Том 2. Глава 29: Империя Бахарут

Арвинтар, Столица Империи.

ㅤㅤПокои Императора Зиркнифа Рун Фэрод эль Никса утопали в безмолвии, которое казалось почти священным. Тяжёлые портьеры, сшитые из дорогих тканей, надёжно укрывали окна от света луны, превращая ночь за пределами дворца в далёкую и ненужную реальность. Внутри царил мир иной — с мягким ковром, заглушающим шаги, со статуями предков, чьи мраморные лица смотрели на потомка с холодным безразличием, и с приглушённым светом лампад, от которого стены казались золотистыми и в то же время тревожно глухими. ㅤㅤВсё здесь было призвано внушать спокойствие и роскошь — но лишь на первый взгляд. За этой обманчивой красотой скрывалась усталость и тяжесть власти, которую юный монарх удерживал почти исключительно за счёт силы своей воли, жёсткой руки и харизмы. ㅤㅤИмператор полулежал на длинном диване, удобно откинувшись и держа в руке тонкий бокал с вином. Его взгляд скользил по багровой жидкости, но выражение лица выдавалось куда сложнее, чем простая праздность. Жидкость отражала слабый свет, будто в её глубине можно было углядеть будущее самой Империи. Взгляд Зиркнифа скользил рассеянно, поза казалась расслабленной — и всё же это была игра. Образ беспечного монарха, чья равнодушная усмешка обманывала только дураков. ㅤㅤСегодня дела Империи шли терпимо: границы не горели, казна не пустела, знать не устраивала очередных заговоров. Но работа никуда не исчезала и даже в такие тихие вечера тяжесть власти не отпускала его плеч. ㅤㅤЗа его спиной стояли Четыре Рыцаря Империи — гордость и сила страны. Базивуд Пэшмэл, суровый, словно высеченный из камня. Леинас Рокбруз, единственная женщина среди них, скользнула по комнате холодным взглядом. Назами Энек с привычной лёгкой ухмылкой перебирал пальцами по краю щита, будто забавляясь сам с собой. Нимбл Арк Дейл Анок, молодой, но уже обросший славой, держался скромнее остальных, но его зоркие глаза ни на секунду не отвлекались. ㅤㅤКаждое имя было почти легендой, каждый воин — лучший из лучших в стране, и Зиркниф позволял себе чуть больше расслабленности, зная, что за его спиной стоят именно они. ㅤㅤИ всё же, главной фигурой в покоях был не кто-то из них. Напротив Императора, в кресле с высокой спинкой, сидел старик с усталым лицом и живым взглядом. Флудер Парадайн — величайший маг Империи, наставник, правая рука и единственный человек, которому Зиркниф доверял больше, чем самому себе. ㅤㅤЕго костлявые пальцы скользили по свиткам, разложенным на низком столике, и казалось, что мир за пределами этих бумаг перестаёт существовать. Даже здесь, вдали от Министерства Магии, он оставался тем же мудрецом, чьи слова могли вершить судьбы. ㅤㅤЗиркниф, лениво покрутив вино в бокале, обратился к нему: ㅤㅤ— Скажи, старик... — протянул Император притворяясь равнодушным. Но в глазах мелькнул живой блеск, — Что стало с теми людьми, которых я отправил в ту гробницу... по твоей наводке? ㅤㅤФлудер осёкся. Взгляд его на миг стекленел, но затем на лице старика расплылась гротексная и неуместно-вежливая улыбка. Он опустил голову, скрывая выражение лица, и заговорил уже привычным тоном: ㅤㅤ— Вероятнее всего, они мертвы, Ваше Величество. — его голос был сух, но слишком быстрый ответ выдавал скрытые эмоции, — С тех пор прошло немало времени, и если бы они вернулись, мы бы уже получили донесения. Либо они столкнулись с пограничными войсками Ре-Эстизе... либо же сама гробница оказалась выше их сил. ㅤㅤЗиркниф фыркнул, губы искривила усмешка. ㅤㅤ— Пограничные войска? Не смеши меня, Флудер. Будь это они, Министерство Иностранных Дел уже бы утонуло в яростных письмах с обвинениями в провокациях. ㅤㅤ— Тогда, несомненно, они погибли внутри. — с готовностью согласился архимаг, — Гробница явно была не тем местом, с чем могли справиться обычные воркеры. ㅤㅤИмператор лениво пожал плечами. ㅤㅤ— Что ж, жаль. Кадры терять неприятно, но их всегда можно заменить. По крайней мере, платить им уже не придётся. ㅤㅤОн сделал глоток, позволив вину коснуться губ, и мечтательно добавил: ㅤㅤ— А ведь если бы они сумели узнать больше о том заклинателе... как там его? Аинз Гоал Оун? Представь, старик: если бы я сумел переманить его к нам... ты и он, бок о бок. Мы могли бы воздвигнуть Империю в ранг державы, равной Теократии. Нет... превзошедшей её! Настоящая передовая человеческая нация... ㅤㅤОн усмехнулся собственным мечтам, но Флудер хрипло прервал его: ㅤㅤ— Ваше Величество. Его имя — Аинз Оал Гоун. И вам не стоит слишком увлекаться фантазиями. Реальность куда жестче, чем кажется в грёзах. ㅤㅤЗиркниф закатил глаза, отмахнувшись. ㅤㅤ— Да-да, старик, твои нравоучения я помню. ㅤㅤОн нахмурился, отставив бокал в сторону. ㅤㅤ— Но за графом Фемелом продолжай наблюдать. Если всплывут обвинения, то его голова станет удобной монетой для торга. ㅤㅤФлудер слегка склонил голову, признаваясь в "покорности". ㅤㅤ— Как пожелаете. ㅤㅤ— А теперь, — Зиркниф неспешно откинулся на спинку дивана, вытянув ноги и поигрывая бокалом в пальцах, — что там дальше у нас на повестке этой бесконечной ночи? ㅤㅤСтарый Волшебник, сохраняя невозмутимость, разложил перед ним три свитка. Пергамент тихо