Глава 18. Спасение узника, конец третьего курса

      Гарри очнулся, чувствуя тяжесть во всем теле и тупую боль в голове. Он лежал в больничном крыле, в окружении белых стен и успокаивающего запаха дезинфицирующих средств. Рядом с ним на соседней койке лежала Кассандра, ее лицо было бледным и осунувшимся. Гермиона сидела рядом с Гарри, ее глаза были красными от слез. Рон лежал на соседней койке с перебинтованной ногой. — Что произошло? — прохрипел Гарри, пытаясь сесть. — Ты ничего не помнишь? — спросила Гермиона, глядя на него с тревогой. — Только… дементоров… и что кто-то нас спас… — ответил Гарри, — Это был… патронус… огромный олень… — Ты думаешь, это был твой отец? — спросила Гермиона, — Джеймс Поттер?       Гарри задумался. Он всегда мечтал о том, чтобы его отец пришел к нему на помощь, и образ оленя-Патронуса идеально соответствовал его представлениям о Джеймсе. — Возможно, — сказал Гарри, — Я надеюсь, что это был он. — Но это невозможно, — сказала Гермиона, — Твой отец мертв. Он не мог создать Патронуса. — Кто же тогда? — спросил Гарри, — Кто нас спас?       Гермиона опустила голову. — Это не важно сейчас, — сказала она, — Хуже другое. — Что еще могло случиться? — спросил Гарри с тоской. — Сириус… — прошептала Гермиона, — Они его поймали.       Гарри похолодел. — Что? — воскликнул он, — Но как? — Петтигрю сбежал, — сказала Гермиона, — А Снейп… он всё рассказал. — И что теперь? — спросил Гарри, — Что будет с Сириусом?       Гермиона заплакала. — Его ждет поцелуй дементора, — прошептала она, — Они вынут из него душу.       В этот момент в больничное крыло вошел профессор Дамблдор. Его глаза, обычно лучившиеся добротой, сейчас были серьезными и печальными. — Профессор Дамблдор, вы должны поверить нам! — воскликнул Гарри, — Сириус невиновен! Это Питер Петтигрю предал моих родителей! — Мы видели его! — добавила Гермиона, — Он был Коростой! Сириус не виноват!       Рон, кивнув в знак согласия, застонал от боли в ноге. Дамблдор внимательно выслушал их, не перебивая. Его глаза изучали их лица, словно пытаясь прочесть их мысли. — Я знаю, что вы верите в то, что говорите, — сказал Дамблдор, — Но, к сожалению, доказательства говорят об обратном. — Но мы же видели Петтигрю! — настаивал Гарри, — Мы видели, как он превратился из крысы в человека! — Вы видели то, что хотели видеть, — ответил Дамблдор, — Под влиянием сильного стресса и волшебства легко ошибиться. — Это не так! — возразила Кассандра, — Мы говорим правду!       Дамблдор вздохнул и посмотрел на Гермиону долгим, проницательным взглядом. — Гермиона, — произнес он, — Вы очень умная и рассудительная девочка. Я уверен, что вы понимаете, что иногда, чтобы исправить ошибку, нужно использовать… нетрадиционные методы.       Гермиона нахмурилась, не понимая, что имеет в виду Дамблдор. — Что вы хотите сказать, профессор? — спросила она.       Дамблдор улыбнулся, но в его улыбке не было радости. — Помните ли вы, Гермиона, что я говорил о времени? О его непостоянстве и относительности?       Гермиона в недоумении посмотрела на Дамблдора. — Да, профессор, — ответила она, — Но какое это имеет отношение к делу?       Дамблдор промолчал, словно намеренно избегая прямого ответа. Он лишь посмотрел на Гермиону долгим, многозначительным взглядом, а затем повернулся к Гарри. — Мне очень жаль, Гарри, — сказал Дамблдор, — Но я ничего не могу сделать. Сириус Блэк будет наказан за свои преступления.       С этими словами Дамблдор вышел из больничного крыла, оставив Гарри, Гермиону и Рона в отчаянии и непонимании. Гермиона внезапно побледнела, ее глаза расширились от осознания. До нее дошло, что имел в виду Дамблдор, и как она может спасти Сириуса. — Я знаю! — прошептала Гермиона, — Я знаю, что нужно сделать! — Что? — спросил Гарри, — Что ты задумала? — У нас нет времени объяснять, — ответила Гермиона, лихорадочно оглядываясь по сторонам.       