Глава 2

Приятная дремота. Такое сытое, расслабленное состояние, когда один лишь факт собственного существования приносит наслаждение. Твердое, настойчивое знание о том, что тело — это дом из плоти и костей, сохранивший целостность, приносило успокоение. Первые секунды пробуждения — осознание существования собственного «я». Оно существует физически и ощущает под собой конструкцию кровати, в то время как разум где-то далеко, медленно оживает, но все еще остается где-то в небытии. Странно испытывать это чувство промежуточности: понимание, что, буквально недавно твое сознание было в одном состоянии, а теперь переходит в совершенно другое. Загадочность, этого общечеловеческого опыта заключается в ощущении беззаботности во сне, переходящее в осознание, а затем в выход в суровую реальность. Блестящая способность разума точно определить, что он только что спал, но теперь вынужден покинуть эту плоскость и войти в ту, которую считает истиной. Возможно, в этом эфемерном пространстве вы сожалеете о том, что покинули мир грез, и боитесь никогда не вернуться обратно. Или, если бы вы были Драко, вы бы моментально вспомнили обо всем том счастье, что ожидало вас в реальности. Теплая, идеально мягкая, кровать обвалакивала тело Драко, когда он проснулся. Шелковые простыни сползли вниз по телу, ноги были облачены в шелковые пижамные брюки. Окутанный роскошью, он потянулся, сбрасывая с себя последние остатки крепкого сна и широко открыл глаза, приветствуя поток золотистого солнечного света, проникающего сквозь занавески. Его встречало великолепное утро. Идеально подходящее для празднования, но немного попозже. В честь него, разумеется. Драко перевернулся на бок и обнаружил, что место рядом с ним пустовало. Его рука потянулась к другому краю кровати в поисках тела, которое должно было там находиться. Он недовольно нахмурился. Она обещала ему захватывающее утро в постели. В конце концов, это был его день рождения, а она всегда баловала его в этот день. По правде говоря, она баловала его каждый день. В его жизни царило абсолютное счастье. Он вздохнул и откинулся на подушку, чувствуя себя полностью отдохнувшим. Драко считал, что позволить ему выспаться – уже само по себе было подарком. Ведь Драко ожидал не только ее присутствия, но и того, что третий обитатель дома тоже захочет нарушить его сон. Из комнаты этажом ниже доносился шум. Радостные звуки домашнего уюта. Шевеление кастрюль. Треск яиц. Шипение бекона. Возбужденное бормотание ребенка. Скрип стула об пол. Должно быть, они хотели сделать ему сюрприз; вероятно, им был завтрак в постель. Драко полностью проснулся и натянул футболку на обнаженное тело. Он тихо прокрался по коридору и спустился по лестнице, осторожно приблизившись к двери просторной кухни. В этом доме была кухня обьединенная со столовой. Здесь они оба готовили и ели все вместе. Не было нужды в душном убранстве официальных обеденных залов или длинных столах, которые создавали физическую и метафорическую пропасть между членами семьи. Чем ближе он подходил, тем отчетливее слышались звуки. Два голоса. Два его любимых голоса. Первый, такой приятных и мелодичный, пытался быть строгим, но едва ли это удавалось. Несмотря на то, что она была прекрасной матерью, их сын постоянно обводил ее вокруг своего маленького пальчика. Драко втайне мог признать, что и он был таким же. Фрагменты нормальной жизни. Стабильности. Другой голос, восторженный и торопливый, болтал о своих многочисленных планах и затеях. Как и Драко, он хотел, чтобы женщина, готовящая им завтрак, постоянно уделяла ему все свое внимание. Наверняка, не было ничего важнее, того, что он хотел ей рассказать? Радостная и светлая картина разворачивалась прямо на его глазах, пока Драко подкрадывался все ближе, стараясь оставаться незамеченным, чтобы случайно не разрушить эту прекрасную идиллию. Живописное