шуршал под его сухими пальцами, и в этом звуке слышалась не просто работа советника, а вес веков, осевший на плечах мудреца. ㅤㅤ— Первое, Ваше Величество, — произнёс он ровным, чуть глухим голосом, — ежегодная война с Королевством. — Он слегка наклонил голову, скользнув взглядом по первому свитку, — Разведка сообщает: после инцидента с так называемым Дьяволом Ялдаваофом позиции фракции Короны усилились. Возможно, в этом году они сумеют склонить двор к отказу от традиционного конфликта. Также предстоит решение по финансированию Вольного города Вадис, основанного совместно с Королевством для подавления нежити и предотвращения появления орд на равнинах Катз. ㅤㅤЗиркниф усмехнулся, почти лениво, но в этой усмешке было больше расчёта, чем безразличия. ㅤㅤ— Будет война или нет... мне одинаково выгодно. Если выйдем на поле, то победа укрепит мои позиции в глазах знати. Если нет, то будет время заниматься внутренними делами. Что же до Вадиса... — он бросил взгляд на Флудера, и в глазах мелькнула насмешка, — Зная твою страсть и потуги к изучению нежити, было бы кощунством урезать средства, верно? Так что в этом году я даже увеличу расходы. ㅤㅤФлудер чуть склонил голову, словно смакуя каждое слово, как изысканное вино. Но отвечать не стал — лишь придвинул второй свиток, запечатанный красным сургучом. ㅤㅤ— Второй вопрос... — он придвинул второй свиток, запечатанный сургучом, — Засекреченное донесение. Речь о далёком городе на окраине Империи. Недавно его захватила могущественная сущность. Блок рыцарей отправленных на разведку исчез. Всё указывает на участие Тайного Общества Зуранон. Вероятно, город уже пал и стал прибежищем нежити. ㅤㅤ— Целый город?! — Зиркниф резко вздохнул и провёл пальцами по виску, словно прогоняя головную боль, — Эти надоедливые фанатики! Разве разгром в Э-Рантэле не стал им уроком? Теперь они решили портить жизнь уже мне? ㅤㅤФлудер слегка почесал бороду, и в голосе его впервые прорезалась не скука, а осторожное любопытство: ㅤㅤ— Если верить древним хроникам, всё связано с ритуалом под названием "Спираль Смерти". Смысл его мне до конца неизвестен, но источники указывают, что это магия связанная с некромантией... по силе равна великим героям. Если позволите, я мог бы возглавить экспедицию лично и... ㅤㅤИмператор резко взмахнул рукой, прервав старика. ㅤㅤ— Нет. Не вижу необходимости тратить твои силы впустую. В Э-Рантэле с подобной проблемой справилась одна Адамантовая группа... "Тьма", кажется? Гораздо проще заплатить авантюристам и переложить всю грязную работу на них. Заодно у меня будет шанс познакомиться с ними поближе. ㅤㅤНо неожиданно, недолгую тишину нарушил тихий кашель. За спиной Императора стоял Рон Вармилинен, его секретарь, неотлучно окружённый кипами бумаг и свитков. Он говорил редко, но всегда по делу. ㅤㅤ— Ваше Величество, — начал он, чуть приглушённым голосом, — вынужден сообщить: мы уже направляли запрос в Гильдию Авантюристов. Однако, к сожалению, ни Воин Момон, ни госпожа Набель не были обнаружены в их жилище. По сведениям гильдии, они отсутствуют уже значительное время. Связаться с ними не представляется возможным. ㅤㅤЗиркниф замер. Лёд раздражения скользнул в его взгляде, когда он прищурился, рассматривая секретаря. ㅤㅤ— Исчезли значит...? Как не вовремя. — тихо пробормотал он, будто самому себе. ㅤㅤВ комнате стояла тяжёлая тишина, будто стены сами затаили дыхание. Зиркниф на миг потерял привычную маску беспечного игрока, а Флудер прищурился так, что в его глазах сверкнули холодные искры. ㅤㅤВолшебника это известие задело сильнее, чем он позволял себе показать. Где-то глубоко, под слоями самоконтроля, его кольнуло неприятное предчувствие. Уже слишком долго он не получал никаких вестей от своих новых покровителей, и это тревожило. План был ясен: двое посланников из Гробницы должны были явиться ко двору, устроить переполох и вынудить Императора принять приглашение в Назарик. Но дни шли, а ничего так и не происходило. ㅤㅤДемоническая тень, что связала его с Назариком, молчала. Она не требовала, не приказывала, не вела за руку — и именно это было хуже всего. Впервые за десятилетия Флудер не знал, чего ждать. ㅤㅤИ всё же его вера оставалась непоколебимой. Разве кто-то иной, кроме Аинза Оал Гоуна, мог распахнуть перед ним врата в бездну настоящей магии? Не поверхностной, человеческой, ограниченной... а подлинной, всеобъемлющей, что выходит за пределы разума? Он будет ждать. Будет терпеть. Будет играть роль. Даже притворство — лишь очередная маска на пути к истине. ㅤㅤС полуприкрытыми глазами он наблюдал за Императором. Более шести поколений правителей он видел на троне Бахарута. Двоих последних и вовсе сам воспитывал и учил. Зиркниф оказался лучшим из всех: хладнокровный, циничный, умеющий разглядеть чужую слабость и использовать её. Маг испытывал к нему даже подобие гордости. Но если судьба однажды заставит его выбирать между Империей и Магией, то ответ был очевиден ещё до постановки вопроса. ㅤㅤФлудер осторожно развернул ладонь, склонил голову и заговорил: ㅤㅤ— Тем не менее, Ваше Величество. Даже если нам не удастся связаться с "Тьмой", в нашем распоряжении