями. Сказала, что им тяжело быть парой — он замкнутый, упрямый. А она... ну, она более свободная, экспрессивная, любит постоянно искать приключения и ей так же требовалась компания, которую Себастьян не мог ей дать. Сейчас они вроде как поддерживают контакт, но Себастьян... он до сих пор, думаю, не отпустил. Хотя никогда в жизни не признается. Рейвен слушала внимательно, но внутри у неё уже запустился тихий водоворот мыслей. Себастьян — сдержанный, отталкивающий, колкий. Она вспомнила их первую встречу: как резко он с ней говорил, как будто боялся пустить в свой мир кого-то нового. И теперь, услышав про его прошлое с Эбигейл, она вдруг задумалась... Что такого в нём, что даже его бывшая не решилась уйти окончательно, а он не смог её удержать? Но, возможно, он просто не умеет говорить «останься». И, возможно, именно это и разрушает самые важные связи. Рейвен взглянула на Сэма, он как раз рассказывал о том, как научил брата играть в баскетбол. Его голос был искренним, живым, в нём не было этих стен и закрытых окон. Она почувствовала, как сердце немного оттаяло. Сегодня не про Себастьяна. Сегодня — про музыку, про костёр, про новых людей. Они пришли вовремя, огонь уже горел, языки пламени колыхались под вечерним ветром, обволакивая поляну уютным светом. Вокруг костра расположились небольшими группками парни и девушки, большинство в возрасте чуть за двадцать. Атмосфера была непринуждённой, звучал негромкий смех, кто-то бренчал на гитаре. Рейвен огляделась. В центре круга — тот самый спортивный парень с каштановыми волосами и загорелой кожей, которого она не раз замечала возле магазина Пьера и каждый раз он был занят тренировками. Он вёл себя уверенно, легко общался со всеми. По обе стороны от него сидели девушки. Одна — эффектная блондинка в гламурном стиле, словно сошедшая с обложки журнала двухтысячных, а другая — с голубыми волосами, в странной, но милой одежде, с искренней, чуть сумасшедшей улыбкой. В ней чувствовалось нечто неуловимое: смесь инфантильности и непредсказуемости. По другую сторону костра сидели три девушки. Одна из них — мулатка с каре, а две другие — рыжие, почти что одинаковые. Повернувшись к Рейвен и Сэму спиной, они разговаривали между собой, смеясь. И вдруг взгляд Рейвен зацепился за фиолетовые волосы. Футболка, обтягивающая фигуру, джинсовка с нарочито оборванными рукавами... Это была Эбигейл. Рейвен поняла что это именно она, не зная как, но в ней было что-то особенное. Думается именно такая девушка могла бы подходить под тип людей как Себастьян. А рядом с ней собственно и сидел Себастьян, удобно расположившись на бревне, он курил сигарету. Рейвен замерла на месте. Это было неприятно. Нет, не шок — но что-то внутри сжалось. Она не ожидала увидеть его здесь. Сэм ведь говорил… — Почему он тут? — прошептала она, чуть склонившись к Сэму. Сэм выглядел так же удивлённо, как и она. Он приподнял брови. — Я сам в шоке, — шепнул он. — Я его не звал. Наверное, Эбигейл пригласила. Прежде чем Рейвен успела ответить, к ним подошёл высокий парень. Его походка была лёгкой, движения — плавными, а в речи сразу чувствовалась некая театральность. Волосы были длинные, рыжеватого оттенка, собраны в небрежный хвост. — Добрый вечер, — произнёс он, слегка наклоняя голову. — Сэм, рад видеть. А вы, леди? Позвольте узнать ваше имя. Рейвен, не ожидавшая такой манеры общения, слегка растерялась, но быстро взяла себя в руки и протянула ладонь для приветсвенного рукопожатия. — Рейвен. — Очень приятно, Рейвен, — он с уважением пожал ей руку. — Меня зовут Эллиот. Добро пожаловать в наш маленький круг. Всегда приятно видеть новое лицо. Присаживайтесь, скоро начнём жарить всё, что принесли. Надеюсь, у вас с собой есть что-то вкусное? — Только зефир и хорошее настроение, — с лёгкой усмешкой сказал Сэм. Эллиот