Часть 16

      Ослепительные всполохи платины в иллюминаторах исчезли внезапно, как по щелчку тумблера, сменившись поглощающей свет чернотой. «Доблесть», замедляясь после прыжка, направлялся прямиком к тяжёлой док-станции Четвёртого флота, висящей в глубоком космосе в двадцати тысячах километров по курсу. Эти станции, раскиданные во множестве по условной границе государства, были созданы для обслуживания и дозаправки патрульных эскадр, но теперь, во время войны, они стали едва ли не основным способом пополнять запасы кораблей без необходимости заходить в разбросанные по сектору узловые станции. Это ужасно напрягало логистику, транспорты с едой и топливом требовали эскорта и были уязвимы – зато на границах всегда были боеготовые суда, способные встретить врага залпами рельсотронов.          Капитан Серый непрерывно всматривался в чёрные дали, изредка поглядывая на тактическую карту. Станция находилась посреди необъятных пустых пространств в глубоком космосе, вокруг никаких возмущений или аномалий, никаких астероидов, вообще ничего, кроме станции – но всё равно он не находил себе места. Переходя от терминала к терминалу, командир изучал показания систем, сам не до конца понимая причины своего беспокойства. Наверное, сказывается напряжение последних дней. Ещё два дня назад он находился в гуще боя над Магнусом, теперь его бросили в патрулирование полуголой границы. Этот крейсер создан для боя, это не рейдер. Он должен находиться на передовой, громить врага. Серый хотел этого всей душой.         В очередной раз капитан остановился возле сенсорного блока, заглядывая через плечо квантометриста в экран. Станция – здоровая вертикальная бочка с двойным кольцом стыковочных ферм - видна, как на ладони, вокруг неё – 12 пришвартованных кораблей. Но пространство вокруг было… пустым, абсолютно. Патрульные дроны не подняты. Все показатели звездолетов говорят о полной загрузке, но по какой-то причине они не отстыковались. Квантовый отпечаток самой станции смазан и едва прослеживается. Никакого движения вокруг, и главное – никаких переговоров между кораблями и станцией. Капитан почувствовал, как зашумела кровь в его ушах.  - Прямо идиллия какая-то… – буркнул Серый. – Харш, вы установили связь со станцией?.. - Никак нет, товарищ командир, - ответил перемещающийся к другому приборному блоку старпом, – станция на вызовы не отвечает. Пробуем на других частотах. - Продолжайте, - кивнул командир, возвращаясь в центр мостика. – Объявить боевую готовность, полный ход. Майор, дайте связь на открытой частоте.         Резко взвыла сирена, и волна мурашек прокатилась по спине капитана. Тут же пришли в движение толстые броневые ставни, с негромким, но противным скрежетом опускаясь на остекление рубки. Наконец, включились обзорные экраны, выводя в реальном времени дополненную картинку с сенсоров. - Вы на связи, товарищ командир. - Станция 4-57, говорит капитан второго ранга Серый, линейный крейсер «Доблесть». – унеслось в эфир. - Требую немедленно выйти на связь и объяснить причины, по которым вы игнорируете вызовы на специально выделенных частотах.   Ответом был тихий электронный треск в микронаушнике. - Ответа нет, товарищ капитан. - Заметил, – скривился Серый. – Сканировать все частоты. Вызовите Нуль, и дайте канал с командиром десанта. Артиллерия к бою, щиты запитать на максимум! - Захват? – как-то совершенно буднично уточнил старпом. - Вероятно...         Системы ближнего радиуса прервали его громким писком, требуя внимания. Синие точки, как по команде, отвалились от тела станции и, прикрываясь огромной металлической тушей, развернулись в направлении необжитого пространства. - Связь с Нулём? – уточнил Серый. - Секунду… Нет, товарищ капитан, дальняя связь не работает. - Значит, научились глушить, – констатировал капитан. - Двигатели на форсаж, десять лево на борт, разгоняемся. Артиллерии взять крейсеры на прицел. Огонь по готовности. - Товарищ командир… - Лучше их уничтожить, чем отдать врагу! – отрезал Серый. – Всю ответственность за возможные жертвы беру на себя. Связь с десантом? - Переключаю. - Слушаю, капитан, - прозвучало из лацканов. – Наконец-то для десанта есть задание? - Да. Занять станцию, зачистить, окопаться до подхода основных сил. - Понятно, - менее радостным тоном ответил десантник. – Данные по союзникам на станции есть? - Нет. Высадку придется производить в условиях боя, мы идем на перехват враждебных кораблей. - Так точно, выдвигаемся немедленно. Предлагаю канал два-восемь для связи. - Добро. Авиагруппа прикроет. - Ясно, товарищ капитан, конец связи.         Палуба под ногами командира дрожала. Или, может быть, всё нормально, и дрожит он сам? Старпом прав – это могут быть свои. Связи нет, подтвердить транспондерные коды невозможно, лучшим решением для них было как раз отстыковаться и покинуть станцию. Лучшим… Серый понял вдруг, что не смог бы сбежать и бросить экипаж станции. Он бы сражался до последнего. Вероятно, так поступили бы многие командиры в РКФ. Оставалось надеяться, что это враг. Станция была уже близко; расстояние до врага медленно, но сокращалось. Ещё немного, они окажутся в радиусе обстрела, и тогда…         Чудовищной силы вспышка засветила экраны; через мгновение огромный корабль тряхнуло так, что Серый вынужден был вцепиться в спинку своего «трона». Под глухие удары и скрежет металла заверещали аварийные сирены. Отчаянно взвыли маневровые двигатели, стараясь погасить ощутимое боковое ускорение: вероятно, взрыв столкнул «Доблесть» со своей траектории. Обзора не было: экраны резала лишь крупная рябь, а карта застыла неподвижно, и ориентироваться командир мог лишь на значок условного горизонта. Значит, внешние сенсоры либо выжжены, либо временно ослеплены… - Доклад! – проорал командир, бросившись утопленному в палубе месту рулевого. Лейтенант вовсю сражался с инерцией судна, пытаясь выровнять гиганта по своему дублированному гироскопу, и использовал при этом самые грязные ругательные конструкции. - Данных о внутренних повреждениях нет, - отчеканил старпом. В такие моменты он становился куском льда, абсолютно сосредоточенным и логичным. – Сенсоры перезагружаются. Щиты по правому борту на 20 процентах от максимума. Вращающий момент пять-ноль право на борт.         Ещё несколько раз моргнув, носовой экран наконец-то начал отрисовывать картинку. Остальные блоки, один за другим, тоже включились, выводя, наконец, огромный шар выгорающего топлива справа-сзади. Вокруг него расползалась мелкая рябь из обломков, минуту назад бывших обшивкой и внутренностями топливной станции. Следом «разморозилась» и карта, дрогнув при обновлении данных. Кроме «Доблестного» – и шара выгорающего топлива – в этом секторе космоса не осталось ничего. Не глядя нащупав подлокотник, Серый грузно опустился в кресло. Он упустил врага. - Товарищ командир, есть связь с Нулём! – связист разорвал накрывшую мостик тишину. - Как вовремя, – выдохнул командир. Адреналин начал его отпускать. – Уиллорд, направь в штаб транспондерные метки и бортовые номера украденных кораблей, плюс все данные с сенсоров. Срочная передача, высший приоритет. И дайте отбой десанту. Штурмовать всё равно больше нечего...       Стискивая переносицу, командир вперил взгляд в бесконечные дали по курсу. Взрыв подтвердил, что это был враг. Выходит, теперь у ящериц есть образцы работающих рундоланских технологий, да и сами корабли можно использовать десятками различных способов. Диверсии, засады, да хоть бы и в качестве брандера... Он осознал вдруг, что дрожит, как сопливый лейтенант перед выволочкой.

