Глава 2

Вода в купели была тёплой. Не дожидаясь служанку, Сакура сняла с себя всю одежду. Погрузилась в воду, позволяя усталости дня немного отступить. Тёплая вода окутывала тело, унося дневное напряжение. Сакура скользнула пальцами по поверхности, наблюдая, как капли стекают с запястий, и задумалась. Саске Учиха. Она снова увидела его лицо — резкие, точёные черты, тёмные глаза, в которых пряталась неясная тень. Красивый будущий муж. В этом словосочетании не было ни трепета, ни радости. Только холодное осознание неизбежности. Его взгляд — ледяной, отстранённый, но в этой отстранённости было что-то ещё. Что-то цепляющее. Сначала он смотрел на неё так, будто взвешивал, прикидывал, чем она может быть ему полезна. А в её покоях, когда он задержался и не спешил уйти, его взгляд был совершенно другим. Как будто пытался понять, почему не может просто развернуться и уйти…боролся с собой. А она? Сакура нервно сжала пальцыми края купели. То, что она почувствовала в этот миг, было необъяснимым. Напряжение в его фигуре, едва заметное движение скул, взгляд, который длился дольше, чем позволял приличный тон. Сакура нервно рассмеялась. Какие приличия? В тот момент их явно не было. Интересно, она дышала в тот момент? Ей кажется, что нет. Искра пробежавшая между ними, словно невидимая нить связала их на мгновение. Она была уверена — он тоже это прочувствовал. Она пришла сюда с четким пониманием своей роли. Политический союз, клановые интересы. Никакой романтики. Никаких эмоций. Это был долг перед семьей, перед кланом. Но ведь после этой встречи что-то изменилось. Она чувствовала себя странно уязвимой. Сакура шумно выдохнула, с чувством ударила по поверхности воды. Нет. Это не должно было иметь значения. Так же оставался открытым вопрос - почему Учихи позвали её раньше назначенного срока? Свадьба должна была состояться не раньше, чем через три месяца, когда ей исполнится восемнадцать. Но они настояли на её немедленном прибытии. Сакура не знала, что именно им нужно, но нутром чувствовала — дело не только в ней как в будущей жене наследника. Она приехала сюда не просто так. И вскоре она узнает — зачем. Вопрос времени. Когда дверь тихо скользнула в сторону, она даже не удивилась. — Позвольте помочь вам собраться, госпожа. Юми двигалась легко и быстро. Она подала большое полотенце, помогая завернуться, затем аккуратно промокнула её плечи, убирая лишнюю влагу. — Ваши волосы, госпожа. Она взяла расческу из дерева сандала и нежно провела по розовым прядям, распутывая их. Сакура закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Юми ловко заколола волосы, вплетая в них украшения, и с лёгкой улыбкой сказала: — Госпожа, ваша подруга тоже готовится. Она будет с вами на ужине. Сакура кивнула, незаметно выдыхая. Юми помогла облачиться в кимоно, осторожно затянула пояс-оби. — Вы выглядите ослепительно, госпожа, — служанка с улыбкой отступила назад. Сакура взглянула на своё отражение. Кимоно глубокого сапфирового цвета, и оно казалось почти чёрным при слабом свете свечей. Ткань переливалась при движении, а тонкие серебряные нити, вышитые по подолу и рукавам, создавали узор, похожий на распускающиеся цветы сливы. Широкий пояс-оби был оттенка ночного неба, с утончённым орнаментом, напоминающим вихрь ветра, обрамляющий луны и звёзды. Он подчёркивал изгибы её тела, но не выглядел вызывающе. Всё было безупречно. Розовые волосы были собраны в изящный, но не слишком строгий пучок, из которого несколько прядей оставили свободными, мягко обрамляя её лицо. Служанка вплела в её волосы тонкие серебряные шпильки с жемчужными каплями на концах — они слегка покачивались при каждом движении. Юми подошла ближе и подала ей небольшую фарфоровую коробочку. — Ваш аромат, госпожа. Послушаете? — Да, — в нос ударила спелая, тёмная вишня с горьким миндальным оттенком, согретая тягучей ванилью и лёгкой дымкой пряностей — аромат был точно для неё. Она позволила служанке нанести каплю масла на запястья и шею. — Теперь всё готово, — с лёгким поклоном сказала Юми. Сакура провела пальцами по гладкому шёлку, поправляя рукав. Она была готова. Или, по крайней мере, должна была быть. Сердце билось ровно, но внутри скользило лёгкое напряжение.Она кивнула служанке и развернулась к двери. — Благодарю Юми-чан. Пора идти! Вечер обещал быть интересным.