рассмеялся: — Этого более чем достаточно. Они с Сэмом нашли свободное место чуть в стороне, ближе к лесной опушке, но в пределах круга света от костра. Вдали слышалось стрекотание сверчков, дым от огня поднимался к небу, и вечер медленно начинал обретать магию. Рейвен почувствовала, как напряжение немного ослабевает. Да, Себастьян здесь. Но также здесь и Сэм. И, кажется, новые знакомства. Может быть, сегодняшний вечер не так уж и плох. Рейвен сидела у костра, слушая, как Сэм с удовольствием рассказывает страшилки, слегка пугая всех своей актёрской подачей. Его истории цепляли: где-то смешные, где-то мрачные, но неизменно захватывающие. Однако Рейвен не могла полностью погрузиться в происходящее. Её мысли постоянно возвращались к Себастьяну, сидящему всего в нескольких метрах от неё. Он был рядом с Эбигейл, и это мешало ей расслабиться. Себастьян выглядел иначе, чем в день их первой встречи. На нём было объёмное худи тёмно-фиолетового оттенка, под ним — чёрная майка и классические тёмные джинсы. Внешне всё просто, но в его образе появилось нечто новое. Хотя возможно Рейвен просто не замечала его таким до этого вечера. Лицо Себастьяна было чуть брутальное, с немного выраженными скулами и гладко выбритой кожей — казалось холодным и замкнутым. Чёрные волосы, уложенные набок, придавали ему слегка "эмо"-вид, а пирсинг в ушах завершал образ загадочного интроверта, будто хранящего слишком много чувств внутри. Рейвен украдкой бросала взгляды в его сторону, пока в её поле зрения не попала Эбигейл. Девушка с фиолетовыми волосами оттенка ланвады смотрела прямо на неё. Было в этом взгляде что-то колеблющееся — то ли интерес, то ли неловкость, то ли желание заговорить, но неуверенность останавливала. И всё же, спустя пару минут Эбигейл решилась подойти. Когда Рейвен отвлеклась на рассказ спортивного парня по имени Алекс, Эбигейл подошла и осторожно протянула руку. — Привет, — сказала она тихо. — Я Эбигейл. Рейвен, немного удивившись, автоматически ответила рукопожатием. — Я Рейвен. Только недавно переехала. Сэм немного рассказывал о тебе. Приятно познакомиться лично. Вежливость не означала особой симпатии. Рейвен всё ещё чувствовала лёгкое недоверие — сложно было не думать о том, что эта девушка раньше встречалась с Себастьяном. Тем не менее, она не хотела сразу ставить точки в их возможной дружбе. Не сегодня, не здесь, у костра, где все будто снимали свои маски. — Твой стиль… очень крутой, — сказала Эбигейл, немного смущённо. — Настоящий. Такой... артистичный, словно ты только что спустилась со сцены. — Спасибо, — коротко ответила Рейвен, но в голосе прозвучала тёплая нотка. — А ты правда играешь на гитаре? — спросила Эбигейл, с интересом глядя на неё. — Говорят, ты круто играешь. — Играю. Чаще для себя, — сказала Рейвен, чуть улыбнувшись. — Но бывает, что и для других. — Это здорово. Если захочешь, можем как-нибудь сыграть вместе. Я раньше немного барабанила… с Себастьяном, — она запнулась. — В общем, было бы классно. Рейвен на секунду замерла, ощущая, как это имя звучит между ними, будто тень. Но в голосе Эбигейл не было подтекста, только лёгкая ностальгия и, возможно, желание найти с ней контакт. — Посмотрим. Может, как-нибудь и сыграем, — ответила она спокойно. Эбигейл кивнула, слегка улыбнувшись, и пошла обратно, бросив напоследок: — Если что, не стесняйся. Я не кусаюсь. Ну, почти. Рейвен проводила её взглядом, чувствуя, как внутри немного рассеивается напряжение. Впервые за долгое время она почувствовала, что всё может быть не так сложно, как казалось. Хоть она все ещё испытывала недоверие к Эбигейл, но про себя она уже решила, что постарается отбросить ярлык "бывшей Себастьяна" от её образа в своей голове. Вечер складывался приятно. Вторая порция маршмеллоу уже подходила к концу — кто-то