Глава 19. Клинок, способный уничтожить крестражи.

Когда Гермиона ушла из библиотеки, Драко вдруг ощутил, что сказал не то. Из-за отсутствия опыта общения с теми, кто ему дорог, он упускал из виду, что именно могло заставить её буквально сбежать. Его друзья слепо глядели ему в рот, а он никогда не был вынужден заслуживать их любовь и уважение — это казалось само собой разумеющимся. О чём она хотела поговорить? Что бы он ей сказал? Что она занимает восемьдесят процентов его мыслей каждый день? Что по ночам ему снятся эротические сны с её участием, словно он снова четырнадцатилетний подросток? Что все важные мысли исчезают, когда он её видит? Это казалось нелепым, и Драко никогда бы в этом не признался. Нельзя было допустить, чтобы девчонка знала, что он в нее влюблен. Влюблен ли? Или это просто похоть, приправленная безвыходной ситуацией? В тот день, когда она сама потянулась к нему, и он увидел в её глазах настоящее желание, Драко едва сдержался, чтобы не разорвать её милую пижамку в клочья. Он вёл себя как джентльмен и понятия не имел, почему теперь она так отреагировала. — Не помешаю? — Поттер возник из ниоткуда и уселся на место, где до этого сидела Гермиона. Его скучающий взгляд пробежался по книгам на столе. Драко напрягся. — Нет, я просто помогал Джин с лекциями, — спокойно ответил он, воздвигая в голове барьер. — Не припомню, чтобы нам задавали изучить, — Поттер внимательно посмотрел на обложку одной из книг, — «Охранные чары древних магических семей». — Это её личное задание, — сказал Драко, желая как можно скорее закончить этот разговор. Внимание Поттера в последнее время раздражало его всё сильнее. — Да что ты? — Гарри приподнял бровь, но, казалось, уже через мгновение потерял интерес к теме. — Я тут вспомнил, как ты помогал мне настраивать чары в моём личном поместье. Давненько мы там не бывали, да? — Да... — Что за чёрт? О каком поместье он толкует? Ничего подобного Драко не мог припомнить из воспоминаний, которые дал ему Снейп. Северус Снейп. Как же он сразу не подумал об этом. — Прошу меня извинить, — Драко поспешно покинул библиотеку и направился прямиком в кабинет директора.

***

Снейп впустил его без вопросов, лишь одарив презрительным взглядом, к которому Малфой уже давно привык. Директор указал ладонью на кресло, стоявшее напротив стола, а сам устроился напротив. Драко понятия не имел, как вести себя с крёстным. Находка в виде Лили Поттер ставила под сомнение лояльность Северуса к ним с Грейнджер. — Ну? — медленно спросил Снейп. Драко будто не услышал его, продолжая погружаться в омут собственных сомнений. — Полагаю, раз мы оба здесь, ужин прошёл успешно? — Верно, — Малфой будто забыл все слова. Он начал сомневаться, стоит ли посвящать Снейпа в детали. Нервно поёрзав в кресле, Драко решил прибегнуть ко всем своим слизеринским навыкам. — Нам нужна кровь Волдеморта. — Прошу прощения? — Снейп казался удивлённым, и Драко с радостью отдал бы половину своего золота из хранилища в Гринготтс, лишь бы обзавестись колдокамерой и запечатлеть этот момент. — Ты правильно расслышал, — Драко решил отбросить формальности. — Если удастся, мы наконец сможем всё исправить. Большего сказать не могу. — Ты хоть понимаешь, о чём просишь, мальчишка?! — он был в гневе, и его бледная, землистая кожа приобрела багровый оттенок. С самого начала разговора Малфой чувствовал, что с директором что-то не так. Его движения были резче обычного, он бесконечно теребил манжеты, выглядывающие из-под мантии, и то и дело косился на окно, словно с минуты на минуту ждал сову. Можно было бы сослаться на его перманентное напряжение, но нет — дело было в