остаются другие варианты. "Серебряная Канарейка", "Восемь Волн" — оба адамантовых отряда базируются в пределах Империи. Можем нанять их. А если вы сомневаетесь в их успехе... — он позволил себе лёгкую паузу, — позвольте поручить это мне. Достаточно будет одного легиона. ㅤㅤЗиркниф задумчиво провёл пальцами по подбородку, его глаза блеснули на мгновение, но затем он резко отмахнулся. ㅤㅤ— Легион, говоришь? — в голосе прозвучала насмешка, — Нет, нет, старик. Лишние передвижения войск только всколыхнут слухи. Нам ни к чему суета. У меня есть идея получше. ㅤㅤОн сразу же обернулся к секретарю. ㅤㅤ— Рон, наши дорогие и молчаливые гости... они соизволили ответить? ㅤㅤФлудер приподнял бровь. Гости? Какие ещё гости? Но Рон Вармилинен, как всегда, был спокоен и деловит. Поднял голову от свитков и почтительно ответил: ㅤㅤ— Так точно, Ваше Величество. Их намерение встретиться уже подтверждено. Делегация прибудет в скором времени. ㅤㅤБрови Флудера сошлись, он резко повернулся к Императору: ㅤㅤ— Гости? О ком идёт речь? Почему я узнаю об этом только сейчас? ㅤㅤЗиркниф лениво усмехнулся, наслаждаясь недоумением мага. ㅤㅤ— Секрет, мой дорогой Флудер. Приятный секрет. Могу лишь сказать, что в делегации будет персона, с которой тебе будет крайне интересно поговорить. Считай это подарком от Императора своему верному слуге. ㅤㅤ— Ваше Величество... — старик начал было возражать, но Зиркниф махнул рукой, оборвав его на полуслове. ㅤㅤ— Всё узнаешь в своё время. А пока сосредоточься на третьем вопросе. Ты ещё не рассказал о нём. ㅤㅤФлудер задержал на нём косой и заговорщический взгляд. Но затем, сдержав себя, снова разгладил бороду, отвёл глаза и схватил последний свиток. В комнате повисла тишина, наполненная нетерпением, как перед вскрытием древнего и опасного артефакта. ㅤㅤ— Третье... это сообщение, Ваше Высочество. — произнёс Флудер. ㅤㅤ— От кого? — Зиркниф чуть подался вперёд, голос его звучал лениво, но глаза сверкнули любопытством. ㅤㅤ— Письмо от мэра Пейбарта. — старик аккуратно разломил печать и развернул хрустящую бумагу, — Она просит о помощи. Город не в силах справиться с наплывом беженцев. ㅤㅤ— Беженцы? — Император приподнял бровь, — Откуда? ㅤㅤФлудер вздохнул, скользнув взглядом по строчкам, и начал зачитывать вслух: ㅤㅤ— Несколько дней назад из Немескара поступила просьба к городам Альянса Карнассус... воздержаться от приёма беженцев. Но ответов на их вопросы не последовало, а людей со временем становилось всё больше. И вскоре выяснилось: сам Немескар был разрушен. До основания. Более половины населения пропало без вести или было уничтожено. ㅤㅤВ воздухе повисло напряжение, тишина будто обрушилась на всех присутствующих. Даже Рон Вармилинен поднял голову от бумаг, и Нимбл, обычно не державший язык за зубами, нахмурился и отвёл взгляд. ㅤㅤ— Уничтожен... полностью? — переспросил Зиркниф, сцепив пальцы перед лицом. ㅤㅤ— По всем имеющимся данным... да, Ваше Высочество. — ровно подтвердил Флудер. ㅤㅤИмператор молчал долго, настолько, что присутствующие невольно затаили дыхание. Но в его глазах не было страха или паники. Только интерес. Холодный, колкий, почти хищный. ㅤㅤ— Любопытно. Очень любопытно. — тихо произнёс он. ㅤㅤЗиркниф резко повернулся к своему секретарю. ㅤㅤ— Рон. С мэром Пейбарта у меня прекрасные отношения. Отказывать не намерен. Как у нас с демографией? ㅤㅤ— Уровень жизни и численность населения остаются стабильно высокими, Ваше Величество. — без запинки ответил Вармилинен, — В наших землях есть регионы с низкой плотностью. Мы сможем принять беженцев без какого-либо ущерба. ㅤㅤИмператор довольно усмехнулся, щёлкнув пальцами. ㅤㅤ— Отлично. Тогда вопрос решён. Леинас! ㅤㅤЖенщина-рыцарь, всё это время державшаяся в тени, шагнула вперёд. Её адамантовая броня поблёскивала при свете факелов, а лицо оставалось каменным. ㅤㅤ— Ваше Высочество. ㅤㅤ— Берёшь на себя контроль над расселением беженцев. Разместить их быстро и без проблем. Проследи, чтобы не возникло ни малейших беспорядков. ㅤㅤЗиркниф, откинувшись назад, мельком отметил про себя: «Пара лишних тысяч ртов не должны перегрузить нашу инфраструктуру. А проблем с санитарными слизями и грязеедами у нас никогда замечено не было. В этом плане мы надёжнее любого королевства» ㅤㅤЛеинас, услышав сухой приказ, лишь слегка скривилась. Работа показалась ей рутинной и недостойной, но она коротко кивнула и, не споря, покинула зал. ㅤㅤИмператор проводил её взглядом и с усмешкой пробормотал: ㅤㅤ— Самая непослушная из моих рыцарей. Жаль... если бы не её маленькая особенность с правой стороной лица, я бы давно предложил ей место в своём гареме. ㅤㅤ— Ваше Величество! — с насмешкой хмыкнул Нимбл, по прозвищу "Яростный Ветер", — Если бы она услышала вас, вам бы пришлось отбиваться от её меча, а не от тирады. Вы же знаете, эта тема для неё слишком... остра. ㅤㅤЗиркниф лениво махнул рукой, словно отмахиваясь от мухи. ㅤㅤ— Да-да, помню. Но согласись, Нимбл: без шуток двор превращается в склеп. ㅤㅤВ комнате раздалось несколько сдержанных смешков, но Император тут же вновь принял серьёзный вид. Его голос потяжелел, и в нём проступила холодная сталь: ㅤㅤ— Ладно. Оставим шутки в