***

      Имтеорское пространство.       Центральная система Имтеорской экзархии, Константас – одна из древнейших и густозаселенных звездных систем, известных людям. По легендам, именно отсюда человечество когда-то начало свой путь к звездам, но было это так давно, что проверить сие утверждение невозможно. В него можно только верить, как верит народ в Имт, существо высшего порядка, властвующее надо всем сущим. А великий Экзарх, наместник его в материальном мире, да будет прославленным его имя в веках, правит живыми людьми и проводит волю его. Власть его исходит от самого Имта. Так было, так будет. Лейтенант Велис не сомневался в этом, никогда. С малых лет он верует, с малых лет родители водили его на мессы. Он пошёл во флот, веря, что так тоже сможет служить Его воле, быть орудием претворения Его планов. Только вот флотом управляет не божество, а обычные люди, просто стоящие выше других в иерархии.          Он истово верил, истово молился и ненавидел чужаков-рундоланцев, пока не столкнулся с тем, что его лежит за пределами понимания. Пришельцы, неизвестная форма жизни, радикально другая цивилизация. Вера учит не доверять чужакам, они не под защитой Вселенной. Только вот… кто больше чужак – человек-рундоланец, или зубастое нечто? Это был первый раз, когда Кло Велис задумался о религиозных догматах. Ещё сильнее его вера пошатнулась, когда, вернувшись с окраин Экзархии с ценнейшим грузом, он получил не повышение и благодарности, а выволочку и взыскание. Хотя образцы инородных технологий у него также изъяли. Столкновение с врагом было сразу засекречено, экипаж – предупрежден о смертной казни за разглашение. Наверняка он не один такой, кто в тот момент резко «прозрел».         Вновь окинув взглядом мостик, молодой лейтенант остановился на экранах сенсорной системы, покрытых рябью зелёных меток. Приказ командира флота был странным, но понятным: выдвинуться в никому не известную систему на окраине Имтеора, выкрутить сенсоры на максимум и ждать дальнейших указаний. В депеше не говорилось, кого они боятся и к бою с кем готовиться, но Велис это и так уже прекрасно понимал. Жестокий и коварный враг, судя по обрывочным донесениям и слухам, обломал зубы в первом ударе о Рундолан, об этих безбожников, как их называет Центральная вещательная сеть, и теперь будет искать другие направления для атаки. Их враг – люди, все, независимо от их отношения к Имт.         Многие граждане Имтеора действительно верят, что целая Галактика создана только для людей и в их нуждах. Кто-то из окружающих лейтенанта офицеров говорил, что встреча с чужими - испытание, посланное свыше для проверки крепости их веры. Кто-то считал это началом конца, Апокалипсисом, описанным в Догмате. Лейтенант Велис уже не был настроен так радикально, столкнувшись с объективной реальностью. В последние дни он часто задумывался над тем, как сановники трактуют замысел Имт и в целом Догмат, придя к выводу, что ситуация может стать для Имтеора очень опасной. Слишком много поколений выросло на ненависти к Рундолану, где, как сам Велис убедился, служат точно такие же люди.         Будут они теперь «чужаками», или нет? Или, может, на какое-то время они таки смогут объединиться перед лицом общего врага? А потом что, снова драка за место под солнцем? Экзарх мог бы одной проповедью изменить саму данность, направить народ, но вместо этого сановники просто постарались зачистить информационное пространство, ограничить хождение информации о чужих, уничтожить любые о них упоминания. Возможно, это было правильно, паника никому не нужна. А может быть, именно это станет началом конца Имтеора. - Господин, на сверхдальних сенсорах новые объекты! - Определить. – коротко скомандовал лейтенант, отвлекаясь от еретических дум. - Не союзники, - уверенно ответил оператор. - Рундоланцы, господин. Бортовые номера совпадают с присланными из штаба. - Сколько кораблей? - 12, сэр. Идут плотной группой в направлении Константаса. - Установите в захват. Обеспечить связь с адмиралом.         Его непосредственный командир, адмирал Хан Нисо, был совершенно странной, но выдающейся личностью. Высшее командование, судя по слухам, его недолюбливает, задвигая подальше с глаз, но за короткое время под его командованием лейтенант понял – тому совершенно плевать. Адмирала Нисо не интересовали парады, ему не доставляет удовольствия раболепие подчиненных или унижение своих офицеров, он не требует от них идеального знания Устава и священных текстов – ничего, чем развлекал себя предыдущий командир Велиса. Когда на Нисо спихнули Оборонительный флот Константас, тыловое, по сути, соединение численностью едва ли в половину штатной, всего за несколько лет адмирал умудрился превратить его в самый боеспособный. Все его офицеры предельно лояльны, а потому надежны, и прекрасно обучены. Корабли, несмотря на почтенный возраст, всегда обслужены и боеготовы.         Служить в таком соединении для лейтенанта стало честью, и именно поэтому он безуспешно боролся с мандражом. Велис слышал, как загудели сервоприводы, опуская перед ним широкий цифровой экран. Взгляд адмирала был ледяным и пронзительным, словно он изучал свою следующую цель. Сейчас целью был Кло Велис. – Господин адмирал, - выдавил он. – Мне передали ваше донесение, лейтенант, – заговорил Нисо. – Вы обнаружили только эту группу кораблей? – Да, сэр. – Интересно... – вполголоса пробормотал адмирал. Пальцы несколько раз пробрали аккуратно подбритую бородку. - Сэр, со всем уважением, но что здесь интересного? – возмутился Кло Велис. Имтеор был для него всем, и спокойствие Нисо по какой-то причине заставило его кипеть. – Рундоланцы нарушили наши границы! – Перейдите на личный канал, лейтенант. – совершенно невозмутимо ответил адмирал. Дождавшись, пока Велис пробьёт дробь по наручу и установит наушники по месту, он продолжил. – Дальнейшая информация секретна. Десять часов назад рундоланцы по дипломатическому каналу сообщили, что несколько их кораблей были угнаны с одной из флотских станций. Наш штаб посчитал это дезинформацией, но они приложили к депеше частотные маркеры, бортовые коды и трекерные метки своих машин. Теперь мы знаем, что корабли действительно есть, и летят в направлении столицы из необжитого космоса. – Звучит как-то странно... – задумался лейтенант. – Они сдали своих? Как-то на них непохоже. – Я бы не стал давать бортовые коды и предупреждать противника, если бы хотел ему насолить. – подметил адмирал. – К тому же, лейтенант, подумай: ты будешь пытаться создать для себя второй фронт, когда ведёшь полномасштабную войну с неизвестным врагом, притом привлекая все наличные силы и резервы? – Нет. – Они говорят, что эти борта угнаны, и, вероятно, так и есть. Если так, то управляет кораблями их враг, и задумал он что-то над нашей столицей, судя по курсу… Лейтенант, приказываю оставаться в квадрате ещё час, затем возвращаться на Константас. Флот готовится к обороне.   Велис поклонился. – Слушаюсь, адмирал. «Сиятельный» связь окон... – Господин лейтенант, новые метки! – вдруг выкрикнул оператор. – Неизвестные! Десять... Двадцать... Пятьдесят... – Покажите! – лейтенант бросился к экранам, напрочь забыв о Нисо.         Целая гроздь неизвестных отметок двигалась плотной группой из необжитого пространства в сторону центральных миров. Слишком медленно для союзных звездолетов, и тем более для скоростных кораблей Рундолана. Велис почувствовал, как затылок неприятно стянуло, а по спине двинулась волна ледяных мурашек. – Отставить, лейтенант, – стальным тоном сказал адмирал. – Немедленно отходите к столице. Это полномасштабное вторжение, и мне нужны здесь все доступные резервы. – Слушаюсь, - Велис рывком кивнул, вполглаза наблюдая за экраном сенсоров. - Связь окончил. Курс на столицу, выполнить прыжок немедленно, выжимайте из двигателей всё, мы должны их обогнать!         Его столица в опасности, миллиарды простых жителей в опасности. Это всё, о чем мог думать Кло Велис в момент, когда его звездолет провалился в подпространство.

