Часть 7

– Суна Ханым, ты что здесь делаешь одна в, – он коротко бросает взгляд на часы. – Одна в полночь? Весь особняк давно спит. – Так получилось, господин Кайя. А вы почему так поздно не спите? – она снова обращается к нему на вы, и это даже немного задевает. Он ведь действительно поверил, что после той ночной поездки они могут назвать друг друга друзьями. – Я рисовал, как и всегда. Вот решил спуститься за кофе, а застал девушку с бокалом. Надо было захватить карандаши и листы с собой, написал бы здесь картину. Кажется, звучит в стиле лучших мировых художников, – она заливается смехом, совершенно точно слишком громким для гробовой тишины этого особняка. – Мы не говорили наедине уже недели две. Последний раз, помнится, был на мамин день рождения, когда мы готовили торт. И потом она ещё рассказывала мне, как застала твою ссору с мужем. Что у тебя нового? – Пока ещё не развелась, – смеётся Суна. – Но, как ты мог заметить, на этот раз мой муж уехал в путешествие без меня. Ты знаешь, зачем они в Анкаре? – Ферит хвастался, что у него там встреча с кем-то, и говорил, что когда он вернётся, дедушка будет гордиться тем, какое партнёрство он заключил. Думаю, это лишь громкие слова. Так ты поэтому здесь так поздно? Празднуешь, что мужа нет дома и у тебя появилось немного свободы. – Ты назовешь меня старомодной и глупой, но все наоборот. Я здесь из-за того, что я не знаю, где мой муж. Не смейся только, но я просила его написать, когда они приземлятся, но он так и не сделал этого. И ни одного сообщения ни вчера не отправил, ни сегодня. И не звонил. В конце концов я не выдержала. Я попыталась позвонить Абидину сегодня вечером, потом ещё и ещё, но он не отвечает. Час назад я всё-таки позвонила Сейран, чтобы узнать, как они там и где мой муж. Но она сказала, что они с Феритом гуляют, а Абидин остался в отеле. – Не думаешь, что это логично. Не будет ведь он третьим лишним с твоей сестрой и её мужем? – Сначала я тоже так думала, но потом я набирала ему снова и снова, но он продолжал игнорировать мои звонки. Возможно, что он напился и спал, но я все равно переживала. Пожалуйста, не думай, что я сумасшедшая. Но я нашла по виду из окна отель, в котором они остановились. Позвонила на ресепшн, наговорила девушке что-то про то, что он мой брат, и я не могу дозвониться, а у него серьезная болезнь и он мог потерять сознание, что очень опасно – в общем много всяких глупостей, чтобы убедить ее, что она просто обязана проверить его номер, иначе его смерть будет на её совести. – И она повелась? – смеётся Кайя. – Кажется, я умею говорить убедительно. Иначе, почему ты снова и снова меня слушаешь, – он не может не улыбнуться на её комментарий. – Конечно Абидин оказался в номере, и даже не спал. Он не в самой воспитанной манере заявил девушке, что никакой сестры у него нет. И, как она сказала мне, она слышала женский голос из номера. Так что он, вероятно, с женой и в порядке. Потом она попыталась узнать, точно ли она проверила того человека, но я уже сбросила. Мне хватило того, что я знаю, что он не спит. А ещё у него в номере девушка, и это не Сейран. И я знаю, что у него нет знакомых в Анкаре. После этого я пробралась в кладовку, но теперь уже не за шоколадом, а за дорогим вином. Черт возьми, почему он может делать всё, что захочет, а я нет. – Что ты собираешься делать, когда он вернётся? Встретишь, обнимешь, поцелуешь и притворишься, что ты ничего не знаешь? – Я ещё не знаю. А ты как поступил бы? Извини, я не предложила, может ты хочешь вино? – Ты ведь знаешь, что я не пью. Нам с кофе тоже хорошо, не переживай. Я бы? Во-первых, не думаю, что дошел бы до ситуации, чтобы моя жена мне изменяла. И во-вторых, совершенно точно развелся бы. – Может я неправильно что-то поняла и между ними не было ничего. А