Часть 2

Моника, услышав этот рассказ, не могла сдержать слез. Они моментально покатились по её щекам, и в душе разгорелось незнакомое чувство. Ей стало стыдно за себя: как она могла когда-либо считать его трусом и то что он сбежал от неё? Сейчас, осознавая все масштабы его поступка, она гордилась им. Он действительно совершил благородный поступок, пожертвовав своей жизнью ради неё. С этой мыслью она встала с дивана, поблагодарила Кикимера за откровенность и направилась в свою комнату. Шагая по ступенькам, Моника была погружена в размышления. В её голове находились множество вопросов: "Правда ли он принял решение пожертвовать своей жизнью ради меня? А как же родители мамы? Я видела их лишь однажды, в далеком детстве. Почему они были так против? А если бы никто не препятствовал их любви, вдруг бы всё сложилось по-другому?" Эти мысли кружились в её голове, вызывая смешанные чувства. Она знала, что на эти вопросов никогда не получит ответов, и это её злило. Когда она наконец дошла до своей комнаты, ощущение тяжести на сердце вновь накрыло её. Она открыла дверь и вошла внутрь; эта комната когда-то принадлежала её отцу, а теперь стала её лично комнатой. Здесь было уютно и спокойно. Моника легла на кровать и, удивительно, довольно быстро заснула, оставляя все горести за пределами своих снов. 1 сентября 1993 года. Моника проснулась, посмотрела на часы, и они показывали около девяти. Едва встала с кровати, как направилась в ванную комнату. После душа и чистки зубов она решила надеть белую рубашку и короткую юбку. Появляясь в привычном образе, она почувствовала, что готова к четвертому курсу. Окончательно собравшись, она схватила свой чемодан и спустилась вниз к Розе. На часах уже было десять. На душе у Моники было тревожно, но она старалась не поддаваться этому чувству. Она понимала, что ей нужно взять себя в руки и двигаться вперед, несмотря на все преграды, которые могли возникнуть на её пути. Это был новый день, полный неизвестности, но у неё пока что была поддержка в лице Кикимера и Розы. - Эх, Роза, я так хочу спать, - протянула Моника, но в глубине души понимала, что скоро сядет в поезд и сможет немного отдохнуть в дороге. - Понимаю, но нужно держаться, - ответила тетя с теплой улыбкой, протянув ей чашку с кофе. - Спасибо большое, - поблагодарила Моника, и, не теряя времени, принялась быстро пить горячий напиток, чувствуя, как бодрящий аромат и вкус немного придают ей сил. Спустя двадцать минут они были готовы и направились к станции Кингс-Кросс. - Я буду скучать по тебе, - грустно произнесла Моника, крепко обняв свою тетю. - Я тоже буду очень-очень сильно по тебе скучать, но ты не заметишь, как пролетят дни, и скоро наступят каникулы, - попыталась подбодрить ее Роза. Внутри у нее было тяжело на душе: расставаться с Моникой было сложно, ведь она стала для нее как дочка, о которой Роза мечтала многие годы. Она часто замечала, что Моника во многом похожа на Регулуса, тогда как на Луизу — почти не похожа. Воспоминания о Регулусе вновь накрыли ее. Роза когда-то была влюблена в него, но когда узнала о том, что он также нравится Луизе, решила скрыть свои чувства. Это было обидно и больно, однако на Монике эти эмоции никак не отражались, и она продолжала относиться к ней с неподдельной любовью и заботой. - Ладно, Роза, мне пора идти, а то поезд отправляется через двадцать минут, - с грустной улыбкой произнесла Моника, вновь крепко обняв тетю. - Удачи тебе, если что, я всегда жду твоего письма, - сказала Роза в ответ, стараясь сдержать слезы. Моника, еще раз попрощавшись, прошла через стену, стараясь не терять времени и начать искать знакомые лица среди толпы. Спустя десять минут бесполезного поиска, Моника подумала, что ее друзья, возможно, уже сели в поезд, и, решив не терять время, она поднялась на платформу и вошла в вагон. Начав осматриваться в поисках своих спутников, она прошла по ряду, пока не наткнулась на них. После нескольких неудачных попыток найти свободное место, наконец-то, она увидела их и уселась рядом, чувствуя, как перед ней открывается новая глава в ее жизни. Это было волнение, смешанное с надеждой, и она была готова его встретить. — О, слава Мерлину, я вас нашла! — сказала Моника с легкой улыбкой. — Вот и пришла наша! Мы уже думали, что ты не успеешь, — произнес Теодор, осматривая Монику с ног до головы. За лето она изменилась и подросла, стала намного красивее и аристократичнее. — Теодор, ты своим взглядом сейчас меня убьешь! — смеясь сказала Моника, случайно касаясь плеча Пэнси. В ответ на это он закатил глаза и усмехнулся. — Ой, вот не нужно закатывать глаза, как будто я соврала, — продолжала смеяться Моника. — А вот соврала, — шутливо ткнул в нее Теодор, поворачиваясь к ней корпусом и пристально глядя в глаза. — Не надо на меня наговаривать! — Моника по-прежнему легко улыбалась и также смотрела на Теодора. Между ними словно проскочила искра, и в воздухе повисло ощущение чего-то необычного, но оба быстро отмахнулись от этой мысли. — Как у вас лето прошло? Все