Глаза 32. Крестраж.

Гермиона смотрела на Драко заплаканными глазами. Казалось, она уже выплакала всё, что могла, но слёзы каким-то образом продолжали находить выход. Малфой то открывал рот, то закрывал, точно рыба, выброшенная на берег. — Может, расскажешь всё с самого начала? — наконец сказал он. Ведьма быстро пересказала события последних нескольких часов. Оказаться на площади Гриммо было странно и непривычно. Гермиона с трудом осознавала, что у них действительно всё получилось. Она так рвалась домой, к своим мальчикам… И вот теперь, стоя у их порога, робела перед простым стуком в дверь. Она знала — её засыплют вопросами, а сил отвечать на них не осталось. Интересно, как там Малфой? Помедлив ещё пару секунд, она всё же подняла руку и осторожно постучала. Маглы, проходившие мимо, не обращали на неё никакого внимания — занятые своими простыми, будничными делами. Гермиона на секунду захотела поменяться с кем-нибудь из них местами. Жаркое солнце нагрело чёрную дверь за считаные секунды, и костяшки пальцев обожгло. Девушка недовольно отдёрнула руку и принялась ждать. Спустя мгновение за дверью послышалось копошение, потом она распахнулась — и Гермиона увидела Гарри. Её Гарри. Названного брата. Не справившись с чувствами, она кинулась в его объятия и вдохнула родной запах полной грудью. Гарри замер от неожиданности, но тут же крепко прижал её к себе. — Гарри, это Снейп? — послышался голос Рона из-за спины. Он удивлённо взглянул на Гермиону, а потом стремительно подскочил и заключил их обоих — её и Гарри — в крепкие объятия. Так они и стояли в коридоре, обнявшись и плача. — Гермиона! Поверить не могу, — говорил Рон, едва сдерживая слёзы. — Как ты сбежала? Мы уже придумали целую операцию по твоему спасению! Осторожно высвободившись из цепкой хватки Рона, Гермиона кивком предложила пройти в гостиную. Разговор обещал быть долгим.

***

Спустя пару часов рассказов и пересохшее горло, Гермиона наконец облегчённо выдохнула и откинулась на мягкую спинку кресла, по пути протягивая руку к чаю, который Кикимер неустанно подливал. Она взглянула на мальчиков и с облегчением отметила, что они почти не изменились. Да и с чего бы? Для неё прошло полгода — для них всего лишь сутки с момента похищения на свадьбе Билла и Флёр. Гарри выглядел заинтересованным и спокойным. Казалось, для него было важнее, что Гермиона вернулась целой и невредимой, а со всем остальным он разберётся потом. Рон же, наоборот, метался по гостиной, нервно задавая вопросы. — Всё же не понимаю — почему вы просто не убили Волдеморта, пока он был мелкий? — Рон! — Гермиона устало вздохнула, в который раз повторяя одно и то же: сначала с Малфоем, теперь с Роном. — Нельзя так вмешиваться во время. Мы должны были вернуться в контрольную точку — до того, как Волдеморт из нашего времени отправится в прошлое, — она повернулась к Гарри, и тот утвердительно кивнул. — Чтобы убить родителей Гарри. Но мы не могли противостоять ему в лоб. Поэтому решили, что Малфой убедит Люциуса никогда не приходить к Волдеморту с маховиком времени. — И этот старый змей согласился? — хмыкнул Рон. — И вообще, прекрати говорить “мы” по отношению к Малфою, ради Мерлина. Гермиона проигнорировала его выпад и вновь уткнулась в чашку чая. — Он дал Непреложный обет, — твёрдо сказала Гермиона. — И, как видишь, всё получилось. Он сдержал слово — к Волдеморту так и не пришёл. — А что с вашими версиями из этого времени? — не унимался Рон. Он плюхнулся в соседнее кресло и потянулся к кремовым пирожным, заботливо приготовленным Кикимером. С каких пор этот старый эльф стал таким услужливым? Надо будет потом расспросить. — Думаю, они просто исчезли, — отозвался Гарри и взглянул на Гермиону. — Верно? — Да, — подтвердила она. — То же самое случилось, когда мы с тобой путешествовали во времени на третьем курсе. — Значит, говоришь, я был злым? — сник Гарри, но Гермиона поднялась и положила руку ему на плечо. — Нет, Гарри, — мягко сказала она. — Ты просто был