Часть 2

– Господин Кайя, что же это вы сами к нам спустились. Случилось что-то? Или у вас особые пожелания насчёт завтрака. – Доброе утро, госпожа Шефика. На самом деле Суна вчера сказала, что вы не должны быть против, если я зайду насчёт чая с молоком. – Суна, девочка, оторвись ты уже от ачмы и помоги парню с чаем. Айшен закончит за тебя, – Кайя ловит себя на мысли, что ему очень нравится эта женщина. От неё веет материнским теплом и заботой по отношению к обеим молодым девушкам. – Мама, ты ведь знаешь, что у меня плохо получается ачма, – он тихо наблюдает со стороны, открывая для себя новые родственные связи этой семьи и её работников. – Значит Суна закончит позже сама, давайте девочки, не заставляйте господина Кайю ждать. – Всё в порядке, – смеётся он, – мне даже нравится у вас тут. Я буду часто заглядывать, – подмигивает парень и замечает, как та самая Айшен краснеет, а вот Суна будто и вовсе не обращает внимания. – Что нам нужно для вашего этого чая? – наконец уделяет своё внимание ему, а не булочкам, девушка. – Чай, кипяток и молоко, – Суна тут же берется закипятить воду, Кайя же украдкой поглядывает на неё, замечая форму с длинным рукавом, несмотря на лето на улице. – Извини, пожалуйста, за то, что произошло вчера, – он опережает её вопрос о чае и пользуется тем, что на них никто не смотрит, чтобы поговорить о личном. – Если бы я знал, что моё пожелание спокойной ночи вызовет такую агрессию твоего мужа, я бы не стал ничего говорить. Я ни в коем случае не хочу навредить тебе или кому-либо в этом доме. – Насчёт меня, вы не при чём, кроме ваших слов у него было достаточно поводов чтобы злиться на меня. А насчёт вашего нежелания навредить кому-то, кажется, никто в доме не рад вашему приезду, особенно господин Ферит и его жена, так что вы уже навредили тем, что приехали. – Откуда вы знаете? – он ловит её обращение на вы и зеркалит, раз она так хочет выкать ему, он тоже проявит уважение к девушке. – Вы разве не догадываетесь? Мы ведь постоянно тенью перемещаемся по дому. Никто не обращает на нас внимание, но мы всё видим и всё слышим. Вода закипела, что дальше? – Заварить пятнадцать грамм чая на литр воды и оставить на пять-шесть минут. Ваш муж, – продолжает он, пока Суна заваривает чай, – раз вы знаете, что у него много претензий к вам, и раз он позволяет себе быть слишком грубым с вами, почему вы вышли за него. – Жалко выгляжу, да? – смеётся девушка. – Это очень долгая история, мы не в том месте и не в тех отношениях, чтобы я стала вам рассказывать, а вы стали притворяться, что вам интересно. Так что давайте просто закроем тему. Засеките время, если вам не сложно, а я с вашего позволения вернусь к тесту, пока чай заваривается, – она уходит раньше, чем он успевает ответить. Он понимает, почему она считает, что он бы притворялся, что ему интересно. Но он черт возьми ничего не может поделать с тем, что ему действительно интересно, как она стала женой этого Абидина. Он даже думает, может расспросить об этом Айшен. Девочка то и дело бросает на него взгляды, и Кайя не сомневается, если он уделит ей немного внимания, она расскажет ему всё. Он даже усмехается своим мыслям. Они ведь с мамой приехали мстить Корханам, и ему бы узнавать какие-нибудь секреты фирмы, чтобы потом обернуть их против Корханов, а он хочет выведать секреты случайной девушки, чьей-то жены, которая одним взглядом и кофе, который она ему подала, пленила его. Он даже задумывается, а не подсыпала ли Суна что-то ему в кофе накануне, или может это была Айшен, которая хотела, чтобы он влюбился в неё, а он взял и зациклился на Суне. – Госпожа Суна, ваше время наедине с тестом закончилось, возвращайтесь, пожалуйста, к нам с чаем, – ей кажется, что он над ней издевается. Суна замечает улыбку Шефики, кажется этот Кайя уже успел понравиться женщине, а вот Айшен бросает на Суну обиженные взгляды, и Суна прекрасно понимает почему. Она