9. На краю твоего сердца.

Профессионально-техническая средняя школа Юсон.

8 апреля.

9:12

— Он и правда уходит? — Не может быть... Мияко вместе с друзьями стояла у дверей кабинета директора, столпившись у узкого стеклянного окна в стене. Сердце бешено колотилось. Едва узнав новость о том, что Га Мина собираются перевести, она не могла поверить своим ушам. Всё казалось каким-то абсурдным сном, из которого она вот-вот должна проснуться. — "Нет. Этого не может быть. Неужели его мама вот так просто переведёт его?" — с отчаянием думала она, вглядываясь в силуэты за стеклом. Для Мияко он был не просто другом. Он был её первым настоящим союзником в этой школе. Благодаря нему они стали командой — разные, упрямые, странные — но по-настоящему близкие. Он не просто помогал — он объединял. И мысль о том, что завтра его не будет, казалась невозможной. — Мы должны уговорить его маму, — выдохнула она, едва слышно. — Во что бы то ни стало. Изнутри доносились глухие голоса. В кабинете сидели Га Мин, его мать и директор школы. — Его не возьмут, — тихо произнёс Сэ Хён, нарушив напряжённую тишину. — Почему? — спросил Чон, озвучив мысль, мелькнувшую у всех. — Какую школу устроит ученик из Юсон? В обычных школах своя программа, у нас — своя. Перевестись будет сложно. Эти слова зажгли слабую искру надежды. Возможно, ещё не всё потеряно? Через несколько минут дверь кабинета скрипнула, и на пороге появились Га Мин и его мать. Женщина выглядела раздражённой, лицо её хранило ледяное выражение усталости и раздражения. Ребята затаили дыхание. Может, передумала?.. Но их надежды рухнули, как карточный домик. — Если в Ванчхоне не найдётся подходящей школы, мы переедем в Сеул, — произнесла она холодным, отстранённым голосом, словно обсуждала переезд офиса, а не судьбу сына. Мияко почувствовала, как всё внутри сжалось. — "Нет... только не это..." Они бросились за ней. Пока женщина пристёгивалась в машине, Хивон опередила всех, встала перед автомобилем, словно пытаясь физически остановить уход. Затем подбежала к водительскому окну. Остальные подоспели следом. Хивон говорила быстро и горячо, но её слова разбивались о глухую стену молчания. Женщина даже не смотрела в её сторону. Мияко нервно сжала пальцы. В голове крутились десятки фраз, но ни одна не казалась подходящей. Наконец, она глубоко вдохнула и шагнула вперёд. — Здравствуйте, Госпожа, — начала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я... я подруга Га Мина. Простите, что вмешиваюсь, но мне очень важно сказать это. Пожалуйста, выслушайте. Женщина не отреагировала, но Мияко продолжила: — Я понимаю вас. Юсон — не идеальная школа. Но с тех пор, как пришёл Га Мин, она начала меняться. Он изменил нас. Он стал частью чего-то большего. Мы стали друзьями — не просто одноклассниками. Благодаря ему мы начали верить, что можем быть командой. Если он останется, школа тоже изменится. К лучшему. Мы... мы нуждаемся в нём. Она замерла, глядя женщине прямо в глаза. В её взгляде не было ни вызова, ни жалости — только искренняя просьба. Но лицо матери Га Мина осталось неподвижным, как у каменной статуи. Ни дрожи ресниц, ни намёка на сомнение. Только немигающий, холодный взгляд. — Он стал нам другом, — сказала Мияко почти шёпотом. — Пожалуйста... подумайте ещё раз. Ответом был лёгкий механический звук — окно машины медленно начало подниматься, отрезая её от собеседницы. Ещё мгновение — и стекло встало на место. Машина завелась и тронулась с места. Колёса прошуршали по асфальту. Через несколько секунд она скрылась за поворотом. — Она уехала... — выдохнула Джи У. — И не дождалась Госпожи Ли, — добавил Чон, оглядывая пустеющий поворот. Лишь спустя несколько минут на парковке появилась Госпожа Ли. Слишком поздно. Мияко стояла на месте, не отрывая взгляда от того места, где ещё недавно стоял автомобиль.