***

Большой зал оказался просторным и величественным, но без излишней помпезности. Свет свечей мягко рассеивался на полированных поверхностях, играя бликами на шёлке кимоно собравшихся. Сакура шагнула внутрь, едва уловимо выпрямив спину. Рядом с ней шла Ино — её подруга, её поддержка, но сейчас и её единственная защита в этом доме, полном незнакомых людей, наблюдавших за ними с неприкрытым интересом. Ино выглядела роскошно. Кимоно глубокого бордового оттенка с вышитыми золотыми нитями хризантемами подчёркивало её статус и аристократическую грацию. Волосы уложены в высокий хвост, а две пряди тонкими волнами обрамляли лицо, придавая образу живую мягкость. — Всё хорошо? — тихо спросила Сакура, не отводя глаз от людей в зале. — Насколько возможно в нашей ситуации. На нас все смотрят, — так же тихо ответила Ино, чуть склонив голову. И правда. Внимательные взгляды, оценивающие, изучающие, будто они уже сейчас взвешивали её ценность, искали в ней что-то, известное только им. Первая к ним приблизилась женщина. Она двигалась сдержанно, грациозно, но в её осанке читалось что-то большее, чем просто аристократическая выучка. Чёрные волосы гладко уложены, взгляд глубокий, почти проницательный. — Добро пожаловать в наш дом, Сакура, — голос был мягким, но в нём звучала сила. Микото Учиха. Сакура склонилась в поклоне. — Благодарю вас за гостеприимство, Микото-сан. — Вы долго добирались, должно быть, устали. — Не настолько, чтобы не оценить тёплый приём, — ровно ответила Сакура. — А ты? — Микото перевела взгляд на Ино. — Я так понимаю, ты подруга Сакуры? — Ино Яманака, — представилась та, легко склонив голову. — Яманака, — в голосе Микото появилось едва заметное одобрение. — Клан, известный своими техниками переноса и чтения разума. Полезные способности. Ино улыбнулась, но в её глазах мелькнуло что-то острое. — Мы умеем видеть больше, чем кажется на первый взгляд, — мягко сказала она. — Надеюсь, тебе не придётся использовать этот дар в нашем доме, — ответила Микото с тем же спокойствием. Прежде чем Сакура успела что-то добавить, в зале появилось новое движение. Высокая фигура в чёрном кимоно, шаги лёгкие, но уверенные. Саске. Он не торопился. Взгляд — тёмный, пронзительный, остановился сначала на матери, затем скользнул к Сакуре. Её кожа покрылась мурашками. — Отдохнули? — его голос был ровным, бесстрастным, но в нём чувствовалась какая-то отточенность, будто каждое слово — это удар, вымеренный и точный. — Да, — коротко ответила Сакура, выдержав его взгляд. — Хорошо. Семья ждала этой встречи, — он слегка склонил голову. Его взгляд задержался на ней на секунду дольше, чем следовало, прежде чем он отвернулся. И тут к ним подошёл ещё один человек. Величественная осанка, волосы с серебристым отливом, жёсткие, чёткие черты лица. Глаза — глубже ночи, взгляд — проникающий под кожу. Выглядит сильно моложе своего возраста, но Сакура была уверена, что это никто иной как Мадара Учиха — дедушка Саске. Один из тех, с кем вели войну её предки. — Значит, ты и есть та самая Сенджу? — его голос был низким, чуть хриплым, но в нём слышалась тень усмешки. — Та самая, — спокойно ответила Сакура. — Выглядишь так, будто знаешь, зачем здесь, — продолжил он, чуть склонив голову, наблюдая за