Том 2. Глава 33: Мировоззрение

ㅤㅤПервое знакомство с группой прошло неожиданно мягко — почти дружелюбно, словно перед Табулой сидели не платиновые авантюристы, закалённые кровью и контрактами, а обычные путники, случайно оказавшиеся за одним столом. Однако это впечатление было обманчивым. Воздух в комнате всё равно оставался натянутым, как струна, готовая лопнуть от малейшего неверного движения. Табула уловил это сразу — не ушами и не глазами, а тем самым внутренним чувством, которое вырабатывается лишь у тех, кто слишком долго имеет дело с людьми и слишком часто видел, как дружелюбная улыбка сменяется холодным клинком. ㅤㅤНевысказанное недоверие сквозило в мелочах: в том, как Крейл держал плечи, будто всё ещё находился на задании; в том, как Лиза, не замечая того, располагалась так, чтобы видеть и дверь, и окна; в том, как Торбранд уселся так, чтобы при необходимости встать одним движением. Даже юный Аарон, казалось бы, самый безобидный из всех, держал ладони слишком близко к символу Четверицы на груди. ㅤㅤТабула не винил их. В Новом Мире доверие — роскошь, а открытость часто оказывается разновидностью глупости. Здесь дружелюбие нередко служит лишь маской, за которой скрывается расчёт, страх или желание выжить любой ценой. ㅤㅤИ всё же он решил слегка разрядить обстановку. Не словом силы, не демонстрацией авторитета, а наоборот, чем-то почти незначительным. Иногда именно такие жесты работают лучше всего. ㅤㅤ— Я бы хотел предложить всем переместиться в гостиную. — произнёс он, мягким тоном подчеркивая, что это не требование, — Здесь тесно, да и жара от камина давит на мысли. ㅤㅤНи один из присутствующих не возразил. ㅤㅤСульфур поднялась первой. Её движения были точными и лишёнными суеты. За ней последовал Дезмонд. Проходя мимо Табулы, он бросил на него короткий, почти благодарный взгляд — он явно ощущал себя спокойнее, когда рядом находились те, кто в теории мог защитить его от убийц. ㅤㅤОстальные двинулись следом. Кто-то оглядываясь, словно проверяя, не осталось ли чего-то за спиной, кто-то уставившись строго вперёд, будто путь был заранее проложен. Табула же задержался у двери последним. Прежде чем выйти, он обернулся. Его взгляд скользнул по кабинету — по столу, заваленному бумагами, по письменным принадлежностям, по полкам с книгами. Затем остановился на камине. ㅤㅤТлеющие угли светились неровно, привлекая его внимание. В этот миг в сознании алхимика мелькнула странная несостыковка — почти ощущение чужого присутствия, неосязаемого, но навязчивого. Он тихо выдохнул, отгоняя мысль, и прикрыл дверь. ㅤㅤ— И всё же... странно это. — пробормотал он себе под нос. ㅤㅤГостиная встретила их прохладой и пространством. Высокие окна, тяжёлые занавеси, мягкий, но не давящий свет — здесь было легче дышать. Напряжение не исчезло, но перестало давить, словно его отодвинули в сторону, позволив каждому занять своё место. ㅤㅤТабула сел ближе к центру комнаты. Он не стал подзывать остальных, не стал занимать возвышение или подчёркивать свою значимость. Просто сел и этого оказалось достаточно. Люди вокруг него начали располагаться почти автоматически, будто подчиняясь не приказу, а некоему негласному закону равновесия. ㅤㅤСульфур заняла боковое место дивана, выпрямив спину и сложив руки на коленях. Дезмонд сел в углу комнаты, предпочтя изображать мебель. Торбранд уселся так, чтобы между ним и дверью не было препятствий. Аарон и Лиза что-то тихо обсуждали, скорее из привычки, чем по необходимости. ㅤㅤ— Итак, коллеги. — начал Табула, сцепив пальцы и переведя взгляд на Крейла, — Раз уж мы временно преследуем одну цель, мне хотелось бы понять ваше видение защиты господина Дезмонда. Что вы намерены делать при нападении? И какие действия предпримете при удачном исходе? ㅤㅤКрейл вздохнул — ровно так, как вздыхает человек, усталый от того, что ему уже десять раз приходилось проговаривать один и тот же план. ㅤㅤ— План довольно прост. — сказал он, скрестив руки, — Мы делим обязанности. Один из нас всегда рядом с господином Дезмондом. Остальные патрулируют здание: входы, окна, лестницы. Сменами. Без дыр и слепых зон. А Ли... ㅤㅤ— А я, — перебила Лиза, не поднимая голоса, но делая его твёрдым, — буду периодически выходить на крышу. Оттуда лучший обзор. Если что, смогу прикрыть боевой магией. ㅤㅤ— Удобная позиция. — заметил Табула, — Но и самая уязвимая. ㅤㅤ— Я не настолько беспомощна, чтобы не суметь защитить себя. — спокойно ответила она и на мгновение посмотрела на Дезмонда, — Работа есть работа. ㅤㅤКрейл кивнул ей и продолжил: ㅤㅤ— Если нападение удастся отбить, то дальнейшая судьба убийц... — он замялся и бросил взгляд на Дезмонда, — будет зависеть от решения заказчика. ㅤㅤДезмонд моргнул, но ничего не сказал. ㅤㅤ— Лично я, — добавил Крейл после короткой паузы, — передал бы их Империи. Да, Идзанию официально не считают преступной организацией, но то, чем они занимаются... это мерзость. Их должны судить. По закону. Без самоуправства. ㅤㅤЛиза резко повернулась к нему. ㅤㅤ— Ты идеалист! — холодно сказала она, и в её голосе не было ни капли колебаний, — Закон? Суд? Ты правда думаешь, что они дадут себя взять живьём? Эти ублюдки перережут нам горло при первой же возможности. Пытаться захватить их это всё равно что подписать себе смертный приговор. ㅤㅤКрейл ответил не сразу. Он смотрел на неё спокойно, почти устало, словно слышал эти слова не в первый раз — и даже не в десятый. ㅤㅤ— Если мы начнём действовать так же, как они, — ответил он, не повышая голоса и не меняя позы, — тогда чем мы будем отличаться? ㅤㅤ— Тем, что останемся живыми. ㅤㅤСлова повисли между ними, как тяжёлый занавес. Конфликт интересов стал почти осязаемым — не криком, не вспышкой ярости, а плотным давлением, от которого хотелось сделать шаг назад или, наоборот, схватиться за оружие. ㅤㅤИ именно в этот момент в разговор грубо, но неожиданно к месту вмешался Торбранд. Дварф даже не повысил голос — он просто рыкнул, коротко и тяжело, так, что слова будто ударили о камень: ㅤㅤ— А ну хватит титьки мять! — пробасил он, — Как Крейл и сказал с самого начала, решение остаётся за заказчиком. Вы оба сейчас спорите зазря. ㅤㅤКрейл и Лиза почти синхронно фыркнули и отвели взгляды в разные стороны, словно каждый из них хотел показать, что именно он не собирается продолжать этот бессмысленный разговор. Аарон, сидевший рядом с Торбрандом, неловко поёрзал, втянув голову в плечи, будто надеялся стать меньше и незаметнее, чтобы случайно не попасть под перекрёстный огонь чужих эмоций. ㅤㅤИ тогда в тишине раздалось тихое, почти невесомое: ㅤㅤ— Хм... хпмф... хаха... ㅤㅤВсе обернулись. ㅤㅤТабула улыбался. Вернее, позволил себе тонкий, едва уловимый смешок — не насмешливый и не злой, а скорее тот, что принадлежит наблюдателю, которому интересно смотреть на спорящих людей, на их убеждения, принципы и горячность. В этом смехе не было издёвки, но чувствовалась дистанция — будто он стоял чуть в стороне от происходящего. ㅤㅤСульфур, сидевшая неподалёку, тоже заметила это. Её взгляд скользнул к создателю, задержался на долю секунды, но она ничего не сказала, предпочтя молчание. ㅤㅤЛиза же нахмурилась. ㅤㅤ— Вас... что-то забавляет? ㅤㅤТабула чуть отклонился назад, переплетя пальцы у груди, и покачал головой. ㅤㅤ— Прошу прощения. — произнёс он всё ещё с лёгкой улыбкой, — Просто... это выглядит довольно нелепо. ㅤㅤКрейл прищурился, недовольный его тоном. ㅤㅤ— Что именно? ㅤㅤТабула не ответил сразу. Он наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Тишина в комнате растянулась, стала вязкой, и все взгляды невольно устремились к нему, ожидая продолжения. ㅤㅤ— Так и быть. — сказал он наконец, понизив голос до почти вкрадчивого, — Поделюсь своими мыслями. ㅤㅤОбещание звучало мягко, но в нём чувствовалось холодная уверенность. Не угроза и не бахвальство — скорее спокойствие человека, привыкшего рассматривать опасность как задачу, а не как повод для эмоций. Уверенность ума, который привык видеть бой не как хаос, а как уравнение с переменными. Как в Иггдрасиле, так и здесь. ㅤㅤ— Первое. — он неторопливо сложил ладони перед собой, — Оставить одного человека рядом с господином Дезмондом это решение здравое. В любой ситуации должен быть кто-то, кто сможет предупредить или среагировать, если всё пойдёт не по плану. Но вот идея с патрулями? — его взгляд скользнул по Крейлу и Лизе, — Она вызывает у меня вопросы. ㅤㅤОн не повышал голос, но каждое слово будто резало воздух. ㅤㅤ— Я говорю это не для того, чтобы вас оскорбить. Но вы явно недооцениваете противника. Патрулировать самые очевидные места? Главный вход, холл, сад, возможно задний двор? Допустим. А теперь ответьте мне: почему вы решили, что убийцы пойдут именно туда, где их ждут? Вы действительно считаете, что профессионалы уровня Идзании не способны проникнуть через канализацию, подпольные ходы, чердак, тайные проходы... или, что ещё хуже, уже находиться внутри, просто ожидая подходящего момента? ㅤㅤОн сделал короткую паузу. ㅤㅤ— Я надеюсь, — добавил он, — вы хотя бы проверили здание полностью. И убедились, что здесь никто не затаился заранее. Верно? ㅤㅤОтвета не последовало. Молчание повисло слишком красноречиво. ㅤㅤНа мгновение в голове Табулы мелькнула сухая, почти усталая мысль: «Дилетанты». Однако прежде чем он успел развить её дальше, Лиза поспешила заговорить, меняя