Соблазнение (18+)

      Прошло несколько дней.       Они тянулись мягко и неторопливо, как тёплое одеяло в ненастную погоду. Рей постепенно свыклась с тем, что теперь её утро начинается с запаха кофе и звона посуды на кухне, где Вакаса в своей неизменной чёрной футболке поджаривает яйца или разогревает рис.       Он заботился, но ненавязчиво. Если она замирала на полу с книжкой или телефоном в руке, он накрывал её пледом. Оставлял у изголовья кровати бутылку воды. Подсовывал тапочки поближе, если видел, что она босиком.       И почти каждый вечер срывал поцелуй. Лёгкий, мимолётный, будто невзначай. В щёку, в висок, в уголок губ. И всегда с ленивой, дразнящей улыбкой, будто говорил: «я могу больше, но не сейчас». Словно берег её. Не спешил.       Или боялся спугнуть.       Рей ощущала это. И в ней поднималась тихая, медленная тоска. Она не знала, чего именно хочет. Объятий? Его рук на своей талии? В волосах? Горячих поцелуев, далеко не невинных? Ей хотелось всего и сразу.       С каждым днём молчать о своих желаниях становилось тяжелее. Был вечер. Ветер за окном лениво гнал капли дождя по стеклу, в комнате снова горела только лампа в углу. Вакаса, как обычно, устроился на софе с пледом и телефоном в руках, но Рей подошла к нему и встала, скрестив руки.       — Эй, — начала она и сама удивилась, как неуверенно прозвучал её голос.       Он поднял на неё взгляд, прищурился с той самой игривой полуулыбкой:       — Что, змейка? Призналась сама себе, что без меня спать скучно?       Рей закатила глаза, но краска на щеках выдала её с головой.       — Просто… — Она опустила взгляд. — Ты в своём доме, а спишь на софе, как изгнанник. А у тебя есть кровать. Большая. Я тоже в ней помещусь.       Он выпрямился, отложил телефон, и взгляд у него стал чуть внимательнее.       — Только спать, — поспешно добавила она. — Я серьёзно. Просто рядом.       — Я тоже, — отозвался он и встал. Подошёл, медленно, с лёгким наклоном головы. — Только спать. Клянусь своими ресницами.       Рей хмыкнула, но не отступила, когда он подошёл ближе и, склонившись к её уху, прошептал:       — Но если ты во сне случайно обнимешь меня...       Она ударила его в бок локтем — не сильно, но с размаху.       — Не начинай, Имауши.       — Ох, змейка, ты даже ругаешься мило, – он взял её за руку и потянул за собой к кровати.       Вакаса молча откинул одеяло и лег на одну половину кровати, оставив место для неё. Без привычных подколов. Словно понял, что сейчас не время.       Рей медлила. Даже в пижаме она чувствовала себя... голой. Слишком обнажённой не телом, но эмоциями.       Она залезла под одеяло и устроилась на краю, стараясь держать дистанцию, но кровать, хоть и большая, казалась чересчур тесной, чтобы не ощущать его рядом.       Секунды тянулись вязко. Она лежала на спине, уставившись в потолок, будто это поможет не думать, о том, что её соулмейт всего в десятке сантиметров от неё.       — Тебе холодно? — вдруг тихо спросил он.       — Нет, — так же тихо ответила она.       — Тогда почему ты дрожишь?       Она сжала кулаки под одеялом. Он что, и это заметил?       — Я… просто не привыкла, — голос дрогнул.       Он молчал. Потом раздался лёгкий шорох, и она почувствовала, как рука Вакасы легла рядом с её рукой. Не прикасаясь. Просто лежит. Достаточно близко, чтобы захотеть сжать её.       — Я здесь, — прошептал он. — Не лезу. Не давлю. Просто… если захочешь...       Рей повернулась на бок, к нему. Лицо уткнулось в его плечо, но она не прижалась. Просто лежала, дыша неровно.       — Можно… тебя обнять? — тихо спрашивает. Почти шёпотом.       Вакаса не ответил. Он просто подмял её под себя и заключил в объятия так естественно, будто они спали так сто лет. Его дыхание стало тише, спокойнее, а её сбилось, потому что это было страшно. Потому что слишком тепло и хорошо, и от этого страшно.       Она уткнулась носом ему в шею. Он молчал. Только пальцы поглаживали её по спине, не требовательно, не соблазнительно, успокаивающе. Как будто хотел сказать «Расслабься, я рядом». Она сама не заметила, как уснула.       Утро вползло в комнату мягким светом. За окном ещё моросил дождь, но солнышко пробивалось сквозь тучи.       Рей проснулась первой. Точнее, сначала открыла глаза, но не двигалась, потому что лежала в кольце тёплых, надёжных рук, и уткнувшись лбом в чужую грудь, слышала ровное сердцебиение. Пахло Вакасой, как кофе, табак и что-то сладкое.       Она тихо выдохнула, но, видимо, этого хватило, он пошевелился и что-то невнятно пробормотал, уткнувшись носом ей в макушку.       — Эй, ты что, уже проснулась?... — хрипловато, сонно спрашивает мужчина.       — Угу, — прошептала она. — Прости, не хотела будить.       — Слишком поздно, змейка. Теперь расплачивайся, — он уткнулся лицом в изгиб её шеи, провёл губами, а после прижал к себе крепко. Ладони поползли вверх, на девичьи рёбра, начав щекотать.       Рей начала дёргаться, не в силах сдержать смех, извивалась в кольце рук, пытаясь выбраться из пытки щекоткой.       — Перестань, ты же обещал, что не будешь... — пыталась она сопротивляться, но уже слабее, ощущая, что сил нет.       — Я обещал не лезть, а не не щекотать, — лениво ухмыльнулся он, наконец оставив её в покое. — А вообще, с таким лицом ты мне теперь завтрак должна.       Он хмыкает, имея ввиду лихорадочный румянец на щеках Рей.       — Это почему ещё?       — Потому что я проспал самый сладкий момент, как ты в меня ночью тыкалась и бурчала что-то вроде «останься, не уходи», — он наклонился, его волосы щекотали ей щёку.       — Ты выдумал, — фыркнула она, чувствуя, как горят уши.       — Ложь и клевета. У меня есть свидетели.       — Какие ещё свидетели?       — Вот, например, подушка. Ей ты точно нашептала всё самое личное, пока я сладко спал!       Она не выдержала, засмеялась и ткнула его в бок, а он только довольно заурчал, как кот, которому наконец-то разрешили забраться под одеяло. Прижал к себе ещё раз, а после лениво расцепил свои руки, поднимаясь с кровати.       – Иди в душ, змейка, я сам приготовлю завтрак. Мне слишком нравится тебя кормить, – на его губах соблазнительная улыбка.       Рей же, утыкается лицом в подушку, ощущая как в очередной раз за эти дни горят её щеки. Лежит несколько минут, а после, все же встаёт. В душе приводит себя в порядок. Идет на кухню.       Она села на высокий стул наблюдая за действиями Вакасы. Он мастерски крутил сковороду, подкидывая омлет и аккуратно распределяя его по тарелкам, даже не глядя. Она могла бы сказать, что никогда не видела его таким расслабленным, но вдруг осознала, что, возможно, это не совсем так.       Она замечала иногда напряжённость его плеч, внимательный взгляд. Как он иногда не отводит взгляда, уткнувшись в одну точку. Но стоило ему увидеть её, Вакаса моментально раслаблялся. Рей замечала это.       И чувствовала его на столько искренним, что иногда хотелось плакать. Ни в одном слове Вакасы не проскальзывало фальши. Ни разу за эти несколько дней.       — Что-то ты слишком тихая, — заметил Вакаса, когда поймал её взгляд. — Можешь хоть что-то сказать, змейка?       – Нет... просто приятно наблюдать за тобой, – тихо отвечает девушка.       Вакаса с интересом приподнял брови и поднес ей чашку с кофе.       — Это комплимент? — усмехнулся он.       — Да, если ты его заслужил, — она кивнула в сторону завтрака, смущённо улыбнувшись.       Он снова подмигнул, явно довольный её словами.       За завтраком разговор тек легко, как тёплый поток. Они обсуждали планы на день и то, что Рей собиралась тренироваться в зале Вакасы, на постоянной основе. Он с ухмылкой пообещал быть «строгим, но справедливым» наставником. Потом говорили о фильме, который посмотрят вечером, устроив маленький киносеанс прямо дома.       А ещё Вакаса напомнил, что сегодня среда, а в субботу они поедут в бар, встретиться с Такеоми и Бенкеем.       Рей молча кивнула, уткнувшись в чашку с кофе, но в глубине души ей действительно хотелось этой встречи.       Хотелось понять, какие его друзья, услышать, как он смеётся среди своих, как себя ведёт, о чём они говорят, что обсуждают. Хотелось стать частью его мира, окончательно, пускай и медленно. Узнать его окружение лучше.       Мысли девушки снова сворачивают в другую сторону. Она набирает в лёгкие побольше воздуха, сжимает чашку с кофе в ладонях, не ощущая смелости, но все таки говорит.       — Я… могу попросить тебя о кое-чём? — спросила она неуверенно.       Вакаса улыбнулся. И всё же его взгляд оставался серьёзным, как никогда.       — Я слушаю. Что ты хочешь?       — Хочу, чтобы ты больше не спал на софе, — сказала она тихо, почти шепотом. — Просто… не нужно этого. Я хочу, чтобы ты спал рядом со мной.       Он поставил чашку на стол, придвинулся ближе к ней, почти в плотную, так близко, что их бедра сопрекасались. Рей ощутила как дыхание моментально сбилось с ровного ритма.       — Ты ведь серьёзно, да? — прошептал он.       Она молча кивнула, и в этот момент он просто наклонился. Мягко коснулся губами уголка её губ, не позволяя себе большего.       – Хорошо... постараюсь не приставать, – на его губах появляется дразнящая улыбка.       Рей же, кусает внутреннюю сторону щеки, стараясь сдержать писк, который рвался с горла. А что, если она хочет, чтобы он приставал? Как ей сказать ему об этом? Как дать намёк, что она хочет большего?       