Часть 20

      Резиденция экзарха Хаджи Шестого. Местоположение неизвестно.       Экзарх Хаджи Шестой восседал на уменьшенной копии трона, оставшегося на Константасе, раз за разом обводя своих министров тяжёлым взглядом. Те сидели за широким столом у подножия трона, как один уткнули глаза в столешницу и довольно долго уже молчали, не в силах дать ответ на простой вопрос «кто виноват?». Столица государства, судя по сводкам с орбиты, сейчас напоминает необитаемую пустыню, или даже могильник планетарного масштаба, а они молчат... Снова обведя взглядом зал, гораздо меньший, чем в брошенном столичном дворце, правитель вздохнул, и, ощущая внутри поток гнева, в который раз выплеснул его через вопрос: - Как это произошло?!       Министры как один вздрогнули и насупились ещё сильнее, стараясь избежать зрительного контакта со своим экзархом. Он не был гигантом, обладая, наоборот, телосложением совершенно обыкновенным и даже обывательским, но всякий подчинённый знал, что может по одному его слову отправиться в окраинные миры, на рудники. Это в лучшем случае. В худшем же о них никогда и никто больше не услышит. Все они хотели жить и оставаться на своих местах, стремились всеми силами избежать гнева правителя, совершенно не понимая, что как раз молчанием и гневают его.       Приближённый телохранитель экзарха неподвижно замер по правую руку и постоянно оправлял ножны длинного церемониального меча, срубившего немало чиновничьих голов. - Мой господин, – наконец, решился заговорить один из сидящих, министр снабжения, – мы давно говорили адмиралу Нисо, что он выделил на защиту тронного мира слишком мало кораблей. Он нас игнорировал! - Да, всё так и было! – подхватил министр обороны. – Повелитель, этот Нисо своевольный, не желает слышать мнение штаба... - Хватит! – оборвал их экзарх. – Вы вообще слышите себя?! Что за детский сад вы здесь устраиваете?! Или вы считаете меня идиотом?!       Тишина, внезапно накрывшая зал, была абсолютной. Под их недовольное сопение правитель перевел взгляд на фигуру в чёрной флотской форме у окна. - Чем ответите на обвинения, адмирал?       Медленно обернувшись, адмирал Хан Нисо оправил форму, с достоинством перенеся зрительный контакт. - Вопросом, повелитель, – негромко, но чётко ответил он. – Как вы прикажете отвечать: прямо и по сути, или так, чтобы сохранить авторитет министров? - Я хочу знать, как всё было на самом деле, адмирал. Говорите прямо. - В таком случае, повелитель – они совершенные бездари, – так же спокойно сказал адмирал. Министры недовольно взроптали, но многозначительный, пылающий взгляд их правителя свёл всё на нет. – Мой экзарх, в оборонительном флоте на момент атаки насчитывалось триста сорок два корабля, это примерно пять эскадр, с очень большой натяжкой. Самый молодой боевой звездолёт был спущен со стапеля при позапрошлом экзархе, конкретно – почти восемьдесят лет назад, остальные служат по сто пятьдесят - двести лет. Из всех запросов по обеспечению, поданных официально и с соблюдением всех норм, удовлетворена даже не пятая часть, а гораздо меньше. Требующие ремонта корабли не вставали и не встают в доки годами, повелитель, понимаете?! – поняв, что слишком распалился, офицер взял небольшую паузу. – Я считаю, господин, что мои люди с честью выполнили свою задачу. - Ваша оценка помощи рундоланцев? - Не готов отвечать. Повелитель, они дрались за Константас, как за свой собственный дом, приняли на себя огонь, когда это было необходимо. Бородин вёл бой с целой эскадрой, чтобы позволить нам, совместно с остальными его кораблями, отбить волну вражеских подкреплений. Они первыми раскусили обманный манёр врага, при этом незамедлительно передав мне все данные. Я считаю, что без их участия мы даже и не узнали бы, что по нам ударило, и сочли бы рундоланцев виновными. Это означало бы немедленное объявление войны Технократии. Думаю, последствия вы отлично понимаете. - Как вы считаете, адмирал, – продолжал экзарх, – вы могли бы справиться с врагом своими силами, без помощи от Технократии? - Учитывая, что даже рундоланцы засекли вторую группу врага в самый последний момент, я считаю, господин, что мы бы даже не знали, что происходит с планетой. Возможно, мы с вами бы сейчас вообще не говорили. Вероятно, эпидемия распространилась бы на другие миры, а отношения с Технократией были бы безнадежно испорчены на века. Взгляд правителя перетёк на министра Здоровья. - Они передали информацию об этом заболевании? – спросил Имтеор. - Да, мой повелитель, – булькнул немолодой мужчина, усиленно буравя взглядом стол. - Отлично. Хан, представьте мне расширенный отчёт по всем событиям. Отдельно я желаю узнать обо всех случаях необоснованных отказов, манипуляций законами и других нарушений, с которыми вы столкнулись. - Слушаюсь, – ответил адмирал, склонившись пред взором правителя. – Я подробно изложу всё, с чем... - Повелитель, все отказы были обоснованы! – вдруг выпалил министр обороны. Мужчина резко вскочил, забыв, вероятно, что здесь решается и его судьба тоже. – Адмирал Нисо неоднократно нарушал установленный порядок обращений, выступал против совета командиров и Учения... - Молчать!!! – взревел экзарх, и эхо от сводов многократно повторило его слова. – Твоими стараниями погиб тронный мир, погибло семьдесят миллиардов человек, моих подданных, и ты всё еще считаешь, что у тебя есть право говорить?! Сесть, иначе я прикажу казнить тебя прямо здесь, и не стану тратить время на разбирательства!       Мужчина застыл с открытым ртом, и медленно стёк на стул, вновь уткнувшись глазами в пол. - Что до вас, адмирал, – продолжил слегка «погасший» правитель, – то ответьте: как, по вашему мнению, мы можем надёжно защитить свои миры? - Передать их флотам «Рун» и «Шасс», повелитель, – ответил адмирал Нисо. – Это второстепенные флоты, старых кораблей в их составе очень много, но если передать им станции дальнего обзора и направить сходящие с верфей эсминцы, такой шаг полностью закроет поставленный вопрос. - Что нужно, чтобы нанести ящерам ответный удар? – поинтересовался экзарх. - Ударное соединение, повелитель, – невозмутимо ответил офицер. Кажется, он уже успел всё продумать, и найти ответ на вопрос до того, как экзарх его озвучил. – В пределах двух сотен кораблей, преимущественно тяжёлого класса, наиболее современных, плюс полное обеспечение в обход основных процедур. Это соединение сможет быстро реагировать на любые угрозы со стороны врага, и, если это необходимо, придти на помощь всем, кому она будет необходима. - Как вы считаете, Хан, Технократия может обратиться к нам за помощью?       Назвав его по имени, имтеор намеренно возвёл адмирала в ранг равного. Все окружающие правителя чиновники разочаровали его своей глупостью и неспособностью к действиям. Они льют сладость в его уши, заверяют и успокаивают, а потом происходит грандиознейшая катастрофа в истории Имтеора – и никто даже не может внятно ответить, как и почему. - Это маловероятно, повелитель, – тон адмирала слегка изменился. Лишь немного, – но не невозможно. Они должны были понести серьёзные потери, поэтому вопрос с кораблями должен у них стоять очень остро. Они не откажутся от помощи на опасном направлении. - Они могут нас использовать?.. - Только не Хейнц, – без раздумий ответил Нисо. – Он прагматичен, и вполне может об этом думать, повелитель, но ему знакомо понятие чести, поэтому так он не поступит. Я давно его знаю, господин, и считаю, что если мы вступим в бой вместе, то и драться будем наравне. Хотя, учитывая разницу в качестве звездолетов, он, скорее, использует нас в качестве подвижного резерва либо пожарной команды. - Я вас понял, Хан, – кивнул экзарх. – Срочно займитесь формированием такого подразделения, прошу уложиться в неделю. Считайте, все полномочия у вас уже есть. - Слушаюсь. - Что до вас... – правитель снова обратил взор на министров. – Министра обороны – на рудники, я найду ему достойную замену. - Но повелитель!.. - Вы поработаете руками, - прервал его экзарх. – а я пока подумаю, стоит ли вас казнить. Наше заседание окончено. Арестовать.       Стража, тенями прятавшаяся в выемках стен, среагировала молниеносно, Уже через минуту жалобно стенающего мужчину увели из зала. Остальные министры, пронаблюдав всё огромными от страха глазами, предпочли скрыться с глаз экзарха сразу после его повелительного жеста. Последним, глубоко поклонившись, его покинул адмирал Нисо.