вдруг у него есть там старые знакомые, просто я о них не знаю. – Суна, ты действительно его сейчас оправдываешь? – Нет, да. Не знаю. Я запуталась, Кайя, – она позволяет себе налить ещё немного вина в бокал, пока Кайя продолжает пить свой кофе. – Даже если у него там есть знакомые, это не даёт ему право игнорировать твои звонки. Знаешь что, дай мне его номер. Вот сейчас позвоним и проверим. Длинные телефонные гудки разрезают тишину кухни. Суна гипнотизирует взглядом телефон, хотя и уверена, что Абидин не ответит. Кайя наблюдает за ней, пытаясь угадать, чего Суна хочет больше, чтобы муж ответил или нет. – Добрый вечер, кто это? – они оба теряются на секунду, когда на том конце так открыто, без прикрас звучит женский голос. Суна даже проверяет, правильно ли Кайя набрал все цифры. – Не молчите. Кто это? Абидин не может сейчас подойти, но я могу передать ему, что вы звонили. Они так ничего и не говорят, Суна сбрасывает звонок раньше, чем Кайя успевает открыть рот. Но он точно знает, что завтра ещё поговорит с этой девушкой. Нужно будет только уточнить у мамы её номер, сам он давно удалил его. Суна нервно поднимается со своего места, забирая с собой бокал, и Сонмез даже боится на секунду, что девушка сейчас запустит им в стену. Но она лишь допивает свой напиток и оставляет его в стороне. – За что он со мной так? Почему другая заслуживает? Почему с другой можно, а с женой нельзя? Или он мне так мстит? Может решил, что раз он у меня не первый, то пусть и я для него не буду первой? Надеюсь, он не назвал её Суной, пока они. Это было бы так странно. – Суна, иди сюда, – он мягко ловит её за плечи и останавливает. – Пожалуйста, не думай, что ты заслуживаешь такого обращения. Если ты хоть на секунду задумалась, что он тебе изменяет, значит точно стоит подумать, можете пора прекратить эти отношения. – Почему ты такой идеальный? Зачем ты заботишься обо мне? Как всегда находишь нужные мне слова и просто оказываешься рядом, когда мне это так сильно нужно? Даже мама твоя, ты ведь говорил, что с ней сложно. Но она так поддержала меня тогда в её день рождения. – Почему я так поддерживаю тебя? Потому что каждый человек, Суна, заслуживает своё счастье. И не важно сколько дерьмовых людей и их дерьмовых поступков было в твоей жизни, ты, как и я, как и все люди, кто этих дерьмовых поступков не совершал, заслуживают счастья. А ты не совершала, я знаю. – Отпусти меня, пожалуйста. Иначе я не ручаюсь за себя. Вино, обида на мужа, ты такой идеальный. Боюсь ещё чуть-чуть и пути назад не будет. – Если обида на мужа и вино – это то, что тебе нужно для маленького шага вперёд, то я очень хочу узнать, что же будет после этого твоего шага. – Даже не обидишься, что может я сделаю это только назло мужу? Или ты так уверен в себе, что не сомневаешься, что стоит сделать один маленький шаг, и я уже не смогу выбраться из твоих сетей? – Кто знает, может один твой несмелый шаг назло мужу сейчас, ещё один, но уже более смелый и на этот раз каждого из нас. И потом тебе понравится так, что муж пойдет в пешее путешествие куда-нибудь подальше. – И тебя даже не смущает, что мы из разных миров? Кайя, я ведь прислуга в этом доме. – Суна ханым, ты не можешь притворяться, что всё ещё не достаточно поняла и разгадала меня. Это не важно. Для меня это никогда не было важным. – Тогда я сделаю этот свой шаг? – она находит ответ в его глазах, прежде чем сделать это робкое движение и найти его губы в поцелуе. Он позволяет ей вести, только притягивает ближе к себе, практически склеивая их тела, но скорость поцелуя всё ещё контролирует Суна. Он позволяет ей неторопливо изучать его губы, отвечает ей взаимностью, обнимает ее сильнее, когда ее пальчики путаются в его волосах. И ему так чертовски хорошо, что он не готов её отпустить. – Кайя, что