покое. Пока делегация моих секретных гостей не прибыла, старик, займись расследованием Инцидента. Чем больше сведений будет до их приезда, тем лучше для нас. ㅤㅤФлудер слегка склонил голову, скрывая бурю внутри привычной маской почтительной отрешённости. В душе его терзали сомнения: слишком много неизвестных, слишком много неожиданных перемен. Но он умел ждать. Он ждал три сотни лет. И теперь, когда за горизонтом мерцала возможность прикоснуться к запретной истине магии, он не собирался всё разрушить из-за поспешности. ㅤㅤ— Как пожелает Ваше Высочество. — произнёс он, приглаживая бороду. А затем, позволив себе тень омерзительной улыбки, добавил: — Всё ради Империи. ㅤㅤЗиркниф усмехнулся. Его губы тронула лёгкая тень довольства, а в глазах блеснуло весёлое лукавство: он прекрасно заметил двусмысленность в тоне своего наставника, но, как всегда, предпочёл не заострять внимание. ㅤㅤ— Великолепно. А теперь... — медленно поднимаясь с дивана, Император заложил руки за спину и начал мерно прохаживаться по просторным покоям. Его шаги гулко отзывались от каменных стен, словно подчёркивая вес каждого слова, — Беженцы, беженцы... Мы должны смотреть дальше, чем видят остальные. Всё это может обернуться как тяжёлой обузой, так и прекрасной возможностью. ㅤㅤТрое рыцарей, до того молчаливо охранявших своего господина, выпрямились ещё сильнее, не отрывая взгляда от Императора. ㅤㅤ— Возможностью? — осторожно переспросил Флудер, чуть прищурив глаза. ㅤㅤЗиркниф обернулся, и его улыбка, казалось, была ленивой, но за ней горели глаза хищника. ㅤㅤ— Разумеется. Беженцы, это в первую очередь свежая кровь. Рабочие руки, налогоплательщики, потенциальные солдаты. Но важнее всего... это образ Империи. Что может быть лучше, чем явиться спасителем тех, кто потерял родину? Они будут благодарны нам. А благодарность народа, Флудер, как тебе самому известно, куда ценнее золота. — он рассмеялся негромко, звонко, с искренней ноткой наслаждения, будто сам себе аплодировал. ㅤㅤФлудер поклонился, скрывая за учтивым жестом совсем иные мысли. Его ум, всегда жадный до знаний, уже прокручивал другие версии и более тревожные перспективы. ㅤㅤ— Что же до Некромантов-Фанатиков... — продолжил Зиркниф, вновь опускаясь на диван и поднося к губам бокал вина, — Мне не нравится, что кто-то осмелился затеять подобное в пределах моей Империи. Будь это кто угодно иной, я бы счёл это прямым вызовом. Но Зуранон? Ха! Они удобны. Их ненавидят повсюду, и на них легко возложить любую вину. Удобные враги это подарок судьбы. ㅤㅤОн сделал медленный глоток, позволив вину согреть язык и горло, затем, прищурившись, добавил: ㅤㅤ— И я планирую воспользоваться ими. Это обеспечит мне возможность вести переговоры с делегацией на совершенно иных условиях. Я вчера уже навёл сводки, и среди них будет один человек, на которого я попытаюсь надавить. ㅤㅤРон Вармилинен, до этого тщательно записывавший каждое слово, не выдержал и поднял голову: ㅤㅤ— Ваше Величество... но не слишком ли рискованно оттягивать удар? Общество Зуранон редко задерживается в одном месте надолго. ㅤㅤЗиркниф откинулся, улыбнувшись с таким видом, будто ему задали давно ожидаемый вопрос. ㅤㅤ— Вот именно поэтому, Рон, я и хочу задействовать наших гостей. Если они сумеют ликвидировать угрозу, то отлично, Империя чиста от врагов. Если нет... тогда они будут нам должны. Понимаешь? ㅤㅤНимбл, стоявший сбоку, позволил себе короткую усмешку, едва заметную, но быстро вернул на лицо холодное выражение. ㅤㅤФлудер же молчал. Его мысли текли иными путями: «Красивые слова, амбициозные планы... но если за этим действительно стоит тот, о ком я думаю, никакие сделки не спасут Империю. Ни Императора, ни его народ». ㅤㅤВпрочем, Волшебнику и самому предстояло узнать, имеется ли связь между этим инцидентом и его новым покровителем. Зиркниф, словно уловив слишком долгую паузу, хитро прищурился: ㅤㅤ— Ты опять погрузился в свои бесконечные размышления о магии, старик? ㅤㅤФлудер откашлялся, скрывая раздражение за привычной маской почтительности. ㅤㅤ— Простите, Ваше Высочество. Я лишь обдумываю, как будет проще всего собрать сведения о ритуале "Спираль Смерти". Возможно, это ключ к разгадке над проблемой. ㅤㅤ— Вот и славно. — легко махнул рукой Император, — Чем больше информации ты добудешь, тем больше у меня будет рычагов давления на наших гостей. ㅤㅤОн снова поднялся и подошёл к высокому окну. За стеклом раскинулся ночной Арвинтар: свет факелов, дым из кузниц, мерцающие огоньки домов. Столица жила и дышала, а её Император, заложив руки за спину, смотрел на неё с выражением человека, которому принадлежит весь мир. ㅤㅤ— Я возведу Империю на новый уровень. — сказал он негромко, но так, что каждое слово резало тишину, — Для этого нужно лишь умение играть сразу с несколькими колодами. ㅤㅤТрое рыцарей переглянулись, словно подтверждая, что каждый уловил скрытый смысл. Вармилинен снова склонился к свиткам, торопливо фиксируя каждую фразу. ㅤㅤА Флудер прикрыл глаза, пряча за веками хитрую, едва заметную улыбку. ㅤㅤ«Да, Ваше Высочество. Игра с несколькими колодами. Но вы даже не подозреваете, с кем ещё вам предстоит сесть за стол»