Она достала из-под мантии небольшой золотой предмет, похожий на песочные часы. Гарри и Кассандра удивленно переглянулись. Они никогда раньше не видели эту вещь. — Что это? — спросил Гарри. — Это маховик времени, — прошептала Гермиона, чтобы не услышал Рон. — С помощью него можно перемещаться во времени. — Что? — тихо воскликнул Гарри, — Но это же… это же невозможно! — Возможно, — сказала Гермиона, — МакГонагалл дала мне его в начале года, чтобы я могла посещать все занятия. Но сейчас он нам нужен для кое-чего другого. — Что ты собираешься сделать? — спросила Кассандра, чувствуя нарастающее волнение.       Теперь она понимала, почему Гермиона частенько была очень уставшей. Быть в двух классах сразу — непростая задача. — Мы должны вернуться в прошлое, — ответила Гермиона, — И спасти Сириуса. — Но это безумие! — всё также тихо воскликнул Гарри, — Это слишком опасно! — У нас нет другого выбора, — сказала Гермиона, — Если мы этого не сделаем, Сириуса ждет поцелуй дементора.       Она крепко сжала маховик времени и повернула его несколько раз. Комната начала вращаться, мир вокруг них поплыл. — Держитесь крепче! — закричала Гермиона.       Гарри и Кассандра, не понимая, что происходит, схватились за Гермиону. Они почувствовали, как их тела пронизывает странная энергия, и мир вокруг них исчез.       Когда все стихло, они оказались на том же месте, в больничном крыле, но все вокруг было как будто размытым и неестественным. — Сколько времени мы отмотали? — спросил Гарри, с трудом приходя в себя. — Несколько часов, — ответила Гермиона, — До казни Клювокрыла. У нас есть шанс все исправить. — А что насчет Рона? — спросила Кассандра, — Мы должны были взять его с собой. — Нельзя, — ответила Гермиона, — Он ранен. Ему нельзя перемещаться во времени. Мы должны действовать быстро и осторожно.       И, не теряя ни минуты, они снова отправились на улицу, готовые бросить вызов судьбе и спасти невиновного человека. Они добрались до хижины Хагрида, стараясь не привлекать к себе внимания. Спрятавшись за кустами, они наблюдали за событиями, разворачивающимися внизу.       Все выглядело точно так же, как и в первый раз, когда они пришли на слушание по делу Клювокрыла. — Мы должны подождать, пока мы из прошлого уйдем, — прошептала Гермиона, — Иначе мы можем нарушить временной континуум.       Гарри и Кассандра кивнули, напряженно наблюдая за хижиной. Но время шло, а они из прошлого не выходили. — Что-то не так, — прошептал Гарри, — Они должны были уже уйти.       Кассандра нахмурилась, чувствуя, что что-то идет не по плану. — Может быть, что-то произошло внутри? — предположила она.       В этот момент на горизонте показались три фигуры. Это были Дамблдор, Фадж и палач МакНейр, направлявшиеся к хижине Хагрида. — О нет! — прошептала Гермиона, — Они идут! Мы должны что-то придумать! — Но что? — спросил Гарри, — Мы не можем просто выйти и остановить их!       Гермиона, ловко подобрала с тыквы огромную раковину улитки и со всей силы запустила ее в окно. Раковина с грохотом разнесла вдребезги стоящий на подоконнике кувшин. Звук разбитого стекла привлек внимание Хагрида, Гарри, Рон, Гермионы и Кассандры из прошлого, находившихся внутри хижины. — Что это было? — прошептал Гарри из прошлого, выглядывая в окно.       Гермиона из настоящего, пробегая мимо них, незаметно подобрала маленький камешек и метким броском запустила его в затылок Гарри из прошлого. — Ай! — воскликнул Гарри из прошлого, потирая ушибленное место.       Он оглянулся и увидел приближающихся Дамблдора, Фаджа и МакНейра. — Они идут! — воскликнул он, — Нужно уходить!       Ребята из прошлого, поняв, что времени больше нет, быстро выбежали из хижины и скрылись в лесу. — Это наш шанс! — прошептала Гермиона, — Нужно уходить отсюда!       