Они ещё немного посидели вместе, лениво дожёвывая завтрак. Вакаса сходил в душ, вернулся на кухню, зевнул, и бросил взгляд на часы.       — Мне пора в зал, — сказал он, на ходу застёгивая куртку, уже переодетый в форму, — Поиграю в строгого сенсея с утра пораньше.       Рей откинулась на спинку стула, наблюдая, как он собирается. Было в этом что-то домашнее, почти семейное. Необычное ощущение для неё. И пугающе приятное. Она начинает привыкать.       — А ты чем займёшься? — спросил он, завязывая распущенные, ещё немного влажные волосы в хвост.       — Встречусь с Акирой, — ответила она. — Помнишь, та которая в баре была.       Вакаса кивнул, задумчиво глядя на неё.       — Та, что вечно в ярких рубашках и со слишком громким смехом? И она с тобой у Танаки работает.       Рей рассмеялась.       — Да, она. И не вечно, кстати, — возразила. — Сегодня у неё выходной от учёбы, так что мы пойдём поболтать, может, пройдёмся по магазинам. Всё как по учебнику женской дружбы.       — Звучит подозрительно мило, — протянул он, подходя ближе. Его ладонь легко легла на её затылок, пальцы чуть погладили волосы. — Не теряйся. А если задержишься, напиши.       — Я же не на край света, — усмехнулась она, после, встаёт со стула, и украдкой целует его в щеку с явным смущением. Впервые сама. В баре не считается.       Он замер на секунду, а потом выдохнул:       — Вот сейчас мне действительно не хочется уходить.       — Тогда не уходи, — тихо ответила она.       — Искушаешь, змейка.       Но всё же шагнул к двери. Уже на пороге обернулся, прищурился:       — Если купите что-нибудь вкусное, оставьте мне, ладно?       — Смотря как себя поведёшь вечером, — бросила она с усмешкой.       Думать о том, что они опять будут спать в одной кровати, не хотелось. Слишком смущает.       Он показал ей язык и ушёл. Рей постояла ещё немного. Услышала как заводится мотор машины. Вакаса уехал.       Сборы не заняли много времени, как и дорога.       Акира уже сидела за столиком у окна, лениво помешивая кофе. Когда Рей вошла, та тут же вскинула голову и заулыбалась, по-настоящему, с теплом.       — Опоздала, как всегда, — фыркнула она, но в голосе не было ни капли раздражения. — Вакачин отпустил без допроса?       — Не допрос, — усмехнулась Рей, подходя ближе. — Я сама сказала что встречусь с тобой.       Акира закатила глаза, но с усмешкой.       — Господи, вы — тошнотворно милые, по заднице бы дать тебе.       Рей села напротив, положив сумку на колени. Сердце приятно ныло: встреча с Акирой всегда напоминала, что можно быть собой без оглядки, без страха.       — Он попросил написать, если задержусь. Но знаешь, не как контроль.. А словно действительно просто волнуется.       Акира кивнула, уже без шуток. Она видела это тогда, в баре. Как Вакаса смотрел на Рей. Сдержанно, внимательно, будто держал в ладонях что-то драгоценное и боялся уронить.       — Он твой соулмейт. Это же видно даже слепому, с первого взгляда. Как он смотрит. Как ты на него смотришь.       Рей посмотрела в сторону, прикусив щёку. Слова подруги задели что-то уязвимое.       — Я всё ещё немного боюсь, — прошептала она. — Что испорчу. Что он уйдёт.       Акира взяла её за руку через стол.       — Он не уйдёт, Рей. Вы соулмейты и уже никуда не денетесь друг от друга. Да, блин, он даже дышать рядом с тобой начинает по-другому. Я хоть и была пьяной в драбадан тогда, но все прекрасно помню.       Рей тихо усмехнулась, прижала пальцы к чашке.       — Мне хорошо с ним. Так хорошо, что иногда страшно.       — Это нормально, — ответила Акира. — Когда вот так по-настоящему, всегда страшно. Потерять, обидеть, сделать что-то не так. Но ты держись за него. И за себя рядом с ним. И вообще, судя по всему он прекрасный мужчина. Так что, не бойся. Уверена, он принимает тебя всю, какая ты есть.       Пауза. Лёгкая. Тепло в груди.       — Кстати, — добавила Акира, усмехнувшись, — Если он ещё раз так посмотрит на меня, когда я пошучу про твой зад, я реально начну его бояться.       Рей прыснула со смеху и закусила губу, стараясь говорить тише:       — Ревнует может...       — Ну, ещё бы! Ты же красотка, — хмыкнула Акира. — Но ладно, пускай не переживает, я не собираюсь тебя уводить у него.       Они рассмеялись вместе, так громко. Рей очень не хватало шуток Акиры. Они неспешно пили кофе, болтая обо всём подряд — про работу у Танаки, про соседку Акиры, которая снова завела любовника моложе себя на десять лет.       Рей смеялась до слёз, чувствуя, как с каждой минутой оттаивает. Пожалуй, что Вакаса, что Акира, очень сильно влияют на её жизнь. Делают саму Рей увереннее, и это чувствуется с каждым днём.       