Глава 10. Дневник и пауки

      Прошло несколько недель после этого разговора. Напряжение в Хогвартсе не спадало, скорее, наоборот — с каждым днем становилось все ощутимее. Тайная комната оставалась открытой, нападения продолжались, а слухи и паника распространялись быстрее чумы.       Проходя по коридору после обеда, Кассандра услышала знакомый смех. Она завернула за угол и увидела близнецов Уизли, Джорджа и Фреда, которые, как всегда, что-то замышляли. Они стояли возле одного из пустующих классов, что-то оживленно обсуждая и поглядывая на дверь. — Привет, ребята, — поздоровалась Кассандра, подходя к ним. Близнецы тут же обернулись, и на их лицах расплылись широкие улыбки. — Кассандра! Наша любимая Лестрейндж, — воскликнул Фред, лукаво подмигнув. — Что вы тут затеваете? — поинтересовалась Кассандра, скрестив руки на груди. — Небось, новую партию взрывающихся хлопушек? — Ох, если бы все было так просто, — вздохнул Джордж, делая вид, что опечален. — Мы тут работаем над кое-чем гораздо более… революционным. — И опасным, — добавил Фред, понизив голос и оглядываясь по сторонам. — Это, Кассандра, может навсегда изменить представление о школьных правилах.       Кассандра приподняла бровь, заинтересованная их загадочностью. Она знала, что когда дело касалось близнецов, то любое их начинание могло обернуться чем угодно — от невинной шалости до полномасштабного хаоса. — И что же это такое? — спросила она.       Близнецы переглянулись, словно решая, стоит ли ей доверять. В конце концов, Фред кивнул Джорджу, и тот, придвинувшись ближе к Кассандре, заговорщицки прошептал: — Мы разрабатываем… самообучающийся классный прогульщик. — Самообучающийся что? — переспросила Кассандра, не понимая, о чем они говорят. — Ну, — начал объяснять Джордж, — представь себе волшебный механизм, который может самостоятельно, без нашей помощи, создавать идеальные отговорки для прогулов. Он анализирует поведение преподавателей, их слабые места, расписание занятий и… вуаля! Идеальная причина, чтобы пропустить урок. — И он учится на своих ошибках, — добавил Фред. — Если первая отговорка не сработала, он ее анализирует, исправляет и в следующий раз выдает что-то более убедительное.       Кассандра удивленно покачала головой. Это было настолько безумно и вместе с тем гениально, что даже ее, воспитанную в строгой дисциплине Малфоев, это забавляло. — И как вы собираетесь это сделать? — спросила она. — Ну, — начал Фред, — у нас есть несколько прототипов. Этот класс пустует, потому что тут идеальная акустика для наших экспериментов.       Джордж достал из кармана небольшой металлический шар, исписанный непонятными рунами. — Это — ядро. В нем хранится вся информация. — А это — прототип отговорки, — Фред показал небольшой свиток пергамента. — Он запрограммирован на то, чтобы имитировать симптомы драконьей оспы.       Кассандра нахмурилась. — Не слишком ли это опасно? Вдруг кто-то поверит? — Не волнуйся, — успокоил ее Джордж. — Мы предусмотрели все меры предосторожности. Симптомы будут достаточно убедительными, чтобы пропустить урок, но не настолько, чтобы вызвать панику. — Мы же не хотим, чтобы кого-то отправили в больничное крыло, — добавил Фред. — Просто хотим, чтобы у людей была возможность немного отдохнуть от Снейпа.       Кассандра не могла не улыбнуться. Близнецы были настоящими гениями в своем роде. Она знала, что их изобретения, какими бы безумными они ни были, всегда создавались с целью принести радость и немного хаоса в серые будни Хогвартса. — Что ж, удачи вам с вашим… самообучающимся прогульщиком, — сказала она. — Только постарайтесь не взорвать что-нибудь по пути. — Обязательно, — ответил Фред с лукавой улыбкой. — А может, ты хочешь быть первой, кто его протестирует? — Спасибо, но я, пожалуй, воздержусь, — ответила Кассандра. — У меня и так достаточно проблем с учителями. — Как скажешь, — ответил Джордж, пожимая плечами. — Но если передумаешь, ты знаешь, где нас найти.       Кассандра попрощалась с близнецами и направилась дальше по коридору. Она знала, что жизнь в Хогвартсе с такими друзьями никогда не будет скучной.       