Глава 6. Легенда о погибшем мире

Утро в резиденции началось привычно спокойно. Сквозь высокие окна в гостиную проникал мягкий дневной свет, отражаясь от полированных поверхностей и медленно скользя по полу. Аиша сидела на диване, рядом с ней располагался Мими, просящий ласки. Девочка же не могла отказать, глядя на его милую мордашку, и потому поглаживала его, заодно слушая его довольное мурчание. Где-то вдалеке скрипнула дверь, за стеной раздались шаги. Вскоре в комнату вошли Цзин Юань и Яньцин. Генерал выглядел собранным и спокойным, как всегда, но в его взгляде было что-то особенно внимательное. Яньцин шел рядом, но был чуть более взбудоражен. Цзин Юань остановился напротив Аиши. - Доброе утро. - начал он. - Как спалось сегодня? Девочка кивнула, давая понять, что всё было хорошо. — Это хорошо. Мы хотели кое-что тебе дать. Он вынул из рукава небольшой футляр и положил его на стол. Аиша осторожно наклонилась вперед, осматривая его. Внутри футляра лежало тонкое устройство — гладкое, светлое, с едва заметным узором на корпусе. Оно выглядело странно, какой-то черный прямоугольник с узором сзади... — Это средство связи, — продолжил Цзин Юань. — Оно позволит тебе быть на связи с нами. Не только в случае необходимости… но и просто так. Яньцин взял устройство и, сев рядом, начал показывать, как оно работает. Он говорил негромко, терпеливо, иногда останавливался, чтобы убедиться, что она понимает. — Здесь можно написать, — он указал на экран. — Здесь — позвонить. А здесь ты можешь написать любой интересующий тебя вопрос и получить ответ. Аиша держала устройство в руках, чувствуя его вес — легкий, но ощутимый. Экран загорался от её прикосновений, реагируя на движение пальцев. Она подняла взгляд и кивнула. — Хорошо, — сказал Цзин Юань с легкой, почти незаметной улыбкой. — Значит, ты более-менее разобралась. После этого разговоры стихли. Генерал вскоре отправился по делам, Яньцин — на тренировку, и дом снова наполнился тишиной. Оставшись одна, Аиша ещё некоторое время сидела в гостиной. Она положила устройство рядом, время от времени поглядывая на него, словно проверяя, действительно ли оно здесь. Затем она поднялась и направилась в библиотеку, не забыв взять с собой и "средство связи". Двери открылись тихо, впуская её в просторный зал. Здесь всегда было светло: солнечные лучи проникали сквозь высокие окна, отражались от деревянных поверхностей и ламп с мягким светом. Второй этаж нависал аккуратным полукругом, а между стеллажами располагались уютные места для чтения — пуфы, столы, кресла, небольшие растения. Аиша шла медленно, не спеша, осматривая всё вокруг. Её внимание привлекла секция с более простыми книгами. На табличке значилось что-то вроде «Руководства и повседневные знания». Она остановилась там. Здесь не было древних хроник или сложных философских трактатов. Полки заполняли книги о жизни: как готовить еду, как ухаживать за волосами, как плести причёски, как вести хозяйство, как правильно одеваться в разные сезоны. Аиша взяла одну из книг, пролистала страницы. Иллюстрации были аккуратными и понятными. Она рассматривала книги на полках, рецепты самых разных блюд, инструкции к разным интересным прическам. Она взяла обе книги, чтобы затем попробовать что-то новое оттуда. Через некоторое время она пошла дальше, положив взятые книги на один из столиков для чтения. Чем глубже она заходила, тем массивнее становились полки. Цвет обложек темнел, названия становились строже, тяжелее. Здесь хранились хроники, записи прошлого, легенды и мифы Лофу. Воздух тоже будто изменился — стал плотнее, тяжелее. Она шла вдоль полок, пока вдруг не остановилась. Взгляд зацепился за одну из книг. Обложка её была темно-синего цвета, её обрамляли серебряные узоры с завитками, а посередине большой, красивый за́мок, который так и излучал важность и богатство. А на заднем фоне ярким серебром светила большая полная луна. Аиша взяла книгу в руки, и в тот же миг ощутила, как по ладоням пробежал холодок, словно от прикосновения к ночному воздуху. Она медленно провела пальцами по