ней с тем же вниманием, с каким охотник изучает зверя, прежде чем решить, стоит ли его преследовать. — Я знаю, зачем. Мадара усмехнулся. — Тогда тебе будет легко. Избегая неловкости Микото продолжила вести светскую беседу, справляясь о семье Сакуры. О её обучении и хобби. За это время вокруг них собрались другие представители клана, которые коротко представились - Шисуи и Обито Учиха, двоюродные братья Саске. Шисуи отличался от всех мужчин клана, с которыми Сакура успела познакомится. Его взгляд, живой, с искоркой насмешки, смягчал строгость черт лица. Он выглядел расслабленным, и отпускал шутки, разряжая обстановку. Сакура заметила, как его взгляд все чаще задерживался на её светловолосой подруге. Ино не могла не заметить столь открытого внимания к себе со стороны улыбчивого Учихи. В моменте их глаза встретились. — Кажется, твоя невеста — не единственная, кто привлек внимание, — тихо заметил Обито, скользнув взглядом по Шисуи. Саске только подавил усмешку.

***

Ужин прошел в атмосфере тщательно сдержанной вежливости. Приходилось поддерживать разговор, хотя она была бы рада молча уткнуться в свою тарелку. Когда все закончили трапезу, она почти с облегчением выдохнула. Клан Учиха был именно таким, каким она его представляла — величественным, строгим, холодным. Она чувствовала взгляды, оценку, скрытые смыслы в каждом слове, но пока никто ничего не объяснял. Как только слуги начали убирать посуду, Микото, с её неизменно мягкой улыбкой, коснулась руки Сакуры. — Сакура дорогая, пойдём со мной, нам нужно поговорить. "Дорогая". Интересно. Это было сказано тепло, но была ли в этом искренность? Ино коснулась ладони Сакуры и пристально посмотрела на нее. Голубые глаза блестнули. Со стороны казалось, что девушки просто смотрят друг на друга, словно Ино спрашивала, стоит ли ей идти следом. Но это было магия: Сакура почувствовала, как разум светловолосой проникает в её сознание, далее послышался голос: «Ты уверена?» «Да. Если кому и стоит быть осторожнее, так это тебе.» «Что?» «Ино, ты видела, как на тебя смотрел Шисуи?» «А ты видела, как Саске смотрел на тебя?» — парировала подруга. Сакура мысленно закатила глаза. «Саске мой будущий муж, это… другая ситуация.» «О, значит, тебя не волнует, что именно он может представлять наибольшую угрозу для твоей добродетели?» — в голосе Ино послышалась усмешка. «Если кто-то и посягнёт на мою честь, так это, скорее всего, будет именно он.» «Видишь? Значит, тебе тоже стоит быть осторожной.» «Между прочим, твоя честь сейчас под куда большей угрозой. Шисуи явно хочет продолжить знакомство. Я даже не удивлюсь, если он уже разрабатывает план, как заманить тебя в сад под предлогом любования луной.» Ино фыркнула. «Ты считаешь меня настолько наивной?» «Нет, я считаю тебя слабой перед красивыми глазами обольстительного мужчины» «Сакура!» «Что?» «Прекрати.» «Тогда подумай о себе, а не обо мне. Не забудь, что честь клана Яманака теперь в твоих руках. Буквально.» «Иди ты…» «На разговор с Микото? Да, уже иду.» Сакура почувствовала, как сознание Ино мягко отстранилось, но перед этим ей передалось лёгкое раздражение подруги, замешанное на чём-то ещё. «Интересно, это было смущение?» — усмехнулась Сакура про себя, прежде чем последовать за Микото.