видение матери и сына. — Мама, мамочка, ты смотришь? — Да, любимый, но я должна смотреть и на плиту. Ты же не хочешь, чтобы я сожгла завтрак для папы? — Хорошо, но ты можешь посмотреть на мои наклейки? — Это те самые, что подарил тебе дедушка? — Да, я обожаю их! Это мои драконы. Мои и папины. Ребенок снова уселся за кухонный стол, а его ноги болтались на комичной высоте от земли. — Папе они понравятся? - вдруг спросил мальчик с опасением, что его подарок не произведет ожидаемого впечатления на Драко. — Конечно понравятся. Ты же уже закончил? — Нет! - взволнованно вскрикнул маленький мальчик, прижимая к груди круглый предмет. Он спрыгнул со стула и бросился к двери напротив, ведущую в гостиную. Окруженный безусловной любовью, беззаботный, счастливый ребенок. Единственными звуками теперь были едва слышное хихиканье его жены и треск жарящегося бекона. Драко прислонился к дверному косяку, чтобы еще несколько мгновений понаблюдать за ней. Женщина, уверенная в своей красоте. Она собрала волосы в пучок, чтобы те не мешали готовить, а палочка торчала у нее на макушке, закрепляя прическу. На ней была одна из его футболок, слишком большая для ее миниатюрной фигуры, надетая поверх пижамных штанов в горошек. Совершенно идиотских, но являвшихся такой приятной деталью их общей обыденности. Это расслабляло. Драко подкрадывался все ближе, пока не оказался прямо за ее спиной. В тот момент, когда он потянулся к ее талии, чтобы заставить ее подпрыгнуть от неожиданности, она издала знакомый смешок, уже подозревая о его присутствии. — Ты же не успел рассмотреть его подарок? Он очень хочет произвести на тебя впечатление. Драко ухмыльнулся и обхватил ее обеими руками, зарываясь лицом в шее и наслаждаясь таким родным теплом золотистой кожи. — М-м-м, вообще-то, я уже держу свой подарок в руках. Еще больше этого сладостного смеха. Такой естественный звук в их доме. — Собираешься распаковать его прямо на кухне? — Далеко не в первый раз. Его смелые руки огладили края футболки. — Драко... - предупредила она, но в ее словах прозвучали веселье и желание. Еще больше распалившись, он стал осыпать ее шею поцелуями и крепко прижался к ней сзади. — Сегодня мой день рождения, - прошептал он, оставляя поцелуй возле ее уха, - и у тебя хватило смелости так чертовски привлекательно выглядеть в моей футболке и этих отвратительных штанах. — Скорпиус в соседней комнате, - прошептала она в ответ, - он примчится сюда в ту же секунду, как только услышит, что ты проснулся. — М-м-м, - ответил Драко прикусывая мочку ее уха, - тогда тебе лучше вести себя тихо. Она резко втянула воздух, когда он уперся в нее бедрами. Она повернула голову, чтобы наконец поймать его губы и увлечь в глубокий поцелуй. Как всегда нетерпелива и предприимчива, чтобы скорее вкусить и быть вкушенной. Драко потворствовал ей несколько блаженных минут, а затем опустил руки, полностью отстраняясь от нее. — Все же, не хотелось бы, чтобы ты сожгла мой праздничный завтрак, - сказал он с ухмылкой на лице и попятился назад. — Вот же бессовестный засранец! - она запустила в него кухонным полотенцем, но он успел увернуться, рассмеявшись. — Вообще-то, сегодня мой день рождения. Она закатила глаза и отвернулась к плите, левитируя яйца с беконом на тарелки. — Да, кажется, что-то такое припоминаю, - ворчливо, но все же ласково, сказала она. Она открыла дверцу духовки и наклонилась, чтобы достать противень со свежеиспеченными круассанами. — Ты могла бы застыть в этом положении еще ненадолго? Это мой самый любимый вид, - промурлыкал он. Она выпрямилась и закатила глаза, аккуратно перекладывая горячую выпечку в корзинку на их огромном кухонном столе. Внезапно, в комнату влетело маленькое светловолосое торнадо, с порога уставившееся на Драко широко раскрытыми глазами. — Папочка! Он восторженно бросился к Драко, заключив его ногу в свои маленькие, но