Часть 2. Нойрен

Много лет спустя... Солнечные лучи мягко скользили сквозь густые кроны деревьев, бросая золотистые блики на пол, устланный старым, вытертым ковром. В небольшом доме, скрытом в сердце леса, было тепло и уютно. На деревянной скамье у окна сидела Элия, её светлые волосы мягко сияли в лучах солнца, словно впитывая сам свет. За с ней с восторженными глазами внимательно наблюдала маленькая Тея, напряженно сжимая ладошки, пытаясь повторить за наставницей. — Попробуй ещё раз, — мягко сказала Элия, улыбнувшись девочке. — Почувствуй свет внутри себя, позволь ему течь, не торопись. Маленькие пальчики дрожали, когда между ними вспыхнула крохотная искра света, ненадолго озарив комнату мягким золотистым сиянием. Тея захихикала, глаза её заблестели от счастья. Дверь скрипнула, и внутрь вошёл молодой мужчина с охапкой птичьих тушек на плече. Его темные глаза с теплотой скользнули по Элии и ее маленькой ученице. — Удачная охота, — сказал он, слегка усмехнувшись. — Похоже, сегодня у нас будет пир. — Хорошо постарался, Тарен, — ответила Элия с лёгкой улыбкой, принимая его шутку. Конечно, никакого пира не будет. Почти все, что удавалось добыть, они отдавали жителям деревни. Тарен скинул добычу и замер, задумчиво глядя на девушку. — Ты хорошо учишь Тею, — сказал он мягко. — Она светится, когда смотрит на тебя. Как и я, наверное. Элия слегка улыбнулась, но её глаза оставались спокойными. Она старалась не отвечать на очевидные намеки мужчины, оберегая и его сердце, и свое. — Свет в ней есть и без моей помощи. Я лишь помогаю ему проявиться. Он тяжело вздохнул, понимая, что снова упёрся в стену, и кивнул, сменив тему: — Вода в реке совсем потемнела, рыбы становится меньше. Элия сжала зубы. Ей казалось, что с того момента, как она была ребенком, мир будто разучился дышать. Тьма Грозогора не просто затягивала небо — она пропитывала сам воздух, отравляла землю, превращала солнце в блеклое воспоминание. В Хейвардейле, что лежал недалеко от Астейна, королевской столицы, это чувствовалось особенно остро. Люди жили в вечном полумраке, под гнетущим, тяжелым небом, которое никогда не прояснялось до конца. В деревнях медленно угасала жизнь. Земля трескалась, отвергая семена, как будто проклятие стерло само понятие урожая. Реки темнели, их воды становились вязкими и зловонными, а рыба всплывала брюхом вверх. Лес, некогда полный звуков, теперь стоял глухим и мертвым — дичь уходила, звери исчезали. Люди голодали. Они пытались бороться, но у них не было достаточнно сил для этого. Только отчаяние. Поэтому Тарен и другие мужчины все чаще уходили в дальние заповедные земли короля, загоняя добычу там, где она ещё водилась. Они знали, что за это можно поплатиться жизнью, но что было страшнее — виселица или голод, от которого страдали их семьи? Элия помнила, как в детстве верила, что тьма — это просто время суток, что за ночью неизменно приходит рассвет. Теперь же она не была уверена, наступит ли он когда-нибудь. Дверь распахнулась вновь, впуская ветер и шумный смех. В дом зашли ещё несколько мужчин, лица их светились от удовлетворения. — Ну и везение! — громко рассмеялся один из них, швыряя на стол тяжёлый мешок с монетами. — Целая карета золота — и всего-то двое стражников, которые и секунды не продержались! Остальные одобрительно рассмеялись, но Тарен нахмурился. Добыча выглядела слишком щедрой, слишком лёгкой — и оттого подозрительной. — Пахнет ловушкой, — пробормотал он, глядя на мешок с золотом, словно тот мог в любой момент обернуться змеёй. — Да брось, не нагнетай, — Гальвейн усмехнулся и хлопнул его по плечу. — Раз в жизни удача нам улыбнулась. Разве не заслужили? Но Элия почувствовала, как сжалось от смутного предчувствия сердце. В их мире ничто не давалось просто так, рано или поздно за все приходилось платить. — Горан сможет крышу починить, – мягко сказал Брэнт. — А старухе Ниме корову купим, – подхватил Каэль. Мужчины оживились, планируя, что еще можно будет сделать благодаря богатой добыче. Наблюдая за тем, как светлеют их лица, Элия улыбнулась. Королевские законы, налоги, и больше всего пугающая Тьма день за днем все туже сдавливали петлю на шее простого народа, но они не опускали руки, пытались как могли помогать своим соседям. В этом доме, среди друзей и тёплого света, все еще было место для улыбок и надежды. ***** Надежда оказалась хрупкой, словно тонкий лед, треснувший под первыми лучами солнца. На рассвете лес наполнился чужими шагами, лязгом оружия, приглушёнными командами. Элия, возвращаясь из деревни, замерла, заметив, как в тумане между деревьями скользнули тёмные силуэты. Сердце сжалось от ужасного предчувствия. Когда она прибежала к дому, столкновение уже разгорелось. Солдаты