После они прошлись по магазинам, Акира утащила её в книжный, где обе долго зависли у полок с мангой, потом в магазин с ароматами, где Рей долго выбирала Вакасе что-то «сладкое», и, наконец, в лавку с украшениями ручной работы. Акира настояла на том, чтобы купить ей тонкое кольцо с маленьким тёмным камнем. «На удачу», — сказала она.       Чуть позже, уставшие, но довольные, они вернулись в то же кафе, заказали ещё по чашке капучино и десерт на двоих. Свет за окнами становился мягче, день клонится к вечеру, а у Рей внутри было спокойствие.       Она крутила чашку в руках, не зная, как начать смущающий разговор.       Рей возилась с ложечкой в чашке, взгляд бегал по поверхности кофе, избегая подругиного.       — Акира… можно я задам тупой вопрос?       — Только если ты хочешь получить гениальный ответ, — хмыкнула та, откусывая кусочек чизкейка.       Рей вздохнула, порозовела.       — Мы с Вакасой… ну, мы целуемся. Иногда. Обнимаемся. Он такой… нежный. Осторожный. Но... мне хочется большего, — призналась она, всё же поднимая взгляд.       Акира приподняла брови, заинтересованно:       — Большего, как в "взять его за шиворот и показать, что ты взрослая женщина"? Или как в "раздеть его до нитки"?       — Акира! — Рей зажала лицо руками, покраснев ещё сильнее. — Я серьёзно…       — Я тоже, — пожала плечами та. — Слушай, если он так держится на расстоянии, может, думает, что ты не готова. Он же не телепат. Возьми инициативу в свои руки. Соблазни Вакачина. Мягко, по-своему. Но дай понять, что ты хочешь его.       Рей кусает губу, глядя в окно.       — А если я всё испорчу?       — Рейчин, — Акира мягко толкнула её ногой под столом, — Ты не испортишь. Ты же его соулмейт. Более того, я уверена, что он хочет тебя не меньше чем ты его.       Рей кивнула, чувствуя, как в груди медленно распускается что-то горячее и решительное. Сегодня. Она должна сделать это сегодня.       Десерт почти закончился, лишь крошки от чизкейка и потёки шоколада на тарелке. Акира доела последний кусочек, театрально вздохнув:       — Ну всё. Теперь я точно готова умереть счастливой. Или хотя бы подождать до следующей недели.       Рей улыбнулась, потягивая остатки кофе, но внутри уже зреет тревожное волнение, не тяжёлое, а почти сладкое. Как перед прыжком в воду.       Акира взглянула на неё искоса, будто считывая мысли.       — Ты только не передумай. И не начинай выдумывать драму там, где её нет. Просто будь собой. И будь смелой.       Рей усмехнулась, вставая:       — Легко сказать.       — Ну, ты же змейка, — подмигнула Акира. — Ползи к своей цели, красиво и уверенно. И соблазни ты уже бедного Вакачина. Удачи тебе, охотница. И… не забудь написать потом. Все juicy детали.       Рей рассмеялась, поправляя ремешок сумки. Они вышли с кафе.       — Пока, извращенка.       — Пока, сексуальная трагедия, — махнула Акира, смеясь.       На улице было прохладно, но на удивление тепло для декабря.       Рей вошла в дом, стараясь дышать ровно. Щёки горели, мысли — роем, полные смущения и… решимости.       Дверь мягко закрылась за её спиной, оставив за пределами улицу.       — Рей? — раздался голос из глубины дома. — Ты уже вернулась?       — Ага, — отозвалась она, скидывая обувь и вешая куртку. — Привет.       Она прошла внутрь и нашла Вакасу в гостиной — он стоял у окна, в старой чёрной майке и домашних шортах. Волосы были чуть растрёпаны, а взгляд ленивый, внимательный, одновременно. Он обернулся, когда она вошла.       — Успели всё? — спросил, подходя ближе. — Или пришлось бежать от фанатов Акиры?       — Успели, — улыбнулась Рей, стараясь выглядеть спокойной. — Хотя она, конечно, сегодня была в ударе.       Вакаса прищурился, глядя на неё. Потом, не таясь, провёл взглядом по её лицу, волосам, остановился на губах.       — Ты какая-то… другая, — пробормотал, — Смущённая. Что там она тебе наговорила?       — А вот и не скажу, — отозвалась Рей, поджав губы. — Девичьи секреты.       Он фыркнул, склонив голову.       — Ммм. Значит, точно что-то задумали. Ты сейчас такая... подозрительно милая.       — Ну прости, — усмехнулась она, проходя мимо, — Я вообще по жизни милая, между прочим.       — Ага, особенно когда выглядишь так, будто что-то украла.       Рей почувствовала, как по спине пробежал жар. Вакаса проходит мимо, берет полотенце.       — Я в душ собирался, кстати. Если вдруг хочешь присоединиться, стучи. Или не стучи...       Она едва не споткнулась, услышав это, и бросила через плечо:       — Ведите себя прилично, Имауши-сан!       — Пытаюсь, честно! — донеслось с весёлой хрипотцой. Хлопнула дверь в душ.       