Глава 17: Летнее «что, если», Близнецы. (Часть первая)

      Альбус Дамблдор, 5 ноября 1994 года, ворота Хогвартса.              Альбус Дамблдор считал себя человеком, которого трудно удивить. Он родился с выдающимся талантом в магических искусствах и упорно трудился, чтобы сохранить свой ум острым, как нож, и не утратить этот талант. Директор сражался в войнах как против одного из своих бывших учеников, так и против бывшего любовника. Он испытывал особую радость, передавая свои знания следующему поколению, когда преподавал и управлял школой, в которой сам когда-то учился. Он слышал пророчества и наблюдал, как молодой мальчик совершал поступки, от которых даже взрослые мужчины были бы ошеломлены, он видел, как молодой человек, погруженный в тьму, отвернулся от нее и использовал её, чтобы подпитать свою злобу и убить своего бывшего учителя, он даже однажды видел, как человек съел собственное лицо.              Но то, что произошло менее пяти дней назад, на мгновение лишило его дара речи: из Кубка Огня вылетели не три имени, а пять. Чемпионы из Дурмстранга, Шармбатона и Хогвартса были ожидаемы, так как они зарегистрировались для участия в турнире, но имя Гарри Джеймса Поттера не было среди них. Мальчик не кидал своё имя сам и не просил старшего ученика сделать это за него, страх и шок, которые Альбус увидел в его глазах, были достаточным доказательством этого, но после того, как прозвучало имя Гарри, последовало второе неожиданное имя — Жасмин Луна Поттер.              Все ведьмы и волшебники, молодые и старые, знали о трагедии семьи Поттер и истории о мальчике-который-выжил. Том Риддл, теперь известный как Волдеморт, тринадцать лет назад пришел в дом семьи Поттер в Самайн, и смерть последовала за ним. Он пришел из-за пророчества, чтобы убить того, кто однажды станет ему равным. Джеймс Поттер, друг и товарищ Альбуса, погиб первым, защищая свою семью. За ним последовала Лили Поттер, которая погибла, защищая своих детей от человека, пришедшего убить их. То, что произошло дальше, было предметом споров в волшебном мире и известно только Тому Реддлу. Либо Том сначала убил маленькую Жасмин, превратив её тело в пепел и прах, либо Том сначала направил свою палочку на Гарри, и ответная реакция на то, что сделала Лили, превратила двух других живых существ в комнате в пепел в ужасном повороте судьбы. Если бы кто-то спросил Альбуса, что, по его мнению, на самом деле произошло той ночью, семь дней назад он ответил бы, что верно второе, но сейчас? Сейчас он не был в этом уверен.              Потому что Альбус знал, что Кубок огня никогда бы не выбрал имя человека, который умер.              Поэтому он проговорился, и за одну ночь это стало международной новостью. Он сделал это в надежде, что кто-то, где-то может что-то знать, что они могут выступить, и, как повезло, кто-то это сделал. Через два дня в его кабинет пришел человек по имени Джонатан Доу и сообщил Альбусу, что Жасмин Поттер не только жива, но и собирается приехать в Хогвартс в ближайшие дни, чтобы разобраться в том, что произошло с Кубком. Когда Альбус спросил, почему этот человек не вышел на связь раньше, Джонатан просто ответил:              — Я видел эту девушку всего несколько раз, а Поттер — довольно распространенная фамилия, — на что директор не стал спорить, потому что мужчина был прав.              Альбус рассказал обо всем этом молодому Гарри, и впервые за очень долгое время он увидел в глазах того что-то, что заставило их заблестеть, как изумруды на солнце.              Именно поэтому Альбус оказался у железных ворот школы, ожидая Жасмин Поттер и двух человек, с которыми, как ему сказали, она прибудет. Альбусу сказали, что он узнает их по серебристым курткам, которые они носили, и он сразу же их заметил. Всего было три девушки, каждая из них была одета в серебряную куртку, и две более высокие и старше выглядящие девушки шли рядом с одной, которая выглядела меньше. У двух старших девушек был одинаковый оливковый оттенок кожи, хотя у одной были короткие мальчишеские светло-русые волосы, спрятанные под сине-серебряной маггловской бейсболкой, и она была без обуви, а её глубокие лесные зеленые глаза искрились весельем, у другой были черные волосы, завязанные в хвост, золотистые глаза и строгая осанка. Младшая не могла быть никем другим, кроме Жасмин. Она была одета почти так же, как две другие девушки, в серебристую куртку, простую футболку и джинсы, на ней были ботинки, а ее длинные огненно-рыжие волосы были заплетены в одну длинную косу, спускавшуюся по спине. Ее глаза были того же оттенка карих, что и у Джеймса, когда он был жив, с тем же взглядом, который сулил неприятности, куда бы они ни пошли. Альбус не был уверен, как он отреагирует, увидев обоих близнецов в одной комнате, так как и так с трудом сдерживал слезы от этого чуда.              