***

      Рундос, то же время.       С воздуха главное здание Рундоланской авиакосмической академии казалось ещё более... невероятным. Поразительных размеров корпус, гигантским стеклянным шпилем подпирающий небеса, всегда казался Ивану творением рук неизвестных титанов прошлого. От одного взгляда на здание у него захватывало дух... Лена крепче сжала его руку и едва заметно улыбнулась. Мягко погладив её ладонь, парень ответил натянутой улыбкой, вновь вернувшись к созерцанию красот. Этот полет Лена перенесла с завидной стойкостью, всем видом излучая уверенность. Если она может перебороть свой страх – что ему стоит справиться со своим?.. – Почти прилетели, – констатировала она. – Готов? – Нет, – фыркнул парень, зажмурившись на миг. Совсем не готов. – Не могу вспомнить, когда в последний раз выступал перед целым курсом. А, да, конечно же - никогда. – Я с тобой, Ваня. Ты справишься. – Спасибо. Только... Я даже не знаю, что буду говорить... – Что-нибудь умное, желательно, – усмехнулась девушка, отважно глянув в окно. Руку резко разбила мелкая дрожь. – Ой зря это я...         Она сама вызвалась сопровождать его в этом полете. Запрос на выступление перед студентами поступил неожиданно, был настоятельным и не оставил места для отказа. Всё же, Иван теперь какая-никакая, да знаменитость. Только... ему не было нужно внимание. Иван пробился во флот, чтобы делать свою работу, а не светить лицом перед камерами и ходить на какие-то там встречи. Конечно, представлять такое было приятно, очень тешило чувство собственной важности, но в реальности при одной мысли о нахождении в зале с тысячами будущих командиров его начинало лихорадить, а желудок завязывался в тугой узел. Здесь ему на помощь снова пришла Лена, героическим порывом поддерживающая его шатающуюся психику.         Транспортная капсула завершила свой маршрут на одной из множества причальных платформ здания, где их встречал аж целый декан факультета Гражданского судовождения. После кратких приветствий он провел их окольными путями до расположенного в глубинах здания зала, точнее, совершенно титанической аудитории, рассчитанной тысяч на 10 обучающихся, с небольшой сценой в центре. Сюда приезжают артисты, здесь проходят творческие вечера, теперь вот выступать ему… Капитана начало мутить. Иван остановился на полпути к сцене, крепко зажмурившись и стараясь вдыхать глубоко.         Это не сложнее, чем побывать в бою. Это не хуже, чем потерять свой корабль и практически всех, кого ты знал. Здесь хотя бы не стреляют. Дыши, капитан…         Шедший впереди декан, к удивлению, терпеливо дожидался, пока Иван сможет договориться с собой. Вряд ли ему доставляет удовольствие его миссия, однако он был максимально дипломатичен, указал Лене на одно из мест в первом ряду, и проводил Бородина под сцену, где так же кратко с ним распрощался. Теперь капитану оставалось ждать. Он писал. Что у него могут спросить, что он может ответить, какие-то мысли – всё, чтобы не выглядеть законченным идиотом. Отведенные на сборы два часа прошли совершенно незаметно, и вот, поднявшись наверх, он стоит перед забитой под завязку аудиторией. От одного взгляда на море людских голов его бросило в дрожь, и хорошо, что массивная кафедра легко скрывала его тремор, а исписанные мелким почерком листы можно положить.         На сцене появился сам ректор Академии, бывший командующий Третьего флота Малиновский, и стоило лишь ему поднять ладонь, как гул тысяч людей мгновенно сменился звенящей тишиной. - Здравия желаю, товарищи курсанты. Перед вами один из выпускников нашей академии, действующий капитан третьего ранга Рундоланского космического флота Иван Михайлович Бородин. Рад приветствовать, - он легонько кивнул капитану, вновь отвернувшись к студентам. – Многие задавали преподавателям вопросы, на которые знает ответ лишь непосредственный участник событий. Он перед вами. Готовы, капитан? - Так… так точно, - ответил Иван. Глотка пересохла, и ему едва удалось сглотнуть. - Как и любой из нас, Иван волнуется, - продолжил Малиновский, невозмутимо вытянув вперед руку и растопырив пальцы. Они тоже дрожали. По залу прокатилась едва слышная волна смешков. – Это нормально, товарищи, вас в этой ситуации тоже трясло бы, может быть ещё хуже. Прошу относиться к этому с пониманием. Начинайте.         Отключившись от микрофонов, он спустился в зал, и студенты начали задавать вопросы. Простые, по-большей части: кто он, как пришёл к флотской службе, как учился. Иван отвечал честно, порой вызывая некоторые смешки при упоминании троек по некоторым дисциплинам, и как-то даже… втянулся понемногу, по-крайней мере мог более-менее соображать. Они были такими же, как он в годы обучения: живыми, любопытными. Время летело. Периодически переводя взгляд на Лену, Бородин постоянно замечал не сходящую с её лица улыбку. Да, может быть, всё не так уж и плохо… Пока не встал следующий студент. - Курсант Вайх, глобальное командование, - представился едва заметный парень откуда-то сзади, с последних рядов. – Товарищ капитан, мы на курсе следим за новостями с фронта. Вы бывали в бою, под обстрелом, потеряли свой корабль, да и в целом Рундолан несёт тяжёлые потери как в технике, так и в командном составе. Как вы считаете, это какие-то ошибки в командовании и выборе стратегии, неверно сформулированная доктрина флота, или, всё же, в первую очередь выживание – дело самого командира? Скорее всего, скоро нам предстоит идти в бой, и… хотелось бы знать. Спасибо.         