Интерлюдия: «Человеческая благодарность»

      Горло аж почти охрипло от длительных разговоров, но это было самой малой из ее проблем, да и терпимой во всех отношениях. В отличие, например, от ужасно чешущейся раны на боку, какая уже перестала кровоточить и страшно болеть, но при этом не желала рассасываться за пару минуток. С другой стороны, стоит только сравнить эту ситуацию с совсем недавней, так и вовсе не проблема оно вообще, а так, мелкая неурядица. А ведь она уже думала – все, отбегалась Лизонька, пришла пора прощаться с жестоким миром. Когда она свалилась оземь прямо перед дверью подъезда, свалилась, не чуя продрогшего и пропитавшегося стылой дрянью тела, не в силах даже ползти... она ни на что уже не надеялась. Только чуть пожалела угасающим разумом о том, что не стала сразу ехать куда-то к военным или полицейским, какие могли бы помочь хотя бы с физической раной.       На голос мальчишки она чуть не выстрелила, но тот предусмотрительно не стал высовываться сам, сначала заговорив, а после укрыв ее своим умением, наличие какого делало его настолько желанным членом любой команды, что можно больше вообще ничем не владеть и ничего не уметь. Но он владел, иначе и не сумел бы спасти ее теперь уже от вполне физической раны, что несла с собой только смерть. Елизавета предполагала, что нормальный человек, а не набравший больше трех с половиной сотен единиц в шкале прогресса Ступени, от такой раны просто умер бы к этому моменту, умер бы еще в машине, не доехав даже до дома. А она, вот, не умерла, доехала, а после и дошагала, упираясь на неожиданно сильную руку мальчишки.       Да уж, тот еще мальчишка... она невольно скосила глазами на умиротворенно спящего уже вполне обычным сном паренька, какой, по ее команде, все-таки стянул с себя верхнюю одежду, не просыпаясь и не приходя в ясное сознание. Не то чтобы она была такой заботливой, но ей не хотелось, чтобы Игорь по утру проснулся разбитым и мокрым, потому что заснул одетым, стащив только куртку и сапоги. Ее расспросы не оставили на пареньке травм, но немного травмировали саму женщину, в первую очередь, повредив ее гордость и чувство собственной значимости! А еще разбудив бесконечную зависть, злую и жгучую – у мальчика было только два Дара, против ее трех, но уж каждый из той двойки стоил как все три ее еще на три умноженные, если не больше! Да ладно уж! Конечно же больше, намного больше!       Если ему верить, а не верить-то причин нет, то он коснулся того шара буквально в первые же секунды, попросту удачно для себя споткнувшись о порожек собственной ванной. Елизавета, увы, потратила некоторое время разглядывая зрительную галлюцинацию, что висела над клавиатурой в очередной раз притащенного домой рабочего ноутбука, прежде чем ткнула в этот шар пальцем, активировав его. Доселе она считала, что вытащила золотой билет, но теперь уже понимала, что очень и очень много она потеряла за те считанные секунды. Как минимум, сынишка Людмилы вытащил билет уже алмазный, не меньше, причем вместе с документами на владение алмазной шахтой. Снова покосившись на беззаботное лицо спящего юноши, она продолжила есть порезанные фрукты и спешно приготовленные бутерброды. С ее фигурой приходилось тщательно следить за диетой и физическими нагрузками, но, помимо прочего, обретение Удела и развитие Ступени изрядно подправило все физические недостатки, какие она не смогла убрать сама.       Снова обновился вернувшийся в спираль Сосуд, уже ее собственный, родной. Женщина несколько секунд думает над тем, не вернуться ли к прерванной беседе, но эту мысль она отбросила – все, что только знал и помнил, мальчишка ей рассказал уже. Самый минимум работы она сделала, тропку и окно в довольно умные, но крайне наивные, мозги своего спасителя благородного проложила, случись что, она сможет ненавязчиво надавить на вложенные установки, вынудив того, например, незаметно для себя развеять защитные благословения. Но полноценная обработка, вроде той, что она провела на своей почившей ныне команде, потребует большего времени, больших сил и нормального состояния здоровья. Ей сейчас самой удается не отключиться в тревожном сне, стоящем в шаге от комы, только за счет зверского голода, какой уснуть не дает!       