Глава 5

      Она открыла глаза.       И тут же вытянула руку, призывая световой меч. Пурпурное лезвие взвилось еще до того, как рукоять легла в ее ладонь. Скатившись с койки, она приняла боевую стойку, высоко подняв меч над головой.       Единственным, кто отреагировал на это, был шарообразный тренировочный дройд, выплывший в центр каюты и спокойно ожидающий дальнейшей команды. Высокий широкоплечий блондин и бровью не повел, продолжая стоять, облокотившись на переборку и скрестив руки на груди. Преграждая единственный проход к рубке.       Секунда шла за секундой. Световой меч мерно гудел.       Она выключила меч, и тренировочный дройд вернулся на подзарядку.       — Сколько я была в отключке?       — Несколько суток.       «Твою мать» — лишь промелькнуло у нее в голове.       — Я не терял время зря, — спокойно начал блондин, словно почувствовав ее эмоцию. — В компьютер были вбиты координаты. Я сразу...       «Какой хороший мальчик».       — Мы уже там? — перебила она его.       Блондин посмотрел на нее... странно. Его взгляд не был холодным, он был... пустым, без намека на какие-либо переживания, и оттого тяжелым как удар в солнечное сплетение, сдувавшим всякую спесь как ветер, без труда срывающий с головы легкую шляпку.       — Имперцы начали контрнаступление, — его голос был низким и ровным как могильная плита. — На всех трассах стоят заградители. Даже на Внешнем кольце. Пришлось идти окольными путями...       У нее все поплыло перед глазами.       —...последний прыжок, — блондин помедлил. — Тебе надо поесть. У тебя истощение.       — Без тебя разберусь, — бросила она, осев на койку и держась за голову.       — Нет, не разберешься, — его тон не подходил для спора, потому что не предполагал его наличие. — Ты не убьешь Императора. Тебя убьет тренажер.       Он принес ей сухпайки. Ее любимые — с консервами бруаллки.       — Как твое имя?       Она уже хотела было выдать очередную заготовку, но почему-то остановила себя. Не все ли равно, если за бортом Конец света?       — Шира. Шира Бри, — назвала она свое самое первое имя, прожевав особо упрямый кусок.       — Почему ты...       — Сначала твое имя.       Блондин улыбнулся. Его улыбка была сухой и механической, будто ее обладатель давно забыл, что такое эмоции, сохранив лишь некое представление о роли улыбки как знака препинания.       — Кэм Солусар, — снова помедлив, словно ожидая возражений, он продолжил. — Почему ты решила убить Императора?       Шира проглотила следующий кусок.       — Какая разница? Ты ведь тоже этого хочешь.       — Я пытаюсь сравнить наши цели.       — Не вижу смысла в этом разговоре.       — Я вижу.       Шира продолжила агрессивно жевать.       — Ты должна мне, — напомнил Кэм. — Логичнее нам действовать сообща. Для этого...       — Я была его Рукой. Тебе это говорит о чем-нибудь?       Кэм улыбнулся ей. Снова той же неумелой улыбкой.       — Прекрати. У тебя не получается.       Губы Кэма тут же стянулись.       — Расскажи. Пожалуйста. Мне нужно понимать.       Шира закрыла глаза. Вдохнула. Выдохнула.       — Ты ведь не отстанешь?       — Нет.       Она отложила консервную банку на стол для дежарика и потерла виски, собираясь с мыслями.       — Я не знаю, сколько было нас. Почти все, кого я смогла отыскать, давно мертвы. Мы выполняли роль разведчиков и убийц, лояльных только ему. Никаких официальных полномочий. В случае возникновения проблем выкручиваемся сами. Не выкрутились — концы в воду, выкрутились — поцелуй в макушку и снова в бой. Насколько мне удалось выяснить, у каждой из нас были свои инструкции на случай его смерти. Свой последний приказ. Моей задачей было обеспечить транзит власти к доверенным людям, дабы возникший вакуум не заполнили те, кто давно засматривался на его трон. Император мало на кого мог по-настоящему положиться как из политического, так и из военного руководства. Трашта, Таркин, Заарин… После Трашты он пытался опереться на назначаемых лично им гранд-моффов, после Таркина — на гранд-адмиралов…       Шира не смотрела на своего собеседника, устремив взор куда-то вдаль и обняв поджатые ноги, дабы скрыть бившую ее мелкую дрожь. Если вначале она еще пыталась сохранять самообладание, то по ходу рассказа ее голос становился все слабее, теряя былую бойкость и уверенность.       — В конце концов он пришел к выводу, что доверять можно только нам — его Рукам...       — Но ты его ослушалась, — произнес Кэм, когда голос Ширы совсем сошел на нет.       Шира кивнула, чуть не плача, словно сама эта мысль до сих пор терзала ее.       — Почему?       Ей потребовалось несколько минут, чтобы продолжить.       — Я наткнулась... на кое-что... из его планов... про осколок...       — Я понял.       Кэм подпер кулаком подбородок и нахмурил брови, не спеша высказывать какие-то свои мысли насчет услышанного. Шира была только рада этому, не готовая сейчас снова погружаться в воспоминания.       Несколько минут они сидели в тишине. Только Шира иногда украдкой всхлипывала.       — Я был частью Инквизитория, — внезапно подал голос Кэм. — Сын джедая. Он скрывал меня. Неудачно.       Шира подняла красные глаза на Кэма. Тот сидел поодаль от нее во все той же задумчивой позе. Его спокойный голос почему-то пронзал ее, пробуждая давно забытое чувство... сострадания?       Его странная манера говорить создавала ощущение, что каждая фраза дается ему с большим трудом. Он явно преодолевал себя каждый раз, когда совершал самые простые действия, будто для того, чтобы дотянуться до внешнего мира, его сознанию приходилось преодолевать долгий путь через многие защитные барьеры от далеко запрятанного ядра его личности, которое еще оставалось невредимым после многолетней осады.       Глядя на Кэма, Шира не могла не задаваться вопросом, через что прошлось пройти этому мужчине, и каким внутренним стержнем нужно обладать, чтобы сохранить хоть какие-то остатки рассудка в том месте, откуда они бежали.       — Мы несли вахту в крепости. Контролировали ход ритуала. Для осколка. Сначала было похоже на обычную медитацию. Каждый год добавлялись новые элементы. Пару лет назад добавились жертвы.       — Но раз осколок был уже готов, значит все это было просто так? Забавы ради?       Кэм посмотрел на нее, и от этой бездны в глазах у нее перехватило дыхание.       — Наверное.       Из рубки послышался предупреждающий сигнал.       — Выпрыгиваем, — сказал Кэм, бросив взгляд на индикаторы на стене.       — Без тебя поняла. Это мой корабль, — огрызнулась Шира, вскакивая с места и пытаясь пролезть впереди него, что было весьма затруднительно, учитывая, на сколько голов ниже она была.       Голубое марево гиперпространства сменилось темным покрывалом космоса, укутывающим ярко-белый шар одинокой планеты.       — Что мы здесь ищем? — просил ее Кэм.       — Наш последний шанс грохнуть Императора, конечно же, — задорно ответила Шира и начала снижение.       Сначала поверхность планеты казалась бескрайней ледяной пустыней, но скоро стали заметны небольшие зеленые вкрапления, которые, при более близком рассмотрении, оказались цветущими оазисами. Вписанные в идеальные пятиугольники, они были раскиданы по белизне сообразно какой-то непостижимой логике, будто кто-то расчертил всю поверхность планеты на сектора, но осознанно решил оставить для жизни лишь малую ее часть.       Шира повела краденый челнок к краю одной из зеленых сот. Снижаясь, они скользили вдоль многокилометровой отвесной ледяной стены, постепенно погружаясь в террариум неизвестного владельца. К обзорному стеклу прилепился майнок, но мужчина и женщина не обратили на него внимания.       — На, возьми, — Шира кинула Кэму кислородную маску, когда они готовились выходить из челнока. — Датчики, вроде, ничего не говорят, но хер его знает, что там в воздухе может летать.       