***

      Казармы штурмового десанта отличаются от любого другого помещения на корабле. Обычно это целый блок, выделенная палуба со своими складами, мастерской, стрелковым тиром, тренажёрной и большими общими каютами, в которых, по обыкновению, гремит что-то очень жёсткое и мелодичное. На «Эгиде» же инженеры смогли превзойти себя даже в подобных «мелочах». На громадном корабле нашлось место для размещения четырёх стандартных рот десанта в четырёхместных каютах для рядовых, двухместных для командного состава среднего звена и индивидуальных для высших офицеров. Все помещения завязаны на центральный ангар в днище корабля, куда бойцы могут попасть за считанные минуты через отдельные шахты турболифтов либо по широким аварийным лестницам. По сути, это целое обособленное поселение, встроенное внутрь корабля размером с город.       Отчасти такой комфорт был новинкой и для Хирда, и для его людей. Находясь в отдельной каюте, в тишине, чего раньше он и представить не мог, лейтенант всё ещё заполнял отчеты по последней миссии. Чем точнее и ярче он восстанавливал в своей голове события последних дней, тем сильнее в нём закипала злость. На союзников, что оказались врагами, и на себя – за проявленую трусость. Да, он допустил мысли о смерти, почти поддался панике, а для десантника это недопустимо, ведь даже один паникующий боец может угробить всё подразделение. Тем более его командир. В бою он должен быть холодным, ясно соображать, но не вышло... Вздохнув, Хирд подписал очередной документ, в два касания отправив его в корабельный хаб, готовиться к отправке.       Он не спешил приниматься за следующий, взгляд его был неподвижен и направлен в одну точку на стене. Тишина настроила лейтенанта на философский лад. Что ж, в этой операции они потерь не понесли, это можно больше списать на везение, чем на грамотное планирование. Да, ему не придется в этот раз отправлять похоронки, как после Магнуса, где погиб их прошлый лейтенант и половина командного состава батальона, но в следующий раз всё может быть не так радужно. Глубоко загнанные страхи снова шевельнулись, растревожив его свежие раны. Многие, с кем Хирд говорил за несколько дней до операции, погибли вмиг, испарились в термоядерных взрывах, или замёрзли насмерть, или были вытянуты в космос... От бессилия хотелось кричать, но что с этого толку?..       Он хотел бы оказаться сейчас дома, обнять жену, поиграть с дочкой – и прекрасно понимал, что не может, даже не потому, что находится от них в десятках световых лет. Хирд Кейли не смог бы просто так сидеть вдали от фронта и наслаждаться миром, пока его братья сражаются и гибнут на фронтах. Это лучшая работа в мире, мужчина в этом не сомневался, но всё чаще его сердце стискивала жуткая тоска по родным. У десанта есть особое право связываться с ними два раза в неделю, разговаривать почти без ограничений по времени, однако по воле обстоятельств такой возможности у Хирда не было уже давно. Сначала бесконечные разборки с беженцами, потом заброска в тыл врага, бои... Но сейчас он один, в каюте с передатчиком. Для этого нужно просто направить запрос связистам. Что скажут парни?.. Ничего, лишь кивнут, они поймут. С превеликим трудом Хирд принудил себя заполнить короткую форму. Автоматика рассмотрит её, и если канал свободен...       Мысль не успела сложиться, а мостик уже ответил положительно. На широком настенном экране загорелся знак ожидания, потом появился таймер – это среагировала его супруга. Время текло, мужчина терпеливо ждал. В сути, торопиться ему некуда. Коснувшись стола, он активировал голопроектор в потолке, развернулся в кресле, откинулся – и закрыл глаза, наслаждаясь почти полной тишиной. До чего это приятно... Очнулся он, лишь услышав негромкий оклик супруги за спиной – из динамиков в столе. От него не укрылось беспокойство, мелькнувшее по её сотканному из фотонов лицу, правда, сразу же с него сошедшее. - Привет, – виновато произнёс Хирд, подавшись вперёд, к светосканеру. Облако частиц сместилось следом. – Прости, солнце, просто задумался. - Всё хорошо, Хирд, – ответила девушка, сопроводив всё легкой улыбкой. – Сколько у нас времени? - Да... без ограничений, вообще-то, – хмыкнул парень. – Слушай, Нииса, прости, что долго не появлялся, мы всё по вражьим тылам, сама понимаешь... Как вы там?.. Он чуть не добавил «без меня», но вовремя сдержался. - Подожди минуту, и Дана сама тебе всё расскажет, – сказала девушка, махнув кому-то за кадром. Через несколько мгновений перед ней сложилась девочка восьми лет. - Папа! - Привет, малыш! – Хирд совершенно растаял, расплывшись в улыбке. – Как у тебя дела, всё хорошо? Тот мальчик больше тебя не обижал? - Нет! – с гордостью заявила мелкая. – Он теперь меня вообще боится! - Я вообще не понимаю, где она драться научилась, – усмехнулась Нииса, хитро прищурившись. – Ну не мог же отец-десантник научить её паре приёмов ... - Ни в ко-о-оем случае! – протянул мужчина, поддерживая игру. – Она у нас просто умная, в маму, вот и научилась. Сама, между прочим! - Льстец! – ответила девушка, широко улыбнувшись, и мягко потрепала волосы девочки. – Но давай договоримся, что первой ты бить никого не будешь, ладно? Хирд?.. - Да, Дана, просто так драться плохо! – поддакнул Хирд. – Ты умничка, что себя защитила, но не будь, как тот мальчик, не задирай других. Ты должна быть умнее них, ладно? - Хорошо! – ответила девочка, энергично закивав. – Обещаю, папа. - Вот и молодец, – похвалила её девушка. – Расскажи папе про вечер профессий. - Вчера в школе у нас был вечер професий, – деловито заговорила Дана, – и все рассказывали про пап. Я тоже про тебя рассказала! Что ты летаешь на большом корабле и всех защищаешь от врагов! Все потом захотели со мной дружить! - Так и сказала? – спросил Хирд, и, не удержавшись, рассмеялся. – Спасибо, малыш, мне приятно. - Всегда пожалуйста, папа, – ответила девочка, подняв головку к маме. – Мама, можно я пойду погуляю с девочками? - Иди, но через час быть дома, хорошо? - Понятно, – совсем по-взрослому ответила она, снова вернув взгляд на отца. – А ты скоро вернешься?..       