Лестрейндж направилась в библиотеку, собираясь провести там несколько часов, изучая историю магии. По пути она заметила Гарри и Рона, которые что-то оживленно обсуждали, стоя в углу коридора. — Гарри! Рон! — позвала она, подходя к ним. Они обернулись, и на их лицах отразилось удивление. — Кассандра! Привет, — поздоровался Гарри, немного смущенно. — Что-то случилось? Вы какие-то взволнованные, — заметила Кассандра, оглядывая их. — Да, есть кое-что, — ответил Рон, понизив голос. — Мы нашли кое-что… странное. — В туалете Плаксы Миртл, — добавил Гарри.       Кассандра нахмурилась. — И что вы там делали? — спросила она с подозрением. — Ну, просто… проходили мимо, — замялся Рон. — И услышали, как Миртл плачет. — И решили проверить, все ли с ней в порядке, — добавил Гарри, скрестив руки на груди.       Кассандра закатила глаза. Она знала, что они что-то недоговаривают. — Ладно, неважно, — сказала она. — Что вы там нашли?        Гарри достал из кармана потрепанный кожаный дневник. Обложка была темной и истертой, а на страницах не было ни единой записи. — Это, — сказал он, — дневник какого-то Тома Реддла. — Тома Реддла? — переспросила Кассандра, нахмурившись. Имя казалось ей знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала. — Мы тоже не знаем, кто это, — ответил Рон. — Но самое странное — в нем ничего нет. Он пустой. — Тогда в чем проблема? — удивилась Кассандра. — Просто выбросьте его и забудьте. — Нет, ты не понимаешь, — покачал головой Гарри. — Когда я пишу в нем, он отвечает. Кассандра изумленно посмотрела на него. — Отвечает? В смысле? — В смысле, я пишу вопрос, а потом на странице появляется ответ, написанный тем же почерком, но другим цветом чернил, — объяснил Гарри. — Как будто кто-то отвечает мне из прошлого. — И что он тебе рассказывает? — с любопытством спросила Кассандра. — Ничего особенного, — ответил Гарри, уклоняясь от ответа. — Просто… разные вещи. О школе, об учениках.       Рон бросил на Гарри предостерегающий взгляд. Кассандра поняла, что он что-то скрывает. — Гарри, ты что-то не договариваешь, — сказала она, пристально глядя ему в глаза. — Что еще ты узнал из этого дневника?       Гарри вздохнул и, поколебавшись, признался: — Он показал мне воспоминание. О том, как пятьдесят лет назад открыли Тайную комнату. Кассандра замерла. Эта новость заставила ее кровь похолодеть. — И кто ее открыл? — спросила она, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Он не сказал, — ответил Гарри. — Но он обвинил Хагрида. — Хагрида? — воскликнула Кассандра, не веря своим ушам. — Нет, этого не может быть. Хагрид никогда бы не сделал ничего подобного. — Мы тоже так думаем, — добавил Рон. — Но Том Реддл был очень убедителен.       Кассандра задумалась. Что-то в этой истории ее настораживало. Слишком много вопросов оставалось без ответов. Кто такой Том Реддл? Почему его дневник умеет говорить? И зачем ему обвинять Хагрида? — Будьте осторожны с этим дневником, — сказала она, серьезно глядя на Гарри и Рона. — Он может быть опасным. Не доверяйте всему, что он вам говорит. — Мы и сами это понимаем, — ответил Гарри. — Но мы должны выяснить, что происходит. — Тогда будьте осторожны, — повторила Кассандра. — И если вам понадобится помощь, вы знаете, где меня найти.       Она попрощалась с ними и направилась в библиотеку. Однако мысли ее были далеко от истории магии. Ее беспокоил дневник Тома Реддла и то, какое влияние он оказывает на Гарри. Тревога когтями вцепилась в сердце Кассандры. Дневник, говорящий дневник, воспоминания пятидесятилетней давности… всё это выходило за рамки обычного хогвартского безумия, даже в условиях открытой Тайной комнаты. Она перебирала в уме возможные объяснения, пытаясь найти хоть какую-то нить логики в этой путанице. Но чем больше она думала, тем сильнее становилось ощущение надвигающейся беды.       