другим. Воспитан в иных условиях. Кто знает, кем стал бы Том Реддл, если бы его взяла к себе любящая семья, а не магловский приют. Не зацикливайся, пожалуйста. — И всё же… трудно поверить, что в какой-то вселенной мы с Малфоем друзья, — Гарри рассмеялся, и у Гермионы сжалось сердце. Как же ей не хватало этого звука. Она посмотрела на двух своих лучших друзей — и впервые за долгое время ощутила то, что казалось давно потерянным. Дом. — Можешь не сомневаться, — ответила она, стараясь увести разговор подальше от Малфоя. Не из страха — просто не считала нужным посвящать их во всё сразу. Время ещё будет. Сейчас есть дела поважнее. — В любом случае, неважно. Поскольку мы разобрались с тем, где я была последние полгода, я бы хотела перейти к главному. — К чему именно? — спросил Рон, жуя пирожное. — Я узнала, как выглядят все крестражи. Более того… — девушка полезла в свою сумочку и извлекла кинжал. Покрутив его в руках, она передала его Уизли. Рон с интересом осмотрел вещицу, затем поднял на ведьму вопросительный взгляд. — Это Мортиферум. Он способен не только находить, но и уничтожать крестражи. Гарри вскочил с места и выхватил клинок из кремомазых рук Рона. В тот же миг Мортиферум вспыхнул в его ладонях слепяще-фиолетовым светом, заставив всех в комнате зажмуриться. — Что происходит? — растерянно спросил Гарри, поспешно положив кинжал на журнальный столик рядом с подносом. — Он всегда так реагирует? — Нет, — так же растерянно ответила Гермиона, поспешно убирая артефакт обратно в сумку. — Такого ещё не случалось. Гарри махнул рукой и начал беспокойно расхаживать по комнате. Гермиона погрузилась в раздумья, пока не поняла, что остался ещё один вопрос, который нельзя откладывать. — Мальчики, — обратилась она к друзьям с такой серьёзностью, будто от этого зависела её жизнь, — мне нужно, чтобы вы приютили Драко и Нарциссу Малфой.

***

— Понимаешь, Драко? — обречённо сказала она, вставая с кровати и подходя к окну, за которым медленно погружался в сумерки вечерний Лондон. — Это ещё ни о чём не говорит, — не согласился Малфой. — Надо почитать об этом подробнее. Ты взяла с собой тот фолиант, из которого вычитала про Мортиферум? — Да, — отрезала она. — Всё именно так, как там написано. Кинжал загорается рядом с объектом — так и произошло. — Но ведь в книге не говорится, что он реагирует именно на крестражи, Грейнджер, — мягко возразил Драко, подойдя к ней и успокаивающе провёл ладонью по её спине. Гермиона тяжело вздохнула и прильнула к нему. — Оставайся здесь сегодня. Завтра разберёмся во всём, — предложил он. Гермиона вздрогнула и, чуть отстранившись, быстро оглянулась — она ведь ещё не рассказала Гарри и Рону о своих отношениях с Драко. Решила, что для одного вечера откровений было более чем достаточно. — Драко, я не думаю, что сейчас подходящее время… — начала она, но, заметив, как он напрягся, вновь прижалась к нему, уткнувшись носом в его грудь. — Я обещаю, расскажу. Просто… когда будет подходящий момент. — Как скажешь, — сухо отозвался Малфой и направился обратно к кровати. — Если ты не против, я бы хотел немного вздремнуть. Гермиона вздохнула и покинула комнату, направляясь в свою спальню. Утро наступило слишком быстро. Девушка сонно потянулась, зажмурившись от первых солнечных лучей, пробивавшихся сквозь занавески. Пройдя в ванную, она привела себя в порядок и переоделась. Поправив светло-розовую блузку и затянув ремень на голубых джинсах, Гермиона собрала волосы в небрежный пучок и спустилась в столовую, где её уже ждали Драко, Гарри и Рон. — Ты не будешь здесь командовать, Малфой! — кипятился Рон, защищая точку зрения, которую Гермиона пока не успела услышать. — Мы с Гарри уже всё решили! — И я, — спокойно вставила Гермиона, наливая себе чашку кофе. — О чём спор? — Малфой предлагает собрать все крестражи в одном месте и уничтожить их разом, — пояснил Рон с выражением крайнего возмущения, будто Драко только что предложил съесть лист ядовитой тентакулы. — А я считаю, что