крепкие объятия. — У тебя день рождения! Можно начать дарить подарки прямо сейчас? — Только после того, как ты съешь прекрасный завтрак, приготовленный мамой. — Обожаю бекон! А мама делает его еще лучше. — Это точно, - согласился Драко, и оба волшебника заслужили счастливую улыбку их ведьмы. Она отлеветировала наполненные едой тарелки на стол и семья из трех человек приступила к завтраку. Драко осторожно потягивал свежезаваренный чай, учитывая опасность того, что перевозбужденный ребенок может легко выбить чашку прямо из рук, пока он восторженно болтал и жестикулировал. Божественная и невероятно приятная обыденность. Сын сидел у Драко на коленях, пока они ели. Он не представлял, как долго продлится этот этап, пока он, еще такой маленький и ласковый, готовый обниматься с обоими родителями, все еще боготворя их. Скорпиус унаследовал его волосы и глаза. Очаровательный и искренний мальчик. «Как и ты в детстве», - заметила однажды мать Драко. Лицо его жены скрылось за «Ежедневным Пророком». Время от времени она причитала о чем что-то, что вызвало ее недовольство, иногда зачитывая Драко случайную строчку из статьи, чтобы узнать его мнение по этому поводу. Споры легко разгорались между ними. Даже когда они были категорически не согласны друг с другом, все легко обращалось в шутку и дальнейшие дебаты. Это был союз двух образованных людей. Их сын внимательно слушал, когда кто-то из родителей говорил, либо разбавлял тишину собственными размышлениями о событиях, которые ему предстояло пережить сегодня. — Бабушка и дедушка и бабушка с дедушкой обещали, что придут к нам в гости! — Да, совсем скоро ты увидишься с ними, - Драко немного умерил пыл сына, взъерошив его прекрасные волосы, - Во сколько все должны прибыть? — Твои родители будут к обеду, а все остальные к ужину и, полагаю, твои друзья навестят нас ближе к полудню. Скорпиус мог сдерживаться лишь очень непродолжительное время, эти скучные разговоры о планах взрослых выводили его за грань терпения. — А можно теперь подарки? Пожалуйста! Драко обнял сына, и наклонился к его уху, переходя на шепот. — Даже не знаю, Скорпиус. Как ты думаешь, я хорошо вел себя в этом году? Считаешь, мама позволит мне получить парочку подарков? Его жена подмигнула Драко и сделала вид, что напряженно думает. — Хм... дайте-ка подумать. Я считаю, папа очень старался вести себя хорошо в этом году. А ты что думаешь, Скорпиус? — Да! - воскликнул мальчик и Драко смахнул прилипший кусочек ягоды с его щеки, что заставило Скорпиуса звонко рассмеяться. Искренняя детская радость, которую он боготворил в своем сыне. Драко опустил его на пол и слегка подтолкнул: — Тогда вперед. Я очень жду свои подарки. Мальчик выскочил из комнаты и так же быстро вернулся с шлемом в руках. Он благоговейно положил его на стол перед отцом и быстро отступил назад, глядя на Драко в ожидании вердикта. Драко с любопытством осмотрел предмет. Это был защитный головной убор, по размеру выглядевший так, словно предназначался для ребенка. Он обратил внимание, что сын обклеил его маггловскими наклейками с изображениями драконов. — Может быть ты хочешь рассказать папе что-то о своем подарке? - подтолкнула его мама. Скорпиус насупился и принял крайне серьезный вид. — Этот шлем для меня. Мамочка сказала, что я буду носить его, когда я буду с тобой. Драко смерил жену недоуменным взглядом. Она ухмыльнулась и, взмахнув палочкой, призвала в комнату что-то, упакованное в подарочную бумагу. Что-то очень подозрительного и вытянутого размера. Руки немного дрожали, пока он развязывал ленту и снимал упаковку с миниатюрной версии собственной метлы. Достаточно маленькой, чтобы на ней мог уместиться ребенок. Его ребенок. — Ты… ты серьезно? - Драко сглотнул, встречаясь с веселым взглядом своей жены, - Любимая… ты уверена? Она потянулась и оставила поцелуй на его щеке. — Он должен учиться у лучших, согласен? Самообладание окончательно покинуло Скорпиуса. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, мы можем полетать прямо сейчас? Пожалуйста! Я уже надел защиту, видите? С этими словами он нахлобучил шлем на голову. Драко усмехнулся, снял его и переодел так, чтобы он был обращен в нужную сторону. — А ты видел наклейки? Шесть наклеек! — Очень здорово, Скорпиус. Как думаешь, ты смог бы сам надеть обмундирование для полетов? — Конечно! - воскликнул Скорпиус и выскочил из комнаты. — Не обязательно так спешить, дорогой! - крикнула его жена вслед убегающему мальчику. Счастливый и необременный ребенок. Оставшись снова вдвоем, Драко притянул жену к себе на колени и запечатлел на ее губах неторопливый поцелуй, полный благодарности. Он так долго мечтал об этом, с того самого момента, как впервые взял Скорпиуса на руки: о дне, когда он научит его полетам. Ничто в мире, кроме полетов на метле, не могло сделать Драко счастливее, в его собственном детстве. Он с нетерпением ждал, как глаза его сына загорятся от восторга, когда он впервые окажется в небе. Его жена была категорически против того, чтобы Скорпиус приближался к метлам, даже несмотря на все заверения Драко, что он способен безопасно обучить его. Сакральная связь между отцом и сыном. Идеальный подарок ко дню рождения. — Что заставило тебя передумать? - спросил Драко. — Ты когда-нибудь видел свое лицо, когда чего-то хочешь? Не знаю, кому труднее сопротивляться, тебе или Скорпиусу. Это даже несправедливо. Драко хитро усмехнулся, вспоминая, свою способность убедить жену в чем угодно, разрушая стены ее сопротивления лишь хитростью и ловкими движениями своих пальцев. Его взгляд посерьезнел и он взял ее за руку. — Я не позволю ему пострадать, обещаю. Она с нежностью коснулась его лица. Спокойная и ободряющая. Непоколебимая в своей любви к нему. — Думаешь, я бы позволила этому произойти, если бы не доверяла тебе полностью? - она рассмеялась и прижалась своей щекой к его лицу, - я знаю, наш сын будет в безопасности с тобой. Доверие. Безграничное доверие к нему. К его роли, как отца. Их владения, простирались бескрайним морем ухоженных зеленых лугов. Высокие, качающиеся на ветру деревья, служили защитой их частной жизни от посторонних глаз. Широкие, открытые, свободные, но безопасные земли. Их собственное королевство. Райский уголок для создания собственной семьи. Присев перед Скорпиусом так, чтобы быть на уровне его глаз, Драко застегнул шлем под его подбородком. Сначала он научил мальчика правильно держаться за рукоять. Любознательный и послушный, ребенок внимал каждому слову Драко, переводя взгляд то на отца, то на метлу, которую держал в руках, с нескрываемым восторгом. Драко добился от Скорпиуса обещаний и клятв, что тот будет бережно относиться к метле и никогда не будет пользоваться ею без присутствия родителей. Даже если эти метлы, созданные для детей, могли парить лишь в нескольких футах от земли, Драко не хотел рисковать благополучием своего маленького сына. Семья была для него всем миром. Он был готов на что угодно, лишь бы они были в безопасности. Он защищал свое. Метла оторвалась от земли, и Драко поднял Скорпиуса, чтобы усадить на нее. Позже, он научит его, самостоятельно делать это, но, сначала он хотел, чтобы мальчик привык к ощущению полета. Драко призвал свою метлу и, не спуская своей руки с Скорпиуса, завис рядом. Его жена, в компании его родителей, встревоженно наблюдала за происходящим с веранды. Скорпиус восторженно помахал им рукой. Затем Драко направил обе метлы в воздух, не отрываясь от земли больше, чем на пять футов в высоту, медленно кружа над окрестностями. Поначалу Скорпиус выглядел глубоко сосредоточенным, помня обо всем, чему Драко учил его: как контролировать скорость, как поворачивать и как тормозить, хотя Драко ни на секунду не отпускал рукоять маленькой