Глава 4: Лагерь в середине лета

      Гарри Поттер.              На все вопросы Дафниса ушло около двух часов — он не шутил, когда говорил, что желал узнать все об Арагоге и его сородичах. Сколько их было, какого размера самый большой и самый маленький, видел ли он кладки яиц, поднимались ли они или спускались с деревьев, умели ли пользоваться магией, и все остальное. Аталанта записывала каждый вопрос, а Гарри нарисовал карту логова из того, что смог вспомнить за ту ночь. После того как Дафнис выжал из мозга Гарри всю полезную информацию, он быстро забрал записи и, поблагодарив обоих, вышел из купе с огромной улыбкой на лице.              Вскоре поезд начал замедлять ход, и Гарри практически почувствовал предвкушение, когда поезд остановился у станции Хогсмид. Охотники с сундуками и сумками прошли сквозь поезд, прежде чем выгрузиться на платформу, где их ждала вереница карет и знакомая фигура смотрителя Хогвартса.              — Хагрид! — окликнул его Гарри, помахал рукой и улыбнулся. Тот повернул голову на звук своего имени и улыбнулся, увидев, кто его позвал.              — Гарри, Аталанта, я слышал, что вы будете здесь, — сказал Хагрид, когда они подошли к нему.              — Почему ты здесь? Я была уверена, что нас встретит Дамблдор, — с улыбкой сказала Аталанта, помогая Гарри с его сундуком.              — Да, так и должно было быть, но дела в Министерстве немного затянулись, поэтому он попросил меня поприветствовать вас на территории, а теперь кто из этих девушек будет мисс Зоя Найтшейд? — спросил дружелюбный великан, оглядывая толпу девушек с легким беспокойством в глазах.              Аталанта повернулась и окинула взглядом толпу девушек, на мгновение задерживаясь на них, а затем указала на переднюю часть поезда:              — Видишь высокую девушку с кожей моего цвета, выглядящую так, будто она только что ушибла палец на ноге? — спросила она.              — Да! Вижу её, спасибо Аталанта, — сказал Хагрид львице, а затем направился к Зое, пока Гарри и Аталанта погрузили вещи в заднюю часть кареты. Посмотрев назад, он увидел, что несколько охотников делают что-то странное, указывают на переднюю часть карет и протягивали руки, чтобы погладить что-то.              — Что они делают? — громко спросил Гарри, глядя на девушек, когда Аталанта выглянула за ним.              — О, они гладят Фестралов, — сказала Аталанта, подошла и открыла дверь кареты.              — Что? — недоуменно спросил Гарри.              — Фестралы — порода крылатых лошадей, невидимых для тех, кто не видел смерти и не смирился с её реальностью, в основном безобидные падальщики, — сказала Аталанта, пожимая плечами.              Гарри пошёл к передней части кареты, и, как всегда, кажется, что она едет без лошади, но когда подошёл к передней части, то почувствовал, как что-то повернулось к нему, прежде чем дыхание холодного воздуха с запахом сладковатого гнилого мяса прошло к его лицу, и он сделал шаг назад, а затем подпрыгнул, когда Аталанта появилась рядом с ним с поднятой бровью.              — Вот, — сказала она, взяла его руку и направила к чему-то, на что-то твердое, плоское, и холодное. Гарри засмеялся и начал гладить то, что это было, но вместо меха почувствовал чешую, что было странно, когда он представлял себе лошадь в своей голове.              — Это… это холодно, — сказал Гарри, ощущение было каким-то знакомым, словно что-то из сна, который он почти забыл, прикосновение чего-то знакомого и никогда не забываемого, просто отодвинутого на второй план, что-то утешительное в своем странном холодном смысле.              — Ну, они же существа смерти, немного странно, что ты ждал тепла, — сказала Аталанта, подняла руку и почесала за тем, где, по мнению Гарри, должны быть уши, и слегка улыбнулась. Затем повернулась к Гарри и сказала ему загружаться, тот кивнул, и сделал то, что его попросили, за ним быстро последовала Аталанта. Гарри посмотрел в окно, наблюдая за редеющей толпой охотников, большинство из которых были заняты погрузкой в кареты. Хагрид стоял в передней части поезда и разговаривал с Зоей и Дафнисом. Зоя, казалось, была настороже, но вежливо кивала в ответ на слова Хагрида, а Дафнис улыбался. Через мгновение великан протянул Зое руку, предлагая пожать её, но она с подозрением посмотрела на руку Хагрида, но Дафнис взял её и с улыбкой пожал, после чего они ушли. Казалось, большинство охотников уже погрузились в кареты и ждали отъезда, когда Гарри увидел двух охотников, подошедших к Аталанте и его карете. Одной из них была Бриттани, девушка, которую он встречал раньше, за спиной у неё висела сумка и, похоже, лук ручной работы. У другой девушки была загорелая кожа, карие глаза и чернильно-черные волосы, заплетенные в косу по спине, в которую были вплетены перья. У нее тоже была сумка, но не лук, а длинный серебряный мешок, почти такой же высокий, как сама девушка. Она выглядела старше Гарри, но не так, как Аталанта, на её лице была ухмылка, а в глазах — что-то такое, что заставило насторожиться, словно она искала неприятностей.              Вторая девочка запрыгнула на ступеньки кареты и просунула голову внутрь:              — Привет всем, не возражаете, если мы присоединимся к вам, чтобы прокатиться до лагеря, Аталанта? — с ухмылкой сказала она, что немного сбило Гарри с толку, он слышал нечто подобное только в старых вестернах, которые Дадли смотрел время от времени.              — Конечно, Софи, залезай, — сказала Аталанта ей, проскальзывая вперед, чтобы пропустить девочек, Гарри сделал то же самое, но когда девочки забираются внутрь, то усадились рядом с Аталантой, бросая свои рюкзаки рядом с Гарри, он постарался сделать вид, что это его не беспокоило, но это было не так. В карете воцарилась неловкая тишина, Гарри отвернулся и смотрел в окно, наблюдая за тем, как остальные участники Охоты пересаживаются в свои кареты. Гарри ни разу не взглянул на новеньких, но чувствовал, как они смотрят на него, оценивают, обдумывают, как лучше всего разделаться с ним, если понадобится, но Гарри старался, чтобы это его не беспокоило.              — Итак, ты — это он, да? — со вздохом сказала новенькая, Софи. Гарри пожал плечами и ничего не сказал: — Наследник Охоты, впечатляющий титул, если уж на то пошло, хотя, глядя на тебя, ты не очень-то соответствуешь, — с ухмылкой добавила она. Гарри не обратил на нее внимания, он хорошо знает таких, а она просто пыталась добиться от него реакции.              — Софи, заткнись, — прошептала ей Бриттани, но Софи лишь пожала плечами.              — Что? — спросила она: — Ты только посмотри на него, он тощий, как веточка, и я с трудом могу поверить, что мама этого маленького писклявого человечка — леди Артемида, — когда Бриттани открыла рот, чтобы возразить, Гарри, не глядя, оборвал её.              — Артемида не моя мать, — резко, с долей злости сказал Гарри, желая быстро и четко объяснить свою позицию по этому вопросу. Обе охотницы растерянно посмотрели на него, а затем повернулись к Аталанте, которая подняла руки.              — Эй, не смотрите на меня, — сказала львица, — то, как Гарри и леди Артемида определят свои отношения, зависит только от них самих.              Софи и Бриттани повернулись и посмотрели на Гарри, взгляд которого не отрывался от окна. Он старался не обращать на них внимания, если они не хотят принимать его прямо сейчас, то это нормально. Аталанта сказала ему, что он должен дать им время, и он даст им его, но не будет бороться за их одобрение, как делал это с Дурслями, когда был моложе, нет. Они либо примут его, либо нет, и он не позволит им относиться к нему как к куску дерьма.              