мы должны уничтожать их по одному, чтобы Волдеморт как можно дольше оставался в неведении. Если мы вдруг сотрём в порошок ,большую часть его души одновременно, кто знает, на что он пойдёт? — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, Уизел, — процедил Малфой сквозь зубы. Несмотря на напряжённую обстановку, выглядел он безупречно. Чёрная рубашка и свободные брюки подчёркивали его подтянутую фигуру, а закатанные рукава придавали образу сдержанную небрежность. Гермиона поймала себя на том, что засмотрелась, и поспешно перевела взгляд на Гарри, который наблюдал за ней с явным интересом, игнорируя спор между двумя молодыми мужчинами. Напряжение в комнате буквально звенело в воздухе. — Если мы будем тянуть, есть риск, что Том создаст ещё парочку крестражей, как только поймёт, что мы начали их уничтожать, — продолжил Драко. Все взгляды обратились к Гарри в ожидании его решения. Он медленно закатал рукава своей синей клетчатой рубашки и тяжело выдохнул. Посмотрел сначала на Рона, потом на Гермиону — Малфоя он демонстративно проигнорировал. — Думаю, вы оба в чём-то правы, — наконец сказал он. Малфой закатил глаза. — Я согласен с Малфоем, — Гарри покачал головой, будто не верил, что произносит эти слова, — нам нужно собрать все крестражи в одном месте. Но я согласен и с Роном: мы не можем уничтожить их одновременно. Никто не знает, как Волдеморт на это отреагирует. Нам нужно выбрать подходящий момент, разделиться и уничтожить их синхронно. — Отлично, Поттер, — сказал Малфой, потянувшись к зелёному яблоку. Он подбросил его в воздух, ловко поймал и откусил. — С чего начнём? — Гермиона сказала, что вы видели эти предметы. Но кроме того… я их чувствую, — Гарри помедлил, будто решая, достоин ли Драко этой информации. Это тут же вызвало у Малфоя раздражение. — Как только мы с Роном перенеслись сюда, начали искать один из них, — он кивнул в сторону старой газеты на табуретке. Гермиона и Драко одновременно потянулись к ней, но пальцы блондина оказались быстрее. — Причём здесь Амбридж? — с отвращением спросил Драко, рассматривая колдографию их бывшей директрисы, после чего передал газету Гермионе. Та сразу же зацепилась взглядом за деталь, выбивавшуюся из её приторно-розового образа. — Медальон! — воскликнула она. — Не могу поверить… как он оказался у неё? — За это можно "поблагодарить" нашего старого друга Наземникуса, — мрачно сказал Рон. — Осталось только понять, как вытащить его у старой жабы. — Предлагаю подловить, оглушить и сорвать с шеи, — буднично бросил Малфой, чем вызвал удивлённые взгляды остальных. — Что? Есть идеи получше? — Весь переулок под охраной, — фыркнул Рон. — И сомневаюсь, что Амбридж входит со стороны маглов. Мы уже думали об этом. Единственный вариант — Оборотное зелье. — Мой план всё равно лучше, — возразил Драко. Он лениво отлевитировал огрызок яблока в урну и откинулся на скрипучий стул, скрестив руки. Его взгляд выражал сомнение, но был лишён привычного высокомерия. — Не обижайся, Малфой, но стоит тебе появиться в Косом переулке — тебя сразу же схватят, — с удовольствием заметил Рон. — Ты ведь теперь "Нежелательное лицо". — Может, и так… но вот мой отец — нет. — У тебя есть его волос? — с тревогой спросила Гермиона, почувствовав, куда клонит разговор. — Зачем? Немного трансфигурации и грамотно наложенные чары гламура — и готово, — заговорчески сказал Драко. Гермиона обвела взглядом остальных в поисках поддержки — план казался абсурдным и слишком рискованным. Но, похоже, мальчики его уже обдумывали. — И что потом? — нетерпеливо спросил Гарри, поправляя очки. — Оглушу и заберу медальон. — Тебе не кажется, — голос Гермионы звучал слишком высоким, но она не собиралась сдаваться, — что у твоего отца и так хватает проблем? Амбридж сразу же сообщит, куда следует. — Я наложу Обливиэйт, — спокойно ответил Драко, заметив недоверие в глазах троих. — И Империо — для надёжности. — Хорошо, Малфой, — сказал Гарри, поднимаясь из-за стола. — Тогда поторопимся.