мы делаем? – дыхание сбивается, она отстраняется первая, кладет голову ему на грудь, и это ощущается так естественно, как ничто другое в этом мире. – Думаю, это называется поцелуй. Мне казалось, для тебя это не в первый раз. У тебя ведь всё-таки есть муж. – Не в первый, до мужа ещё был Ферит. Но первый взаимный. Ферит не целовал меня в ответ, а Абидин только поцеловал в лоб на свадьбе, что-то большее он пока не может мне предложить, как ты знаешь. – Тогда, если позволишь, я поцелую тебя ещё раз, – он тоже находит ответ в её глазах, смотрящих на него с неподдельным интересом и влечением. Суна и не знала, что можно целоваться так. Если она действовала медленно и даже робко, то Кайя будто показывал ей, как долго и как сильно он хотел поцеловать её всё это время. Он на ощупь отодвигает свою чашку от кофе и усаживает Суну на стол. Она сама раздвигает ноги, притягивая его за рубашку поближе к себе и снова целует. Он отрывается от её губ, спускаясь на шею, и не сдерживаясь в своем желании оставить там красную отметку. – Извини, рядом с тобой сложно себя контролировать. – Всё в порядке, я придумаю утром что-нибудь. Кайя, давай пока не будем заходить слишком далеко. Во-первых, мы на кухне, и сюда в любой момент может кто-то зайти. Во-вторых, я не хочу спешить. – Во-первых, ты ведь не думаешь на самом деле, что я позволил бы твоему первому разу случиться здесь. Стол, конечно, место подходящее, но не для первого раза, Суна. И во-вторых, конечно мы не будем спешить. Послушай, не важно, разведешься ты или нет, поженимся мы когда-нибудь или нет. Просто запомни, я никогда не прикоснусь к тебе без твоего согласия. Это не значит, что я тебя не хочу. На такое способен только твой придурок муж. Но я готов подождать, когда и ты тоже будешь хотеть меня и будешь готова. Знаю, после опыта твоего первого брака это будет сложно. Но знай, что если захочешь, я постараюсь сделать всё для того, чтобы тебе было хорошо. – Тебе ведь тоже будет хорошо? Будет нечестно, если хорошо будет только мне. Извини, я не очень разбираюсь в этом всём. – Конечно мне тоже будет хорошо. Как ты, Суна? – Спасибо, что оказался сегодня рядом, – она спрыгивает со стола и обнимает парня. – Теперь мне лучше. И уже даже не важно, что, где и с кем делает Абидин. – Я не обещаю, но попробую завтра узнать, что это была за девушка. И не спрашивай как, у меня есть свои способы, – она просто целует его, не находя слов, чтобы поблагодарить его. – Кайя, может это не слишком романтичный вопрос, но я хочу знать правду. Если я разведусь, все твои слова про то, что ты всё объяснишь дедушке и я стану твоей женой, про детей. Это всё было правдой? – Никаких шуток, Суна Сонмез. Если ты захочешь развестись, я пойду к деду и к твоему отцу и добьюсь того, чтобы они заставили твоего мужа подписать бумаги. И сразу после этого мы попросим твоей руки. – И ты покажешь мне свои наброски. Ты обещал! – смеётся Суна. – Тогда я не думал, что ты действительно разведешься. Но хорошо, покажу, раз уж я обещал. – Проведёшь меня? Если ты не против, я бы пошла отдыхать. – Кажется, я уже ревную, – смеётся Кайя. – Не хочу отпускать тебя в постель твоего мужа, хоть она и пустая. – Чуть-чуть потерпи, ладно? Он вернётся и мы в тот же день поговорим о разводе, хорошо? – Договорились, – он снова целует её и провожает до ее спальни, так и не выпуская из своих объятий. Суна не думает, что это хорошая идея, но Кайя не отпускает её. Ещё и врёт охранникам, когда те спрашивают, не нужна ли помощь. Придумывает что-то о том, что у девушки закружилась голова, а он как благородный рыцарь теперь поддерживает её, чтобы она не упала. А она, совсем не как правильная жена, заводит его в их маленькую спальню, закрывает дверь и целует, прежде чем позволить парню вернуться к себе.