Ноги пришельцев утопали в глубоком мху. Высокие деревья мягко шуршали листьями и лианами, приветствуя их. Откуда-то вырывались клубы теплого пара, окутывающего растительность белесым маревом.       — Туда, — бросила Шира, указывая в сторону ледяной стены и сверяясь с показаниями какого-то прибора.       Продираясь сквозь джунгли, они моментально промокли насквозь от влажности, и не могли сдерживать дрожь от холода, когда начали углубляться в трещину, расколовшую толщу голубого льда. Под светом стержней окружавшие их стены мутноватого стекла окрасились в зеленый.       Проникая все глубже, они спускались в лабиринт остывших протоков лавы и русел иссякших подземных рек. Стало заметно теплее. Шаги Инквизитора и Руки были бесшумны, хотя каменные стены внимательно к ним прислушивались, готовые разнести любой шорох.       Внезапно стены перед ними приобрели правильные очертания. Точно вырезанный прямо в скале их встречал вход в бункер.       — Чувствуешь? — шепнула Шира.       — Да, — замогильным голосом ответил Кэм.       Вскрыв дверь световым мечом, они проникли внутрь.       Это была лаборатория. Давно заброшенная, но внимательный взгляд мог зацепиться за следы, свидетельствующие о присутствии кого-то: следы на пыльных поверхностях, недавно передвинутые ящики, прибранные осколки разбитой бакта-камеры... И в подтверждение этим наблюдениям в центре темного помещения стояла женщина.       Когда-то она, несомненно, была прекрасна. Но сейчас натянутая на череп без единой складки бледная кожа выглядела так, будто была готова вот-вот лопнуть. Искусно завитые, явно не за один час, локоны были припорошены сединой. И все же, если бы не выражение ее лица и не общая атмосфера окружения, ее облаченное в халат цвета венозной крови тело еще могло вызвать желание.        — Вы от него? — спросила женщина уставшим, но все еще содержавшим неугасающую нотку презрения голосом.       Шира и Кэм переглянулись.       — Понятно, — женщина усмехнулась, как будто смогла выудить из молчания непрошенных гостей какую-то информацию. — После стольких лет и не удостоит даже своим личным присутствием. Все ясно.       Женщина добавила еще несколько очень грязных ругательств.       — Дайте угадаю: у него опять что-то пошло не так, и ему снова понадобился «опытный образец»?       Они не ответили. Кэм, не теряя время зря, тут же широкими шагами направился вглубь лаборатории, ища рабочий терминал. Женщина не обратила внимания, когда он прошел мимо нее. Тем лучше.       Шира осталась сторожить безумную женщину, дабы та ничего не выкинула, пока Кэм не закончит.       — Цепные псы... Вы даже не в курсе, с кем имеете дело, — продолжала плеваться женщина. — Я была единственной, кого он касался по-настоящему. Единственной, кто мог усмирить его, кто давал ему все, что он хотел получить от женщины...       Увлеченная разглядыванием причудливой аппаратуры, Шира не заметила, как рядом с Рогандой Исмарен оказался ребенок. Очень уродливый голый ребенок. Его влажная бледно-розовая кожа местами была покрытая темной коркой и желтыми волдырями. Он неестественно урчал, пока Роганда усердно выглаживала его лоснящиеся рыжие волосы. Его глаза были закрыты, но прорвавшийся в самом центре лба третий глаз безостановочно вращался в своей глазнице, напоминавшей глубокий незаживающий шрам.       И тут он заорал. Крик был недетский. Нечеловеческий. И высокий, и низкий одновременно, словно кричали несколько существ разных биологических видов, вкупе со звуком трения металла о металл.       — Айрек хочет кушать? Ну конечно, Айрек хочет кушать! — тут же заворковала женщина, развязывая свой халат.       У Ширы еще не полностью разложились уши, но на Роганду, похоже, крик не подействовал никак. Она села в кресло, и ребенок тут же плюхнулся ей на колени и впился в ее грудь.       — Ну ничего... Вас он порешит и даже глазом ни моргнет, — продолжала Роганда, уже не глядя на Ширу и полностью поглощенная созерцанием своего чада. — Вы для него — ничто. А мы ему нужны. Без нас у него ничего не выйдет. Правда ведь, Айрек?       Ребенок довольно рыгнул, не отрываясь от груди, и Роганда, улыбнувшись, поцеловала его в нос.       Внезапно все вокруг задрожало. Аппаратура зазвенела раскуроченными внутренностями, мелкие предметы поползли по горизонтальным поверхностям, а где-то в отдалении низко громыхнули раскаты грома.       — Что это? — истерично воскликнула Роганда, поднимая голову.       Шира прислушалась к Силе, обострив все чувства, но первоначальная тревожная догадка находила все больше подтверждений. Она узнала знакомый ритм канонады.       — Разрушитель? — спросил Кэм, вернувшись к ним.       — Уходим, — вместо ответа бросила Шира.       — Значит... вы пришли не за мной... — зашептала Роганда.       Кэм уже почти обошел ряд терминалов, когда Роганда вдруг начала мотать головой из стороны в сторону и что-то бормотать себе под нос.       — Айрек. Убей их, — вдруг сказала она ледяным тоном, резко выпрямившись в кресле.       С этими словами все три глаза ребенка тут же зафиксировались на Шире. Он опять заревел, а все его тело вспыхнуло слепящим голубым пламенем. Подобно шаровой молнии он рванулся к ней.       Шира едва успела увернуться, но Айрек, отскочив от стены, снова метнулся в ее сторону. Она не успевала уклониться, и уже мысленно приготовилась принять удар этого сгустка знакомых голубых молний, как вдруг на его пути возникло препятствие в виде голубого клинка Кэма. Все еще искрящаяся голова ребенка с тремя горящими глазами покатилась по полу.       Роганда закричала, вскочив с кресла. Лицо женщины было перекошено, еще недавно казавшиеся идеальными локоны сами собой встопорщились, а кожа стала почти идеально белой. По обнаженной груди продолжало стекать бесполезное молоко.       Шира инстинктивно выхватила меч и пришла в себя только когда в бесформенной куче перед ней перестал угадываться хоть какой-то намек на человеческое тело, облаченное в халат цвета венозной крови.       — Мать твою... — перевела дух Шира, снимая опаленную кислородную маску.       Кэм не дал ей передохнуть, схватив за запястье и потащив к выходу из бункера.       Они бежали по извилистым туннелям, стараясь не обращать внимания на сыпавшиеся с потолка камни и куски льда. Несколько раз им приходилось совместными усилиями расчищать завалы там, где обойти их было невозможно. Наконец они вырвались из подземного лабиринта и побежали в сторону лесной чащи, где среди деревьев был спрятан челнок.       Над беглецами неумолимо нависала тень звездного разрушителя.       Они еще не успели добежать до опушки, когда Сила приказала Шире упасть. Едва она уткнулась лицом в мох, как над самой ее головой просвистел обжигающий вихрь, едва не сняв с нее скальп. Секундой спустя она услышала гул светового меча, рассекающего металл, надрывный визг репульсоров и взрыв.       Вскочив на ноги, Шира увидела Кэма, стоящего в боевой стойке с голубым световым мечом в руке.       Он обернулся и посмотрел на нее.       — Убей Императора, — сказал Кэм, стаскивая маску, после чего кивнул в сторону объятой пламенем опушки. — А я убью его.       Шира почувствовала, как где-то в эпицентре пожара разгорается чей-то гнев.       — Эй! Это нечестно.       Кэм пожал плечами.       — Ты сама сказала. Корабль твой. Ты и лети.       Кэм улыбнулся (на этот раз у него получилось гораздо лучше), после чего развернулся и, вращая клинком, зашагал по тлеющему мху в сторону горящей опушки. Шира несколько мгновений смотрела ему вслед, но, так и не найдя подходящих слов для прощания, рванула в чащу леса.       Дуэль на поляне была в самом разгаре, когда белоснежный челнок, вынырнув из зеленого океана, устремился в небо.