ведь уже построила в голове воздушные замки насчёт этого парня. – И что дальше, господин Кайя, – она позволяет себе добавить щепотку иронии в голос, будто передразнивая то, как Кайя обратился к ней, и это заставляет его улыбнуться. – Четверть стакана молока, мама любит, чтобы молоко было подогретым, тогда чай более горячий, а я предпочитаю с холодным. И в кружку с молоком заливаем чай, всё перемешиваем, и напиток готов. – Продегустируете? – предлагает Суна, подвигая чай ближе к парню. – С большим удовольствием, но только после вас, – он двигает чашку обратно ближе к девушке. – Вы ведь постоянно были рядом, пока я готовила, разве у меня был шанс вас отравить? – смеётся девушка, забирая чашку. – Я не поэтому предлагаю вам первой. Просто хочу, чтобы вы тоже попробовали этот напиток, а без меня вы явно так не поступите, – он молчит, пока она делает первый небольшой глоток, и пытается по её мимике понять, разделит ли она его любовь к этому чаю. – Достаточно вкусно. Необычно и непривычно, конечно, но интересно, – он забирает чай из её рук и тоже делает глоток. – У вас отлично получилось, госпожа Суна. Раз вам понравилось, то выпейте этот сама, а нам с мамой приготовите поближе к завтраку, а то этот успеет стать холодным. – Хорошо, господин Кайя, как скажете. – Госпожа Шефика, – он переводит взгляд на хозяйку кухни, – спасибо, что позволили мне немного покомандовать вашей работницей. Хорошего дня вам, девушки, – он салютует им и покидает кухню, а Суна возвращается к своим булочкам, периодически отвлекаясь на чай. Айшен на фоне что-то недовольно говорит матери о том, почему это Суна, а не она, готовила чай. Но Шефика не поддаётся на жалобы дочери, напоминая, что раз Кайя договорился с Суной, то наверняка хотел помощи именно Суны. – Это всё из-за того, что она сестра Сейран, – недовольно произносит девушка. – Конечно, кто я такая, чтобы он заговорил со мной. А Суна другой дело. – Он даже не знает, что я сестра Сейран, – вмешивается Суна. – Ты сама ведь вчера меня отправила ему кофе подавать. Если хочешь бороться за парня, Айшен, надо быть смелее с самого начала. – Это ты говоришь? Ты за кого боролась? За Абидина что ли? – смеётся девушка. – Суна, уж точно не тебе раздавать советы о том, кому и как жить. – Девочки, хватит. Давайте, пора накрывать завтрак, не до ваших соревнований за парня.

***

Суна приносит чай как раз тогда, когда все собираются за столом. Она замечает, как мать Кайи удивляется, явно не ожидая увидеть в Стамбуле привычно для них приготовленный чай. Суна украдкой наблюдает за тем как госпожа Нюкхет о чем-то спрашивает сына, но отводит взгляд, когда чувствует, что Кайя смотрит на неё. Легко догадаться, что Нюкхет интересовалась тем, кто же делал чай. Краем глаза она замечает, как улыбается стоящая рядом Айшен. Это девочка явно не собиралась отступать. Все эти переглядки нарушает Халис Корхан, который наконец присоединяется к завтраку. Он выглядит задумчивым когда, заняв своё место, переводит взгляд с Ферита на Кайю и обратно, будто обдумывает что-то. – Кайя, Ферит, у меня будет поручение для вас, – наконец нарушает тишину он. – И Асуман полетит с вами, у нее больше опыта. Мы планируем открыть магазин в Мармарисе, и ваша задача оценить, подойдёт ли подобранное помещение для него. Я буду ждать аргументированное мнение каждого из вас. Сейран, дочка, ты тоже с ними езжай. Присмотришь, чтобы мальчики не подрались. – Абидина тоже с нами возьмём, куда я без него, – вмешивается Ферит. – Может и сестру тогда возьмём? Суне отдых не помешает, а то она слишком нервная в последнее время. Да и раз нас не будет в особняке, то и работы здесь меньше. – Что ты сказала? – он не верит своим ушам, это хрупкая девушка, которая готовит идеальный чай с молоком, такой, что даже его мама признала его более вкусным чем тот, который получался у Кайи, вот эта девушка – сестра этой маленькой Госпожи