Вопрос очевидный, но... Лейтенант пытался сохранить невозмутимую улыбку на лице, лихорадочно подбирая ответ. Соврать?.. Кому угодно, но не семье. - Я... Не знаю, милая, – выдохнул он. – Может быть, через месяц... - Долго... – вздохнула мелкая. – Но я понимаю. У тебя очень-очень важная работа. Я всё равно буду тебя ждать! - Спасибо, Дануля, – вполголоса ответил Хирд, изо всех сил сдерживая наворачивающиеся слезы. – Ты жди, а я обязательно вернусь, очень скоро. Ты... беги, там тебя девочки ждут. - Это да... Пока, папочка.       Махнув напоследок ручкой, она исчезла из кадра. Мама проводила её взглядом, и лишь когда она снова посмотрела в сканер, Хирд позволил себе открыто смахнуть с глаз слезы. Каждый раз... - Она понимает, – негромко сказала девушка, – и я понимаю. - Да и хер ли толку... – вздохнул мужчина. – Разве это меня оправдывает? Я должен быть рядом, видеть всё это сам... - А ты сможешь? – грустно усмехнулась Нииса, потянувшись за кадр. Через миг она грациозно опустилась на притянутый стул. - Хирд, я вышла замуж за десантника. Ты там, где должен быть, защищаешь нас и всю Технократию. Я горжусь тем, что мой муж – десантник, сильный и смелый. - Да не такой уж смелый, – негромко ответил он. – Не могу сказать, что именно случилось, но мы попали в замес, и я... почти сорвался. Мне стало страшно, как никогда. Что я не вернусь к вам, и что ребят загублю. - Это нормально, – ответила Нииса, но не сумела скрыть дрожи в голосе. Она боится за него, само собой. – Ты ведь сделал всё, что от тебя зависело, вернул их всех, выбрался? - Да. - Значит, остальное – лишь нюансы, - продолжила она. - Не бегай от своих страхов, Хирд, они всё равно догонят. Лучше остановись, встреть их, признай, и договорись с собой. - Как настоящий десантник? – тихо усмехнулся парень. - Да, – кивнула девушка. Слабая улыбка вновь мелькнула на её лице. - Я знаю тебя, родной, и знаю, что ты справишься, как справлялся всегда. Не верю, что тебе никогда не было страшно высаживаться на вражеский корабль, или выходить грудью на пушку при штурме. - Было. - Но ты всё равно делал то, что от тебя требуется, всё, что только возможно, заработал уважение своих людей, хотя точно так же боялся. - Понимаю, к чему ты клонишь, Нииса. И ты как всегда права. Высадка через космос на звездолет – страшно до усрачки, каждый грёбаный раз. - Вот. Поэтому не зацикливайся, Хирд. Думай о том, что мы тебя тут ждём, дома, и ты должен к нам вернуться. Должен, ясно? - Так точно... – кивнул мужчина. – Спасибо, родная. Так хочу тебя обнять, да передатчик не гражданский... Ладно, чёрт с ним, с нытьем этим. Как там вообще обстановка, как у вас дела? - Да... как всегда, в общем-то, – ответила Нииса. – Работа работается, война идёт, люди живут. Кстати, вот ты знал, что ящерицы, вообще-то, могут управлять людьми? - Управлять людьми? - Ага. В новостных сетях расходится откровение какого-то придурка, мол, есть такие мелкие ящерицы, специальный вид, созданный для контроля людей. Как будто бы эта мелочь через рот прогрызает дорогу до мозга, отбрасывает хвост, встраивает освободившиеся нервные окончания в мозг человека и берёт организм под контроль. - Бред, – фыркнул Хирд. - Да это мы с тобой знаем, – усмехнулась девушка, – а обыватель верит. Я вот иногда думаю: все эти школы, институты, бесплатное образование, глобальные базы данных в полном доступе – а до сих пор народ верит во всякую чушь. Но, по-правде говоря, очень много ходит слухов. Что мы на самом деле проигрываем, а правительство по общественным сетям всё врёт. Это ведь... – она внезапно осеклась, и через несколько мгновений спросила: - Хирд, это же всё просто слухи, да?.. - Абсолютно! – уверенно заявил мужчина. - Нииса, солнце моё, можешь поверить – везде, где мы с кэпом были, ящеры отхватывали в хвост и гриву! Сергеич говорил, что командование перестроило флоты и громит врага на всех направлениях. - А что за жуть произошла с имтеорской столицей? Говорят, ящерицы ударили чем-то и распылили планету, как будто бы на её месте теперь одни астероиды, да ещё и разбили целый имтеорский флот. Какие-то капитаны торгового флота что-то там видели... - Да нет, планета цела, – сообщил Хирд, – но это всё, что я могу тебе рассказать. Секретность, сама понимаешь. Кораблей они потеряли немало, но поверь – мы с кэпом разбирали их писульки, их флот этих ста фрегатов даже не заметил. К тому же я знаю, что Волков и Хейнц выделили целых два флота на охрану планет. Ящеры не прорвутся к вам, милая, ошибки они учли.       Девушка резко опустила голову и шумно выдохнула, мотнув копной густых волос. Изящные пальчики стиснули переносицу. - И ведь не проверишь каждого, правду он говорит, или нет... – негромко проговорила Нииса. – Идиоты. - Точно, – ответил Хирд, чуть усмехнувшись. – Теперь можешь открыто слать их на хер со ссылкой на меня. - А тебе за это ничего не будет?.. – спохватилась супруга. - Нет, скорее всего я... не выдал ничего секретного. Это кто такую дичь несёт, кстати? - Обрин, – скривилась девушка. – На 108 этаже, угловая квартира. Я лучше вызову полицию, пусть проведут с ним профилактическую беседу. - Тоже вариант, – ответил парень. – Ты лучше, если хочешь уточнить, мне напиши. Я тебе всё поясню, как смогу. - Да что тебя отвлекать! – отмахнулась супруга. – У тебя куча дел, другие задачи... - Нииса, солнце мое, если я не на выходе – я всегда найду время с тобой поговорить, понятно? - Понятно, – девушка кивнула, вновь улыбнувшись супругу. – Спасибо, любимый. Ладно, мы уже довольно долго линию занимаем... - Это да, – хмыкнул парень, – хотя я не особо тороплюсь. Знаешь, меня ждёт увлекательное заполнение 12 отчетов, 2 рапортов и 7 формуляров. Думаю часов за... 8 справлюсь. - Ты справишься, Хирд. Иначе и быть не может. - Спасибо за веру, – ответил мужчина, тихо усмехнувшись. – Люблю тебя, родная. Скоро мы вгоним этих уродов в каменный век, и мы с тобой наконец-то увидимся. Люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, Хирд, – ответно улыбнулась девушка. – Возвращайся поскорее. Дана спрашивает, когда у неё будет братишка, и мне кажется, нам стоит заняться этим вопросом. - Заманчиво... – проурчал десантник. – Оглянуться не успеешь, я уже буду дома, и мы... поработаем над этим. До встречи, Нииса. - До встречи, – вполголоса ответила девушка. Послав в сканер воздушный поцелуй, она наклонилась вперед – и изображение рассеялось.       Даже так десантник ощущал странное... Послевкусие. Как после поцелуя. На то, чтобы вернуться от мечтаний в реальный мир, понадобилось несколько минут. Придя в себя, он с новыми силами взялся за следующий отчёт.