Рей застыла. В ушах шумела кровь, а сердце казалось барабанило где-то в горле. Ладони вспотели.       А что если... она действительно присоединиться?       Она глубоко вдохнула, чувствуя, как в груди все сжалось. Её руки стали тяжелыми, но, несмотря на это, она решительно поднесла пальцы к пуговицам своего платья. Растегнула быстро, словно не давая себе времени передумать.       Оно медленно соскользнуло с плеч, оставив её в легком, белом белье. Её лицо горело, а тело казалось будто в оцепенении от волнения. Девушка глубоко дышит, смотрит на свое отражение в зеркале, а после решительно идёт в сторону душа. Как можно тише.       Вода уже шумела, а в воздухе витал его запах — сладкий, даже сквозь двери.       Шаги были почти неслышными, и она, словно тень, скользнула в душевую. Вакаса был спиной к двери, не замечая её приближения. Рей замерла на мгновение, ощущая, как пульс стучит в ушах.       Она тихо сняла последние части одежды, оставив её аккуратно сложенной у двери. Легко шагнула в душ, почти не издавая звука, и плавно вошла в поток воды. Вакаса даже не обернулся, только стоял, наслаждаясь горячими струями воды, полностью поглощённый этим моментом.       Её дыхание сбилось, но она сдерживалась, стараясь не выдать себя.       Рей стояла, не в силах оторвать взгляд от его спины. Мускулы, плавно очерченные под кожей, были чётко видны, а татуировка леопарда, растянутая по спине, казалась живой, как будто она была частью его сущности. Его тело, расслабленное и уверенное, излучало такую силу, что Рей почувствовала трепет внизу живота, желание, которое охватило её с головой, перебивая сильное волнение.       Она видела его обнажённую спину каждое утро. И каждый ощущала как жар скручивается под рёбрами и оседает между ног.       Она сделала шаг вперёд. Всё внутри неё замерло, когда она прижалась к его спине, почувствовав его тело кожа к коже. Слова застряли в горле, но она заставила себя выговорить:       — Не оборачивайся, — её голос звучал мягко, чуть дрожаще, но всё равно уверенно. — Ты сам сказал, что я могу присоединиться.       Её руки обвились вокруг его тела, лоб уткнулся между лопаток мужчины, а ладони легли на его пресс.       Она чувствовала, как каждая мышца Вакасы напрягалась, почувствовав её прикосновение, а после мягкий выдох с его губ. Его ладони легли на плитку на стене.       – Змейка... такого я точно не ожидал... – его голос сквозь воду звучит глухо, очень хрипло, с интонацией, которую Рей слышала от него впервые.       По позвоночнику проходится табун мурашек. Она прижимается к его спине своей грудью, а губы начинают оставлять мягкие поцелуи по линии его позвоночника. Она сразу же слышит, как дыхание мужчины сбивается, становится рваным, но тот не шевелится. Словно дает ей карт блаш на любые действия и ждёт, как далеко Рей может зайти.       Она же, ощущая непонятную смелость, скользит ладонями на верхнюю часть его пресса. Касается кончиками пальцев влажной кожи и обводит контуры кубиков, пока её губы продолжают оставлять следы на спине. Едет пальцами чуть ниже, оглаживает мышцы уже полностью ладонями, чуть давит, и в тоже время высовывает язык, ловя струи воды, что стекали по его спине.       Слышит глухой стон, и не успевает опомнится, как Вакаса разворачивается, прижимая её к стене душа.       – Бля, Рей...       Она вжимается спиной в стену, но тело не закрывает. Сама ведь пришла. Видит, как его глаза потемнели на пару тонов, а взгляд скользит сначала по губам, потом ниже, к её шее, ключицам. Задерживается на аккуратной груди, рассматривая. Видит как его губы приоткрываются, а после взгляд едет ещё ниже. К плоскому животику, бедрам. Сама Рей взгляд не опускает. Смотрит ему прямо в глаза, смущается.       У Вакасы зудят ладони от желания прикоснуться. Он гулко сглатывает. Мягко берет её ладонь в свою, и тянет девушку чуть на себя. Пальцы другой руки запутываются в волосах Рей. Он чуть тянет её волосы назад, совсем слегка, чтобы не сделать больно, но приподнять её голову, а после, касается своими губами её губ.       Он целует осторожно, не смотря на невероятное желание вжать девушку в стену, ворваться в её рот, шарить по телу руками. Легко раздвигает языком её губы, скользит в её рот медленно, тягуче и не спеша.       Рей сразу же отвечает на поцелуй, поддаваясь медленному, даже ленивому ритму, а после, стонет прямо в рот Вакасы, и чувствует, как сжимаются ноги, когда ощущает, как его большая ладонь легла на её грудь, а большой палец надавил на твёрдую, розовую бусину соска.       – Кажется, я нашёл твоё слабое место... – хрипло говорит Вакаса сквозь поцелуй, а после сжимает сосок между средним и указательным пальцем.       