смеялся, кто-то переговаривался через костёр, кто-то подыгрывал ритму гитары, рассеянно перебирая струны. Рейвен чувствовала, что ей хорошо… но слишком много людей, слишком много звуков. Её внутренняя батарейка стремительно садилась. Она устала быть на виду. Чтобы ненадолго исчезнуть, Рейвен наклонилась к Сэму и, шепнув, что отойдёт в туалет, направилась вглубь леса. Она шла уверенно, не слишком далеко, чтобы кто-то начал волноваться, но достаточно, чтобы наконец остаться наедине с собой. Лес принимал её с тишиной и запахом хвои, влажной земли и прохладного воздуха. Где-то неподалёку слышался плеск воды. Она пошла к небольшому озеру, чья гладкая поверхность отражала луну, словно зеркало. Присела у кромки воды, провела рукой по земле и взяла длинную травинку. Начала рисовать ею на песке, просто водя линии, не думая ни о чём. Вдруг в воздухе появился тонкий запах сигаретного дыма. Рейвен нахмурилась, оглянулась, ища источник запаха. Её взгляд остановился на тёмной фигуре, стоявшей чуть поодаль. Себастьян. Он тоже смотрел на неё. Некоторое время они просто молча наблюдали друг за другом, будто оценивая: кто сделает первый шаг? Кто здесь хищник, а кто — осторожный зверёк? Или, быть может, они оба боялись, просто каждый по-своему. Рейвен вдруг почувствовала неловкость. Ей хотелось извиниться перед ним. За тот разговор. За свои резкие слова. Но подходящего момента всё не было, а теперь… теперь казалось, будто между ними проложена тонкая, но прочная стена. Но тут были виноваты оба, они вдвоём выстроили эту стену. Когда Себастьян докурил, он направился прямо к ней. Его шаги были медленными, но уверенными. Он остановился недалеко и заговорил первым. — Не думаешь возвращаться к остальным? Рейвен подняла взгляд. В голосе Себастьяна не было упрёка, только сдержанное любопытство. — А с чего ты решил это спросить? — отозвалась она, чуть приподняв бровь. В ней все ещё были подозрение на счёт него. — Потому что если ты не вернёшься, это будет на мне. — Он пожал плечами. — Эбигейл видела, как я пошёл в эту сторону. Если ты не появишься вовремя, она начнёт задавать вопросы. — Значит, она волнуется за тебя? — с иронией спросила Рейвен. — Может быть. Хотя мы уже давно не те, кто были раньше. — Себастьян задумался. — Сейчас она вроде как хочет быть просто другом. Но, кажется, ни один из нас не знает, как это вообще должно работать. Рейвен удивилась. Этот замкнутый и угрюмый парень вдруг заговорил откровенно, почти с лёгкой грустью в голосе. — А ты… ты часто так говоришь с людьми? — тихо спросила она, смотря на него снизу вверх. — Нет, — честно ответил он. — Просто сейчас ты выглядишь как человек, который тоже не всегда знает, что с собой делать. Её это задело. И одновременно, вызвало странное чувство понимания. Словно кто-то впервые увидел её настоящую, не задавая лишних вопросов. — Возможно, ты прав, — сказала Рейвен после паузы. — Но иногда я просто хочу быть одна. Хотя бы ненадолго. — Мне это знакомо, — кивнул Себастьян. — Если хочешь, я могу просто посидеть рядом. Молча. Рейвен чуть улыбнулась — впервые искренне ему. — Садись. И он сел. Рядом. Не слишком близко, не слишком далеко. Между ними по-прежнему оставалось пространство — но не отчуждение. Просто тишина. И луна над озером, и отражение света на воде. Ей даже понравилось то, что он решил быть первым, кто захочет сделать первый шаг, чтобы сказать "прости". Рейвен решила нарушить затянувшуюся тишину между ними. — Послушай... — она вздохнула, подбирая слова. — Я не хотела поднимать эту тему, но мне важно сказать... Я была неправа, тогда, в твоей комнате. Я сказала тебе лишнее. Я не такая, честно. Просто… была в плохом состоянии, и сорвалась. Себастьян чуть повернул голову, смотря прямо в её глаза. Его голос был спокойным, но в нём ощущалась твёрдость. — Нет, ты