Том 1. Экстра-Глава 1: Проклятая Клятва

ㅤㅤМародёрство. ㅤㅤДревнейший из грехов падших. Поступок, который в любые времена считался позором, знаком отчаяния и жадности. Но именно он неизменно сопутствовал войнам, катастрофам и падению городов. Когда рушатся стены и гаснут факелы, туда, где ещё вчера жили люди, а сегодня царит пепел, первыми приходят не герои, не мудрецы и даже не воины. Первым туда приходит мрак. А вместе с ним — мародёры. ㅤㅤБандиты, разбойники, работорговцы, мелкие воры и те, кто просто остался без дома. Всё это племя падших жило по одному закону — если кто-то умер, значит всё, что было его, теперь ничьё. ㅤㅤИ если кто-то спросит: "Что хуже, рабство или грабёж мёртвых?" — то многие из них рассмеются. Одни скажут: рабство, ведь раб ещё чувствует боль, тогда как мёртвым всё равно. ㅤㅤДругие возразят: грабёж покойников куда позорнее, чем торговля живым товаром. Но в конечном итоге всё сводилось к одному — к жадности. К жажде лёгкой наживы, вытравливающей из человека всё человеческое. ㅤㅤ«Между одним злом и другим, я выберу меньшее» — так оправдывали себя те, кто сейчас шёл по пепелищу, вороша ногами угли и обломки. ㅤㅤКогда-то здесь был город. Небогатый, но живой. Торговые ряды, храмы, улочки с брусчаткой, дома с белыми стенами и черепичными крышами. Теперь же остались только руины: остовы зданий, словно обглоданные челюстями чудовищ, раскрошенные колонны, поваленные башни, валяющиеся балки, закопчённые и надломленные. ㅤㅤВоздух до сих пор хранил густой запах гари, дыма и пепла. При каждом шаге ботинки хрустели о стеклянные осколки и кости, так и не найденные или не убранные. ㅤㅤ— Ебень набекрень... — выругался один из мародёров, прикрывая лицо грязной тряпкой, — Что ж тут так гарью смердит?! ㅤㅤ— Угомонись, нюхач. — рыкнул другой, высокий и жилистый, оглядываясь по сторонам, — Нас сюда не ароматы привели. Гляди лучше под ноги. Может, золотишко где завалялось. ㅤㅤ— Да какое там золотишко? — хрипло рассмеялся третий, низенький и кривоногий, опираясь на сломанную стену, — Тут похоже всё подчистую вынесли. Даже трупов нету. А между прочим, одежда и обувь с трупов это самая надёжная добыча! ㅤㅤОн сказал это с мрачной насмешкой, но в глазах мелькнуло раздражение. Остальные переглянулись, и один из них неуверенно пробормотал: ㅤㅤ— Может их сожгли? ㅤㅤ— Или некроманты забрали... — ухмыльнулся другой, махнув рукой на обугленные руины, — Ты только глянь вокруг. Тут ведь явно какая-то чертовщина бесновалась! ㅤㅤНо никого не смущала эта картина. Они двигались дальше, методично прочёсывая каждую улицу, каждый обвалившийся дом, каждую лавку, где уцелела хоть часть крыши. Лезли в подвалы, распахивали полуобгоревшие сундуки, рылись в кучах тряпья и битой посуды. Всё было пусто. Словно сам воздух выдул жизнь из города, оставив лишь оболочку. ㅤㅤ— Выходит, город так легко пал? — раздражённо бросил один, поддевая сапогом кусок кладки, — Он же вроде еще пару дней назад целый стоял... ㅤㅤ— Легко? — переспросил старший в их шайке: седой, с потрескавшейся кожей и голосом, хриплым, будто он закусывал медовуху углём, — Болван, города не исчезают ни с того ни с сего. Здесь что-то было. Твари, монстры... может, демоны. ㅤㅤ— Демоны? — один из молодых передёрнул плечами, стараясь говорить насмешливо, но голос дрогнул, — Сказки это всё. Никто