***

      Выстроенные в идеальный парадный строй звездолёты, только прибывшие с дальних верфей к Рундосу, смотрелись просто великолепно, сверкая в лучах звезды. Хейнц специально связался с журналистами, и дал им возможность приблизиться к новым машинам. Он хотел показать их населению, хотел использовать эти корабли не только на поле боя, но и захватить информационное пространство. Адмирал даже предложил пару вариантов громких заголовков знакомому директору вещательной компании. Последнее – эти суда должен был увидеть Совет. У них будут вопросы, но до встречи с адмиралом они должны понять, на что пошли, по сути, украденные из бюджета сотни миллиардов рупов, должны осознать, зачем Хейнц пошёл на преступление. Но для этого он должен переступить через себя, и договориться с заклятым оппонентом...       Шаттл Хомоне Джейса получил свою метку на обзорных экранах, едва стартовав с Рундоса, и уже минут 10 закладывал пологие, длинные виражи вокруг боевых звездолетов. Наблюдая за его широкими пируэтами, Хейнц вынужден был периодически гасить в себе приступы гнева. Он сам попросил Джейса явиться, желая решить порядком поднадоевшую и откровенно уже мешающую обоим проблему, а может и заиметь союзника, кто его знает. Хомоне Джейс упрям, как чёрт, но специалист в металлургии, равных которому нет, как нет альтернатив его институту и учёным. Хейнц надеялся, что их заинтересуют десятки совершенно новых сплавов с фантастическими, порой, свойствами, которые пришлось изобрести учёным «Поколения». В конце концов, это единственное, что адмирал мог бы предложить в обмен на поддержку.       Вновь Хейнц окинул взглядом небольшой конференц-зал, который занял под переговоры. Старомодный графин на столе был полон; его обрамляли свежие фрукты, аккуратно выложенные на большом стандартном подносе из столовой. Да, само сочетание этих предметов каждый раз вызывало у Хейнца усмешку, но Лона потребовала полностью соблюсти дипломатический этикет. Сама она в который раз обходила помещение, высматривая что-то одной ей понятное, периодически останавливаясь, задумчиво кивая и снова продолжая путь. Она отдаёт работе всю себя, вообще не признает полутонов. Что ж, в этом они похожи... - Лона, хватит уже маячить, – не выдержал адмирал, сопровождая женщину взглядом. – Встреча совершенно неофициальная, и вряд ли всё это... – скривившись, мужчина небрежно махнул на стол, – мне поможет. - А я считаю, что поможет, – парировала Лона, замыкая очередной круг. Остановившись, она вновь оглядела помещение. – Видите ли, в психологических отчетах советника Джейса говорится о склонности к самовозвышению, выделению себя из толпы, и одновременно пренебрежительном отношении к окружающим. Соблюдение протокола даже на неофициальной встрече лишь показывает, что вы понимаете её важность, подчеркивает его положение, и, возможно, сыграет на вас. Он может посчитать, что уже победил, и совершит ошибку. Это может дать вам преимущество. - Обстоятельно, – усмехнулся адмирал.       Шаттл советника так и продолжал нарезать круги вокруг кораблей, даже не собираясь на посадку. Вывод очевиден: он специально выдерживает паузу и нервирует адмирала. С тяжёлым вздохом Хейнц поднялся, остановившись перед обзорным экраном с видом на планету. Это красиво... Его внимание привлекло движение: Лона снова копошилась у стола, на сей раз перекладывая фрукты в одной ей понятную последовательность. Порой её ответственность и работоспособность поражала адмирала, но зачастую ей не хватает... тормозов. - Я благодарен тебе, – негромко сказал Хейнц, – но прошу, дай мне тоже почувствовать вкус игры на выживание. - От этой встречи зависит будущее государства, – не отвлекаясь проговорила женщина. – Я просто хочу, чтобы всё прошло идеально. - Не думаю, что фрукты как-то помогут, – вздохнул адмирал. Он в 2 шага оказался у стола, прямо напротив занятой бесполезным трудом женщины. - Всё может быть... Хейнц налёг обеими руками на столешницу, подавшись вперёд. - Твои способности пригодятся на мостике, Лона, – сказал он. – Я уже большой мальчик, знаю, как вести дела с этими упырями, и с этим конкретным.       Уложив очередной плод на место, она словно нехотя распрямилась, не проронив ни слова. Взгляды их встретились, и в который раз адмирал мысленно отметил её красоту. Он не смог бы выделить что-то конкретное, Лона была просто... складной, идеальной в пропорциях, её хотелось изучать. Неловкая тишина затянулась, и никто не решался её прорвать, разрушить момент. От его внимания не ускользнуло и то, как щёки женщины вдруг начали розоветь; взгляд, поднимаясь к нему на секунду, вновь соскакивал в сторону, раз за разом. Её ярко-зелёные глаза, будто мощные лазеры, прожигали внутреннюю броню Хейнца каждым импульсом, задевая какие-то точки в глубинах изведанного им сознания. - Не хотела бы видеть вашу казнь, адмирал, – негромко, но совершенно спокойным тоном сказала она. - Да я тоже... – усмехнулся Хейнц, и, зажмурившись, опустил голову. Кажется, момент ушёл. – Спасибо за заботу, но многие вещи в этой жизни зависят вообще не от нас. Да... Грайн? - Слушаю, адмирал, – тут же прозвучало из скрытых в помещении динамиков. - Ты не мог бы отключить здесь все камеры и микрофоны? Не хватало ещё, чтобы хоть что-то из этой комнаты ненароком попало в командную сеть. - Очередное нарушение закона... – с невероятной иронией ответил ИИ. – Хотя мы с вами и так уже нарушили столько законов, что вас точно казнят, а меня отключат. - Ошибаешься, – Хейнц пожал плечами, снова встретившись с помощницей взглядами. – Ты везде и всюду, тебя не отключат, а я не так важен. Теперь – точно нет. - Вы недооцениваете своё значение, Хейнц, – ответил Грайн. – Комната заглушена. Я изолирую одну камеру, за вашей спиной, надо входом. Это может нам пригодиться, если придётся шантажировать Джейса. - Это возможно, но давай ты отключишь всё, и полностью заглушишь отсек. Я буду играть честно, и хочу, чтобы он тоже сыграл честно. - Как хочешь, Свят, – ответил ИИ. – Всё отключено. - Спасибо, – сказал Хейнц. Быстро расстегнув пуговицы, он протянул удивленной помощнице свой китель. – Там вшитый микрофон и два динамика. Пусть пока побудет у тебя, потом заберу. - Хорошо.       Женщина кивнула, приняв китель, но вдруг тихо усмехнулась, мотнула головой и двинулась вокруг стола. Через считанные мгновения, сопровождаемая его пристальным взглядом, Лона оказалась рядом, мягко коснувшись его плеча. На миг показалось, что по его коже пронеслись электрические разряды; ладонь, не задержавшись надолго на одном месте, скользнула на его щёку, мягко пригладив щетину. Руки адмирала машинально оказались на её талии, а ещё через мгновение они слились в глубоком, очень мягком, но очень кратком поцелуе. Это стало... неожиданностью, но, судя по победному выражению лица, не для Лоны. - Удачи, Хейнц, – сказала она, мягко отстранившись. В её руках возник планшет, мигом разделивший их. – Джейс сел в ангаре и направляется сюда. Если вдруг решишь убить его, только свистни. - Само собой, – бросил слегка опешивший адмирал. Вообще-то, неожиданности не должны сбивать его с толку.       Подняв пальцы к виску, она небрежно козырнула и выскользнула из отсека, оставляя адмирала одного. Мысли несколько... смешались, мозг один за другим рождал варианты того, что теперь может пойти не так. Роман с помощницей, какая классика... С другой стороны, а почему бы и нет?.. В любом случае, разбираться он будет позже. Вернувшись к внешнему экрану, Хейнц постарался полностью сконцентрироваться на зеленеющей перед ним планете, собрать все мысли в одной точке. Только так он сможет всё провернуть...       