королевской гвардии окружили их убежище. Сражение было ожесточённым, друзья Элии отбивались с отвагой и яростью, используя каждое преимущество леса, и казалось, что у них были шансы победить. Не раздумывая, Элия сорвалась с места, нырнула в хаос боя. Двое гвардейцев бросились ей наперерез — она вскинула руки, и вспышка света ослепила их на мгновение. Этого хватило, чтобы проскользнуть дальше. Тарен закричал, чтобы она немедленно ушла и спряталась, но в мешанине битвы Элия не услышала его. Она окинула взглядом всех сражающихся, чтобы понять, кому больше нужна ее помощь. И тогда она его увидела. Из тени деревьев появилась высокая фигура. Тёмные доспехи, капюшон, скрывающий лицо. Нойрен. Он спешился медленно, с ленивой грацией, словно происходящее не заслуживало его внимания. Он посмотрел прямо на девушку и даже через расстояние она почувствовала тяжесть этого взгляда. И вдруг мир рухнул. Волна невидимой силы пронеслась по полю боя, прошла насквозь. Элия ахнула, чувствуя, как воздух словно вырвали из лёгких. Люди вокруг закричили. Воины роняли оружие, хватались за головы, оседали на колени, содрогаясь в безмолвном ужасе. Даже гвардейцы, те, кто оказался перед нойреном, не избежали удара — они падали, цеплялись за землю, за воздух, за собственные бесполезные доспехи. Те, кто остался за его спиной, беспокойно переглядывались, но не осмеливались вмешаться. Крики друзей сливались с воплями врагов, разрывая сердце. Она перевела испуганный взгляд на нойрена – тот просто стоял и смотрел на нее. Не зная точно, что она делает, девушка подняла руки и выпустила свет. Он медленно растекался перед ней, создавая какое-то подобие барьера, закрывая ее саму и ее друзей. Крики за ее спиной начали стихать. Элия поняла, что ее магия работает, и это придало ей сил. Нойрен усмехнулся, и Элия почувствовала, как в ее щит ударилась новая волна силы. Она давила, испытывая его на прочность, и он не мог выдержать долго. Еще одна волна – и ее барьер затрещал. Она держалась как могла, но ее сил не хватало. Защита сжималась, словно под давлением невидимой руки. Люди опять закричали. Элия обернулась и сразу же увидела страшное, искривленное ужасом лицо Каэля. Из его глаз капала кровь, и через мгновение он рухнул на землю без движения. Рядом с ним упал гвардеец. Страх не щадил никого. Последний удар разбил щит вдребезги и ударил Элию в грудь, выбив воздух и сбив с ног. Она упала без сил, все завертелось и сознание покинуло ее. Последнее, что она видела, растворяясь в темноте, — растерянный, полный боли взгляд Тарена и тёмная фигура, наклоняющаяся над ней. Затем всё поглотила тьма.

*****

Сознание возвращалось медленно, как сквозь густой туман. Сначала Элия почувствовала тяжесть в теле и глухую боль в висках. Открыв глаза, увидела высокий каменный потолок, украшенный сложной лепниной. Воздух был чистым, напоённым тонким ароматом трав и горных цветов. Она резко села — и тут же пожалела об этом. Голова закружилась, перед глазами заплясали тени. Комната была ей незнакома. Сквозь тяжёлые шторы пробивался яркий свет — слишком яркий для того мира, в котором она привыкла жить. — Вы очнулись, — раздался рядом женский голос, спокойный, но внимательный. Элия повернула голову. У кровати сидела молодая женщина в скромном платье. Она не выглядела ни враждебной, ни испуганной. — Где я? — голос Элии прозвучал хрипло, словно она не говорила несколько дней. — В замке моего господина, Кайара, — ответила женщина. - Я - Лена. Элия резко втянула воздух. Воспоминания обрушились на неё: крики друзей, слепящий свет, безжалостная тьма. И он. Нойрен. Она сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки. — Вас принесли сюда без сознания, — продолжила Лена. — Вам нужно отдохнуть. Я принесу еду, это поможет восстановить силы, миледи. Элия вздрогнула от непривычного обращения. — Я не леди. — Конечно, миледи, — спокойно согласилась служанка. Элия нахмурилась, но решила не спорить. Откинув одеяло, она попыталась встать, но тут же запуталась в длинной, непривычно широкой рубашке. — Это ты меня переодела? — её голос дрогнул. Она вдруг представила, что это мог быть не кто-то из женщин, а... — Разумеется, миледи, — невозмутимо ответила Лена. Элия на секунду прикрыла глаза, сдерживая внезапную дрожь. Она подошла к окну и отдёрнула штору. В глаза ударил яркий свет. Перед ней раскинулись величавые горные пики, укрытые белым снегом, глубокие пропасти, тёмные тени ущелий. Здесь, высоко над землёй, воздух был чистым, небо безмятежным, не запятнанным Тьмой. — Где моя одежда? — Я принесу, миледи. Служанка вышла, а Элия тут же метнулась вперед. Может, отсюда можно... Как только она коснулась стекла, её отбросило назад резким магическим ударом. Она с глухим