Глава 12. Пятерка мечей

Пятерка мечей символизирует крайне негативные события. Основные значения карты включают тревогу, подлость, страх, унижение, потерю и крах планов. Человек, столкнувшийся с этой картой, переживает сложный период, когда удача отвернулась от него во всех сферах жизни.

***

      Она так и не уснула. Не могла. Бессмертным не снятся сны, но каждый раз, когда Эшли закрывала глаза, то вновь и вновь видела Алекса. Она поднималась, курила в открытое окно, игнорировала злобное бурчание Ости, которой брождения соседки не давали спать.       Уснула Эшли лишь под утро, незадолго до рассвета, чтобы подняться с кровати с первыми лучами солнца. И твердым решением вернуться обратно. Она просто не могла оставить его там. Не могла.       Практики сегодня не было, и тихо свинтить не получилось бы. Это означало лишь одно — самоволка. Нарушение главного запрета для непризнанных. Бывшие смертные не имели права покидать небеса без разрешения. Просить его Эшли не стала — бесполезно и бессмысленно. И рискованно. Ведь узнай, чего она хочет, учителя сделали бы всё, чтобы Эшли не смогла осуществить задуманное.       Запрет этот был не просто так. Непризнанным запрещалось самовольно покидать небо, дабы те даже не думали встречаться со своими родными. Для близких они были мертвы. Так и должно оставаться. Иначе тайна бессмертных будет раскрыта, и всё пойдёт псу под хвост. Логика.       Только вот Эшли не собиралась ни с кем встречаться. Не собиралась ни с кем связываться. Ей это было не нужно. Она лишь хотела сообщить спасателям о гибели экспедиции, дабы те прибыли на место и вывезли тела. Похоронили их так, как полагается. Все.       Дождавшись, когда Ости свалит, Эшли выскользнула из комнаты и как ни в чём не бывало пошла к водовороту. Она кивала знакомым, отвечала на вопросы. Друзей не было — те, скорее всего, были на завтраке. Зная характер её соседки, в комнату к Эшли никто не приходил. Оно и к лучшему. Ким бы уж точно заподозрила неладное — слишком уж хорошо она знала свою подругу.       Сосредоточившись на храме, непризнанная прыгнула. Короткий полёт, и она уже на месте. Всё дело должно было занять от силы час. По идее, её даже хватиться не должны. Если, конечно, хранитель Ока не бдит за ним без устали и отдыха.       И снова храм. И снова мелкий моросящий дождь. Но теперь уже Эшли точно знала, что происходит и что нужно делать. Она повернулась и быстро прошла к одной из палаток — туда, где должна быть расположена археологическая станция — с рацией, компьютером, рабочими столами и прочими важными штуками. Включив рацию, она поймала нужную частоту и, связавшись со спасателями, сообщила о смерти группы. И отключилась до того, как посыпались вопросы с той стороны. Через пару дней сюда прибудут люди, которые вывезут тела. А храмом займётся другая экспедиция. Эшли закурила и невесело усмехнулась. Вся группа погибла, а неизвестная послала сигнал о помощи. И эту неизвестную так и не нашли. Вот и так рождаются всякие таинственные истории. Может, когда-нибудь об этом снимут выпуск.       Она затянулась и перевела взгляд на ноутбук. Судя по наклейкам на нём, он принадлежал Алексу — тот ещё в университете любил обклеивать технику. А ведь он был начальником экспедиции — все данные по ней должны быть в его компе.       Думала она недолго. Порывшись в вещах, выудила флешку и скопировала все имеющиеся данные. Конечно же, Эшли займётся этим храмом. Потом. Когда закончит учёбу и у неё будет больше времени, ресурсов и свободы передвижения. Она давно хотела это сделать. С тех пор, как услышала, что бессмертные появились триста тысяч лет назад. И любые знания, особенно такие, важны. Флешка никуда не денется. Пусть лежит себе спокойно. К тому времени, когда она примется за этот проект, информации по нему будет ещё больше. Если она сопоставит его с тем, что известно бессмертным… Эшли тряхнула головой, отбрасывая эти мысли. Это был ее способ отвлечься от кошмара — думать, планировать и анализировать. Только так можно не сойти с ума. А сейчас пора возвращаться. Пока никто не хватился. Свою задачу она выполнила.       