их вживую не видел. ㅤㅤ— Сказки? — старший плюнул в пепел, — Сказки не превращают города в прах за одну ночь, дурень. И разве ты не слышал? Говорят, недавно демоны пытались взять осадой Ре-Эстиз. Только адамантовые авантюристы и сладили с вторжением. ㅤㅤПосле этих слов наступила тишина. Никто не хотел продолжать. Слово "демоны" само по себе считалось проклятием — его боялись произносить, словно оно могло притянуть беду. Но жадность была сильнее страха. Их манили пустые дома, руины, обещание того, что где-то, в заваленном подвале или под пеплом, ещё может лежать что-то ценное. ㅤㅤОни продолжали идти. Шаг за шагом. ㅤㅤ— Слушайте... — начал один из мародёров, осторожно заглядывая в тёмный провал, где когда-то стоял дом, — а если подольше порыскать в подвалах? У богачей всегда схроны там были. Может, хоть что-то да уцелело. ㅤㅤ— Вот это уже мысль. — поддержал другой, поигрывая ржавым кинжалом, — Даже если найдём бочку вина, то уже не зря пришли. ㅤㅤОни двинулись глубже в завалы, раздвигая камни и обломки, и разговор понемногу оживился. Так всегда бывало: страх заглушали словом, а жуткую тишину смехом и грубыми шутками. ㅤㅤ— Представьте, если тут кто-то жив остался... — хохотнул один, кривоногий и шрамированный, — Вылезет из подвала весь чумазый, дрожащий, с протянутой рукой... а мы ему: "Эй, дружок, показывай, где добро прячешь!" ㅤㅤ— Да уж... — подхватил другой, молодой и щуплый, — А если скажет, что ничего нет? ㅤㅤ— Тогда... — первый сделал паузу, медленно проведя грязным пальцем по горлу, и ухмыльнулся, — Тогда пойдёт кормить крыс. Нам ведь свидетели не нужны, верно? ㅤㅤСмех взорвался резким эхом. Он был слишком громким, слишком нервным, неестественным в мёртвом городе, но именно в этом и заключалась его сила: он отталкивал мысли о том, что тени домов смотрят на них пустыми глазницами окон. ㅤㅤСпустя какое-то время удача им всё же улыбнулась. Один из них, самый молодой, радостно заорал, заметив за полусгоревшей стеной темнеющий лаз вниз. В подвал. Там, в бывшей кладовой, частично заваленной камнями, виднелись деревянные ящики. Толпа бросилась к ним с радостным визгом, словно стая гиен на падаль. ㅤㅤ— Ну-ка... посмотрим, что у нас тут! — кто-то сорвал крышку первого ящика, едва не сломав ногти. ㅤㅤВнутри оказались сухие зерновые. Подпалённые, но всё ещё годные в пищу. ㅤㅤ— Уже хоть что-то! Лучше, чем пустыми руками возвращаться. ㅤㅤ— Продадим это деревенским. — фыркнул другой, — Они и подгнившее слопают, лишь бы дешево. ㅤㅤСледующие ящики были куда менее щедрыми. Ткани, местами обгоревшие и пахнущие гарью. Сырьё для мастерских — скорее всего, без надобности. Битая керамика, куски металла, инструменты. Вещи, которые можно толкнуть за гроши, но стоило ли ради них рисковать? ㅤㅤ— Тьфу! Я думал, хоть драгоценности найдем! — выругался один. ㅤㅤ— Ага, а я мечтал, что тут сундук с артефактами будет! — захохотал другой, — Вот бы сдать на рынке. Жили бы как короли. ㅤㅤ— Жили бы. — буркнул старший, седой, с грубым голосом, — Ровно один день. Вы же один хер всё пробухаете. ㅤㅤОни снова засмеялись, но смех уже звучал слабее. В груди у каждого нарастало напряжение, которое не могли скрыть шутки. Город был слишком пуст. Слишком чист. Никаких тел. Ни костей. Ни запаха гниения. Лишь гарь и прах. Даже для руин это было ненормально. ㅤㅤИ вдруг тот, кто