***

Комната, в которую привела её Микото, была небольшая, но уютная. Тёмное дерево, мягкий свет от фонарей, аромат зелёного чая, доносившийся с низкого столика. Микото жестом пригласила её сесть. — Извини Сакура. Понимаю, ты не отдохнула так, как следует, но этот разговор не может ждать. — Она налила чай в тонкие фарфоровые чашки, словно собиралась говорить о чём-то повседневном, но по тому, как её пальцы чуть сильнее сжали край чайника, Сакура поняла — разговор будет совсем не лёгким. —Думаю, вы с Цунаде тоже задавались вопросом, почему тебя призвали в клан раньше оговоренного срока. Конечно, есть причина. И веская. — О чём вы хотите поговорить, Микото-сан? Женщина сделала глоток, на секунду задумалась. — О моём муже. Сакура замерла. — Фугаку…он болен, — голос женщины был ровным, но в тишине комнаты он прозвучал особенно тяжело. Сакура моргнула. — Болен? — Да. — Микото впервые за весь вечер отвела взгляд. — Уже долгое время. И никто, кроме самых близких и приближенного лекаря, не знает об этом. До сих пор он исполнял обязанности главы клана исправно, не смотря на здоровье. Но в последнее время стал совсем плох. Сакура склонила голову, обдумывая сказанное. — И свадьбу вы решили ускорить... — Одна из причин, — женщина перебила её, осторожно поставив чашку. — Но не единственная. Эта фраза прозвучала с особым весом. Сакура вскинула взгляд. — Насколько тяжело он болен? Микото немного помедлила, но затем всё же ответила: — Лекарь не даёт надежды. "Вот оно." Сакура сжала пальцы на подоле своего кимоно. — Вы хотите, чтобы я его вылечила. — Ты одна из лучших целительниц своего клана, — Микото смотрела на неё внимательно. — Я наслышана о чудесах, на которые ты способна, поэтому мы с Фугаку подумали, что не будет ничего страшного, если мы позовем тебя немного раньше оговорочного срока. До свадьбы и так оставалось немного. Сакура молчала. Женщина вздохнула: — Мы не можем показать слабость. Если узнают, что его состояние ухудшается, это приведёт к… ненужным последствиям. Фугаку должен передать бразды правления Саске, сыграть вашу свадьбу и провести церемонию инаугурации в здравии. После может уходить на покой. Сакура провела языком по губам, собираясь с мыслями. — И что, если я не смогу? — спросила она. Микото слегка наклонила голову. — Это возможно? — в её голосе не было угрозы, только бесконечная, тщательно скрытая тревога. Сакура опустила взгляд в чашку чая. Пар поднимался медленно, растворяясь в воздухе. Она могла бы сказать, что не привыкла давать ложные надежды, что не всесильна…Нет, она должна была это сказать. Сакура помнила наставления Цунаде: «Не доверяй никому, кроме себя». — Сначала мне нужно осмотреть его. — Она подняла глаза. — Я не даю обещаний, не зная диагноза. Микото кивнула, словно ожидала такого ответа. — Это возможно устроить. Сегодня вечером, когда все уснут. Сакура хмыкнула, покачав головой. — Тайное лечение главы клана, чтобы избежать слухов? Не самая простая задача. — Но и не невозможная. Ночью слуг не будет, а охрана на время останется на первых этажах. Мальчики всё устроят, чтобы лечение проходило в тайне. Все думают, что у Фугаку болезнь не серьезнее простуды. Он немощен только последние три дня. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. — Хорошо, — наконец сказала Сакура. — Я осмотрю его. Но если я скажу, что помочь не могу, значит, так оно и есть. — По..