Адмирал не считал, сколько времени он провёл перед обзорным экраном. В один момент гермодверь за спиной тихо прошелестела, раздались заглушённые мягким покрытием шаги. Обернувшись, адмирал убедился, что перед ним именно Хомоне Джейс, по-крайней мере внешне. Без слов Хейнц вытащил свой планшет, коснулся им запястья, показал активный экран советнику, и вновь заблокировал его, после бросив на стол. Помедлив немного, советник повторил действия адмирала, подтвердив тем самым свою личность. - Присаживайся, Хомоне, – предложил главнокомандующий, опускаясь на жёсткое кресло. Тот не замедлил воспользоваться предложением. - Признаться, ты меня заинтриговал, Хейнц, – сказал советник. – Последнее, чего я от тебя ждал, так это приглашения на разговор. Прекрасный корабль, – он демонстративно огляделся. – Что-то я не узнаю половину материалов. - Их никто не узнает, – ответил адмирал. – Не беспокойся, я попросил Грайна отключить здесь всё. Всё, что сказано в этом зале, останется в этом зале. - Два очка в твою пользу, – произнёс он, едва заметно кивнув. - Давай не будем тратить общее время, переходи к сути. - Хорошо. Хомоне, мы с тобой не раз открыто конфликтовали, и на заседаниях в том числе. Всё бы ничего, но слухи о наших с тобой... недопониманиях начинают просачиваться в информационные сети. Это проблема, и серьёзная. Подумав чуток, советник неожиданно рассмеялся. - И ты решил пойти на мировую? – спросил он сквозь смех. – Хейнц, до чего ты докатился... Я удивлён третий раз за полчаса, это уже из ряда вон! – добавил мужчина, но совершенно внезапно успокоился. – Ты считаешь, кто-то из наших льёт инфу? - Получается, так, – кивнул адмирал. Он призывал на помощь все внутренние силы, стараясь не обращать внимания на выпады советника. – Слушай, в обычное время мы бы могли дальше собачиться, может быть даже делать друг другу подлянки, но ты сам видишь, идёт война, и война тяжёлая. У меня целый отдел сидит, разбирается ежедневно с дебильными журналистишками, которые тиражируют дурацкие слухи про контролирующих сознание ящеров, и пытающихся выставить наши с тобой тёрки за смертельную вражду. Люди и так напуганы, а слухи о расколе в Совете могут вообще вогнать массы в панику. - Согласен, – быстро ответил Джейс. Его знаменитый мозг, похоже, разогнался на полную, поглощая и обрабатывая информацию. – Ладно, Хейнц, ты со мной честен, и я буду честным с тобой: мне не нравится, что ты пытаешься решать вопросы в отрыве от Совета. Со стороны выглядит, будто бы ты пытаешься возвыситься над остальными и узурпировать власть. Теперь появляется этот тайный флот. Ты понимаешь, как это выглядит? Другие советники задают вопросы. - Так а почему вопросы задают тебе? – спросил адмирал. - Потому что мы, как ты сказал, с тобой постоянно собачимся, – как-то запросто ответил советник. – В их сознаниях я - твой противник, Светозар Степанович. За тобой флот, Хейнц, все адмиралы и командующие уважают тебя и подчиняются, а наши приказы никого даже не заинтересуют. Волков и десант тоже на твоей стороне, да и планетарная оборона, думаю, будет плюс-минус того же мнения. Чуешь? Если ты вдруг захочешь, скажем, отстранить нас и править Технократией сам – кто тебе помешает? Насколько я понимаю, ты ведь даже с Грайном как-то умудрился договориться, а он призван хранить Технократию! - Понятно... – вздохнул Хейнц. Откинувшись на спинку, он зажмурился и с силой стиснул переносицу. – Прямота на прямоту: меня очень бесит ваша неспособность быстро принять решение по военным вопросам, которые я поднимаю перед вами. Вы не желаете вникать в вопрос, потому что я сам с этим всем разбираюсь, но почему-то и не хотите меня слышать! - Выглядит, будто ты пытаешься упрочить свой авторитет и власть, – повторил свой тезис советник. Это было последней каплей. - Да насрать мне на твою власть! – воскликнул Хейнц. Судя по удивленному выражению лица, этого Джейс от обычно уравновешенного адмирала никак не ожидал. – Плевать мне на все эти дворцы, плевать на медали, ясно? Вы думаете о том, как прокормить триллион человек, одеть, обуть, я вас понимаю, но мне в то же время приходится думать, как и чем их защищать, понимаешь? Мы едва сумели сдержать натиск ящеров, и то, скажи спасибо всем тем, кто дрался на местах, за их героизм! Ване Бородину спасибо скажи, мужикам с 4.01. Знаешь, сколько по флоту потерь? - Нет. - А я знаю, – продолжал негодовать адмирал. Встретившись с советником взглядом, он вдруг подметил, как внимательно тот слушает и впитывает информацию. - 764 звездолета, 292 так или иначе уничтожены. Почти пятьдесят тысяч погибших. Всё это нужно отстроить, корабли починить, срочно возвращать в строй, мне приходится окольными путями выскребать флоту горючку и думать, как не израсходовать за неделю стратегический запас запчастей. Людей так вообще не пополнишь. Я вас понимаю, правда. Вы не смыслите ничего в военном деле, да это и не нужно вам, вы спецы в своих областях. Но мне-то что прикажешь делать, когда у нас вон, Имтеор под боком, да и галактика, как оказалось, не такая уж и пустая?..       Хомоне Джейс не спешил отвечать. Уткнув взгляд в одну точку, он сидел секунд 15 в полной тишине, переваривая услышанное. - Ты прав, – наконец, негромко сказал он. – Мы многого не знаем, но в этом ты, отчасти, и сам виноват, Хейнц. Все дела Штаба идут мимо Совета, ты просто кидаешь нам бумажки на подпись, и всё. Ты военный, ты привык так делать, тебе действительно нужно делать всё быстро, я это понимаю, но ты мог бы просто попробовать объяснить. Многих вопросов можно было бы избежать. - Хомоне, если я выведу сейчас карту боевых действий – ты хоть что-то поймешь? - Вряд ли. - А пока я вам объясняю, почему нужно отправить эскадру в этот сектор, мы можем упустить момент для атаки, – завершил свою мысль адмирал. – Иногда счёт идёт на минуты. - Я прекрасно понимаю и это, – ответил советник. – Ты прав в том, что дальше мы так жить не сможем. Давай так: я доведу твою точку зрения до остальных, кто сомневается, поговорю, надавлю, если надо. Ты пришли нам штабные наряды на топливо, мобилизационный план, обещаю, мы его рассмотрим сразу же, как получим. Само собой, в дела оперативного крыла Штаба никто лезть не будет, как и в деятельность Шестого. - Уступка за уступку? – уточнил Хейнц. - Ровно так, – подтвердил советник. – И, может быть, разумно с твоей стороны дать нашим институтам некоторый доступ к твоим тайным верфям и лабораториям. Вопрос о них, само собой, возникнет, но, учитывая, что бюджет этих расходов не заметил – польза от твоих решений перевешивает. - Подготовьте список кандидатов, – ответил адмирал. – Мы проверим каждого, сам понимаешь. По итогу согласуем окончательно. - Понимаю, – кратко сказал Джейс. – Приемлемо. Как поступим с журналистами? - Жаль, что вариант «запретить на хрен работать» не принимается, – адмирал мрачно усмехнулся, подперев подбородок кулаками. – Надо провести открытое заседание, так, чисто показать, что всё нормально. Пару раз появимся совместно на мероприятиях, может быть, примешь новую партию кораблей на одном из объектов. - Это выгодно и мне, и государству, – подметил Джейс. – Со своей стороны могу закрыть потребности верфей по металлу и квалифицированным кадрам. Можно открыть пару новых заводов, поприсутствуешь в виде голограммы... Короче, подумаю, чем могу ответить. - Прекрати головняк, отвяжи Совет от моей задницы хотя бы на время войны – и мы в расчете. - Посмотрю, что можно сделать. - О большем и не прошу, – подытожил Хейнц. – Спасибо, что прилетел. - Честно говоря, я думал, ты просто собьёшь меня на подлете, – в такой же мрачной манере сказал советник, медленно вставая. – Выиграешь нам войну - никто вообще никогда к тебе не привяжется, только в ножки кланяться будут. - Выиграю не я, а люди, – поправил его адмирал. Так же осторожно поднявшись, он протянул Джейсу руку. Рукопожатие оказалось удивительно крепким. – Надеюсь, хотя бы некоторые разногласия мы урегулировали. - Для начала неплохо, – ответил Джейс. – При условии, что ты сдержишь слово. - В моём слове можешь не сомневаться. - В моём тоже, – отчеканил советник. – До встречи, адмирал.       Уже потом, сидя в тишине, мысленно прокручивая весь диалог, Хейнц никак не мог понять – победил он, или проиграл? А может быть, потерял больше, чем приобрел, и очень много уступил?.. Как бы то ни было, сделанное сделано, и если Совет теперь будет работать расторопнее – оно того однозначно стоило.       Личным амбициям не место в войне на выживание.