Елизавета Альбертовна Горицвет, являясь человеком циничным настолько, насколько может быть циником высокооплачиваемый и востребованный юрист, была далека от того сопливого и щенячьего отношения, какое демонстрировал сам мальчишка. Захотел спасти подругу покойной мамочки, нашелся герой, чтоб его! Она с Людмилой, конечно, дружила, немало пережили они в студенческие годы, но, если бы на месте Игоря оказалась давняя подруга, то она бы поступила точно так же. Одно дело проявить заботу о мальчике, какая ничего ей толком не стоит. Даже поспособствовать его успешной карьере, пригласив к себе в фирму по окончанию обучения – у них с Людой действительно были отличные отношения, и она их не забыла. Совсем другое, если на кону стоит буквальное всемогущество, вернее, путь к таковому, а также банальное выживание, ведь грядущий конец света уже давно отсчитывается на таймере.       Женщина только чуть скривилась в раздражении от очередного приступа чесотки вокруг раны, а еще оттого, что не догадалась о способностях юноши раньше. И ведь могла, могла подумать тогда, когда он наткнулся на нее и Валерия посреди ночи, незнамо зачем возвращаясь из ночных гуляний! Могла просто спросить позже, когда зашла к нему, стремясь убрать из его памяти опасную деталь. И убрала, еще испытав странное раздражение оттого, что могла вообще не переживать, ведь мальчишка не обратил на нее внимания тогда. Задать всего один вопрос, и все, совсем все могло бы пойти по-другому! Но нет, она просто оставила ему внушение «беречь себя, высыпаться и правильно питаться», причем не императивное, а послабее, исключительно для улучшения здоровья небезразличного ей индивида.       А ведь будь он с ними в эту ночь, то и Валерий, и Георгий могли бы выжить, она сама не получила бы рану, не оказалась бы перед угрозой гибели. Гибели, какая настигла двух ублюдков, каких она бросила прикрывать собственный отход от толпы вылезших из нарисованных на стенах дверей тварей. Не то чтобы она жалела о гибели обоих мужчин, какие привыкли называть себя Кирпичом и Сиплым, какие сами когда-то прижали ее к стенке и не изнасиловали лишь потому, что она сумела влезть им в головы раньше. А там несложно было убедить и склонить их к «нормальному и ровному сотрудничеству между корешами», прежде чем окончательно завершить подчинение. Они ведь даже не догадались о том, что ее способности отнюдь не такие, какие она описала – чувствовать живых существ и уметь затормозить, чуть ослабить таковых, это лишь верхушка силы ее Скрижалей.       К моменту этой роковой ночи, когда они все же решились наведаться в частный дом распроклятого художника Георгий «Сиплый» Петров был полностью подчиненной ей личностью, а Валерий «Кирпич» Лопаткин вовсе личностью мог считаться весьма условно. Она тогда изрядно перестаралась со своей костяной Скрижалью, только начав ее освоение, но решив не терять времени. Внешне Валерий еще производил впечатление адекватности и наличия рассудка, но в тех фрагментах, какие от сознания остались нашлось место только боевым навыкам, способностям Скрижалей и собачьей верности Елизавете. В некотором роде, он даже стал более эффективным, быстрее реагировал на опасность, а что разучился читать, писать и большую часть жизни забыл напрочь – так он и до этого особо не читал, писал с ошибками, а в жизни его был только сплошной криминал и мутные схемы отжима мобильных телефонов.       Елизавета снова покосилась на спящего юношу, какой спас ее жизнь, спас просто так, всего лишь захотев помочь и не увидев причины отказать в помощи. На того, кто не желал ни ее денег, ни ее тела, ни даже просто взаимного сотрудничества, хотя от последнего он бы не отказался... как и от двух первых пунктов тоже. Разумеется, какой бы бессовестной и циничной тварью не была Елизавета, она имела какие-то остатки если не благодарности, то человечности. Превращать мальчишку в этакого биоробота, способного только выполнять приказы, она точно не станет, даже немного успокоит свою давно покойную и закопанную поглубже совесть, пообещав себе, по возможности, беречь мальчишку и не ломать его разум, только чуть изогнуть в нужную ей сторону.       