понимаю. И всё же в голосе женщины проскользнула нота, заставившая Сакуру задуматься. — Вы мне не всё сказали, — прищурившись, произнесла она. Микото опустила взгляд. — Ты права. Наступила короткая пауза. — Что именно скрываете? Женщина поджала губы, но затем медленно произнесла: — Мы подозреваем нечто большее обычной болезни. Сакура сдвинула брови. — В каком смысле? — До того, как слег, он стал… другим. В характере, поведении. Как будто не он сам. — Болезнь влияет на разум? — Я не уверена. Иногда кажется, что он вообще другой человек. Взгляд, интонации, даже движения. А потом — снова он. Его это тоже пугало. Сакура внимательно смотрела на неё. — Что вы думаете? Микото медлила. Затем, почти шёпотом, сказала: — Я боюсь, что это не просто болезнь. Сакура напряглась. — Вы подозреваете вмешательство извне? Сакура медленно поставила чашку на стол. — Вам стоит говорить прямо, Микото-сан. Женщина подняла глаза, её пальцы чуть крепче сжали ткань кимоно. — Мы подозреваем, что на него наложено что-то… тёмное. Сакура вздохнула и потерла виски. — Проклятье? — Возможно. Или что-то похожее. Мы не знаем наверняка. Микото выглядела так, словно ей было не по себе даже от одного этого признания. — Поэтому ваш лекарь не смог ему помочь? Женщина кивнула. — Он не видел в нём болезни, но он менялся. Иногда это наш Фугаку, а иногда… кто-то другой. Телом он слег несколько дней назад, и в сознание практически не приходит. Сакура обдумывала сказанное будущей свекровью. — Я должна его осмотреть. Если это не болезнь, а нечто магическое, потребуется другой подход. Микото облегчённо кивнула. — Я устрою встречу. Но… Сакура подняла брови. — Что? — Если ты что-то увидишь… что-то, что не должна… будь осторожна. Сакура чуть нахмурилась. — Насколько всё серьёзно? Микото отвела взгляд. — Фугаку… Он был всегда строг, но справедлив. Но теперь временами становится… жестоким. Как будто в нём что-то пробуждается. Сакура нахмурилась. — А Саске? Он знает? — Он подозревает. Но я не хочу, чтобы он вмешивался, пока мы не поймём, что происходит. — И вы считаете, что я смогу это понять? — Ты — Сенджу. Если кто-то и может увидеть правду, так это ты. Сакура глубоко вздохнула. — Хорошо. Но мне нужна будет полная свобода действий. Микото кивнула. — Я сделаю всё возможное. — Тогда сегодня ночью. Женщина немного помедлила, затем поднялась. — Я проведу тебя обратно. Сакура встала, поправляя складки кимоно. Когда Сакура вышла из комнаты, её встретил тёмный, пронзительный взгляд. Саске. Он ждал у дверей, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. — Закончили? — Да, — кивнула она. — Я тебя провожу. Микото вышла следом. — Я собиралась сама её провести, думала ты давно уже в своих покоях. Молодец, сын, будь внимателен к своей невесте, — одобрительно улыбнулась Микото. Сакура поёжилась. Саске не ответил, только коротко взглянул на мать, затем на Сакуру. — Идём. — Спокойной ночи, Микото-сама — тихо сказала она. — Спокойной, Сакура. Увидимся. — взгляд Микото сказал больше чем надо. Ведь встреча будет уже этой ночью. Они двинулись вперед, по коридарам. Сакура ощутила, что Саске бросает на неё взгляды. — Ты выглядишь напряжённой. Она коротко усмехнулась. — Твоя мать рассказала мне достаточно. Теперь покой мне будет только сниться. — О болезни отца? Она остановилась. — Сколько ты знаешь? Саске остановился в двух метрах от неё. Бросил отстраненный взгляд. — Достаточно. Я же не дурак. Давно понял, что происходит. — И ничего не сказал? — Не всё надо говорить, — он подошел ближе. — Хм…Теперь ты знаешь одну из главных тайн клана. В его голосе не было ни упрёка, ни насмешки. Просто факт. Сакура сжала губы, делая шаг назад. «Когда он подошел так близко?» — И что с того? — Теперь, — Саске коснулся пряди её волос, — ты по-настоящему часть этого клана. Его пальцы лениво скользнули по нежно-розовой пряди вниз, затем к шее, оставляя за собой ощущение тепла. Её дыхание сбилось, как будто от его