Две старшие девушки, похоже, спорили о чем-то, когда приближались, и только когда Жасмин толкнула локтем темноволосую девушку в бок и указала на него, они остановились и быстро подошли к нему.              — Вы, случайно, не Альбус Дамблдор? — спросила темноволосая, когда они подошли к нему.              Альбус улыбнулся и кивнул:              — Да, юная леди, это я, — сказал он, протягивая руку, чтобы пожать ей руку. — А с кем я имею честь разговаривать? — спросил он, наблюдая, как девушка осторожно смотрит на его руку, прежде чем взять её в удивительно крепком захвате.              — Я Зоя, Зоя Найтшейд, лейтенант Охотников Артемиды в МАКУСА, — представилась она, быстро отпустив руку Альбуса. — Эти две — Аталанта Клейдон и Жасмин Поттер, обе из Охотников Артемиды и под моим командованием, — сказала женщина, бросив гневный взгляд на обеих девушек, которые пытались выглядеть как можно более невинно, что заставило Альбуса усмехнуться.              — Приятно познакомиться, лейтенант Найтшейд, и добро пожаловать в школу чародейства и волшебства Хогвартс, — сказал Альбус с улыбкой, закинув руки за спину. — Но я чувствую необходимость спросить, кто такие Охотники Артемиды? Я никогда о них не слышал, — спросил он, и поднял бровь.              — Это неудивительно, сэр, — ответила Зоя вежливым и уважительным тоном. — Наша организация прилагает все усилия, чтобы не попадать в прессу, но, проще говоря, мы — охотники на службе у МАКУСА, нас посылают расследовать, отслеживать и устранять любую угрозу Статуту секретности в Америке, хотя обычно мы просто охотимся на монстров и других опасных существ, — просто объяснила Зои, и Альбус кивнул головой, не веря ни единому слову, но и не настаивал на правде.              — И вы нанимаете таких молодых людей? — спрашивает Альбус, переведя взгляд на самую маленькую девушку в группе.              — Да, Жасмин — особый случай, у нее есть природные способности к нашей работе, поэтому мы тренируем её последние три года, и хотя она еще не является полноправным членом Охоты, мы надеемся, что она скоро к нам присоединится, — сказала Зои, кивая головой, а Аталанта ласково погладила Жасмин по голове, вызывая улыбку на лице старого директора.              — Замечательно, — сказал старый директор с улыбкой, прежде чем повернуться к молодой девушке: — Мисс Поттер, вы, возможно, не знаете, но я был очень близким другом ваших родителей, и должен сказать, что моему старому сердцу очень приятно видеть вас живой и здоровой после того, как я думал, что вы погибли той ночью тринадцать лет назад, — сказал он с улыбкой, а молодая девушка только удивленно моргает в его сторону. — Хотя у меня много вопросов, я считаю, что мы достаточно времени потратили у ворот, в конце концов, нам нужно давно познакомить вас, — говорит он с улыбкой, прежде чем повернуться к запечатанным воротам, махнуть рукой и приказать стражам открыть их для них.              — С остальными судьями и официальными лица, верно? — спросила Зоя, когда они пошли по тропе к замку.              — Да, но это будет позже, возможно, перед ужином или во время него, но есть одно, которое, по моему мнению, превосходит все остальные, — говорит Дамблдор, продолжая идти. — И это представление молодого Гарри, — сказал он группе, прежде чем услышать, как кто-то, кроме Зои, заговорил.              — О, ты шутишь, старик? — голос был молодым и злым, с сильным нью-йоркским акцентом и манерой речи. — Ну, это не смешно, блять, — рыкнул голос в конце, а Альбус остановился и повернулся к группе девушек, которые все остановились, чтобы злобно посмотреть на него.              — Простите? — спросил Дамблдор, сдвинув брови в недоумении.              — Директор Дамблдор, Гарри Поттер мёртв уже тринадцать лет, он умер в ту ночь на Хэллоуин вместе со своими родителями, — сказала Аталанта низким и сердитым тоном, а Альбус посмотрел на трех девушек, и у него накапливается все больше вопросов.              — Вы не знаете? — почти шепотом сказал директор. — Как вы можете не знать? Жасмин, прости, но ты не ходила в Илвермори, моя дорогая девочка? — спросил он, глядя на Жасмин, которая сердито смотрела на него, прежде чем ответить.              — Нет, я сквиб, у меня нет магических способностей, поэтому Илвермори никогда не присылала мне письмо, — сказала Жасмин, скрестив руки на груди и не отрывая от него гневного взгляда.              — И ты никогда не взаимодействовала с нашим миром? — спрашивает Альбус, поднимая брови, потому что ничего не сходилось. Он точно знал, что и Гарри, и Жасмин проявляли магические способности с раннего возраста, Лили и Джеймс часто об этом рассказывали, как близнецы делали разные вещи, от поднятие в воздух игрушек до вызова семейной кошки.              — Нет, — твердо отвечает девочка, — Зачем, черт возьми, мне это делать? У меня здесь ничего не осталось, ни магии, ни семьи, ни черта, который бы меня волновал, — сердито сказала девочка, прежде чем Аталанта дала ей по затылку, а Зои шикнула на неё за нецензурную лексику, а Альбус на мгновение погрузился в свои мысли.              — Мисс Поттер, — медленно сказал директор, привлекая внимание девушки, — Я уверяю вас, ваш брат Гарри жив, и последние тринадцать лет наш мир думал, что ВЫ мертвы. Он здесь, в Хогвартсе, ждет в моем кабинете, — сказал он и смотрел, как все три девушки посмотрели друг на друга с разной степенью недоверия и шока, прежде чем Жасмин снова заговорила.              — Если ты лжешь, старик, если это шутка, я выбью тебе коленные чашечки, — сказала Жасмин, гневно глядя на Дамблдора, а тот увидел, как её зрачки расширяются и удлиняются, как у кошки.              Альбус нахмурился, но ничего не сказал, продолжая вести своих гостей по замку. Они разговаривали между собой, двигаясь к башне директора, но улавливал отрывки разговора, пока они быстро проходили по замку.              — …собираюсь связаться…              — …хочу сначала увидеть его…              — …будет в ярости, если это…              — …как она не знала?              Вскоре группа остановилась перед каменной горгульей, и, взмахнув палочкой, Дамблдор отодвигает её в сторону, прежде чем они поднялись по лестнице. Жасмин оттолкнула Дамблдора и быстро подошла к двери, открыла её и замерла, когда собралась войти в комнату. Зоя и Аталанта прошли мимо Дамблдора, но старик остановил их обоих, прежде чем заговорить.              — Может быть, дадим близнецам немного побыть наедине, я не сомневаюсь, что это будет очень эмоциональный момент для них обоих, — предложил Альбус, бросая на обеих девушек взгляд, который говорил, что он не спрашивал, чем заставил их застыть на месте, а затем одним взмахом палочки закрыл дверь за Жасмин. Дамблдор подождал пару секунд, прежде чем повернуться к двум молодым женщинам в маленькой комнате ожидания. — Лейтенант Найтшейд, мне интересно несколько вещей, которые вызвало выживание Жасмин, — медленно заговорил директор, а Зоя повернулась, чтобы посмотреть на него. — Один из самых важных, на мой взгляд, — это то, как Джасмин добралась из своей кроватки в Великобритании до Нью-Йорка, если судить по её акценту, — спросил он.              Зоя несколько раз перевела взгляд с двери на директора, прежде чем ответить:              — Я не могу сказать, директор, — отвечает она ничего не выражающим тоном.              — Не можете или не хотите, лейтенант Найтшейд? — спросил Дамблдор, пронзительно глядя на Зою.              Зои не отводит взгляда и не отвечает:              — Не хочу, директор, пока не смогу подтвердить, что мальчик… — но она даже не успела закончить, как дверь снова открыться и Жасмин высунула голову, со слезами на глазах.              — Зоя, — сказала Жасмин дрожащим голосом, — Это… это он, зови её, сейчас же, — она почти умоляла, а Зоя выругалась, повернулась на каблуках и помчалась вниз по лестнице, прежде чем Альбус успел её остановить, а другая девушка вбежала в кабинет вместе с Жасмин. Альбус нахмурился, а затем последовал за ними и вошёл в свой кабинет.              Гарри, как всегда, был одет в кожаную куртку и стоял лицом к Жасмин, его взгляд переходил с его сестры-близнеца на старшую девушку, которая стояла и смотрела на Гарри с открытым удивлением. Когда Альбус подошел к своему столу, он спросил:              — Кто эта она, о которой вы говорите, мисс Поттер? — сказал он, садясь за стол.              