О, мисс Блэк...

Двери в Большой зал были гостеприимно распахнуты. Поток учеников понес к ним нашу компанию, но я успела только увидеть волшебный, затянутый сегодня черными тучами потолок. Как вдруг... — Поттер! Грэйнджер! Фоули! Подойдите ко мне! — раздался чей-то голос. Гарри, Гермиона и я удивленно обернулись. Профессор МакГонагалл, требовательно глядела на нас поверх голов. Вид у нее был, суровый. Волосы собраны в тугой пучок, сквозь квадратные очки в упор смотрят острые, живые глаза. Полные тяжелых предчувствий, мы локтями прокладывали в толпе дорогу. Как–то так получилось, что при виде профессора МакГонагалл я почувствовала себя виноватой. — Не волнуйтесь. Мисс Фоули, пройдите в зал, и пройдите распределение, ваш брат уже там. А с вами двумя мне нужно поговорить у себя в кабинете, — сказала она. — А вы, Уизли, идите в зал. Рон и я посмотрели всем троим вслед и поспешили в Большой зал: я - на распределение, а Рон - к праздничному столу. Нас встретило целое море черных остроконечных шляп; тысячи свечей парили в воздухе, бросая свет на лица учеников за длинными столами. Крошечный волшебник с шапкой седых волос на голове, стоял перед учительским столом и держал старую Шляпу. — Распределение первокурсников уже кончилось, — заметил Рон. — Удачи. — и Рон пошел к Гриффиндорскому столу. Тут встал директор - Альбус Дамблдор. Его я знала, ещё бы, у меня дома с ним пять или шесть карточек из под лягушек. — Итак, помимо первокурсников, в этом году к нам переводятся Салливан и Кетти Фоули. Они будут учиться на пятом и третьем курсах соответственно. Раньше они учились дома. Я надеюсь, что вы окажете им тёплый приём. Я с братом подошла к трёхногой табуретке. — Волнуешься? — шёпотом спросил Салливан. — Есть немного... — так же тихо ответила я. — Салливан Фоули! — выкрикнул волшебник, держащий шляпу. Через несколько секунд послышался крик шляпы: —Определённо... Пуффендуй! Стол жёлтых мантий взорвался аплодисментами. — Кетти Фоули! Сердце застучало сильнее, я подошла и мне на голову одели распределяющую шляпу. — О, мисс Блэк... — сказала шляпа, как только её одели на меня. — Извините, но я не Блэк... — тихо перебила её я. — Может быть, может быть... — шляпа задумалась, и спустя пару секунд крикнула. — ГРИФФИНДОР!!! Стол Гриффиндора залился аплодисментами. Это было немного неожиданно. Нет, я конечно рассматривала вариант поступления на Гриффиндор, но все-таки больше рассчитывала на Когтевран или Пуффендуй. Гермиона и Гарии уже вернулись и теперь сидели рядом с Роном. Я села напротив них, рядом с двумя рыжими парнями. — Кетти, поздравляю! — обратилась ко мне Гермиона. — Я Фред... — перебил Гермиону один из рыжих. — А я Джордж... — представился второй. — Кетти Фоули. — представилась я — Вы братья Рона? — Ну, есть немного... — ответил мне Джордж. — Зачем вас вызывали? — спросил Рон у Гарри. Гарри зашептал ему что-то, но тут на ноги снова поднялся директор школы. Хотя профессор Дамблдор был очень стар, энергия била в нем ключом. У него были серебряные волосы до плеч и такая же борода, очки–половинки и необычайно длинный крючковатый нос. О нем часто говорили, что он самый великий волшебник. — Ещё раз приветствую всех! — сказал директор школы. — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мне надо многое вам сказать. Начнем с самого важного и серьезного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждет отменное пиршество. — Дамблдор кашлянул и продолжал: — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс–Экспрессе». Дамблдор секунду–другую молчал. И продолжил: — Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведешь ни переодеванием, ни какими–либо еще фокусами, не помогут даже мантии-невидимки. — Последние слова он произнес как бы между прочим, а Гарри с Роном переглянулись. — Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры. Тут ещё один рыжий мальчик, наверное еще один брат Рона, сидевший недалеко от Гарри, выпятил грудь и горделиво огляделся. Дамблдор опять замолчал, окинул внимательным взглядом сидящих — никто не шелохнулся, не произнес ни слова. — Закончу на более приятной ноте, — продолжил он. — Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя защиты от темных искусств. Послышались редкие хлопки, известие было принято без особого энтузиазма. Горячо хлопали только те, кто ехал сегодня в одном купе с профессором Люпином, включая меня. Профессор выглядел особенно жалко среди преподавателей, одетых в свои лучшие мантии. — Что касается второго назначения, — заговорил Дамблдор после того, как стихли жидкие аплодисменты, — должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием. Гарри, Рон и Гермиона тут же присоединились к буре аплодисментов, которые были особенно сильны за столом гриффиндорцев. — Как же это мы не догадались! — ударил кулаком по столу Рон. — Кто еще мог рекомендовать нам эту кусачую книгу? Гарри, Рон и Гермиона последние закончили хлопать. Дамблдор заговорил опять: — Ну вот, кажется, и все, — заключил Дамблдор. — Во всяком случае, самое главное. А теперь будем праздновать! Золотые тарелки и кубки наполнились едой и питьем. Я почувствовала, что умираю от голода, и положила себе на тарелку все, до чего могла дотянуться. Пир был хоть куда! Зал наполнился смехом, разговорами, звоном ножей и вилок. Наконец последние куски тыквенного пирога исчезли с золотых блюд и Дамблдор намекнул всем, что пора идти спать. Мы сейчас же бросились к Хагриду. — Хагрид, поздравляем! — воскликнула Гермиона, когда они очутились у преподавательского стола. — Привет, привет всем троим, и тебе Кетти, — ответил Хагрид, вытирая салфеткой с лица пот. — Не верится! Великий человек Дамблдор... Пришел ко мне в хижину… сразу, как профессор Кеттлберн сказал, что больше не может... Я так об этом мечтал всю жизнь... Чувства переполнили его, и он спрятал лицо в салфетку. Подошла профессор МакГонагалл и погнала всех спать. Гарри, Рон, Гермиона и я месте со всеми гриффиндорцами, сытые сверх меры и усталые, поднялись по мраморной лестнице, свернули в один коридор, затем в другой, поднялись по сотне ступенек и очутились наконец у башни Гриффиндора. Полная Дама в розовом платье спросила у нас пароль. — Входите, входите, — раздался из–за спины голос. — Новый пароль — «Фортуна Майор»! — Опять я не запомню, — чуть не плакал Невилл Долгопупс. — Можно где-нибудь записать. Например, на руке или на бумажке. — посоветовала я Долгопупсу. Мы вошли в гостиную, девочки пошли в свои спальни по одной лестнице, мальчики по другой. — Кстати, Гермиона, где я буду спать? — спросила я. — МакГонагалл сказала что у меня. — Кто еще будет с нами? — Лаванда Браун и Парвати Патил. — Понятно...