Добравшись до библиотеки, Кассандра рассеянно уселась за дальний стол, машинально открыв книгу о рунах. Но буквы плясали перед глазами, отказываясь складываться в осмысленные слова. Она не могла выбросить из головы рассказ Гарри и Рона. Имя Тома Реддла свербило в памяти, словно заноза. Где она могла его слышать? Почему оно казалось таким знакомым, таким… зловещим? Она отложила книгу и принялась рыться в сумке, в поисках пергамента и пера. Ей нужно было систематизировать информацию, выложить всё на бумагу, чтобы хоть немного прояснить ситуацию. Она написала имя «Том Реддл» в верхней части страницы, а затем принялась записывать все известные факты: найден в туалете Плаксы Миртл, пустой дневник, умеет отвечать на вопросы, показал воспоминание об открытии Тайной комнаты, обвинил Хагрида.       Закончив, она пристально посмотрела на список. Это было слишком много совпадений, слишком много странностей, чтобы просто отмахнуться от них. Кассандра встала и направилась в секцию старых газетных вырезок. Она знала, что в архивах «Ежедневного пророка» можно найти информацию практически о любом событии в магическом мире.       Она начала методично просматривать подшивки за последние пятьдесят лет, надеясь наткнуться на упоминание о Томе Реддле. Время летело незаметно. Час сменился другим, а Кассандра продолжала искать, не обращая внимания на усталость и голод. Она перелистывала страницы, испещренные пожелтевшими статьями о квиддичных матчах, политических интригах и волшебных изобретениях. И вот, наконец, она нашла то, что искала. Небольшая заметка в выпуске «Ежедневного пророка» за июнь 1943 года. Под заголовком «Награды за заслуги перед школой» красовалась фотография молодого человека с темными волосами и пронзительным взглядом.       Подпись гласила: «Том Реддл, староста Хогвартса, награжден за исключительную храбрость и заслуги перед школой». Кассандра замерла, пристально глядя на фотографию. Том Реддл… староста Хогвартса, герой школы. И что-то в этом лице, в этом взгляде, вызывало у нее необъяснимый ужас. Она продолжала читать статью, узнавая о том, как Реддл спас несколько учеников от опасного чудовища, терроризировавшего школу. Он был настоящим героем, образцом для подражания. Но Кассандру не покидало ощущение, что за этой безупречной маской скрывается что-то темное и зловещее. Она пролистала дальше, надеясь найти еще упоминания о Реддле. Затем, словно по мановению волшебной палочки, ее взгляд зацепился за короткое сообщение в рубрике «Происшествия». В нем говорилось о таинственном исчезновении нескольких учеников во время пребывания Тома Реддла в Хогвартсе. Расследование не дало результатов, и дело было закрыто. Кассандра почувствовала, как у нее по спине пробежал холодок.       Сопоставив все факты, она пришла к ужасающему выводу. Том Реддл мог быть причастен к открытию Тайной комнаты пятьдесят лет назад. И теперь, каким-то образом, он вернулся, чтобы закончить начатое. Она понимала, что должна рассказать Гарри и Рону о своих подозрениях. Они должны знать правду о Томе Реддле, чтобы быть готовыми к тому, что их ждет.       С этой мыслью Кассандра вышла из библиотеки и направилась на поиски Гарри и Рона. Ей нужно было действовать быстро, прежде чем Том Реддл успеет осуществить свои зловещие планы. По дороге она столкнулась с Гермионой, которая, как всегда, что-то усердно читала. — Гермиона! — позвала Кассандра, — У меня есть кое-что важное, что я должна тебе рассказать.       Гермиона оторвалась от книги и посмотрела на Кассандру обеспокоенным взглядом. — Что случилось? Ты выглядишь взволнованной.       Кассандра, не теряя времени, рассказала Гермионе о дневнике Тома Реддла, о воспоминаниях, которые он показал Гарри, и о своих подозрениях относительно его причастности к открытию Тайной комнаты. Гермиона слушала, не перебивая, с нахмуренными бровями и серьезным выражением лица. Когда Кассандра закончила, Гермиона молча несколько секунд обдумывала услышанное. — Это очень серьезно, Касси, — сказала она наконец. — Если Том Реддл действительно имеет отношение к Тайной комнате, то мы должны рассказать об этом профессору Дамблдору. — Я знаю, — ответила Кассандра, — Но я боюсь, что Дамблдор может нам не поверить. — Тогда мы должны найти доказательства, — решительно сказала Гермиона. — Мы должны доказать, что Том Реддл опасен.       