Все же Игорь оказался на удивление чистым и невинным юношей, даже, она не побоится этого слова, немного милым в своем наивном, но искреннем альтруизме. А еще в том, как смущался от собственных эмоций в ее адрес, ибо пусть Елизавета и была взрослой и опытной женщиной сорока двух лет отроду, но все же приятно знать и видеть, как ее внешность пробуждает чувства в мужском сердце. И не только сердце, чего уж там. Ее даже накрыло странной смесью чуть насмешливой гордости от того, что тот случай сформировал в еще нестойкой психике Игоря его предпочтения. Даже сейчас мальчик невольно выбирает те видео для взрослых, в каких фигурируют красивые женщины постарше его самого.       И ведь она была уверена, на все тысячу из ста, что он тогда специально подглядывал за ней, мелкий негодник! А он, оказывается, не солгал и зашел к ней случайно, подумать только. Елизавета невольно улыбнулась, с некой симпатией поглядев на паренька, ощущая какой-то запредельный для нее приступ доброты. Все же он ее спас, все же без него бы она просто умерла бы нехорошей смертью, все же она его давно-давно знает. Невольно ей даже захотелось пусть не отменить свои планы на новую жертву, но, скажем так, исполнить их максимально мягко, даже нежно. Она ведь видела, как он на нее смотрит, она знает, что он ее отнюдь не платонически хочет. От этой мысли стало еще приятнее для самолюбия, причем совсем не так, как с прошлой парочкой марионеток – одно дело те два моральных урода, какие едва не стали причиной ее смерти, а Игорь – совсем иное.       В случае с Георгием она стимулировала отношение к себе подобно старшему, опытному начальнику, пахану, командиру и даже отцовской фигуре, какой не отказывают и не перечат. Валерий, до своего превращения в почти овощ, получил более простую в наложении собачью верность и пассивность, благо, он и при жизни всегда следовал за лидером и старшим. В принципе, подобный подход и для Игоря вполне себе сработает – мальчик, очевидно, прирожденный ведомый, не имеющий ни амбиций лидера, ни желания лидеру перечить. И все же, и все же... она вспоминала его искренние эмоции, в каких была, конечно, похоть и желание, но в пропорциях не меньших, чем уважение и восхищение женской красотой. Вспоминала и ловила себя на мысли о том, что уже планирует, как построить их дальнейшее общение на этой страстной и полной сладкого желания основе.       Женщина была не сказать что прямо аскетом, не была она ни блюстительницей чистоты, ни непримиримой противницей блуда всякого, но спать предпочитала с мужчинами более зрелыми, взрослыми и опытными. Ну, и заодно не столь худосочными, чего уж там. И тем не менее ей хотелось поступить именно так, как хотелось, она осознавала, что желает этого мальчишку... ну, не столько в постель затянуть, ибо едва ли из него сразу выйдет идеальный любовник с его-то отнюдь не выдающимся опытом. Елизавете хотелось именно соблазнить, медленно и неспешно склонить мальчишку к подчинению, к восхищенному и почтительному послушанию. А еще, понимала она, в этом случае вполне можно будет обойтись даже без кардинальных внушений. Эта мысль пришла внезапно, но она даже удивилась тому, что раньше не поняла очевидного.       Дать мальчику немного ласки, немного страсти, немного обещаний таковой, а он сам шагнет в ее паутину, сам обернется в нее, словно в теплую шаль, и никуда уходить не захочет. Игорь уже рад подчиниться, уже не хочет особо сам выбирать и принимать спорные решения. Она уже отчетливо видела абрис сценария, в каком он сам окажется не против того, чтобы побывать под ее контролем, сам будет желать того. С момента обретения Удела, женщина немало времени потратила на изучения тематики гипноза, нейролингвистического программирования, методики промывки мозгов, какие применялись людьми с разной степенью низкой результативности даже без всякой магии. И не обошла она стороной и феномен эротического гипноза, как такового, узнав о целом жанре эротики и откровенной порнографии, посвященных доминированию над чьим-то разумом и волей. Мягко говоря, не этого она ожидала от своих поисков, но увиденного не развидеть, как сказала бы ныне покойная подруга.       