метлы. В конце концов, убедившись, что Скорпиус впитал все азы, Драко сосредоточился на собственной метле, выровняв ее рядом с сыном. Рукой, он удерживал детскую метлу на уровне своей груди. Драко велел Скорпиусу осторожно лететь по прямой, разворачиваться и возвращаться обратно. Он начал обратный отсчет, а затем отпустил метлу. Его сын, полетел вперед, с полной уверенностью и, затем сделал резкий поворот, чтобы вернуться обратно к взволнованному Драко. Он попытался остановить метлу сам, но Драко схватился за нее, делая это вместо него. Скорпиус с трепетом посмотрел на отца. — Я летел! - с восторгом выдохнул он, чем заставил Драко усмехнуться. Невероятно счастливый момент его жизни и жизни сына. Драко никогда не забудет это чувство. Драко позволил сыну еще несколько попыток, после чего, велел возвращаться к дому. — Мама, я сделал это! Мамочка, ты видела? Она выразительно кивнула, после чего передала перевозбужденного мальчика в руки заботливых бабушки и дедушки. Родители Драко не чаяли души во внуке. Сплоченность их семьи была его неиссякаемым источником спокойствия и комфорта. — Ты знаешь, Скорпиус боготворит тебя, - тихо заметила она, - он все утро не умолкал о том, что ждет не дождется, когда сможет летать как ты. Он очень хочет быть похожим на тебя. — Это у него крови, - с энтузиазмом ответил Драко, страшно довольный тем, что его сын впервые показал себя в полете. Этот день был полон концентрированного счастья, которое наступает, когда проводишь его в окружении любимых. Лица его и ее друзей мелькали, сменяя друг друга, в поле его зрения. Все они улыбались и поздравляли Драко, тоном полным дружелюбия и радости. Их родители беседовали на веранде за чашкой чая. Дети, маленькие мальчики и девочки, носились вместе с Скорпиусом по саду, разнося повсюду счастливый визг и смех. Дом, в котором не было ничего, кроме умиротворения и покоя. Палящее летнее солнце, стало клониться к закату и первые ночные насекомые заполнили пространство стрекотанием, внося свою лепту в празднование дня рождения Драко на открытом воздухе. Его жена ни на шаг не отходила от него. Она много смеялась, периодически касаясь губами его щеки, сжимая его ладонь в своей, демонстрируя ту самую, непринужденную, физическую привязанность, которая была составляющей их союза. Легкость и непринужденность. Спокойствие, обретенное им в силе ее любви к нему. Его закружило в вихре приятных моментов, что происходили с ним прямо сейчас. Скорпиус, громко хвалящийся перед остальными детьми тем, как он летал с отцом. Его отец, распивающий с ним бренди. Его друзья, раскуривающие с ним сигары. Он сам, пробирающийся через кустарники к своей жене. Он, сажающий сына себе на плечи. Он, задувающий свечи на роскошном праздничном торте. Он, хвастающийся друзьям прирожденным талантом своего сына к полетам. Объятия его матери на прощание и, сказанные шепотом, слова: «Я так горжусь тобой.» Как только гости разошлись, Драко отнес своего сына в спальню. Утомленный впечатлениями от прошедшего дня, мальчик прижался к отцовской груди. Драко опустил Скорпиуса на кровать, укутав его в одеяло, и поцеловал в лоб. — Люблю тебя папочка, - сонно пробормотал Скорпиус своим тоненьким детским голоском. Драко нежно провел рукой по его мягким белокурым волосам. — Я люблю тебя, Скорпиус. Его жена с искренней улыбкой наблюдала за их привычным проявлением чувств к друг другу перед сном. Теперь, он устроился с книгой на их кровати. Она тоже читала, но вдруг внезапно исчезла в соседней комнате. — С днем рождения, дорогой. Драко оторвал глаза от книги, как только она показалась из ванной, облаченная в черное. Маленькие лоскутки черной ткани. Очень дорогие лоскутки ткани, так как он предпочитал, чтобы у нее было все самое лучшее, не считая тех отвратительных пижамных штанов. С хитрой улыбкой, она уверенно пересекла комнату и забралась на