И вместе они отправились на поиски Гарри и Рона, чтобы рассказать им о своих подозрениях и разработать план действий             Встретившись с Гарри и Роном, Кассандра и Гермиона выложили все свои подозрения насчёт Тома Реддла. Гарри и Рон, хоть и с недоверием, но выслушали их рассказ. Идея о том, Том Реддл, мог быть причастен к открытию Тайной комнаты, казалась им абсурдной. Но аргументы Кассандры и Гермионы, подкреплённые фактами из газетных вырезок, заставили их задуматься. — Но даже если это и правда, что Том Реддл какой-то злодей, — сказал Рон, — зачем ему обвинять Хагрида? — Может быть, Хагрид что-то знает, — предположила Гермиона, — или, может быть, Реддл просто пытается отвести от себя подозрения. — Или же он хочет подставить Хагрида, чтобы отвлечь наше внимание от истинного виновника, — добавила Кассандра.        Гарри молчал, обдумывая услышанное. Он испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он не хотел верить в то, что Хагрид может быть виновен. С другой стороны, дневник Тома Реддла представил убедительные доказательства против него. — Ладно, — сказал Гарри, — давайте обсудим всё это в гостиной. Там будет спокойнее.       Они направились в гостиную Гриффиндора, надеясь спокойно всё обдумать. Однако, когда они поднялись в спальню Гарри и Рона, их глазам предстала ужасная картина. В комнате был полный погром. Кровати перевернуты, вещи разбросаны по полу, подушки разорваны в клочья. Всё говорило о том, что здесь что-то искали. — Что здесь произошло? — воскликнула Гермиона, оглядывая беспорядок.        Гарри, не отвечая, бросился к своей кровати. Он начал лихорадочно искать под матрасом, под подушкой, в тумбочке. Его лицо становилось всё более бледным. — Его нет, — прошептал он, — Дневника нет. — Что? — переспросила Кассандра, не веря своим ушам. — Дневник Тома Реддла пропал, — повторил Гарри.       Все замерли в тишине, осознавая всю серьёзность ситуации. Дневник, содержащий опасные знания и воспоминания, попал в чужие руки. И кто бы ни был этот человек, он, скорее всего, не остановится ни перед, чем, чтобы достичь своей цели. — Кто мог это сделать? — спросил Рон, оглядываясь по сторонам. — Я не знаю, — ответил Гарри, — Но кто бы это ни был, он знал, что мы знаем о дневнике. — Значит, это кто-то из наших, — сказала Кассандра, — Кто-то, кто знает о нашей дружбе и о наших расследованиях.       Опасность стала ещё более реальной и ощутимой. Теперь им не только нужно было остановить открытие Тайной комнаты, но и вернуть дневник Тома Реддла, прежде чем его использование приведёт к непоправимым последствиям.       Прошла ещё неделя. О нахождение дневника не было никаких зацепок, но и новых происшествий пока не было. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Вся школа гудела в предвкушении квиддичного матча между Гриффиндором и Слизерином.       Это было больше, чем просто спортивное соревнование; это была битва факультетов, битва принципов, битва… чего-то большего, чем просто игра. Кассандра, несмотря на то, что росла в семье слизеринцев, всей душой болела за Гарри и его команду. Она видела, как много он вкладывает в каждую тренировку, как сильно переживает за исход каждого матча. Поэтому она не могла пропустить возможность пожелать ему удачи перед игрой. Она нашла Гарри и Рона возле выхода из замка, в окружении возбужденных болельщиков. — Гарри, Рон, — позвала она, протискиваясь сквозь толпу. — Касс! — обрадовался Гарри, увидев её. — Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть на стороне Слизерина? — Я здесь, чтобы пожелать тебе удачи, — ответила Кассандра, улыбаясь. — Но не думай, что я перестала болеть за свой факультет. Слизерин всё равно победит.       Она подмигнула, зная, что это прозвучит как шутка. Но в её словах была и доля правды. Она не могла предать свои корни, но её дружба с Гарри и Роном была для неё не менее важна. — Да ладно тебе, — сказал Рон, подталкивая Гарри локтем. — Скажи ей, Гарри, что мы их размажем по полю! — Мы постараемся, — ответил Гарри, улыбаясь. — Но обещать ничего не могу.       