Даже Лена напряглась, осознав вопрос, и вперила обеспокоенный взгляд в капитана. Да, она боялась, что он сорвётся. Может быть, он и сорвётся, но потом, не на публике. Несколько долгих секунд Иван молчал, формируя свои мысли во что-то связное. Этот вопрос за пределами его компетенции, но ему есть что сказать… В ответ на его вопросительный взгляд Малиновский чуть пожал плечами и дал знак продолжать. Что ж… - Случай, - кратко выдохнул Иван. В аудитории внезапно установилась идеальная тишина. – Это серьёзный вопрос, курсант Вайх, я попробую ответить так, как считаю сам. Каждый, поступающий на обучение в Академию должен понимать, что флот - это не трамплин для вашей карьеры и не лагерь отдыха с увеселительными прогулками. РКФ - первый и последний рубеж обороны нашего с вами государства, мы всегда первыми вступаем в бой, мы несём ответственность за миллиарды жизней на планетах Технократии, однако многое в нашей службе зависит от случая. Полгода назад никто не мог всерьёз представить, что галактика населена кем-то кроме людей, и эти «кто-то» придут к нам с войной. Доктрина флота, которую вы вспомнили, этого никак не могла учитывать. Да, я участвовал в недавних боях, и действительно потерял свой корабль. Меня на его борту не было, потому что Командующий флотом отправил меня на поверхность, потому, в целом, моё выживание - тоже лишь стечение обстоятельств, счастливых или нет – не знаю. - Получается, мы не можем ни на что повлиять, всё происходит само собой? – прозвучал вопрос его удивленного соседа. - Можете, - продолжал капитан. Почему-то он был уверен, как никогда, – если будете думать своей головой, а не слепо ориентироваться на Устав. Это полезный свод правил, но в нём нет ничего о том, как противодействовать расе воинственных ящериц с высокими технологиями. Главное ваше оружие – голова. После неё в дело вступает удача. Каждый раз, поднимаясь на борт своего корабля, вы должны осознавать, что можете погибнуть, иногда ситуация не оставляет другого выхода. «Искатель» был заблокирован тремя кораблями врага и принял последний бой, наводя на них орудия линкора. Мой старший помощник не думал, выживет ли он, была лишь боевая задача. Он её выполнил. Вот, за что государство обеспечивает нас, тратит столько ресурсов на наше обучение. Это наша цена. Если вы не готовы её уплатить – значит, вам во флоте не место.         Вряд ли они ожидали услышать подобное, но таковы реалии. Флот – щит государства, любой командир, каким бы он ни был талантливым и прекрасным, является всего лишь расходником. Очень дорогим, штучным, но расходником. Огромное помещение обволокла звенящая тишина, такая, что он мог бы, прислушавшись, уловить пыхтение студентов с задних рядов и скрежет шестеренок в их головах. Ничего, пусть подумают. Взгляд капитана скользнул по первому ряду, снова остановившись на экс-адмирале Малиновском. Он уважительно кивнул, словно принимая Ивана за равного. Сидящая в соседнем кресле Лена смотрела на него, как на существо высшее, просвещённое…          Он не смог удержаться, чтобы не улыбнуться ей, но почувствовал легкие электрические импульсы в запястье – входящий вызов комма. - Говорит Центр, - забубнил микродинамик. – Капитан Бородин, вам предписано немедленно вернуться на свой корабль. Ситуация альфа-уровня, брифинг на мостике ровно в 17:00. Конец связи. - Так точно. Прошу прощения, срочный вызов, мы должны идти. - Думаю, нам нужна ещё одна подобная встреча, - произнес поднимающийся из кресла Малиновский. – Для студентов будет полезно. Свяжитесь со мной, когда найдете для нас время, капитан. Сюрт, проводите их до причала, пожалуйста. - Нет времени, - возразил Иван. У него всего полчаса, чтобы добраться до корабля, этого маловато для общественных сетей. – Если позволите, я бы воспользовался одним из ваших учебных кораблей. - С возвратом, - без малейших сомнений ответил Малиновский. – Вас проводят. - Спасибо. - Верните мне эту машину лично, - вполголоса добавил адмирал. – А теперь марш отсюда.         С огромным облегчением Иван выскочил из помещения следом за проводником по имени Сюрт. Считанными минутами позже он уже устраивался внутри скоростного учебного шаттла, вполглаза поглядывая на Лену. Её взгляд метался, как у загнанного зверя, но нужно отдать должное её выдержке и характеру – вслух девушка не сказала ни слова. Только впилась в свои колени ногтями и зажмурилась, когда корабль свечкой рванул в небо и их вдавило в кресла. - Шаттл 22-04-6075, ваш вылет не зарегистрирован, - моментально проснулась планетарная диспетчерская. – Немедленно назовите себя и цель вылета!         Капитан не глядя коснулся нужного символа и мелькнул запястьем над считывателем. - Капитан 5268 Бородин, приоритет Альфа, направляюсь на Нуль. Приказ Генерального штаба.         Сенсорная система громко пискнула при появлении рядом новых меток. Два боевых дрона, размером с небольшой истребитель, пристроились во фланги. На их борту по два дуговых излучателя, чтобы принудительно отключать электронику, и магнитные захваты для посадки отключённой цели. Они быстрее, маневреннее, от них, вероятно, не уйти… Но они внезапно затормозили и быстро исчезли с экранов. - Передаю полётный план. В следующий раз потрудитесь до взлета связаться с нами! – пробухтел диспетчер. – Хорошего полета, капитан. Нуль, конец связи. - Пронесло… - вполголоса пробормотала Лена, смотря в одну точку перед собой.         Высота быстро росла; голубое небо за обтекателем уступало место знакомой черноте. Чуть прибрав тягу, Иван потянулся к девушке, уложив ладонь ей на колено. - Извини, это первое, что пришло в голову, - Бородин вложил во фразу всё раскаяние, которое сумел в себе найти. – Зато сэкономили почти полчаса. - Да, я… понимаю, - ответила она, слабо усмехнувшись, и накрыла ладонь Ивана своей. – Это хотя бы летает быстро. Знаешь, ещё пара месяцев рядом с тобой, и я перестану бояться. - Какой я хороший доктор… - тихо хмыкнул Иван. - Один из лучших, кого я видела. - Только «один из»?  - Ну, докторов-то я повидала много… Но твои методы мне нравятся больше. - Успокоила, - улыбнулся парень, сжав её ладонь. – Мне стоит их запатентовать? - Нет, - девушка с улыбкой мотнула головой. – Я не хочу, чтобы кто-то кроме меня узнал об этой секретной методике. Иначе… э-э… тебя просто проклянут местные диспетчеры! - Ага, конечно, диспетчеры… Могу заверить, что моя методика строго индивидуальна. - Поэтому она мне и нравится.         В безвоздушном пространстве она ощутимо расслабилась, и это был прогресс, ибо ещё недавно девушка не открывала глаз до самой станции. Занятый их новым кораблём док быстро увеличивался, и серовато-синий корпус становился всё более и более заметным на общем фоне станции. Его природные, плавные линии выглядели чужеродными, даже инопланетными на фоне рубленых, утилитарных форм самой станции. Всем своим видом этот корабль выражал шаг в будущее, новый уровень технологий и превосходство на поле боя. То, что его отдали под командование Ивану – большая ответственность...  - Док 408, говорит Бородин, подхожу на 3-3-2, дистанция 20, вектор по полетному плану. Прошу посадки. - Мы уже ждём вас, товарищ капитан, - всего через несколько секунд прозвучал голос майора Нуньо. – Хейнц просил связаться с ним, как только вы ступите на борт. - Что-то настолько срочное? – насторожился Бородин. - В сообщении из Штаба ничего не сказано, товарищ командир. Только то, что Хейнц сам всё объяснит и поставит задачу. - Понял. Запроси связь с центром, я захожу на посадку. Как раз, пока всё включится, пока все подтянутся… - Так точно, - хмыкнул Нуньо. – Мостик, конец связи. - Всё как всегда… - вздохнул Бородин, попутно скорректировав курс. Зёв ангара был прямо перед ним. Огромный. Взгляд вернулся к Лене. – Ты как? - Нормально, - она пожала плечами, скрестив на миг руки и быстро пригладив плечи. – Ничего, с чем я не могла бы справиться. - Не хочу тебя бросать… - А кто тебя спросит-то? – усмехнулась девушка, одарив его легкой, и в то же время обречённой улыбкой. – Тебя ждёт Хейнц и чёрт знает кто ещё. Ты не можешь не явиться. Мы увидимся, Ваня, но вечером. - Вечером… а-а… Да, само собой, вечером я загляну к тебе. Сходим куда-нибудь? - Здесь есть кинозал? Хочу в кино, давно не была в хорошем кинозале.         Опоры шаттла коснулись палубы корабля. Коротко прошипели захваты, фиксирующие машину. - Что-нибудь придумаем, - хмыкнул капитан, и притянул её руку для поцелуя. – В 8 я зайду за тобой, идёт? - М-м-м, вечерний сеанс, задний ряд… - Лена мечтательно прижмурилась, но тут же тихонько усмехнулась. – Давай, иди, не то Хейнц будет в бешенстве. В 8, капитан, я запомнила! Иначе расскажу отцу. – Давай только без угроз! – парировал парень, бросив взгляд на наручную панель. – Чёрт, опаздываю!         Девушка только беззвучно зажмурилась, расплывшись в улыбке, и отмахнулась от него. Времени действительно не было; коснувшись её плеча в последний раз, Иван спешно выбежал из кабины, бросившись к лифтам. На полпути, в кабине транспортера, его нагнало запоздалое чувство стыда. Неприятно вот так просто бросить свою девушку... капитан усмехнулся, осознав, как быстро стал считать её «своей». Это вполне может оказаться дурацкая интрижка, игра гормонов, ищущих выход. Хотя при взгляде на Лену всё внутри него начинает кипеть... Всё равно неприятно. Шипение открывающихся переборок вернуло в реальный мир, где он спешил на совещание.         Длинные коридоры были почти пустыми – на пристыкованном корабле находилась едва ли треть штатного экипажа. Всего через минуту взмыленный капитан ворвался на мостик, нарушая своим пыхтением мерную рабочую тишину и привлекая внимание вахтенных. В нескольких метрах перед ним, на свободном пространстве перед «троном», висели голограммы Хейнца и Грайна в обществе майора Нуньо, вполголоса обсуждающего что-то с адмиралом. Старпом заметил капитана и приветственно кивнул, но разговора не прервал, снова что-то ответив и вызвав легкий оскал на лице адмирала. На наруче капитана зажегся новый индикатор, и он быстро сунул микродинамик в ухо, подключившись к защищённому каналу. – Товарищ адмирал, капитан Бородин по вашему приказу прибыл!.. – пропыхтел Иван, входя в зону действия голопередатчика. – Виноват, спешил как мог. – Я знаю, видел отчет планетарной обороны, – ответил Хейнц, снабдив всё ироничным вздохом. – Вы поставили на уши всю диспетчерскую, капитан. Впрочем, полагаю, это пойдет им на пользу. Но в другой раз просто свяжитесь с ними до старта. Будет меньше геморроя. – Виноват, в следующий раз буду благоразумнее, товарищ адмирал. – Само собой. – Новое задание для нас, товарищ адмирал? – поспешил поинтересоваться Иван. – Да. Ваша задача – выдвинуться в сектор 308-Альфа.         Изображения уменьшились, уступив место небольшой карте с подсвеченным сектором. Только вот при взгляде на мерцающий голубым квадратик внутри всё похолодело. – Товарищ адмирал, это... Имтеорское пространство, я правильно понял?.. – Бородин, не делайте вид, что ваш мозг отключился из-за кислородного голодания, – невозмутимо ответил Хейнц. – Ваша задача – выдвинуться в их столичный сектор и занять оборону совместно с имтеорским флотом. Данные из штаба должны были направить на ваш центральный сервер. – Подтверждаю получение, – включился в беседу Грайн. Аватар ИИ парил рядом и медленно осматривал помещение, как всегда заложив руки за спину. – Необходимые пакеты переданы на планшеты старшего помощника и капитана.         Командирский планшет валялся там, где Иван его оставил – в его каюте, времени заскочить куда не было. Соответственно, изучить присланное он не может, только домысливать. Что вообще должно было произойти, чтобы рундоланское командование выслало на помощь… имтеорцам… флот?.. Лицо капитана резко залила краска. Нуньо, остановив ненадолго взгляд на Иване, ткнул пару раз в свой планшет. – Разрешите? – спросил старпом, и после жеста адмирала продолжил: – если вкратце, товарищ капитан, ящерицы угнали почти три десятка кораблей с нескольких наших пограничных станций. Имтеорцы засекли часть из них на своей стороне Стены, идущими в направлении их столичной системы.         Желудок вдруг свело так, что Иван сморщился. Произошло то, о чём он предупреждал, и никто, никто не смог этого предотвратить! Значит, враг получил образцы современных рундоланских технологий, работающие, а значит сможет создать свои аналоги. Капитан едва смог протолкнуть ком в горле, но усилием воли заставил себя собраться. – Понял, – кивнул он. – Какими силами выполнять задание? – Вам будут приданы пять крейсеров плюс сопровождение из лёгких кораблей, полный штат в документах, – ответил Хейнц. – Вы, Бородин, принимаете командование объединённой эскадрой.  - Я… – капитан вовремя сумел остановиться, зажмуриться на миг и выдохнуть. – Так точно, товарищ адмирал. – Остановите эту атаку, сейчас нам жизненно важно сохранить мир с имтеорцами, – добавил Хейнц. – Угнанные звездолёты не жалеть. И капитан, постарайтесь по возможности не допустить попадания наших технологий в лапы имтеорцев. – Задача ясна, товарищ адмирал, – ответил Иван. – Когда выдвигаться? – Приписанный к вашему кораблю полк десанта прибудет примерно через 72 минуты, – пояснил Грайн. – Корабль готов к старту, после их размещения мы можем покинуть док. – Вылет по готовности, разрешение у вас есть, – сказал адмирал. – На этом все. Вопросы? – Сейчас нет, товарищ адмирал… – Всё, что нужно, вы найдете в своих документах, капитан. Хейнц, отбой.         