направление разговора: ㅤㅤ— Подземный ход? Здесь? ㅤㅤ— А вы уверены, что его нет? — Табула даже не повернул к ней головы, собираясь поблистать своими знаниями о средневековых временах, хоть и не был уверен, что они сопоставимы с этим миром, — Поместья подобного типа нередко строились с запасным путём отхода. Особенно если их владелец нажил себе врагов. А такие люди, поверьте, редко умирают мирно в своей постели. ㅤㅤОн медленно поднялся, словно сидеть ему стало тесно. Табула обходил стол, проходя мимо сидящих, и хотя он лишь говорил, его движения были выверенными и точными — движениями того, кто привык не просто рассуждать о стратегии, а жить ею. ㅤㅤ— И ещё... — продолжил он, остановившись и повернувшись к Лизе, — Маг на крыше. Допустим, вы замечаете нападающих. Что дальше? Вы без укрытия, на виду, в самой уязвимой позиции. Один арбалетный болт с ядовитым наконечником и весь ваш план рушится. ㅤㅤ— Вы всё ещё считаете, что я не смогу защитить себя? — раздражённо бросила она. ㅤㅤ— Не принимайте это на свой счёт. — спокойно ответил Табула, — Но я считаю, что вы переоцениваете свои шансы защититься от того, кто уже прицелился, а вы ещё даже не подозреваете о его присутствии. И всё таки! Смелость это похвальное качество, но против мастеров убийства она слишком часто граничит с глупостью. ㅤㅤОн сделал паузу, позволяя словам осесть. ㅤㅤ— Запомните одну простую истину: тот, кто убивает ради ремесла, почти всегда на шаг впереди того, кто защищает ради долга. Так было. Так есть. И, боюсь, так будет всегда. ㅤㅤДаже Торбранд, до этого казавшийся неподвижным, словно высеченная из цельной скалы глыба, нахмурился и перестал медленно вращать кружку в руке. Дерево тихо скрипнуло под его пальцами — единственный звук в комнате. Тишина вернулась, но уже иная: не напряжённая, а тяжёлая, наполненная размышлением, будто каждый из присутствующих прокручивал в голове одни и те же слова, примеряя их на себя. ㅤㅤКрейл сжал губы. Видно было, что терпение у него на исходе — не из-за критики, а из-за отсутствия ясного ответа. ㅤㅤ— А что тогда вы предлагаете? ㅤㅤ— Не торопитесь. — Табула поднял ладонь, останавливая его мягко, но безапелляционноб — Мы ещё к этому вернёмся. ㅤㅤОн позволил паузе затянуться, затем перевёл взгляд на Дезмонда. Аристократ сидел, вжавшись в кресло, словно пытался раствориться в его обивке. Его пальцы дрожали — не сильно, но достаточно, чтобы это было заметно тем, кто привык замечать подобные мелочи. ㅤㅤ— Теперь о судьбе убийц. — продолжил алхимик, словно перелистнув страницу в книге, — Ваши мнения я услышал. Одно... наивно. Другое импульсивно. Но при этом оба, — он слегка прищурился, — по-своему правы. ㅤㅤОтблеск мелькнул в его глазах, придав взгляду странную глубину. ㅤㅤ— Допустим, всё проходит гладко. Вы ловите их живыми и передаёте Империи. Прекрасно. А дальше? — он чуть наклонил голову, — Каков шанс, что их не вытащат коррупционеры? Что они не сбегут? Что через месяц, а то и раньше, вы не проснётесь с холодным лезвием у горла, потому что кто-то из их "коллег" решит закрыть старые счета? ㅤㅤЛиза приоткрыла рот, явно собираясь возразить, но слова так и не сорвались с губ. ㅤㅤ— А если вы их убьёте, — Табула продолжал тем же ровным, почти бесстрастным тоном, — готовы ли вы жить с мыслью, что теперь за вами будет охотиться Идзания? Готовы ли спать по часу в сутки, прислушиваясь к каждому скрипу половиц и шагу за дверью? ㅤㅤМолчание легло плотным покрывалом. Никто не ответил. ㅤㅤ— Нет, — наконец сказал Табула, — мне кажется, вы к этому не готовы. ㅤㅤОн прислонился к шкафу спиной, позволяя себе короткий выдох. ㅤㅤ— Поэтому мой вариант проще. Схватить. Обездвижить. А дальше уже действовать по обстоятельствам. В конце концов... — уголок его губ едва заметно дёрнулся, — они нужны мне живыми. И, что немаловажно, я единственный, кто сможет сделать так, чтобы их существование не стало для вас проблемой в будущем. ㅤㅤСлова прозвучали двусмысленно. Дезмонд отвёл взгляд, будто инстинктивно. Остальные промолчали. Лишь Сульфур едва заметно кивнула — она поняла, что именно он имел в виду, и вопросов у неё не возникло. ㅤㅤВыдержав ещё одну паузу, Табула вернулся к первой теме. ㅤㅤ— Теперь о стратегии. Чтобы что-то улучшать, нужно хотя бы понимать, с чем мы имеем дело. У кого-нибудь есть схема дома? ㅤㅤОн обвёл взглядом присутствующих. Ответом снова стала тишина. Это его явно не радовало. ㅤㅤ— Совсем никого? Господин Дезмонд? ㅤㅤДезмонд поспешно развёл руками, в жесте почти подозрительно-паническом: ㅤㅤ— Простите, но... никаких чертежей у меня нет. Поместье строилось ещё при... мгм.. моём отце. ㅤㅤКрейл тоже покачал головой, не в силах предложить большего. ㅤㅤ— Нам известно не больше, чем вам. ㅤㅤ— Ясно... — Табула глубоко выдохнул, — Значит, придётся действовать вслепую. ㅤㅤОн оторвался от шкафа и зашагал. И в этот момент в нём словно что-то переключилось. Движения стали чётче, осанка строже, голос — чуть ниже, а взгляд внимательнее, собраннее. Опять приходилось делать всё самому. ㅤㅤ— Раз такое дело... — пробормотал он и направился к окну, одновременно оглядывая интерьер и мысленно сопоставляя его с фасадом здания. ㅤㅤПоместье выглядело типичным для своей эпохи: два этажа, узкие лестницы, длинные коридоры, двери, ведущие неизвестно куда. Крыша с острым углом — защита от ветров и редких, но тяжёлых дождей. Где-то в глубине внутренний дворик, а значит, возможный выход к складам или саду. Если бы убийцы решились на проникновение, они вряд ли выбрали бы парадный вход. Скорее окна второго этажа, чердак... или то, о чём обычно вспоминают последним. ㅤㅤ— Хм... — Табула будто чертил карту прямо в голове, — В подобных домах перекрытия редко бывают равномерными. Значит, есть балки, по которым можно перемещаться почти бесшумно. А следовательно... ㅤㅤОн обернулся. ㅤㅤ— ...напрямую никто идти не станет. Я бы зашёл сверху. Или снизу, если здесь есть подвал. ㅤㅤ— В подвале есть винное хранилище. — неожиданно подал голос Торбранд, — И тайный ход в сад. Я там дежурю. ㅤㅤ— Торбранд?! — не поверила Лиза, — И ты раньше об этом молчал?! ㅤㅤ— А зачем? — дварф фыркнул, — Такой крепкий и мудрый дварф, как я, способен защитить погреб сам. Вместе со всем его содержимым. ㅤㅤТабула бросил на них короткий взгляд, затем устало покачал головой. ㅤㅤ— Вот и плохо. Кому-то придётся остаться там, а это повлияет на принцип обороны. ㅤㅤТорбранд уже собирался предложить себя — исключительно из чувства долга, разумеется, а вовсе не из-за близости к запасам вина — но Табула не дал ему договорить. ㅤㅤ— Как бы странно это ни звучало, но первый этаж будет основным рубежом. Там нужен кто-то, кто будет сторожить. И ещё одного оставить в холле, у лестницы. ㅤㅤОн поднял руку, будто расставляя фигуры на невидимой доске. ㅤㅤ— Второй этаж ключевой. Там спальня господина Дезмонда. А значит, именно туда будут стремиться убийцы, если у них есть хоть капля разума, в чём я конечно же не сомневаюсь. ㅤㅤТабула посмотрел на Лизу. Не с укором и не с попыткой надавить — лишь с холодной, усталой трезвостью человека, который слишком много раз видел, к чему приводит самоуверенность. ㅤㅤ— А крыша? Исключено. — он развёл руками, словно фиксируя очевидный факт, — Я не могу заставить вас слушаться, ведь я не ваш командир и не ваш лидер. Но мы не знаем ни точного количества врагов, ни их состава. Нас здесь недостаточно, чтобы позволять себе роскошь распыляться. В любом случае... — он сделал паузу, — решение остаётся за вами. Ваша жизнь в ваших руках. ㅤㅤЛиза промолчала. Уголки её губ дрогнули, будто она собиралась отпустить колкость — резкую и привычную, но слова так и не вырвались. Пальцы сжались до побелевших костяшек. Она не спорила. И именно это выдавало, что услышанное попало в цель, даже если признать это вслух она была не готова. ㅤㅤАлхимик не стал задерживаться на её реакции. Он уже сказал всё, что считал нужным. Его внимание метнулось в сторону Аарона. ㅤㅤ— А вы, — произнёс он, и юноша вздрогнул, будто его выдернули из собственных мыслей, — будете охранять господина Дезмонда вместе со мной. ㅤㅤАарон выпрямился, явно не ожидая такого назначения. ㅤㅤ— Я... — начал он, но Табула продолжил, не давая ему времени собраться. ㅤㅤ— Я не в полной мере знаком с возможностями клири... — он на мгновение запнулся, затем едва заметно сощурился, подбирая формулировку, — кхм, священнослужителей вашей Церкви. Но смею предположить, что ваши навыки пригодятся при непредвиденных обстоятельствах. Особенно если что-то пойдёт не так. ㅤㅤ— Н-наверное... — пролепетал Аарон, ощущая, как на него внезапно обрушилась ответственность, к которой он был морально не готов. ㅤㅤТабула кивнул, словно мысленно поставив галочку напротив ещё одного пункта плана. ㅤㅤ— Сульфур. — он даже не посмотрел на неё, — Подвал за тобой. ㅤㅤ— Как скажете. ㅤㅤПосле этого алхимик повернулся к Крейлу. ㅤㅤ— А вы, — продолжил он, — займёте позицию у лестницы на второй этаж. Оттуда вы сможете перекрывать путь наверх, контролировать коридор и поддерживать связь с остальными. В случае потери первого этажа, именно вы станете первым рубежом. ㅤㅤКрейл коротко кивнул. На его лице промелькнуло что-то двоякое — то ли уважение к чёткости плана, то ли досада от того, что он вынужден признать правоту чужого решения. ㅤㅤЗатем Табула повернулся к Торбранду и Лизе. ㅤㅤ— Что же до