Спина Рей выгибается. Она прижимается к Вакасе крепче, стонет опять, когда чувствует... что-то достаточно большое и твёрдое у своего бедра. Её ладони скользят в его распущенные волосы, слегка поглаживая кожу головы, и прижимая к себе крепче, чтобы мужчина не разрывал поцелуй.       Слышит тихий смешок в свои губы, а после чувствует, как нижнюю губу слегка кусают, оттягивают назад. Дыхание становится прирывистым, по телу бегут мурашки, а между ног невыносимо тянет.       Ладонь Вакасы ложиться на другую грудь, повторяя те же действия. Надавить на сосок. Зажать между пальцев. Надавить опять. Сжать саму грудь.       Рей стонет снова.       – Ещё... хочу ещё... – хрипло шепчет она в его губы, разорвав поцелуй.       Сам Вакаса дышит тяжело, смотрит прямо в её глаза.       – Хочешь больше, значит будет больше... – отвечает ей он.       Его губы касаются уголка её губ, переходят на щеку, а после скользят ниже, к шее. Вакаса прижимается к точке её пульса губами, ощущает, как он стучит и улыбается. Легонько кусает, вызывая прирывистый выдох с девичьих губ. И опять едет вниз по колонне её горла, к плечам, ключицам.       После, берет её руку. Слизывает капли воды прямо с метки. Змее уделяет особое внимание, обводя линии татуировки кончиком языка.       Он, очевидно, не спешит. Наслаждается каждым прерывистым вздохом, каждой реакцией тела Рей. Как слегка дрожат её пальцы в его волосах, как мелко подрагивают бедра, как мурашки бегут по её коже. Всё это заводит лучше любого афродизиака.       Вакаса наконец добирается до её груди. Высовывает язык, резко щёлкнув кончиком по твёрдому соску, а после слышит громкий стон Рей. Громче чем до этого. Его член в ответ на это дергается. У его позвоночника скручивается волна желания, что оседает внизу живота.       Рей же, чуть сжимает его волосы, прижимает его голову к груди сильнее, и стонет опять, не в силах сдержать голос, когда язык щёлкает по второму соску, а после его сразу обхватывают мягкие губы и язык.       Вакаса сначала просто целует, касаясь розовой бусины губами, потом обводит ареолы, после чего лижет сам сосок, и вновь щёлкает языком.       Девушка голос уже не сдерживает. Она выпутывает одну ладонь из его волос. Цепляется в плечо ногтями, чуть царапает, и слышит стон у своей груди. Прижимается бедрами к его бедрам, ощущая его член, трется влажной кожей об его длину, лишь слегка.       – Чёрт, Рей... Ты такая отзывчивая, – говорит он в её грудь с тихим стоном.       Он отрывается от её сосков, выпрямляет спину. Смотрит на неё так голодно, из под опущенных ресниц, и вновь касается своими губами её губ. Не долго, но очень мягко и медленно.       – Подними ножку, милая... – шепчет он ей в губы.       Рей просьбу выполняет, сразу же чувствуя, как ладонь Вакасы ныряет ей под колено и закидывает себе на бедро, удерживая. Вторая ладонь мужчины ложиться ей на шею. Не сдавливает. Он проводит кончиками пальцев по нежной коже. Скользит вниз, обводя ключицы. Ещё ниже, к груди, задерживаясь там. Он слегка пощипывает твёрдые бусины, потирает большим пальцем, срывая с губ Рей ещё больше таких манящих стонов. Опускается ниже. Он останавливает ладонь на её животе. Потирает влажную от воды кожу кругами, дышит прирывисто, смотря ей прямо в глаза.       Рей стонет в разочаровании. Чуть двигает бедрами вверх, желая, чтобы ладонь мужчины опустилась ниже.       – Ну же... – её голос звучит совсем не так, как обычно. Слишком просяще.       Она чувствует, как ладонь, что удерживает неё ногу на его бедре сжимается крепче, как пальцы впиваются в кожу. Выражение лица Вакасы слишком раслабленное, томное. Он дышит словно сквозь силу. Поддаётся губами вперёд, оставляет на девичьих губах короткий поцелуй. Давит ладонью на низ её живота, заставляя Рей впится в его плечо ногтями сильнее.       – Откинься спинкой на стену, Рей...       Она не узнает его голос. Слишком мягкий, слишком бархатный, слишком... возбужденый? Она не знает, как описать, но от тембра его голоса горячая волна бежит вниз, оседает между ног пульсирующим, горячим комом. Тугой узел возбуждения бьёт по мозгам сильнее, отбрасывая все лишние мысли с головы. Она откидывается спиной на прохладную стену, и из-за контраста температур выгибается. Рука Вакасы задирает её ногу выше, а ладонь ложиться на ягодицы, начиная поглаживать. Вторая ладонь спускается с живота вниз.       Его пальцы ныряют между её ног. Он укладывает ладонь на её складки, большим пальцем проводит между ними, находит клитор, слегка давит.       И сразу же вжимает Рей в стену крепче, ловя губами её стон. Целует опять, уже нетерпеливее. Мягко кусает её губы, оттягивает на себя, ныряет своим языком в её рот, встречая её язык. Начинает выводить большим пальцем медленные, не сильные круги, надавливая на бусину лишь слегка.       