чём-то другом. — Я вынужден настаивать, — спокойно сказал Драко, хотя внутри всё сжималось от нарастающего волнения. — Вы же не хотите, чтобы Поттер узнал маленький секрет, который вы прячете у себя дома? — Как ты… — казалось, какая-то догадка озарила его, и он рывком подлетел к Малфою, схватив того за рубашку. — Это был ты? Где она?! — В каком смысле — где? — непонимающе и слегка испуганно спросил Драко. Реакция директора, хоть и была предсказуемой, всё же вызывала у него откровенный дискомфорт. — Легилименс! — Снейп ворвался в его сознание и принялся хаотично перебирать воспоминания. Любой блок, который юноша пытался воздвигнуть, рушился под напором директора. Он перебрал каждый миг, пока, наконец, не наткнулся на то, что искал. Просмотрев воспоминания о том злополучном дне, когда Драко с Гермионой ворвались в его дом, Снейп прокрутил их снова и снова, прежде чем, наконец, покинул его разум. Драко схватился за виски и упал на пол, больно ударившись коленями. — Лили пропала, — холодно констатировал Северус. — Если это были не вы, то кто же? Догадка неприятно кольнула грудь. Грейнджер в последнее время была сама не своя, а ещё эта её страсть к спасению всех несчастных и абсолютная нетерпимость к любому виду несправедливости… Снейп это так не оставит. — Я постараюсь что-нибудь узнать, — Драко слегка приподнялся, по-прежнему ощущая головокружение. — Позволь извиниться за вторжение, но ты также увидел и причину нашего поступка. Почему ты не рассказал про антидот к Веритасеруму? — Я сообщил вам, — вернув себе самообладание, по слогам произнёс Снейп. — Безопасного способа обойти сыворотку правды не существует. Ты знал о возможном эффекте зелья, если его неправильно приготовить? — Да. Смерть, — Драко не даст себя надурить. — Но его мог сварить ты. Или вы не уверены в своих силах, профессор? — На что это ты намекаешь, Малфой? — Хочу знать, точно ли ты на нашей стороне? — он не видел смысла дальше скрывать свои подозрения. В конце концов, они должны быть уверены, что Снейп не предаст их ради мамочки Поттера. — В нашем мире Лили Поттер мертва. Он посмотрел на Драко холодно, так, словно в комнату заплыл дементор и вырвал из него последнее счастливое воспоминание. Медленно подойдя ближе, Снейп вгляделся в серые глаза юноши, пытаясь найти в них ответы на невысказанные вопросы, и тихо процедил: — Я прекрасно знаю, что должен делать. — Да, но вдруг ты саботируешь наш план подсознательно. Сам того не понимая. — Довольно. Пошёл вон, — яростно произнёс он, не повышая голоса. — И будьте осторожнее. Владелец цирка подал прошение в Министерство — требует расследования исчезновения своих актёров. Очевидно, он увидел и это в воспоминаниях Драко, но сил разбираться с этим сейчас не было. На выходе Малфой обернулся. Снейп стоял спиной, уткнувшись в окно, и казалось, ничто на свете не могло по-настоящему поколебать его. Словно он был не просто изо льда — из стали. — Я подумаю, как достать кровь Тёмного Лорда. А ты выясни, что случилось с Лили, — бросил он Драко напоследок. Дверь захлопнулась у него за спиной. Пребывая во власти противоречий, он мгновенно достал монетку и вызвал Грейнджер. Драко должен был выяснить, сделала ли она что-то за его спиной — или нет. Нервное напряжение стягивало грудную клетку тугим обручем, пока он надеялся, что их странная связь и вспыхнувшие чувства не заслоняют главное — дело, в которое они вляпались по уши. Секунды тянулись мучительно долго. Мысли метались между недоверием и слабой, упрямой надеждой: Гермиона не позволит себе отвлечься на очередное спасение кого-то жалкого и несчастного. Она останется с ним. На их