Мерцающий силуэт рассыпался облаком искр, мгновенно сформировавших карту ближнего космоса под ногами. С шумом выдохнув, Бородин стиснул переносицу и крепко зажмурился. - Товарищ капитан?.. - Спокойно, Нуньо, просто дай мне минуту всё осознать… - негромко ответил Иван, опускаясь в свое кресло. – Как-то всё слишком резко… ладно, хрен с ним. – он подпер голову кулаком, исподлобья глядя на старпома. – Что имеем? - Сводную группу артиллерийских кораблей, - ответил Нуньо, неопределенно дернув плечами. – Звено капитана третьего ранга Бейбарсова из четырёх боевых крейсеров типа «42» - «Ирбис», «Манул», «Рысь», «Тигр», и приданный в усиление линейный крейсер «Доблесть» капитана Серого. - Серый – это тот, кто нашёл «Искателя», да?..   Нуньо мигом подтянулся и придал себе ещё более серьёзный вид. - Да, товарищ капитан, - сказал он, внимательно изучая реакцию начальства. – Если позволите: это может как-то помешать? - Нет, нет… - вяло отмахнулся Иван. – Просто знакомая фамилия. Опять же – а в чем он виноват?.. Нет, всё нормально, майор. – с усилием он распрямился, откинувшись на спинку. – Так… Грайн, мне нужны все данные по этому сектору, желательно свежие. Астероиды, гравиметрика, квантовое сканирование, локация – всё, что есть. Хочу понимать, куда мы лезем. Нуньо, свяжись, пожалуйста, с капитанами, вызови на связь через, скажем, полчаса. Тебе хватит получаса? - С запасом, - ответил ИИ, и капитан мог поклясться, что в его голосе звучат нотки иронии. Пойманный недоуменный взгляд старпома только подтвердил ощущение.       Пусть иронизирует. После пережитого капитан хотел знать, что его ждёт, и предусмотреть если не всё, то почти всё.   

***

         Адмирал Хан Нисо мерил широкими шагами мостик своего флагмана, постоянно задерживая взгляд на трёхмерной карте. Немногочисленные корабли защитного флота Константаса распределялись по орбите тронного мира, занимая позиции вокруг тяжёлых оборонительных станций и формируя защитный периметр. Несколько сотен точек распределились вокруг плывущего в воздухе изображения планеты в точном соответствии с его замыслом, но этого было... мало. В такие моменты адмирал начинал завидовать возможностям Технократии, их станциям дальнего обзора, продвинутой аппаратуре, способной видеть сквозь помехи Стены. Впрочем, технологии им не так уж и помогли, хотя и были полезными.         Хан уже сталкивался с ними в бою, много лет назад. Тогда молодой капитан Хейнц, находясь в меньшинстве и прижатый к туманности, сумел нанести имтеорцам сокрушительное поражение именно за счёт превосходящих технологий. Потому что командование недооценило всю боевую мощь неверных. Их система лишь кажется инертной и неповоротливой, но при необходимости они начинают проявлять гибкость, быстро менять тактику и перестраиваться, используют все свои электронные системы для наилучшей координации на поле боя и фокусировки огня. Порой Нисо задумывался, что именно гибкости мышления его офицерам не хватает, как и передовых технологий связи. Во имя Вселенной, да за один голографический проектор, что установлен у его ног, адмирала могут привлечь к дисциплинарной ответственности. Технология неверных, которую он присвоил, а не передал, куда следует.         Машинально он погладил затылок, в миллионный раз коснувшись пересекающих его грубых рубцов. Тогда на его корабль обрушился залп нескольких сотен стволов, мгновенный, идеальный в своей смертоносной мощи... Тихо вздохнув, он вернулся к анализу карты. Линия, в его воображении выглядящая идеальной и лежащая на расстоянии около 5 тысяч километров от орбиты планеты, на деле была неровной. Сенсоры не добьют на нужную дистанцию. Дыра в обороне. – Лейтенант, передайте звену 27 сдвинуться на точку 11.408.32, – сказал он, не глядя на связиста. – 28 группе на 11.414.101. Боевую группу Нори – в квадрат 28. – Слушаюсь, – машинально пробубнил оператор. – Флагман Двадцать седьмому, переместитесь на точку...         Кто-то мог наказать офицера за неподобающее обращение к старшему по званию – но только не Нисо. Раболепие не поможет в бою, более того – пока оператор выговаривает всё, что положено, их уже могут как минимум подбить, как максимум – уничтожить другие корабли из-за задержки в передаче приказов. Все его офицеры об этом знали, как знали о том, что отхождение от Устава и традиций возможны только в присутствии Хана. Адмирал, тем временем, подолжал передавать приказы и корректировать оборонительную линию, расставлять разведывательные звездолёты, просчитывать сектора атаки... А что вообще ящеры здесь забыли?..         Вопрос, мучающий его последние часы, снова всплыл, и адмирал попытался применить к нему свежие данные. Наиболее вероятна попытка открыть второй фронт для рунлоланцев, растянуть и ослабить их. На это указывает и мгновенная реакция рундоланцев, и сброшенные ими данные в комплексе. Значит, противник задумал план, который уже провалился. Только вот учитывая хитрость и одновременную животную ярость нового врага, у них не может не быть запасных планов. Один из их флотов движется прямиком к Константасу. Прикрытие? Полномасштабная атака? Адмирал понимал, что его флот такую атаку скорее всего не выдержит. Одно дело, если враг выставит 50 кораблей, тогда шансы есть. А если это только одна эскадра из многих?         Что ж... Тогда придётся принять последний бой и защитить всех тех, кто остался внизу. Эвакуацию планетарные власти не объявляли, надеясь на планетарную систему ПКО и атмосферную авиацию, ведь вражеский флот слишком незначителен. Их мало, да, но... Что, если они не и собираются сражаться в лоб?.. – Господин адмирал, на дальних сенсорах контакт! – воскликнул вдруг тек-сержант. – 17 целей, курс на Константас! – Полная боевая готовность по флоту! Группы 3 и 4 выдвинуть на исходные, 1 и 2 в резерве. – Ещё метки! Их... Около двух сотен, господин, может больше... – Это ничего не меняет! – рыкнул Нисо. Кажется, мысли о последнем бою не так уж разнятся с реальностью. – Резервы на исходную, сорок шестую, сорок седьмую группы сразу в квадрат три-один, защитные станции к бою, планетарную артиллерию зарядить и нацелить туда же! Встретим их, как подобает. – Господин, ещё отметки в тылу, выходят из подпространства... – в третий раз заговорил оператор, с нотками обреченности и... стыда... в голосе, которые тут же сменились радостными: – Метки рундоланские, соответствуют кораблям капитана Бородина! – Как нельзя вовремя... – хмыкнул Нисо. – Входящий вызов от рундоланцев! – осипшим от волнения голосом доложил связист. – Выводи.         