до этого молчал, молодой парень с обожжённой щекой, неожиданно произнёс: ㅤㅤ— А вам это не кажется странным? — он замялся, глядя на пепелище вокруг, — Даже если это дело демонов... почему тут всё подчистили? До последней монеты. До последней косточки. Разве демонам нужны деньги? ㅤㅤОдин из них фыркнул, стараясь разогнать липкий страх: ㅤㅤ— Ну и что? Нам-то какая разница? Главное, чтобы хоть что-то осталось. ㅤㅤНо паренёк не отступал. Его глаза блуждали по тёмным местам подвала, будто он ощущал чей-то невидимый взгляд. ㅤㅤ— Просто... а что если эти "кто-то" всё ещё здесь? — его голос дрогнул, и он машинально схватился за рукоять ножа, — Если они затаились и ждут момента, чтобы напасть? ㅤㅤСмех окончательно стих. Повисла густая тишина. Они переглянулись, каждый пытаясь понять — действительно ли в развалинах что-то шевельнулось, или же это всего лишь их собственный страх шутит с воображением. Тишина тянулась, как смола, и давила на уши, пока вдруг бородач, старший в отряде, не вздохнул тяжело и не буркнул: ㅤㅤ— Ну ты и бестолочь. — ткнул он грязным пальцем в молодого, — Жути нагнал, понимаешь, чуть кондратий не схватил. ㅤㅤ— Да ладно вам! — запротестовал парень, оправдываясь и разводя руками, — Я ж не просто так сказал. Возможность есть! Реально же! ㅤㅤ— Возможность? — хмыкнул плечистый здоровяк, скрестив руки на груди, — Ты бы поумерил фантазии. А то не ясно, хочешь ли ты лёгкую работу или мечтаешь, чтобы на нас чудовище выскочило. ㅤㅤ— Верно подмечено. — кивнул худощавый с насмешливыми глазами, — Кому охота встречаться с какой-нибудь тварью? Прекрати каркать, пацан. ㅤㅤМолодой вспыхнул, замахал руками, будто хотел доказать что-то важное: ㅤㅤ— Да я просто предуп... Да пошли вы! ㅤㅤНо остальные уже заржали во весь голос. Смех был громким, грубым, слишком живым для мёртвого города. Кто-то хлопнул его по спине так, что парень едва не кувыркнулся вперёд. ㅤㅤ— Смотрите на него! — закашлялся от хохота бородач, — Ещё немного и матушку звать начнёт! ㅤㅤ— Ага. — протянул здоровяк, вытирая выступившие от смеха слёзы, — В следующий раз оставим тебя тут одного, в темноте. Посмотрим как запоёшь. ㅤㅤМолодой фыркнул, закатил глаза и замолчал. Он понимал, что спорить против всей шайки бесполезно. ㅤㅤИ всё же, после короткой перебранки все вернулись к делу. Подвалы спустя десяток минут оказались пусты и ничего стоящего более не нашлось. Они выбрались наружу, возвращаясь по тому же лазу что и прежде. Трое поднялись без труда, лишь отряхивая пыль с плеч. Молодой лез четвёртым, оступился, а под ногами осыпались камешки. ㅤㅤ— Ай...! — вскрикнул он, но в ту же секунду старший схватил его за руку. ㅤㅤ— Держись! — прорычал тот, напрягая мускулы. ㅤㅤХудощавый ухватил с другой стороны, и вдвоём они вытянули парня наверх. ㅤㅤ— Ну вот, видишь? — усмехнулся бородач, когда тот отдышался, — Ты не только языком своим совладать не можешь, но и ногами толком управлять. ㅤㅤ— Угх... — буркнул спасённый, но в глазах мелькнула благодарность. ㅤㅤПоследний мародёр выбрался без проблем. Подвальное мракобесие осталось позади, а на плечах у каждого болтались мешки с добычей — хлам да мусор, но хоть какая-то плата за риск. ㅤㅤИх шаги гулко стучали по камням, когда они двинулись дальше — туда, где некогда возвышался дворец клана Тессарион. Теперь от него остались лишь обломки