***

Спустя пару часов Гермиона смотрела на Драко и не верила собственным глазам. Несколько простейших заклинаний, трансфигурация волос и нелепый костюм — и вот перед ней стоял не знакомый юноша, а вылитый Люциус Малфой. Пожиратель Смерти, живой и жуткий. Он даже подмигнул ей — игриво и нагло. Её передёрнуло. — Итак, — привлёк к себе внимание Гарри, — повторим план. — Драко идёт в Министерство через главный вход и требует встречи с Амбридж, — затараторила Гермиона, голос её дрожал от напряжения. — Гарри под Мантией-невидимкой следует за ним для подстраховки. Она не стала говорить вслух, что Гарри просто не доверял Малфою и не хотел отпускать его одного. Впрочем, у них были причины. Более чем. — А мы с Роном ждём со стороны магловского прохода, скрывшись под Оборотным зельем. — Звучит слишком просто, — хмуро заметил Рон, разглядывая свой стакан с мутной жидкостью. — А чей тут волос, кстати? — Каких-то маглов, — небрежно пожал плечами Гарри. — Времени особо не было. Гермиона со вздохом взглянула на своё зелье. Не давая себе времени передумать, она залпом осушила его. Рон последовал её примеру. На её глазах высокий рыжий парень превратился в худощавую девочку лет десяти. Гермиона же ощутила, как её руки огрубевают и становятся мужеподобными, а лицо покалывают колючие усы. Фыркнув, она протянула Рону руку, и тот с трудом ухватился за неё своей крошечной ладонью. В следующую секунду они аппарировали. Утренняя суета оживлённого Лондона давила на уши. Хотелось зажмуриться, исчезнуть, вернуться в дом Блэков — туда, где было хоть немного тишины. Но отступать было нельзя. Гермиона свернула в знакомое кафе, о котором Гарри рассказывал заранее: окна выходили на общественный туалет. Кто вообще додумался сделать вход в Министерство именно там? Внутри было полупусто. Гермиона заняла столик у окна и отпустила руку Рона. Тот с трудом забрался на сиденье — очевидно, к своему новому росту он ещё не привык. Гермиона не смогла сдержать улыбки. — Ничего смешного, — пропищал он, чем вызвал у ведьмы ещё больший приступ смеха. — Да ну тебя. — Прости, — ответила Гермиона, уже скорее истерически смеясь. К счастью, от накативших эмоций её спас официант. — Что будете заказывать, мистер? — молодой прыщавый официант с коротко стриженными волосами выглядел так, будто гости его не интересовали. Что было только на руку паре. — Капучино, пожалуйста, — ответила Гермиона, по-прежнему находясь в облике мужчины средних лет. — А моей дочери молочный коктейль. — И пирожное! — выпалил Рон, за что тут же получил от неё испепеляющий взгляд. Он никогда не мог устоять перед сладким — даже когда момент был совершенно неподходящий. — И какое-нибудь пирожное, пожалуйста, — процедила Гермиона сквозь зубы, и официант, не особо торопясь, удалился. Она строго посмотрела на Рона, который выглядел чересчур расслабленным. — Ты хоть немного переживаешь? — А что переживать-то? План простой. Малфой — вылитый папаша, Гарри — под мантией-невидимкой. — Потише! Мерлин, не ори, — вспыхнула Гермиона. — Да расслабься, — отмахнулся он. — Здесь только мы, официант и, возможно, пара