именно такая. Просто тогда я увидел ту твою сторону, которую ты обычно прячешь от других. Рейвен напряглась. — Ты не имеешь права судить меня по одному моменту. — А я и не сужу. — Он пожал плечами. — Просто говорю, как вижу. Мы в свободной стране, не так ли? — Ну тогда я тоже скажу: мне не нравится, как ты со мной разговариваешь. Это грубо и… нечестно. — Нечестно? — он усмехнулся. — А ты вспомни, что сказала мне тогда. Ты уверяла, что у меня ничего нет, что моя группа это и не группа вовсе, ведь мы живет в деревне, а не как ты в большом мегаполисе Пеликан. Я ведь даже не знал, что для тебя моя группа — это вопрос "достоин" или "недостоин". Она опустила взгляд. Его слова, как ни неприятно было это признавать, имели под собой основание. Но в то же время — он был жёсток, прямолинеен. Он словно её неправильно понял в тот день или это она не умела выражать свои мысли правильно. В любом случае, он не такой как Сэм. Совсем не как Сэм… — Ты ведь друг Сэма. Почему ты не такой, как он? — вдруг спросила она. Эта фраза моментально вывела Себастьяна из равновесия. Он резко поднялся с земли, злясь не на неё, а, кажется, на самого себя за то, что вообще начал этот разговор. За то, что позволил себе сделать первый шаг чтобы нарушить эту пелену непонимания. — Ты сейчас серьёзно? — его голос стал холодным. — Решила прикрыться Сэмом, как щитом? Думаешь, если встать за его спину, у тебя появится право диктовать мне, каким я должен быть? Рейвен почувствовала, как её сердце стучит всё сильнее. Её слова прозвучали не так, как она хотела. Она хотела понять Себастьяна, а вместо этого — только подлила масла в огонь. Но было поздно отступать. Он находил ключи к потайным дверям её не самой лучшей стороны. — Слушай, Себастьян, — она встала, глядя ему прямо в глаза. Он тоже встал, его тёмный взгляд буквально пронзал её. — Слушаю. — коротко бросил он. — Ты не один такой, кому тяжело. Ты говоришь, будто я срываюсь на тебе без причины. Но разве ты сам не вымещаешь на мне всё, что накопилось в тебе? Я не виновата в том, что произошло с тобой до моего приезда. Не виновата, что тебя не отпускает твоя бывшая. Не виновата, что ты предпочитаешь сидеть в своей комнате и завидуешь тем, кто умеет быть с другими людьми социально активным. Он резко отпрянул назад. — Кто тебе это сказал? — в голосе звучала злость. — Сэм? — Нет, — ответила она спокойно. — Я это вижу сама. Я не такая уж слепая, как ты, видимо, думаешь. Себастьян посмотрел на неё, не скрывая раздражения. Но в нём вдруг что-то сломалось. Он отвёл взгляд, как будто что-то внутри него вдруг потухло. — Знаешь, — тихо произнёс он. — Я больше не хочу, чтобы ты лезла в мою жизнь. Ни с советами, ни с жалостью. Прощай. Он развернулся, собираясь уйти, но вдруг услышал тихий всхлип. Обернувшись, увидел, как Рейвен вытирает глаза. Она плакала. Он остановился. Весь гнев вдруг испарился, сменившись неловкостью и… виной. Ведь он не настолько плохой, чтобы доводить людей до слёз. Он все же не хотел чтобы она плакала. — Вот, — он достал из кармана старую тряпичную салфетку с вышитой буквой "S". — Возьми. Не думал, что ты… — он замолчал, подбирая слова. — В общем, извини. Не хотел доводить до этого. Рейвен молча взяла салфетку и вытерла слёзы. Она тоже хотела извиниться, но не нашла слов. Он продолжил, мягче: — Может, просто... оставим всё как есть? Ты не лезешь ко мне, я не лезу к тебе. Без злости, без претензий. Просто… нейтралитет? Она кивнула. — Хорошо. Он указал в сторону тропинки: — Идём. Ты впереди, я — сзади. На всякий случай. Мало ли, вдруг какая лиса захочет составить тебе компанию. Рейвен усмехнулась сквозь слёзы, коротко, но искренне. Они пошли обратно к костру — каждый со своими мыслями, но уже без гнева. Только с ощущением, что что-то важное между ними всё же произошло.