В этот момент к ним подошла профессор МакГонагалл. Её лицо было серьёзным и взволнованным. — Поттер, Уизли, Лестрейндж, — обратилась она к ним, — Прошу вас последовать за мной. Матч придётся отложить. — Что случилось, профессор? — спросил Гарри, нахмурившись. — Сейчас не время для вопросов, Поттер, — ответила МакГонагалл. — Просто идите за мной.       Она быстро развернулась и направилась обратно в замок. Гарри, Рон и Кассандра переглянулись, не понимая, что происходит, и поспешили за ней. Возбужденная толпа болельщиков затихла, провожая их недоуменными взглядами. — Что это может быть? — прошептал Рон, идя рядом с Кассандрой. — Не знаю, — ответила она, — Но это точно что-то плохое. Иначе профессор МакГонагалл не выглядела бы такой встревоженной.       Они шли по коридорам замка, в полной тишине, нарушаемой лишь стуком их шагов. Напряжение нарастало с каждой секундой. Кассандра чувствовала, что вот-вот должно произойти что-то ужасное. Наконец, профессор МакГонагалл остановилась перед больничным крылом.       Она открыла дверь и жестом пригласила их войти. — Пожалуйста, проходите. И сразу же в глаза бросалась кровать в самом центре палаты, окруженная белоснежными занавесками. За ней стояла мадам Помфри, о чём-то тихо переговаривая с профессором Дамблдором. Когда они подошли ближе, Кассандра ахнула. В кровати лежала… Гермиона. Но она была не просто спящей. Она была неподвижной, абсолютно застывшей, словно статуя. Её глаза были широко открыты, взгляд устремлен в потолок, а на лице застыло выражение ужаса. — Гермиона! — вырвалось у Гарри, он бросился к кровати, но профессор Дамблдор остановил его жестом руки. — Осторожно, Гарри, — произнес Дамблдор с грустью в голосе. — Не трогайте её. — Что с ней случилось? — запаниковал Рон, глядя на неподвижную Гермиону. — Что с ней сделали?       Профессор МакГонагалл шагнула вперед и объяснила: — Мисс Грейнджер подверглась нападению. Её нашли в библиотеке… в таком состоянии. — Нападению? Кто это сделал? — спросила Кассандра, чувствуя, как в груди нарастает гнев. — Это как-то связано с Тайной комнатой?       Дамблдор посмотрел на них с тяжелым вздохом. — Боюсь, что да. Мисс Грейнджер… окаменела. — Окаменела? — повторил Гарри, не понимая. — Но как? — Мы пытаемся выяснить это. — Ответил Дамблдор.       В комнате воцарилась тишина. Гарри, Рон и Кассандра стояли, ошеломленные случившимся, глядя на неподвижную фигуру Гермионы. Через несколько минут они покинули больничное крыло. — Мы должны что-то сделать, — сказала Кассандра, глядя на Гарри и Рона. — Мы не можем просто сидеть сложа руки, пока наши друзья находятся в опасности. — Я согласен, — ответил Гарри, его глаза горели решимостью. — Мы должны найти способ остановить это. И мы сделаем это ради Гермионы. — Но как? — спросил Рон. — Мы даже не знаем наверняка, кто действительно открыл тайную комнату. — Думаю пора навестить Хагрида. — Ответила Кассандра.       Они посмотрели друг на друга, полные решимости и страха.        Ночь опустилась на Хогвартс, укрывая замок и окрестности мрачной пеленой. Гарри, Рон и Кассандра, закутанные в мантию-невидимку, подаренную Гарри в прошлом году на Рождество, крались по территории замка, направляясь к хижине Хагрида. Они понимали, что время не ждет, и им необходимо выяснить правду о Тайной комнате, прежде чем произойдет что-то непоправимое.       Добравшись до хижины, Гарри тихонько постучал в дверь. После недолгой заминки дверь открылась, и на пороге появился Хагрид, выглядящий понурым и измученным. — Гарри? Рон? Кассандра? — удивился Хагрид, увидев их. — Что вы здесь делаете в такой час? — Хагрид, нам нужно с тобой поговорить, — тихо сказал Гарри. — Это очень важно. — Заходите, — пригласил Хагрид, пропуская их внутрь.       Они вошли в хижину, и Хагрид закрыл за ними дверь. Внутри было тепло и уютно, как всегда, но на лице у Хагрида читалась тревога. — Что случилось? — спросил он. — Почему вы так беспокоитесь? — Хагрид, мы хотим спросить тебя о Тайной комнате, — начала Кассандра. — Мы знаем, что ты что-то скрываешь.       