***

ㅤㅤОстергард. Восточные врата Империи. ㅤㅤС высоты сигнальной башни он напоминал колоссальный каменный щит, застывший на пути любого, кто осмелился бы прийти с востока. Первоначально задуманная прежними императорами как неприступная крепость, цитадель из серого камня, эта твердыня должна была стать символом обороны. Но при реформах Зиркнифа... суровый форпост превратился в оживший организм — в город, шумный и богатый, куда стекались караваны, торговцы, наёмники и авантюристы со всех концов света. ㅤㅤИ всё же душа Остергарда не изменилась. Под шумным дыханием ярмарок, под пёстрой мозаикой приезжих и гулом сделок скрывалась военная закалка. Улицы подчинялись строгой фортификационной логике: даже лавка или трактир строились так, чтобы при необходимости превратиться в укрепление. Жители привыкли к этому, не замечая, как их собственный ритм жизни давно слился с ритмом лагеря — прямым, жёстким, суровым. ㅤㅤВоздух был особенным: сухой, густо наполненный пылью, оставлявшей терпкий привкус на языке и оседающей на всём — от одежды до вина. Гарнизон прозванный "песчаными плащами", с гордостью носил это имя. Их доспехи и ткани навсегда пропитались серо-жёлтой пылью, словно сама земля отметила их своей меткой, закрепив верность городу. ㅤㅤНа Нижнем рынке, в самом сердце Остергарда, громоздились новые бараки для беженцев из Немескара. Построенные в спешке, деревянные стены с каменными подпорами резко выделялись на фоне вековой кладки. Жители смотрели на пришлых настороженно. ㅤㅤ В Империи беженцы были делом привычным, но эти — другие. Их рассказы о "призрачном корабле", о "ледяных чудовищах, замораживающих всё живое", о "могучих взрывах, разрывающих землю" звучали слишком дико, чтобы быть просто слухами, и слишком страшно, чтобы не проникнуть в уши каждого. От шепота на улицах веяло тревогой. Никто не знал, что именно случилось на востоке, но все чувствовали: беда произошедшая там, была очень серьёзной. ㅤㅤГарнизон же видел в толпах переселенцев угрозу. Для солдат беженцы означали скрытые ножи, ночные беспорядки, шпионов, смешавшихся с толпой. Ночные патрули утроили, а воздушные кавалеристы вылетали в небо так часто, что грифонов и гиппогрифов теперь видели не только дети на площадях — даже торговцы, въезжая в ворота, поднимали головы и крестились, принимая небесных стражей за знамение. ㅤㅤВоздушная Гвардия была гордостью Остергарда. Её училище, основанное ещё двести лет назад при поддержке Флудера, сияло магическими огнями, словно напоминая: здесь ковались крылья Империи. Здесь тренировались всадники, умеющие не просто держаться в седле, но и управлять целыми отрядами в небесах. ㅤㅤХоть основные силы и давно перебазировали в столицу, но несколько блоков всё ещё оставались в городе, и сам факт их присутствия делал Остергард особенным. "Крыло Империи" — так его называли за воздушных всадников, и никто не осмеливался спорить. Ведь именно они защищали дороги и купцов от виверн, налетающих на караваны из горных ущелий. ㅤㅤНо облик города определяли не только солдаты и торговцы. В его тенях жила иная сила — Идзания. Группировка убийц, названная в честь одной из Тринадцати Героев. Никто не знал, где их настоящий притон, но все знали: Остергард — одна из их главных зон жизнедеятельность. Их невозможно было поймать, и даже Империя не спешила называть их врагами. ㅤㅤИх присутствие ощущалось в каждом переулке. Купцы с почтением говорили, что именно благодаря Идзании город не утонул в коррупции чиновников. Солдаты шептались, что если в подворотне ночью слышишь звон клинка — значит, убийцы рядом. Для простого люда они были страшными, но почти легендарными хранителями равновесия. ㅤㅤТолько изгнанная знать: остатки старых домов, графы пережившие реформы Кровавого Императора, — жили в постоянном страхе. Для них Идзания была не легендой, а приговором. В их особняках ночами горели огни, двери закрывались не одним, а пятью замками, и каждый стук ветра в ставни заставлял сердца биться чаще. Они знали: смерть может прийти тихо. Без предупреждения. Без права на пощаду. ㅤㅤОстергард днём жил шумной жизнью торгового узла, но ночью, когда пыль оседала и улицы пустели, город показывал свою истинную сущность — старую крепость на восточной границе, где мир и смерть жили бок о бок, не мешая друг другу. ㅤㅤИ хотя ни одна казнь и ни одно убийство так и не были подтверждены официально, слишком часто исчезновения совпадали с интригами аристократии. Для простого горожанина это были лишь слухи, но для тех, кто жил в Остергарде десятилетиями, связь казалась очевидной. ㅤㅤДаже сам Зиркниф, в узком кругу, как-то сказал о них: ㅤㅤ«Лучше иметь Идзанию внутри стен, чем снаружи. Пусть бродят по улицам, пусть народ их приветствует. Так я хотя бы знаю, чем они промышляют» ㅤㅤТакой была атмосфера Остергарда — города, где торговля и война переплетались с политикой и страхом. Город-ворота, через которые в Империю текли богатства Карнассуса, а вместе с ними — опасности чужого мира, толпы беженцев и... двое почти неприметных путников. ㅤㅤПограничные войска, похоже, уже получили инструкции: беженцев впускали без допросов и проволочек. ㅤㅤ«Достаточно