8.

      Проснулся Игорь в настроении пусть не отличном, но хорошем – спалось приятно и мягко, но открыв глаза увидел он классический «незнакомый потолок». Хоть бери и полезай в огромного боевого человекоподобного робота, спасай мир, убивай ходячую гигантскую хтонь, осваивая попутно антинаучные трюки с управлением силовыми полями. А, стоп. Он и так это делает, только что без ОБЧР, исключительно своими силами. Дурацкие мысли не помешали встать с дивана, оценив сложенную рядом одежду верхнюю и наличие на себе лишь семейных трусов да теплой майки. Похоже, его вчера после ритуала не просто срубило, а наглухо вырубило ко всем чертям, если сил не хватило даже доползти до собственной квартиры. Юноша искренне понадеялся, что он не храпел, иначе будет прямо совсем неловко.       - Проснулся? Тогда вставай и иди завтракать, нам многое нужно обсудить. – Елизавета Альбертовна заглянула в гостиную уже полностью одетой в домашние штаны и толстовку, а двигалась она свободно, словно и не была ранена в бок так, что неясно было, доживет ли до утра. – Доставка еды подорожала в разы, но все-таки еще действует, так что завтракать будем не одним только пустым кофе. Хлеб и соль, юноша.       Игорь спорить не стал, дождавшись момента, когда голова женщины скроется за дверью, а после быстро оделся и потопал на кухню. Квартира у Елизаветы Альбертовны была изначально трехкомнатной, а позже была соединена с соседней двушкой, так что места тут хватало. Кухня была большой, светлой и холодной – батареи едва грели, да и вода в кране текла явно не на полный напор. Впрочем, свежие и еще горячие круасаны все равно готовили не тут, а доставляли. Ели молча, стреляя друг в друга настороженными взглядами, храня свои мысли при себе. О чем думала Елизавета Альбертовна парень знать не знал, а сам просто занял выжидательную позицию, ибо сказать ему было нечего, только предложить сотрудничество, но он был уверен, что женщина и сама желает того же.       - Ладно, молчание затянулось, так что начну первой. – Голос у нее все еще охрипший немного, а на лице слишком мало красок, видно, что не до конца она выздоровела. – Мое состояние нынче не идеально, но здоровью не угрожает. Я бы попросила тебя еще раз провести свой ритуал, но уже позже, ближе к вечеру – как раз последние осколки тех временных Сосудов впитаются и растворятся. Теперь же о награде герою. Скажу сразу, экономить не собираюсь, так что готова финансово отблагодарить на любую разумную сумму, код от сейфа ты уже знаешь. Но, я полагаю, нам куда важнее оговорить перспективы дальнейших действий. Мы оба знаем друг друга, ты рос у меня на глазах, и я вполне желаю помочь сыну Людмилы на его тернистом жизненном пути. С учетом наших, хм, новых реалий, не лишним будет начать преодолевать вызовы тяжелых перемен совместно.       Канцелярит в ее словах немного смущал, но суть уловить мог бы и маленький ребенок, так что Игорю оставалось лишь кивнуть, соглашаясь. Наличие того человека, какому можно доверить спину и про какого точно знаешь, что он в ту спину не ударит – это важный и очень нужный момент прокачки. Без пати никакой он не суперспециалист, а просто одиночка, неплохо защищенный, но обреченный на гибель. В идеале, конечно же, познакомить бы Елизавету Альбертовну с Вась-Васем и Евгением, тогда их будет уже четверо и воевать станет куда проще. Только узнать бы мнение Евгения и самой Елизаветы Альбертовны, а также отыскать боевого бомжа или хотя бы его останки.       - Ну, от некоторого количества налички я бы не отказался, мои собственные запасы все ближе ко дну. – Осторожно отвечает он, прикидывая, сколько ему попросить и сколько из запрошенного дадут. – А про совместное развитие, так я только за. Мой класс, то есть, Удел, чтобы без ругательств, не очень хорош в прямом бою, но прекрасно дополняет чужие атаки. Я могу усиливать защиту и атаку союзников, а еще, если заморочусь, добавить временный Сосуд с дополнительным эффектом. Ну, последнее вы уже видели и на себе испытали. Не хочу навязываться, но если мы желаем вместе работать, то неплохо было бы знать, что вы сами можете.       Судя по выражению лица, она не обиделась, а лишь деловито кивнула и принялась объяснять. Выходило так, что Елизавете Альбертовне в плане боевой мощи повезло даже меньше, чем Игорю, ибо там, где он был персонажем поддержки, она была чистым сенсором с толикой ослабляющего контроля – она это еще вчера ему сказала, но сейчас подробнее объяснила. Ну, не самый сильный архетип, да, зато все равно лучше, чем его отсутствие – как минимум наличием собственной тройки Сосудов, на какие можно повесить боевое сияние, например.       Также Игорь осторожно поделился фактором наличия у него контакта как минимум одного союзного и достаточно надежного Возвышающегося, а заодно, уже с чуть большим сомнением, рассказал об эффекте одного из его Даров. Того, что ускоряет развитие Скрижалей не только у него, но у союзников, ведь она и так это заметит, причем скорее раньше, чем позже. В свою очередь Елизавета рассказала о своих Дарах, один из каких добавил ей дополнительный Лоскут и тем самым неплохой потенциал расширения арсенала подарил. Игорь, например, даже позавидовал немного, поскольку всего трех способностей явно не хватало для эффективного построения билда. Но не ему жаловаться на плохие Дары, ибо как раз его парочка играет в долгую и чем дальше по Ступеням, тем жирнее навар да плюшки сытнее.       - В общем, не буду скрывать, что завела речь о Лоскутах не просто так. – Тон у нее деловой и спокойный, он у нее вообще все время такой, что невольно успокаивает и настраивает на деловой подход и самого юношу. – Если у тебя имеется в наличии лампада, желательно тусклая, то я с удовольствием ее приобрету. Не отрицаю, у тебя есть все поводы не желать отдавать столь ценный трофей, сберегая его для последующей перепродажи или себя, раскрывшего новый Лоскут в будущем, но я постараюсь должным образом скомпенсировать траты.       Игорь невольно задумался, проследив взглядом за кистью Елизаветы Альбертовны, какая перебирала пальцами вдоль воротника толстовки, словно вот-вот поведет ладонью вниз, очерчивая пышную грудь... покраснев и отведя глаза, он встретил спокойный и уверенный взгляд ее, чуть смутившись при этом. А встретив, закончил свою мысль и принялся вставать из-за стола, отодвигая стул.       - Да не проблема. Сейчас только спущусь и притащу. – Говорит он, добиваясь проявления эмоций, только не удовлетворения или, там, благодарности, а легкого удивления и даже чуть-чуть шока, какой он встретил веселой и беззаботной улыбкой. – Вам какой вариант лучше – кость или дух? В наличии есть и то, и другое. Считайте, как раз за вот этот завтрак расплачусь.       Елизавета недоуменно поглядела на него, потом на собственные кисти рук, словно пытаясь что-то в них найти, а после этого чуть устало помассировала виски. У юноши сложилось странное впечатление, что у нее что-то в их беседе пошло не по плану и от этого она несколько растерялась. Ну, как растерялась? Растерялась и собралась, ибо не была бы юристом с ого-го какими расценками, если бы ее было легко из колеи выбить на долгий срок.       - Ла-а-а-адно, этого я не ожидала. – Он не знает, чего в ее тоне было больше, то ли благодарности, то ли некоего неодобрения. – Готова была торговаться, аргументы приводить, разные виды оплаты... ты щедр, Игорь, очень щедр. Но, вот что я скажу, напарник мой. Будь с этой щедростью осторожнее – я благодарна тебе и мне выгодны твои действия, но постарайся в будущем и сейчас понимать простую истину. А заключается она в том, что ты задаром отдал мне немалую ценность, какую в деньгах-то оценить едва ли выйдет. Я не против твоего дара, нет, но... попробуй ценить этот дар так же, как я сама. Иначе мне даже неудобно как-то, признаюсь.       Игорь лишь хихикнул, получив в ответ легкую тень укора в строгом взгляде, что и заставил его смешком подавиться, пообещав, дескать, в следующий раз без торга ничего не отдавать, даже ей лично, обязательно требуя платы в ответ. Женщина только покровительственно кивнула, мол, усвоил мальчик свой урок, молодец, возьми из вазочки конфетку. Конфеты, кстати, были вкусные, шоколадные с карамелью, аж тающие во рту. Схватив еще горсточку вкусностей, он спустился в пустую квартиру, вытащив из тайника духовную лампаду. Почему именно духовную? По словам Елизаветы Альбертовны, она в последнем бою остро осознала необходимость более полноценного боевого умения, так что сосредоточит силы именно на его обретении.       Сам же Игорь намеревался пройти эволюции не только Ступени, добитой до тысячи, но и двух из трех Скрижалей, какие добрались до заветной сотни после стычки с тряпочной тварью. Еще он отписался Евгению, окольными путями предложив дальнейший союз с еще одним индивидуумом, но ответа покамест не получил. Поговорив еще немного с Елизаветой Альбертовной, выпив весьма вкусного чаю с базиликом, а также вежливо отклонив предложение проходить рывок в развитии на ее квартире, он вернулся в свои хоромы. Женщина тоже намеревалась пройти принятие Скрижали, но сначала ей было нужно сходить в город по своим делам. Юноша предложил бы ей свой саван для маскировки, но, увы, тот привязался только к нему, и передача в чужие руки не сыграет роли – для нее многогранник останется холодным и бесполезным кусочком непонятной материи, не более.       Оказавшись предоставленным самому себе, он, весело насвистывая прилипчивый мотивчик, приготовил площадку для повышения познания, улегся на спину, а после обратился во внимание на собственную суть. Краткий миг, за какой он успевает бросить внутренний взгляд на все имеющиеся шкалы.       Малый Защитный Оберег: 99/100       Малое Боевое Сияние: 99/100       Легкое Касание Первородных Сил: Даровать Хрупкую Чашу и Телесную Мощь: 69/100       Краткий миг, когда нечто эфемерное, застывшее на краю сознания, резко смещается немного дальше.       Малый Защитный Оберег: 100/100       Это похоже и непохоже на предыдущую эволюцию, в первую очередь потому, что обретение эффекта за сотню единиц шкалы прошло невероятно легко, даже легче, чем прошлое, словно уже давно должно было случится, но он просто тянул время. А вот после, после началось иное, более важное – упершаяся в предел сотни единиц познания Скрижаль словно завибрировала, заскрежетала плохо смазанными шестеренками. Суть оберега, желание защититься и оградить себя от чего-то, от зла, от опасности, от самого мира, в этот миг стала куда яснее, куда четче. Игорь вдруг начал неимоверно полно осознавать таинство, дивную мистерию первородного Знания, какое формировало Скрижаль.       Словно бы в огне сгорает наполненная Знанием шкала, в ней пылают его эксперименты, комбинирования, постоянные попытки чуть расширить пределы границ эффективного применения Скрижали. Эти сто единиц шкалы сгорают и сияют, давая тот самый «свет», что раньше продуцировала лампада. Давая, позволяя увидеть больше и шагнуть туда, за пределы Скрижали, туда, где вертится бесконечная Спираль, где пылают капли Дождя, что льет вверх, где стылая мерзость Изнанки пытается сожрать корни вечного и бесконечного Древа, а злобные древние феи скачут с одной капли на другую, поедая не обещанные стылому озеру миры, но тех, кто их населяет. Этот свет дополняется тем сиянием, что издает его Дар, упрощая, на порядок упрощая шаг вперед. Упрощая, а следом позволяя этот шаг сделать.       Оберег, что разделяет Игоря и мир, что сам делает его небольшим миром внутри мира побольше – суть жажда одиночества и неприкосновенности, защиты теплого очага и крепких стен. Маленький мирок, основой какого есть человек и его представление о самом себе, концепция простая, но от того еще более надежная, глубокая, словно сама Бездна, неотъемлемая от него и неразделимая с ним. Игорь открывает глаза, смотря в потолок пустыми зрачками, что сжались в маленькие точки, смотрит, но видит совсем иное, видит и, наконец-то, понимает.       Скрижаль: Замкнутый Защитный Оберег       Понимание: 0/100       Основа: Дух       Яркость: Сияющий       Эффект (тусклый): создает защитный слой стабильной энергии, пассивно уберегающей от малого физического вреда, но способный в едином порыве выгореть, отражая разовый значимый вред физический, или меньший вред энергетический. Накладывается на себя или на цель, истощая один из Сосудов на десять минут, либо на половину этого срока, если наложен на себя. Действует чуть более двух часов, нельзя наложить на цель более одного раза.       Эффект (тусклый): позволяет накладывать дополнительный оберег поверх первого, вплоть до трех слоев, где каждый следующий слой оберега активируется сразу же после разрушения предыдущего, принимая на себя остатки атаки, а также тасовать и менять местами очередность наложенных оберегов. В момент распада оберега дополнительно поглощает значимый атакующий импульс, распадаясь вместе с атакой. Позволяет подстраивать защиту оберега значительно усиливая защиту от избранного типа физического или энергетического урона, ценой некоторого ослабления всех остальных типов сопротивления. Действует чуть больше трех часов, отсчет времени существует лишь для верхнего слоя оберегов. Затраты Сосудов и восстановление оных остались без изменений.       Эффект (тусклый): увеличивает количество слоев оберега до пяти, позволяя тем произвольно и автоматически меняться местами друг с другом, подставляя под удар тот из них, какой максимально приспособлен отражать конкретный тип агрессивного воздействия. Каждый оберег может в момент распада подарить одно мгновение неуязвимости близкой к абсолютной, поглощая любую разовую атаку и возвращая часть ее тому, кто нанес разрушивший оберег удар. Позволяет накладывать обереги на неодушевленные предметы, но эффективность оберега в таком случает равна примерно трети от общей мощности. Расширяет диапазон настройки оберега, позволяя приспосабливать его даже к весьма экзотическим типам атак, при этом не ослабляя общую защиту, а лишь усиливая специфицированное сопротивление. Действует чуть больше трех часов, отсчет времени существует лишь для верхнего слоя оберега. Затраты Сосудов и восстановление оных остались без изменений.       