Хагрид замялся, опуская взгляд. — Я… я не знаю, о чем вы говорите, — пробормотал он. — Хагрид, не притворяйся, — возразил Рон. — Мы знаем, что тебя обвиняли в открытии Тайной комнаты пятьдесят лет назад.       Лицо Хагрида побледнело. — Откуда вы это узнали? — спросил он, еле слышно. — Это неважно, — ответил Гарри. — Важно то, что мы хотим знать правду. Ты открыл Тайную комнату?       Хагрид покачал головой. — Нет, я никогда бы этого не сделал, — ответил он. — Я бы никогда не причинил никому вред… — Тогда кто это сделал? — настаивала Кассандра. — Кто открыл Тайную комнату пятьдесят лет назад?       Хагрид долго молчал, словно борясь с собой. Наконец, он вздохнул и сказал: — Я… я не могу вам сказать. Это слишком опасно. — Но почему? — спросил Гарри. — Что ты скрываешь? — Хагрид, мы твои друзья, — сказала Кассандра. — Мы поможем тебе. Просто скажи нам, кто это.       Хагрид снова замялся. Он огляделся по сторонам, словно боясь, что кто-то подслушивает их разговор. И тут внезапно в дверь постучали. — Кто там? — испуганно спросил Хагрид.       Прежде чем он успел что-либо предпринять, Гарри накинул на них мантию-невидимку. Они затаились в углу комнаты, стараясь не дышать. Дверь распахнулась, и в хижину вошли… Люциус Малфой, Министр магии Корнелиус Фадж и профессор Дамблдор. — Хагрид, — обратился к нему Малфой ледяным тоном, — Мы пришли, чтобы задать тебе несколько вопросов. — О чем вы? — заикаясь, спросил Хагрид. — О Тайной комнате, — ответил Фадж. — Нам поступила информация, что ты можешь быть причастен к её открытию. — Это неправда! — воскликнул Хагрид. — Я никогда бы не сделал ничего подобного! — У нас есть основания полагать обратное, — сказал Малфой. — И до тех пор, пока правда не будет установлена, ты будешь находиться под стражей. — Постойте! — вмешался Дамблдор. — У меня есть все основания полагать, что Хагрид невиновен. Он преданный и честный человек. — К сожалению, Альбус, — ответил Фадж, — сейчас не время для сантиментов. Ситуация слишком серьезная. — Я не могу допустить, чтобы невиновного человека отправляли в Азкабан, — возразил Дамблдор. — Тогда, — произнес Малфой с ехидной улыбкой, — тебе придется отойти в сторону, Альбус. Министр, я полагаю, у вас есть соответствующие документы?       Фадж кивнул и достал из кармана пергамент. — В связи с участившимися случаями нападений на учеников Хогвартса и с целью обеспечения безопасности, Совет попечителей принял решение временно отстранить профессора Альбуса Дамблдора от должности директора школы.       Гарри, Рон и Кассандра замерли в шоке. Дамблдор, отстраненный от должности директора? Это было немыслимо! — Вы не можете этого сделать! — Прорычал Хагрид. — К сожалению, твоё мнение здесь никого не интересует, Хагрид, — сказал Малфой. — А теперь, если вы позволите, мы препроводим вас в Министерство магии для допроса.       Два мракоборца шагнули вперед и схватили Хагрида за руки. — Я невиновен! — кричал Хагрид, когда его выводили из хижины. — Я ничего не делал!        Дамблдор молча наблюдал за происходящим. В его глазах читалась грусть и тревога. Прежде чем его увели, он бросил быстрый взгляд в угол комнаты, словно зная, что там кто-то прячется. Затем он молча последовал за ними.        Как только они ушли, Гарри сорвал с них мантию-невидимку. Они стояли в хижине, потрясенные произошедшим. — Это ужасно, — сказала Кассандра. — Они забрали Дамблдора и Хагрида. Что мы теперь будем делать? — Я не знаю, — ответил Гарри, — Но мы должны что-то придумать. Мы должны доказать невиновность Хагрида и вернуть Дамблдора. И мы должны найти, кто стоит за всем этим.       В голове Гарри, Рона и Кассандры царил хаос. — Нам нужно что-то делать, — повторила Кассандра, глядя на Гарри и Рона. — Мы должны помочь Хагриду и Дамблдору.– Но как? — спросил Рон. — Мы не можем просто так ворваться в Министерство магии и потребовать их освобождения.        