Часть 3

«Итак. На моей кухне сидит бог смерти и ест яблоки. Как я дошёл до жизни такой?» – мысленно спрашивал себя Иван, наблюдая за Рюуком, с удовольствием уплетающим купленные вчера полкило Голдена. Ответа, конечно, не последовало, так как вслух он этого не произнёс. С другой стороны, если Рюук – плод его воображения, то он мог бы реагировать на невысказанные мысли Ивана, также как Иван предсказывать наперёд, что тот скажет. – Вы умеете читать мысли? – Не-а. Только убивать, ходить сквозь стены, узнавать имя и дату смерти… – …и есть яблоки. – О да! Неплохой список, правда? – Это так глупо, – стукнул ладонью по столу Иван. – Слишком материально, бессмысленно! Как если бы тебя, скажем, мучил радикулит. – Не знаю, что такое радикулит, – задумчиво изрёк Рюук, – но если это похоже на ломку, когда давно не ел яблок, то сочувствую страдающим от него. Иван облокотился на стол и положил гудящую голову на руки. – Не могу поверить в то, что ты есть. – А не верь, – пожал плечами Рюук. – Что за вера насилием? К тому же, вере никакие доказательства не помогают, особенно материальные. – Но то, что ты говоришь, так похоже на мои мысли! Будто я сам с собой беседую, – воскликнул Иван. – Что ж. Я здесь не для того, чтобы тебя в чём-нибудь уверять, – равнодушно сказал Рюук, принимаясь за последнее яблоко. – Ладно… – Иван задумался. – Скажи, а другие люди тебя могут видеть и слышать, или только я? – Не могут, пока не прикоснутся к тетради. Иван нахмурился: – То есть, если я захочу убедиться, что не сошёл с ума, я могу дать кому-то прикоснуться к тетради… – и вдруг воскликнул, – Павел! – Что? – не понял Рюук. – Брат вчера трогал тетрадь. Значит, мне не стоит показываться ему на глаза вместе с тобой, если я не хочу, чтобы он знал, что тетрадь настоящая… О, боже. Иван закрыл лицо руками и глубоко вздохнул. – Если… если я буду ей пользоваться… мне нужно будет действовать максимально осторожно, чтобы он не догадался, что это из-за меня умирают злодеи. Иначе он будет меня шантажировать, чтобы я убивал ради него… – Да запиши его тоже, и дело с концом, – предложил Рюук. Иван поднял на него хмурый взгляд. – Ладно, ладно, молчу, – примиряюще поднял руки Рюук. – Время есть, тут главное начать… – Слушай, а какая кара на том свете за использование тетради? – перевел тему Иван. – Я же всё в правилах написал: не попадёшь ни в рай, ни в ад. –  То есть, рай и ад есть? И бог есть? – Ей-богу, не знаю, – отмахнулся Рюук. – Знаю только, что есть ооочень скучный мир богов смерти. Говорят, что активные хозяева тетрадей после смерти попадают туда и становятся одними из нас. Но это так… фольклор. – Фольклор… – повторил Иван задумчиво. – Ну что же, спасибо. Я буду думать.