слов в комнате вдруг стало меньше воздуха. Она подняла взгляд, встретившись с его темными глазами. Но теперь в них не было холода. Не было отстранённости. Было что-то другое. Опасное. Обжигающее. — Скажи…Ты ведь знала, что всё будет именно так? — голос Саске прозвучал низко, почти шёпотом. И от этого шёпота по её телу прошла дрожь. Она знала? Что знала? Что их будет непреодолимо тянуть друг к другу? Нет. Как можно было знать, что человек, который до этого смотрел на неё холодно, вдруг станет… таким? Как можно было знать, что тепло его тела будет ощущаться даже сквозь ткань кимоно? Что в этом взгляде появится что-то запретное, что-то, от чего хочется сделать шаг назад — но ещё больше будет тянуть остаться? — Я… — Сакура чуть приоткрыла губы, но голос отказался слушаться. Саске склонился ближе. — Ты ведь чувствуешь это так же, как и я, — он не спрашивал. Он утверждал. Она сглотнула. Да. Чувствовала. Словно сама вселенная вдруг разорвала все границы между ними. Словно воздух больше не существовал. Какой-то дикий, неосознанный зов внутри, что заставлял её остаться, заставлял наклониться ближе. Как будто это было неизбежно. Их губы соприкоснулись на миг. Невесомый поцелуй… Но обоих словно прошиб разряд тока. Воздух стал плотнее, тяжелее. Он вибрировал между ними, магия пробуждалась в ответ на их близость. Сакура чувствовала это каждой клеткой. Тепло от его пальцев, лениво скользящих по её плечу, вдруг вспыхнуло настоящим огнём. По телу пробежала волна, внутри словно что-то щёлкнуло. Сердце забилось быстрее, но не от смущения — от силы. Она замерла, бросая взгляд на свои ладони. Тонкие струйки чакры вспыхнули вдоль пальцев, нежное зеленоватое свечение окутало её руки. Оно было мягким, но наполненным мощью. Как будто её тело вдруг осознало, что может больше, чем раньше. Саске чувствовал то же самое. Тёмные глаза вдруг заискрились, в глубине появилось нечто новое — алые всполохи шарингана. До сих пор она не разу не видела магии Учих. Тонкие молнии пробежали по его руке, на мгновение осветив коридор. Её чакра и его — они переплетались, сталкивались, подчинялись какой-то неведомой силе. Саске прищурился, его пальцы дрогнули на её коже, но он не отстранился. — Чакра реагирует… — он медленно провёл большим пальцем по её ключице, словно проверяя, как изменится свет, если коснуться её чуть иначе. Чакра уже не искрилась, но ощущение силы их не покинуло. Сакура с трудом сглотнула. — Что это было? — Не знаю… — выдохнул Саске. Он не двигался. Сакура тоже. Между ними всё ещё колыхалась сила — их магия сплелась, замыкая пространство вокруг. Сакура и Саске застыли, словно запертые в невидимом барьере, который существовал только для них двоих. Их чакра больше не искрилась, но напряжение осталось. Оно вибрировало в воздухе, пульсировало в их дыхании, в кончиках пальцев. Саске смотрел на неё — неотрывно, пронзительно. Она чувствовала, что он хочет сказать что-то ещё, но не может. Или не хочет. Звук шагов прорезал воздух, как треск стекла. Сакура вздрогнула, отступая назад так резко, что едва не ударилась спиной о стену. Саске моргнул. Глаза, ещё секунду назад наполненные чем-то необъяснимым, вновь стали холодными. Служанка несла поднос с чаем и какими-то свёртками. Увидев их, она замерла, мгновенно отводя глаза. — Простите! — чуть склонилась, явно пытаясь не смущать господ. И завернула в ближайший коридор. Саске выпрямился, убирая руки за спину. Сакура словно очнулась ото сна. Избегая взгляда будущего супруга, пробормотала «Спокойной ночи» и скрылась за дверью. Когда она успела открыть дверь? Не важно. Щеки горели жаром, на теле выступили бусинки пота. Что это, чёрт возьми, было?