***

Машину несло из стороны в сторону, словно её захлёстывали волны — то вправо, то влево. Госпожа Ли напряжённо вглядывалась в дорогу, крепко сжимая руль. Лицо её оставалось сосредоточенным. На заднем сиденье ученики то и дело вскрикивали — от страха или от неожиданности очередного виража. Мияко сидела, зажатая между Чоном и Сэ Хёном. Места было катастрофически мало — она чувствовала каждый их вдох, каждое движение, и даже попытаться пошевелиться было невозможно. Впереди замаячила знакомая машина — та самая, в которой Га Мин уехал с матерью. В груди вспыхнула радость, лёгкий трепет пробежал по телу: они почти догнали их. Но мгновение спустя всё изменилось — из ниоткуда выскочил мотоциклист, резко подрезал их. Госпожа Ли круто вывернула руль, и машина, визжа шинами, начала описывать круги, уходя от столкновения. — Какого чёрта?! — вскрикнула Мияко, когда автомобиль, наконец, затормозил, а все внутри попытались прийти в себя. Дверь распахнулась, и Чон, побелевший от тошноты, буквально вывалился наружу. Мияко отвернулась, не желая видеть, как его корёжит. Тем временем мотоциклист медленно снял шлем, обнажая лицо. Это оказался навязчивый Кан Тэо. — Извините, но дальше вы не поедете, — сказал он самоуверенно. Между ним и Чоном тут же вспыхнула перепалка, а уже через минуту началась драка. Несколько парней бросились на Чона одновременно, не дав ему даже опомниться. На помощь тотчас рванулась Джи У, за ней — Мияко. Вылетев из машины, девушки сразу столкнулись с группой парней. Однако не растерялись: Джи У с размаху ударила одного дверью автомобиля, а Мияко ловко поставила подножку другому. Тот тяжело рухнул на спину и тут же получил в лицо сокрушительный удар кулаком. На Мияко с кулаками бросился ещё один, но она схватила его за руку и ворот куртки, а затем с лёгкостью перекинула через плечо, будто он ничего не весил. Веера были при ней — спрятанные под одеждой, они ощутимо впивались в кожу, но Мияко не спешила их доставать. Эти парни не казались ей настолько опасными, чтобы применять оружие. Обернувшись, она заметила, как один из нападавших сзади душит Джи У. Мияко молниеносно подбежала и ударила его сзади по колену. Потеряв равновесие, тот ослабил хватку, и Джи У ловко вырвалась, толкнув парня так, что он повалился на землю. Все трое переглянулись и, пробегая мимо друг друга, сбили с ног ещё нескольких хулиганов. Когда вся шайка уже лежала на земле, корчась от боли, поднялся лишь один — Кан Тэо. Мияко встала рядом с подругой. Позади подошёл Чон и, наклонившись, тихо сказал: — Девушки, идите-ка в машину. — Что? — одновременно воскликнули они. — Со мной всё будет в порядке. Идите. — Дурак, — с улыбкой бросила Мияко, догадавшись, что Чон просто хочет произвести впечатление. — Только осторожнее. — Если получишь по морде — убью, — пригрозила Джи У и направилась к машине. Девушки заняли свои места, пожелав другу удачи, но тревога за него не утихала. Сейчас, однако, важнее было остановить мать Га Мина.