В этот момент Гарри заметил странное движение в углу хижины. Кучка маленьких пауков быстро и слаженно выбрались из-под старого пня и направились к выходу, словно куда-то спеша. — Что это? — удивился Рон, указывая на пауков с гримасой отвращения.       Гарри вспомнил, что Хагрид любил разводить разных существ. — Кажется, они куда-то идут, — сказал он. — Как будто ведут нас. — Куда? — спросила Кассандра. — Не знаю, — ответил Гарри. — Но, может быть, они знают больше, чем мы.       Недолго думая, они вышли из хижины и осторожно последовали за пауками. Те двигались быстро, прокладывая путь через ночной лес, но Гарри, Рон и Кассандра успевали за ними.       На пути им встречались разные препятствия, но они преодолевали их, стремясь к своей цели.       Путь привёл их вглубь Запретного леса. Пауки, казалось, знали дорогу и уверенно вели их сквозь густые заросли и тёмные тени. Чем дальше они шли, тем сильнее становилось ощущение опасности.       Наконец пауки остановились перед огромной пещерой, скрытой под корнями старого могучего дерева. Они начали разбегаться, исчезая в темноте. — Куда они делись? — спросил Рон, оглядываясь по сторонам. — Думаю, это и есть наша цель, — ответил Гарри, указывая на пещеру.       Некоторое время они колебались, но любопытство и отчаяние пересилили страх. Они вошли в пещеру. Внутри было темно и сыро. В воздухе висел неприятный запах гнили и затхлости. Они шли вперед, осторожно ощупывая стены.       И тут из темноты раздался шорох, и перед ними возник огромный паук. Его размеры были невероятными, его глаза светились в темноте, как два огненных шара. — Арагог? — неуверенно позвал Гарри. Паук зашевелился, и из его пасти вырвался низкий, хриплый голос: — Кто здесь? — Это мы, Гарри Поттер, Рон Уизли и Кассандра Лестрейндж, мы друзья Хагрида. Нам нужна твоя помощь, — ответил Гарри. — Мы хотим узнать, кто открыл Тайную комнату.       Арагог снова замер, обдумывая их слова. — Вы пришли ко мне за правдой? — спросил он наконец. — Я расскажу вам всё. Но берегитесь. Правда бывает жестокой. — Мы готовы, — сказала Кассандра. — Хагрид, — начал Арагог, — Не открывал Тайную комнату. Он мой друг, я знаю его. Он любит животных. — Значит, Хагрид невиновен? — спросил Рон, облегченно выдыхая. — Да, — ответил Арагог. — Он невиновен. Хагрид всегда заботился обо мне. Он даже не знал об опасности, которую я представлял.       Гарри почувствовал облегчение, услышав это. — Но тогда кто открыл Тайную комнату? — спросил он.       Арагог замолчал, будто колеблясь. — Я не могу тебе сказать, — ответил он, — Это опасно. — Тогда нам нужно подумать об этом, — сказала Кассандра. — Но сейчас нам нужно выбираться отсюда.       Они поблагодарили Арагога за информацию и повернулись, чтобы уйти. Но в этот момент из темноты раздался зловещий шелест, и сотни глаз загорелись в полумраке. Дети Арагога. Огромные, ядовитые пауки, окружили их со всех сторон. — Арагог! — крикнул Гарри. — Ты обещал нам помочь!       Арагог зашевелился, но не сделал ничего, чтобы остановить своих детей. — Я рассказал вам правду, — ответил он, — Но я не могу контролировать своих детей. Они голодны. И вы… вы чужаки. — Предатель! — выплюнул Рон, доставая палочку. — Мы должны выбираться отсюда! — сказала Кассандра, также доставая палочку. — Другого выхода нет.       Они прижались спинами друг к другу, образовав небольшой круг. Пауки начали наступать, их острые жвала клацали в темноте. — Люмос! — выкрикнул Гарри, и кончик его палочки загорелся ярким светом, освещая пещеру.       Пауки отпрянули, не любя свет, но не остановились. Они бросились на них, словно волна, готовые разорвать на части. — Incendio! — крикнул Гарри, направляя поток пламени на ближайших пауков.       Рон и Кассандра последовали его примеру, обрушивая на врагов шквал заклинаний. Stupefy! Impedimenta! Flipendo! Но пауков было слишком много. Они обступали их со всех сторон, не давая передышки. Гарри, Рон и Кассандра сражались отважно, но силы их были не беспредельны. В какой-то момент Кассандра почувствовала, как ее ногу пронзает острая боль. Её укусил паук. — Ааа! — вскрикнула она, отступая назад. — Касс! — крикнул Гарри, бросаясь ей на помощь.       