Глава 33. Вы что вместе?

Драко нервничал, но изо всех сил старался не подавать вида. Присутствие Поттера за спиной ощущалось почти физически, и это раздражало. Он дёрнул плечами, желая стряхнуть с себя невидимый взгляд шрамоносца. Малфой шёл уверенной походкой, подбородок поднят чуть выше обычного, губы скривлены в привычной презрительной усмешке. Так, словно всё вокруг — не более чем досадная пыль под его ботинками. Не сбавляя шага, он смело пересёк просторный вестибюль и шагнул в исполинские двери Министерства магии. Большинство работников едва обратили на него внимание. Несколько человек лишь мельком взглянули, но тут же отвели глаза, предпочтя не задерживаться на фигуре "Люциуса" дольше необходимого. Драко уверенно направился вглубь здания, миновал длинную вереницу каминов и остановился перед нелепой, но зловещей статуей в самом сердце атриума. Маглы с искажёнными гримасой ужаса лицами были придавлены тяжёлой каменной плитой, на которой возвышался самодовольный волшебник. Послание нового Министерства, находящегося под давлением Волдеморта, было предельно ясным и мерзко очевидным. Не задерживаясь, Малфой и Поттер юркнули в лифт. К счастью, они оказались в нём одни, и хотя бы несколько минут могли не опасаться посторонних глаз. Драко краем взгляда отметил пустое пространство рядом — мантия Поттера работала безупречно, ничуть не уступая аврорским. — Действуем по плану, Поттер, — Драко понизил голос на несколько октав, будто в пустом лифте и правда мог притаиться шпион, — не вмешивайся без необходимости. — Я как-нибудь разберусь, Малфой, — отрезал невидимый Гарри. Двери распахнулись, и в кабину вошли несколько ведьм и волшебников. Они сдержанно кивнули "Люциусу" не задерживая взгляда, и тут же уткнулись в свои мысли. Всё шло удивительно гладко. Как раз в тот момент, когда Драко успел подумать, что день складывается слишком уж спокойно, двери лифта открылись вновь. На пороге стоял Корбан Яксли. Его седые волосы были стянуты в тугой хвост, а тёмно-коричневый фрак сидел без единой складки. При виде Драко его лицо на миг вытянулось от удивления, но уже в следующую секунду расплылось в омерзительной, угодливой улыбке. — Люциус, — пропел он тягучим, заискивающим тоном, — не ожидал тебя здесь сегодня. Какими судьбами? — Не твоё дело, Яксли, — ответил Драко, стараясь опустить голос как можно ниже, — у меня важное поручение. Он знал, что Корбан далеко не в верхушке Пожирателей Смерти, а потому церемониться с ним было бы не в стиле Люциуса. — Странно, — протянул Яксли, проводя ладонью по подбородку и оглядывая пустой лифт. Ведьмы и волшебники, вошедшие ранее, уже вышли, оставив их наедине. — Я почти уверен, что ты должен быть сейчас в темнице, где тебя держит Тёмный Лорд. Едва слова слетели с его губ, Драко выхватил палочку и направил её прямо в грудь собеседника. Яксли дёрнулся к своей кобуре, но тут в него врезался яркий луч — Экспеллиармус! — произнесённый Поттером. Палочка вылетела из руки Корбана и глухо ударилась о металлическую стену. Драко шикнул и резко обернулся к пустому месту, где под мантией скрывался Поттер. — Я сказал — не вмешиваться без необходимости, Салазар тебя подери! — прошипел он, едва сдерживая раздражение. — Я думал, это и есть необходимость, — так же тихо огрызнулся Гарри. — Кто здесь? С кем ты разговариваешь? — Яксли сорвался на визг, бросаясь на Драко с кулаками. Малфой едва заметно двинул запястьем, вгоняя палочку в горло противнику. — Ещё раз повторяю, — процедил он сквозь зубы, — не твоё дело, Яксли. Обливиэйт. Империо. Заставив Корбана забыть обо всем, что здесь случилось и отправиться на нижние этаже Министерства, Драко с Гарри решили как можно быстрее добраться до кабинета Амбридж. — Пошли, — бросил Драко, не дожидаясь ответа. Они ускорили шаг, стараясь не смотреть по сторонам. Каждый поворот казался ловушкой, каждая тень — врагом. Перспектива столкнуться ещё с одним Пожирателем Смерти была неприятно реальна. Драко уже тянулся к ручке нужной двери, когда за спиной услышал тихое, но очень выразительное: — Чёрт. — Что ещё? — выдохнул он, чувствуя, как раздражение вновь поднимается к горлу. — Это Глаз Грозного Глаза, — Поттер почти скрежетал зубами. — Можешь забрать себе. Только веди себя тише! — Малфой резко толкнул дверь. Драко трижды, коротко и настойчиво, стукнул в дверь. — Войдите, — раздалось в ответ мерзким, высоким голосом. Он распахнул дверь и увидел Амбридж за столом. Та, не поднимая глаз, взмахнула палочкой над стопкой папок, аккуратно раскладывая их на три ряда. Не дав ей даже вдохнуть для приветствия, Малфой выстрелил: — Петрификус тоталус! Ведьма дёрнулась, но тут же застыла, глядя на него неподвижными бусинами глаз. Поттер, захлопнув за собой дверь, бросил на неё запирающее заклятие, сорвал с себя мантию и в два шага оказался рядом с Амбридж. Его пальцы рванули цепочку на её шее — медальон с глухим звоном ударился о ладонь, и Гарри сжал его так, словно мог раздавить силой злости. Драко же задержался у стола. Взгляд скользнул по аккуратным стопкам папок: "Грязнокровки". "Полукровки". "Чистокровные". Первым в списке "Грязнокровок" — досье Гермионы. Фотография, холодные строки о внешности, унизительная пометка о происхождении. Палочка в его руке дрогнула — и тут же вырвалось резкое: — Инсендио! Пламя охватило бумагу, пожирая буквы и фото до серого пепла. Не глядя на Амбридж, он поднял палочку и осторожно коснулся её виска, вытягивая тонкую серебристую нить воспоминаний. — Готово, — бросил Поттер, накинув медальон себе на шею и вновь скрывшись под мантией. Они обменялись короткими взглядами. Дело было сделано. Время уходить. Покинув кабинет Долорес, Малфой быстрым шагом направился к лифтам. Миновав несколько этажей и выбравшись наружу, они уже через минуту оказались в магловской части города. Серое небо нависало низко, улицы шумели. — Экспекто Патронум, — тихо, но решительно произнёс Поттер, и перед ними возник полупрозрачный олень. — Скажи Гермионе, что мы всё сделали и ждем их… В тот же миг монетка в кармане Малфоя обожгла кожу. — Стой! — он резко схватил Гарри за руку. — Что-то случилось. Гермиона подала сигнал. Не тратя времени на разговоры, оба сорвались с места, лавируя между прохожими, нырнули в первый переулок и уже бежали в сторону кофейни. Чем ближе, тем отчётливее доносились глухие хлопки заклинаний и крики. Выбив дверь ударом ноги, они ворвались внутрь — и хаос врезался в них всем весом. В центре зала Рон, уже без маски оборотного зелья, отражал заклятие за заклятием, а Гермиона, прижавшись спиной к стене, закрывала собой какого-то магла, тот дрожал и не мог подняться. Запах гари и кофе смешивался с резким привкусом озона от магии. Драко, не колеблясь, рванулся к Гермионе, выставив палочку, а краем глаза заметил, как Поттер нырнул к Рону. Оба выглядели паршиво: под глазами тёмные круги, на лице и руках свежие порезы и синяки, одежда в клочьях. Видно было — бой шёл уже давно. Перед ним замер Пожиратель Смерти, маска чуть наклонилась, будто тот пытался разглядеть лицо Драко сквозь узкие прорези. — Люциус? — голос Пожирателя дрогнул, но лишь на миг. В следующий момент он уже метнул в блондина режущее заклинание. Драко отскочил, прихватывая за руку Грейнджер и увлекая её за собой. Магл, бледный как полотно, юркнул под ближайший стол и зажал уши. — Предатель! — рявкнул пёс. — Как ты мог?! Очевидно, этот Пожиратель был не из ближнего круга — он не знал, что Люциус гниёт в темнице. Мысль о том, что это именно он, Драко, виноват в пленении отца и что сожаления он при этом не испытывает, он оставил "на потом". Сейчас ему хотелось одного — чтобы этот жалкий ублюдок знал, с кем говорит. Он медленно провёл палочкой по лицу, снимая чары. Иллюзия спала, и Пожиратель, встретившись с настоящим взглядом серых глаз, заметно побледнел. — Немного ошибся, — холодно произнёс Драко, наслаждаясь мгновенной заминкой врага, и швырнул в него парализующее заклинание. — Я не мой отец. Пока Малфой и Грейнджер обезвреживали одного ПСа, Гарри и Рон уже повалили второго. Оба последователя Волдеморта теперь распластались на дешёвом магловском полу, утыканном осколками посуды. Драко подскочил к Гермионе, быстро оглядывая её на предмет ран. К счастью, только несколько неглубоких царапин. Он притянул её к себе, крепко обнял и коснулся губами макушки. Но ответа не было. — Гермиона?.. — нахмурился он. Она словно не слышала. Её взгляд, полный холодного ужаса, был прикован не к нему, а к двум парням, которые таращились на неё с отвратительным презрением. — Гермиона, какого чёрта? — взревел Рон, не скрывая испуга и раздражения. — Мальчики, — девушка осторожно выпуталась из объятий Драко и выставила перед собой руки, — я потом всё объясню. Сейчас же нам надо избавиться от этих двоих, — она кивнула на без сознания лежащих Пожирателей, — и убираться отсюда. — Вы достали медальон? — Да, — отошедший от шока Гарри подошёл ближе, переступая через тело одного из Пожирателей. Он достал цепочку из-под воротника рубашки и продемонстрировал её Гермионе. — Всё прошло почти без происшествий. — Отлично, — Гермиона чуть расслабила плечи, облегчённо выдохнув. — Тогда давайте почистим им память и аппарируем домой.