***

Ребята сидели за столиком вчетвером, тесно прижавшись друг к другу. Они изредка переглядывались, бросая осторожные взгляды на соседний столик, где в нескольких метрах от них сидели Га Мин, его мама и Госпожа Ли. Лицо матери их друга, ещё недавно хмурое и настороженное, сейчас светилось теплом. Видя это, подростки облегчённо улыбались и вполголоса делились мыслями. — Как думаете, она правда передумала? — с тревогой прошептала Мияко, нервно теребя прядь волос. — Я надеюсь, — ответил Сэ Хён, следя за женщинами взглядом. — Всё к этому идёт. — Вы только посмотрите, как у неё настроение улучшилось, — подалась вперёд Джи У. — Пожалуй, все стало даже лучше, — заметила Хивон с лёгкой усмешкой. Ребята пытались расслышать разговор взрослых, но в шуме кафе до них долетали лишь отдельные, бессмысленные фразы. Мать Га Мина наклонилась вперёд, готовясь что-то сказать — как вдруг раздался резкий металлический скрежет. Дверь распахнулась с оглушительным звуком. В помещение ворвалась группа молодых парней. Они двигались быстро и шумно, как стая шакалов, грубо отталкивая стулья и распугивая посетителей. Те, кто сидел у выхода, в панике бросились прочь. Замыкал цепь новоприбывших знакомый всем Ма Минхван — высокий, уверенный в себе, с той самой кривой усмешкой, которая сразу заставляла напрячься. Мияко уловила щелчок — кто-то закрыл и, похоже, запер дверь. — "Они нас заперли?"— её сердце учащённо забилось. Минхван не спеша прошёл вглубь, повернулся спиной к ребятам и сел, лицом к столу, за которым сидели женщины. — Ли Хан Гён, поговорим? — Ли Хан Гён? Как ты смеешь так обращаться к ней?! — возмутилась Джи У, вскакивая с места. Но ребята вовремя схватил её и силой усадили обратно. — Я сейчас занята. Подождите, — голос Госпожи Ли был спокоен, но твёрд. — Хорошо, — кивнул Минхван с притворным послушанием, но тут же подошёл к ближайшему столику, схватил стакан с недопитым соком и швырнул его на кафель. — Подавитесь, суки. Стекло с громким звоном разлетелось в стороны. Мияко вздрогнула. — Я не собираюсь никого ждать. Ребята начали подниматься, но их движения тут же были пресечены: несколько парней подошли ближе, встали над ними и угрожающе скрестили руки. — Сидеть, — произнёс один из них. — "Плохо дело." — подумала Мияко. Рука уже легла на веер, спрятанный под одеждой. — Это из-за Пи Хан Уля? Из-за заявления в департамент? — спросила Госпожа Ли, не дрогнув ни на секунду. — Ну а из-за чего ещё? — скривился Минхван. — Если вы хотите поговорить — просите вежливо, а не угрожайте, — спокойно сказала она. — Или вас этому не учили? Ответом была тишина. Давящая, густая, как перед грозой. — То есть с нами вы не пойдёте? — с наигранным разочарованием протянул Минхван. — Ну ладно. Идём, ребята. Хулиганы двинулись вперёд. Мияко сжала веер в руке, готовая достать его в любую секунду. Но следующая сцена потрясла её. Парень с бейсбольной битой, нацелившийся на Госпожу Ли, внезапно взвизгнул и рухнул на пол. Его сбила с ног мать Га Мина, в прошлом — учитель тхэквондо. Все в кафе замерли. Наступила полная тишина, нарушаемая лишь дыханием. — Она что, и правда настолько крутая? — выдохнула Мияко. Мать Га Мина бросила несколько слов в сторону хулиганов — и в следующую секунду началась драка. Мияко выхватила веера. Раскрытые клинки сверкнули в свете ламп, и первый удар рассёк воздух, хлёстко ударив противника по щеке. Второй получил Джи У — и тот рухнул на пол, не успев понять, откуда пришла атака. Девушки выскочили из-за стола. Джи У, мастерски используя приёмы дзюдо, укладывала противников на пол один за другим. Мияко двигалась точно и стремительно, как хищная птица: удары веером — в колени, по рукам, по рёбрам. Один упал, второй застонал, третий попытался схватить её за волосы — но получил обратным ударом в нос. Несколько парней окружили её. Она готовилась к бою, когда в последний момент Джи У подоспела на помощь, оттянув на себя двоих. Оставшиеся приближались медленно, с ухмылками. Один бросился вперёд — Мияко отступила вбок, подставила ногу — и тот полетел лицом вниз. Но второй оказался быстрее. Он сбил её с ног. Вееры вылетели из рук. Она упала на спину, но, не теряя секунды, ударила ногой по лицу наклонившегося над ней противника. Тот отлетел, зажимая окровавленный нос. Она вскочила и огляделась в поисках оружия, но не успела сделать шаг — сзади её схватили. Чья-то рука жёстко заломила ей плечи и потащила в сторону. Боль пронзила спину, и Мияко вскрикнула. — Знал, что ты здесь будешь, — услышала она голос Минхвана. — Отпусти! — взвилась она, дёргаясь изо всех сил. Но хватка была мертва. — Хан Уль стал каким-то задумчивым за эти две недели, — с притворной печалью сказал Минхван. — Наверное, тебя не хватает. — Мне плевать! — огрызнулась она, всё ещё пытаясь вырваться. — Отпусти, — прошептала она снова, и вдруг — свобода. Мияко подняла руку, готовая ударить Минхвана, но он перехватил её взгляд. — Хан Уль очень не хотел, чтобы ты была втянута в это. Но раз уж ты так рвёшься... Внезапный удар сбоку обрушился на её висок. Всё погасло. Мияко рухнула на пол, мир закружился. Гул в ушах. Ноги подкашивались. Она не слышала голосов, но чувствовала — кто-то роется в кармане её рубашки, что-то туда кладёт. — Ты знала, на что шла. Я предупреждал, — прошептал голос. Джи У появилась внезапно — оттолкнула обидчика, склонилась над подругой: — Мияко, ты в порядке?! — Всё в норме... — с трудом прошептала та, но её фраза утонула в хлопке выстрела. Слишком быстро. Минхван выстрелил в вазу рядом с Госпожой Ли, затем направил оружие на неё. Все застыли. — "Он что, не игрушечный?" — пронеслось в голове девушки насчёт пистолета. Мать Га Мина метнулась вперёд, закрывая учительницу собой. Раздался второй выстрел. Пуля угодила в стекло за спиной женщин — осколки брызнули, будто лезвия. Некоторые врезались в голову женщины. Затем — страшная тишина. А после — звук падения тела. На полу лежала мать Га Мина. Из-под её головы медленно растекалась тёмная кровь.