стуком ударилась о стену и застонала. Дверь распахнулась, и Лена вбежала в комнату. — Ах, миледи, не пытайтесь. Все окна и двери запечатаны. Вы не сможете выйти. — Твой господин запечатал? — Элия зло выдохнула, с трудом поднимаясь. — Да. Вам велено оставаться в замке до его возвращения. — А потом? Лена пожала плечами. — Когда он вернётся? — Он не сказал. Элия глубоко вдохнула, сдерживая ярость. — Значит, я должна сидеть здесь? - она обвела взглядом комнату. — Нет, миледи. Весь замок в вашем распоряжении. Вы можете осмотреться. Элия натянула свою одежду и подошла к двери. За порогом её встретил холодный пустой коридор. Первым же делом она сбежала по широкой лестнице на первый этаж. Внизу раскинулся просторный зал с высокими колоннами и мозаичным полом. В конце — тяжёлые двери, украшенные искусной резьбой. Они выглядели массивными, но не казались запертыми. Может, удастся уйти? Стоило только взяться за ручку, как в тот же миг её отбросило назад, словно в грудь ударил невидимый кулак. Элии пришлось полежать немного на холодном полу, чтобы прийти в себя. Со второго раза она выучила урок и далее сначала проверяла магией все, что собиралась потрогать. Сеть чар окутывала весь замок. Не только двери и окна, но и сами стены. Магия была чужой, непроницаемой, похожей на застывший лёд. Даже воздух здесь был напитан её присутствием. Элия пошла в глубь замка, её шаги глухо отдавались в каменной тишине. Она не встретила ни одной живой души на своем пути: ни слуг, ни стражи, ни даже эха чьего-то далёкого голоса. Девушка проходила через пустые залы, заглядывала в комнаты, но всюду её встречала та же пустота. Как будто замок был не жилищем, а каменной оболочкой, брошенной на произвол судьбы, декорацией для ее заточения. Она бродила уже довольно долго, когда наткнулась на библиотеку. Высокие полки до самого потолка, заполненные книгами на старых языках. Элия замерла на пороге, поражённая: она умела читать, но никогда не видела столько книг. Осторожно подошла к полкам, провела пальцами по пыльным корешкам, задерживая взгляд на вычурных заголовках. Среди книг были трактаты по магии, и это вызвало её любопытство. Она наклонилась, чтобы рассмотреть один из них поближе. Вдруг послышался тихий звук. Элия обернулась — и заметила его. Он уже некоторое время стоял там, наблюдая за ней из тени. Без доспехов и капюшона. Просто человек. Еще молодой, с резкими чертами лица и темными глазами. Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы понять: это и есть тот самый нойрен. Мысль обожгла сознание, заставив её сердце забиться быстрее. — Ты, — прошептала она, сдерживая дрожь в голосе. — Рад, что ты очнулась, — сказал хозяин замка без тени эмоций. Элия сжала кулаки и выплюнула ему прямо в лицо: — Убийца! Кайар смотрел на неё равнодушно, словно это не имело для него никакого значения. Сердце Элии сжалось от страха и горя, но она не позволила слезам появиться на глазах. — Что тебе нужно от меня? Несколько мгновений он продолжал смотреть на нее, словно оценивая, достойна ли она ответа, и наконец спокойно сказал: — Твоя магия. Она… необычная. — Необычная? — переспросила Элия, растерянно моргая. — Я не понимаю, о чём ты. Это просто магия Света… она есть у многих. Не меняя выражения, Кайар подошёл ближе, его шаги были лёгкими и уверенными. Он остановился рядом с ней, их лица оказались так близко, что Элия почувствовала тепло его дыхания. Она пыталась не отводить взгляда, заставляя себя глядеть ему прямо в глаза. Глубокие темные глаза. Где-то на краю сознания мелькнула мысль: "Эррик мог бы выглядеть так, если бы был жив." — Возможно, – наконец произнес он. – Но я должен убедиться. Элия почувствовала, как её охватывает паника. Он говорил очень спокойно, но это это пугало ее больше, чем прямые угрозы. Для него она была всего лишь объектом изучения. Он был настолько уверен в своем превосходстве, что даже не связал ее, не посадил в клетку, а позволил свободно ходить по своему дому. Она вспыхнула: — Я не позволю тебе делать со мной, что захочется! Он пожал плечами, его лицо оставалось спокойным. — Я не собираюсь причинять тебе боль. Но если ты решишь сопротивляться… это не станет для меня проблемой. Эти слова были сказаны так буднично, что страх стал почти осязаемым. Элия развернулась и выбежала из библиотеки, её сердце колотилось в груди. Она вернулась в комнату, где проснулась, и, захлопнув за собой дверь, скользнула по ней на пол. Слёзы бессилия и злости жгли глаза. Она вспоминала страшное лицо Каэля, терзаясь вопросом, что случилось с остальными, выжили ли они. За себя она тоже боялась. Хуже всего была неизвестность. За пустыми глазами Кайара нельзя было рассмотреть ничего. Элия тихо заплакала, уткнувшись в колени.