вас, господа... — он щёлкнул пальцами, будто подытоживая, — первый этаж полностью на вашей ответственности. Держитесь вместе. Всегда. Не давайте себя разделить. И... ㅤㅤФраза оборвалась. ㅤㅤНе потому что он задумался — наоборот, казалось, Табула готов произнести следующий пункт плана, но внезапная волна боли, резкая и жгучая, будто раскалённая игла, пронзила его череп. Алхимик резко прикрыл глаза и схватился рукой за висок. На миг его дыхание сбилось. ㅤㅤСульфур напряглась мгновенно. Её взгляд стал хищным, тревожным, почти звериным. Остальные тоже замерли, но только она смотрела так, словно была готова в следующую секунду броситься к нему, сметая всё на своём пути. ㅤㅤТабула медленно выдохнул, открыл глаза и качнул головой, подавляя и отмахиваясь от новой вспышки боли. ㅤㅤ— Прошу прощения. — произнёс он спокойно, даже с лёгкой ноткой извинения, — Всего лишь назойливая мигрень... Ничего серьёзного. ㅤㅤОн перевёл взгляд на заказчика. ㅤㅤ— Господин Дезмонд... сейчас ещё день. Вы ведь не планируете ложиться спать в ближайшее время? ㅤㅤ— А... верно. — Дезмонд подался вперёд, нахмурившись, — Мне бы хотелось, чтобы мы сначала пришли к полному согласию. Так... спокойнее думается. ㅤㅤ— Разделяю ваше стремление. — Табула выпрямился, — Прошу вас продолжить обсуждение без меня. А я пока ненадолго отлучусь... смочить горло. ㅤㅤ— Ах, конечно. — поспешно отозвался Дезмонд, — На кухне есть вода. Чувствуйте себя как дома. ㅤㅤАлхимик вежливо склонил голову и уже собирался выйти, когда... ㅤㅤ— П-подождите! Я вас провожу! ㅤㅤГолос Аарона прозвучал слишком громко и слишком резко. Он тут же замахал руками, смутившись. ㅤㅤ— Просто... вам ведь нездоровится. А я знаю, где кухня. Если вам вдруг станет хуже, я смогу помочь магией. ㅤㅤВ его голосе смешались искреннее беспокойство и отчаянное желание быть полезным. Все почти одновременно повернулись к нему. Даже Сульфур — правда, её взгляд был скорее испепеляющим, чем удивлённым. Аарон ощутил это кожей и мысленно проклял себя: находиться в одной комнате с драгоноидом ему и без того было неуютно. ㅤㅤТабула на мгновение замер. В его лице мелькнуло странное выражение — смесь удивления, недоумения и чего-то ещё, трудноуловимого. Он тихо хмыкнул, подумал... и кивнул. ㅤㅤ— Хорошо, я не возражаю. ㅤㅤИ затем они вышли. Дверь гостиной мягко закрылась за ними. ㅤㅤНесколько секунд в комнате стояла тягучая тишина. Затем Торбранд хмыкнул, потянулся и пробасил: ㅤㅤ— Ох, пацан... — он потеребил свою рыжую бороду, — Стоило появиться шансу не сидеть рядом с получеловеком, так сразу ухватился! И главное под каким благородным предло... ㅤㅤОн резко осёкся, заметив, как Сульфур едва заметно, но крайне красноречиво прищурилась. Торбранд побледнел так, словно только что хлебнул скисшей медовухи и понял, что сделал это при свидетелях. ㅤㅤ— Кхм! Э-э... прошу прощения, госпожа. Не хотел показаться... э-э... грубым перед старшей по рангу. Просто язык мой иногда живёт своей жизнью. Просто наш Аарон слегка... недоверчиво относится к полу... ㅤㅤ— Мне всё равно. — холодно ответила Сульфур. ㅤㅤ— Всё равно... прошу простить. ㅤㅤНо она его уже не слушала. ㅤㅤЕё взгляд был прикован к двери, за которой исчез Табула. В груди шевельнулось что-то странное — не ярость, но и не страх. Скорее глухое раздражение. Почти человеческое. ㅤㅤОна действительно хотела пойти за ним. Пусть он сказал, что просто отойдет попить, пусть он даже попросил обсудить план без него — но это не изменяло того простого и холодного факта, что тот мальчик увёл его первым. А ей пришлось остаться. ㅤㅤЕй, кто был создан для служения. Ей, чья жизнь вращалась вокруг одной персоны. ㅤㅤСульфур глубоко выдохнула. Чуть сильнее, чем того требовало тело, будто пыталась вытолкнуть из груди не воздух, а что-то тягучее, неприятное и человеческое. ㅤㅤКогда шаги Табулы и Аарона окончательно затихли в коридоре, гостиная словно выдохнула вместе с ней. Напряжение, оставшееся после слов алхимика, ослабло, но не исчезло полностью. Теперь оно лежало не на поверхности, а глубже, в мыслях. ㅤㅤЛиза, упрямо скрестив руки на груди, отвернулась к окну. Она выглядела так, словно готова была вот-вот сорваться и всё же выплюнуть язвительное замечание, но холодная логика Табулы придавила её сильнее любых доводов. Даже её вспыльчивость знала предел, когда аргументы били точно в цель. ㅤㅤКрейл, напротив, сидел слишком ровно. Неестественно. Будто человек, который внезапно осознал: его уверенную позицию лидера аккуратно, почти вежливо, но безапелляционно подвинули в сторону. Он сжимал челюсти, и желваки на скулах ходили, выдавая раздражение, которое он не позволял себе выплеснуть. ㅤㅤТорбранд, чувствуя, что тишина становится неловкой, шумно прочистил горло, явно пытаясь вернуть разговор в более привычное русло — туда, где можно говорить проще и грубее. ㅤㅤ— Ну... хм. Насчёт алхимика? — начал он, почесав бороду, — Мужчина он конечно... своеобразный. Но план-то толковый, чего кислые морды то распустили? ㅤㅤ— Ещё бы. — фыркнула Лиза, не глядя на него, — Он говорил так, словно уже неделю прожил в этом доме, а не появился тут час-два назад. ㅤㅤКрейл медленно потёр переносицу, будто пытаясь стереть с лица усталость. ㅤㅤ— В этом и проблема. — произнёс он глухо, — Опыт бывает разным. И как бы мне ни хотелось с этим спорить... его идеи прозвучали логичнее наших. ㅤㅤ— Ха! — Торбранд усмехнулся, с видимым удовольствием ухватившись за тему, — Логичнее? Да этот чертяка сказал то, о чём мы даже не подумали! Разве ты бы додумался, что Лизе на крыше делать нечего не из-за её магии, а потому что это просто глупая позиция против скрытных ублюдков? Она ж там сидела, как маяк в тумане! И ладно бы додуматься, разве ты смог бы её осадить? Лиза же до последнего стоит, как истуканша! ㅤㅤ— Торбранд... — Лиза угрожающе сузила глаза, поворачиваясь к нему. ㅤㅤ— Молчу, молчу. — дварф поднял руки в примирительном жесте, но усмешка никуда не делась, — Я лишь говорю, что ум у этого алхимика острый. Как хорошая боевая секира. Странноватый, ага, но острый. А это, знаете ли, сулит успех... и деньжища. ㅤㅤРазговор постепенно оживился, но это было уже не обсуждение плана. Скорее — ожидание. Отсутствие Табулы ощущалось странно остро для человека, который присоединился к делу совсем недавно. ㅤㅤСульфур же оставалась неподвижной. Она сидела, сложив руки на коленях, и молча смотрела на дверь, за которой исчезли алхимик и клерик. Взгляд был спокойным — слишком спокойным. Таким, каким бывает тщательно подавляемая эмоция. Это спокойствие беспокоило остальных сильнее, чем открытая злость. ㅤㅤТорбранд, поколебавшись, всё же решился: ㅤㅤ— Кхм... вы ещё злитесь, старшой? ㅤㅤ— Нет. — ответ прозвучал мгновенно, без паузы и колебаний, — И я не злилась. ㅤㅤРезкость ответа заставила Лизу криво усмехнуться. ㅤㅤ— Да отстань ты от неё, карлик. Видно же, что просто переживает за товарища. ㅤㅤСульфур медленно повернула голову к магичке. Не угрожающе, но так, что в комнате будто стало на тон тише. Она вздохнула и, решив всё же сказать больше, чем обычно позволяла себе, заговорила: ㅤㅤ— Его состояние ухудшается. — голос был ровным, почти бесцветным, — По-хорошему, сопровождать его должна была я. ㅤㅤОна на мгновение замолчала, а затем продолжила, не меняя интонации: ㅤㅤ— Но я осталась здесь, потому что человек, которого я вижу впервые, решил проявить инициативу раньше меня. ㅤㅤУлыбка на лице Лизы моментально исчезла. ㅤㅤ— Ну-ну... — Торбранд попытался смягчить ситуацию, — Разве это повод так переживать? Наш малец, если что, подстрахует его. ㅤㅤ— Ваш товарищ слаб. — так же ровно ответила Сульфур, и от этой прямоты слова резали слух, — И если с гос... моим напарником что-то случится, я не прощу себе этого. ㅤㅤКолкий ответ заставил всех замолчать. Крейл, Лиза и Торбранд переглянулись — коротко, молча, понимая друг друга без слов. Слова Сульфур звучали резко, почти удушающе, но спорить с орихалковым авантюристом, открыто говорящим о беспокойстве за союзника, решился бы только безумец. ㅤㅤИ всё же следующим вопросом Торбранд разрядил атмосферу так неожиданно, что даже Дезмонд позволил себе неловкую улыбку. ㅤㅤ— Слушай, старшой... — дварф почесал бороду и с прищуром посмотрел на дверь, — А скажи-ка вот что. Почему у вашего друга нет гильдейского жетона? ㅤㅤЛиза тут же подхватила, оживившись: ㅤㅤ— Ага, я тоже это заметила! Ни меди, ни железа, ни серебра. У него вообще... ничего нет? Он что, воркер? Воркер в дуэте с авантюристом? А так вообще разрешено? ㅤㅤКрейл сцепил пальцы и внимательно посмотрел на Сульфур: ㅤㅤ— И всё же вы орихалковый авантюрист, а работаете с тем, кто официально не зарегистрирован. Это мягко говоря... странно? Не будете против объяснить? ㅤㅤТишина стала холоднее. Все трое смотрели внимательно, настороженно, но без враждебности. Они ждали. ㅤㅤСульфур замерла. Она медленно перевела взгляд с одного на другого. Потом ещё раз. И снова. Непроницаемо, будто прикидывая, кому из них солгать меньше, чтобы ложь выглядела правдой. ㅤㅤВнутри всё неприятно сжалось. Лгать было тяжело. Лгать о своём создателе — почти невыносимо. Но и правду сказать было невозможно. Легенду следовало придумать заранее... и только сейчас она поняла, что не сделала этого. ㅤㅤЕй пришлось отвечать. ㅤㅤ— Он... — голос прозвучал резче, чем она рассчитывала, — Табула не нуждается в жетоне. ㅤㅤТроица моргнула почти