Восемьдесят душ бьются в унисон…              — Ты вообще меня слушаешь меня, мальчишка? — Гарри заметил движение рядом с собой, рука схватила его за куртку и дернула, и только тогда Аталанта успела попытаться её остановиться.              — Софи, не надо! — закричала львица.              Левая рука Гарри двинулась прежде, чем он успел понять, что его схватили, он взял запястье и выкрутил его, а затем протащил девушку через всю карету, его правая рука слегка повернулась, палочка попала в его руку, прежде чем он ткнул её в горло девушки, а затем повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза. В этот момент другая девушка, Бриттани, выхватила секиру и серебряный охотничий нож и уже собиралась наброситься на него, как Аталанта вскочила со своего места и схватила руку Бриттани с секирой, отдергивая её назад, но она успела протянуть руку через карету и приставить острие охотничьего ножа к горлу Гарри.              — Отпусти её, — сказала Бриттани сквозь стиснутые зубы, впиваясь кончиком ножа в его горло, но Гарри не обратился на неё внимания и продолжил смотреть в глаза Софи.              — Не прикасайся ко мне больше, — жестко прошипел Гарри. — Я ясно выражаюсь? — спросил он.              Софи невозмутимо посмотрела ему в глаза и широко улыбнулась:              — Вот это уже больше похоже на правду, — сказала она с ухмылкой и смехом: — Ладно, ладно, никаких прикосновений к Наследнику без его разрешения, я поняла, — ответила Софи, прежде чем Гарри отпустил её, и она медленно вернулась на свое место с поднятыми руками. Затем он поднял голову и посмотрел в глаза Бриттани, заставляя её вздрогнуть и отшатнуться.              — Ты не против? — спросил Гарри указывая на серебряный клинок, который был возле его горла. Бриттани, слегка расширив глаза, медленно убирает клинок от его горла и собирается опустить его обратно, пока Аталанта не отпускает ее руку.              — Твою мать, Софи! — закричала Аталанта на девушку рядом с собой: — Ты можешь хоть пять минут не быть безумной стервой, чёрт возьми?! — на что та просто начала смеяться.              Лагерь охотников, Гарри Поттер.              Не прошло и нескольких минут, как кареты остановились у хижины Хагрида возле Запретного леса. Гарри позволил двум другим охотницам вылезти, а Аталанта передала им их рюкзаки, бросив взгляд на Софи, после чего они с Аталантой вылезли и начали стягивать свой сундук, закинули рюкзаки на плечи, и каждый взялся за ручку сундука, и пошли в лес. Аталанта знала, куда они направляются, но, задавшись вопросом, откуда та знает, что именно там будет Артемида, он увидел, как. Маленькие серебряные символы указывали путь, по которому должна была следовать Охота.              Аталанта вздохнула и заговорила:              — Слушай, Гарри, прости за Софи и за не слишком теплый прием со стороны Охоты, — сказала львица, пока они шли через лес.              — А в чем вообще её проблема? — спросил Гарри, искренне недоумевая, почему она себя так вела, ведь даже Зои не пыталась его схватить.              — Софи — не самая стабильная, — говорит Аталанта, — не пойми меня неправильно, она замечательный охотник и хороший человек, просто… — она запнулась, пытаясь подобрать слова.              — Сумасшедшая? — попробовал подобрать слово Гарри, чтобы позабавить Аталанту.              Та фыркнула:              — Да, что-то в этом роде. Просто мне нравится думать, что она — продукт своего времени, как и я сама, — с улыбкой сказала львица.              — И откуда? — спросил Гарри.              — Полагаю, с Техаса в 1870-х годах, — с ухмылкой ответила Аталанта, глядя на Гарри, — Эта девушка — настоящая ковбойша с Дикого Запада, настолько, что она не охотится с луком, если ей не прикажут, — Гарри поднял бровь.              — Тогда что же она использует для охоты? — спросил Гарри, с мыслями, пользуется ли она копьем, как он.              — Огнестрельное оружие, точнее, винтовку. Она рассказывала мне о ней, но это был скорее монолог, так что я не помню и половины того, что она говорила, — пожала плечами Аталанта.              — И Артемида позволила ей? — потрясенно спросил Гарри.              — Ага, — причмокивая губами ответила Аталанта. — насколько я понимаю, Охотник — это Охотник, и инструменты, которые он использует, не имеют значения, лишь бы он уважал Охоту и приносил ей свою жертву.              — Они все пользуются оружием? Я имею в виду более современных охотников, — с любопытством спросил Гарри.              — Нет, только Софи, — сообщает Аталанта, — как и Бриттани, которая присоединилась лет тридцать или около того назад, я думаю, она пользуется луком и стрелами, как и все мы, но предпочитает топор, — она бросила взгляд на Гарри, и тот пожал плечами, он может это понять. Он прекрасно владел луком, почти так же хорошо, как Аталанта, но его охотничье копье просто лучше чувствовалось в руке, чем лук.              Еще через несколько мгновений они добрались до тренировочной площадки, и, к его удивлению, там уже была установлена палатка. Большая восьмиугольная палатка серебристого, темно-серого и белого цветов с большим полумесяцем на передней части, именно на краю места, которое было тренировочной площадкой, которую они с Аталантой использовали в прошлом году. Гарри не пришлось гадать, чья это палатка, просто взглянув на нее. Львица перенесла их в центр каменного круга, который они использовали как кольцо, и положила свой рюкзак, а вскоре и остальные охотники начали и подходить к ним, ставя коробки и сумки в центре, а затем подошли по обе стороны от палатки Артемиды, отсчитывая шаги от нее и отмечая участки для чего-то.              Вскоре из-за деревьев появляются Зои и Дафнис. Дафнис нес свои вещи вместе с тремя другими сумками, ему помогает та же девушка, которая проводила его к Аталанте и его купе в поезде. Гарри быстро бросился к ним чтобы взять у него две сумки, минуя Зои, которая просто смотрела.              — Спасибо, Гарри, — говорит Дафнис с улыбкой, — ты уже познакомился с Сесилией? Она играет роль моих отсутствующих глаз, — сказал он с улыбкой. Сесилия не улыбнулась, но вежливо кивнула Гарри, когда тот неловко поздоровался. А когда повернулась, чтобы отнести сумки в круг, увидел, как Аталанта смотрит на палатку Артемиды, створки которой только что закрылись. Возвращаясь к кругу, чтобы отнести сумки, он подошёл к ней.              — Все в порядке? — спрашивает Гарри, обеспокоенный тем, что Аталанта так смотрит только тогда, когда ее что-то бесит, как в тот раз со Снейпом.              — Да, просто лейтенант Стерва ведет себя как стерва, — сердито сказала она.              — Не стоит так называть Зою, Аталанта, — сказал Дафнис, когда бросил рядом свои сумки. — По крайней мере, не в её присутствии, — с улыбкой добавил он.              — К черту, если она ведет себя как кус… — начала говорить Аталанта, но её прервал крик.              — Аталанта! — она обернулась чтобы увидеть, как в её сторону смотрит из палатки Зоя, а Дафнис последовал за ней: — Леди Артемида хочет поговорить с тобой и мальчишкой, — крикнула им лейтенант, прежде чем вернуться в палатку.              Аталанта вздохнула:              — Ну, давай, Гарри, не будем заставлять леди Артемиду ждать, она становится раздраженной, если ждет слишком долго, — с ухмылкой сказала, а Гарри забавно фыркнул: и не только он один, несколько охотников и Дафнис вторили ему, когда они начали идти к палатке.              — Аталанта! — Дафнис протянул ей несколько листов пергамента: — Возьми это с собой, я уверен, что наша госпожа и Зоя захотят взглянуть на них, — сказала он, и Аталанта подбежала назад, чтобы взять их, а затем вернулась к палатке, и Гарри открыл перед ней створки, чтобы она вошла, а затем последовал за ней.              Внутри палатка была украшена мехами и шкурами разных животных: львов, медведей, тигров, как показалось Гарри, слонов, бегемотов, комодских драконов и еще нескольких, которых он не узнал: большие шкуры из чешуи и меха, похожие на металлические волокна. Подушки, большие и маленькие, окружали небольшой костер, горевший в центре палатки, и заливал её серебристым светом. В самом конце палатки стояла стойка с луком Артемиды, а там был большой золотой лук, выглядевший древним, с вырезанными на нем тремя большими звездами. Сама богиня сидела под стойкой с луком в задней части шатра, а Зоя — справа от нее, сложив ноги на коленях и закрыла глаза. Рядом с Артемидой свернулся калачиком большой олень с золотистым мехом и рогами, а сверху на рогах сидела…              — Хедвиг? — Гарри немного растерялся, когда сова повернула голову и посмотрела на него, а затем ухнула и приземлилась на протянутую руку Гарри: — Как ты так быстро добралась сюда, девочка? — спросил он, прежде чем начать гладить её, и она снова ухнула.              — Ну, конечно, ты долетала, — сказал Гарри Хедвиг, — но я говорил о том, как быстро ты сюда добралась, — сказал Гарри, прежде чем его внимание привлекает чье-то откашливание, и он поднял взгляд от совы. Артемида и Аталанта выглядят веселыми из-за его общения с Хедвиг, а Зои даже не пыталась скрыть свой гневный взгляд на него.              — О, … эм, простите? — Гарри неловко оглядел палатку: он вел себя немного грубовато.              Аталанта огляделась на Артемиду и склонила голову в знак уважения:              — Миледи, — с улыбкой сказала она.              Гарри неловко поднял руку и помахал ей:              — Привет, Артемида, — попытался улыбнуться Гарри, но был уверен, что получилась скорее гримаса: всё было прекрасно, когда они были одни, но понятия не имел, как вести себя… когда рядом другие. Она была вроде как его мать, но не совсем, к тому же богиня, но кроме, как, «Артемида» он не знал, как её называть, чтобы им не было неловко.              У Зои же были другие мысли на этот счет, и она решила поделиться ими:              — Честно, мальчишка, что с тобой не так? Даже в её присутствии ты проявляешь неуважение, она — леди Артемида или, в твоем случае, ма… — с ядом в голосе начала говорить Зоя, но её быстро прервала сама богиня.              — Здравствуй, Гарри, пожалуйста, присядь, нам нужно кое-что обсудить, прежде чем будет разбит лагерь и начнется охота, — сказала Артемида, и перевела взгляд на Зою, которая отступила и замолчала.              — Конечно, — сказал Гарри и сел на большую подушку, скрестив ноги, а Хедвиг спрыгнула с его руки и приземлилась в пространство между его ногами, прижалась к нему и ухнула, требуя ещё внимание, на что Гарри усмехнулась и выполнил её просьбу.              — Кстати, об охоте, миледи, — сказала Аталанта, и протянула Артемиде рулон пергамента, — это от Дафниса, вся информация о логове и пауках, — сказала она, после чего легла на кучу подушек и потянулась, как кошка. Богиня взяла пергамент и положила его рядом, чтобы посмотреть позже, а затем снова повернулась к Гарри.              — Когда мы разговаривали в последний раз, я сказала тебе, что будут правила, пока ты остаешься в лагере, — сказала Артемида, и Гарри кивает. Он вроде как доверял ей в том, что она не такая, как Дурсли, так что он подождет, пока она расскажет ему о правилах, прежде чем называть их бредом или нет.              — Хорошо, ещё раз, Гарри, эти правила предназначены для того, чтобы обезопасить всех, а также заставить тебя немного больше полагаться на немагические навыки, чтобы помочь в обучении, ты понял? — сказала Артемида, и Гарри снова кивнул, но начал ерзать на своем месте, так как был не в восторге от этих слов.              — Первое правило должно быть совершенно очевидным: никакой магии в лагере, пока я не скажу, что она разрешена, я ожидаю, что ты будешь держать при себе палочку на случай непредвиденных обстоятельств, но никаких заклинаний. Я хочу, чтобы ты научился большей части того, чему мои охотники могут научить тебя делать своими руками, прежде чем переходить к магическому эквиваленту, — сказала Артемида. Гарри открыл рот, чтобы возразить, но закрыл его. Даже если он сможет колдовать летом, она ничего его не лишает, а просто хочет, чтобы он узнал, как выживать без неё, и охотники могут научить его этому, он может это понять, но все же…              — В чем дело, Гарри? Я вижу возражение в твоих глазах, — сказала Артемида, старательно сохраняя нейтралитет.              — У меня есть домашнее задание на лето, — медленно сказал Гарри, тщательно подбирая слова, но, увидев вопросительный взгляд Артемиды, Гарри продолижл. — оно небольшое, просто летнее чтение о том, что мы будем делать в следующем году, но… зельеварение… я должен сварить одно зелье, то есть… — Гарри было неловко говорить о своей домашней работе с кем-либо, кроме Гермионы.              — Сколько ты уже сделал? — спросила Артемида, чем немного шокировала Гарри.              — Ммм… что? — спросил Гарри, и удивленно заморгал.              — Твоя домашняя работа, Гарри, как много ты сделал? — спросила Артемида, в голосе которой звучало неподдельное любопытство.              — О… эм, эссе по Чарам, Трансфигурации и Зельям, еще есть Уход, выучить Заклинания и Защиту от Темных Искусств, но последнее я, наверное, не буду делать, и еще нужно заняться зельеварением, — сказал Гарри, хоть и немного отстранился от вопросов, ведь кроме Гермионы никто не спрашивал, как продвигается выполнение домашнего задания.              Артемида задумчиво хмыкнула:              — Пока ты будешь варить зелья в своей палатке, я не вижу проблемы в том, чтобы ты этим занимался, а также ожидаю, что ты сделаешь всё, Гарри, и чем быстрее, тем больше ты сможешь наслаждаться летом, — сказала она Гарри к его замешательству.              — Хорошо? — ответил Гарри.              — Правило номер два простое: я попросила своих охотников относиться к тебе как к новому члену охоты, пока ты с нами, — сказала богиня охоты Гарри, — я буду делать то же самое, ты будешь следовать нашим правилам, пока ты с нами, если ты не будешь работать или охотиться, ты не будешь есть. Ты должен подчиняться приказам старших, возможно, будет дедовщина, но если ты почувствуешь, что они переходят черту, приходи ко мне, Зое или Дафнису, и мы всё исправим, — сказала Артемида Гарри, и тот кивнул, но уже понял, что к Зое не пойдет не за чем-либо, и у него не было проблем с работой за еду, Гарри был уверен, что Артемида не будет такой, как Дурсли.              — Да, мэм, — сказал ей Гарри, сглатывая комок в горле.              — Хорошо, — говорит Артемида, — последнее и самое важное правило — тебя попросят пойти в свою палатку и не выходить из нее определенное время, что ты там будешь делать — неважно, читай, делай уроки, запасайся провизией — неважно, но ты не должен ее покидать, понял? — сказала Богиня Охоты, что даже несмотря на то, что Гарри слегка вздрогнул, она не сдвинулась с места.              — Можно… можно спросить, почему? — шёпотом спросил Гарри.              — Охота будет заниматься тем, в чем ты не можешь участвовать ни при каких обстоятельствах, — заявила Богиня Охоты голосом, не терпящим возражений со стороны Гарри.              — О… — Гарри сглотнул, что мысли о том, что он на самом деле не является частью Охоты, начали закрадываться в голову, пока он смотрел в серебристый огонь в палатке, ну, до тех пор, пока Аталанта не заговорила.              — Мы купаемся, — хмыкнула львица несмотря на остальных в палатке. Затем продолжила: — Вот почему тебе нужно оставаться в палатке. Охота устраивает групповые купания, и даже если бы ты дал клятву и был членом Охоты, тебе, вероятно, всё равно не разрешили бы присоединиться к нам, даже Дафнис не хочет, а он слепой.              — О, …о! Нет, все в порядке, я останусь в палатке, я не хочу закончить как Актеон, — сказал Гарри, покраснел и покачал головой.              Артемида вновь посмотрела на Гарри:              — Кто? — недоуменно спросила она.              — Ну, тот парень, который увидел, как ты купаешься на горе, а ты превратила его в оленя и натравила на него своих гончих, — сказал Гарри, смущаясь, неужели она не знает имени этого парня?              — Гарри, я превращала в оленей многих людей, в том числе и твоего отца, но ни одного по имени Актеон, — приподняв бровь, сказала Артемида.              — Ты превратила моего отца в оленя? — удивленно спросил Гарри.              — Технически, но он мог делать это и сам, — пожимает плечами богиня охоты.              — Мы отклонились от темы, — сказала Аталанта, и легла назад с веселой улыбкой на лице.              — Ах, да, у меня есть кое-что для этого, — сказал Гарри с неловкой улыбкой, прежде чем притянуть к себе рюкзак с того места, куда он его положил, когда сел, — Когда ты сказала мне достать походное снаряжение, я написал Рону, ты ведь помнишь его, да? Рыжего? — спросил Гарри, открывая рюкзак.              — Да, это он направил на меня свою палочку, — сказала Артемида, с интересом наблюдая за Гарри, в то время как Зои издала небольшой рык при её словах.              — Да, он, — сказал Гарри, и глубоко залез рукой в рюкзак, — он прислал мне этот каталог с кучей походных вещей волшебников, и некоторые из них были довольно крутыми, но у них была палатка для путешествующих команд по квиддичу, и, мы можем выйти на улицу? В данном случае лучше показать, чем рассказать, — сказал он, убирая Хедвиг со своих коленей, которая протестующе ухнула, и встал. Артемида подняла бровь и пожала плечами, после чего встала сама, а за ней последовали другие, и Гарри повел небольшую группу наружу. Гарри порылся в сумке и достал свернутую палатку, которая, похоже, была гораздо больше, чем вмещала сумка, положил её на землю и достал свою палочку, после чего остановился и повернулся к Артемиде, а Аталанта и Зои с интересом смотрели на него.              — Ты не возражаешь, если я воспользуюсь своей палочкой, чтобы установить её? — спросил Гарри, Артемида нахмурилась, но кивнула, а он повернулся к палатке, трижды постучал по ней своей палочкой и отошёл назад, чтобы посмотреть, как она разворачивается, а затем устанавливается прямо рядом с палаткой Артемиса, после чего он отошёл назад и жестом показал на неё.              — Она зачарована, ее не может открыть снаружи мужчина, поэтому я не могу её открыть, — пожал плечами Гарри, и убрал палочку.              — Это и есть тот сюрприз, о котором ты говорил? — спросила Аталанта с улыбкой на лице, и Гарри кивнул, с легким румянцем на лице.              — Сюрприз? — спросила Артемида.              — Да, это, ну, я читал некоторые мифы о тебе и увидел это, и я, ах, просто… просто открой и войди, ты поймешь… надеюсь, — сказал Наследник Охоты, переминаясь с ноги на ногу, с нетерпением ожидая, как всё пройдёт.              — Если там есть какой-то подвох, мальчишка… — сказала Зои, и бросила косой взгляд на Гарри, после чего шагнула внутрь, открыла заслонку палатки, заглянула внутрь, и замерла от увиденного.