колонн, груды серого камня и прах. Ветер гонял пепел по треснувшей мостовой, и казалось, будто само время смело с лица земли всякую роскошь. ㅤㅤ— Эх... — первым заговорил бородач, глядя на руины, — Вот скажите, кем бы вы хотели стать, если б жизнь по-другому сложилась? ㅤㅤ— Я? — переспросил здоровяк, почесав затылок, — Хм... Наверное, плотником? Дерево люблю. Оно живое... тёплое. Из него можно и крышу, и оружие, и лодку сделать. Дело честное и спокойное. Не то-что эти ваши глупые авантюры. ㅤㅤ— Скукота смертная! — отмахнулся худощавый, — Я бы бардом стал. Серьёзно. Вышел бы на площадь, сыграл пару песен и все девки мои! ㅤㅤ— Ха-ха! — заржал бородач, — Да у тебя голос хуже, чем у осла, и рожа под стать. Ты бы разве что старух на исповедь отпугивал. ㅤㅤ— Не голос главное, а харизма! — задрал нос худощавый, — На харизме, знаешь ли, весь мир держится. ㅤㅤМолодой, до сих пор молчавший, наконец решился вставить слово: ㅤㅤ— А я бы... ну... наверное, писцом стал. В книгах копался бы. Может, хроники писал. ㅤㅤНаступила пауза, а потом их смех разнёсся вновь, ещё громче прежнего. ㅤㅤ— Ох ты, святцы! — выдохнул бородач, — Наш герой, что сам своей тени испугаться может, хочет летописи вести? Да я не удивлюсь, если ты чернилами умудришься отравиться. ㅤㅤ— Да идите вы... — нахмурился молодой, но через миг невольно усмехнулся, — Всё равно лучше, чем кирпичи таскать и башкой рисковать ради хлама. ㅤㅤ— Может, и так... — задумчиво проговорил здоровяк, оглядываясь по сторонам, — Но всё же... У каждого своя дорога. ㅤㅤ— А ты сам-то? — обернулись остальные к бородачу, будто невзначай, но с настоящим любопытством. ㅤㅤТот почесал щеку, втянул носом запах гари, ещё витавший в воздухе, и выдохнул тяжело, словно сбрасывая с плеч невидимый груз. ㅤㅤ— Я? — голос его стал серьёзнее, — Вернулся бы в приют, в котором рос. Может, даже наставником стал бы. Детей учил... хоть чему-то. Вдруг хоть кто-то бы слушал. ㅤㅤПовисла неловкая тишина. Даже ветер будто стих на миг, и только хруст камней под сапогами напоминал, что они идут дальше. В их грубых лицах мелькнула тень — не жалости, нет, но чего-то похожего на уважение. Ведь редко кто в их кругу думал о чем-то большем, чем кувшин вина и ночлежка под крышей. ㅤㅤ— Наставником, говоришь? — первым нарушил молчание худощавый, и в голосе его звенела язвительная насмешка, — Да от тебя дети шарахались бы, как от чумы! ㅤㅤ— Во-во! — подхватил здоровяк, оживляясь, — Представляю картину: "Дети, садитесь! Сегодня я покажу вам, как правильно шмонать труп какого-нибудь неудачника!" ㅤㅤХохот прокатился по группе, разрядив тягостную атмосферу. Даже бородач, качнув головой, усмехнулся уголком губ. ㅤㅤИ всё же, вскоре разговоры сошли на нет, и каждый вновь ушёл в собственные мысли. Но ненадолго — впереди уже маячила громада дворца. Вернее, его руины: изломанные колонны, рухнувшие своды, серые кучи камня. Даже издалека было ясно — когда-то здесь кипела жизнь, власть и богатство. ㅤㅤ— Ну вот оно! — бородач шагнул вперёд, глаза его сверкнули азартом, — Если где и спрятаны богатства, то явно здесь! ㅤㅤС новыми силами они бросились прочёсывать руины. Разделились на группы, словно охотничьи псы, вынюхивающие след добычи. Лезли в проломы, рылись в щебне, пробирались в полуразрушенные залы, надеясь наткнуться хоть на сундук, хоть на тайник. ㅤㅤНо