синхронно. ㅤㅤ— Это, конечно, аргумент, — протянул Торбранд, — но, признаться, не совсем тот, которого мы ожидали. ㅤㅤСульфур едва заметно дёрнулась — так, словно её действительно поймали за рога в самый неподходящий момент. Не резкое движение, нет, скорее внутренний сбой, мгновенный. Мысль мелькнула холодно и отчётливо: ей следует осторожнее подбирать слова. Одна неверная фраза — и всё рассыплется. Она уже зашла слишком далеко, чтобы отступать без последствий. ㅤㅤОна попробовала ещё раз. Медленнее. Осознаннее. ㅤㅤ— Я... — начала она и тут же опустила взгляд, будто искала нужные слова не в комнате, а где-то внутри себя, — Я встретила его не в гильдии. Не на заданиях. И даже не по персональному запросу. ㅤㅤОна сделала короткую паузу, позволив тишине лечь между словами, а затем продолжила чуть тише: ㅤㅤ— Это было... в совершенно другом месте. И очень давно. Он нашёл меня первым. В тот момент я была в таком состоянии, что, можно сказать, перестала бы существовать. Вы не обязаны знать подробности, но... ㅤㅤКрейл слегка приподнял бровь. Его голос прозвучал спокойно, без давления, но вопрос был точным: ㅤㅤ— Он тебя спас? ㅤㅤСульфур кивнула почти машинально. Ложь требовала аккуратности, и каждое слово давалось тяжелее предыдущего. ㅤㅤ— Да. — ответ прозвучал ровно, почти бесцветно, — А позже... мы начали сотрудничать. Он сильнее, чем кажется. Намного сильнее. ㅤㅤЛиза нахмурилась, словно что-то не сходилось в общей картине. ㅤㅤ— Сильнее кого? ㅤㅤОтвет вырвался быстрее, чем следовало. ㅤㅤ— Всех присутствующих здесь. — сказала Сульфур без тени сомнения, — На него можно положиться. Я уверяю вас. ㅤㅤОна осознала ошибку в тот же миг. Слишком быстро. Слишком уверенно. Слова прозвучали не как предположение или мнение, а как факт восхваления. Неоспоримый. Комната на мгновение застыла, будто кто-то резко потянул за невидимую нить. ㅤㅤТорбранд прищурился. Лиза моргнула, а Крейл медленно выпрямился. ㅤㅤ— Э-э... — Лиза даже не заметила, как перешла на "ты", — То есть... алхимик? Сильнее даже тебя? Орихалкового авантюриста? ㅤㅤ— Так и есть. — коротко ответила Сульфур, не отводя взгляда. Оправдываться уже смысла не было, — Его силы... велики. ㅤㅤ— Насколько велики? — мягко, но с живым интересом спросил Крейл, словно осторожно нащупывая границу дозволенного. ㅤㅤСульфур открыла рот и замерла. ㅤㅤНасколько? ㅤㅤВопрос был простым. И одновременно невозможным. ㅤㅤВ её голове вспыхнули разрозненные мысли, налетая друг на друга, словно обломки после неудачного заклинания. Она не знала ответа — не потому, что он отсутствовал, а потому, что не существовало формы, в которую его можно было бы облечь. Не той, что поняли бы они. Будучи существом, рождённым в Новом Мире, она не знала ни о игроках, ни об Иггдрасиле, ни о том, что означает само имя Табулы Смарагдины. Эти понятия просто не имели для неё веса — как слова на языке, которому никто не учил. Он никогда не рассказывал. Она никогда не спрашивала. Для неё он всегда был господином, творцом, богом — аксиомой, не требующей доказательств, объяснений или сравнений. ㅤㅤНо сейчас, под взглядами чужих людей, эта аксиома дала трещину. Не в своей истинности, а в её осознании. ㅤㅤОна вдруг поняла, насколько пугающе мало знает о нём самом. О том, кем он был до. О том, какие пределы имеют его силы — и есть ли они вообще. О том, откуда берётся то, что он делает, и почему для него это выглядит столь естественно. Она осознала, что никогда не задумывалась, как он относится к ней — лишь принимала это как нечто само собой разумеющееся, как дыхание или биение сердца. ㅤㅤИ это осознание было неприятным. ㅤㅤСказать правду — означало либо напугать, либо быть не понятой. А возможно — и то, и другое сразу. Эти люди привыкли измерять силу рангами, жетонами, цифрами и подтверждёнными подвигами. То, что нельзя было вписать в их систему координат, автоматически становилось ложью, бредом или угрозой. А Табула... он не вписывался. Никогда не вписывался. ㅤㅤПоэтому она выбрала единственное, что пришло в голову. Единственное, что было одновременно правдой и достаточно безопасным для чужих ушей. ㅤㅤ— Достаточно, — произнесла она после короткой паузы, — чтобы защитить меня. ㅤㅤСлова были... неправильными. Почти кощунственными. Ведь именно она была создана, чтобы быть щитом. Но, как ни странно, эта фраза прозвучала одновременно правдиво и смутно угрожающе. В комнате это почувствовали все. ㅤㅤТорбранд хмыкнул и почесал щёку, явно переваривая услышанное. ㅤㅤ— Вот это заявление... — протянул он, — Н-да. Сложно поверить, конечно. Но выглядит так, будто ты сама в это веришь. А значит... хм-хм-хм... ладно. ㅤㅤЛиза шумно выдохнула, проведя рукой по лицу. ㅤㅤ— Сильнее орихалкового авантюриста... алхимик?! — пробормотала она, — Мамочки... ㅤㅤКрейл, помолчав, перекрестился по-своему и заговорил уже более сдержанно: ㅤㅤ— Как и сказал мой товарищ, в это трудно поверить. Но если это правда, мы рассчитываем на вашу поддержку. И всё же... странная вы пара. Уж не обессудьте. ㅤㅤСульфур ответила сразу, не раздумывая: ㅤㅤ— Он... мой самый близкий человек. — сказала она холодно и уверенно, — И я готова отдать за него свою жизнь. И если выбор предстанет между вами и им, то я... ㅤㅤСлова повисли в воздухе. Лишь после этого она осознала, что сказала больше, чем следовало. Чтобы пресечь дальнейшие вопросы, она отвернулась — резко, почти хищно, как зверь, уставший от пристального взгляда людей. ㅤㅤЕё взгляд вновь упёрся в дверь. Туда, где исчезли Табула и Аарон. ㅤㅤОна напоминала хищника, лишённого возможности следовать за своей стаей, но всё ещё охраняющего вход. Терпеливо. Настороженно. Готового броситься вперёд в любой момент, если за этой дверью случится хоть что-то неправильное.

***

ㅤㅤТем временем... ㅤㅤКоридор, ведущий к кухне, утопал в тишине, напоминающей заброшенную часовню после вечерней службы — не мёртвую, но оставленную, забывшую, зачем в ней когда-то звучали голоса. Воздух здесь был неподвижен, с лёгкой примесью пыли и старого камня, в котором угадывался след копоти от дальнего очага. Запах был не резким, но устойчивым, въевшимся в стены за долгие годы. Шаги глухо отдавались от пола и сводов, будто коридор нехотя принимал присутствие живых. ㅤㅤАарон шёл позади. Неловко, чуть ссутулившись, словно пытался стать меньше, чем был на самом деле. Он то ускорял шаг, боясь отстать, то замедлялся, опасаясь идти слишком близко. Пальцы его время от времени сцеплялись в замок, затем снова расходились — жест человека, не знающего, куда деть собственные руки и мысли одновременно. ㅤㅤТабула двигался впереди. Медленно, но ровно. Его походка была выверенной, почти механической, лишённой суеты и колебаний, словно каждое движение уже было заранее рассчитано. Со стороны могло показаться, что мигрень была не более чем мелкой помехой — назойливым шумом на фоне куда более сложных процессов, происходящих в его сознании. И всё же Аарон, при всей своей рассеянности, подмечал детали. Иногда шаг алхимика едва заметно сбивался, будто тот на кратчайшее мгновение терял ощущение пола под ногами, а затем так же быстро возвращал контроль, не позволяя телу выдать слабость. ㅤㅤ— Э-э... господин Табула? — нерешительно нарушил тишину Аарон. Его голос прозвучал чуть громче, чем он ожидал, и он тут же съёжился, — Вам... правда лучше? ㅤㅤТабула не остановился. Он лишь слегка повернул голову через плечо, бросив на юношу спокойный, выцветший от эмоций взгляд, в котором не было ни раздражения, ни благодарности — лишь констатация факта. ㅤㅤ— Состояние контролируемое. — ответил он сухо, почти по-медицински, — А что, переживаете? ㅤㅤ— Н-ну... — Аарон заметно смутился, его уши покраснели, а слова споткнулись друг о друга. — Вы же... вроде как помогаете нам. И... вы важны... в смысле... ㅤㅤОн окончательно запутался и замолчал, опустив голос почти до шёпота, словно опасался, что сами стены подслушивают и осуждают его за неловкость. Табула слегка замедлил шаг и метнул в его сторону косой взгляд. В нём промелькнуло нечто редкое — лёгкое удивление, смешанное с тенью сарказма, направленного скорее на ситуацию, чем на самого юношу. ㅤㅤ— Благодарю. — произнёс он коротко. ㅤㅤДля Аарона это слово прозвучало почти как награда. Он неловко улыбнулся — широко, по-детски искренне, будто получил подтверждение, что поступил правильно. ㅤㅤ— Если честно... — продолжил он, уже тише, — вы и та госпожа в гостиной меня пугаете. Очень. Но даже так... мне кажется, что вы хороший человек. Я это чувствую. ㅤㅤТабула тихо хмыкнул. Заключение было наивным, почти трогательным, особенно учитывая, что Аарон знал его всего ничего. ㅤㅤ— Какое неточное и поспешное суждение. — заметил он без злобы, — Но если вам так спокойнее, пусть будет так. Всё же советую относиться к незнакомцам осторожнее. Всякое бывает. ㅤㅤОни миновали ещё несколько узких переходов и ответвлений, пока наконец не достигли кухни. Здесь пространство словно немного расширилось, и Аарон сразу оживился, будто обрёл наконец понятную и законную цель. Он засуетился, предлагая помощь: показать, где стоит вода, принести кружку, пододвинуть табурет, открыть окно — забота накатывала волнами, искренняя, но чрезмерная. ㅤㅤДля Табулы это было скорее утомительно, чем смущающе. Он не привык к подобной гиперопеке, тем более со стороны почти незнакомого человека. Коротко отказавшись от помощи, он