стороне. Когда десять минут спустя она так и не появилась, Драко уже было решил, что она вообще не придёт. Устало наблюдая за мельтешащими силуэтами учеников за окном и попутно кидая оглушающие чары на дверь, он в который раз прикоснулся к зачарованному кнату. Наконец, Гермиона ворвалась в туалет Плаксы Миртл, словно ураган. Недоверчиво взглянув на него, она подошла ближе и скрестила руки на груди. Девушка выглядела очаровательно: слегка растрёпанные от быстрого движения волосы обрамляли её лицо, раскрасневшееся от волнения. В её глазах горел огонь, придавая ей ещё больше обаяния и решимости. — Я только что нашла свою монетку. Не знаю зачем убрала её в тумбу, — оправдалась она, явно не горевшая желанием разговаривать. — Что случилось, Малфой? — Я рассказал Снейпу, что мы знаем про миссис Поттер, в надежде, что крёстный поможет нам добыть кровь Волдеморта. — Ты шантажировал профессора Снейпа?! — шокировано спросила Гермиона. — Не то чтобы успешно, — нехотя признался Малфой. Он боялся задать следующий вопрос, не зная, готов ли услышать ответ. — Лили пропала. Тебе ничего не известно? — Что?! Куда она могла пропасть? — голос её был искренним, и Драко казалось, что она не лжёт. Но нужно было убедиться. Малфой аккуратно попытался заглянуть в её голову, насколько деликатно был способен. Осторожно просмотрев последние воспоминания, он заметил странную рябь в ту ночь, когда состоялся их поцелуй. Не заостряя на этом внимания, Драко продолжил поиски воспоминаний о их вылазке в дом Снейпа, но был вытолкнут самым наглым образом. — Я тебе сказала, — голос Грейнджер звучал с опасным шипением. Она подлетела ближе, обнажая палочку. — Не смей лезть в мою голову! Он хорошо натаскал Гермиону в окклюменции — теперь ей был не нужен Обтуран. Мотивированная девушка. Почувствовав кончик своей бывшей палочки на шее, Драко уловил иронию повторяющейся ситуации. Наверно, уже не сосчитать, сколько раз они оказывались в такой позе. Что-то в этой воинственной Гермионе его трогало. Он осторожно отмахнул древко рукой, и ведьма почти не сопротивлялась. Драко сделал шаг навстречу, а она — назад. Но он не сдавался, чувствуя напряжение между ними всем телом, словно оно было ощутимым узлом, который хотелось развязать. Он сделал ещё один шаг и положил руку на её талию, притягивая к себе. Их дыхания смешались, и, не в силах больше сопротивляться, Гермиона подняла взгляд к его глазам. В этот миг все сомнения и страхи растворились, уступая место страстному желанию. Драко так ждал этого чувства — мимолётного мгновения, когда можно забыть обо всех проблемах. Они слились в бурном, отчаянном поцелуе, но едва он почувствовал вкус её нежных губ, как она отстранилась. — Прекрати, Малфой, — слегка покраснела она. Драко не понимал, в чём дело, и неловко переминался с ноги на ногу. — Я не девочка для веселья. Ах вот оно. Гермионе не понравилась та формулировка, которую он выбрал в библиотеке. Но как можно придавать такое серьёзное значение одной фразе? Он уже хотел попытаться объясниться, но девушка вскинула ладонь. — У нас проблемы посерьёзнее. Значит, Снейп подозревает нас? — Я так не думаю, — ответил Драко, — он прочитал мои мысли и не увидел в них ничего подозрительного, — а затем с лёгкой усмешкой добавил: — Кроме того, что мы ворвались в его дом, конечно же. — Возможно, это был Орден? — размышляла вслух Гермиона. — Грейнджер, это нас не касается, — его голос стал стальным. Драко должен был убедиться, что она не собирается повторять ту выходку с цирком. — Ты можешь пообещать не соваться в это? — Я и не собиралась, — оскорблённо ответила она. — Хорошо, надеюсь, мы друг друга поняли.