***

      Несколько касаний спроецированной клавиатуры активировали сплошные обзорные экраны, покрывающие всю каюту Бородина. Не один час пришлось потратить парням из инженерной части, чтобы понять, как вообще работает эта система. А всё началось с маленького, невинного открытия командира корабля... Придя к себе в более-менее вменяемом состоянии, капитан внезапно обнаружил на переборках почти незаметные полосы светопроекторов и ограничительные рамки бесшовных энергетических экранов. Это не было заявлено в технической документации; более того, ему вообще было непонятно, какому гению пришло в голову оснастить каюту командира «Эгиды» системой кругового обзора. Позже технари выяснили, что сигнал с забортных сенсоров шёл через стандартный блок, а затем делился, уходя одновременно и на мостик, и в командирскую каюту.       Который день они бессмысленно прыгают по космосу, запутывая следы. Целей для них командование пока не нашло, поэтому вся эскадра вынуждена была перемещаться из системы в систему, держась ничьих и окраинных миров между Технократией и территорией ящеров. Враг их не преследовал, возможно, даже никак не видел. В соседних с основным ядром эскадры системах всегда дежурили разведывательные фрегаты, сам флот перестроен в трехуровневую боевую формацию, сенсоры «Эгиды» бьют на десяток световых лет. Всё это позволило экипажу, и Бородину в частности, немного выдохнуть. В один из таких дней капитан и совершил своё открытие, через некоторое время переросшее в, как ему показалось, неплохой план.       За всё это время они с Леной провели вместе лишь несколько минут. Оно понятно, боевую тревогу он сам снял лишь через 2 дня после окончания операции с бункером, точно убедившись, что никто их не преследует. Много времени отняли вездесущие и уже поднадоевшие отчёты с формулярами, но и они закончились – и тогда Иван задумался над тем, чтобы наверстать упущенное. Увы, впихнув в корпус линкора всё, о чём можно было бы подумать, конструкторы не нашли в нём места для кинозала, о котором Лена так мечтала. Теперь, однако, Бородин имел в личном распоряжении круговые экраны, которые были настроены, синхронизированы с компьютерным информационным модулем в его каюте и легко принимают с него сигнал. Затем он нашёл главного кока корабля, славного усатого дядьку со странным говором, который должен незаметно приготовить и отправить в каюту капитана кое-что вкусненькое. Потом начальник службы обеспечения «Эгиды» умудрился откуда-то нарыть свечи, что вообще было за гранью разумного. Дело оставалось за малым – при очередном осмотре (после травмы головы их положено проводить ежедневно) он, по сути, пригласил девушку на свидание.       Странное, как ему всё время казалось, полевое – но свидание.       Означенный вечер наконец-то настал, и встречал его капитан в идеально отглаженном повседневном кителе. За 10 минут до оговоренного времени времени прибыл дрон с камбуза, гружёный обжигающе горячими блюдами, которым Иван и названий-то не знал. Чем меньше оставалось времени, тем чаще он двигал пока накрытые тарелки, по миллиметру, стараясь найти идеальную симметрию по воображаемой оси разложенного рабочего стола. Это всё смотрелось забавно, учитывая, что всего в полуметре от накрытой невидимой синтепленкой области валялись его планшеты и разнообразные записи на бумаге. Диссонанс почти выбил его из колеи. Почти...       Его отвлёк сигнал от двери. Рванув к ней, капитан едва не задел стол, что означало бы, что всю вкусноту они будут есть с пола. На полпути Иван осознал, что не зажёг свечи, и с удвоенной скоростью рванул назад, нащупывая в кармане выданную интендантом старинную зажигалку. Ужас, ужас, ужас... Свечи быстро занялись, и он не глядя метнул зажигалку в направлении планшетов, едва не спотыкнувшись о неудачно брошенный им стул. Всё уже пошло по известным местам. Что дерьмового случится ещё?! Едва ли не в прыжке он впечатал ладонь в считыватель на стене, постаравшись за три секунды, пока толстая переборка сдвигается, оправить китель. Ещё три секунды ожидания...       Лена, оказавшаяся перед ним, была прекрасна. Иван прекрасно знал, что полевая форма ей безумно идёт, но, пожалуй, он не мог до сего момента понять, насколько. Умная ткань позволяет подгонять одежду идеально под носителя, подчёркивая (или наоборот скрывая по его желанию) все нюансы тела, и увиденное им было... восхитительно. Волосы девушки, как всегда непослушные, в обычной манере разметались по плечам, но, кажется, обрели огненно-рыжий оттенок и едва ли не светились. В голове поднялся ураган из мыслей, а сознание попыталось скатиться в ступор, но капитан сумел с собой совладать, с улыбкой протянув ей руку. - Привет, – голос его чуть дрогнул. Глупо, глупо! – Я знал, что форма тебе к лицу, но сегодня ты просто шикарна. - Наверное потому, что сбросила в этих стрессах пару кило, – девушка ощутимо смутилась, но подалась в его объятия. – Серьёзно, пришлось форму подгонять! - Или просто комплект новый, – подметил Бородин. Взгляды их встретились, и он не смог удержаться от поцелуя, длившегося, кажется, целую вечность. Наконец, чуть отстранившись, он нежно коснулся её руки, и добавил: – Неважно, выглядишь потрясно. - Спасибо, Ваня, – мягко произнесла девушка, начав почти бесшумно принюхиваться. – Чем это у тебя так вкусно пахнет, а? - Всё для тебя, – парень вновь улыбнулся, аккуратно взяв её за руку.       