И, стараясь не привлекать к себе внимания, они быстро скрылись за тыквами, оставляя своих двойников позади. Теперь, когда они покинули хижину, можно было приступать к следующему этапу плана, а тем временем Дамблдор, Фадж и палач зашли в дом Хагрида. — Нам нужно освободить Клювокрыла, — прошептала Гермиона, — И сделать это быстро и незаметно. — А где он сейчас? — спросил Гарри. — Привязан во дворе, — ответила Гермиона, — Там, где его обычно держат.       Они осторожно выглянули из-за тыкв. Во дворе хижины, действительно, стоял Клювокрыл, привязанный к столбу. Его огромные крылья были сложены, а голова опущена. Вероятность того, что Дамблдор, Фадж и палач, могут выйти из хижины Хагрида в любой момент, заставляла действовать быстрее. — Нужно действовать сейчас, — прошептала Гермиона.       Они, крадучись, выбрались из-за тыкв и направились к Клювокрылу. Гарри шел первым, стараясь прикрыть Гермиону и Кассандру. Каждый шаг отдавался гулким эхом в тишине ночи. — Тихо, Клювокрыл, — прошептала Гермиона, подходя к гиппогрифу, — Мы тебя освободим.       Она достала из кармана небольшой ножик и принялась перерезать веревки, которыми был привязан гиппогриф. Лезвие скользило по грубым волокнам, с каждым движением приближая их к свободе. Кассандра стояла рядом, напряженно оглядываясь по сторонам, готовая предупредить об опасности.       Наконец веревки были перерезаны. Клювокрыл, почувствовав свободу, поднял голову и благодарно посмотрел на Гермиону. Его большие, умные глаза, казалось, говорили спасибо. — Лети, Клювокрыл, — прошептала Гермиона, — Лети как можно дальше.       Клювокрыл расправил свои огромные крылья и взмыл в воздух. Он сделал круг над хижиной Хагрида, словно прощаясь, и полетел в сторону Запретного леса, растворяясь в темноте. — Он улетел! — прошептала Кассандра, облегченно вздыхая.       Теперь оставалось только одно — спасти Сириуса. — Нам нужно добраться до Воющей хижины, — прошептала Гермиона, — И спасти Сириуса.       Они, стараясь не шуметь, направились к Гримучей иве. Ночь была темной, лес казался зловещим и полным опасностей. Каждый шорох, каждый треск ветки заставляли их вздрагивать.       Добравшись до ивы, они укрылись за большим деревом. — Теперь нужно подождать, — сказала Гермиона, — Здесь должна произойти битва между Люпином и Сириусом.       Они затаили дыхание, слушая звуки леса. Вдалеке слышался волчий вой, который заставлял кровь стынуть в жилах. — Это он, — прошептала Кассандра, — Люпин превращается.       Время тянулось мучительно медленно. В ожидании неизбежной битвы, между ними воцарилось молчание, которое казалось оглушительным. — Гарри, — нарушила тишину Гермиона, — Ты все еще думаешь, что Патронуса создал твой отец?       Гарри вздохнул. — Я хотел бы в это верить, — ответил он, — Но я знаю, что это невозможно. — Тогда кто это был? — спросила Кассандра. — Я не знаю, — ответил Гарри, — Но я уверен, что мы узнаем это. — А что будет с Сириусом? — спросила Гермиона, — Если мы сможем его спасти, что он будет делать? — Он хочет жить со мной, — сказал Гарри, — И с Касс. Он хочет быть нашей семьей. — Ты хочешь этого? — спросила Кассандра, глядя на Гарри с тревогой. — Да, — ответил Гарри.       Волчий вой становился все ближе и ближе, а затем раздался оглушительный рык. Они поняли, что пришло время действовать. — Это наш шанс, — прошептала Гермиона, — Сейчас или никогда.       Они осторожно выглянули из-за корней и увидели, как Сириус в облике огромной черной собаки отчаянно отбивается от Люпина, превратившегося в оборотня. Сириус старался увести оборотня подальше от хижины, подальше от их прошлых «я». — Нужно действовать быстро, — сказал Гарри, — Пока они далеко.       Они выскочили из укрытия и побежали за Сириусом и Люпином, стараясь не шуметь и не привлекать к себе внимания. Бежать по лесу в темноте было сложно, но они понимали, что от их действий зависит жизнь Сириуса.       Когда они приблизились к поляне, где происходила битва, Гермиона внезапно остановилась. — Я знаю, что нужно сделать, — прошептала она, — Нужно отвлечь оборотня, от вас из прошлого. — Что? — спросил Гарри, — Но как? — Я буду выть, — ответила Гермиона, — Как волк. Он должен пойти на звук. — Это безумие, — сказал Гарри, — Это слишком опасно! — У нас нет другого выбора, — сказала Гермиона, — Доверься мне.       