***

После встречи со Снейпом прошёл целый месяц — четыре совершенно бесполезные недели, наполненные пустыми занятиями и вынужденным бездействием. Избранный старательно избегал Драко, и тот был этому благодарен, хотя причины такого поведения всё же тревожили юношу. Грейнджер подражала своему лучшему другу и тоже избегала внимания Малфоя, чем порядком раздражала его. Она без конца торчала в библиотеке или проводила время с Тео, чья книга, к удивлению Драко, оказалась не менее бесполезной. Надеясь, что чувства к девушке остынут, Драко с сожалением обнаружил полную противоположность. Он настолько остро нуждался в обществе Гермионы, что стал теребить свой кнат по любому поводу и без, за что заслужил словесную порку от ведьмы и категорический запрет использовать монетку во всех случаях, кроме экстренных. Прохладную осень сменила её суровая сестра — зима. Лёгкие осенние дожди уступили место колючему снегу, а пронизывающий ветер приносил с собой ледяное дыхание зимы, укрывая всё вокруг белоснежным покрывалом. Замок постепенно преображался, готовясь к Рождеству. Драко с ностальгией вспоминал некогда любимый праздник, который по традиции всегда проводил в кругу семьи. Нарцисса предпочитала отмечать Рождество лишь с мужем и сыном, поэтому никаких пышных торжеств не устраивалось в течение всей недели каникул Драко. Ароматное печенье, испечённое домовым эльфом, шикарный ужин, накрытый только для них троих, и не одна дюжина подарков — далеко не все из них Малфой открывал. И лишь в последний день каникул, в канун Нового года, мать устраивала роскошный приём в Малфой-мэноре, размах которого мог бы поразить даже королеву магловской Великобритании. Вместе с друзьями Драко тайком выпивал стаканчик огневиски или эльфийского вина, а затем они отправлялись в замок на Хогвартс-экспрессе. Нагревшийся кнат вырвал Драко из до боли приятных воспоминаний. Что могло случиться? Гермиона не звала его таким образом уже недели две. Слегка взволновавшись, юноша поплёлся на третий этаж. Ведьма уже ждала его. Нервно теребя пуговку на своей блузке, она невидящим взглядом смотрела в окно, пока не услышала, как Малфой запер за собой дверь и наложил привычные чары. Он подошёл чуть ближе, в надежде уловить дурманящий запах цветов, от которых был зависим, как некоторые волшебники — от огденского. — Что случилось, Грейнджер? — Драко старался придать своему тону нотку привычной надменности, но выходило жалко. Он сам слышал, как его голос нервно подрагивал, словно он первокурсник, впервые стоявший рядом с девочкой. Эти эмоции серьёзно пугали парня. Ему нравилось общество девушек, но в большинстве случаев ему не нужно было завоёвывать их внимание. Он не назвал бы себя дамским угодником, скорее — не видел смысла напрягаться. Драко прекрасно знал, что родители выберут ему подходящую чистокровную волшебницу, которая будет продолжать вместе с ним его великий род. Стоя сейчас перед девушкой, которую никогда не одобрили бы его родители, и остро нуждаясь в её внимании, Драко чувствовал себя странно и противоречиво. Он не понимал, чего именно Гермиона хотела от него услышать и как растопить тот лёд, который он сам воздвиг между ними одной нелепой фразой. Хотел ли он чего-то серьёзного? В глубине души он просто желал отвлечься и забыться — разве не этого хотела она? — Я думаю, нам стоит попытаться заполучить Мортиферум, — тихо сказала Гермиона и посмотрела на него с надеждой. Её взгляд словно ждал согласия. Она хочет, чтобы он согласился? — Клинок, способный уничтожить крестражи? И как ты планируешь его украсть? — в голосе Драко звучал скепсис. — Не украсть, а купить, — мгновенно поправила она. — Его выставят на аукцион. — Ты спятила? — Драко не мог поверить своим ушам. — Ты правда думаешь, что я смогу потратить золото Малфоев, Пожирателей Смерти и приближённых к Тёмному Лорду людей, чтобы выкупить кинжал, способный уничтожить Волдеморта? — Никто ведь не отслеживает твои счета, Малфой, — слегка неуверенно протянула Гермиона. — Мы можем забрать золото из твоего хранилища, использовать оборотное зелье и представиться выдуманными именами. — Это довольно опасная авантюра, Грейнджер. Почему бы нам просто не забрать этот чёртов кинжал, когда вернёмся? Из нашего музея? — Потому что нет никакой гарантии, что Волдеморт не уничтожил его там. Спокойнее и безопаснее добыть Мортиферум, пока мы ещё находимся в этом мире. — Ты не находила странным тот факт, что он не уничтожил его здесь? — Честно? Нет. Его невероятно раздутого эго и чувства собственной важности хватает, чтобы не придавать значения такому артефакту. Мне кажется, Волдеморт даже не допускает мысли, что кто-то здесь мог бы найти его крестражи и пойти против него. — Есть причина, по которой ты так резко захотела купить древний магический артефакт? — Драко смотрел на неё с настороженностью, пытаясь прочесть её мысли. — Да, вообще-то, — её глаза загорелись так же ярко, как всегда, когда она находила что-то, чем хотелось поделиться. — Кинжал не просто уничтожает крестражи, он ведёт к ним.