***

Сколько времени прошло? По ощущениям — целая вечность. До самой ночи Мияко провела в больнице рядом с Га Мином, как и остальные. Его мать экстренно госпитализировали, и все друзья поспешили поддержать его в трудный момент. День выдался тяжёлым для всех — усталость давила на плечи, мысли путались, а тревога не отпускала. Когда наконец врачи сообщили, что состояние матери Га Мина стабилизировалось, Мияко уговорила его поехать домой и немного поспать. Ей самой следовало поступить так же — и тело, и разум просили отдыха. Зайдя в комнату, она машинально бросила веера на кровать, а следом опустилась и сама. Сил не осталось ни на что. Мияко уже собиралась уснуть прямо в уличной одежде, но стоило ей прикрыть глаза, как в памяти всплыло странное прикосновение — чьи-то руки, шарившие в кармане её рубашки. Она резко села, и рука сама собой метнулась к карману. Пальцы нащупали сложенный листок бумаги. Включив прикроватный светильник, она развернула записку. Всего три слова, написанные аккуратным почерком: «Не передумала ещё?» Мияко не пришлось гадать, кто её автор. Спокойно, без злости, она разорвала записку на мелкие кусочки. Бумага шуршала в пальцах, а губы тихо шепнули: — Нет. Головой она могла управлять. Она понимала, что нужно держать дистанцию. Но сердце... сердце её не слушалось. Оно тянулось к тому, кто оставил эти слова. Притяжение было необъяснимым, почти болезненным. И всё же — разум напоминал, насколько он опасен. Именно это и останавливало её от поступков, которые так хотелось совершить.

Профессионально-техническая средняя школа Юсон.

9 апреля.