И, набрав в грудь воздуха, Гермиона издала протяжный, жуткий вой, который эхом разнесся по лесу. Звук был настолько реалистичным, что у Гарри и Кассандры по коже пробежали мурашки. Люпин, услышав вой, мгновенно остановился и повернулся в их сторону. Его звериные глаза загорелись голодным огнем. — Бегите! — крикнула Гермиона, — Бегите!       Они бросились бежать прочь от поляны, а разъяренный оборотень, поддавшись инстинктам, помчался за ними, оставив Сириуса и Гарри с Кассандрой из прошлого в покое. Бегство по лесу, от разъяренного оборотня, превратилось в кошмар. Они бежали, спотыкаясь о корни деревьев, продираясь сквозь кустарник, чувствуя, как все ближе и ближе раздается рык преследующего их зверя. — Он догоняет! — задыхаясь, крикнула Кассандра, оглядываясь назад.       Гарри тоже посмотрел через плечо и похолодел от ужаса. Оборотень, огромный и лохматый, несся за ними, его глаза горели безумным огнем. Казалось, что их спасение невозможно. — Мы не успеем! — закричала Гермиона в панике.       Внезапно над головой раздался громкий хлопающий звук. Они подняли головы и увидели, как из темноты леса вылетает огромная тень. Это был Клювокрыл. Гиппогриф, увидев их в беде, стремительно спикировал вниз. Он пронесся над ними, словно огромная птица-спасительница, и опустился рядом с ними, протягивая свои когтистые лапы. — Скорее! — крикнул Гарри, — Хватайтесь за него!       Они, не раздумывая, подбежали к Клювокрылу и крепко схватились за его перья. Гиппогриф взмахнул своими огромными крыльями и поднялся в воздух. Оборотень, взревев от ярости, попытался подпрыгнуть и схватить их, но было уже слишком поздно. Клювокрыл стремительно набирал высоту, унося их прочь от опасности.       Они летели над лесом, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Внизу, далеко внизу, остался разъяренный оборотень, бессильно наблюдавший за тем, как они улетают.       Подлетая к озеру, Клювокрыл плавно снизился и осторожно опустил их на землю. Они спрыгнули с его спины и поблагодарили его за помощь. — Спасибо, Клювокрыл, — сказал Гарри, погладив гиппогрифа по клюву, — Ты настоящий друг.       Клювокрыл издал довольный клекот и взлетел в воздух, сделав круг над ними, прежде чем улететь в дальше вглубь Запретного леса. Клювокрыл издал довольный клекот и взлетел в воздух, сделав круг над ними, прежде чем улететь в сторону Запретного леса.       Они огляделись. Вокруг было тихо и спокойно. Луна освещала озеро, создавая таинственную и завораживающую атмосферу. Они находились на том самом месте, где ранее патронус спас их от дементоров. — Здесь все должно произойти, — прошептала Гермиона, — Мы должны дождаться момента, когда дементоры нападут на Сириуса.       Они укрылись за густыми кустами, стараясь не привлекать к себе внимания. Ночь казалась бесконечной, время тянулось мучительно медленно. Они замерли, затаив дыхание, когда из-за деревьев на другом конце озера стали появляться темные, зловещие фигуры. Дементоры. Холод окутал их, высасывая радость и надежду. Они увидели лежащую на берегу фигуру. Это был Сириус, без сознания, а рядом были Гарри и Кассандра из прошлого. Дементоры кружили над ним, готовясь к своей ужасной трапезе. — Сейчас! — прошептала Гермиона, дрожа от холода.       Но они ждали напрасно. Ничего не происходило. Светлого силуэта оленя, рассеивающего мрак, не было и в помине. Дементоры сгущались вокруг Сириуса, их приближение ощущалось каждой клеточкой тела. — Патронус не приходит! — в панике прошептала Кассандра, — Что нам делать? — Я не знаю! — ответил Гарри, чувствуя, как отчаяние захлестывает его.       Отчаяние парализовало их волю. Они стояли, словно зачарованные, наблюдая за тем, как дементоры склоняются над Сириусом, готовые похитить его душу. — Мы ничего не можем сделать… — прошептала Кассандра, ее голос дрожал от слез.       