***

Все четверо стояли над медальоном и не могли поверить своим глазам. Крестраж был у них — они смогли. Осталось совсем немного. — Что нам с ним делать? — протянул Рон, откусывая кусок пирога, слабо заботясь о приличиях и придерживая увесистое блюдце. — Раз нам нельзя его уничтожить сейчас? — Сохраним пока, — ответил Гарри. — Возможно, стоит заколдовать какую-то сумку или сундук, чтобы бросить туда все найденные крестражи. — Гарри, есть какие-нибудь идеи? — Гермиона потуже закуталась в вязаный серый плед. Девушка выглядела выжатой, хоть и старалась не подавать виду. Драко заметил, как медленно она растягивала слова — усталость была ощутимой. — Предлагаю обсудить всё завтра, — перебил Малфой, положив руку на талию Гермионы. От этого она вздрогнула. Салазар, это смешно. Она не боялась противостоять Пожирателям Смерти, а вот к малейшему проявлению заботы на глазах у "охранников" у неё начинают трястись коленки. Пора с этим что-то делать. — День и так был перенасыщен, лучше поговорить на свежую голову. — Ещё кое-что, — остановил уже разворачивающегося Драко Поттер. — Вы что, вместе? — Поразительная наблюдательность, Поттер, — процедил Малфой. Он был готов к нападкам, но устал слишком сильно. — Я понял, — бросил Гарри и вышел из комнаты. Рон некоторое время смотрел на них, потом тяжело вздохнул, отложил пирог и поспешно удалился. — Обязательно было так? — Гермиона надулась и молчала почти всю дорогу до спальни. — Я бы рассказала им сама, просто ждала подходящего момента. — Вот, — самодовольно улыбнулся Малфой, — я и создал этот самый момент. — Это не смешно, — её злость была скорее театральной, чем настоящей. Драко притянул её к себе, жадно поцеловал и буквально завалил в спальню. — Спокойной ночи, Грейнджер, — не дав ей и секунды на размышления, он захлопнул дверь перед её очаровательным носиком и развернулся на пятках. Дверь в хозяйскую спальню находилась выше по лестнице, и Драко был уверен — мать на месте. Он бы поставил всё свое добро на то, что Нарцисса не покидала стен комнаты и решил, что надо будет потом уточнить у Кикимера, приносил ли тот ей еду. Тактично постучав, он вошёл и сразу же начал искать мать глазами. Обнаружив её, сидевшую на стуле перед туалетным столиком, Драко не смог удержать лёгкой улыбки. Что бы ни творилось в мире, Нарцисса Малфой оставалась безупречной. Женщина аккуратно поправляла закрученные прядки и с заботой укладывала их в высокую прическу для сна — ту, что, казалось, видела только она сама. — Всё в порядке, сынок? — её голос был чуть хрипловат, первая ночь вдали от дома и мужа далась нелегко. Драко не хотел осуждать её и тем более не спешил добавлять тревог, рассказывая о заключении Люциуса. — Даже лучше, чем в порядке, мама, — прошептал он с лёгкой таинственной улыбкой, — сегодня мы сделали ещё один шаг к концу этого кошмара. — Я очень рада за тебя, дорогой, — ответила она вежливо, но без особого огня в голосе. Несколько минут она накладывала какие-то чары на лицо, чтобы снять макияж, а потом тяжело вздохнула, бросила палочку на стол и повернулась к Драко. — Ты не думал, что будет с нами после победы мальчика? — О чём ты? — спросил он осторожно. — О нашей семье, — шёпотом произнесла она. — Я почти уверена, что тебя не тронут и не посадят в Азкабан. Но что будет со мной? Или с Люциусом? — Я позабочусь об этом, — уверенно сказал Драко, хотя сам ещё не представлял, как именно. Он ещё не видел всех членов Ордена и не знал, как те отреагируют на него и на мать. Но он крепко верил, что найденный крестраж и его непосредственный вклад в борьбу, а также поддержка мальчика-который-выжил, помогут им добиться