Эффект (сияющий): позволяет накладывать эффект оберега в виде замкнутой фигуры, укрывая сразу целую группу целей и определенное пространство вокруг, вкладывая при этом один дополнительный Сосуд. Позволяет на тех же условиях накладывать оберег на территорию, если та очерчена стенами, естественными преградами или просто нарисованной линией. Базовый и продвинутый замкнутый оберег отсекает энергетический, информационный и эфирный фон, в значимой мере скрывая цель от сканирующих эффектов, мистического поиска и некоторых иных эффектов. При наложении оберега на себя опустошается лишь один Сосуд, повторные наложения слоев оберега не опустошают новых Сосудов, покуда стоит хоть один из оберегов. При повторном наложении оберега на иную цель высок, но не гарантирован, шанс наложить следующий слой оберега без опустошения Сосуда. Наложенный на себя оберег не рассеивается со временем, наложенные на иные цели обереги рассеиваются спустя примерно двадцать часов, тогда как отсчет времени действует лишь для верхнего слоя оберега.       Эффект (сияющий): [будет раскрыт на освоении 75 единиц понимания]       Эффект (сияющий): [будет раскрыт на освоении 85 единиц понимания]       Эффект (сияющий): [будет раскрыт при полном понимании Скрижали]       «Защити меня, убереги меня, храни меня, спаси меня, не покидай меня...»       Сказать, что Игорь приятно удивился, будет изрядным преуменьшением его мнения, ибо он, конечно, предполагал взрывной рост с каждым последующим раскрытием эффекта, но не до такой же степени. Фактический двойной прорыв превратил и без того крайне опасную способность в настоящую имбу, мать ее! Благодаря третьему усилению он теперь был способен принимать на оберег бронебойные выстрелы танка вообще без проблем, просто потому, что после пары выстрелов танк сам себя расшибет об его активную, так ее, защиту. Возможность укреплять неодушевленные цели была не столь полезна, но, очевидно, этот эффект был необходим для эволюции в сияющий вариант. А еще была автоматическая и тоже активная защита, какая тасовала обереги максимально выгодным для Игоря образом в пассивном режиме, благодаря чему даже самый внезапный удар будет принят на тот слой защиты, какой лучше всего этому удару противостоит. Или противостоит хоть как-то. Что касается гибкости настроек и фильтров, конечно же, придется еще дополнительно проверить, ибо работы там отсюда и до лета, но он уже в приятном предвкушении.       Но там, где он был в восторге от третьего эффекта тусклой яркости, то даже первый из сияющих эффектов оставил какую-то радостную истерику, не меньше. Плевать на возможность укреплять территорию или прикрывать целую группу, плевать на общее усиление оберега, благодаря какому Игорь, как ему обосновано казалось, мог перестать бояться стрелкового оружия вообще, плевать даже на возможность маскировать себя и других без использования савана. Причем маскировать не только от стандартной засветки спирали, какая реагирует на силу Изнанки, но и от полноценных сканирующих способностей! Все равно плевать. Важно иное – слои защиты перестали спадать с Игоря сами по себе, а еще он теперь может защищать себя едва ли не бесконечно, если хватит концентрации на постоянные активации оберега.       Опустошать Сосуд нужно только на самый первый слой, а дальше... при уже текущей степени защищенности, при возможности не тратить Сосуды на новые и новые слои защиты... черт возьми, да он же может буквально гулять под огнем артиллерии, минному полю и горящей земле одновременно и за ухом не почесаться! Снимет один слой? Так и плевать, он его мгновенно восстановит забесплатно! Разница в силе между тусклым и сияющим грейдом Скрижали оказалась просто несравнима. Даже стало жаль на миг, что он не принял изначально вовсе гаснущую Скрижаль. Правда тут же из глубины души пришло понимание, четкое осознание того, что он ошибается. Потому что да, у Скрижалей, какие развиты с нуля, несомненно, есть много побочных эффектов, какие делают их гибче и более индивидуально настроенными под Возвышающегося. Но такие Скрижали все-таки заметно, процентов на тридцать, если образы расшифровать, слабее равной по яркости изначальной Скрижали.       Так что повышать уже имеющуюся яркость можно и нужно, но при выборе между более яркой и менее яркой лампадой лучше использовать более яркую. Потому что полученная Скрижаль изначально сияющего грейда будет заметно сильнее, более концептуальной, если хотите, чем выращенная из низкой яркости. А приобретение индивидуальных эффектов для столь яркой Скрижали вопрос времени, просто они будут изначально указаны в первичном описании, либо вовсе станут чем-то вроде само собою разумеющихся эффектов. Например, даже получи он свой замкнутый оберег уже на сияющей яркости, то все равно бы смог проводить гибкую настройку и накладывать его эффекты на неодушевленные цели, просто для оберега эти умения были бы включены в «стартовый пакет».       На фоне подобного усиления желание пройти схожую эволюцию для второй духовной Скрижали стало почти нестерпимым. Игорю пришлось силком заставить себя встать, а затем попить водички и немного размяться, прежде чем снова улечься на матрас посреди пола. Холодно было, кстати, ведь батареи за время его плавания в Эмпиреях Тайн успешно лишились остатков тепла – отопление в городе приказало-таки жить долго и счастливо. Но всякой истории было начало и конец, вот имелись таковые и у его подготовки. Не пытаясь исследовать новые свойства оберега, - знал, что тогда залипнет на пару дней минимум, - юноша улегся и принялся за работу над сиянием, уже предвкушая новые радости. А еще мандраж испытывая, ибо пусть он без особого труда преодолел эту преграду и не только завершил постижение Скрижали, но еще и провел ее через полноценную эволюцию, но это было тогда. Нужно было повторить на бис, а в случае ошибки, понимал он, Скрижаль так и останется в тусклом состоянии, только что с третьим дополнительным эффектом.       В теории, подтверждаемой смутными образами справки, это не абсолютный провал, даже наоборот. В нормальных условиях как раз обычно закрываешь Скрижаль до предела, а после ищешь способ ее развить до нового ранга. Ищешь подходящую добычу или нечто в этом роде, ищешь какие-то тайны или просто копишь Знание, чтобы заново перенастроить свою способность на нечто новое. Это просто он, как обладающий двумя очень качественными синергичными Дарами, какие так и тянуло называть читерством, несколько зажрался. А если уж откровенно, то зажрался он вовсе не «несколько», а хорошо так зажрался.       Скрижаль: Сияние Боевого Единства       Понимание: 0/100       Основа: Дух       Яркость: Сияющий       Эффект (тусклый): создает вокруг цели стабильную ауру Аспекта Света, пассивно ослабляющую негативные эффекты и влияние территории, а также усиливающую каждый удар или атакующее действие цели использованным Аспектом. Накладывается на себя или на цель, истощая один из Сосудов на десять минут, автоматически блокируя один из Сосудов либо носителю эффекта, либо его создателю. Эффект подпитывается от заблокированного сосуда и не может рассеяться просто от течения времени до тех пор, пока создатель эффекта и цель пребывают в сознании.       