серебряным узорам. Завитки отзывались под кожей слабым, едва уловимым эхом. Осторожно раскрыв книгу, Аиша вдохнула. Запах старой бумаги смешивался с чем-то иным — прохладным, напоминающим ночной туман и лунный свет. Страницы были плотными, слегка пожелтевшими от времени, а строки — выведены аккуратным, почти торжественным письмом. Она опустилась на ближайший пуфик у окна. Свет, проникавший сквозь стекло, мягко лег на страницы, и серебряные символы на полях слабо поблескивали, словно реагируя на присутствие читателя. Девочка начала читать. С каждой строкой окружающий мир будто отдалялся. Время замедлилось. Она полностью погружалась в историю, написанную неизвестным автором. Всем своим телом она ощущала небольшое напряжение и холодок, исходящие от этой истории. "Легенда об забытой планете". Под вечным сводом небес, усыпанным бесчисленными звездами, в эпоху, когда лунный свет был не просто сиянием, но живой силой, а песнь — ключом к магии, некогда существовало королевство, имя которого ныне стерто из памяти миров. В глубокой древности сияла планета, нареченная Аэллия. Народ, населявший её, звал себя Детьми Лунного Эха — ибо в их крови отзывался голос Луны, а в дыхании звучала её благодать. В поздние времена, когда истина исказилась и память потускнела, их стали называть Детьми Погасшей Луны, но и это имя было лишь тенью былого величия. Согласно древним сказаниям, народ Аэллии поклонялся Лунной Богине — существу незапамятных времен, что, сотворив собственный мир, вдохнула в него жизнь и наделила людей частью своей силы. Но её дар заключался не только в материи. Через кровь и песнь Дети Лунного Эха могли проводить обряды, изменяющие саму ткань бытия, исцеляя, созидая и поддерживая гармонию мира. Однако даже божества не были свободны от зависти. Иное небесное существо, алчное и ослепленное мощью Лунной Богини, вознамерилось лишить её света. В час, скрытый от глаз смертных, он пронзил её сердце клинком предательства. Но, умирая, Богиня изрекла последнее заклятие — Проклятие Рассыпления, и тот, кто поднял на неё руку, был обречен угаснуть, рассыпавшись, словно пепел, всего через несколько дней. Смерть Богини стала скорбью, не знавшей утешения. Народ Аэллии лишился своего света, своего голоса, своей путеводной звезды. И тогда из мрака отчаяния восстала одна девушка, наделенная редчайшей силой и ясным разумом. Будучи посланницей народа в дипломатических делах, она не смогла смириться с гибелью своего дома. Понимая, что возрождение Богини невозможно, она избрала иной путь — сохранить народ и его наследие. Она повела за собой Детей Лунного Эха, и под её началом Аэллия вновь обрела былое величие. На общем собрании, в отсутствие божественного владыки, народ избрал её королевой. Так началась эпоха династии Селестры, названной в честь первой правительницы. Прошли века. Свет Богини в крови народа слабел, становясь всё тише, и лишь изредка в королевском роду рождались дети, в которых благословение Луны звучало особенно ясно. Одной из таких была последняя принцесса Аэллии — Сиэль де Аэллия Селестра. Её имя несло в себе и название утраченного мира, и память о первой королеве. С ранних лет было ясно: магическая энергия принцессы превосходила всё, что знали прежде. Народ любил её, возвышал и верил — именно она станет величайшей правительницей со времен основания династии. Когда Сиэль достигла зрелости, за её силу и любовь к своему народу, ей был дарован титул «Хранительница Лунного Света», и почитание к ней стало почти священным. Но воспитанная в покое и заботе, принцесса оставалась нежным цветком, укрытым от бурь. Она верила, что её силы достаточно, чтобы защитить всех, и что судьба позволит ей сохранить мир. Истории же редко бывают милосердны. Не дожив до шестнадцати лет, Сиэль стала свидетельницей гибели своего мира. На Аэллию обрушились последователи Затмения — прислужники того самого божества, что некогда убило Лунную Богиню. Они пришли из тени, без предупреждения, и королевство пало прежде, чем успело сделать хоть что-нибудь. Народ был истреблен. Королевская