Глава 1, Часть 8. Кокон

...Лиф очнулся во тьме. Окружённый непроглядной чернотой, он не понимал, что происходит. Двигать руками или ногами он не мог; голова тоже оставалась неподвижна. Удавалось лишь смотреть в разные стороны. Взглянув вниз, тот с удивлением не нашёл на своём теле прожилок, однако заметил зеленоватые блики около груди. Значит, из глазниц всё же шёл тот зелёный свет. Внезапно где-то вдалеке, перед собой Лиф увидел две точки. Два крошечных овала, светящихся чистым белым светом. Постепенно Лиф осознал, что точки становятся больше. Они приближались. Постепенно сосуд начал слышать странные звуки. Глухие стуки, будто шаги, но ревербирующие со всё большим и большим грохотом. Внезапно те остановились, а точки оказались примерно на уровне груди сосуда. Голова Лифа наклонилась вниз. Смотря прямо в эти светящиеся овалы. Внезапно он начал чувствовать странное чувство. Будто на него смотрят. Смотрят. Смотрят. Смотрят. Смотрят. Смотрят. СМОТРЯТ. СМОТРЯТ. СМОТРЯТ. С М О Т Р Я Т. 'С'М'О'--       "О-А-А-а-агх!!! Хах!.. Хах.. Хах..." Резко усевшись и подняв свою голову, Лиф узрел себя на том самом каменном уступе, куда его привёл побег от незнакомки. Оглянувшись ниже, тот увидел ту часть оврага, по которой совсем недавно улепётывал в попытках спасти свой панцирь. Повернувшись назад, сосуд увидел то самое странное растение. Похоже оно было на корень, но росло... вверх? Вокруг него ощущалось странное присутствие, но что конкретно это было, Лиф описать не мог. Подойдя к краю этой расщелины, сосуд увидел подъём ещё выше, откуда, судя по всему, и пришла незнакомка. Слыша трепет крыльев, сосуд думал, что это вновь будут те большие пухлые жуки, однако поднявшись на следующую платформу, на тего уставилась другая пара глаз.       Вернее будет сказать, пара пар глаз. Красовавшиеся на заострённой голове четыре глаза чутко всматривались в незнакомца, пытаясь понять, нападать или нет. Красовавшееся сзади брюшко ярко-оранжевого цвета показывало, что это существо заражено Чумой, а потому Лиф достал из-за спины жало, готовясь к пикированию этого жука. Однако вместо того, что бы начать движение, то существо наоборот отлетело подальше. Голова его запрокинулась, а брюхо начало урчать и светиться. Внезапно прямо изо рта летучего жука вылетели три ярко-рыжих плевка и полетели в разные стороны. Не ожидавший такого Лиф поспешил обратно к расщелине с корнем. Он думал, что на ровном полу у него будет больше шансов против летающего противника, однако этот самый противник остался на месте, даже и не думая подлетать, и продолжал шмалять своими снарядами. Тогда у Лифа появилась интересная идея. Отойдя чуть назад, он разогнался и запрыгнул на несколько платформ выше своего врага, попутно уворачиваясь от выстрелов. Поднявшись повыше, тот, видя под собой и жука, и уступ, прыгнул вниз, выпуская "лозу" прямо в рыжее брюхо. Пролетев ниже, сосуд набрал немного скорости, утаскивая летуна с собой, а приземлившись на уступ, он ещё сильнее дёрнул за лозу, запуская жука прямо вниз. Избавившись от хлопотного противника, Лиф продолжил свой подъём наверх. Следующая расщелина была ещё скучнее, чем нижняя. Ни прохода дальше, ни кучи железяк, ничего. Всё, что удалось заметить, так это небольшой сквозняк, задувавший прямо в угол комнаты. Поковырявшись жалом, удалось найти небольшой проём, однако в него не влезет ничего шире этого самого жала, потому Лиф повернулся и вновь глянул наверх.       Вверху его уже поджидал такой же летун, как и прошлый его враг. Пока что тот не обратил на сосуда внимание, и последний решил этим воспользоваться. Побежав вперёд и запрыгнув на нужный уступ, тот выстрелил "лозой" в летуна, обращая на себя вражеский взгляд. Полностью сосредоточенный на своём оппоненте, Лиф был весьма ошарашен, когда сверху услышал странный писклявый визг. Не успевая понять, что твориться, Лиф оступился с края и полетел вниз, и лишь это его спасло от опасности; тот самый визг издал небольшой жучок, сидевший выше сосуда, и заметив нижепроходящую жертву, он сорвался с потолка, полетев прямо на сосуда. В коротки миг - БАМ! - это существо при столкновении с полом взорвалось множеством огней жёлтого и оранжевого цветов, унеся вместе со своей жизнью жизнь того летающего жука.       