Гарри сжал кулаки. Он не мог позволить этому случиться. Он должен был что-то предпринять. Собрав всю свою волю в кулак, Гарри вспомнил самые счастливые моменты своей жизни: лица родителей, улыбку Сириуса, обретение друзей. Он ощутил тепло, разливающееся по его телу, словно луч света, пробивающийся сквозь тьму. — Экспекто Патронум! — заорал Гарри, вкладывая в заклинание всю свою надежду, всю свою любовь, всю свою веру.       Из его палочки вырвался ослепительный серебристый свет. Он рос и рос, приобретая очертания могучего оленя. Патронус был не просто ярким, он был живым, сильным, исполненным невероятной энергии. Олень, сотканный из чистого серебра, взмыл в воздух и с яростным рыком бросился на дементоров. Темные создания, словно опаленные огнем, отшатнулись, зашипели и начали отступать, исчезая в темноте леса. Свет Патронуса залил все вокруг, рассеивая холод и мрак.       Гарри, чувствуя невероятный прилив сил, смотрел на своего Патронуса, на своего оленя-спасителя. Он вдруг все понял. Это был его Патронус. Именно он спас их в прошлый раз. Не его отец, а он сам. Он просто не осознавал этого тогда, не верил в свои силы.       Олень, закончив свою работу, медленно растаял в воздухе, оставив после себя лишь приятное тепло и чувство выполненного долга. Гарри опустил палочку, тяжело дыша. Он чувствовал себя опустошенным, но в это же время невероятно счастливым. Он смог. Он спас Сириуса. Гермиона и Кассандра смотрели на Гарри с восхищением. — Это… это было невероятно, Гарри, — прошептала Гермиона, — Твой Патронус… он был потрясающим. — Ты нас спас, — сказала Кассандра, улыбаясь Гарри.       Гарри улыбнулся в ответ. — Мы спасли Сириуса, — сказал он, — Вместе. – Нам нужно выбираться отсюда, — прошептала Гермиона, оглядываясь по сторонам.       В этот момент над ними снова раздался знакомый хлопающий звук. В ночном небе показался Клювокрыл, он летел обратно к ним, словно чувствуя их нужду. — Он вернулся! — воскликнула Кассандра. Гарри кивнул.– Клювокрыл, ты отнесешь нас в Хогвартс? — крикнул Гарри, — Нам нужна помощь!       Клювокрыл, словно поняв его слова, опустился ниже, позволяя им забраться на свою спину. Они устроились поудобнее, крепко держась за перья гиппогрифа, и он взмыл в воздух.       Летели быстро, ветер свистел в ушах, но теперь в их сердцах теплилась надежда. Они летели к Хогвартсу, к безопасности, к помощи.       Подлетая к замку, Гарри заметил какое-то движение в одной из башен. Приглядевшись, он увидел силуэт человека, сидящего за решетой. — Это он! — прошептал Гарри, — Это Сириус!       Клювокрыл подлетел ближе к башне. Они увидели, что Сириус сидит, прислонившись к стене, его глаза закрыты. Он, казалось, смирился со своей судьбой и ждал прихода дементоров. Гарри вгляделся в лицо Сириуса. Оно было бледным и осунувшимся, в глазах читалась усталость и смирение. — Сириус! — крикнул Гарри, — Сириус, это мы!       Сириус медленно открыл глаза и посмотрел на них с удивлением. — Гарри? — прошептал он, — Что вы здесь делаете? — Мы пришли тебя спасти, — ответил Гарри, — Но времени мало. — Как мы тебя вытащим? — спросила Кассандра.       Гермиона, не теряя ни секунды, выхватила палочку. — Бомбарда! — Выкрикнула она.       Раздался оглушительный взрыв. Металл с треском разлетелся в разные стороны, открывая проход в башню. — Получилось! — воскликнул Гарри.       Сириус, очнувшись от оцепенения, с трудом поднялся на ноги и подошел к ним. — Будь осторожен, — сказал Гарри, — Держись крепче за Клювокрыла.       Сириус, не говоря ни слова, перелез через остатки решетки и уселся на спину гиппогрифа. Клювокрыл взмахнул своими огромными крыльями и поднялся в воздух, унося их в другую часть замка.       Клювокрыл, плавно кружась над замком, перенёс их в тихую безлюдную часть, расположенную в дальнем конце территории Хогвартса. Он осторожно приземлился на небольшой лужайке, скрытой от посторонних глаз.       