Юноша, сладко спящий на диванчике в гостиной, уже ее желает, уже готов стать ее подручным, готов слушать ее приказы. Нужно будет более подробно допросить его, подсказать несколько подходящих сайтов, видео или историй, чтобы он осознал саму возможность этого, натолкнуть на нужные мысли, помочь сопоставить образ гипнотизерши-соблазнительницы и самой «тети Лизы», а затем... затем будет затем. Сначала нужно выполнить уже задуманное, выжить в течении хотя бы недели и придумать, что именно делать с постепенно скатывающимся в какой-то кошмар городом. А там уже можно будет и посмотреть, можно будет поиграть с доставшимся ей уникальным шансом на куда более быстрое обретение могущества. Дело ведь даже не в его Скрижалях, хоть они и сильны до безумия.       Нет, главная ценность мальчишки в его Дарах, всего двух, но таких сильных, что Елизавете становилось по-детски обидно. Она сумела ухватить в той темноте целых три огонька – один добавил ей дополнительный Лоскут со старта, второй открыл одну дополнительную Скрижаль, тоже со старта, а третий заставил обе Скрижали, изначально открывшиеся при принятии Удела, оформиться со шкалой познания, заполненной на семьдесят пять из сотни. Она доселе считала, что в городе, а то и во всем сходящем с ума мире нет ни единого индивида, какой сумел хотя бы сравниться с ее прогрессом! А теперь у нее на диване в гостиной спит, во сне забывая подробности трехчасового допроса, мальчишка, какой уже прямо сейчас может шагнуть на новую Ступень и познать две из трех своих Скрижалей до полной сотни!       И он будет ее! Целиком будет ей принадлежать! Будет смотреть на ее формы, мечтать еще раз увидеть ее обнаженное тело, будет желать ее, будет подчинятся ей и только ей одной! Женщина сама не замечает, как начинает дышать чаще, как накрывает ее совсем нехарактерное для ее спокойного и флегматичного характера возбуждение. Она распахивает толстый махровый халат, касается кончиками пальцев внутренней стороны груди, проводя ими вдоль ложбинки, поднимаясь обратно и почти уже касаясь затвердевшего под тканью соска... а потом ее накрывает новый приступ чесотки в ране, прогоняя назойливое возбуждение и пошлые мысли.       «Нашла ты, Лизонька, время для рукоблудия!» – Раздраженно и чуть смущенно окорачивает себя крайне амбициозная женщина, получившая шанс свои амбиции воплотить. – «Хватит. Пора немного отдохнуть».       Елизавета Альбертовна качает головой, устало зевает, некультурно запихивая в рот последний кусок бутерброда, силком заставляет себя встать на ноги и почистить зубы, а после уползает в спальню. И там, на мягкой постели, под теплым одеялом, наконец-то поверившая в то, что этот день все-таки закончился, она позволяет себе сомкнуть глаза, погружаясь в такие сладкие и нежные сны, в каких, казалось, она видела своего нового подчиненного, окутанного паутиной ее воли, не замечая того, что сама все плотнее закутывается в темно-бирюзовую с золотым отливом сеть, что прорастает из ее собственной паутины. И будь она не столь уставшей, будь этот сон просто сном, женщина могла бы и удивиться столь странной аллюзии, могла бы заглянуть в свое внутреннее сосредоточие, попытавшись понять причины, опознать следствие... но даже сумей она это сделать, то все равно не нашла бы ничегошеньки подозрительного.       Имя: не заслужено       Ранг: Узнавшая Тайное       Избранный Удел: Очаровательница       Ступень: 0 (364/1000)       Сосуды: 3 (заполненных: 3)       Лоскуты (всего): 4 (свободных: 1)       Благословения: 3 (свободных: 0): Малое Касание Лепестка, Дар Малой Тайны, Пролитый Мед Духовных Садов       Модификации Сути: нет              Скрижаль: Малое Внушение       Понимание: 79/100       Основа: Дух       Яркость: Тусклый       Эффект: позволяет воздействовать на эмоциональную, чувственную или мысленную сферу цели, подавляя или мягко искажая ее волю и естественные желания, либо выплеснуться всей силой Сосуда в чужие мысли и разум, даровав помешательство, лишая сознания или нарушая мыслительный процесс тем или иным способом. Накладывается на цель, истощая один из Сосудов на двадцать минут при мгновенном действии, либо опустошая Сосуд постепенно и неспешно в случае длительного воздействия, заново заполняя его чуть меньше, чем за десять минут. Длительность плавного воздействия зависит от силы и интенсивности внушения, но не может длиться дольше десяти минут, нельзя поддерживать более одного целевого внушения одновременно.       