нормально было? — с интересом спросила она, ожидая ответ. — Нормально, мы с семьей побывали во Франции. Там очень красиво, — ответила Пэнси, откидывая голову назад. — А мы с семьей провели время дома, на ужинах и просто отдыхая, — добавил Драко, прерывая разговор. — О, круто! А ты, Теодор? Как провел лето? — спросила Моника, поворачиваясь к нему и ожидая ответа. — Да, всё также, на ужинах были, в Австралии побывали, — ответил Теодор, по-прежнему не в силах оторвать взгляд от Моники. — Круто! — односложно ответила она и улыбнулась. В этот момент между ними вновь возникло легкое напряжение, будто слова вообще не имели значения, и они оба чувствовали, что впереди их ждет что-то намного большее, чем просто учеба в школе. Разговор продолжался, пока поезд мчался вперед, унося их в неизвестность, полную новых впечатлений и неожиданностей. Они обсуждали не только лето, но и ожидания от нового учебного года, мечты и планы на будущее, постепенно погружаясь в атмосферу дружеского общения. Вдруг поезд резко затормозил, а атмосфера стала напряженной. — Что случилось? — тихо спросила она у ребят, и случайно ударилась затылком о полку. — Не знаю, — очень тихо ответил ей Драко. В поезде стало темно, и даже было тяжело дышать. Вдруг послышался звук, как будто кто-то летит, и их было много. Две фигуры заглянули к ним в купе, а Моника мельком посмотрела на них, но вскоре они ушли, не причинив никому вреда. Все были в большом удивлении и задавались вопросом, откуда здесь взялись дементоры? В течение оставшейся дороги они молчали, боявшись произнести хоть слово, так как им было очень страшно, да и каждый думал о своем. Спустя четыре часа поезд наконец-то приехал на место назначения. Все начали выходить, проходя по платформе, Моника снова задумалась о том, что могут делать дементоры в этом районе. — Может, это связано с Сириусом Блэком? Он же в июне сбежал из Азкабана… — произнесла она с каким-то отвращением к этому человеку. Хуже всего, что она его не знала, но это не отвлекло её от глубоких переживаний и страхов. Пока она витала в своих мыслях, то совершенно не заметила, как впереди появилось низкое дерево. К счастью, Теодор заметил это и вовремя отодвинул её в сторону. — Будь осторожнее и не витай в своих мыслях, — сказал он с мягкой улыбкой, прежде чем вернуться к Драко, который уже шёл дальше. Когда их путь подошёл к концу и ребята наконец-то вошли в Хогвартс, они быстро собрались вместе, чтобы не потеряться в толпе первокурсников. Словно в ответ на их страхи, из-за двери появилось два старосты. Один из них взял первокурсников и повёл их в общий зал, а второй — остальных, в том числе и их. Зал Хогвартса сиял огнями, и атмосфера напоминала о предстоящих приключениях и испытаниях, но в голове у Моники всё ещё крутились мысли о дементорах и о том, что ожидать от предстоящего учебного года. Ей было интересно, как с этим связан Сириус Блэк и не можем ли мы стать частью этой истории. Она осознала, что без дружбы и поддержки своих сверстников ей может стать очень непросто. Вокруг создавалась небольшая толкучка, поэтому Теодор взял меня за руку, чтобы не потерялась, и от этого жеста мне стало немного неловко. Когда все наконец-то зашли в Большой зал, мы начали быстро искать свои места за столами, но Теодор, почему-то, продолжал держать мою руку. — Тео, ты можешь уже отпустить мою руку, потому что толкотня закончилась и мы уже садимся, — сказала Моника, пытаясь заставить его понять, что все в порядке. — А, хорошо, извини, — ответил он, сам немного смутившись. — Ничего страшного, все в порядке, — ответила ему с улыбкой, чтобы развеять неловкость. Мы наконец-то сели, и первокурсников начали вызывать, чтобы определить их факультет. — Барнаби, Агнесс! — прозвучало из-за стола, и мы начали шептаться, размышляя, в какой факультет она попадает. — Мне кажется, на Когтевран. Ставлю 5 галлеонов, — предположил Теодор, ожидая решения шляпы с явным нетерпением. — А мне кажется, она к нам попадет, — предположила Моника, и оба с интересом ждали вердикта. Когда прозвучало: «Пуффендуй!», то мы оба в один миг расстроились. С каждым новым вызовом первокурсников мы продолжали ставить ставки на размещение, но очень быстро очередь закончилась. Затем Альбус Дамблдор начал свою речь, и хоть не сильно прислушивалась к его словам, запомнила лишь начало и конец. В начале он рассказал о том, что дементоры будут защищать школу, а в конце произнес фразу: «Счастье можно найти даже в самые мрачные времена, когда нужно только не забывать включать свет». Эта цитата заставила меня задуматься, и в то же время я продолжала кушать и пить, иногда перехватывая взгляды с Теодором. — Этот год будет интересным, — произнесла Моника с ухмылкой и, похоже, не только она, но и остальные тоже кивнули в знак согласия. С каждым мгновением в зале нарастала атмосфера все большей уверенности в том, что впереди нас ждут волнующие приключения, и я была готова к этому. Наша дружба, новая жизнь в Хогвартсе : Какие испытания приготовила нам судьба?