Выбравшись с Клювокрыла, они помогли Сириусу спуститься. Тот выглядел очень слабым, но в его глазах горел огонек благодарности. — Спасибо вам, — произнес Сириус хриплым голосом, — Вы спасли мне жизнь. — Ты бы сделал то же самое для нас, — ответил Гарри, — Ты наша семья.       Они замолчали, понимая, что этот момент прощания может стать последним. — Куда ты полетишь? — спросила Кассандра. — Ты будешь в безопасности? — Я не знаю, — ответил Сириус, — но я найду способ. Я буду скрываться и ждать, пока всё уляжется.       Он посмотрел на Гарри с теплотой. — Я буду присматривать за тобой, Гарри, — сказал он. — Я всегда буду рядом.       Гарри кивнул, сдерживая слезы. — Я буду ждать тебя, Сириус, — сказал он. — Я буду ждать, когда ты вернёшься.       Сириус обнял Гарри, а затем посмотрел на Кассандру. — Берегите себя, ребята, — сказал он. — И помните, что я всегда буду любить вас.       Он погладил Клювокрыла по голове. — Спасибо тебе, мой друг, — сказал Сириус гиппогрифу. — Ты спас мне жизнь.       Сириус уселся на спину Клювокрыла и, кивнув им на прощание, взмахнул поводьями. Клювокрыл расправил свои огромные крылья и взмыл в ночное небо. Они долго смотрели вслед улетающему гиппогрифу, пока он не исчез из виду. Сириус улетел в неизвестность, но они знали, что сделали все, что могли, чтобы спасти его. И это было главное.       Вернувшись в больничное крыло, они постарались вести себя как можно непринужденнее. Рон, лежавший на койке и читавший книгу, удивленно поднял на них глаза. — Где вы были? — спросил он, — Я же видел вас буквально минуту назад! Вы стояли передо мной, и вдруг… пуф! Исчезли!       Гарри и Гермиона переглянулись, обмениваясь нервными взглядами. — Ты, наверное, задремал, — сказала Кассандра, стараясь говорить как можно спокойнее, — Тебе просто приснилось. — Нет, я точно помню, — настаивал Рон, — Вы стояли вот здесь, рядом с моей кроватью, и вдруг… исчезли! Это было жутко! — Да, Рон, — подхватила Гермиона, — Ты просто переутомился. Поспи немного, и все пройдет.       Рон недоверчиво посмотрел на них. — Может быть, вы и правы, — пробормотал он, — Но мне точно не показалось.       Он отложил книгу и потер глаза. — Ладно, неважно, — сказал Рон, — Главное, что вы вернулись.       Гарри и Гермиона облегченно вздохнули. Казалось, им удалось избежать подозрений. Кассандра молча села на стул рядом с Роном, наблюдая за происходящим.       На следующее утро, во время завтрака, атмосфера в Большом зале была напряженной. Все шептались о побеге Сириуса Блэка и о том, как он смог обмануть дементоров. Преподаватели выглядели взволнованными и озабоченными. После завтрака Гарри, с тяжелым сердцем, направился в кабинет к профессору Люпину. Он чувствовал себя виноватым за то, что произошло, и хотел узнать, что будет с Люпином. На пути к кабинету его догнала Кассандра. — Гарри, — окликнула она его, — Куда ты идешь? — К Люпину, — ответил Гарри, — Я хочу узнать, как он себя чувствует.       Кассандра нахмурилась. — Ты думаешь, это хорошая идея? — спросила она, — После всего, что произошло? — Я должен, — ответил Гарри, — Он не виноват в том, что он оборотень.       Кассандра немного подумала и сказала: — Тогда я пойду с тобой. Гарри кивнул.       Он был рад, что Кассандра решила его поддержать.       Они вместе направились к кабинету Люпина, молча шагая по коридорам Хогвартса. Атмосфера в замке была гнетущей и мрачной. Подойдя к кабинету Люпина, они постучали. После недолгого ожидания дверь открылась. На пороге стоял профессор Люпин. Он выглядел уставшим и печальным. Они вошли в кабинет.       