сам нашёл кувшин, налил воду и выпил её залпом, не делая ни единого вдоха между глотками. Холодная влага приятно прокатилась по горлу, опускаясь в грудь, и принесла краткое, почти благословенное облегчение. ㅤㅤМигрень не исчезла. Но по крайней мере горло больше не саднило, и в наступившей тишине он получил возможность немного подумать перед возвращением в гостиную. Обсуждаемый план был до ужаса прост: поймать кого-нибудь из Идзании и склонить на свою сторону. Переговорами, манипуляцией, промывкой мозгов — метод подберётся по обстоятельствам. Внутренний взор на мгновение зацепился за образ Кайме. ㅤㅤПрошло всего несколько дней с момента её смерти... а он уже не мог вспомнить её лицо. Очертания расплывались, будто старая иллюстрация, затёртая слишком частым перелистыванием. А ведь в каком-то смысле она была первой. Первой значимой подчинённой. Первой, кто пострадал от его ментальной магии. ㅤㅤОн перебирал воспоминания, как страницы книги, но взгляд снова и снова соскальзывал. Неужели она была настолько незначительной, что он не удосужился запомнить её как следует? Или же... он начал терять воспоминания и об этом мире тоже? Тогда и Сульфур он забудет? Эта мысль резанула неожиданно глубоко. Этого ему не хотелось. ㅤㅤОн положил ладонь на грудь, сжав ткань мантии. Сердце дёрнулось неприятно, слабо, почти чуждо. Блокиратор эмоций сработал безупречно — переживания были подавлены против его воли. И всё же чувство, которое он только что испытал, было страхом. Не за окружающих. И, как бы эгоистично это ни звучало, даже не за Сульфур. Это был страх за самого себя. ㅤㅤ«Неужели во мне не осталось совсем ничего человеческого?» ㅤㅤКак вдруг тишину кухни разрезали негромкие, но отчётливо выверенные слова. Они не прозвучали резко — скорее, мягко вплелись в пространство, как если бы воздух сам подхватил их и понёс дальше. Речь была нараспев, с едва уловимой ритмикой, будто каждая слоговая связка являлась частью старого, веками отточенного ритуала, который произносили не ради эффекта, а по привычке, почти на уровне дыхания. ㅤㅤ— О великие Столпы Бытия... — тихо, почти неслышно начал Аарон, не осознавая до конца, что делает. Его голос дрогнул, но не от страха, а от искренности, — Воды, что смывает скверну... Ветра, что уносит боль... ㅤㅤОн говорил сбивчиво, местами проглатывая слова, но в этом не было фальши. Лишь наивная вера и желание помочь, укоренившееся глубже рассудка. ㅤㅤ— ...услышьте меня и пролейте мягкий свет на страждущего... [Исцеление Светом]! ㅤㅤФормула молитвы сорвалась с губ без спроса, инстинктивно — так, как он произносил её десятки раз прежде. В тот же миг белёсый свет вспыхнул и тут же смягчился, превращаясь в нечто похожее на тёплый туман. Он окутал Табулу осторожно, без давления, без резкости, словно опасаясь причинить вред. Частицы божественной магии медленно осыпались на его мантию, на руки, на лицо, оставляя после себя ощущение чистоты, лёгкого тепла и почти незаметного покалывания. ㅤㅤТабула напрягся мгновенно. ㅤㅤРезким движением он развернулся. Его взгляд стал холодным и острым, как обнажённое лезвие. В первые доли секунды разум сработал быстрее эмоций — это было воспринято как атака. Святой спектр. Божественное воздействие. Для существа, которое пусть и условно, но всё же относилось к нежити, подобное вмешательство в иных условиях могло оказаться фатальным. ㅤㅤНо боли не последовало. ㅤㅤЗаклинание оказалось слишком слабым. Свет, столкнувшись с его сопротивлениями, рассыпался беззвучно и бесполезно, словно капля дождя, упавшая на раскалённый металл. Энергия не проникла внутрь, не задела ядро, не нарушила структуру. Когда эффект окончательно угас, а белые крупицы магии бесследно испарились с его тела, будто утренний иней под первыми лучами солнца, Табула медленно нахмурился. ㅤㅤАарон же смотрел на него с ожиданием — искренним, почти детским. Похоже, он так и не понял, что его магия была полностью поглощена защитой алхимика, не оставив после себя ровным счётом ничего. ㅤㅤ— А теперь закономерный вопрос... — произнёс Табула после короткой паузы. ㅤㅤГолос его был спокоен, выровнен, но в этой внешней невозмутимости чувствовалась скрытая жёсткость. Не угроза — скорее, предупреждение. Тот самый тон, от которого у собеседника инстинктивно выпрямляется спина и пересыхает во рту. ㅤㅤ— Не соизволишь ли объяснить, что ты делаешь? ㅤㅤ— Ох! — Аарон вздрогнул, словно его застали за чем-то непозволительным, и тут же вспыхнул от стыда, — Пожалуйста, простите, что сперва не спросил разрешения! ㅤㅤОн поспешно сделал шаг вперёд, затем тут же остановился, не решаясь приблизиться. ㅤㅤ— Я воспользовался божественной магией святого слова под названием [Исцеление Светом]! — затараторил он, — В наших учениях говорится, что головную боль иногда вызывают злые духи или остаточные проклятия, особенно если человек взаимодействует с чем-то опасным, поэтому я решил, что... ну... что будет лучше попробовать сразу... ㅤㅤСлова сыпались одно за другим, путаясь, накладываясь, сбиваясь с ритма. Он говорил быстро, словно боялся, что его оборвут на полуслове. ㅤㅤ— Я не хотел показаться грубым, честно! Это очень слабое заклинание, оно только слегка снимает боль и прогоняет скверну, если она есть! ㅤㅤТабула слушал, но лишь наполовину. Речь клерика постепенно ушла на задний план, превратившись в фоновый шум. Его внимание уже сместилось внутрь — туда, где слова переставали быть звуками и становились данными. ㅤㅤ«Божественная магия святого слова?» ㅤㅤФормулировка была... любопытной. ㅤㅤВ Иггдрасиле магия святого спектра действительно относилась к категории Божественной. Однако названия по типу [Исцеление Светом] он не помнил. Не было такого навыка в стандартных списках. Значит, это ранговая магия Нового Мира. Местный аналог чего-то вроде [Святое Исцеление], адаптированный под иные законы и иные источники силы. ㅤㅤСледовательно — естественная эволюция магических практик. ㅤㅤМысли начали наслаиваться одна на другую, выстраиваясь в цепочки гипотез. ㅤㅤОн отчётливо вспомнил Святых Паладинов из Иггдрасиля: их ауры, усиливающие союзников; щиты, накладываемые через прикосновение; массовые очищающие заклинания; карающие удары святой энергией по нежити и демонам. Он помнил благословения на оружие, резко повышающие святой урон. ㅤㅤНо существовали ли там паладины дальнего боя? Паладины, работающие через AOE-заклинания? Клирики, способные атаковать не молитвой, а полноценной боевой магией? ㅤㅤПодобных билдов он не припоминал. Даже если такие комбинации и существовали, в игре с более чем семью сотнями рас, тысячами классов и тысячами заклинаний удержать всё в памяти было невозможно. Даже для него. ㅤㅤ«Тогда что, если в этом мире...» ㅤㅤЕсли здесь дать клирику меч? Если паладину лук? Если магу огнестрел? Смогут ли они освоить симбиотические навыки, которые в Иггдрасиле были жёстко привязаны к классовым ограничениям? ㅤㅤПогодите. ㅤㅤА существуют ли здесь вообще классы в привычном понимании? ㅤㅤУ Сульфур они есть — но она являлась его рукотворным творением, существом, собранным по игровым лекалам. Он сам — всё ещё игрок, пусть и лишённый привычного интерфейса, но по сути остающийся существом, подчинённым логике Иггдрасиля. Его сила, его ограничения, даже его уязвимости имели структуру, правила, систему. Но что тогда насчёт людей? Людей вроде этого юного клирика, стоящего перед ним? Они ведь не игроки. Чем они могут быть ограничены? Или, наоборот, ничем? ㅤㅤ«Если так...» ㅤㅤОни не проходили выбор класса. Не распределяли очки. Не подтверждали билд нажатием кнопки. Их путь не фиксировался системой, не ограничивался интерфейсом и не запирался требованиями уровня. Они учились иначе — через веру, через опыт, через ошибки и выживание. Если так, то их "специализации" были не рамкой, а направлением. Не запретом, а привычкой. И привычку, в отличие от системного ограничения, можно изменить. В теории. ㅤㅤТабула медленно выдохнул. Мысль была неприятной и одновременно пугающе заманчивой. Если в этом мире нет жёсткой классовой привязки, если магия подчиняется не строгой архитектуре Иггдрасиля, а воле, практике и осмыслению... тогда потенциал местных жителей может быть куда выше, чем кажется на первый взгляд. Не быстрее. Не эффективнее. Но гибче. А гибкость — это именно то, чего всегда не хватало идеальным и вылизанным билдам. Табула теперь взглянул на людей по другому. Да, у них маленькие уровни, и сами по себе они не опасны, но у них высокий потенциал... Взять ту же Идзанию! В правильных руках, они могут стать превосходным оружием. ㅤㅤОн невольно посмотрел на Аарона иначе. Уже не как на "клирика низкого ранга", а как на переменную. Неизвестную величину в уравнении, правила которого ещё только предстояло понять. Этот мальчишка произнёс заклинание, не осознавая, как работает его магия. Не проверил цель. Не задумался о совместимости спектров. И при этом... мир не наказал его. Магия просто не сработала. Словно попыталась — и наткнулась на стену, а не на запрет. ㅤㅤ«Если люди смогут пройти дальше того уровневого потолка, что им положен...» — мысль оформилась сама собой, — «...