оперативно» — отметил про себя Табула, шагая мимо плотных рядов переселенцев. Толпы напоминали реку без лица: уставшие глаза, иссохшие губы, узлы с жалкими пожитками в руках, дети, прижимающиеся к матерям. Ещё несколько дней назад, они полноправно считали себя гражданами другой страны. Но уже сегодня, они были никем иными как те, кому в бегстве было некуда податься. ㅤㅤВсе ждали своей очереди пройти за стены и попасть в тесные бараки у Нижнего рынка. Крики глашатаев и писцов, проверяющих бумаги и делящих людей по спискам, сливались с гулом толпы в вязкий шум. Несмотря на собранность и образованность Имперских Сил, даже такой вопрос занимал много сил и времени. ㅤㅤПозади Табулы шла Сульфур. Её шаги были медленными, уверенными, но взгляд оставался настороженным, словно хищник, попавший в клетку. Алхимик время от времени бросал косые взгляды в её сторону, ища признаки повторения недавнего "казуса" с чужой волей в её сердце. ㅤㅤ— Сульфур, всё в порядке? — тихо спросил он, понизив голос, чтобы не услышали прохожие, — Больше не чувствовала ничего... странного? ㅤㅤДвухметровая женщина с рогами едва заметно и понуро опустила голову. ㅤㅤ— В данный момент чувствую себя превосходно. — сказала она ровно, почти холодно, но с оттенком внутреннего стыда, — Я стану сильнее, господин. Я подавлю волю этого сердца, и оно больше никогда вас не потревожит. ㅤㅤНа губах Табулы мелькнула короткая, но довольная усмешка. ㅤㅤ— Хорошо. — отрезал он. Разговор был закрыт. ㅤㅤОни шагали дальше по выложенным камнем улицам, и вскоре стало ясно: неприязнь со стороны горожан нельзя игнорировать. Люди украдкой бросали косые взгляды, кто-то отворачивался, уводил детей, женщины крепче прижимали узлы с вещами. ㅤㅤИ если к мужчине в белоснежной алхимической мантии отношения были скорее настороженно-любопытными: "Знать? Богач? Купец!", то вот женщина-драгоноид вызывала едва скрытое презрение. Её рога и вытянутая фигура привлекали достаточно нежелательного внимания. ㅤㅤСама она шла спокойно, будто не замечая. Но Табула всё же вздохнул и проговорил: ㅤㅤ— Я надеялся, слухи о неприязни к получеловеческим расам в Империи были слегка преувеличены. Но, как вижу, нет. — он остановился у стены дома, скрестил руки и, на миг задумавшись, добавил: — Навевает воспоминания... давние. Впрочем, раз уж мы знаем, что в этом мире есть силы, способные дать отпор, нам стоит быть осторожнее. Держись рядом со мной. ㅤㅤСульфур кивнула молча. ㅤㅤОни снова двинулись вперёд — но ненадолго. Дорогу перегородил отряд рыцарей. Их шаги в латных сапогах гулко били по мостовой, а строгий строй говорил о выучке. Стальной доспех был суров и без излишеств: узкие щели шлемов скрывали лица, превращая их в безликий ряд. Бело-синие сюрко поверх кирас, золотистая окантовка — имперские цвета, узнаваемые издалека. На наплечниках следы многолетней службы, а на поясах мечи, блестящие от ухода. ㅤㅤТабула внутренне приготовился к неприятным вопросам, но стражи оказались мягче, чем он ожидал. ㅤㅤОни остановились, и командир, сдержанно-вежливым тоном, произнёс: ㅤㅤ— Вы беженцы из Немескара? — взгляд одного из рыцарей всё же задержался на рогах Сульфур, но осуждения или презрения не последовало. ㅤㅤ— В каком-то смысле... — начал Табула, но его перебили. ㅤㅤ— Если у вас нет средств на ночлег, Империя великодушно предоставила бараки. Мы можем вас проводи... ㅤㅤТабула, с лёгкой усмешкой отметив поспешность собеседника, приподнял руки в извиняющемся жесте. ㅤㅤ— Нет-нет, благодарю! — он достал из мантии увесистый мешочек, и звон золота и платины прозвучал красноречивее любых слов, — Мы достаточно обеспечены, чтобы найти жильё сами. ㅤㅤ«Благо, враги, кажется и не пытались забрать всё, что "Ветвь Корней" заработала при моём руководстве. По крайней мере, о деньгах я могу пока не тревожиться» ㅤㅤРыцари понимающе кивнули, и уже собираясь удалиться, один из них заметил: ㅤㅤ— У вашей спутницы жетон гильдии авантюристов, верно? Пусть держит его на виду. Это избавит от лишних недоразумений. — он коротко отдал честь и, уже отворачиваясь, бросил через плечо: — Наслаждайтесь пребыванием в городе. И, прошу, не нарушайте покой граждан. ㅤㅤТабула поблагодарил добродушных рыцарей, а после тихо хмыкнул. ㅤㅤ— Слышала, Сульфур? Не прячь орихалковый жетон. Это сэкономит нам нервы. ㅤㅤОна тут же вытащила медальон и молча закрепила его поверх плаща. Табула удовлетворённо кивнул, и они двинулись дальше по улице. Его взгляд скользил по архитектуре, по линиям строгих фасадов и выложенным плитам мостовой. ㅤㅤ«Империя Бахарут... любопытный правитель, организованная армия, дисциплина в каждом жесте. Даже рыцари больше похожи на тамплиеров, чем на карикатурные дружины аристократов. Здесь есть кость, порядок, система. Это... достойно внимания» ㅤㅤТолпы постепенно рассасывались по улочкам Остергарда, и гул площади вновь обрел привычный ритм: ржание лошадей, стук сапог патруля, выкрики торговцев, которые пытались что-то впарить даже тем, кто прибыл сюда без гроша. ㅤㅤЦентральная улица, ведущая через Нижний рынок, представляла собой живую иллюстрацию мира, что Табула намеревался изучить. Для него это был музей