На одном из экранов возле адмирала возникло лицо неожиданно молодого парня в кителе с капитанскими шевронами и золотой брошью в виде стандартного рундоланского фрегата на груди. Он видел изображения Бородина, спущенные из штаба, но сейчас он выглядел совершенно... другим. Голова чуть наклонена, взгляд исподлобья, черты лица обострены. Волосы сползли на лоб и разметались – но он не спешил их оправлять. Капитан периодически отворачивался, губы шевелились, но вот он отчетливо кивнул, и из динамика в экране раздалось: – Адмирал Нисо. – Капитан Бородин, – ответно кивнул Хан. – Вы вовремя. Враг уже на дальних сенсорах. – Понял, – коротко ответил капитан. - Передайте нам всю информацию, пожалуйста, и укажите район действий. Я не хочу угодить под ваш огонь, или сбить кого-то из ваших.   Адмирал молча кивнул ожидающему оператору.   - Всё получено, - чуть погодя сказал Бородин. – Спасибо. Выхожу в заданный квадрат. Не закрывайте канал связи, будем координировать действия. Глушусь. - Понятно… - Господин адмирал, новые отметки, появляются в квадрате 106! – воскликнул оператор сенсоров. - Передайте данные по флоту и Бородину, - скомандовал Нисо, чуть приосанившись и оправив китель, а потом тихо добавил: - Итак, начнём…    

***

  - Товарищ капитан, множественные цели на дальних сенсорах, - проговорил офицер, всматриваясь в плывущие перед ним изображения и строки непонятных цифр на боковом экране. – Не менее двухсот, сигнатура большинства соответствует стандартным крейсерам ящеров. Пять единиц с более мощным искажением, вероятно, какой-то тяжелый вариант. Выстраиваются для прорыва.         Красные точки в приближении выстроились двойным трёхмерным конусом, почти уже пробив редкий строй зеленых, и прикрывая собой движущиеся позади голубые отметки – угнанные суда. Противник выбрал сектор, в котором находится едва ли сотня имтеорских звездолетов под прикрытием пары крупных станций, и на всей скорости ломился к планете то ли в желании её обстрелять, то ли собираясь обрушить свои машины на её поверхность. В любом случае, дела у имтеорцев дрянные. В такт мыслям две серых точки погасли, одна за другой, заставив желудок капитана снова неприятно сжаться. - Надеюсь, они это хотя бы видят, - вздохнул майор Нуньо, подходящий к капитану. – Бейбарсов и Серый рапортуют о готовности. Корабль и экипаж также готовы. - Тогда вступаем в бой, - скомандовал Иван, не отводя глаз от карты. – Объявить боевую тревогу. Свяжись с имтеорцами, передай инфу. Артиллерии и авиагруппе полная готовность. Грайн, рассчитывай микропрыжок в этот сектор, и по готовности передай данные Бейбарсову с Серым! - Делаю, - кивнула стоящая рядом голопроекция, вмиг рассыпавшись облаком искр. - Товарищ командир, а вам не кажется странным, что Грайн так просто выполняет ваши приказы?.. – вполголоса подметил Нуньо. – Обычно он просто наблюдает и подсказывает, не более. - Не знаю, - Иван пожал плечами, отслеживая изменения на карте. В секторе появилось несколько новых серых меток, стремящихся к месту боя. – Он экономит нам время, это всё, что мне нужно знать. - Может быть… – пространно пробормотал майор. – Но я раньше такого не видел...         Палуба под ногами капитана мелко завибрировала, а мерный гул двигателей надавил на уши. На обзорных экранах проявились редкие, но очень яркие платиновые вспышки, засвечивающие целые сектора. Коротко взвыла энергосистема, иллюминаторы сверкнули ослепительной вспышкой, по ушам ударил короткий неприятный хлопок – и вновь вокруг разлилась знакомая черная пустота. Прыжок длился всего четверть секунды, они едва коснулись подпространства, но покрыли несколько астрономических единиц. - Перемещение успешно, мы в расчетной точке! – доложил из своей ямы рулевой. – Погрешность двести метров. Остальные корабли вышли в заданных точках. - Отличная работа, Грайн, - сказал капитан. – Крейсеры могут вступать в бой по усмотрению, мы отработаем с предела и включимся вторым темпом. Двигатели на форсаж, курс на точку боя. Артиллерия к бою, первичный захват целей! Вспомогательный и зенитный калибры – огонь по усмотрению, приоритет – малые цели и ракеты!         От надсадного воя форсированных громадных двигателей закладывало уши, но это будто бы шло лишь на пользу, отсекая лишние внешние шумы. Капитан полностью сконцентрировался на карте, одновременно выведя на одну из плашек обработанное и увеличенное в сотни раз изображение с забортных сенсоров. Где-то там, в тысячах километров по курсу, два отдельных крейсера, имтеорский и ящеров, сцепились в смертельной битве, поливая друг друга потоками раскаленного металла и плазменными сферами. В один момент имтеорский щит мелькнул и исчез, и следующая волна ярко-голубых сгустков вспорола его борт. Горящий корабль клюнул носом и начал сходить с курса, содрогаясь от внутренних взрывов, но до последнего продолжал отстреливаться из уцелевших орудий.         Иван даже жалел имтеорцев. Судя по данным разведки, в столичном секторе у них нет ни одного тяжелого корабля, годного для лобовой рубки. Их «Патриархи» запросто покрошили бы всё, что могут выставить ящерицы, но этих мостров по какой-то причине рядом тоже не оказалось. Всё, что у них есть – лёгкие патрульные корабли да старые боевые крейсеры, и то, что ящеры разнесут их на атомы – лишь дело времени. Ещё недавно они были противниками, теперь они все стали Людьми, противостоящими новой угрозе, и в данный момент капитан безотчетно хотел их спасти. Флотские экипажи всегда формируются из самых высококлассных и отлично обученных военных. Их потеря – всегда трагедия и для флота, и для общества. Да, когда-то они могут схлестнуться в бою между собой, но это будет потом, в другое время и при других обстоятельствах. Может быть, сам факт его помощи хоть что-то изменит в будущем, и заставит задуматься?..       На трёх тысячах километров знакомый высокочастотный свист пронизал все отсеки. Пушки дали первый залп; в космос причудливыми огненными цветками вылетели целые снопы раскаленных микрочастиц металла, расчертив носовой экран полупрозрачными линиями трассеров. Беззвучный таймер в его сознании начал отсчет до попадания. Пушка выплюнула снаряд на двухстах километрах в секунду. Пятнадцать секунд?.. В такт его мыслям одна из красных отметок исчезла с карты. Всего одна… Слишком далеко. - Товарищ командир, Серый вышел на позицию и вступает в бой! – доложил старпом, мечущийся между терминалами. Всегда он так, ответственность у него крови… - Передаёт новые данные, вывожу.         