то однажды они смогут превзойти даже тех, кто пришёл из Иггдрасиля» ㅤㅤЭта перспектива была опасной. И потому — особенно ценной. ㅤㅤТабула прикрыл глаза всего на мгновение — не из усталости, а словно ставя печать на уже сформировавшемся выводе. Изучать. Наблюдать. Проверять гипотезы медленно и осторожно, не раскрывая карт раньше времени. Этот мир был не просто новой ареной или очередной сценой для экспериментов. Он был системой без документации, без справочников и патч-ноутов. И тот, кто сумеет первым разобраться в её скрытых правилах, получит преимущество, которое не заменит никакой уровень или экипировка. Преимущество, жизненно необходимое ему — особенно в мире где действительно существуют другие игроки. ㅤㅤТем временем Аарон наконец выдохся. Он тяжело перевёл дыхание, будто только что пробежал круг по внутреннему двору, и лишь теперь заметил задумчивое выражение на лице Табулы. Юноша замер, неловко переступив с ноги на ногу. ㅤㅤ«Я его утомил?» ㅤㅤМысль мелькнула внезапно и болезненно. Он уже собирался вновь начать извиняться — привычно, поспешно, с тем отчаянным рвением, с каким обычно оправдываются перед старшими, — но в этот момент Табула негромко хмыкнул. Алхимик скрестил руки на груди и чуть облокотился боком о кухонный стеллаж, приняв позу неожиданно расслабленную. ㅤㅤ— Если ты не возражаешь... — произнёс он ровно, без нажима, — могу ли я называть тебя просто Аароном? ㅤㅤКлирик моргнул, будто его мягко, но неожиданно огрели по затылку подушкой. Он осёкся, не сразу поняв смысл вопроса, а затем молча и несколько неловко кивнул. ㅤㅤ— Замечательно. Тогда и ты называй меня просто Табулой. — он сделал короткую паузу, словно проверяя реакцию, — Так вот... Аарон. Можешь ли ты подробнее рассказать о своих способностях? Точнее о заклинаниях. ㅤㅤ— Моих... заклинаниях? — переспросил юноша, явно не ожидав подобного поворота. ㅤㅤ— Верно. — медленно произнёс Табула, чуть наклонив голову. Его взгляд был сосредоточенным, но не давящим, — Ты упомянул божественную магию святого слова. Каковы её пределы? Каким образом вы, священники, её изучаете? И... насколько широк у вас арсенал? ㅤㅤАарон невольно выпрямился, будто его внезапно вызвали не просто к храмовой комиссии, а к самому первосвященнику. Он нервно поправил тёмный шарф, перетягивавший ворот рясы, однако в глазах мелькнуло нечто похожее на сдержанную гордость. ㅤㅤ— Ну... если вкратце... — начал он, хотя уже по интонации было ясно: краткости ждать не стоит, — Учения Святой Четвёрки гласят... ㅤㅤ«Святая Четвёрка?» — мысль вспыхнула мгновенно, — «Он упоминал, что служит храму Четырёх Великих Богов. Значит, здесь существует собственный пантеон. Локальный. Если так, то божественная магия этого мира это не просто вариация ранговой системы, а полноценная структура веры, обрядов и догм. Культивируемая, а не заимствованная. Но если она культивируемая... значит, её можно воспроизвести. Или даже спроектировать. Нужно лишь понять, по каким законам этот мир её допускает» ㅤㅤ— ...и именно поэтому молитвенное произношение обязательно включает обращение к Владыке Воды, — продолжал Аарон, нервно перебирая края рукавов, — ведь воды очищают, смывают и уносят скверну. Как вы уже, наверное, поняли, я последователь Владыки Воды, а потому... мои заклинания в основном направлены на поддержку. Я, конечно, как и прочие служители, могу изгонять низшую нежить святым словом или использовать [Вспышка], но на этом... пожалуй, всё. ㅤㅤ«Владыка Воды...» — Табула мысленно повторил название, — «Значит, распределение по доменам. Специализированные божества под определённые аспекты бытия. Получается, у каждого из них свой набор эффектов, свои ограничения и, вероятно, уникальные формулы заклинаний. Это уже не просто вера, а система классов, замаскированная под религию?» ㅤㅤМысль плавно перетекла дальше. ㅤㅤ«Если проводить аналогии... в Иггдрасиле божествам соответствовали определённые классовые ветки. В моём случае покровителем был Ньярлатотеп. А для человеческих и получеловеческих рас... кажется, Валкарис? Что именовался Законом Выше Королей» ㅤㅤВоспоминания всплыли неожиданно чётко, словно кто-то прокручивал перед его внутренним взором аккуратно составленный список: ㅤㅤ«Верховный Паладин; Божественный Крестоносец; Святой Тамплиер; Архи-Юстициарий; Капеллан; Рыцарь Большого Креста... и несколько гибридных вариантов, балансирующих между танковой стойкостью, лечением и святым уроном». ㅤㅤОн мысленно сделал паузу. ㅤㅤ«Но ни одного дальнобойного паладина. Всё, что работало со святым спектром, тяготело к ближнему бою, ауре или защите. Ни чистых кастеров, ни дистанционных бойцов» ㅤㅤМысленный поток был настолько плотным, что Табула почти перестал слышать голос Аарона. Тот всё ещё говорил, увлечённо жестикулируя, будто в любой момент был готов начертить на полу круг, расставить символы стихий и начать полноценный обряд изгнания — не ради демонстрации, а потому что искренне верил в то, о чём рассказывал. ㅤㅤ— ...и, конечно, первое, чему учат любого священника, — с жаром продолжал Аарон, всё больше воодушевляясь собственной речью, — это распознавать скверну! Она часто прячется в головной боли, потемнении взора, тяжести в груди, иногда даже в тревожных снах! Поэтому я и решил, что... ㅤㅤОн говорил искренне, с тем особым пылом, который бывает у людей, по-настоящему верящих в своё ремесло и его пользу. Слова лились одно за другим, переплетаясь с жестами, а голос временами срывался, будто он боялся не успеть договорить самое важное. ㅤㅤ«Головная боль как признак скверны?» — мысль Табулы была почти насмешливой, — «Если бы местные священники всерьёз взялись за диагностику моего состояния... боюсь, им пришлось бы изобретать совершенно новую категорию заболеваний. И не удивлюсь, если она будет с пометкой "не подлежит лечению"» ㅤㅤОн едва удержался от смешка, позволив себе лишь едва заметное движение уголка губ. ㅤㅤАарон резко умолк. Он наконец заметил взгляд Табулы — глубокий, холодный и расфокусированный, будто собеседник давно ушёл куда-то далеко за пределы кухни и его сбивчивой лекции. Лицо юного клирика побледнело, а слова застряли где-то в горле. ㅤㅤ— Э-э... господин Табула? — осторожно начал он, понизив голос, — я вас... вам смешно? ㅤㅤВопрос прозвучал неуверенно, почти испуганно. Он уже собирался утонуть в очередном потоке извинений, но Табула поднял ладонь, мягко, но недвусмысленно останавливая его. Аарон всё ещё обращался к нему на "вы", словно язык отказывался повиноваться разуму, несмотря на недавнюю договорённость. ㅤㅤ— Нет-нет, всё в порядке. — коротко и спокойно ответил он, — Я просто задумался. И, если быть честным, твоя магия меня действительно заинтересовала. ㅤㅤАарон моргнул, будто не поверил услышанному. ㅤㅤ— П-правда? ㅤㅤ— Разумеется. — Табула слегка склонил голову, и в этом жесте было что-то почти покровительственное, — Но начнём издалека. Этот храм... храм четырёх богов. Когда он появился? И... существуют ли эти боги сейчас, или это лишь форма почитания прошлого? ㅤㅤ— О-о... ну... — Аарон замялся, но тут же оживился, словно ему задали любимый вопрос, — Видите ли, это довольно сложный вопрос, потому что... ㅤㅤ— Они отвечают на молитвы? — перебил Табула, не повышая голоса. ㅤㅤ— Эм... нет? ㅤㅤ— Есть ли зафиксированные случаи божественного вмешательства за последние, скажем, сто лет? ㅤㅤ— Ну... на севере многие верят, что... ㅤㅤ— Значит, они не существуют? Или это интерпретация жрецов? ㅤㅤ— П-постойте, я ещё не объяснил! ㅤㅤТабула не унимался, задавая вопросы один за другим, будто осторожно, но настойчиво расшатывал устоявшуюся конструкцию веры. ㅤㅤ— Тогда почему вера распространена в основном на севере? Если боги универсальны, разве их почитание не должно быть повсеместным? ㅤㅤ— Потому что... потому что так исторически сложилось! ㅤㅤ— Исторически? — Табула прищурился, — Из-за миграций? Завоеваний? Или политического давления? ㅤㅤ— Господин Табула, пожалуйста, дайте мне договорить! ㅤㅤВ конце концов Аарон буквально выдохся. Он замолчал, выпрямился, сделал глубокий вдох и, собравшись с мыслями, заговорил уже медленнее, заметно осторожнее: ㅤㅤ— Наша вера... в основном распространена у северных народов. Храмы служат не только для прославления богов, но и как места помощи людям. Мы лечим раненых, ухаживаем за больными, помогаем тем, кому некуда идти. ㅤㅤОн говорил тише, но увереннее, словно наконец добрался до сути. ㅤㅤ— Хм, занятно. — Табула кивнул, — По сути, вы выполняете роль больниц и приютов одновременно. Продолжай. ㅤㅤ— Что касается происхождения богов... — Аарон замялся, подбирая слова, — религия на самом деле международная. Просто многие считают, что это альтернативная форма веры в Шести Великих Богов Слейновской Теократии. Мы зовём их Четырьмя Великими Богами: Бог Огня, Бог Воды, Бог Ветра и Бог Земли. А у других их на двое больше и они называются совсем по-другому. ㅤㅤТабула нахмурился. ㅤㅤСлейновская Теократия. ㅤㅤСамо это название вызвало неприятный холод где-то в глубине сознания. Самая развитая, самая фанатичная, самая доминирующая человеческая держава этого мира. И именно туда, по его подозрениям, тянулись нити тех, кто напал на него в Немескаре. Разумеется, он не стал делиться этим вслух. ㅤㅤ— А известно ли тебе ещё что-нибудь о Теократии? — спросил он спокойно, скрывая внезапно проснувшийся интерес, — Например... держат ли они при себе очень опасных ледяных инсектоидов? ㅤㅤАарон растерянно моргнул. ㅤㅤ— Ледяных... кого? ㅤㅤ— Инсектоидов. ㅤㅤКлирик медленно покачал головой. ㅤㅤ— П-простите, но... нет. В это трудно поверить. Там