Внутри царил беспорядок. Книги были свалены в стопки, вещи лежали в чемоданах. Люпин собирался уходить. — Что происходит, профессор? — спросил Гарри, глядя на разбросанные вещи. Люпин вздохнул и присел на стул. — Я ухожу, Гарри, — сказал он, — Я больше не могу оставаться в Хогвартсе. — Но почему? — спросила Кассандра, — Что случилось? — Теперь ведь, все узнали, — ответил Люпин, — О том, что я оборотень. — И что теперь? — спросил Гарри, — Вас уволили? — Нет, — ответил Люпин, — Дамблдор предложил мне остаться. Но я не могу этого сделать. — Почему? — спросила Кассандра, — Вы же отличный учитель. — Я знаю, — ответил Люпин, — Но я не хочу подвергать вас опасности. И, кроме того, скоро начнут приходить гневные письма от родителей, возмущенных тем, что их детей обучает оборотень. Я не хочу создавать проблем Дамблдору.       Он посмотрел на Гарри с грустью. — Мне очень жаль, Гарри, — сказал Люпин, — Я обещал тебе, что помогу тебе. Но я не могу сдержать свое обещание. — Все в порядке, профессор, — ответил Гарри, — Вы и так нам очень помогли.       Кассандра подошла к Люпину и обняла его. — Мы будем скучать по вам, профессор, — сказала она.       Люпин улыбнулся и обнял ее в ответ. — Я тоже буду скучать по вам, ребята, — сказал он, — Но я надеюсь, что мы еще встретимся.       Он встал и подошел к окну. — Берегите себя, — сказал Люпин, — И помните, что добро всегда побеждает зло.       С этими словами Люпин взял свои вещи и вышел из кабинета, оставив Гарри и Кассандру одних.       Они решили пойти в Большой зал, чтобы немного отвлечься и хоть что-нибудь съесть. Проходя мимо стола Гриффиндора, они услышали, как их зовут. — Гарри! Касс! — крикнул Рон, махая им рукой.       Рядом с ним сидела Гермиона. Они подошли к столу и сели рядом с друзьями. — Где вы были? — спросила Гермиона. — Мы навещали Люпина, — ответил Гарри, — Он уходит из Хогвартса. — Что? — воскликнула Гермиона, — Почему?       Гарри и Кассандра рассказали им о том, что произошло в кабинете Люпина. Рон и Гермиона слушали их, не перебивая, с грустью в глазах. — Это ужасно, — сказала Гермиона, когда они закончили, — Он был таким хорошим учителем.       В этот момент в Большой зал влетели совы, доставляющие почту. Одна из сов подлетела к Гарри и протянула ему большую, тщательно упакованную посылку. — Что это? — спросил Рон, с любопытством глядя на посылку.       Гарри пожал плечами и начал разворачивать её. Внутри оказалась длинная тонкая коробка. Открыв её, Гарри замер от изумления. В коробке лежала новая метла — «Молния». — Ничего себе! — воскликнул Рон. — Это же самая быстрая метла в мире!       Гарри с благоговением взял метлу в руки. Она была лёгкой и изящной, словно созданной для полёта. — Кто мог прислать тебе такую дорогую метлу? — спросила Гермиона. — Это же невероятно!       Гарри внимательно осмотрел коробку, пытаясь найти хоть какую-нибудь записку или подсказку. Но ничего не было. Вдруг он вспомнил о Сириусе. — Может быть, это он? — прошептал Гарри. — Может быть, это Сириус прислал мне эту метлу?       Он улыбнулся, представив, как Сириус, скрываясь от Министерства магии, покупает ему новую метлу. — Спасибо, Сириус, — прошептал Гарри, глядя в окно. — Я знаю, что это ты.       В этот момент к Рону подлетела небольшая сова и протянула ему письмо. Рон взял его, с удивлением рассматривая незнакомый почерк. — От кого это? — спросила Кассандра, наклоняясь, чтобы рассмотреть конверт.       Рон открыл письмо и начал читать про себя. Его лицо постепенно вытягивалось от удивления. — Кто это? — не выдержала Гермиона. — Это… это от Сириуса, — пробормотал Рон, — Он… он мне письмо написал. — Что там написано? — спросил Гарри, наклоняясь ближе к Рону. Рон прокашлялся и начал читать вслух: «Дорогой Рон, Я знаю, что причинил тебе много неприятностей. Мне очень жаль, что из-за меня ты остался без своего питомца, Коросты. Я понимаю, что ты, возможно, никогда не сможешь меня простить, но я хотел бы хоть как-то загладить свою вину. Поэтому я дарю тебе эту сову. Надеюсь, она станет тебе хорошим другом и верным помощником. Я назвал ее Сычиком.»       Рон замолчал, пораженный услышанным. — Это… это невероятно, — пробормотал он, — Он… он мне сову подарил.       