семья — уничтожена. А магия, веками поддерживавшая существование планеты, иссякла. Лишенная света, Аэллия утратила сияние… и раскололась, разлетевшись на бесчисленные осколки, рассеянные по всей Вселенной. Последняя строка осталась позади. Аиша ещё некоторое время не переворачивала страницу, словно переваривая всё прочитанное. История не отпускала — она осела где-то глубоко внутри, оставаясь легким осадком. Эта история будто бы коснулась её до глубины души. Она казалась ей такой незабываемой и интересной, хоть и достаточно трагичной. Она медленно выдохнула и закрыла книгу. Мир вокруг возвращался не сразу. Сквозь высокие окна библиотеки по-прежнему струился свет, пуфики и столы оставались на своих местах, но ощущение было такое, будто она только что вернулась издалека. История ей понравилась — не ярко, не шумно, а глубоко, тихо, так, как нравятся вещи, к которым хочется вернуться ещё раз. Аиша осторожно поднялась и огляделась. На столе, где она сидела раньше, всё ещё лежали другие книги — тонкие сборники и гайды, оставленные ею. Она собрала их аккуратно, прижав к груди, а затем вновь взглянула на темно-синюю книгу с серебряной луной. Колебаться она не стала, взяла и её тоже. Обложка снова отозвалась тем самым тихим холодком. Она крепче прижала книги к себе и направилась к выходу из библиотеки. Вернувшись в комнату, Аиша аккуратно разложила книги на столе у окна. Она выровняла стопку, поправила уголки и посморела в окно, из которого открывался вид на красивый сад. После этого ей захотелось воздуха. Аиша вышла в коридор и спустилась в гостиную. Там, на своей большой лежанке, растянувшись во всю длину, лежал Мими. Он дышал ровно и глубоко, хвост с пушистой кисточкой слегка подрагивал во сне. Она подошла ближе и присела рядом. Осторожно, почти невесомо, провела рукой по мягкой шерсти, затем ещё раз — уже чуть увереннее. Мими шевельнулся, приоткрыл один глаз и тихо фыркнул, узнавая прикосновение. Аиша улыбнулась. Она легко коснулась его макушки и, привлекая внимание, жестом позвала за собой — просто, без слов. Мими посмотрел на неё внимательно, будто раздумывая, затем поднялся с лежанки, потянулся и, встряхнув гривой, последовал за ней. Вместе они вышли в сад. Воздух там был свежим, прохладным после недавнего дождя. Листва тихо шелестела, капли воды ещё держались на ветвях, а поверхность пруда отражала небо, словно отполированное стекло. Аиша шла медленно, позволяя Мими идти рядом, и ощущала приятное спокойствие. То, когда можно без задних мыслей просто лечь на мокрую траву и смотря на небо ни о чем не думать. Какое-то время они так и оставались в саду. Аиша устроилась на траве, полусидя: ноги вытянуты вперед, а спиной и головой она опиралась на теплый бок Мими. Тот лежал спокойно, совсем не против находиться рядом с девочкой и быть использованным в качестве подушки. Аиша смотрела на небо. Облака медленно плыли над головой, меняя формы, расплываясь и собираясь вновь. Мысли не цеплялись ни за что — они просто проходили, как эти самые облака, оставляя после себя только легкость. Вдруг тишину нарушила легкая вибрация. Аиша вздрогнула от неожиданности и опустила взгляд. Телефон, который ей подарили сегодня, светился в ладони. Она осторожно коснулась экрана и увидела уведомление: Сообщение от Яньцина. Она открыла его. Он писал, что скоро вернется и по дороге возьмет что-нибудь вкусное, чтобы она не беспокоилась из-за его отсутствия. В этих простых словах было столько заботы, что Аиша на мгновение задержала дыхание. Она задумалась, что ответить. Пальцы не сразу нашли нужные буквы. Медленно, сосредоточенно, она набрала: - Я в саду. Немного подумав, добавила ещё: - С Мими. Отправив сообщение, Аиша убрала телефон и вновь подняла взгляд к небу. Мими чуть шевельнулся, устраиваясь удобнее, и она невольно прижалась к нему сильнее. Шелест листвы, прохладный воздух, тихое дыхание рядом — всё это сливалось в одно спокойное ощущение. Глаза сами собой начали закрываться. И, глядя сквозь полуприкрытые веки на медленно плывущие облака, незаметно для себя задремала.