вдохновение быстро испарялось. Каменные плиты пусты. Под обугленными балками ничего. Арки и двери лишь остовы, в которых не притаилось ничего, кроме пыли. ㅤㅤ— Чёрт бы их побрал... — выругался худощавый, отбрасывая в сторону бесполезный обломок, — Тут не то-что нам, а даже крысам поживиться нечем! ㅤㅤ— Должно же что-то быть! — не сдавался здоровяк, разгребая щебень голыми руками, так что костяшки побелели, — Это же дворец, мать его! Не может быть, чтоб ничего не осталось! ㅤㅤНо всё говорило об обратном. Место выглядело так, будто его не просто сожгли или разрушили — его разворовали. До последней крошки. Будто тысяча таких же мародёров как и они, вымела отсюда всё, что имело хоть малейшую ценность. ㅤㅤСпустя десяток минут, они наконец наткнулись на то, что так долго искали. Их поиски завели в древние катакомбы. Тёмные ходы внизу манили, будто обещали богатства, драгоценности и реликвии спрятанные аристократами. Но увы, проходы оказались завалены. Глыбы камня, искривлённые железные прутья, скатившиеся вниз балки — всё срослось в непроходимое препятствие. Они попробовали поддеть камни, да только без толку. Их непомерно мало, чтобы даже мечтать о расчистке прохода. ㅤㅤ— Ну всё, приехали. — плюнул бородач, — Хоть месяц ковыряйся, толку не будет. ㅤㅤНадежда на "древние сокровища" умерла так же быстро, как и появилась. ㅤㅤОни снова собрались в одном месте, положив добычу перед собой. И вид у этой "добычи" был жалкий. Несколько медных пряжек, пара безликих украшений без камней, побитая серебряная посуда, да обломанная статуэтка, чья ценность заключалась разве что в том, что кто-то поверит в её "древность". ㅤㅤ— Да это гроши. — мрачно сказал здоровяк, — На кабак и шлюх, и всё. ㅤㅤ— А что ты хотел? — пожал плечами худощавый, — Чтобы золото вёдрами стояло? Радуйся хоть этому. ㅤㅤ— Радоваться? — бородач зло скривился, — Притащим это барахло, ещё скажут, что мы мусорщики, а не мародёры. ㅤㅤИх главарь поднял взгляд на остовы дворца, нависшие над ними, и в глазах его мелькнула странная тень — смесь усталости, злости и чего-то ещё. Но он промолчал и пнул ногой обломок колонны. Гул от удара прокатился по пустым залам, будто откликнувшись. И всем на миг показалось, что где-то в глубине дворца что-то зашевелилось. ㅤㅤА ветер снова поднялся, зашуршал в камнях и пепле, будто смеялся над ними. У них на плечах мешки, в которых лежала их "добыча". Хлам, да и только. Но хлам, за который всё же можно будет выручить пару монет. ㅤㅤОни ещё немного спорили, переминаясь с ноги на ногу, кто и за сколько согласится взять этот хлам. Пускай медяки, пускай ерунда, но не с пустыми руками уйдут — и это уже радовало. Для них даже такой исход был лучше, чем возвращаться с пустыми мешками и выслушивать насмешки. Они завязали узлы потуже, закинули мешки на плечи и уже приготовились покидать территорию дворца, когда... ㅤㅤГул разнёсся по развалинам. Низкий, гулкий, будто в самое нутро камней ударил гигантский молот. Земля дрогнула, пыль посыпалась сверху, сыпью осыпая им плечи и волосы. Все, как по команде, обернулись к завалу, что когда-то вёл в катакомбы. ㅤㅤ— Ч-чего за...? — прохрипел здоровяк, хватаясь за рукоять кинжала. ㅤㅤГрохот повторился. Но уже ближе. Отчётливее. Каменные блоки дрожали, перекатывались, сыпались вниз, будто кто-то изнутри яростно рвался наружу