Сунув флешку в задний карман, она вышла из палатки и бросила взгляд на храм. Как ей казалось, последний. Ей казалось.       — Нужно попрощаться… — пробормотала непризнанная. Она не сможет прийти на похороны и проводить Алекса в последний путь. А значит, нужно отдать дань уважения сейчас. Сказать последние слова. Это нужно сделать. Как бы тошно, страшно и противно ей ни было.       Она глубоко вдохнула, замерла на несколько минут, бездумно разглядывая храм и собираясь с силами. По телу вновь пробежала дрожь. На негнущихся ногах, преодолевая сопротивление, дошла до порога. Дверь была приоткрыта. Так, как они ее и оставили. Вони было куда меньше — выветрилась. Но Эшли все равно отключила дыхание. Так будет лучше. Она зашла внутрь. Медленно, шаг за шагом подошла к постаменту. Насекомых не было, хотя тела должны были облепить мухи. Тогда в чем причина? Бауэрс тряхнула головой. Не сейчас. Неризнанная замерла, приблизившись к там, переводя взгляд с одного на другое. Какое из них принадлежит Алексу? Какое из них вообще мужское, а какое — женское? Сейчас уже не различишь.       Она сжала кулаки и на секунду закрыла глаза, проговаривая про себя слова прощания. Эш знала, что это бессмысленно. Мертвые ничего не слышат. Не видят. Не наблюдают за живыми с небес. Это так не работает. Вообще. Но она чувствовала, что так было нужно. В первую очередь ей. Может быть, так она будет меньше горевать? Может быть, так она встряхнется и начнет жить дальше?       «Алекс… Я… Я не знаю, что сказать. Мне очень жаль, что так получилось. Не стоило сюда заходить, да? Стоило бросить проект сразу же. Как только откопали этот блядский храм и поняли, что с ним что-то не то. Но как такое бросить, да? Блять… Что же с тобой случилось? Со всеми вами? Как можно просто взять и всем скопом умереть? Никому не сообщать, что что-то идет не по плану? Ты ведь сразу же отправил меня в больницу, когда… Когда это произошло. Но, тогда почему ты остался? Ты же умный парень… Был. Ты не стал бы рисковать людьми. Ты всегда был очень осторожен. Тогда почему? Я узнаю, что стряслось. Не сейчас. Нет. Просто… Подожди немного, и я пойму, что случилось. Пойму, что это за храм. То, что ты начал, просто так не схлопнется на полпути. Я тебе обещаю. Просто… Подожди немного…»       Она закрыла глаза и подняла голову вверх. Кого она обманывает? Эшли говорила это все не Алексу. Она говорила это себе.       Взгляд снова упал на многогранник. В памяти вновь всплыли последние минуты в храме. Она ведь его тронула. Выскочил штырь. Потом… Что же было потом? Потом было темно. И очень холодно. И… Глаза женщины расширились. Вспомнила! Она видела кого-то. Кого? Воспоминание ускользало, словно песок сквозь пальцы.       Нужно проверить. Ей просто нужно проверить. И все. Она вытащила из кармана пачку сигарет и кинула ее в центр многогранника. Прямо в углубление. Ничего. Чего она вообще ожидала? Портала в другое измерение? Эшли хотела было сделать вдох, но тут же опомнилась.       Сделав шаг вперед, она протянула руку, дабы забрать свои сигареты, но притормозила. Ощущение, что к этим штукам лучше не прикасаться, не покидало непризнанную. Эш вытянула ладонь и подцепила пачку с помощью телекинеза. В эту же секунду из центра выскочил штырь и пробил сигареты насквозь. Эшли замерла.       «Оно реагирует на энергию…»       Шаг. Еще один. Она внимательнее присмотрелась к многограннику. Над углублением, там, где должны были быть пальцы, виднелась надпись. Но сейчас та ее мало занимала. Прикусив костяшки пальцев, Эшли не отрываясь смотрела в углубление. Точно повторяющее человеческую кисть. Кто-то должен поместить сюда руку. Штырь пробивает ее. А потом… Что потом? Не смерть же. Нет. Жертвенник находился напротив. Эта штука, чем бы она ни была, предназначена не для убийства. А для чего?       «Блять… Я ведь этого не сделаю… Я…»       Должна понять…       Еще шаг. Эшли зажмуривается и с силой опускает ладонь в углубление. Руку тут же пронзает боль, заставляя вскрикнуть, падая на колени. А потом…       Темно. Темнота и больше ничего. Она стоит посреди пустоши. Вдалеке виднеются скалы и остовы зданий. И трон. Прямо перед ней. Огромный. Как и существо, что сидит на нем. Точно такое же, как и в храме. Только это существо было живым.       — Девочка…       Голос холодный, пробирающий до самых костей. Губы существа растягиваются в улыбке. И в этот момент ее дернуло назад. Секунда, и она уже видит облака водоворота.       — Что… это было…       Эшли опустила взгляд на руку. Ничего. Рана уже зажила. Лишь засыхающая кровь свидетельствовала о том, что она была. Но это были лишь цветочки. Эшли было плохо. Мягко говоря. Ее колотил озноб, тошнило, тело сковала боль. Каждую мышцу свело судорогой. Она закусила руку, чтобы не застонать. Не помогло даже повышение болевого порога. Боль отступала медленно, неохотно. Словно бы тело привыкало к новым ощущениям. И когда Эш выбросило на площадку, она была почти в норме. Ключевое слово: «Почти».       У водоворота стоял Геральд. Со скрещенными на груди руками и взглядом, не предвещающим ничего хорошего.       — Знаешь, из всех, кто мог бы вытворить настолько тупую вещь, тебя я ожидал увидеть меньше всего.       Демон был зол. Очень. Смотрел на Эшли так, словно хотел убить. Она промолчала. Опустила голову вниз. Сейчас злость учителя волновала непризнанную меньше всего.       — Иди за мной.       — Куда?       — На эшафот.       Эшли только пожала плечами и направилась следом за преподавателем. Она молчала, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Постепенно организм приходил в норму. Чего не скажешь о ее эмоциях. И психике.       — Ты зачем удрала? — Эшли не ответила. Молчание ученицы заставило Геральда остановиться и повернуться к ней. Эш, смотрящая себе под ноги, даже не заметила этого. Остановилась лишь когда почувствовала лбом грудь демона. — Бауэрс… — в его тоне мелькнуло беспокойство. Он взял ее за подбородок, заставив поднять голову и посмотреть ему в глаза. — Ты понимаешь, что за самоволку тебя исключат? — ноль реакции. — Я не смогу тебе помочь, если не буду знать, что причина веская. Ты сама себя закапываешь.       Эшли помолчала, после, вздохнув, сделала шаг назад и отвернулась.       — Вчера была практика. Водоворот вместо небес вынес меня на место моей смерти. Там было тело моего друга. Я сбежала, чтобы сообщить о его смерти.       Она не стала рассказывать все подробности. Не хотела. Да и Алекс уже не занимал ее мысли. Если честно, то сейчас она вообще ни о чем не думала — в голове была пустота. Полный вакуум.       — Ты связывалась со знакомыми? Тебя еще кто-то видел?       — Нет… Только сообщила спасателям и всё. Потом меня выдернул водоворот.       Геральд несколько секунд рассматривал Эшли. Он отлично знал, что та врала. Чувствовал ложь. Да и по времени была нестыковка. Однако сейчас он решил не развивать эту тему.       — Иди в свою комнату и не выходи до дальнейших распоряжений.       — Меня выгонят?       — Это решит директор.       Эшли только кивнула и пошла в сторону общежития.