Он поднял глаза и посмотрел на маленькую сову, сидевшую на его плече. Она была крошечной и пушистой, с большими, круглыми глазами. — Он такой милый! — воскликнула Гермиона. — Значит, Сириус подарил тебе сову, а Гарри — метлу, — сказала Кассандра, улыбаясь, — Он явно пытается загладить свою вину.       Рон усмехнулся. — Да, — сказал он, — Кажется, ему это удается.       Гарри улыбнулся, глядя на своих друзей. Он был рад, что Сириус, хоть и далеко, все же заботится о них. И он был уверен, что однажды они снова встретятся.       Наблюдая за радостью Гарри и Рона, Кассандра почувствовала легкую зависть. Она была рада за них, но в глубине души ей тоже хотелось получить весточку от Сириуса.       Закончив разговор, Кассандра попрощалась с друзьями и направилась к столу Слизерина. Она, как обычно, села рядом с Драко, который, как обычно, злобно косился на Гарри и Рона.       В этот момент к Кассандре подлетел Эйс. Эйс опустился на стол и протянула Кассандре небольшой сверток. Кассандра взяла сверток и развернула его. Внутри оказалась красивая серебряная брошь в виде маленького феникса. На крыльях феникса были выгравированы инициалы «С.Б.». Кассандра затаила дыхание. В этот момент ей стало всё равно на презрительный взгляд Драко и на все взгляды с других учеников. К броши прилагалось небольшое письмо: «Дорогая Кассандра, Я надеюсь, эта маленькая вещица будет напоминать тебе обо мне и о том, что я всегда буду рядом, даже если мы не можем быть вместе. Знай, что ты и Гарри очень дороги мне, и я всегда буду заботиться о вас. Береги себя. С любовью, Сириус.»       Кассандра бережно сжала брошь в руке, и слезы навернулись на ее глаза. Она была тронута до глубины души. Она всегда чувствовала себя одинокой и непонятой, но теперь знала, что у нее есть люди, которые ее любят и ценят. — Что это? — спросил Драко, с любопытством глядя на брошь.       Кассандра проигнорировала его вопрос и прижала брошь к сердцу. Она чувствовала тепло и поддержку Сириуса, даже на расстоянии. — Спасибо, Сириус, — прошептала Кассандра, глядя в окно, — Я никогда тебя не забуду.       На следующий день, когда студенты Хогвартса собирались у поезда, готовые отправиться на летние каникулы домой, в воздухе витала атмосфера смешанных чувств. С одной стороны, радость от предстоящего отдыха, а с другой — грусть от расставания с друзьями. Кассандра, попрощавшись с Гарри, Роном и Гермионой, медленно шла по платформе в поисках свободного купе.       Вдруг она услышала, как ее кто-то зовет. — Кассандра! Погоди! Она обернулась и увидела Блейза Забини, идущего в ее сторону.       Его лицо выражало некоторую неловкость. — Можно с тобой поговорить? — спросил Блейз, остановившись перед Кассандрой.       Кассандра нахмурилась. Она все еще помнила тот неприятный инцидент с Пенси Паркинсон и ее колкими замечаниями. — О чем? — спросила Кассандра, скрестив руки на груди. — Я хотел… извиниться, — сказал Блейз, опустив глаза, — За тот случай с Пенси. Мне правда жаль, что так получилось.       Кассандра молчала, обдумывая его слова. Она видела, что Блейз искренне сожалеет о случившемся. — Я знаю, что это ничего не меняет, — продолжил Блейз, — Но я хотел, чтобы ты знала, что я не разделяю ее взгляды.       Кассандра вздохнула. Ей не хотелось таить злобу на Блейза, особенно учитывая, что он признал свою вину. — Ладно, — сказала Кассандра, немного смягчившись, — Я принимаю твои извинения. Но в следующий раз не молчи, когда твои друзья говорят гадости о других. Или мне придется применить к тебе пару заклинаний, которые ты точно не забудешь. Понял?       Блейз улыбнулся, почувствовав облегчение. — Понял, — ответил он, — Обещаю, больше такого не повторится. Спасибо, Кассандра. — Не стоит благодарности, — сказала Кассандра, — Просто больше не подводи меня.       Она повернулась и пошла к поезду, оставив Блейза позади. Она все еще не знала, сможет ли когда-нибудь по-настоящему доверять ему, но она решила дать ему шанс.