Эффект (тусклый): позволяет без труда проводить ауру Аспекта Света через оружие дистанционного типа или атаковать чистой энергией Аспекта на небольшой дистанции. Накладываемое Сиянием усиление теперь защищает не только от негативных эффектов, но и от физических или измененных энергией ядов, позволяет обходиться без дыхания и очищать тела от болезней. Позволяет мгновенно разрушить эффект Сияния на себе или цели, разом выпуская значительно усиленную мощь Сияния, нанося урон избранным целям или вообще всему вокруг, ценою опустошения поддерживающего эффект Сосуда на срок около полутора часов.       Эффект (тусклый): позволяет вкладывать заряд Сияния в неживые цели или на местность, подпитывая эффект от собственного Сосуда, а также использовать эти цели в качестве атакующих концентраторов для высвобождения Сияния. Значительно усиливает чистоту Аспекта Света, благодаря чему Сияние приобретает черты ослабляющего поля заражающего типа, причиняя тем больше вреда и неудобств противнику, чем дольше таковой пребывает в зоне контроля Сияния. Позволяет накапливать и концентрировать пробивную мощь Сияния в одной точке, вкладывая предельный импульс атаки в указанную точку. Единожды в планетарные сутки позволяет провести высвобождение Сияния не опустошив Сосуд, но мгновенно его восполнив.       Эффект (сияющий): объединяет все цели под эффектом Сияния в связанную формацию, где каждая цель взаимно усиливает сопротивление и ослабление любых негативных эффектов друг другу. Воздействие эффекта Сияния на вражеские цели может вызвать эффект выжигания силы в Сосудах противника, если таковые имеются, либо выжечь тонкие тела и нутро тела физического, если Сосудов, способных помешать этому, нет. Скрижали и способности Уделов целей, пребывающих под эффектом Сияния, перестают наносить урон друг другу, покуда создатель Сияния не возжелает этот эффект преодолеть. При высвобождении заряда Сияния есть возможность высвободить силы в остальных заряженных Сиянием Сосудах, но опустошен будет только тот Сосуд, какой оказался первым в цепи. Единожды в планетарные сутки высвобождение Сияния не опустошит Сосуд, но, наоборот, восстановит заряды Сосудов всех целей, какие пребывали под эффектом Сияния.       Эффект (сияющий): [будет раскрыт на освоении 75 единиц понимания]       Эффект (сияющий): [будет раскрыт на освоении 85 единиц понимания]       Эффект (сияющий): [будет раскрыт при полном понимании Скрижали]       «Мы станем твоим Светом, и верным Мечом, тебе молвить лишь нужно, кому быть Палачом...»       В этот раз прийти в себя оказалось несколько сложнее, поскольку сам прорыв на сияющий ранг дался ощутимо тяжелее, не то в силу того, что эта Скрижаль долгое время отставала от первой, не то сказалось волнение перед началом процесса и постоянная боязнь ошибиться. Как бы оно ни было, но он справился, причем в этот раз, учтя полученный опыт, сумел оптимизировать действия и не тратить запас сгорающего в огне потенциала на ошибочные решения. Обновленная и перепаянная в нечто новое Скрижаль тоже обещала ему исключительно хорошее, пусть даже большая часть трюков раскрывалась только при работе в группе. С другой стороны, а не группу ли он себе так старательно ищет, уже немало сделав для того, чтобы ее собрать? Ага. И еще больше не сделав.       Ладно, к черту это все.       Тусклый прорыв позволил создавать своеобразные мины-заряды-гранаты, какие вполне можно будет подрывать дистанционно – он еще с самого начала шкалы познания мог чувствовать тех, на кого наложил благословение. Не трудно догадаться, что он и какой-то камушек тоже почует с большой дистанции. Насколько большой пока неясно – доселе хомяков или Борислава Геннадьевича он чуял хоть бы и с соседнего квартала, пусть даже и понемногу все слабее ощущал. Сейчас, после сдвоенного усиления, он предполагал, что сможет взорвать свой заряд даже с другого конца города, если не страны. Не менее важным было то, что сначала тусклый, а после и сияющий эффект превратили сияние из простого усиления в своеобразный дебафф, постепенно нагнетающееся проклятие, какое эффективно в первую очередь против тварей, но и носящим Сосуды в себе индивидам тоже хреново станет.       Выжигание энергетики и разрушение Сосудов, блин!       Он ощущал в этих образах двойственную природу – это одновременно и принудительное опустошение таковых, не дающее восполнить заряды, но и полноценное разрушение Сосуда вообще, если достаточно сильно ударить. Без всяких теорий, - хотя проверить лишний раз все же стоило бы, - он был уверен в том, что сможет сделать Возвышающегося снова человеком. Большей мерой. Все же даже без Сосудов у такого индивида останется спираль, Удел, Лоскуты и Скрижали. Впрочем, это не значит, что нет способа повредить и остальные части чужого Возвышения, окончательно сделав смертным будущего нагибателя. Или, скорее, убив огромным количеством травм.        Игорю в один момент еще сильнее расхотелось связываться с властями, причем любыми, абсолютно любыми. Ибо если возможность выжигать сверхспособности есть у него, то и у них есть, либо появится раньше, али позже. А зная человечность, доброту и заботу о правах гражданского населения в умах да сердцах правящих упырей... в общем, против всех, кто не прямо верный с гарантией, такую практику применять будут. Ну, либо готовься становиться в позу, демонстрировать верность и лизать задницу, тогда тебя тоже пощадят и, быть может, станешь не к стенке, а в расстрельную команду. Поначалу. Прежде чем придет черед расстреливать тех, кто расстреливал предыдущих расстрелянных. Ну не видел он версии, в какой такую силу, делающего даже только начинающего Возвышающегося ходячим танком, оставят неблагонадежному элементу вне огромного ошейника. Просто не видел.       Игорь не считал себя подростком-максималистом, но предпочитал оценивать мир с точки зрения опытного пессимиста, крайне редко разочаровываясь в выбранной точке зрения. И ему не хотелось лизать задницы сферическим в вакууме упырям, чтобы ему позволили жить и служить, неважно кому. Не хотелось, не после того, как столько пережил, столько раз едва не подох ради своей силы, столько дерьма увидел. Так что нет, нетушки, никак. Пока его за задницу не возьмут и не наведут на оную задницу дуло танковой пушки, он предпочтет играть в «тайного героя-бунтаря», а не «государственного героя-порученца». Очень ему запомнился тот белобрысый чувак в униформе, какого таскал за собой Мамалыгин, и какого он последними словами покрыл тогда во дворе, словно именно парень был виноват в том, что общение с очередным Возвышающимся свелось к бойне.       Нет, он мог быть и виноват, но Игорь не желал иметь над собой такого начальника, вообще любого начальника, если только не выберет оное начальство сам.       