Она приняла эту игру, ни капли не сопротивляясь пошла за ним, позволила ему по-джентльменски подвинуть её стул и помочь устроиться, и уже заинтересованно разглядывала тарелки. Ну нет, Лена, всё не так просто... Воспользовавшись моментом, Иван скользнул к компу, ввёл записанные на клочке бумаги команды – и в то же мгновение пространство вдруг расступилось, стирая переборки и любые границы. Космос окутал их; цифровые системы с идеальной точностью передали переливы звёзд на фоне всепоглощающей черноты. В момент «перехода» Лена крупно содрогнулась и судорожно выдохнула; сам капитан тоже не смог сразу справиться с подсознательными реакциями организма. - Ох... – только и выдохнула девушка. - Всё хорошо?.. – забеспокоился Бородин, но резко осознал свою ошибку. – Вот же чёрт, я не хотел, прости, сейчас я... - Нет-нет, Ваня, я нормально переношу космический полет! – поспешила успокоить его Лена. – Просто неожиданно, и... чёрт, так красиво! Это что, кто-то обшил твою каюту экранами? - Строители, – нервно хмыкнул капитан. Опустившись на стул, он не сразу нашёл нормальное положение. Будто на стекло сел. – Обнаружил на днях экраны, начал разбираться, как работают, ну и вот... Забавный бонус. - Ваня, – тихо, но отчётливо произнесла девушка, не отводя от него серьёзного взгляда. – Всё хорошо, я в полном порядке, правда. Успокойся, пожалуйста. - Я... хорошо, – ответил он, с усмешкой зажмурившись на мгновение. – Всё, забыли, этого не было! Знаешь, кок ведь мне даже не рассказал, что здесь приготовлено...       И так было понятно, что ничего смертельного, но когда они сняли крышки – чудесный аромат прекрасно приготовленных блюд заполнил, наверное, всю каюту. Под соседней крышкой обнаружилась бутылка хорошего, насколько Иван мог посудить, вина. Он без промедления разлил напиток по заботливо присланным стандартным кружкам – и оба, не сговариваясь, набросились на предложенное, постепенно всё чаще прерываясь на беседу ни о чем. Неловкость совершенно незаметно исчезла, уступив место необычайной лёгкости в теле и чёткости в мыслях. Наконец, еда стала не интересна, неспешная беседа полностью заняла их, а это означало, что Иван может перейти к следующему пункту плана. - Ты устроил прекрасный вечер, Ваня, – сказала девушка, пригубив вина. – Ужин среди звезд... - Вообще-то, это только начало нашего вечера, – ответно улыбнулся Иван, начав подниматься из-за стола. – А если ты переместишься на диван, то я раскрою тебе следующую его часть.       В ответ на её удивленный взгляд он кивнул на простенький диван, встроенный в угол комнаты каюты, за её спиной. - Станцуешь для меня стриптиз? – хмыкнула Лена, однако начала движение к цели. - Пока нет, – усмехнулся капитан. Вновь его внимание привлекла компьютерная консоль, и теперь алгоритм был несколько сложнее. - Скажешь, чего ожидать? - Только приятного, – с улыбкой ответил Иван. Наконец-то он сориентировался, как активировать нужную функцию системы. – Я перерыл все документы и с пристрастием допросил старпома, но, к сожалению, не нашел тут кинозала. Но парни с 28й палубы подсказали отличный вариант...       Ещё одна команда заставила часть стены погаснуть. Теперь на неё можно вывести всё, что ему заблагорассудится... А заблагорассудилось ему выбрать один из последних и довольно популярных приключенческих фильмов, о котором Лена несколько раз заикалась. Закончив приготовления, он синхронизировал компьютер со своим планшетом, и гордой походкой направился к широко улыбающейся Лене. - Что скажешь? – спросил он, опустив себя на жесткое сиденье. - Что ты умеешь обращаться с женщинами, – ответила она. Мягко коснувшись его подбородка, девушка удостоила Бородина длительного поцелуя. – Небольшая награда за находчивость. - Мы целуемся, или смотрим? – пророкотал Иван, махнув в воздухе планшетом. - Теперь смотрим, – с такой же иронией ответила она, демонстративно устроившись поудобнее, и под хитрый взгляд добавила: – ну а там как пойдет... - Понял тебя, – ответил довольный капитан, и мельком коснулся экрана, запуская киносеанс.       Несколько часов они провели в объятиях друг друга. Им это нравилось; нравилось им и происходящее на экране. Они оба осознавали всю глупость происходящего с главным героем, что тут же подмечали и радовались этому, как дети. Время летело незаметно, особенно ускоряясь в моменты жарких поцелуев, но они будто бы были... дополнением. Они просто наслаждались происходящим. Наступила развязка, главный герой конечно же всех победил, и само собой ему досталась лучшая и самая красивая героинь. Всё по канонам кинематографа, над чем Лена не преминула посмеяться. Даже финальная сцена подходила к концу, и, очевидно, прекрасный вечер тоже заканчивался... От этого Ивану стало слегка грустно. Герой начал произносить пафосную финальную речь... - С каждым годом эти фильмы всё более дурацкие, – подметила Лена. Словно чувствуя его настроение, девушка снова нырнула под его руку, прижавшись к парню. Он машинально её обнял, коснувшись губами макушки. – В жизни всё гораздо эпичнее. Как думаешь, о нас снимут фильм? - Думаю, да, и не один, – ответил Иван. – Даже ничего придумывать не надо. Хотя с главной героиней режиссёру придется заморочиться. - Почему же? - Она должна быть или равна своему прообразу, или красивее, – пояснил Бородин, отвлекшись на планшет, – а я считаю, что никто из этих кукол до тебя не дотягивает. - Да вот нет! – возразила Лена. – Ты вообще видел её, её фигуру? Она в зале проводит времени явно больше, чем я на вахте... - Да плевать, – Иван прервал её, мягко коснувшись девичьей щеки. – Ты для меня самая красивая, Лена. Они все деланные, искусственные, а вот ты - настоящая. И я тебя люблю. Вряд ли эти куклы могут похвастаться тем же. - Льстец, – тихонько ответила она. Довольно прижмурившись, она накрыла его ладонь своей, и прижала к щеке покрепче. – И я тебя люблю, Ваня. Спасибо за чудесный вечер. Жаль, что он заканчивается... - Всё когда-то заканчивается, – с неохотой согласился капитан. Мысли мгновенно скользнули на дела, которые придется переделать корабельной «ночью», возможную вахту... - Ты отличный командир, Ваня, но иногда такой дурак, – вздохнула Лена, медленно подавшись впёред. Губы их снова слились в долгом, жарком поцелуе, и девушка явно смаковала этот момент. Наконец, чуть прикусив напоследок его губу, она чуть отстранилась и с неожиданной серьезностью добавила: – Я не хочу, чтобы этот вечер закончился для нас вот так, и плевать я хотела на чьё-то там мнение. - Вот теперь намек понятен, – ответил Иван, виновато улыбнувшись, и подался вперёд, вновь слившись с девушкой в поцелуе.       Грубоватая полевая форма под его пальцами быстро уступила место шелковистой, мягкой коже, а наступившую тишину разбавили негромкие стоны удовольствия. Двое людей находились посреди космоса, и широкая двуспальная кровать стала их звездолетом...