распространено неприятие к другим расам, да и вера Теократии и вера нашего храма почти не пересекаются. Я никогда не был в Теократии и... — он опустил взгляд, — даже не встречал никого оттуда. Боюсь, я мало чем могу помочь. ㅤㅤТабула скрестил руки и удручённо выдохнул. ㅤㅤ— Что-ж, жаль. Но и на этом спасибо. ㅤㅤ«Было бы славно узнать о них побольше», — подумал он, глядя куда-то в сторону тёмного окна, — «Ведь только идиот проигнорирует информацию о потенциальных врагах. И всё же... кое-что этот юноша мне уже поведал» ㅤㅤВера Четырёх Богов как альтернативная интерпретация Шести Великих... Эта мысль сама собой сложилась в голове Табулы, вытягивая за собой цепочку ассоциаций ещё из прошлого мира. Он невольно провёл параллель, слишком уж знакомую, чтобы её игнорировать. ㅤㅤ— Любопытненько. — пробормотал он вслух, даже не сразу осознав, что Аарон всё ещё стоит напротив и прекрасно его слышит, — Это напоминает расхождения между разными ветвями одной религии. Как... скажем, православие и католицизм? Один корень, общее прошлое, но разные догматы, разные формы поклонения, иное понимание божественного. Даже если объект веры формально один и тот же, но результат выходит совершенно разный. ㅤㅤОн говорил спокойно, почти отстранённо, словно анализировал абстрактную схему, а не живую веру человека перед собой. Лишь закончив фразу, Табула заметил растерянное выражение на лице клирика. ㅤㅤ— Пра-во... что? — осторожно переспросил Аарон, нахмурившись. ㅤㅤ— Кхм-кхм. — Табула негромко кашлянул и махнул рукой, — Пожалуйста, не обращай внимания. Это просто мысли вслух. Старые ассоциации, так сказать. ㅤㅤАарон кивнул, хотя по глазам было видно — он понял не больше, чем прежде. Алхимик вновь погрузился в размышления, и пауза затянулась. Клирик заметно колебался, словно взвешивал, стоит ли продолжать разговор в этом направлении. Наконец он решился. ㅤㅤ— Господин Табула... — неуверенно начал он, — а позволите задать вам пару вопросов... в ответ? ㅤㅤТабула не сразу отреагировал. Лишь через мгновение он осёкся, осознавая, что обращаются именно к нему, и поднял взгляд. ㅤㅤ— М? Ах... да, разумеется. — он слегка кивнул, — Полагаю, это будет честно. ㅤㅤАарон набрал в грудь воздуха, будто собирался прыгнуть в холодную воду. ㅤㅤ— А... вы верующий человек? ㅤㅤНа мгновение Табула замер, а затем едва заметно усмехнулся. Он медленно вдохнул, словно подбирая наиболее точную формулировку, и, чуть склонив голову, ответил без колебаний: ㅤㅤ— Нет. ㅤㅤ— Н-нет? — Аарон явно не ожидал столь прямого ответа. ㅤㅤ— Не обижайся, — добавил Табула ровным тоном, — но я придерживаюсь атеистических взглядов. ㅤㅤЮноша застыл, будто услышал слово на совершенно незнакомом языке. ㅤㅤ— Ате-ис...тических? — повторил он, пробуя звучание, — Простите, я... не понимаю, о чём речь. ㅤㅤ— Ммм... — Табула задумчиво протянул, — это значит, что человек не верит в существование богов как высших или абсолютных сущностей. И, если говорить шире, не признаёт богов как таковых. ㅤㅤ— Но... — Аарон нахмурился, — как же так? Разве можно не верить в богов, если они когда-то существовали? Это ведь задокументировано в летописях и истории! Они даровали чудеса, магию, устанавливали порядок, управляли миром! ㅤㅤ— Написано. — спокойно согласился Табула, — Но летописи пишут люди, разве нет? ㅤㅤ— Они основаны на фактах! ㅤㅤ— Я бы сказал на толкованиях. — он прищурился, — Хорошо, давай поставим вопрос иначе. Если богу пустить кровь... можно ли его всё ещё считать богом? ㅤㅤАарон растерялся, словно почва ушла из-под ног. ㅤㅤ— К-кровь? Это... это кощунство! Боги ведь... ㅤㅤ— Бессмертны? — мягко закончил Табула, — Неуязвимы? Не способны страдать, ошибаться или погибать? Тогда ответь мне, если знаешь, будь добр. Что случилось с богами Теократии? Где они сейчас? ㅤㅤ— Они... — Аарон сжал кулаки, явно борясь с собой. ㅤㅤ— Дай угадаю, — продолжил Табула всё тем же ровным тоном, — мертвы? Если так, то чем они принципиально отличаются от просто чрезвычайно могущественных существ? ㅤㅤ— И всё же боги дали миру порядок! — почти выпалил юноша. ㅤㅤ— Или навязали его. — парировал Табула и слегка похлопал его по плечу, не вкладывая в жест ни насмешки, ни агрессии, — Для меня бог это не тот, кто просто силён. А тот, кто принципиально недосягаем для понимания и разрушения. Всё остальное лишь вопрос масштаба. Я же верю в причинно-следственные связи, в законы, пусть даже магические. Если нечто существует, то у него есть природа. А всё, что имеет природу... можно изучить. Всё-таки я алхимик, помнишь? ㅤㅤАарон стиснул зубы и опустил взгляд. Его плечи напряглись, словно он удерживал внутри себя целый ворох слов, которые так и не решался произнести. Между ними вновь повисла тишина — не враждебная, но плотная, тугая, как натянутая струна, готовая лопнуть от неосторожного прикосновения. ㅤㅤ— Учитывая твоё молчание... — спокойно произнёс Табула с улыбкой, скрестив руки, — это всё, Аарон? Всё, что ты хотел спросить? ㅤㅤОн смотрел на клирика без давления и насмешки. Скорее с тем ровным, отстранённым вниманием, с каким учёный наблюдает за реакцией испытуемого, столкнувшегося с гипотезой, ломающей привычную картину мира. Табула не винил его, ведь подобная реакция была естественной. Немногие способны спокойно принять, когда под сомнение ставят то, что для них является опорой и смыслом жизни. Тем более в мире, где религия была не просто верой, а частью самой ткани общества. ㅤㅤ— Н-нет... — наконец выдавил Аарон. ㅤㅤ— Хм? ㅤㅤЮноша поднял взгляд, явно собираясь с духом. ㅤㅤ— Я уже понял, что мне вас не переубедить, но... — он запнулся, — у вас есть дарование? ㅤㅤТабула слегка приподнял бровь. ㅤㅤ— Дарование? ㅤㅤ— Да. — Аарон оживился, словно ухватился за спасительную соломинку, — Особые способности, с которыми рождаются некоторые люди и благодаря которым достигают невероятных высот. Например... семья алхимиков, что раньше поставляла зелья исцеления храмам Ре-Эстизе. Энфри Барел и его бабушка, Лиззи Барел. Он один из немногих, кто обладает дарованием. ㅤㅤ— Барел? — переспросил Табула, и в его голосе мелькнула тень интереса. ㅤㅤ— Да! — кивнул Аарон, — Он ещё молод, но уже создал долго распадающиеся зелья такого качества, что... — юноша замялся, подбирая слова, — многие считают: без благословения богов это было бы невозможно. А вы тоже алхимик, и... вы совсем не похожи на обычных. ㅤㅤАарон увлёкся рассказом, и слова посыпались одно за другим, будто он долго ждал возможности высказаться. Он говорил о том, как Энфри, будучи самым обычным юношей из провинции, сумел за считанные годы превзойти признанных мастеров алхимии; как его имя всё чаще звучит в храмах, в гильдиях, в домах знатных семей; как священники перешёптываются между собой, уверенные, что подобный талант не может быть плодом одного лишь усердия. В его голосе чувствовалась искренняя гордость — не за себя, а за сам факт существования такого человека, будто Энфри служил живым доказательством правильности веры. ㅤㅤТабула слушал молча. Он не перебивал, не кивал в такт, лишь время от времени чуть прищуривался, словно уже прокручивал услышанное через внутренние фильтры анализа. В его сознании постепенно выстраивалась новая цепочка выводов, аккуратно укладываясь поверх уже имеющихся гипотез. И всё же в какой-то момент уголки его губ дрогнули, и он позволил себе короткую, почти незаметную усмешку. ㅤㅤ— Как интересно. — произнёс он, нарушая поток речи, — А тебе случайно не известно, что именно делает его дарование? Что оно ему даёт? ㅤㅤАарон осёкся на полуслове, будто наткнулся на стену, о существовании которой предпочитал не задумываться. ㅤㅤ— На самом деле... — он замялся, — нет. ㅤㅤ«Какой тяжёлый случай» — отметил про себя Табула без раздражения, скорее с холодным сарказмом, — «Не имеет ни малейшего представления, что делает это так называемое дарование, но уже уверен, что на всё воля божья. И не позавидовать парню, если его умения и знания предписывают к какому-то дарованию. Что-ж, ладненько... Энфри Барел значит?» ㅤㅤИмя он мысленно отложил, как делают с потенциально полезным ингредиентом. ㅤㅤ«Похоже, "дарование" здесь воспринимается как врождённый талант. Некая совокупность пассивных бонусов, скрытых параметров или уникальных флагов. Если этот Барел действительно настолько выдающийся, то встреча с ним могла бы быть весьма познавательной» ㅤㅤОн поднял взгляд на Аарона, давая понять, что сейчас скажет нечто важное. ㅤㅤ— Дай угадаю, — произнёс Табула ровным, почти ленивым тоном, — ты намекаешь на то, что все эти ваши "дарования" это не что иное, как божий дар? ㅤㅤАарон вздрогнул, явно не ожидая, что его намерение на дальнейшую дисскусию будет прочитано столь легко. Он даже на мгновение растерялся, прежде чем выдавить: ㅤㅤ— Это... было так очевидно? ㅤㅤ— Сложить два плюс два оказалось несложно. — спокойно ответил Табула, — Ты видишь перед собой незаурядного алхимика, затем у нас происходит небольшая дискуссия о вере, и ты решаешь прибегнуть к ближайшей удобной аналогии. Неплохой ход, — он чуть склонил голову, — но что, если я скажу, что никакого дарования у меня нет? ㅤㅤ— Н-нет? — Аарон нахмурился, будто услышал не просто неожиданное, а почти невозможное. Он был почти уверен в необычности Табулы, а сейчас он выдает такое? ㅤㅤКлирик тяжело вздохнул. Плечи его опустились, словно он только что проиграл партию, исход которой