под открытым небом: крепостные валы, печати на угловых камнях, рунные замки на складах — всё казалось наивным и грубым, но в то же время поражало фанатичным усердием, с которым было сделано. ㅤㅤСульфур шла чуть позади, стараясь не перетягивать внимание. Но именно её и замечали чаще всего. Люди отводили взгляды, женщины прижимали детей к себе, а на лицах мелькало то отвращение, то тревога. Даже орихалковый жетон не мог до конца стереть предубеждений: для горожанина драгоноид рядом с человеком выглядел так же нелепо, как бык в храме. ㅤㅤСпустя несколько минут они добрались до широкой арки, ведущей в квартал постоялых дворов. Здесь воздух был насыщен иным духом: дым жаровен, тушёное мясо, кислое пиво. За дверями таверн звучали песни, звон кубков, ругань. Вплетённые в гул голоса на разных языках лишь подтверждали: Остергард действительно был воротами Империи. Общий язык, резкие карнасские диалекты, картавый говор дварфов — всё смешивалось в один какофонический хор. ㅤㅤ— Нам бы что-то поспокойнее... — пробормотал Табула, скользя взглядом по вывескам, — В таких местах слишком много глаз и ушей. ㅤㅤСульфур тихо кивнула. ㅤㅤИх путь неожиданно преградила процессия беженцев. Впереди шагал чиновник с дощечкой, сопровождаемый двумя солдатами. За ними двигалась семья: седой старик, молодая женщина и двое детей, испуганно оглядывающихся по сторонам. Их направляли в сторону бараков. ㅤㅤМальчик лет десяти, заметив Сульфур, застыл и уставился на неё во все глаза. В его взгляде не было ненависти или презрения, нет, лишь неподдельное детское любопытство. Но мать поспешно закрыла его лицо ладонью и зашипела: ㅤㅤ— Не смотри! Это нечисть! ㅤㅤСульфур на миг задержала шаг. Её глаза потемнели, но Табула едва заметно качнул головой. Она глубоко вдохнула, заставила себя выровнять дыхание и пошла дальше. ㅤㅤВ её сердце вспыхнуло желание доказать обратное. Что она не порождение скверны, а шедевр. Творение, достойное гордости своего господина. ㅤㅤ— Просто не обращай внимания. — тихо сказал алхимик, когда они свернули в переулок. Он сознательно выбрал этот путь: дальше от толпы, от ненужных провокаций. И чтобы дать своей спутнице передышку. ㅤㅤХолодный камень домов обступил их со всех сторон, и шум улицы стих. Но внутри Сульфур разгоралось твёрдое чувство: Её время еще придёт, и она докажет... всему миру. ㅤㅤПройдя несколько узких улочек, заметно более чистых и ухоженных, чем любые кварталы Немескара, Табула и Сульфур остановились у трёхэтажного здания с широкой дубовой дверью и яркой вывеской. На доске золотой краской был изображён щит с крылатым львом — символ Воздушной гвардии. Табула сразу подметил: место с таким гербом не могло позволить себе дурную репутацию. По крайней мере, он на это надеялся. ㅤㅤТрактир назывался "Золотая Стража". Изнутри доносился гул голосов, звон кружек и приглушённая музыка лютни. Алхимик толкнул дверь, и их встретил поток теплого воздуха, запах пряного вина, копчёного мяса и свежего хлеба. ㅤㅤПосетители: мелкие чиновники, офицеры гарнизона, пара заезжих купцов — бросили короткие взгляды на новоприбывших. Любопытство задержалось на Сульфур чуть дольше, чем на её спутнике, и один из подвыпивших завсегдатаев даже тихо присвистнул, но сосед грубо толкнул его в бок, заставив замолчать. Атмосфера быстро вернулась в привычное русло. ㅤㅤК стойке поспешил хозяин — плотный, гладко выбритый мужчина в опрятном жилете. Его улыбка была широкой, но взгляд цепким. ㅤㅤ— Добро пожаловать, господа! — раздалось бойко, — Комнаты есть. Скажите лишь, на день? На... неделю? ㅤㅤГлаза его, однако, с лёгкой подозрительностью скользнули по рогам и росту Сульфур. Табула без слов достал мешочек, который приятно звякнул золотом и привлёк внимания. ㅤㅤ— На три дня. — сказал он спокойно, — Тихая комната. Мы не ищем общества. ㅤㅤУлыбка хозяина стала чуть искреннее. Но, сделав вид, что "случайно" заглянул в книгу регистрации, он добавил с тенью ухмылки: ㅤㅤ— Двуспальные закончились. Осталась только с одной кроватью. Подойдёт? ㅤㅤЕго голос звучал так, словно он проверял реакцию. Но Табула даже не дрогнул, и если быть честным, он даже внимания не обратил на намёк. С абсолютным спокойствием он положил на стойку сорок бронзовых монет, гораздо больше, чем стоила комната: ㅤㅤ— Подойдёт. Сдачи не нужно. ㅤㅤЗвон многочисленной бронзы быстро заглушил сомнения трактирщика. Тот тут же протянул ключ и махнул мальчишке-подмастерью, который моментально подскочил, чтобы провести гостей наверх. ㅤㅤКомната оказалась просторнее, чем ожидал Табула: широкое окно выходило на центральную улицу, пол был вымыт, на столе стояла глиняная лампа. С улицы тянуло вечерней прохладой. Сульфур молча сняла плащ и встала у двери, будто на посту. ㅤㅤТабула, сбросив мантию на спинку кресла, подошёл к окну. Внизу зажигались первые факелы, по стенам медленно проходили дозоры. В небе мелькнуло тёмное крыло — грифон патруля. Город готовился к ночи, и в этом была своя суровая гармония. ㅤㅤ— Скорее всего, в Империи мы задержимся надолго. — тихо проговорил он, глядя вниз, и медленно плюхаясь на кресло, — Но каждое мгновение придётся использовать с умом. Мне нужно