Рей изгибается сильнее, прижимается, хотя казалось бы, уже некуда ещё больше. Её ладони скользят на крепкую спину, царапая ногтями пространство между лопаток, и сквозь поцелуй довольно улыбается, слыша ответный стон от Вакасы.       Её ноги дрожат. Слишком хорошо. Между бёдер так влажно-горячо, низ живота тянет так сильно, тягуче. Невыносимо-приятно до мушек в глазах. Дышать с каждой секундой все сложнее.       Вакаса в отместку давит на клитор чуть сильнее, начиная потирать его более плотными кругами, и чуть ли не урчит довольно, почувствовав, как бедра Рей дернулись от ласки.       Рей сдерживаться не может, да и не хочет. Звуки её стонов смешиваются со звуком воды от душа, и её совсем не волнует, громко ли она звучит. Мир сжимается до самого Вакасы, его тела, пальцев и губ, которые вновь начинают отсыпать её шею горячими, влажными поцелуями и лёгкими укусами.       Она чуть откидывает голову назад, давая ему больше пространства. Прикрывает глаза, кусает губы. Ком внизу живота словно становится сильнее, горячее, тягуче. Потом опускает голову.       Смотрит прямо вниз, впервые, гулко сглатывает, смотря прямо на крупный, твёрдый член между её бёдер.       Она видела в порно и длиннее. Но... член Вакасы был чертовски широким, крупным, средним по длине. Но...       Блять... Слишком широкий. Между бёдер, такое ощущение, словно все скрутилось в желании ощутить вот это в себе.       Мужчина же, заметив её взгляд, усмехается, оторвавшись от её шеи. На мгновение замирает. Не массирует клитор, но давит на него большим пальцем чуть сильнее.       – Нравится...? – хрипло спрашивает он.       Рей же, словно в трансе, убирает одну ладонь с крепкой спины. Она скользит по его плечу. Останавливается на тату-метке, рассматривает. Чистое отражение её метки. Обводит контуры кончиками пальцев. Переходит к его груди, скользит между. Останавливается на прессе, прижимаясь целой ладонью, и слегка гладит. Видит как его мышцы напрягаются, и это, кажется, заставляет выпустить воздух с лёгких со свистом.       – Нравится... – отвечает она тихо, так и не подняв взгляд.       Её ладонь скользит ниже. Уверенно. Она мягко обхватывает головку его члена, лишь слегка. Сжимает. И дергается бедрами услышав гортанный, громкий стон Вакасы.       О черт... его стоны слишком заводят.       – Рей... блять... хорошая девочка...       Одной фразой он выбивает воздух с её лёгких опять. Его ладонь отрывается от ласк клитора лишь на мгновение. Только для того, чтобы ввести указательный палец внутрь с громким хлюпом от влаги. Большой палец вновь ложиться на клитор, давит, начиная потирать уже быстрее, настойчивее, а указательный палец начинает двигаться внутри. Медленно, плавно.       Рей дергается бедрами, закатывает глаза. Стонет. Опять проводит одной из ладоней между лопаток, царапает. Второй ладонью сжимает головку члена чуть сильнее. Делает пробное движение вниз, и потом вновь вверх.       Слышит очередной стон, но не успевает даже усмехнуться, как губы Вакасы вновь накрывают её. Уже настойчивее, голоднее, сильнее. Он впивается пальцами в её ягодицы, заглушает стоны девушки своим ртом, и начинает двигаться бедрами вперед-назад, скользя членом в её ладони. Вставляет второй палец, большим давит на клитор сильнее. Движения его пальцев внутри становятся быстрее, нетерпеливее.       Она отвечает на поцелуй так же голодно, горячо. Ловит своими бедрами ритм его бёдер, и тоже начинает двигаться на встречу его пальцам, буквально насаживаясь на них. Тугой узел внизу живота готов взорваться в любой момент.       – Хорошо... так хорошо... – она говорит это сквозь собственные стоны, стоит только ему оторваться от его её губ.       Он оставляет очередной короткий поцелуй на её губах. Начинает целовать её щеки, висок, лоб. А после прислоняется своим лбом к её лбу. Стонет, когда она сжимает в ладони его член чуть крепче. Его пальцы начинают двигаться внутри неё отрывисто, глубоко.       Он смотрит ей прямо в лицо. Упивается эмоциями, которые мелькают на её мягких чертах, впивается своим взглядом в её глаза, не отрывая взгляда.       – Пиздец... такая узкая, – говорит он со стоном. Останавливает толчки своих пальцев лишь на мгновение, только для того, чтобы почти вытащить, и вновь вставить. Резко и глубоко.       Рей дергается, распахивает глаза шире, всхлипывает. Вакаса в ответ начинает двигаться своими бедрами в её ладони быстрее, настойчивее. Отпускает её ягодицы, только для того, чтобы слегка шлепнуть. Не больно, но ощутимо.       – Вака... – она стонет его имя в его губы.       От этого, мужчине кажется, окончательно сносит крышу. Он кусает её за нижнюю губу, вдавливает в стену ощутимо, дышит слишком прирывисто. Его пальцы внутри двигаются сильнее. Глубже. Быстрее.       Рей дергается бедрами снова, активнее насаживается на его пальцы. Второй ладонью зарывается в его волосы, сжимает на затылке. Ноги трясутся. Она уже на грани.       – Еще чуть-чуть... – она говорит резко, просяще.       И мужчина выполняет просьбу. Своим членом двигается в её ладони активнее, быстрее. Рей ощущает, как сильно его бедра и мышцы живота напряжены. Понимает, что он тоже на грани.       Его большой палец начинает потирать клитор быстрыми кругами, а пальцы входят внутрь слишком быстро, буквально вбиваясь внутрь.       Ей хватает лишь тридцати секунд. В глазах темнеет. Ей кажется, она перестаёт дышать, когда чувство разрядки быстро нарастает внизу живота. С последним, особенно резким и глубоким толчком она вскрикивает. Её голова откидывается назад, ударяясь затылком в стену. Перед глазами прыгают разноцветные круги, с губ срывается вскрик. Она чувствует, как тугой узел внизу живота развязывается, пульсирует, крепко обхватывая с сжимая пальцы мужчины внутри в крепких тисках. Он толкается пальцами внутри ещё несколько раз, вызывая пронзительные стоны с губ Рей.       Её бедра дрожат, ноги подкашиваются, и она чувствует, как начинает съезжать вниз по стене. Вакаса перемещает ладонь на её талию, хватает крепко, чтобы она не упала. Толкается бедрами в её ладонь ещё несколько раз и громко стонет, замирая. Кончает. Рей чувствует как его член пульсирует, извергается в её ладони, окрашивая живот и ее пальцы горячей, липкой жидкостью.       Они замирают, пытаясь отдышаться. Вакаса отпускает её ногу, перемещает вторую ладонь на талию, выводя пальцами круги на её коже, а после прижимает к себе. Целует так томно, мягко и нежно, проводит по девичьим губам кончиком языка. Она перемещается ладонями на его плечи, опирается своим весом, все ещё ощущая, что ноги почти не держат.       — Соблазнила бедного меня, — с ленивым смешком говорит он ей в губы, отрываясь от поцелуя. Его голос низкий, грудной, чуть охрипший от близости.       Рей отводит взгляд, щеки полыхают. Губы всё ещё припухшие от поцелуев, дыхание сбивчивое.       Вакаса медленно опускает руки с талии на её бёдра, проводит по коже кончиками пальцев лениво, будто никуда не торопится. Затем отходит на шаг, берёт флакон с гелем и выдавливает немного в ладонь.       — Давай-ка теперь я тебя отмою, искусительница, — мурлычет он, взгляд скользит по ней с открытой, тёплой нежностью, от которой у Рей снова подкашиваются колени.       Он двигается медленно, неторопливо. Проводит ладонями по её плечам, ключицам, шее, спускается к груди, с ухмылкой надавив на ее соски большими пальцами. Еще ниже. Обводит контуры её тела мыльными ладонями. Мягко, с удовольствием, будто смакует каждый дюйм кожи.       — Ты такая отзывчивая... — шепчет он, улыбаясь уголками губ. — Ммм. Прямо не хочется выпускать.       Рей чуть приподнимает подбородок, смотрит на него снизу вверх, и, всё ещё чувствуя смущение, но уже с новым оттенком, ожиданием, спрашивает:       — А дальше?.. Что мы будем делать дальше?       Он отзывается не сразу. Сначала скользит по её щеке пальцем, потом бережно убирает мокрую прядь с её лба. И только потом, всё тем же тягучим, почти ленивым голосом, отвечает.       — Дальше... — он чуть наклоняется проводит губами по её виску, — Ты наденешь свою милую пижаму. Мы завалимся под один плед, включим кино и будем притворяться, что нас интересует сюжет.       Он усмехается, медленно проводя рукой по её пояснице.       — А потом я обниму тебя в кровати, и, возможно, если ты не будешь ворочаться всю ночь, мы даже уснём.       Рей хмыкает в его грудь, пряча румянец.       — Ты издеваешься?       — Ни капли, — шепчет он, целуя её в плечо.       Он поднимается губами выше, к её шее, оставляет поцелуй на точке пульса, прижимается губами, а после выдыхает.       – Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу, змейка. Но не сегодня, хорошо? Хочу сделать для тебя день особенным, когда будет наш первый раз.       Она жмурит глаза. Прижимается к нему ближе. Девушка даже не знала, чего ощущает больше. Невыносимой нежности в груди, признательности или счастья.       – Хорошо... – её голос звучит глухо.       Вакаса же, растягивает губы в улыбке. Легонько кусает девушку за щеку со смешком, а после переворачивает её спиной к себе.       – Раз уж мы в душе, нужно нормально помыться. Хочу помыть тебя везде, – ворчит он. Рей же, неожиданно для себя, громко смеётся.