***

Яньцин только вернулся в резиденцию. В руках у него был небольшой пакет, который он, едва переступив порог, быстро отнес на кухню. Поставив его на стол, он даже не стал задерживаться — почти сразу развернулся и направился в сад. В глубине сада, у пруда, на её излюбленном месте, Аиша лежала рядом с Мими. Девочка задремала, опираясь на его бок, а лев неподвижно лежал рядом, словно охраняя её сон. Вода в пруду была спокойной, отражая небо, и всё вокруг казалось удивительно тихим. Яньцин подошел ближе, стараясь не шуметь. Он присел рядом и осторожно коснулся её головы, мягко проведя рукой по волосам — так, чтобы не испугать. Аиша пошевелилась. Её ресницы дрогнули, и она медленно открыла глаза. Сначала мир был размытым, теплым и сонным. Она ожидала увидеть над собой голубое небо с облаками… но вместо этого перед ней оказалось лицо юноши. Красивое, спокойное, чуть уставшее. Несколько мгновений она просто смотрела на него, будто не до конца проснувшись, а потом в её взгляде появилось узнавание. Девочка медленно привстала и в знак приветствия кивнула. — Я оставил кое-что сладкое на кухне, — тихо сказал Яньцин, чуть улыбнувшись. — Пойдем внутрь? Аиша кивнула почти сразу. Она поднялась с травы, а Яньцин осторожно взял её за руку и повел за собой. Его ладонь была теплой и уверенной, и Аиша поймала себя на мысли, что ей совсем не хочется отпускать его ладонь, ведь когда они так ходили, она чувствовала приятную близость с Яньцином, поскольку он был самым важным человеком в её жизни. Мими тут же поднялся и, виляя хвостом, направился следом. Когда они зашли на кухню, взгляд Аиши сразу упал на пакет, стоявший на столе. Она подошла ближе и заглянула внутрь. Там аккуратно лежали несколько разных пирожных — маленькие, красивые, с кремом и тонкими украшениями. Глаза Аиши заметно засияли. Яньцин наблюдал за её реакцией с легкой, почти довольной улыбкой. — Давай возьмем их в гостиную? — предложил он. — И можем заодно поиграть во что-нибудь. Аиша мягко кивнула, всё ещё разглядывая пирожные, словно не веря, что это всё действительно для неё. Мими уселся рядом, внимательно наблюдая за происходящим, будто тоже был не против такого плана. Яньцин взял пакет с пирожными и первым направился в гостиную. Аиша пошла следом, а Мими радостно крутился вокруг них, иногда забегая вперед, будто торопя. В гостиной они устроились прямо на ковре. Пирожные быстро перекочевали на столик, а дальше всё пошло легко и без плана: они играли, Яньцин пытался развлечь Аишу, а Мими то ловил воображаемую добычу, то внезапно вклинивался между ними, требуя внимания. В какой-то момент к девочке вдруг пришла мысль, что такие веселые вечера уже являются нормой для неё, и каждый раз она счастлива вот так вот проводить время с Мими и Яньцином. Со временем шум шагов раздался в коридоре, и в гостиную заглянул Генерал. — Пора ужинать, — спокойно сказал он, окинув их теплым взглядом. Они поднялись и отправились в столовую. За ужином разговоры текли неторопливо и уютно: говорили о прошедшем дне, о книгах, о саде после дождя, о мелочах, которые почему-то казались важными. Генерал слушал внимательно, когда Яньцин обо всем рассказывал. Так, среди мягкого света, спокойных голосов и ощущения дома, день незаметно подошел к концу.