Хоть это и было неожиданно и крайне опасно, но данное событие лишь сыграло Лифу на руку. Тот забрался на третью по счёту расщелину, и - наконец! - проход куда-то вперёд. Лиф пока не понимал, туда ли ему идти, или ещё выше, но решил пока просто посмотреть. Пройдя по коридору, он набрёл в новую комнату, идущую вертикально вверх и вниз. Несколько уже того оврага, но в целом такая же. Оглянувшись вниз, сосуд не увидел ничего нового. Те же безобидные громилы, те же стены, те же летуны. Ни намёка на разумную жизнь, на ту незнакомку. Но подняв свой черепок вверх, глаза его наткнулись на нечто голубое. Нечто, что он уже видел. Нечто... Особенное для него. Что он не ожидал, что есть где-то, кроме места его рождения. Места его перерождения.       На одном из уступов, находясь на небольшом стебле, красовалась голубая живокровная "бабочка" - лепесток, растущий на живокровных лозах, с четырьмя частями, так напоминающие две пары крыльев бабочек. Всё ещё не понимая, что тут происходит, Лиф без раздумий принялся прыгать, карабкаться, подниматься наверх. За ним тут же погнались пара летающих в округе рыжих стрелков, однако это уже было не так значимо. Уворачиваясь от стремящихся в разные стороны плевков, сосуд забирался на платформу, затем на следующую, следующую. Попытка выпустить "лозу" и откинуть себя выше не увенчалась успехом: существо неожиданно атаковало, и лоза, стоящая на пути снаряда, вновь растворилась в воздухе, получив урон. Сосуд понял, что полностью истощился, и на "лозы" более полагаться не придётся. Тем не менее, Лиф забрался к этому листику-бабочке, и увидел небольшой проём, из которого шёл голубоватый свет. Пока его преследователи не прознали, куда направилась их жертва, Лиф нагнулся на четвереньки и прошмыгнул внутрь.       Внутри он увидел небольшой грот, оплетённый такими знакомыми ему лианами. На их узлах набивались небольшие, будто желейные пузыри с живокровью, а тут и там из стеблей выглядывали голубые бабочки. Сосуду внезапно пришло в голову, что, похоже, его пещера не была единственным пристанищем живокровных созданий; напротив, это должно было быть одним из самых его отдалённых мест существования. Свечение шло откуда-то повыше, потому Лиф встал с колен и потихоньку прошёл вперёд. Оказалось, что дальше грот шёл немного вверх, и под самым потолком с лоз свисал непонятный кокон. Изнутри тот светился уже знакомым голубым светом, а снаружи его плёнку покрывали стебли, оберегая от распада. Находясь прямо под этим коконом, Лиф почувствовал... жизнь. Он не понимал, как, почему, однако он всем своим бытием ощущал сокрытую в этом коконе жизнь. Казалось, ещё немного, и десятки маленьких живней выберутся, и отправятся дальше покорять этот мир, распространять себя и свой дар.       Эта маленькая пещерка, этот спокойный голубой свет, эти колышащиеся вокруг бабочки начали пробуждать в Лифе скрытое чувство... единения. Спокойствия. Опустошённый сосуд вновь начало наполнять той энергией, как в случае со странной статуей, только эта сила казалась много более родной. Более того, Лиф чувствовал, что сейчас способен на большее. Он САМ сейчас нечто большее. Лиф ощущал жизнь, что казалось била ключом из этого грота. Он хотел сам стать её частью. Сам порождать жизнь. Сосуд закрыл глаза. Он слышал биение кокона, клёкот и скрежет растущих внутри жучков. Ощущал запах стеблей, чувствовал ветерок, порождаемый бабочками. Он чувствовал, был, жил. Вокруг тела сосуда начали вращаться капельки полупрозрачной зелёной жидкости. Они закручивались в нити, тонкие и толстые, кружась вокруг сосуда. Вся та сила, что вновь наполнила тёмный панцирь, вышла наружу. Постепенно вихри призрачных малахитовых ниток становились всё быстрее, а сами капли теряли свой зелёный окрас, становлясь... лазурными. С каждым оборотом оставалось всё меньше зелёного и больше голубого. Нити начали сплетаться в шарик, прямо около ног сосуда. Оплётки сглаживались, превращаясь в тонкую плёнку. Немного ожидания и... плёнка лопнула. Оттуда показался маленький жучок. Лиф породил живня.