Из оставшихся эффектов самым полезным, вероятно, вообще наиболее полезным из всех, была возможность быстрой перезарядки Сосудов за счет высвобождения сияния. Что себе самому, что всей возможной группе – вот это очень полезно, так как буквально умножает боевой потенциал, причем не вдвое даже, а больше. Остальное все-таки требует наличия слаженной команды, даже возможность концентрировать всю мощь сияния в одной атакующей точке-формации. Сразу вспомнился Евгений и его молнии. Если он сможет в эту молнию влить всю мощь закрепленного за сиянием Сосуда, то там можно будет просто разрывать не то что стены, но и тяжелую бронетехнику. Ну, не разрывать, а прожигать насквозь.       Юноша попил воды, поглядел в понемногу собирающийся вечер за окном, осознавая, что он почти весь день потратил на свое возвышение, затем быстро перекусил спешно сделанным салатом с ветчиной, и перешел к самому последнему заданию на сегодня. Повышать Ступень решил на том же месте, причем очень вовремя решил, потому как пленка-защита, созданная меткой, уже почти иссякла и совсем скоро он должен был бы начать терять накопленную силу. Шкала Ступени была не про познание, там основой являлся тот самый радужный туман, накопленная Возвышающимся и очищенная самим миром сила Изнанки, буквальная квинтэссенция «экспы», как таковой.       Он знал, как нужно действовать, это знание было близким к инстинктам, подобно тому, как делает первый вдох новорожденный ребенок, издавая первый крик, подобно тому, как начинаешь плыть или держаться на воде, стоит только подавить первичную панику. В этот раз концентратором перемен становятся не перекрытые Скрижалями Лоскуты, а основа его Удела, сосредоточенный вдоль позвоночника стержень полученной специализации. Снова сгорает в бездымном огне собранный потенциал, горит и растекается вокруг радужный туман и юноша понимает, что если сейчас не справится, то ему придется набирать всю шкалу в тысячу делений заново. Останутся на месте физические характеристики, улучшения тела, но вот заполнение шкалы станет нулевым и заполнять ее для шага через Ступень нужно будет от самого старта. Горят, сгорают, накаляются, обращаются в золотистые капли нити тумана, что текут вдоль позвоночника раскаленным железом.       Это не боль, пусть ему и стало чертовски больно в какой-то момент.       Это и не блаженство, пусть даже огненная агония кажется приятной.       Прорываясь через вязкую и прочную преграду, что будто бы обернула его в слой вакуумной упаковки, Игорь ощущает, как часть тех золотых капель раскаленного металла стекает к груди, попадает в Спираль, формируясь, сплавляясь в два обжигающих комка, прогоняющих стылую мерзость Изнанки своим жаром. Два новых Сосуда встают на место, начинают кружиться в орбите спирали и парень радуется тому, что додумался разрушить хрупкие Сосуды ритуального усиления заранее, иначе сейчас могло бы случится непредсказуемое. Еще мгновение, и первый цикл падения в спираль завершился, оба Сосуда вспыхивают нестерпимым жаром, казалось, выжигая внутренности до самых костей, окончательно вставая на месте и теперь он не только ощущает их присутствие, но и может контролировать их, использовать в любой из своих Скрижалей.       Сформированы дополнительные Сосуды: 2 (всего: 7)       Боль сравнима с агонией и экстазом сразу – описать ее невозможно, в ней смешано отчаяние гибели и радость нового рождения, словно Игорь решил закосплеить мифического феникса и переродиться в пламени. У него тут какой, блядь, жанр? Городской хоррор с элементами РеалРПГ или триждыблядская культивация в лучших традициях нефритовых жезлов? Злость на себя, на окружение, на всю ситуацию в целом помогала не потерять себя в бушующих ощущениях, держаться цели, поставленной перед самим собой. Раскаленное золото его трансформации течет вверх по позвоночнику, достигая головы и проникая в глазницы, брызнувшие слезами в ту же секунду, словно промышленную нарезку лука совместили с марафоном просматривания Хатико.       В глазах раскаленное золото, но глаза не сгорают, они будто бы переплавляются, в них, в самих зрачках, формируется некая структура, направляемая самим Уделом, максимально естественная. Словно дерево, на каком обязан вырасти новый лист, не может не вырасти, пока дерево живо и еще растет. Это изменение, эта модификация, она неразрывно связана с самой сутью Возвышения, без нее дальнейшее развитие не то чтобы невозможно, но изрядно затруднено. Ее отсутствие – не норма, но отклонение, а он, к счастью, вполне нормален, лишенный вредных девиаций. Снова образы статус-листа подсказывают то, что он понимает и без них, оформляют зыбкие чувства и наития в четкие слова, краткое и ясное описание, какого ему так не хватает.       Получена Модификация Сути (Первая Ступень): Глаза Чтеца I       Теперь он сможет, - так говорит ему все тот же инстинкт, - видеть Ступень и Ранг каждого Возвышающегося, если только их сущность намеренно не скрыта, причем особо стараться в этом сокрытии не нужно, справится и его оберег, и активированный саван. Это даже не сканер, а способ опознавать друг друга, показать себя и увидеть того, на кого смотришь. Потому что это не уникальная черта Игоря, нет. Любой Возвышающийся, что перешагнул с нулевой Ступени на первую получает точно ту же Модификацию Сути. Эта же модификация позволит ему видеть Ступень и Ранг не только коллег, но и всевозможных тварей, какие не станут скрывать свое присутствие. Только вот многие из них, - тут не подсказка через образы, тут Игорь сам догадывается, - однозначно попытаются себя спрятать от такого трюка. И нужно будет либо повышать ранг Модификации, либо полагаться на чутье Изнанки, либо просто на интуицию.       А последние капли золота, причем в числе немалом, концентрируются в позвоночнике, готовясь занять один из позвонков, стать основой второй Модификации. Потому что первая из них – обязательная и стандартная для каждого, кто достигает той или иной Ступени, словно процесс взросления какой-то. Вторая же – основана на самой сути Удела и для каждого Удела раскрыты свои варианты. Это варианты он на миг, на одно мгновение, и узрел, подобно тому, как видел бесконечность вариантов выбора Скрижали, когда пробивал Лоскут и зажигал лампаду. Юноше трудно успеть осознать все и сразу, но несколько вариантов, наиболее близких, наиболее подходящих его Уделу, Ступени и Рангу он узрел. И выделил среди них тот, какой был самым ослепительно-сияющим, самым правильным здесь и сейчас.       Можно сказать, критически важным для его планов.       