сквозь завалы. В воздухе стоял ритм — глухой, настойчивый, похожий на удары сердца чудовища, пробивающегося из земли. ㅤㅤ— Я же говорил... — едва слышно пролепетал молодой, его лицо побледнело, — Я же говорил, что тут кто-то есть! Надо вали...! ㅤㅤНо он не успел договорить. С ужасающим треском завал разлетелся в стороны, камни полетели, словно игрушки. Воздух разорвал грохот. ㅤㅤОни тут же вскинули клинки, но руки дрожали, колени предательски подкашивались. Пыль встала стеной, серым облаком закрыв всё вокруг. Сквозь неё, как сквозь туман кошмара, появились первые очертания. ㅤㅤДве огромные конечности — трёхпальцевые, металлические, мёрзло блестящие, словно выкованные из чёрной стали. Суставы заканчивались длинными и изогнутыми лезвиями, приросшими к ним намертво. Руки не касались земли, а парили в воздухе, тихо гудя, будто живые. ㅤㅤ— Матерь Божья... — бородач попятился назад, хватая ртом воздух. ㅤㅤЗемля содрогнулась снова. Из дырищи, где ещё миг назад был завал, медленно выбралась фигура. Высокая, словно собранная из лома и древних кошмаров. Металл словно срастался с её телом так, будто доспехи и тело стали единым целым. Из наплечников торчали заострённые пластины. В её облике не было ничего живого, и всё же она дышала угрозой. ㅤㅤГолова скрывалась под клиновидным шлемом с вертикальными щелями, напоминавшими звериный оскал. Изнутри светились белые полосы — как зубы чудовища, стиснутые в вечной ухмылке. А над шлемом возвышался венец перекрученных рогов, похожих на ветви мёртвого дерева, заострённых, словно копья. ㅤㅤФигура замерла, будто давая им время осознать. А затем подняла голову и осмотрела город. Разрушенные пейзажи ее явно не обрадовали и изнутри шлема разнёсся голос. Низкий, вязкий, будто из самой глубины склепа: ㅤㅤ— Пре-е-езренные... О чём тут говорить? Убийца на убийце! ㅤㅤСлово резануло по ушам, заставив сердца сжаться. Мародёры попадали на колени, кто-то завопил, кто-то закрыл голову руками. Паника разорвала строй: одни молили о пощаде, другие лепетали оправдания, клялись, что ничего не знали, что готовы уйти и оставить всё. И всё же, они не знали, что эта таинственная фигура обращалась не к ним. ㅤㅤОна смотрела на них. Но не с яростью, не с ненавистью, а с безразличием. Холодным, бесстрастным, как будто их существование ничего не значило. В её правой руке был топор, огромный, уродливо изогнутый, словно коготь. В левой виднелся щит, изрезанный древними узорами, похожими на переплетение корней огромного древа. Ветер играл с её саваном, изодранным временем и битвами. ㅤㅤИ вдруг она заговорила. Голос её был тяжёлым, как раскат грома, и при этом... извиняющимся? ㅤㅤ— Прошу прощения... Я спала. Точнее... восполняла силы. ㅤㅤМародёры застыли. Слова звучали абсурдно, но от этого только страшнее. ㅤㅤВ этот миг к её бокам плавно подлетели те самые металлические трёхпальцевые конечности, зависнув рядом, словно два верных стража. Они шевелились, будто дышали. ㅤㅤ— Но теперь, — продолжила фигура, и белый свет за забралом вспыхнул ярче, — я готова... к своей миссии. ㅤㅤ— К-какой... м-ми... миссии...? — проблеял бородач, осознавая, что слова вылетают из его рта сами, против воли. ㅤㅤОна наклонила голову, и белый свет за забралом зловеще сверкнул. ㅤㅤ— Уничтожить драконов... — каждое слово тянулось, как приговор. — Раз и навсегда.