Эффект: позволяет закреплять эффект внушения в разуме и чувствах цели, создавая стойкие паутины указов, какие не могут быть развеяны эффектами стандартных противодействий проклятиям или тонким воздействиям. Позволяет оказывать ограниченное и более слабое воздействие с упором на уже вложенные внушения, не опустошая при этом Сосуд, но только до определенного предела давления на волю и разум цели. Позволяет чувствовать разумы вокруг себя в случае постепенного стравливания силы Сосуда в окружающее пространство, а также легко распознавать те разумы, на какие уже были наложены внушения. Наложенные на цель внушения более гибко подстраиваются под разум цели и тем сильнее рационализируются ею, чем меньше они противоречат ключевым аспектам личности. Длительность плавного внушения не может превышать срока в примерно сорок минут, затраты Сосудов и восстановление оных осталось без изменений.       Эффект: [будет раскрыт при полном понимании Скрижали]       «Воля, подобная каменной стене, сдержит удар тарана, но не остановит клочья невесомого тумана...»              Скрижаль: Малое Искажение Памяти       Понимание: 81/100       Основа: Дух       Яркость: Тусклый       Эффект: позволяет избрать цель и вложить высказанную вслух команду-искажение, какая изменит определенное воспоминание или цепь таковых, меняя ход событий или отношение к таковым, добавляя новое или затирая старое. Накладывается на цель, истощая один из Сосудов примерно на полный час. Позволяет поддерживать работу над памятью цели до двадцати минут, либо выплеснуть всю силу Сосуда в одном неконтролируемом потоке, разрушая память цели хаотичным образом и гарантированно стирая последние несколько часов, дней, недель, месяцев или же секунд, ведь эффект затирания зависит от силы цели, а также от ее готовности к атаке. Воздействие на пребывающую в сознании и готовую к противостоянию цель падает на порядки. Воздействие на уже расслабленную или пребывающую в трансе цель на порядки эффективнее.       Эффект: наложенные эффекты искажения памяти дополняют друг друга и снижают конфликт, а цель инстинктивно старается не задумываться над не расхождениями между собственной памятью и реальностью. Позволяет дополнять, снимать или модифицировать наложенные искажения памяти, укрепляя их, а не повышая уровень конфликта между искажениями. Позволяет накладывать искажение на группу целей, затрачивая дополнительный Сосуд, но при этом эффект воздействия пропорционально ниже числу целей, какое не может быть большим, чем удвоенное число Сосудов. Позволяет не только исказить, но и обновить память, давая вспомнить забытое, даже если эффект забвения имеет мистическую природу. Наложение искажения все еще требует контакта с целью и высказывания вслух, но при этом слова начинают значить куда меньше, чем контакт разумов, благодаря чему можно напрямую контролировать то, как именно память цели изменится в ответ на короткую и лишенную множества подробностей фразу. Длительность накладывания искажения и затраты Сосудов остались без изменений.       Эффект: [будет раскрыт при полном понимании Скрижали]       «Мы те, кем себя помним, по помним ли мы именно себя...»              Скрижаль: Краткий Шаг в Предел Царств: Невесомый Мост Единения Спящим Царством       Понимание: 11/100       Основа: Кость       Яркость: Тусклый       Эффект: позволяет интуитивно создавать ритуальные черты и действия, какие позволяют соединить свое спящее сознание с Пределом Царств, а также нанести отметку на суть избранной цели, какая попадет в Царство Снов вместе с вами. Необходимо наличие духовного слепка, личных вещей, исчерпывающей информации о цели, частиц тела и сущности или хотя бы чего-то одного из перечисленного, для создания стойкой связи. Накладывается на себя и цель, тратя поочередно по одному Сосуду на каждого из визитеров Предела Царств. Создает в Пределе Царств изолированную лакуну, в какой власть над материей сна принадлежит создателю ритуала. Позволяет отыгрывать различные сцены и сценарии, растягивать время сна, а также использовать на разуме и воле цели все имеющиеся Скрижали. Сосуды, затраченные на ритуал, восполняются по пробуждению, Сосуды, используемые внутри Предела Царств, восполняются троекратно быстрее, чем в обычных условиях.       Эффект: [будет раскрыт на освоении 75 единиц понимания]       Эффект: [будет раскрыт при полном понимании Скрижали]       «Уснув собой, пробудятся они теми, кем пожелаешь ты...»