Получена Модификация Сути (Первая Грань Удела): Связующая Нить I       Это – опора и основа Удела Знаменоносца, без какого он не сможет использовать немалую часть своих сильных сторон, тогда как никто не помешает противнику надавить на стороны слабые. Эти нити, эфемерные и нереальные, он может протянуть к участникам своей «группы», фактически оную группу формируя. Благодаря этому он всегда будет знать их местоположение и наполненность Сосудов, пока они сами не захотят связь прервать. Через эти нити он сможет направить свои благословения вслепую, причем не так, как сейчас, преодолевая огромные трудности и точно зная, где находится цель, а хоть через несколько кварталов. А еще нити помогут распределить потоки радужного тумана, разделить их поровну, добавить экспы отстающему или убавить вырвавшемуся вперед. Опять же, только пока состоящие в связи не захотят ниточку оборвать.       Последние капли раскаленного золота застыли, приняли финальную форму и перестали бурлить, перестали угрожать сжечь не накопленный туман, а саму суть попытавшегося прорваться малолетнего долбодятла. Справедливости ради, он прошелся не по краю, а так, лишь подошел к нему, постоял немного на безопасном расстоянии, да и пошел дальше. Потому что у него была парочка удивительно мощных Даров, ведь без нее быть ему калекой или просто сгореть изнутри, не сумев удержать столько раскаленного злата, имея в запасе слишком мало радужного тумана, что горит вместо Возвышающегося в момент прорыва. А все потому, что надо было сначала повышать Ступень, а потом яркость Скрижали, блин! Да, сначала пройдя эволюцию Скрижалей, он получил некоторые преимущества, в частности, сам прорыв Скрижалей дался легче.       Но.       Но!       Чем выше Ступень в пределах Ранга, тем сложнее прорывать Скрижали на новые границы яркости. А чем выше яркость Скрижалей, тем тяжелее будет даваться прорыв на новые Ступени. Скорее всего, нормальным и правильным вариантом решения этой проблемы будет сначала повысить до упора Ступень, перейдя на новый Ранг. А уже на нулевой или первой Ступени нового Ранга, пройти повышение Скрижалей, какие уже не будут слишком развитыми для Ранга. Собственно, кто-то без его Даров только так бы и мог поступить, потому что нельзя взять и познать Скрижаль до сотни единиц шкалы, не достигнув первой Ступени, просто нереально, не бывает так. Его супер-офигенные Дары пусть и не угробили юношу, но осложнили ему жизнь отсутствием внятных мануалов – вложенные самим Уделом инстинкты рассчитаны на стандартного Возвышающегося, без его особенностей. В дальнейшем ему стоит учесть этот фактор и не спешить повышать яркость Скрижалей своих, ну, кроме ритуала. Ритуал он потянет сделать Сияющим даже с текущим гандикапом, а вот обе духовные способности можно попытаться познать до сотни, но не перешагивать сразу два рубежа, как он по дурости сделал.       С усталым таким пыхтением, юноша встает на ноги и начинает разминку, заодно готовя себе чай. В который раз за последние дни он поражается тишине за окном, словно с наступлением ночи город действительно замирает. Интересно, это ему показалось, или в окне мелькнула рыжая тень Борислава Геннадьевича, какой ныне вполне может считаться самым могучим котом на планете Земля? Вот уж будет юмор, если он станет аналогом какого-то архимага! Еще больший юмор сокрыт в самом факте того, что из тварей можно выбивать новые сверкающие сферы, какие делают простых людей начинающими Возвышающимися. Если так дальше пойдет, если распространение скверны Изнанки не выйдет за пределы города, то сам город превратится в смесь Чернобыльской Зоны из Сталкера, нового Клондайка и охраняемого заповедника. Это же фактическая возможность поставить создание сверхлюдей на поток. Нестабильный, зависящий от объемов добываемого сырья, все еще висящий под дамокловым мечом тикающего таймера конца света, но конвейер.       На миг юноше вообразился мир, в каком войны и шпионаж ведутся с применением не только всех чудес современной промышленности и науки, но и чудесами Скрижалей. От увиденного он невольно содрогнулся и пошел одеваться, отправляясь в гости наверх – Елизавета Альбертовна его уже наверняка заждалась, да и сама она пусть похвастается своей новой способностью. Если ей все же удалось добыть боевую Скрижаль, то это поменяет очень и очень многое в их дальнейшем развитии. Опять же, нужно будет предложить связаться с ней нитью, чтобы на полную активировать свойство Дара помогать в познании не только Игорю, но и его соратникам.       Со скрипом отворилась дверь в подъезд, выглядя пастью древнего чудовища – кто-то опять выкрутил лампочку в подъезде.       Весьма вероятный конец света, грядущие перемены и приход системы, катаклизмы и волнения – это все тлен, ведь некоторые вещи, к сожалению, остаются воистину вечными.       

***

      - Можно считать это эффектом смеси усыпления и парализации. – В голосе весьма усталой Елизаветы Альбертовны присутствует нешуточное довольство, а не только утомление. – Я и раньше могла ослабить, замедлить или вынудить сознание потерять, но не настолько качественно. Здесь же... эта Скрижаль именно для атаки и боя создана. Пусть не без недостатков, но этот трюк крайне хорош, признаюсь и похвастаюсь. Из слабых мест могу указать на деактивацию при получении серьезного урона, а из сильных – на частичное игнорирование стандартных защит.       Они сидят за кофейным столиком, употребляя какие-то незаконные объемы кофе со сливками, уже успев похвастаться новыми умениями друг другу, а также связать себя новой Модификацией. Игорь теперь ощущал положение и состояние своей соратницы неимоверно четко и был уверен, что наложить на нее оберег он сможет вообще в любой момент, прямой контакт не нужен. Женщина позволила укрыть себя всеми пятью слоями защиты, сейчас оценивающе прислушиваясь к себе, анализируя полученное благословение. Усиливать ее сиянием он пока что, по ее же просьбе, не стал, ибо она хотела сначала разобраться с защитой, прежде чем анализировать усиление атаки.       - Я все еще уверен, что вы сможете на мне же тренировать новый трюк, как и остальные тоже. – Говорит он, пожимая плечами, причем даже не кривит душой и не делает из себя икону самопожертвования, будучи увереным в своей защите. – На текущем ранге мой оберег легко отразит прямой удар. Любой удар. Без обид, но... я просто описать не могу эту разницу. Между тусклым и сияющим рангом. Чувствую себя всемогущим и понимаю, что это опасно, но все равно чувствую. Не зазвездиться бы.       В ответ только саркастический взгляд из-под прикрывшей лицо чашки кофе, а также осуждающее покачивание головой. Видимо, его самоуверенность пусть не обидела все еще пребывающую на нулевой Ступени женщину, но изрядно раздражала. И он ее даже понимал, ведь его тоже раздражала бы на ее месте.       - Все-таки я бы сначала проверила на хомяках, как ты уже делал раньше. – Задумчивость в ее тоне явно сдвинулась в сторону его собственного мнения, сменив категорическое отрицание. – Но... ладно, я ударю. Единожды и постараюсь бить не в полную силу. Опять же, на текущем прогрессе познания этот удар не столь силен. Но следи за собою внимательней, я не хочу причинить вред.       