Трёхмерная карта моргнула, забрав с собой несколько серых точек, и лишь добавив красных. Отметка Серого находилась поодаль; он действовал ровно по Уставу и держал «Доблестного» на максимальной дистанции, не подвергая корабль излишнему риску. Хотя его бортовые системы позволяют вести огонь и на куда большие дистанции... В конце-концов, Серый хотя бы примерно видит свою цель, во что он, вообще, стреляет, видит фактический результат попаданий. Иван же может оценить свою работу только по количеству исчезающих с проекции красных точек. Всё его существо требовало сближения, требовало хоть чего-то… осязаемого и видимого, но в его распоряжении была только карта и доклады квантометристов. - Авиагруппе полная готовность! – скомандовал Бородин. На фоне бесконечной черноты уже были различимы почти микроскопические яркие вспышки взрывов.         С этого момента орудия молотили не переставая, гигантским камертоном измеряя время и покрытое за это время расстояние. Каждые 20 секунд над огромным звездолетом расцветали огненные цветы, офицеры-артиллеристы за спиной радовались каждому попаданию, зафиксированному аппаратурой судна, и каждой сметённой с карты красной точке. Больше всего это напоминало продвинутые тактические симуляторы на третьем курсе. Ты стоишь на небольшой площадке, на экранах вокруг тебя что-то происходит, тебе 21 и ты знаешь, что опасности никакой и твоё поражение – лишь знак того, что тебе придётся пересдавать экзамен. Обманчивое чувство самоуверенности и неуязвимости, ощущение игры и нереальности происходящего.         Сейчас же всё реально донельзя, и там, впереди, гибнут реальные люди.         Дополненная реальность подсветила силуэты кораблей. Каких-то 250 километров, чуть больше секунды от выстрела до поражения цели. Ивана начало колотить, внутренности превратились в туго натянутые струны – но разум его оставался удивительно ясным. В том сражении он был лишь наблюдателем. В этом бою он - альфа-хищник, и в нём нет ни капли жалости к врагу. За парней. За Виго. - Тягу на 30, идем по инерции, торможение 5%! – скомандовал Бородин. Голос чуть дрожал, но это ничего, это нормально. – Курс на перехват врага, запустить авиацию, всю свободную энергию на орудия и щиты! Беглый огонь, цели по усмотрению!         Мимо рубки бесшумно пронеслись тяжёлые «Воеводы» в сопровождении целого роя дронов, выстраиваясь в боевой порядок над носом корабля. Его огромные орудия продолжали стрелять по врагу, отмеряя перезарядкой идеально точные промежутки времени. 20 секунд – выстрел, 20 секунд – выстрел… На 60 километрах к их высокочастотным, закладывающим уши энергетическим всплескам присоединились мелкие трели включившихся в бой башен вспомогательного калибра. Капитан уже видел вражеские корабли. Казалось, что они застигнуты врасплох, ближайшие к ним уже начали гореть и рассыпаться под ударами тяжеленных кусков металла, но вся эскадра продолжала упорно двигаться вперёд. Иван позволил себе короткую, нервную усмешку: боевая мощь его линкора оказалась неоспоримой. Сражение вновь стремительно скатывалось в избиение, и его это полностью устраивало.         Красные точки исчезали с завидной частотой, озаряя космос яркими взрывами и вызывая в капитане непонятное злорадство. С пугающим оскалом он сместил метку Серого на новую позицию, и перенаправил штурмовые эскадрильи к захваченным судам. Одновременно рядом с «Доблестным» возникли новые серые отметки, разворачиваясь широким фронтом. Ещё немного – и количество кораблей с обеих сторон сравняется… Несколько снарядов вдруг одновременно угодили в один из угнанных фрегатов, утопив его в ярко-рыжей вспышке, и Бородин расплылся в широкой улыбке. Мельком глянув на Нуньо и других офицеров, он увидел, что те тоже улыбаются, кто украдкой, а кто широко и не скрываясь. Похоже, все получают ту дозу мести, которой давно жаждали… Но внезапно по слуху ударил мерзкий, противный писк из динамиков, и радость на мостике сменилась напряженным молчанием.         Сенсорная система ближнего радиуса зарегистрировала новые метки в десятке секунд от места сражения. Через считанные мгновения в нескольких сотнях километров от места сражения начали возникать новые красные метки, распределяясь на три группы и быстро приближаясь. В тылу их оставалась небольшая группа в десяток кораблей. - Авиацию отозвать немедленно! – выпалил Бородин, перемещая по карте ярко-белые метки. – Бейбарсова вывести в 114.200, за имтеорскую станцию! Артиллерия, приоритет – прибывшие! Право на борт, идём на объединение! - Товарищ командир, тыловая группа разворачивается в боевой порядок, идут на перехват! – сообщил квантометрист, остановив взгляд на одном из экранов. – Будут в радиусе огня через 30 секунд. Энергетическая сигнатура соответствует крейсерам ящеров, но одна метка… странная.   Капитан на миг застыл с занесенными руками. - Насколько странная?.. – спросил он. - Намного мощнее и стабильнее других, - скривился лейтенант, – и больше, два с лишним километра.         Зажмурившись на миг, Бородин живо представил, сколько на такой громадине орудий, какой она обладает огневой мощью и что может натворить. При поддержке флота этот космический монстр запросто сможет перемолоть всю флотилию без остатка и делать с Константасом всё, что взбредет в чешуйчатую голову его командира. Это недопустимо. Единственный, кто может бросить вызов этому кораблю и уцелеть – «Эгида». Как-то внезапно возникло в голове это древнее слово, и… наверное, это неплохое название для корабля, который оказался на передовой в двух походах из двух. Что ж, похоже, выбора нет. Выдох… - Эгида. – негромко сказал капитан, проморгавшись и возвращаясь в реальность. – Как считаешь, Нуньо, сойдёт, как название для нашего корабля? - В целом звучит, товарищ капитан, - старпом совершенно невозмутимо пожал плечами, орудуя в ближайшем терминале. – Просто, со вкусом, по делу. По прибытии на базу внесу все необходимые изменения в документы. Командир, по врагу приказы будут?.. - Лево на борт, лечь на встречный курс, полный ход. Всем орудиям – огонь по готовности, приоритет – малые суда. Бейбарсов и Серый пусть занимаются основной группой, их задача – не дать врагу добраться до планеты. Авиагруппе выполнять текущие задания, но отзовите пару эскадрилий на прикрытие. - Есть. – кивнул офицер.         Изображение огромного корабля уже начало формироваться в одной из летающих перед Иваном плашек. Приблизительно похожий обводами на стандартный крейсер ящеров, он намного крупнее, несёт явно больше орудий и является смертельно опасным врагом. Бой будет непростым, но враг познает на себе всю полноту рундоланской ярости!