***

      Эшли с трудом волочила ноги. Ее путь лежал в Башню. Прошло несколько дней, и сейчас ее ждала комиссия, где и решиться дальнейшая судьба. Будет ли учиться дальше или нет. За это время слухи о том, что Эш удрала в самоволку, расползлись по всей Академии. Как и о том, что она тут доживает последние дни. А посему ей приходилось отмахиваться от вопросов друзей и терпеть самодовольную рожу Ости, которая пребывала в крайне приподнятом настроении. Сама Эш всем говорила, что моталась за сигаретами. Друзья делали вид, что верят, остальные распускали еще больше сплетен. Но хуже всего дело обстояло с Люцифером. Потому что отсутствие реакции с его стороны — уже плохой знак. И если честно, то Эш ждала, что он хотя бы как-то прокомментирует сложившуюся ситуацию. В какой именно момент она начала ждать его реакцию на ее действия, Эш не знала. Как-то пропустила начало этого этапа. Но нет. Ничего не было. Он лишь пару раз зашел к Ости за скрашиванием ночей и всё. На Эшли даже не взглянул. Впрочем, тогда ей было не до того. Своих проблем хватало.       Руку простреливало болью, хоть никаких ран не было. Ей казалось, что она кого-то слышала. В абсолютно пустой комнате. Но что самое тревожное — ей приснился сон. А бессмертные сны не видят. В нем она видела всю ту же темную равнину. Там никого не было. Лишь равнина и одиночество. Но это тревожило. Как и то, что ее отчислят. То, что она самостоятельно похерила свое будущее. Что ее ждет? Крыльев не лишат. Она продолжит быть бессмертной. Но в каком качестве? Этого Эшли не знала.       У статуи Равновесия, через которую проходил путь, она увидела Люцифера. Тот валялся на траве, опершись спиной о дерево, и читал. Бауэрс чуть притормозила, вглядываясь в название. «История Некрономикона». Брови Эшли поползли вверх.       — Ты что, читаешь книги смертных?       — Нельзя?       Тон наследника трона был холоднее льда. Кажется, у его высочества плохое настроение. Эш только пожала плечами.              — Не думала, что тебе нравится подобная литература. Ты у нас вроде философ.       — Мне нравятся книги смертных. Единственный способ обрести бессмертие без крыльев.       — Советую «Хребты безумия», если не читал.       — И что в них такого?       — Описания. Никогда не была на севере. Но когда читала было ощущение, что там… Если любишь подобное, должно понравится.       Она повернулась, считая, что их разговор окончен и пошла было дальше, но была остановлена окликом Люцифера.       — Значит, это всё?       Эшли притормозила и повернулась. Люцифер продолжал смотреть в книгу. Однако, глаза его не двигались — он не читал. Лишь делал вид.       — Ты это о чем?       — Сама знаешь. Зачем полезла обратно?       — У меня кончились сигареты.       — Придумай вранье получше. По крайней мере, для меня. Ты вернулась в храм. Зачем?       Эш вздохнула и закурила.       — Раз вернулась, значит, было надо. И вообще, тебе-то что?       — Раз спросил, значит, надо.       — Это мое дело. И оно тебя не касается.       — Ошибаешься.       — Неужели?       Она скрестила руки на груди. Комментировать это сын Сатаны не стал. А Эшли не стала допытываться. Не до того ей сейчас было. Развернувшись, она зашагала дальше, чувствуя на себе взгляд дьявола, что буквально плавил кожу.       — Да насрать на него… — пробормотала она, выкидывая бычок в сторону. Было дело поважнее, чем эта их игра. Тем более, что этот раунд мог бы быть последним. Ну и кто тогда победил?       — Эшли, — она остановилась и обернулась. Люцифер не менял позу. Только смотрел на нее. Не отрываясь, — Оно того стоило?       — Да…       Поднявшись в Башню, Эш постучала и, получив разрешение войти, приблизилась к столу. Кажется, все в сборе. Геральд, Фенцио, Месселина и какой-то старик. Судя по всему, Кроули — их директор. Эшли никогда не видела его, но наслышана достаточно. Старый ангел, серафим. Редко посещает Академию по причине слабого здоровья. Почему он до сих пор управляет ей — неясно. Скорее всего, последняя дань уважению перед тем, как старик уйдет на покой.       — Эшли Бауэрс, — вместо приветствия произнес он.       — Здравствуйте.       — Итак. Мы рассматриваем дело о самовольном побеге из Школы. Ты нарушила строжайший запрет. Есть что сказать в свое оправдание?       — Нет. — пожала плечами Эшли. — Я знала о запрете и о последствиях и понимала, на что иду.       — Полагаю, причина веская? — Эшли промолчала. Кроули опустил взгляд, уткнувшись в бумаги. — У тебя хорошие результаты. Одна из лучших учениц… Но поведение… На вечном бунте, да? — Эшли продолжала молчать. Лишь чуть повела плечами, мол, решайте сами. — С таким характером карьеры ты не сделаешь. Даже будучи очень способной. Особенно в свете сложившихся обстоятельств. Быть может, поделишься причинами своего проступка?       Бауэрс прикусила губу. Разглашать свои причины не хотелось. Однако, она понимала, что если будет упираться и дальше, то ее точно исключат. Что же, время расставить приоритеты.       — Когда я возвращалась с последней практики, меня выбросило к месту моей смерти. — начала она. Хотелось закурить. Очень. Но Эш сдержалась. — На раскопки старого храма. Там я обнаружила тела членов своей экспедиции. Среди них был мой друг. — Кроули задумчиво кивнул, а Эшли продолжила. — Я вернулась сразу же после их обнаружения. На следующий день я сбежала туда, чтобы связаться со спасателями. Я не могла оставить их просто гнить там еще черт знает сколько месяцев. Я связалась со спасателями, обрисовала ситуацию и меня выдернул водоворот. На этом все. Я не пыталась встретиться с близкими и нарушить тайну бессмертных. Просто хотела, чтобы они были похоронены.       — Это дела смертных, а не твои, — тон Кроули по-прежнему был суров, однако говорил он чуть мягче.       — А вы бы на моем месте бросили бы своего друга на съедение зверью и насекомым, зная, что можете сделать так, чтобы он ушел достойно? Это поступок мудака.       — Речь не обо мне. И следи за языком, девочка. — он повернулся к Мессалине и Фенцио, — Итак?       Эшли скользила взглядом по преподавателям. Конечно же ее отчислят. Фенцио будет голосовать за это в первую очередь. Она нарушила правила, а он буквально на них молится. Что ж, это было интересно.       — Непризнанные всегда пытаются вмешаться в свою смертную жизнь. — начала Мессалина. — Это был лишь вопрос времени. Кроме того, ситуация Эшли… — она на секунду замялась, — Нестандартная. В любом случае, это не на что не повлияло.       — Ее ситуация — не повод нарушать правила. Они едины для всех. Вне зависимости от контекста.       Кажется, Кроули был намерен ее отчислить. Тогда к чему весь этот цирк с комиссией и высказыванием личного мнения?       — Кто еще желает высказаться?       Слово взял Фенцио. Эшли приготовилась к ушату говна.       — У Бауэрс действительно серьезные проблемы с дисциплиной. Однако, она очень перспективная студентка. Отчислять ее было бы недальновидно.       Эш подняла брови. Вот уж от кого она не ждала защиты, так это от этого ангела.       — Что налагает на нее дополнительную ответственность. Если оставить поступок безнаказанным, все непризнанные решат, что могут бегать на Землю когда им вздумается.       — Я не говорю о том, чтобы не наказывать Бауэрс, господин директор. Будет достаточно дисциплинарного взыскания. Раз уж ей нечем заняться, я обеспечу ее работой.       — Кто еще?       Геральд покачал головой. Все это время демон не сводил с Эшли внимательного взгляда. С ее руки, если быть точнее.       — Хорошо. Голосуем. Кто считает, что данная студентка не может обучаться в Школе?       Он поочередно смотрел на преподавателей. Те лишь качали головой. Кажется, Кроули оказался в меньшинстве. О чем очень красноречиво сказал его вздох. На секунду Эшли решила, что ее пронесло, но…       — Что же. Решение принято… практически единогласно. Наказание за нарушение запрета на посещение Земли — три месяца в Башне.       Преподаватели переглянулись.       — Но… у меня экзамены через месяц… — открыла было рот Эшли. Злой взгляд Кроули был ей ответом.       — Ты не в состоянии усвоить элементарные правила и рассчитываешь на повышение?! — Он подался вперед, посмотрев через плечо девушки. — Увести.       По бокам оказалась пара ангелов. Они не прикасались к Бауэрс, однако было понятно, что лучше Эшли проследовать за ними.       Ее спустили на пару этажей ниже и, заведя в камеру, закрыли дверь, оставив Эшли в темноте.

Конец 1 сезона.