От такой заботы стало даже несколько тепло на душе, так что заверял он ее в том, что будет предельно собранным и осторожным, будучи абсолютно искренним. Первая атака оказалась самой эффективной, ибо частичное игнорирование защиты, видимо, являлось основным свойством атакующего воздействия – оберег сработал, но не до конца, даже несмотря на разницу в силе. Прошла сквозь него буквально капля, совсем немного, но Игорь ощутил, как мир вокруг него ускоряется, становится невероятно быстрым. Разогналась стрелка часов, когда минутная стрелка стала двигаться так, чтобы уложиться в пару секунд, но, спустя еще миг, сработало сияние, срывая марево укрывшей разум пелены.       Очень странная штука, какая действительно была не сном и не параличом, а искажением субъективного времени и самосознания во временном потоке. Он не стал думать медленнее для себя самого, но на деле, прежде чем сбросить атаку, он завис почти на пять секунд. С его точки зрения, он мгновенно сбросил воздействие, но на деле Игорь преступно завис, встал на паузу, пока остальной мир двигался с прежней скоростью. И это не было изменением временного потока или прямым ударом по энергетическому телу, скорее игрой с субъективностью. Вероятно, сама того не осознав, Елизавета Альбертовна сумела вывести изначально неприспособленный к бою Удел на линию атак по разуму и восприятию. Способности столь же коварны, сколь и опасны – будь такие таланты у того же Евгения, хрена с два Игорь бы решился с ним вступать в союз, пусть и ситуативный.       Потратив некоторое время на то, чтобы убедить женщину в собственном здравии, благополучии и отсутствии перманентных травм, он занялся настройкой оберега под новые условия. И настроил, ведь было в этой атаке что-то от трюков той твари в ларьке или вопля изувеченной вивисектором трупотвари на заброшке. Было с чем работать и новую атаку он отразил буквально за секунду, даже меньше. Легкая пауза и заминка – вот и весь результат, вот и вся цена потраченному полному заряду Сосуда. Только вот Елизавета Альбертовна не расстроилась и не разочаровалась, а едва ли не сияла от счастья, смотря на Игоря нечитаемым, но позитивным, преимущественно взглядом.       - Три пункта, Игорь! Три! За всего-то две попытки! – Она даже сидеть не смогла, принявшись ходить кругами по комнате и бурно жестикулировать. – Я так старалась! Жила по таймеру, каждую минуту, даже посреди ночи, бывало, просыпалась, чтобы применить Скрижаль по откату! А тут... господи-боже, или во что нам теперь верить, это просто нечто! Игорь, ты уж извини, но ближайшие дни я от тебя не отстану ни при каких условиях. Это просто... просто прекрасный, лучший, идеальный ход событий!       И тут она его обняла, порывисто и явно на эмоциях, вжав невысокого так-то юношу в свою пышную и мягкую грудь. Тот даже не замычал протестующе, хотя не был любителем внезапного тактильного контакта, а просто замер кроликом перед удавом, аж покуда она не отстранилась, причем он готов поклясться, у нее тоже промелькнуло на лице смущение собственным эмоциям. У нее! У, мать ее, Елизаветы Альбертовны, какую даже на работе называли исключительно эпитетами, синонимичными словосочетанию «Железобетонная Скотина»! Юноша как-то сходу ощутил, что если сейчас прокомментирует этот момент каким-то смешным каламбуром, то имеет все шансы вылететь из окна. Ему это, конечно же, не повредит, но приятного все равно мало.       - Ладно. Ла-а-а-а-дно. Уже почти утро, сегодня у меня выходной, да и фирму уже, считай, перевели на дистанционный формат. А если откровенно, то закрыли и вывезли все и всех из города. – Деловитое, как ни в чем ни бывало, озвучивание планов, похоже, помогло собраться не только ей, но и Игорю тоже. – Предложу тебе перенести свой ноутбук сюда, заодно тренируя новые эффекты своих Скрижалей. Совместная отработка, так сказать. Не хочу навязываться, но я испытываю сильнейшее желание поскорее начать собирать плоды твоего Дара, раз уж он оказался настолько эффективным.       Игорь молча прикинул перспективы времяпровождения в запертой и темной квартире, где все равно нет никого, даже ответа от Евгения, а потому согласился вообще без тени сомнения, притащившись вместе с зарядным устройством и усевшись на отдельное кресло. Фактически, они так и провели весь день, изредка прерываясь на разговоры, пока он испытывал на Елизавете Альбертовной новые конфигурации оберега и сияния, а она, в свою очередь, раз за разом каствовала на него свои собственные атаки. С паузой мыслей удалось разобраться весьма быстро, несмотря на то, что женщина очень старательно пыталась подстроить воздействие под его защиту и протолкнуть под оберег как можно большую часть того воздействия. Достаточно сказать, что к концу сессии он смог добиться уменьшения паузы с половины секунды до трети, заодно взяв две единички познания в снова пустой шкале.       Елизавету же утешало то, что новая Скрижаль достигла двенадцати единиц познания и это только потому, что она чередовала ее с двумя другими. По ее словам, первая из них была чистой сенсорикой, побочным свойством какой было влияние на ощущения, равновесие и сознание цели – эту дрянь оберег брал слабо, зато сияние выжигало под ноль даже раньше, чем в висках заломит. Вторая являлась аналогом этакой скрытности, только накладываемой не на себя, а на цель, вырывая Елизавету из быстрой памяти жертвы. Эту хрень и вовсе нельзя было считать опасной в бою, ибо Игорь был уверен в том, что даже без активных оберега и сияния хватило бы просто сосредоточенности на Елизавете, чтобы не потерять кастера из фокуса внимания. Ну, что еще сказать? Не всем везет с выбранным Уделом, некоторым приходится выкручиваться, благо теперь у нее есть Игорь и его сияние. В смысле, сияние, как Скрижаль, а не сияние его великолепной и блестящей личности.       Кстати, под эффектом сияния ее способности становились намного сильнее, но не причиняли ему вообще никакого эффекта, просто по нолям. Правда, когда они, осторожно и с перестраховками, решились обрубить блокировку френдли-файера, а также снять сияние с Игоря, то атака «мысленной паузой» вырубила Игоря на несколько минут. Да и то, эти несколько минут были именно минутами потому, что его разбудила-растолкала сама Елизавета Альбертовна, изрядно за его здоровье поволновавшись. Подзатыльник у нее тяжелый, как и рука – несмотря на то, что оберег урон поглотил, сам факт нанесения удара разрушил паузу и привел его в сознание. Было несколько обидно за свой оберег, но это ведь была усиленная атака, укрепленная эффектом Сияющей Яркости, что выводило паузу в ту же лигу, что и оберег.       Но вообще, тревожный звоночек, так как Игорю сам мир напомнил, что его защита отнюдь не абсолютна. Не то чтобы он не знал этого, ведь самая первая встреченная тварь, в какую превратился продавец конфет, успешно заморочила ему голову, несмотря на оберег. Но хотелось, конечно, абсолютной защиты, чита на неуязвимость к контролю, бесконечного запаса патронов и телефон, по какому можно всегда заказать пиццу. Пиццу, они, кстати, действительно заказали, продолжив эксперименты. Атака усиленным ударом при активном сиянии оказалась не столь эффективной, отключив Игоря на две с кусочком секунды, а две условно-боевые способности даже с накачкой сиянием не оказали особого эффекта. Для сенсорной перегрузки и обратной скрытности, кстати, Елизавета Альбертовна отказалась использовать режим отключенного дружественного огня – в описании-образах было сказано, что эта штука может навредить мозгам, а мозги – не плоть, их ритуалом не исцелить.       - Слушайте, Елизавета Альбертовна... – Пережевав кусок удивительно вкусной пиццы, еще раз пожелав всего лучшего тому курьеру, какой ее доставил, пусть и за огромную переплату, Игорь задался весьма интересным вопросом, до какого мог бы и раньше додуматься, если бы не был так сосредоточен на прокачке собственных Скрижалей. – А что, если вы неправильно подходите к вашим способностям? К самому Уделу вообще?       - Хм? Будь любезен, разъяснить подробнее, юноша. – Отвлекшаяся от заполнения какой-то текстовой формы и кинувшая по таймеру очередную обратную скрытность, женщина посмотрела на него с некоторым любопытством. – Я не совсем улавливаю ход твоих размышлений.       - Ну, вот смотрите. У вас три активных способности и одна ритуальная. – Он невольно останавливает руку, что тянулась к еде, вспомнив о том, что невежливо говорить с набитым ртом. – Вроде бы все сходится, и все они завязаны на ослабление и сенсорику, да. Но! Заметьте, что три из четырех Скрижалей так или иначе бьют по мозгам. Да, оно не слишком работает в бою, но что если эти Скрижали применять не в бою, а, допустим, из засады? Выследить цель, ударить, усыпить, доставить черти куда, держа при этом в неадекватном состоянии. Знаете, все мои знакомые Возвышающиеся, - не то, чтобы я многих знал, - едва ли смогут сопротивляться, если у них мозжечок поврежден, внутреннее ухо вышло из чата и все такое. А там можно и углубить эти трюки, вплоть до работы мастером допроса, например. Эм... У вас сейчас странное лицо, Елизавета Альбертовна.       У той и вправду было нечитаемое выражение лица, в каком он заметил и легкую тревогу, и при этом немалое удивление и даже, но это не точно, умиление в его адрес. Мол, мальчишка этот сказал какую-то глупость, но при этом еще и умную глупость, так что неясно как реагировать. Задумчиво кивнув чему-то и задумавшись в процессе, женщина сложила руки под грудью, невольно заставив покоситься взглядом на свои формы, на то как она их немного приподняла и опустила, а после повторила, снова и снова, вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз...       - ...нет, конечно же, почему я вообще должен вас в чем-то подозревать? Вы мне покамест ничего плохого не делали, и я вам доверяю. – Он старается вести беседу, не слишком косясь на эти пышные груди под слоем ткани, на то, как она будто бы специально их приподнимает, опускает, вверх и вниз, вверх и вниз. – Нет я ни в чем вас не подозревал, даже не подумал в эту сторону, вы чего? А? Ладно, я действительно устал и могу задремать немного. Хорошо, я не буду вспоминать об этом моменте, ваш Удел именно таков, какой вы и сказали, там незачем искать тайные смыслы. Да, я не буду задумываться, а если задумаюсь, то снова увижу вашу большую и мягкую...       Игорь зевает до крайности широко, просыпаясь от стука клавиш по клавиатуре, кивнув в ответ на взгляд сосредоточенно печатающей Елизаветы Альбертовны, немножко смутившись того, что умудрился вырубиться прямо в кресле. Быстро восстановив снятые обереги и сияние, он уже готов заново начать накладывать на женщину новые и новые обереги, пытаясь добиться более-менее постоянного шанса срабатывания бесплатного наложения. Игорь успешно наловчился увеличивать этот шанс, знал, как именно искажать проходящее через Скрижаль таинство, но результат как повысился до примерно трети наложений, так и не улучшался. Хотя он и занимается этим всего-то какие-то часы, даже суток не прошло с начала тренировок! Еще будет время освоить все, что только можно. И часть того, чего нельзя тоже.       Вечер вступил в свои права, а его соратница вежливо отпросилась с тренировки, желая посетить душ. Игорь и сам уже собирался уйти в свою квартиру, ибо напрашиваться на помывку в чужом доме... ну, он не то чтобы был против такого углубления их отношений, но предпочитал не быть настолько навязчивым. Блин, хоть бери и посети сайт для взрослых, чтобы напряжение сбросить! Потому что закадрить девушку в клубе уже не выйдет, так как все клубы закрыты, да и на улицах людей после захода солнца хрен найдешь. Если всяких голодных деток не считать, те и сами рады с ним будут познакомится, особенно поначалу, а вот потом уже не рады станут. Или не станут – звездную болезнь бы не поймать, а то он как-то слишком крутым себя ощущать начал.       Парень уже собрался уходить, буквально обувался у двери, когда в оную дверь раздался звонок. Открыл он рефлекторно, за что тут же отвесил себе подзатыльник мысленный, ведь мало ли кто там позвонил, мог и новый визит Мамалыгина или его коллеги пропустить. Так вот, открыв двери, он уставился в лицо невнятного какого-то мужчины, а тот и сам уставился на Игоря, как показалось юноше, недовольно и чуть насмешливо, даже зловеще. В неровном свету мигающей лампочки, - на этом этаже ее так и не скрутили, - парню казалось, что что-то в этом визитере глубоко не так. Но чутье на Изнанку не дергалось и потому он не мог решить сходу, что именно ему не понравилось и вызвало вот такую вот тревогу. Тревогу, какую он не показал, уже открыв рот, дабы вежливо спросить о цели визита, но его опередили:       - Тебя тут быть не должно было. – Голос у персонажа оказался каким-то неразборчивым, будто бы глотку забило слизью от насморка, а сам он не прокашлялся нормально. – Она тут?       - Для начала и сами представьтесь, пожалуйста. – Вежливо, но твердо ответил Игорь, с нехарактерной для себя резкостью, даже на границе с откровенным хамством, ведь ему все меньше и меньше нравился этот чел, причем не из ревности какой-то, а именно не нравился. – Я вас впервые вижу.       «Вот же смеху будет, если это окажется текущий бойфренд Елизаветы и я ей похерю личную жизнь». – Подумалось ему в момент здравомыслия и логичности, но забирать свои слова назад было поздно. – «Потому что сейчас, когда она в душе моется, а я тут, в ее квартире, хрен докажешь обратное».       - Да и в последний тоже. – Совсем уж нехорошо усмехнулся мужик, какой все больше казался странным, а после дополнил равнодушным таким тоном. – Я только курьер. Доставляю картиночки. Не тебе, а ей. Но хватит вам обоим.       И с этими словами он разорвал на себе чуть потрепанный пуховик, под каким не оказалось никакой иной одежды. Да и не пуховик он разорвал, оказывается, а собственное мясо, потому что на нем и одежды-то не было вовсе. Только тело, какое было укрыто удивительно реалистичным рисунком, прямо вершина мастерства в жанре body paint. И да, он не солгал, ублюдок, ибо из-под разорванной в виде гребаной двери плоти поперли, опережая рванувшую впереди всего и вся вонь Изнанки, именно что рисуночки.       Гребаные, мать их, картины, одну из каких он видел совсем недавно.       А ведь этот вечер так неплохо начался!