10:03

Утро выдалось на удивление спокойным. Мияко не видела ни Минхвана, ни Хан Уля, ни... Га Мина. Его не было нигде, даже Сэ Хён разводил руками — он тоже его не встречал. Девушка уже начала думать, что друг просто не пришёл в школу, но, проходя по коридору, вдруг заметила до боли знакомый силуэт. Кто-то поднимался по лестнице на крышу. — "Га Мин?" — пронеслось у неё в голове. Сердце дрогнуло, и Мияко инстинктивно рванулась вперёд. Она находилась на другом конце коридора и поспешила ускорить шаг, будто боялась, что он исчезнет, стоит ей замешкаться. Добравшись до лестницы, Мияко осторожно начала подниматься, ступенька за ступенькой, пока не оказалась у двери на крышу. Прижавшись к ней, она пыталась уловить хоть какие-то звуки. Слышались только шаги и обрывки чужого разговора, до конца неразборчивые. Она уже почти решилась войти, как вдруг раздались шаги за дверью — тяжёлые, уверенные. Мияко не успела и развернуться, как кто-то с силой налетел на неё, и она чуть было не покатилась вниз по лестнице. Но чья-то рука вовремя схватила её — крепко, но мягко, почти бережно. — Сколько раз мне ещё тебя ловить? — прозвучал знакомый голос у самого уха. Мияко распахнула глаза. Перед ней стоял тот, кого она меньше всего хотела видеть. Хан Уль. Его лицо было слишком близко — на опасном расстоянии. Она хотела отпрянуть, но он не позволил — продолжал удерживать её, притягивая ближе. — Отпусти, — прошептала она, будто голос предал её под тяжестью его взгляда. — А если не отпущу? — усмехнулся он, насмешливо склонив голову. — Получила моё послание? Она молча кивнула. — И? Каков ответ? — Нет, — спокойно, но твёрдо произнесла Мияко, глядя ему прямо в глаза. На лице Хан Уля дернулись желваки — он явно был раздражён, и Мияко это заметила. — Ну, нет так нет, — отозвался он, стараясь скрыть эмоции. — Не пожалей потом. Он отпустил её руку, обошёл и начал спускаться вниз по лестнице, оставляя за собой знакомый шлейф — горьковатый аромат смолы и табака. Кажется, этот запах уже стал частью её самой. Мияко стояла, ощущая, как сжимается сердце. Но что она могла сделать? Он такой, каким и был — человек, которого не изменить. Да и пыталась ли она по-настоящему? А Хан Уль? Его сердце болезненно сжималось, кричало: — "Развернись. Вернись к ней." Но разум был беспощаден. — "Не смей." Он просто ушёл, засунув руки в карманы, но в голове не прекращал пульсировать её образ — образ девушки, которую он так отчаянно хотел удержать. Мияко простояла так ещё с минуту, не отрывая взгляда со спины парня. Внезапный шум заставил её вздрогнуть. Дверь резко распахнулась — и перед ней открылась поистине невероятная сцена. Двое парней корчились на полу от боли, а Га Мин и Сончхоль, словно два урагана, неслись друг на друга с бешеной скоростью. В следующее мгновение Га Мин сбил противника с ног, отправив его к остальным. — Га Мин, ты здесь! Ты в порядке? — воскликнула Мияко, хотя и чувствовала, что с ним всё хорошо. — Мияко? Что ты здесь делаешь? — не ответив на её вопрос, он задал свой. — Я увидела тебя в коридоре и пошла следом. Все думали, что ты сегодня не пришёл. — Понятно, — коротко бросил он и, не задерживаясь, направился к лестнице. Видно было, что он явно не в духе. Мияко ещё раз посмотрела на поверженных парней, затем повернулась и пошла за Га Мином. Он быстро спускался вниз, но внезапно остановился. На полу лежал оборванный, исписанный лист — часть их учебного плаката. Га Мин поднял его и на секунду замер, будто что-то вспоминая. — Га Мин? — тихо позвала его Мияко, обходя сбоку и заглядывая в руки. На бумаге издевательски был нарисован её друг. Над рисунком красовалась злая надпись: «Учитесь! Вступайте, если хотите испортить себе жизнь.» Мияко заметила, как взгляд Га Мина потух. Не раздумывая, она вырвала лист из его рук, скомкала его с раздражением и швырнула в сторону. — Не слушай этих идиотов. Мы обязательно всё изменим, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Это я во всём виноват, — неожиданно пробормотал Га Мин. Мияко хотела что-то ответить, но его слова ошеломили её. — Что? Конечно же нет! Ты столько сделал для всех. Мы все в тебя верим, Га Мин. И если понадобится — поможем, чего бы это ни стоило. Не смей так говорить. Я уверена, твоя мама гордилась бы тобой. Не сдавайся... пожалуйста. Слова давались ей с трудом, но она знала: сейчас они были нужны ему как никогда. Га Мин медленно поднял глаза и встретился с её взглядом. Увидев, что Мияко улыбается, несмотря на всё, что произошло, он невольно улыбнулся в ответ. Лёгкое движение губ — но в нём было что-то важное. Он кивнул и направился в сторону спортзала, откуда доносились какие-то объявления. Мияко поспешила за ним, но не успевала за его шагом. Когда она, наконец, добежала, перед её глазами развернулась ещё одна сцена. Га Мин, не говоря ни слова, ударил Пи Хан Уля на глазах у всех. Тот не растерялся и в ответ с силой ударил его ногой в челюсть. — "О, чёрт..." — последнее, что успела подумать Мияко.