неприкосновенности и защиты. — Как скажешь, милый, — голос Нарциссы звучал грустно и с оттенком неверия. Женщина отвернулась к своей кровати. — Ты не мог бы меня оставить? Я хочу подготовиться ко сну. Драко лишь кивнул и направился прочь. Но не в свою спальню — он без стука вошёл в комнату Гермионы и, не церемонясь, лёг на её кровать, раскинув руки в стороны. Девушки нигде не было видно — из ванной комнаты доносились звуки льющейся воды. Он осмотрел заброшенную, но аккуратную комнату и лениво начал стягивать с себя одежду. Намерение было простым — дождаться Гермиону и предаваться плотским утехам всю ночь. Как истинный джентльмен, он наложил на дверь заглушающие и запирающие чары, а затем быстрыми движениями очистил себя от следов усталости и напряжения. Заняв изящную позу, едва прикрывшись одеялом, он услышал тихий звук двери ванной, и Гермиона медленно появилась в комнате, протирая полотенцем непослушные пряди волос. Несмотря на интенсивное замачивание, локоны уже завивались в мягкие кудри — картина, которая неизменно покоряла Малфоя. — Что ты творишь? — спросила она, не торопясь. — Чего ты здесь забыл? И почему без одежды? — Подумал, что ты не будешь против, если я скрашу наш сегодняшний вечер, — лукаво ответил он, скользнув взглядом по оголённым участкам кожи, проглядывающим из-под хлопкового халатика. Гермиона медленно приблизилась, схватила его за руку и попыталась вырвать его с кровати, но Драко уверенно притянул её к себе. Девушка плюхнулась ему на грудь, яростно вырываясь, бормоча ругательства и ударяя маленькими кулачками. Но он не отступал — губами нежно впился в её шею, и сопротивление постепенно сменялось мягким стоном, обволакивающим комнату теплом и взаимностью. Почувствовав прилив крови к паху, Драко резко перевернул её и оказался сверху, а затем прошёлся языком по ключице. Девушка податливо откликнулась на его прикосновения и протянула руку к его затылку, двигая ближе к своей коже. Он слегка покусывал, а затем нежно облизывал её плечи, попутно стягивая дурацкий халат. Когда девушка осталась совершенно нагой, блондин слегка отстранился, чтобы полюбоваться открывшимся ему зрелищем. Раскрасневшаяся Гермиона смотрела на него большими карими глазами, которые не скрывали желания, несмотря на румянец на щеках. Он облизнул губы и придвинулся ниже, поцеловав её грудь. Рука спустилась вдоль девичьего бедра и прикоснулась к влажным складкам, осторожно раздвигая. Гермиона громко простонала, когда Драко вошел в неё двумя пальцами, одновременно лаская клитор. Он знал, как ей нравится. Он жадно впивался в её нежную грудь, пока Гермиона задавала темп и буквально насаживалась на его пальцы. Понимая, что он долго не выдержит, Малфой резко отстранился и перевернул девушку на живот, приподнимая её бедра. Он поцеловал её между лопаток и резко вошел, выбив из неё весь воздух. Гермиона затряслась и принялась повторять его движения, чтобы они двигались в унисон. В момент приближения её разрядки, Гермиона повернулась к нему и взглянула полуприкрытыми глазами, и Драко готов был поклясться, что эта картина отпечатается у него на обратной стороне век. Он будет вспоминать и прокручивать эту сцену в голове до конца жизни. Воспоминание о выражении её лица перед оргазмом могло бы вызвать патронуса, он был уверен. — Драко, пожалуйста. Драко почувствовал как её мышцы сжимаются вокруг его члена и ускорил ритм, девушка вернула голову в исходное положение и принялась истошно стонать, после чего расслабленно опустила берда. Драко навалился сверху и продолжил, догнав её через пару фрикций. Оба обессиленно легли в кровать, наложили чары очищения и уснули крепким сном.