Рон, прикрывая их отступление, продолжал обрушивать заклинания на пауков. Но их становилось только больше. Казалось, что они никогда не выберутся из этой пещеры живыми.       И тут раздался громкий хлопок. Кто-то аппарировал прямо в пещеру. — Arania Exumai! — прозвучал властный голос Гарри, и яркая вспышка света ослепила всех присутствующих.       Пауки отшатнулись, словно пораженные молнией. Тот, кто появился, начал методично уничтожать пауков, его заклинания были быстрыми и точными.       Наконец, они вырвались из пещеры и оказались на свободе. Они бежали, пока не упали без сил на поляне, задыхаясь и дрожа от страха. Они лежали, глядя в ночное небо, пытаясь прийти в себя. Они спаслись, но что дальше? — Нам нужно рассказать обо всём профессору МакГонагалл, — сказала Кассандра. — Она должна знать, кто на самом деле стоит за Тайной комнатой. — А она нам поверит? — спросил Рон. — Мы должны попытаться, — ответил Гарри. — У нас нет другого выхода.       С этими словами они поднялись на ноги и направились обратно в замок. Добравшись до замка, Гарри, Рон и Кассандра, измотанные и перепачканные лесной грязью, сразу же направились в больничное крыло. Их не покидало чувство вины за то, что оставили Гермиону одну в таком состоянии. Они хотели увидеть её, хотя бы на мгновение, и убедиться, что с ней всё в порядке.       Тихонько войдя в палату, они увидели Гермиону, лежащую на кровати, всё так же неподвижную и окаменевшую. Её глаза были широко открыты, взгляд устремлен в потолок. Вид её был душераздирающим. Гарри подошел к кровати и взял её руку в свою. Она была холодной и словно каменной. Он почувствовал, как у него защемило сердце. — Нам очень жаль, Гермиона, — прошептал он. — Мы всё исправим. Мы обещаем.       Кассандра заметила, что в руке Гермионы что-то зажато. Она аккуратно разжала её пальцы и увидела сложенный пергамент. — Что это? — спросила она, разворачивая пергамент.       На пергаменте аккуратным почерком Гермионы были записаны какие-то заметки. Гарри и Рон склонились над ней, пытаясь прочитать, что там написано. — Это о василиске, — сказал Гарри, узнав знакомые термины и описания. — Похоже, она нашла что-то важное, — добавила Кассандра, внимательно изучая пергамент.       На пергаменте было подробно описано, что такое василиск, как он убивает, и как можно защититься от его взгляда. Но самым важным была информация о том, как он перемещается по замку. — Смотрите, — сказала Кассандра, указывая на строчку: «Василиск передвигается по трубам.» — Трубам? — переспросил Рон. — Но зачем василиску трубы? — Не зачем, а почему, — поправила Кассандра. — Василиск — змея. Змеи любят темноту и прохладу. Трубы — идеальное место для передвижения. — Подождите-ка, — сказал Гарри, — Я слышал голос василиска. Я слышал его в стенах. — Вот именно! — воскликнула Кассандра. — Он путешествует по трубам, а мы можем его слышать! — Но это же гениально! — обрадовался Рон. — Мы знаем, где он прячется. Мы знаем, как он передвигается. Теперь мы можем его остановить! — Мы знаем, где он, но не знаем, как, — напомнила Кассандра. — Василиск — смертоносное создание. Мы не сможем сразиться с ним в одиночку. — Тогда нам нужна помощь, — сказал Гарри. — Нам нужно рассказать об этом профессору МакГонагалл. Она должна нам помочь. — И она нам поверит? — спросил Рон. — Мы должны их убедить, — ответила Кассандра. — У нас есть доказательства. У нас есть записи Гермионы. — Значит, мы идем к ним прямо сейчас? — спросил Рон. — Да, — ответил Гарри, — Чем быстрее, тем лучше.       Они еще раз взглянули на неподвижную Гермиону, пообещав ей, что вернутся и спасут её. Затем они покинули больничное крыло и направились на поиски профессора МакГонагалл. На этот раз они были полны решимости и надежды. Они знали правду, и они были готовы бороться за неё до конца. Василиск бродит по трубам Хогвартса, но они уже знают, как ему противостоять. И они не остановятся, пока не спасут свой любимый замок от опасности.