Но ответила Аталанта:              — Леди… Диана, лидер Охотников, — сказала она. Альбус заметил паузу в её словах, но не прокомментировал её. — Это она забрала Жасмин из колыбели и отвезла в Нью-Йорк, — сказала ему Аталанта.              — Оставим пока в стороне похищение, почему только Жасмин? Почему не обоих? — спросил Альбус, и загадка постепенно складывалась воедино перед ним.              — Он был мертв, — сказала Жасмин, глядя на Гарри, который дёрнулся и аж подпрыгнул, глядя на ноги всех в комнате, как обычно делал. — М… Диана сказала, что он был мертв, не дышал, не двигался, в нем не было жизни, он был мертв, — закончила она.              — Возможно, она ошиблась, — сказал Дамблдор, смотря на Гарри прищуренными глазами. Он, казалось, удерживал себя в кресле силой воли, но хотел выбежать, в его глазах читался страх.              — Это не то, в чем она могла бы ошибиться… — начала говорить Аталанта, но ее прерывает Жасмин.              — Не время, — быстро сказала она, — Сначала нужно поговорить о более важных вещах, — сказала Жасмин, бросая на Аталанту взгляд, который заставляет девушку замолчать, — Послушай, Гарри, есть кое-что, что ты должен знать, кое-что о себе, — сказала она, переведя взгляд на Дамблдора, а затем обратно на Гарри. — Кое-что о тебе, о нас, что ты должен знать, — добавила она, ходя взад-вперед рядом с ним.              Гарри не отрывал взгляда от пола, на который смотрит, но Альбус видел, что мальчик повторяет движения своей сестры, и его глаза мелькают в сторону Аталанты, которая стояла у камина.              — Ч-что? — спросил он, теребя рукав.              Жасмин ходила взад-вперед, глядя то на директора, то на Гарри.              — Вы не против, если мы поговорим наедине, сэр? — спросила она, глядя на Дамблдора.              — Против, — просто ответил Альбус, наблюдая, как лицо Жасмин искажается от легкого гнева. — У меня к тебе много вопросов, Жасмин, и если с мистером Поттером что-то не так, то как директор… — но он не успел закончить, потому что его прервал хлопок открывающейся двери. Зоя вернулась, но была не одна, и Альбус был почти потрясен тем, что почувствовал, глядя на дверь. Это была сила, простая и явная, нахлынувшая волна подавляющей силы, исходящая от женщины, которую директор никогда раньше не видел.              Она была высокой, с оливковой кожей и черными волосами, и, как лейтенант Зоя, носила высокий хвост, была одета просто — в брюки, кроссовки и футболку с серебряной летной курткой, но его внимание привлекли её глаза, горящие янтарным светом, со зрачками, узкими, как у кошки. Она прищурила их, оглядывая комнату, её взгляд остановился на Аталанте, Жасмин, Дамблдоре, чья палочка выскользнула из его руки, и, наконец, на Гарри, и тогда она замерла, её глаза расширились при его виде, рука опустилась с двери, а на лице отразилось потрясение.              — Гарри, — бездыханно произнесла женщина, прежде чем медленно подойти к мальчику, глядя на него так, как будто не могла его понять. — Как это… — сказала она, а три другие девушки нервно посмотрел на нее. — Ты был… Я чувствовала, я… я не… — сказала она, теряя дар речи при виде мальчика.              — Мадам, кто вы? — спросил Альбус, вглядываясь в женщину, которая каким-то образом обладала большей силой, чем он, Том и Гриндевальд вместе взятые, но та попросту проигнорировала его и продолжала приближаться к мальчику.              Когда она дошла до мальчика, Жасмин отступила, а Гарри откинулся на спинку стула, не в силах отвести взгляд от женщины, которая стояла на коленях перед ним, и с шоком осматривала черты его лица, а когда протянула руку, чтобы коснуться его, Дамблдор поднял палочку:              — Мадам, остановитесь, или я буду вынужден применить силу, — сказал Альбус жестким голосом, но, когда остальные присутствующее уже напряглись, было достаточно одного взгляда женщины, чтобы старый директор полетел в заднюю стену, а Гарри всё равно не отрывал от неё взгляда.              Мальчик вздрогнул, когда она протянула к нему руку, и на мгновение замерла, видя страх в пустых глазах, но продолжила, пока не положила руку ему на щеку. Его глаза расширились, когда мягкое сияние серебристого света наполнило комнату, а в сердце Гарри возникла песня, а слезы наполнили глаза женщины, когда она посмотрела в глаза тому, кого считала мертвым последние тринадцать лет.