***

      Штаб объединённого командования флота, станция Рундос Прайм.       Сторонний человек едва ли сможет представить, насколько, в действительности, сложно сохранять хоть какое-то внятное управление поистине гигантским космическим флотом, даже с учетом всех информационных систем и подпространственной связи. Ежедневно десятки, если не сотни, тысяч рапортов, запросов и отчетов стекаются в Единый командный центр, расположенный в глубинах военного крыла мегастанции Рундоса. Гигантская капсула, набитая огромным количеством сложнейших систем, в которой постоянно находится не меньше 3 тысяч офицеров, служит настоящим мозгом громадного боевого организма, именуемого Рундоланским космическим флотом.       Если эта капсула – мыслительный центр флота, то сердцем, её питающим и поддерживающим в ней жизнь, являлся центральный зал, известный среди командиров под позывным «Исток». Самым известным и легендарным элементом огромного, многоярусного помещения была Карта – гигантская, почти в 70 метров, детализированная схема всей Технократии, обновляемая в реальном времени с задержкой в несколько минут. Кольцевые ярусы с расположенными на них многочисленными рабочими станциями поясают отсек, позволяя созерцать карту из любой его точки. Доступ к этим станциям имеют лишь самые опытные и ответственные офицеры-аналитики флота, ведь именно они формулируют судьбоносные стратегические решения.       Командовал этим важнейшим центром пугающего вида офицер, по легендарности не уступающий месту своей службы. Контр-адмирал Марк Гольде выбивался из стройной картины мировосприятия обычного гражданина Технократии. Голова его наполовину была закрыта голым металлом, скрывающим под собой огромное количество встроенных в мозг электронных систем. Глаза офицера всегда светились, также снабжённые вживлёнными модулями дополненной реальности. Все дополнения предоставляли ему широчайшие возможности по работе с информацией, вплоть до прямой работы с загруженными в сеть файлами. Зачастую его можно увидеть стоящим на длинном выступе на верхнем уровне Центра, замершим, словно смотрящим вникуда, говорящим вслух, совершающим странные пассы руками. Его подчиненные, впрочем, быстро привыкали к особенностям командира, и через несколько месяцев совместной работы переставали обращать на них внимание. Но именно эти особенности и пугали бы обывателей.       Конечно, уровень технологий Технократии даёт возможность установить почти любые импланты, которые могли бы придти на ум рундоланцу, однако пользуются такой возможностью считанные единицы. Сама возможность взлома любых имплантов, даже мизерный шанс глюка систем пугает подавляющее большинство граждан. В массе своей люди желают смотреть на мир своими собственными глазами, а не «отдавать свое восприятие на волю ненадёжных электронных систем». Посему работа Гольде оставалась незаметной, засекреченной от общественности, а сам он был легендой лишь в рамках флота. Печальный факт, однако, совершенно адмирала не занимающий. Он жил флотом, он был един с флотом, а остальное значения для него не имеет.       Снова он находился наверху. Всё его сознание было заполнено непрерывно поступающими отчетами, складывающимися в целостную картину происходящего на фронтах, но даже так его маленький кусочек то и дело фокусировался на гигантской карте. Объёмная проекция, наполовину закрытая от него плашками с дополнительной информацией, была усыпана гроздьями красных точек по условной северной границе государства. По мере удаления от линии фронта краснота растягивалась в длинные алые линии – непрерывно снабжающие боевые группы конвои, идущие из глубины владений ящеров. Ещё дальше, в нескольких световых годах от тонкой красной прослойки, сенсоры разведчиков нащупали десятки крупных скоплений звездолетов вокруг планет, очевидно, обитаемых. Планеты также соединены красными линиями транспортных артерий, объединяясь в гигантских масштабов красную паутину.       Даже без глубокой разведки их территории совершенно очевидно, что флот таких размеров может содержать лишь огромная, чётко выстроенная и стабильная империя. Многие командующие сходятся во мнениях, что выстоять Рундолан сумел лишь благодаря нескончаемому мужеству военных, подавляющему технологическому превосходству и совершенно безумного уровня удаче. Теперь хаос первых дней войны сошёл на нет, и вот уже несколько недель штаб в реальном времени отслеживает всю логистику врага, анализирует действия их флота, цепочки перевозок, чтобы попытаться спрогнозировать их следующие шаги. Очевидным казалось предположение о том, что ящеры соберут второй кулак и нанесут ещё один удар в глубину территорий Рундолана, по одному из важных промышленных центров. Этого они так и не сделали, а значит противник, несмотря на животную натуру и очевидные стратегические слабости, способен на принятие хладнокровных решений. Можно предположить, что вражеский генеральный штаб также выжидает развития событий и собирает резервы.       Один из миров, найденных разведкой, особо привлекал внимание адмирала Гольде. В отдельно взятой планетарной системе находилось совершенно аномальное количество «засветок», что наталкивало его на два равно возможных предположения: разведка нашла либо столичный мир ящеров, либо их промышленный (или же просто логистический) центр. Оба предположения требовали проверки, но одинаково подходили под запрос Хейнца. Ему нужна цель для удара возмездия, такая, после уничтожения которой ящеры будут восстанавливаться как можно дольше. Где-то фоном контр-адмирал уже прикинул необходимые силы, логистику, обеспечение... На это требовались бы силы целого флота, а лучше двух. Гигантская, невиданная доселе операция, возможно именно та, ради которой он прожил жизнь! Расположенный перед адмиралом передатчик активировался; он использовал время, чтобы составить примерный план атаки. Наконец, в мозгу Гольде мелькнула особая вспышка – знак выхода на линию. - Я вас слушаю, товарищ контр-адмирал, – прозвучал в его голове уверенный женский голос. - Лона, мне нужен Хейнц, – без малейших предисловий подумал Гольде. Мысль тут же была преобразована, и воспроизведена на той стороне. - Он отправился на объект, – пространно ответила женщина. – На Рундосе его нет, для связи будет недоступен ещё часов семнадцать. Возможно, у меня хватит полномочий решить вас вопрос. - Он просил найти цель для атаки, – адмирал скривился от необходимости набирать коды на планшете. Через мгновение шифрованный пакет на линкор Хейнца. – Возможно, мы обнаружили такую цель. - Секунду... Пакет получен. Что ж, выглядит интересно, адмирал. Похоже на логистический хаб, или крупную верфь, судоремонтный завод... Понять бы, что это. - Я могу послать разведку ближе к системе, – ответил Гольде. Он перешёл на просчёт возможных отвлекающих фланговых ударов флотами прикрытия границы, - но на проведение люблй операции мне нужно формальное разрешение Хейнца. - Считайте, что оно у вас есть, – неожиданно загрубевшим голосом ответила Лона. Что бы ни происходило в её голове, женщина была настроена абсолютно решительно, и, похоже, не допускала сомнений в правоте контр-адмирала. – Предлагаю направить беспилотные зонды ещё глубже на их территорию, а также сместить разведывательные силы по примерным траекториям... Направляю данные.       В мозгу Гольде вспыхнула новая вспышка, и тонкие пунктирные линии легли на сформированную в сознании карту. Помощница адмирала сформировала новые орбиты для кораблей наблюдения, существенно более близкие, но всё ещё предполагающие достаточно простые пути отступления для любого из передовых фрегатов. - Что думаете? - Очень наглые орбиты, – мысленно усмехнулся контр-адмирал, – но всё ещё выглядят разумными. Немедленно разошлю зонды, и скорректирую несколько орбит, если не возражаете. - Полностью на ваше усмотрение, – ответила женщина. – Я лишь внесла предложение. Такого рода операции просто так не готовятся, верно? - Да. - Моей подписи хватит, чтобы вы могли начать работу, – уже совершенно железным тоном отчеканила Лона. – Делайте всё, что необходимо, товарищ контр-адмирал, а я пока направлю к Хейнцу связного. Даже если он отменит мой приказ, боеготовые соединения нам пригодятся. - Так точно. Эскадра капитана Бородина находится на передовой, я считаю, что именно на них мы могли бы выманить ящеров. Предлагаю поручить капитану провести разведку боем и, в случае обнаружения их замаскированных сил на месте, связать ящеров сражением, дав нам возможность застигнуть их врасплох. - Думаю, обсуждать это необходимо лично с адмиралом, – ответила женщина. – И... адмирал, давайте не будем извещать Бородина до момента, когда вы поговорите с Хейнцем. - Согласен, – Гольде машинально кивнул, сосредоточив внимание на схемах атаки и изучении наличных сил флота. – Когда ждать подписанный приказ? - Мне нужно пять минут. - Начинаю работу. Гольде, отбой.       Мысленные команды тут же потекли на терминалы операторов, в планшеты офицеров и нижестоящие штабы. Марку Гольде хватит и часа, чтобы спланировать «Разящий клинок»!