***

На следующее утро Драко проснулся от резких криков. Он мгновенно сел на кровати и быстро осмотрелся. Гермиона, которая до этого мирно сопела у него на груди, недовольно нахмурилась. Её растрёпанные волосы придавали ей особый шарм, а оголённая кожа напоминала о жаркой ночи. Но, как и его, её внимание привлёк звук снизу, поэтому она быстро собралась и направилась к выходу из спальни. Драко последовал за ней. Внизу уже собрались несколько членов Ордена. Он увидел Люпина, профессора Макгонагалл и Кингсли Бруствера. Все трое устремили свои взгляды на Драко, стоящего в дверном проёме столовой. Под их пристальным вниманием ему стало не по себе, но тёплая ладонь Гермионы, сжимающая его руку, придала сил. — Всё будет хорошо, — прошептала она, легко проводя большим пальцем по его руке. — Мистер Малфой, — позвала профессор Макгонагалл, — не могли бы вы присоединиться к нам позже? Драко неуверенно кивнул, и дверь за ним захлопнулась. Он успел заметить, как в углу комнаты стояли Поттер и Уизел. С тяжёлым вздохом он направился в гостиную и начал нервно рыться в шкафах. — Что ты ищешь? — спокойно спросила Гермиона, и её голос придал ему немного уверенности. — В этом чёртовом доме должен быть огневиски! — буркнул Драко, открывая шкафчик за шкафчиком, но каждый раз натыкаясь лишь на слои пыли. — Ага! Наконец, он нашёл желанную бутылку. Осторожно протёр её от пыли и улыбнулся. Огденский. Осмотревшись в поисках подходящего стакана, он обнаружил только чайные чашки и стащил одну с журнального столика. Наполнив чашку доверху, он жадно осушил её в два глотка — и тут же поймал осуждающий взгляд Гермионы. — Что? Я должен расслабиться, — фыркнул Драко. — Нашёл время, Малфой, — огрызнулась Гермиона. — А вчера я был Драко, — елейно протянул он, — до сих пор слышу твоё мурлыканье в ушах. — Соберись! — строго сказала она. В комнату вошёл Поттер и позвал Драко с собой. Гермиона поднялась вслед за ними. Втроём они быстро пересекли гостиную и коридор, оказавшись в столовой. Драко старался сохранить спокойное выражение лица, даже увидев среди присутствующих свою мать. Но Нарцисса сидела с ровной спиной и взглядом, словно именно она здесь хозяйка. Драко сел на ближайший стул и не отказался от предложенного Минервой стакана воды. Отхлебнув немного, он провёл языком по внутренней стороне щёк, пытаясь снять нарастающее внутри напряжение. — Итак, мистер Малфой, — начал Кингсли, — вы решили присоединиться к Ордену Феникса в борьбе против Того-Кого-Нельзя-Называть? — Именно так. Я готов всячески помогать Ордену и Поттеру в частности, и уже доказал это, — твёрдо ответил Драко. — Верно, — поддержал Бруствер. — Мистер Поттер уже проинформировал нас, хоть и не вдавался в подробности. Вы клянетесь, что это не уловка? Что не замышляете ничего, что могло бы скомпрометировать Орден? — Клянусь, — ответил Малфой уверенно. — Вы клянетесь, что всё, что нам рассказал мистер Поттер о вашем перемещении во времени вместе с мисс Грейнджер — правда? — Клянусь. — Отлично, — сухо прокомментировал Кингсли и обратился к остальным. — В таком случае я предлагаю обеспечить защиту Нарциссе и Драко Малфою. — Не так быстро, Кингсли, — вмешался Люпин с явным раздражением. — Я верю тебе, Гермиона. И надеюсь, что Драко говорит правду. Но я хотел бы убедиться, что ничто — я подчеркиваю, ничто — не сможет заставить его предать нас. — Я так понимаю, ты намекаешь на Люциуса, — вставил Гарри. Нарцисса побледнела, её плечи задрожали. Драко взглянул на неё и прошептал губами: "Всё хорошо". — Именно, — подтвердил Люпин. — Волдеморт может манипулировать Драко или миссис Малфой, чтобы выманить их. — Позвольте, профессор, — спокойно сказал Драко, — но я клянусь, что не предам ни Орден, ни Поттера, даже если моему отцу будет угрожать смерть. Все присутствующие были ошарашены. Драко не смутился, он говорил правду, хотя и не ожидал, что откроется так прямо. — Я помог бы ему, если