подсознательно считал уже решённым. В его взгляде мелькнуло разочарование, но не злость — скорее растерянность. ㅤㅤТабула продолжил, не повышая голоса и не давя: ㅤㅤ— И всё же, нельзя отрицать, что твои слова не лишены смысла. В вере нет ничего дурного. Для многих она якорь, эдакий способ пережить страх, неопределённость, жестокость мира. Просто я человек иного склада. Я предпочитаю разбирать явление на составляющие, изучать его, воспроизводить и понимать, а не ссылаться на волю неведомых сущностей. ㅤㅤОн сделал короткую паузу, словно позволяя сказанному улечься. ㅤㅤ«Правда... я ведь не могу сказать ему, что считаю этих "божков" всего лишь игроками из Иггдрасиля», — мелькнула мысль, — «Как неудобно» ㅤㅤ— Да и нет смысла спорить, — добавил вскоре он вслух, — что иногда знания действительно приходят извне. Например... — Табула задумался, подбирая формулировку, — некие существа с уровнем понимания, недосягаемым для обычных людей, могли передать этому миру основы того, что вы теперь называете магией. Были ли они богами? Или просто теми, кто стоял выше по лестнице возможностей? Это уже вопрос интерпретации. ㅤㅤОни и сами не заметили, как разговор затянулся. Мысли, гипотезы, попытки объяснить друг другу то, что по своей природе плохо поддавалось словам, утянули их гораздо дальше, чем предполагалось изначально. Лишь когда тишину кухни вновь наполнил глухой треск дров в камине где-то по соседству, Табула слегка прищурился и бросил взгляд в сторону коридора. ㅤㅤ— Кажется мы заговорились. — произнёс он спокойно, — Остальные, вероятно, уже пришли к каким-то выводам без нас. Не стоит заставлять их ждать дольше. ㅤㅤ— А! Д-да, вы правы... — Аарон заметно встрепенулся, будто только сейчас вспомнил, где находится и зачем сюда пришёл. ㅤㅤОни вышли из кухни и двинулись по коридору обратно. Их шаги глухо отдавались от каменных стен, смешиваясь с тихим эхом особняка. Некоторое время они шли молча, пока Табула вдруг не нарушил тишину, даже не оборачиваясь: ㅤㅤ— Знаешь... ты довольно старательно пытаешься это скрыть, но у тебя определённо есть предрассудки по отношению к моей спутнице, не так ли? ㅤㅤАарон вздрогнул, словно его поймали с поличным. ㅤㅤ— Я... — он запнулся, затем тяжело выдохнул, — Вы говорите про госпожу Сульфур? ㅤㅤ— Про неё. — подтвердил Табула, — Ты стараешься не смотреть ей в глаза, держишь дистанцию, а когда она рядом, становишься нервным. Это у вас в храме такая часть обучения? Курс "базовой ксенофобии для начинающих" что-ли? ㅤㅤЮноша прошёл ещё несколько шагов в молчании. Затем кивнул, уже не пытаясь отнекиваться. ㅤㅤ— Э-это не так! Я... — он осёкся, сжал губы, будто пытаясь удержать вырвавшиеся слова, а затем всё же выдохнул, — ...ладно. Возможно, вы правы. Я не долюбливаю другие расы. ㅤㅤПризнание прозвучало глухо, без вызова, скорее как вынужденная капитуляция. Некоторое время они шли молча, и только звук шагов нарушал тягучую тишину коридора. ㅤㅤ— Как честно. И почему же? ㅤㅤАарон сглотнул. Он не стал смотреть на алхимика, а уставился прямо перед собой, словно дорога могла помочь собрать мысли. Когда он заговорил, его голос стал тише, но в нём появилась твёрдость — та самая, что рождается не из злобы, а из убеждённости. ㅤㅤ— Потому что храм учит нас историям о борьбе человечества. — он сделал паузу, подбирая слова, — Например... известно ли вам, что некогда минотавры считали людей всего лишь скотом? Пищей. ㅤㅤОн говорил без лишних эмоций, будто зачитывал давно заученный текст, но пальцы его непроизвольно сжимались. ㅤㅤ— И лишь благодаря одному-единственному Минотавру Мудрецу в Великой Нации Минотавров статус людей поднялся... — Аарон горько усмехнулся, — ...до статуса рабов. Рабов для труда. И по сей день людей там используют, эксплуатируют, ломают. А ведь это называют прогрессом! ㅤㅤТабула не перебивал. Он просто шёл рядом, позволяя словам лечь в тишину коридора, словно проверяя, сколько в них личной боли, а сколько заученной доктрины. ㅤㅤ— И по той же логике, — продолжил Аарон, уже увереннее, — я не чувствую особой жалости к эльфам, которых продают в рабство здесь торговцы из Теократии. Они с давних пор воюют с людьми и нанесли нам немало вреда как виду. Так-что поделом. ㅤㅤОн сжал кулаки так, что костяшки побелели. ㅤㅤ— А тролли? Для них человеческие дети это деликатес! — его голос дрогнул от страха и отвращения, — Представляете?! Лакомство! После такого... как можно не относиться к таким расам с презрением? ㅤㅤТабула тихо усмехнулся. ㅤㅤ— Взаимная расовая вражда? — произнёс он задумчиво, — Почти универсальная константа, от которой невозможно избавиться. Меняются формы, оправдания, названия врагов, но суть остаётся. Честно говоря, удивительно было бы, если бы всё сложилось иначе. ㅤㅤОн слегка повернул голову в сторону Аарона. ㅤㅤ— Но если тебя это хоть немного успокоит, то знай... Сульфур это самая безобидная девушка из всех, кого ты мог встретить. ㅤㅤМежду словами повисла короткая пауза. ㅤㅤ— Если, конечно, не перейдёшь ей дорогу. — добавил он спокойно, — Но ты ведь не будешь, верно? ㅤㅤАарон нервно хохотнул, не до конца понимая, была ли это шутка или предупреждение. Скорее всего — и то, и другое сразу. ㅤㅤОни прошли ещё несколько метров, когда Табула внезапно остановился, минуя открытую дверь, где горел камин. Он огляделся по сторонам, словно только сейчас заметил деталь, которая до этого ускользала от внимания, и нахмурился. ㅤㅤ— Кстати, Аарон... — произнёс он медленно, — а ты не знаешь, почему в этом доме всё время горят камины? Всё таки на улице весна, а не зима. ㅤㅤАарон удивлённо моргнул, будто вопрос застал его врасплох. ㅤㅤ— Камины? Эм.. если честно, то я не знаю. — он почесал затылок и неловко пожал плечами, — Я даже не и задумывался об этом раньше, но это была просьба заказчика. Господина Дезмонда. ㅤㅤОн помолчал, а затем добавил уже тише: ㅤㅤ— Он... всё время мёрзнет. И настаивает, чтобы огонь не гасили. Даже днём. ㅤㅤ«Мёрзнет?» — отметил про себя Табула. Он ничего не сказал вслух, лишь коротко кивнул, словно принял информацию к сведению, и снова двинулся вперёд, унося с собой ещё одну деталь, которая явно не собиралась укладываться в общую картину без сопротивления. ㅤㅤКогда они вернулись в гостиную, стало ясно: пока их не было, здесь успело многое измениться. Напряжение, ещё недавно висевшее в воздухе, рассеялось без следа, будто его и не существовало. Комнату наполнял шум, смех и ощущение той самой неуместной, но удивительно живучей лёгкости, которая возникает, когда опасность вроде бы отступает — пусть даже временно. ㅤㅤТорбранд развалился в кресле с видом полновластного хозяина положения. Он жестикулировал, размахивал кружкой и с неподдельным удовольствием травил анекдоты, наслаждаясь каждым собственным словом. Сульфур сидела на диване напротив, выпрямившись, словно на допросе, с каменным выражением лица. Она выстроила вокруг себя почти осязаемую оборону — молчаливую, непробиваемую, но, увы, совершенно неэффективную против дварфского юмора. ㅤㅤ— Что это вылезло из дупла в прошлом году, заворчало и притопнуло? — пророкотал Торбранд, выдерживая драматическую паузу, — Чёрт его знает! Но на всякий случай надо повесить эльфа! ㅤㅤКрейл не удержался и фыркнул, прикрывая рот ладонью. Лиза усмехнулась — несмотря на то, что слышала эту шутку уже, по меньшей мере, сотый раз. Сам же Торбранд расхохотался так, будто только что изобрёл новый жанр комедии. ㅤㅤЗаметив мрачный, почти непробивоемо-убийственный взгляд Сульфур, он, разумеется, воспринял это как вызов. ㅤㅤ— Или вот ещё одна моя любимая! — продолжил он, не снижая напора, — Что будет, если Лиза использует магию и превратится в гадюку? Кто знает! Ещё никто не заметил разницы! АХАХАХА! ㅤㅤ— ТОРБРАНД! — Лиза вскочила с места так резко, что кресло заскрипело, — Ты труп, бородатый ублюдок! ㅤㅤОна уже сделала шаг вперёд, сжимая кулаки, и Крейлу пришлось поспешно встать между ними, выставив руки, словно пытаясь разнять сцепившихся хищников. Торбранд же лишь хохотал ещё громче, явно наслаждаясь эффектом. ㅤㅤИменно в этот момент Сульфур заметила Табулу. ㅤㅤОна поднялась почти мгновенно, её взгляд впился в него с тревожной пристальностью, словно она искала малейшие признаки ухудшения состояния своего создателя. ㅤㅤ— Как вы себя чувствуете? — спросила она, чуть тише, чем обычно. ㅤㅤ— Всё в порядке. Спасибо, но можешь не переживать. ㅤㅤЕё плечи заметно расслабились, и она облегчённо выдохнула, даже не пытаясь это скрыть. ㅤㅤАарон тем временем почти незаметно юркнул мимо неё, прижавшись к стене и стараясь не встречаться с её взглядом. Табула же, не вступая в разговор, спокойно окинул гостиную внимательным взором. ㅤㅤКрейл всё ещё пытался удержать Лизу, шипящую проклятия сквозь зубы, Торбранд продолжал ухмыляться, явно не раскаиваясь ни в одном слове. И лишь господин Дезмонд оставался неизменным. Он сидел в углу комнаты, укутанный в халат, неподвижный, словно тень, отброшенная мебелью. Его взгляд был устремлён в камин, где плясали языки пламени. ㅤㅤОгонь в каминах потрескивал. Слишком ярко. Слишком жарко. ㅤㅤТепло разливалось по комнате волнами, но Табула поймал себя на странном ощущении: это тепло казалось навязчивым, почти избыточным, будто его поддерживали не из необходимости, а по иной, куда более странной причине. ㅤㅤ«Мёрзнет, значит?» — мелькнула мысль, — «Как... интересно»