разузнать больше о тех, кто уничтожил Немескар... и о тех, кто мог бы стать нашими союзниками. ㅤㅤОн на миг замолчал, сжав подлокотник кресла. ㅤㅤ— Здесь мы пока-что в безопасности. Но это не значит, что мы должны терять бдительность. ㅤㅤСнаружи гул города постепенно стихал, и наступал тот час, когда в Остергарде пробуждались совсем другие разговоры — тихие, осторожные, но самые интересные. ㅤㅤСульфур, наконец отойдя от двери, занялась привычной проверкой комнаты: поправила занавеску, переставила кувшин с водой ближе к столу, на миг даже проверила ножки кровати, будто ожидая подвоха. Но вскоре её движения стали заметно медленнее, а взгляд всё чаще косился в сторону окна, подле которого сидел её создатель. Было видно — она хочет что-то сказать, но не знает, как начать. ㅤㅤНаконец, с подчеркнуто невинным видом, почти как ребёнок, решившийся на шалость, она произнесла: ㅤㅤ— Господин... тут ведь только одна кровать. ㅤㅤТабула, устроившийся у стола с удачно найденной книгой, не поднял глаз от страниц. ㅤㅤ— Ну и что? — рассеянно спросил он, — Это не проблема. Я могу обойтись без сна. ㅤㅤСульфур нахмурилась, губы её чуть поджались. В её взгляде читался настоящий укор, почти детский. С каждым днём она обретала новые черты личности, и алхимик это прекрасно видел. Более того, он поощрял это, хотя и не признавался вслух. Она была как белый лист, который медленно, но верно обрастал красками. ㅤㅤ— Я ведь тоже могу обходиться без сна... — осторожно заметила она, — Вы ведь не забыли, что я наполовину нежить? ㅤㅤТолько сейчас, до Табулы наконец дошёл смысл её первых слов. Он моргнул, на секунду сбив безупречную маску холодного равнодушия. ㅤㅤ— Подожди... — он поднял бровь и чуть склонил голову, — Ты хочешь сказать, что я должен лечь на кровать? Хм. Любопытное предложение. ㅤㅤОн откинулся на спинку стула и продолжил уже спокойнее, будто объясняя формулу: ㅤㅤ— Но давай будем честны: сон для меня скорее излишество, чем потребность. [Метаморфоза] хоть и даёт возможность сохранять человеческие привычки, даже видеть сны... но это больше... ну... приятный довесок, чем необходимость. Поэтому логичнее будет, если ляжешь ты. ㅤㅤСульфур тут же сложила руки на груди и хитро прищурилась, явно предугадывая такую реплику. ㅤㅤ— Именно. Исходя из этого, я и господин могли бы раздели... ㅤㅤНа губах алхимика мелькнула едва заметная кривая ухмылка, когда он умышленно перебил её. ㅤㅤ— В таком случае... младшее звено займёт кровать. А я, как твой неповторимый создатель, буду бодрствовать. ㅤㅤ— Это ведь несправедливо! — почти возмущённо воскликнула она, топнув ногой, как девчонка. ㅤㅤТабула сцепил пальцы, глядя на неё с видом судьи, произносящего окончательный приговор: ㅤㅤ— Виновен и не подлежу оправданию. Но приказ создателя это абсолютный аргумент. Ложись. ㅤㅤОна ещё пару секунд билась, словно кошка, которую уговаривали сесть в коробку. В итоге села на край кровати, бросая на него испытующий взгляд. ㅤㅤ— Господин... — её голос стал тише, — а вы вообще доверяете мне? Как... творению? ㅤㅤЭти слова ударили сильнее, чем она могла предположить. Табула отвёл взгляд в сторону окна, на миг задумываясь, можно ли в принципе сформулировать понятие "доверие" в их отношениях. ㅤㅤ— Доверяю ли? — медленно повторил он, — В этом мире, особенно теперь... я предпочёл бы держать всех под контролем. Ментальные чары и заклинания, ведь это безопасный и рациональный подход. Но... — он помолчал, словно подбирая слова, — даже если это звучит парадоксально применительно к НИП... ты, вероятно, исключение. ㅤㅤСульфур чуть вздрогнула, а её взгляд смягчился. В этот миг она почувствовала себя не просто фигурой из его коллекции, а чем-то большим. ㅤㅤ— Ладно... — пробурчала она, отворачиваясь, но не скрывая довольной тени едва-ли удачной улыбки, — Но только потому, что это ваш приказ. ㅤㅤ— Прекрасно. — кивнул алхимик, как будто завершил удачную сделку, — Значит, вопрос решён. ㅤㅤСульфур всё же улеглась, но продолжала украдкой следить за ним из-под одеяла, будто проверяла, не изменит ли он решение. ㅤㅤТабула же тем временем вернул внимание к столу, разложил записи и сделал вид, что погрузился в работу. Но краем глаза он всё равно следил за ней. И поймал себя на мысли, от которой стало почти неловко: в этом положении он напоминал не столько создателя, сколько... отца? ㅤㅤУ него не было подобного опыта, он никогда не хотел детей, да и сама мысль о подобной роли всегда казалась ему неприятной. Но сейчас, глядя на упрямое первое творение, ворочающееся в кровати, он ощутил нечто чуждое и тревожно тёплое. ㅤㅤЧто ещё более странно — блокиратор эмоций не заглушил это чувство. Оно ускользало, не достигнув порога, где вмешивалась защита. Табула даже мысленно вывел новую теорию: возможно, подавление работает лишь при пике эмоций, а в малом диапазоне ему позволено ощущать нервозность... и даже что-то вроде минимальных эмоций. ㅤㅤОн тихо выдохнул. ㅤㅤ«Лучше бы я этого не чувствовал», — подумал алхимик и снова уткнулся в записи, делая вид, будто ничего не произошло. Сегодня ночью, ему предстояло заняться делом, что он так долго откладывал. Более тщательное изучение местного языка!