Глава 2. Танец под вуалью

Лиюэ дышал утренним светом, но в глазах Эмилии он был серым. Прошло два дня с того вечера. Сяо не появлялся. Фатуи — тоже. Но это молчание не было спокойствием. Это было затишье. И Эмилия чувствовала: они ищут. Нюхают след, как волки, и рано или поздно вернутся. Она должна была уйти. Уехать в Инадзуму, в Сумеру — куда угодно. Но внутри что-то цеплялось за этот город. Может, из-за фонарей. Может, из-за сцены. А может, из-за тех янтарных глаз. “Ты не врёшь, когда танцуешь.” Она вспоминала его голос слишком часто. Теперь она не была прежней. Танцовщица — да. Но и боец. Тот вечер показал: бежать вечно невозможно. И если Лиюэ — её временное пристанище, она должна быть готова защищать себя. ⸻ Она купила веер на рынке — не просто аксессуар. Это было оружие. Сделан из тонкой, но прочной стали, он складывался с шелестом, будто лепестки. Лепестки, острые по краю. Украшен синими узорами воды и полумесяцем на ручке. Он идеально ложился в руку. Танец и бой — теперь сливались в одно. На следующее утро Эмилия вошла в чайный дом, неся с собой не только мешок, но и вуаль. Полупрозрачная, серебристая, она скрывала нижнюю часть лица, оставляя только глаза — синие, как озеро перед дождём. — Новая мода? — спросила хозяйка чайного дома с любопытной усмешкой. — Новая жизнь, — ответила Эмилия спокойно. Она снова начала танцевать по вечерам — но теперь не на открытых площадках. Выступления стали камерными, более интимными. Меньше толпы. Больше контроля. Вуаль придавала ей загадочность, а веер — уверенность. И всё же… она знала, что за ней следят. Не только враги. Иногда она чувствовала, как где-то в тени дрожит воздух. Как будто кто-то смотрит — не с подозрением, а с тревогой. Она знала, кто это. Сяо. Он не появлялся перед ней. Но он был рядом. ⸻ Вечером четвёртого дня Эмилия сидела на крыше, глядя вниз на оживлённый рынок. Солнце клонилось к горизонту, и город заполнялся мягким светом фонарей. В её руках был веер — закрытый, как тайна. Она услышала крики раньше остальных. Сначала — мужской голос. Затем — треск льда. Потом — тишина. На главной улице стояли Фатуи. Не те, что охотились за ней. Нет. Эти были официальные. Легаты, послы. Но среди них — один знакомый. Высокий. В чёрной мантии. Он не говорил. Но смотрел. Эмилия напряглась. — Что-то не так, — прошептала она, всматриваясь. Люди начали отходить в стороны. Стражники не вмешивались — Фатуи были под “прикрытием дипломатии”. Но что-то происходило. Один из них вытащил бумагу. Список? Портрет? Нет. Это был приказ. Арест кого-то. — …по распоряжению Глашатая… — донёсся голос. — …в интересах дипломатической стабильности… Эмилия соскользнула вниз. Тихо, быстро. Смешалась с толпой. Но не убежала. Она смотрела. Фатуи тянули за собой мальчика. Лет десяти. Продавец талисманов. Его дед возражал — дрожащим голосом, сдержанно, но отчаянно. — Он ребёнок! Он ни при чём! — Он нелестно отзывался о Царице, — холодно ответил обладатель крио глаза бога. В груди у Эмилии вспыхнуло пламя. Не Гидро. Не стихия. Гнев. — Отпусти его, — сказала она, сделав шаг вперёд. Они повернулись. Дед замер. Мальчик вцепился в его руку. Один из агентов прищурился. — Ты кто? — Просто танцовщица, — ответила Эмилия. Молчание. Лёд треснул под ногами мага. — Убирайся. Не твоё дело. — Сделайте шаг — и увидите, моё или нет. Веер щёлкнул. Раскрылся. Свет фонарей заиграл на его лезвии. Фатуи кивнул. Атака была быстрой. Лёд хлынул вперёд, острые сполохи, но Эмилия скользнула вбок — как в танце, легко. Веер разрезал воздух, оставляя за собой водный след, который вспыхнул и взорвался мелким туманом. Толпа ахнула. Один агент бросился к ней, но Эмилия перехватила его руку, изящно развернулась — и ударила веером по горлу. Без крови. Он упал. Мужчина отступил. — Слишком… ловко для танцовщицы, — процедил он.— Я много кем была. Но сегодня — я та, кто скажет вам: уйдите. Лёд поднялся в кольцах, атака шла сверху. Эмилия шагнула назад, взмахнула веером. Вода встретила лёд. Пар окутал улицу. На мгновение — ничего не видно. Когда туман рассеялся — агент лежал у фонтана, а она стояла, держа веер у груди, дыхание ровное. Фатуи отступили. Дед дрожал, но мальчик воскликнул: — Она как из сказки! Она — Лотос! Толпа подхватила: Лотос. Лотос в вуали. И тогда она увидела его. На крыше. В тени. Сяо смотрел. ⸻ Ночью она вернулась в чайный дом и сидела на балконе, глядя на озеро. Ветер трепал вуаль. — Ты наблюдал, — сказала она, не оборачиваясь. — Да, — раздался голос. — Ты знала? — Чувствовала. Ты везде, где опасность. Сяо подошёл ближе. Он стоял сзади, руки опущены. — Ты нарушаешь равновесие. Вмешиваешься в дела, которые могут тебя убить. — И ты тоже. Он молчал. — Я останусь в Лиюэ, — сказала она. — Не навсегда. Но пока. Я не хочу снова бежать. Пусть даже придётся драться. Пауза. — Ты не должна быть здесь, — сказал он наконец. — Но ты выбрала. Она обернулась. Его взгляд был по-прежнему закрыт, как небо перед грозой. Но в нём что-то дрогнуло. — Спасибо… за тот вечер, — тихо сказала Эмилия. Он не ответил. Только исчез. Но не сразу. Он задержался на пару мгновений. И она поняла — он начнёт приходить чаще. ⸻ Лиюэ не изменилась. Но в ней появилось новое имя. Новая вуаль. И где-то на склоне горы вновь затихала тень с янтарными глазами.