его бедра, выхватив книгу из рук. Она взяла ладони Драко и разместила их на тоненьких бретельках на своих плечах, приглашая открыть еще больше обзора на ее тело. Он потянул за обе бретельки и потянулся к ее спине, чтобы расстегнуть петли нижнего белья. Как только ткань скользнула вниз по ее рукам и груди, он накрыл ее своими ладонями. Она прижалась к нему, а затем задрала его рубашку и потянула вверх, соприкасаясь с его телом, кожа к коже. Полностью обнаженные друг перед другом. В прямом и переносном смыслах. Они никогда не скрывались друг от друга. Он рывком изменил их положение, оказавшись сверху, избавил их обоих от лишней одежды и плавно толкнулся в нее. Она гладила его по спине в такт его толчкам, шепча на ухо слова мольбы и восхищения. Он не отнимал губ от ее лица и шеи, с благодарным поклонением, которого была достойна такая жена, которой она являлась. Обоюдное блаженство и удовольствие. Их страсть только усиливалась с годами, они знали друг лучше, чем кто-либо был способен познать себя. Драко выучил ее тело наизусть, его руки и губы успели изучить каждый дюйм ее кожи. Но все же, с каждым новый раундом в простынях, они открывали друг друга заново. Словно они были единым организмом, одним целым, когда выдыхали имена друг друга. Когда буря стихла, их тела прижались друг к другу, разжигая в его груди чувство собственничества. Она для него. Он для нее. Оба — во имя той жизни, что они строили вместе. Он путал пальцы в ее мягких, объемных локонах. Вдруг, она приподнялась и закусила губу: — Я тут подумала… — С тобой всегда надо быть настороже. — …что хочу вручить тебе еще один подарок, но, к сожалению его еще нет здесь. Драко закатил глаза. Этот день был сам по себе подарком. Скорпиус был всем, о чем он мог мечтать. Сама Гермиона была настоящим подарком. — Думаю, ты можешь подарить мне что-нибудь еще, - протянул он игриво, - может дашь мне подсказку? Когда он будет здесь? Она сделала вдох полный волнения: — Через несколько месяцев, - прошептала она и на глазах навернулись слезы. Драко заметил ее, чуть округлившийся живот, только, когда она приложила его ладонь к нему. Драко провел подушечками пальцев по ее телу, потрясенный тем, что ему снова выдался шанс испытать все это счастье, заполняющее собой сердце до краев. В первый раз, все эти эмоции были для него слишком сильными, но теперь, ему доведется прожить их еще раз. Предвкушение появления своего ребенка. — Ты… ты серьезно, любимая? Ты… Радость. Яркая, всепоглощающая радость, настоящее, мать твою, счастье. — Ты ставишь под сомнения мои диагностические чары или работу целителя? - поддразнила она. Драко заключил ее лицо в ладони и прижался крепким поцелуем к ее губам. Он высказал одно единственное опасение: — Как думаешь, Скорпиус будет счастлив? — Думаю, ему понравится командовать кем-то еще, помимо нас с тобой, - сказала она рассмеявшись, - ты всегда говорил, что ненавидел быть единственным ребенком. Полноценная. Семья из четверых человек. Брат или сестра их ребенка. Ребенка, который никогда не узнает того одиночества, которое часто испытывал он сам. Драко притянул жену к себе, заключая в крепкие объятия, стараясь выразить через них всю бесконечную благодарность за то, что она снова делает его отцом. Ценить и оберегать. Они всегда дарили друг другу эти чувства. — Ты же понимаешь, что моя мать будет невыносима? Особенно, если в этот раз будет девочка. Она звонко рассмеялась: — Я на это рассчитываю. Как только ее смех стих, она положила руку ему на грудь, заставляя лечь на спину, и снова заключила в свои объятия. — Я люблю тебя, Драко, - сказала она. Она говорила это очень часто. Он засыпал с любимой женой на руках, ребенком внутри нее, и еще одним, спящим в соседней комнате. Драко не боялся погружаться в мир грез. Он верил, что сегодня будет спать спокойно. Счастье. Он чувствовал одно лишь счастье.