Диггори, ты не понимаешь...

Сердце колотилось где-то в горле. Я извивалась на полу, но верёвки держали крепко. Крэбб усмехнулся, и его пальцы почти коснулись моей щеки. — Крэбб, — голос Малфоя прозвучал холодно и властно. — Отойди. Крэбб замер, непонимающе глядя на своего предводителя. — Я сказал, отойди, — повторил Малфой. — Не трогай её. Мы сделаем это чисто. Без лишней грязи. Он встал и посмотрел на меня сверху вниз. В его глазах было торжество, но что-то ещё — какая-то странная осторожность. Я лежала на холодном камне, связанная, без палочки, и смотрела в потолок, где луна рисовала причудливые узоры на витражах. — Малфой, — сказала я тихо, глядя в потолок. — Ты правда думаешь, что Снейп поверит тебе? — А почему бы и нет? — он склонил голову набок, наслаждаясь моментом. — Потому что в Запретной секции нет моих следов, — я старалась, чтобы голос звучал спокойно. — Мадам Пинс ведёт учёт. И моего имени там не будет. На секунду в его глазах мелькнуло сомнение. Но оно быстро исчезло. — Это мы ещё посмотрим, — сказал он. — А пока... полежи здесь. Подумай о своём поведении. Он развернулся и сделал шаг в сторону. Я осталась лежать на полу, связанная, в темноте, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но я не позволяла им пролиться. Не здесь. Не при них. Кто-нибудь, пожалуйста... — мысль оборвалась. В конце коридора, в полумраке, мелькнула тень. Я не сразу поняла, что это не игра света. Тень двигалась. Приближалась. Кто-то шёл. Я замерла, всматриваясь в темноту. Малфой и его свита тоже что-то заметили — они застыли, повернув головы в сторону звука. Шаги. Размеренные, спокойные. Кто-то шёл по коридору, не торопясь, но и не скрываясь. — Кто там? — спросил Малфой, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность. Фигура выступила из тени. Лунный свет упал на знакомое лицо, на значок старосты на груди, на тёмные волосы и мягкую улыбку, которая сейчас исчезла, сменившись холодным спокойствием. Седрик Диггори. Он остановился в нескольких шагах от нас, окинул взглядом сцену — меня, связанную на полу, Крэбба и Гойла, застывших с палочками, Малфоя, который пытался сохранить надменное выражение лица, но уже явно нервничал. — Малфой, — голос Седрика был тихим, но в нём чувствовалась сталь. — Объясни мне, почему мисс Фоули лежит на полу связанная? Малфой открыл рот, чтобы что-то сказать, но Седрик поднял руку. — Знаешь что, — сказал он, не дожидаясь ответа. — Объяснишь это профессору Снейпу. Или профессору МакГонагалл. Я пока не решил, кому из них будет интереснее. Он перевёл взгляд на Крэбба и Гойла. — Уберите палочки. Быстро. Те поспешно спрятали палочки, попятившись. Малфой стоял неподвижно, его лицо было бледным, но он всё ещё пытался сохранить достоинство. — Диггори, — начал он. — Это не то, что ты думаешь... — Я вижу, что думать, — перебил Седрик. — Я вижу связанную девушку на полу. И троих слизеринцев с палочками наизготовку. Что тут ещё думать? Он подошёл ко мне и опустился на корточки. — Кетти, — его голос изменился, стал мягче. — Ты как? Они тебя не тронули? Я покачала головой, чувствуя, как слёзы, которые я так долго сдерживала, всё-таки начинают проступать на глаза. Но теперь это были не слёзы страха. — Нет, — прошептала я. — Всё... в порядке. Седрик кивнул, и я увидела, как его челюсть сжалась. Он взмахнул палочкой, и верёвки, стягивающие мои руки и ноги, исчезли. — Сейчас, — сказал он тихо. — Всё будет хорошо. Он помог мне подняться, поддерживая за локоть. Я стояла, потирая запястья, на которых остались красные полосы от верёвок. Седрик повернулся к Малфою. — Вы пойдёте со мной к МакГонагалл, — сказал он. — Сейчас. Малфой побледнел ещё сильнее. — Диггори, ты не понимаешь... — Я всё понимаю, — отрезал Седрик. — Я видел достаточно. Пошли. Он взял Малфоя за руку выше локтя и повёл по коридору. Крэбб и Гойл, потерявшие всякую уверенность, поплелись следом. Седрик обернулся на ходу: — Кетти, ты сможешь дойти до башни сама? Я кивнула. Голос не слушался. — Я... да. Спасибо. Он улыбнулся — той самой тёплой улыбкой, которую я видела в библиотеке. — Доберись нормально. И в следующий раз... — он не закончил фразу, но я поняла. Я стояла в пустом коридоре, глядя вслед удаляющимся фигурам. Руки дрожали. Всё тело дрожало. Я прижалась спиной к холодной стене и закрыла глаза. Всё обошлось. Когда дыхание восстановилось, я открыла глаза и медленно побрела к башне Гриффиндора. Луна светила всё так же ярко, но теперь тени казались не такими страшными.