крыс. Прошло полчаса. Гермиона начала нервничать. Ещё через полчаса — к ней присоединился и Рон. Они успели выпить по два кофе и два коктейля, а Рон уже доедал третье пирожное. Наверняка ребята просто задержались, встреча с Амбридж могла затянуться… Но Гермиона никак не могла унять тревогу — страх сжимал её грудь, как тугая петля. — Так, а как вы с Малфоем вообще нашли общий язык? — голос Рона, звучащий непривычно высоко и по-детски из-за облика, выдернул её из раздумий. — Он на нашей стороне, — отстранённо ответила Гермиона. — Этого мне оказалось достаточно. — Но как так вышло? Все его мерзкие слова в твой адрес, его родители… да буквально всё в нём кричало о предвзятости. Что изменилось? — Не знаю, — она не хотела говорить об этом сейчас. — Гермиона, — он заставил её поднять взгляд. — Он смотрит на тебя. И ты на него тоже. Скажи, у вас что-то есть? — Рон, — отрезала она, заливаясь краской. Мерлин, только не сейчас. — Я не собираюсь обсуждать свои отношения с Драко именно здесь. Не кажется ли тебе, что это, мягко говоря, неподходящий момент? — Отношения с Драко? Не могу поверить, Гермиона, — в голосе Рона звучал упрёк и удивление. Казалось, он услышал всё, что нужно. Гермиона не стала его переубеждать и вновь уставилась в окно, крутя в руках монетку. Кнат должен был нагреться, если им потребуется срочная помощь. Правда, чем именно они могли помочь, Гермиона не знала. Но она была уверена: если придётся — Гермиона взорвёт вход в Министерство и вытащит друзей на собственных плечах. Пока монетка оставалась холодной, она старалась сохранять спокойствие, загоняя вглубь панические нотки, тянущиеся изнутри, как липкие клешни паука. На самом деле, Рон был прав — для такого человека, как Люциус Малфой, попасть в Министерство труда не составит. И ничего подозрительного в желании встретиться с Амбридж. К тому же Малфой-младший — вылитый отец. Всё пройдёт гладко. Дверь кафе отворилась с неприятным звоном колокольчика. Гермиона бросила взгляд на вошедшего мужчину и тут же суетливо плеснула Оборотного зелья себе и Рону в кружки. Рон, очевидно, заскучал и принялся копаться в её сумке в поисках хоть чего-то интересного. С торжествующим видом он извлёк газету, прихваченную ею утром, и начал читать. С каждой новой строчкой лицо девочки, в которую он был превращён, всё больше светилось изумлением — он даже не заметил, как к ним снова подошёл официант, чтобы забрать пустую посуду. — Интересная у тебя газета, милая, — сказал он с лёгкой усмешкой. — А кто такой Лорд Волдеморт? — Нет! — крикнула Гермиона, но было уже поздно. Произнесённое вне стен дома Блэков имя призвало их. В кафе ворвались две тёмные фигуры, стремительно принимая очертания Пожирателей Смерти. Мужчина, вошедший перед этим, рванул к выходу, но один из волшебников метнулся вперёд и загородил проход. — Авада Кедавра, — пророкотал он. Зелёный луч прошил грудь посетителя, и тот рухнул без дыхания. Гермиона вскрикнула и закрыла собой официанта, который с ужасом осел на пол. — Так-так-так… А кто вы у нас такие? — с усмешкой протянул Пожиратель, только что произнёсший заклятие.