бы мог, — продолжил он с трудом, — но только если это не поставит под угрозу наши цели. — Мальчик не может врать, Люпин, — мягко сказала профессор Макгонагалл. Сыворотка правды в воде — конечно же. Драко должен был почувствовать этот едва уловимый привкус. За всё это время он порядком устал от этого зелья и, видит Салазар, не хотел больше его пить. — Хорошо, — Кингсли обошёл стол и встал во главе, оперев пальцы о деревянную поверхность, — в таком случае Орден готов предоставить вам защиту. Если всё, что вы говорите, окажется правдой, я готов рассмотреть возможность помилования вас и миссис Малфой в будущем. — А как же Люциус? — тихо, но твёрдо спросила мать. Нарцисса теребила рукав мантии и с надеждой смотрела в глаза Бруствера. — Боюсь, на него это не распространяется, Нарцисса. Он действующий Пожиратель Смерти, и на его счету слишком много преступлений. — Но как же! Он мой муж, Драко, — мать обратилась к сыну, её ярко-голубые глаза полны мольбы. — Мама, я что-нибудь придумаю, — Драко подошёл к ней и нежно обнял за плечи. Все присутствующие смутились — эта сцена казалась слишком интимной для чужих глаз. Щёлкнув пальцами, Гарри призвал Кикимера, и тот подхватил Нарциссу за руку, чтобы перенести её в другое место. Драко посмотрел на брюнета и едва заметно кивнул в знак благодарности. — Прошу прощения за это, — сказал Малфой, осматривая всех присутствующих, — ей пока тяжело. Атмосфера в комнате стала напряжённой. Люди переглядывались, но хотя бы перестали смотреть на Драко враждебно. Кингсли устало выдохнул и сел во главе стола. — Итак, — обратил он внимание всех, — у нас есть дальнейший план. Орден старается отбивать атаки Пожирателей Смерти, но наши силы и численность недостаточны. Гарри, — Бруствер сурово посмотрел на Поттера, словно ожидая от него решения, — есть ли что-то, чем мы можем тебе помочь? — Благодарю, Кингсли, — Гарри замялся, нервно поправляя очки и запуская руку в растрёпанные волосы. — Если что-то в моём плане пойдёт не так, я обязательно сообщу и попрошу помощи. Все присутствующие уныло улыбнулись. Гарри скрывал от них что-то важное — и каждый в этой комнате жаждал узнать, что именно. Поттер поступал мудро: нельзя раскрывать крестражи даже своим союзникам. Если один из них попадётся Волдеморту — им всем конец. Тот прочитает мысли несчастного и перепрячет крестражи, а может, даже создаст новые, если ещё способен на это. Малфой посмотрел на Гарри с неожиданным интересом. Тот нёс на своих плечах тяжёлую тайну — такую ношу, которую никто не должен был нести в столь юном возрасте. Вопреки всему своему слизеринскому естеству, Драко испытал что-то похожее на уважение к старому врагу. Спустя ещё полчаса после окончания собрания люди начали потихоньку расходиться. Драко удалился в свою спальню, намереваясь провести остаток дня в раздумьях, пока остальные гадали, где может быть следующий крестраж. Никто его не тревожил, тактично решив, что блондин просто переживает за отца и мать. Это, конечно, тревожило его сердце, но думал он сейчас о другом. Все мысли были заняты предстоящей победой и окончанием кошмара. Драко буквально жил этой мыслью — уже ощущал свободу для себя и матери, как будто она лежала на кончике языка. С приближением ночи он тихо пробрался в комнату спящей Гермионы и осторожно лёг рядом, обняв её сзади. Ведьма почувствовала его присутствие и прижалась ближе. Но посреди ночи их разбудил крик — это был Поттер. Без слов они вскочили с постелей, накинули халаты и побежали к его комнате. Гарри нервно расхаживал вдоль стены, закусив палец, весь промокший, словно сошедший с ума. — Гарри, что случилось? — Гермиона быстро подбежала и накрыла его пледом с прикроватного кресла. — Я видел его, — выдавил Поттер. — Ты ему позволил? — Я не всегда могу это контролировать, — Гарри не хотел оправдываться, но было видно, что он не может успокоиться. — Я видел последний крестраж. Он в банке Гринготтс.