Сейран. – Вот эта Суна? – он переводит взгляд на девушку, которая стоит в стороне вместе с Айшен, опустив голову вниз. – Это твоя сестра? – Кайя, мы тебя уже вчера предупреждали, что наши работники это не твоё дело, – отвечает за жену Ферит. – Ты здесь не на долго, так что не суй свой нос в чужие дела. – Да, Ферит, я может и не на долго, вы может и предупреждали, но я просто в ахуе. У вас тут настоящий пиздец в семье творится, а вы все делаете вид, что это окей. И тебе нормально, Сейран, что ты здесь, а она там? Что ты как сыр в масле катаешься, а твоя сестра пашет целыми днями на работе, загнанная будто лошадь. И то, как её муж – Не надо, – успевает перебить его Суна, позволяя себе больше, чем может позволить себе прислуга. – Господин Кайя, пожалуйста, не надо. – Надо, госпожа Суна, надо. Посмотрите, до чего они вас довели. – Хватит, Кайя, – прерывает его Халис. – Ты не знаешь всей истории, но судишь людей. Суна там, где она выбрала быть. Не стоит никого оскорблять, ничего не зная. – Какая бы не была история, дедушка, это не нормально, что одну сестру вы взяли в этот дом невесткой, а вторую служанкой. – Хватит! – для пущего эффекта Халис стучит рукой по столу. – Идите, собирайтесь в Мармарис. Суна, вы с мужем тоже езжайте, Сейран права, тебе это пойдет на пользу. Все будто забывают о том, что планировался завтрак, и расходятся по своим комнатам сразу после слов Халиса. Суне приходится собрать вещи и за себя и за мужа, который оказывается слишком ленив для того, чтобы сделать это самостоятельно. Она не жалуется, она ведь сама его выбрала, но не понимает, почему он такой. Особенно остро это ощущается с появлением в особняке другого мужчины, который буквально во всём лучше её Абидина. – Кажется, нас слишком много для этой машины, – смеётся Ферит, занимая своё привычное место рядом с водителем. – Давайте я заберусь в багажник, – тут же предлагает Суна. – Это не проблема. – Нет, госпожа Суна, – его рука отпускается на её плечо. – Девушкам в багажнике не место, я заберусь, не проблема, – подмигивает он. Вы только сумку заберите. – Господин Кайя, но как так, – пытается спорить девушка, пока его указательный палец не останавливается в миллиметре от её губ. – Конечно, это стоило сделать вашему мужу, но он почему-то думает, что единственный умеет водить машину и его место водителя нерушимо. Но раз так, раз он в первую очередь водитель, а не мужчина, то тогда возьму на себя эту ношу быть единственным мужчиной здесь, – смеётся Кайя. – Что ты заладил мужчина, мужчина? Сядь уже! – не может обойтись без комментария Ферит. – Да вот, думаю, надо вас турецкому научить, а то вы хоть и живёте здесь, но такого слова явно никогда не слышали. Ферит о чем-то шутит с Сейран и Абидином и пререкается с Кайей всю дорогу до аэропорта, но всё это так глупо, что Асуман с Суной только и делают, что закатывают глаза и просят парней наконец успокоиться. Здание аэропорта выглядит буквально как самый лучший подарок, хотя они и знают, что в самолёте ситуация, вероятно, будет такой же. Ферит, Сейран и Асуман из машины направляются прямиком к самолёту. Абидин, как отмечает Кайя, забирает вещи Ферита и Сейран, пока Суна несёт свою сумку сама. Она чуть дёргается, когда эту самую сумку из её рук неожиданно забирают. – Позволь, – улыбается ей Кайя. – Я помогу. И не надо говорить, что не надо. Видишь, твоему мужу не до того, чтобы помочь тебе, – он не дожидается её ответа и просто уходит с её сумкой. – Господин Кайя, Кайя, зачем ты это делаешь? – она впервые обращается к нему на ты, надеясь, что их никто не слышит, и на удивление это работает, он разворачивается и возвращается к ней. – Потому что это то, какой я человек, привыкай, фея, – и он уходит, снова обескураживая своими словами и оставляя её с множеством вопросов, самый главный из которых: что такое задумал этот парень, что считает, что ей нужно привыкать к нему такому.