Глава двадцать третья, в которой Марин встречает бывшую...

Марин шла бесшумно, но Лари всё равно каким-то образом почувствовал её приближение, и повернул голову за мгновение до того, как она собиралась снова стать видимой. — Нашла? — с надеждой спросил он. — Да, — кивнула девушка. — Дом целителя на другом конце посёлка. И я видела двоих мужчин. Наёмников, кажется. — Я тоже видел одного, — мрачно сказал Лари и рассказал ей о разговоре, подслушанном у окна. — Что будем делать? — неуверенно спросила Марин. Парень посмотрел на посёлок сквозь густую листву. — Подождём, пока все уснут, а потом я проберусь в дом и раздобуду лекарство. — Ты знаешь, как оно выглядит? Кажется, у целителя сотня разных банок. Лари повернул голову и озадаченно посмотрел на неё. Его брови сначала поползли вверх, потом страдальчески изломились. — Что? — обеспокоенно спросила девушка. — Я не подумал об этом, — признался Лари, смущённо опустив взгляд. Однако прежде, чем Марин успела придумать следующий вопрос, он продолжил: — Но, может быть, нам и не нужно гадать, — его глаза хитро заблестели. — Мы действительно могли бы попросить. — Попросить? — она непонимающе посмотрела на него. — Ты хорошо рассмотрела этих наёмников? Сможешь сделать меня одним из них? — Лари испытующе уставился на неё. — Да, то есть нет, — в замешательстве пробормотала она. — То есть одного я точно помню, но… держать маску на тебе… я не знаю, — занервничала Марин. — Всё в порядке, — мягко сказал Лари, потянувшись и сжав её ладонь. — Если думаешь, что не сможешь… — Но я могу сама, — перебила Марин, накрывая его пальцы второй рукой и заглядывая в глаза. — Как в лавке, помнишь? Лари тяжело вздохнул. — Да, тогда всё сложилось удачно, — произнёс он. — Но теперь… — парень покачал головой — Это действительно опасно. Всё может пойти не так. Я бы не хотел… — Мы должны, — вновь перебила Марин. — Ты же знаешь, мы просто должны, — сказала она с решимостью, которой на самом деле не испытывала. Но Лари был прав, они не могли сейчас позволить себе слабости. Поморщившись, парень всё же кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Пойдёшь к целителю как наёмник. Скажешь ему, что часть отряда отправили на ночное дежурство и тебе приказано взять лекарства на случай, если появится тварь и кто-то пострадает. Марин кивала в такт его словам, мысленно собираясь с духом. — И не волнуйся, — добавил Лари. — Сосредоточься на задаче. Не суетись. Если почувствуешь неладное, скажи, что забыла что-нибудь, и уходи. Я буду рядом. Если что-то пойдёт не так, я устрою отвлекающий манёвр. Так у тебя будет время убежать. — Хорошо. У меня всё получится. — прошептала Марин больше для себя, чем для него. Окружённые темнотой леса, они осторожно пробрались к дому целителя и притаились за широким раскидистым деревом. Марин глубоко вздохнула и принялась тщательно воссоздавать облик увиденного мужчины. Когда иллюзия была готова, Марин вышла из-за дерева, быстрым шагом прошла по тропинке и дважды постучала в деревянную дверь. Долгое время ответа не было. А затем дверь скрипнула и распахнулась, открывая вид на залитый золотистым светом интерьер. На пороге стояла женщина — высокая, красивая, с тёмными волосами, замысловато заплетёнными в косы и в кожаном переднике, надетом поверх простого льняного платья. Она всё ещё что-то перетирала в огромной ступке, зажатой подмышкой, но увидев Марин — замерла. — Явился всё-таки, — сверкнув глазами, выплюнула, кажется, целительница. Марин непонимающе моргнула. — Я-я-я-я… — О нет, не смей открыть свой рот, Тайрел, — резко бросила целительница, тыча пестиком в лицо собеседника. — Ты исчезаешь на три года, сказав на прощание лишь то, что ты не из тех, кто женится. — Послушай, я… — неуверенно попробовала вставить Марин. — И теперь, у тебя хватает наглости стучать в мою дверь посреди ночи, — яростно продолжала целительница, не обращая никакого внимания на попытки девушки — и топтать своими грязными сапогами моё крыльцо. Марин растерянно посмотрела на свои ноги. Собственные сапоги сейчас были скрыты идеально чистой иллюзией, но это не помешало девушке испытать вполне реальный стыд за «своë» поведение. — Знаешь, что я думаю, Тайрел? — женщина продолжала размахивать пестиком. — Кажется, ты думаешь, что можешь прийти в любой момент, и я просто упаду обратно в твои объятия, как будто ничего этого не было, а я всё ещё настолько глупа, что думаю, будто ты строишь планы на наше будущее. — Нет, я здесь не за этим, — твёрдо сказала Марин. Она решительно шагнула вперёд, оттеснив женщину внутрь, и закрыла за собой дверь. Не хватало ещё, чтобы соседи пришли посмотреть, что здесь происходит. — Нас отправили в ночной патруль. И мне поручено взять у тебя лекарства от яда той твари из проклятого леса. На всякий случай. — И почему я вообще должна тебе что-то давать, а? — возмущённо выпалила целительница. — Потому что, иначе, герцог узнает об отказе от сотрудничества, — напустив на себя грозный вид, ответила Марин, вспомнив рассказ Лари. Женщина опешила, бестолково хватая ртом воздух. — Какой же ты негодяй, — с горечью в голосе наконец произнесла она и, резко развернувшись, удалилась в другую комнату. Это. Было. Ужасно. Колени Марин дрожали, ладони вспотели, а иллюзия, казалось, держалась лишь на чистом упрямстве. Она не понимала, удалось ли ей убедить целительницу, поэтому едва успела сдержать вздох облегчения, когда женщина вновь появилась с увесистым кожаным мешком в руках. — Вот, — она грубо пихнула мешок в руки Марин, внутри что-то звякнуло — здесь хватит на весь ваш отряд, и даже больше. Настойку нужно пить три раза в день по пузырьку, мазью обрабатывать раны. Забирай, и не смей здесь больше появляться. — Спасибо, — искренне поблагодарила Марин. — И прости меня… — зачем-то добавила она. — Пошёл вон, — рявкнула целительница. Марин выскочила за дверь, ожидая, что на улице всенепременно поджидает отряд наёмников, посланных её схватить. Но посёлок продолжал медленно погружаться в сон. Ни криков. Ни топота спешащих ног. Она быстро обогнула дом и нырнула под защиту деревьев, выдохнув лишь тогда, когда очертания домов скрылись из виду. Спустя мгновение её догнал Лари. — Там всё тихо, — сказал он, забирая из рук девушки мешок. — Похоже мы справились. — Нам нужно быстрее убираться отсюда, — голос Марин слегка дрожал. — Целительница и этот… — она помахала рукой перед лицом — они бывшие любовники. Я думала, она сейчас выцарапает мне глаза. А вдруг она решит пойти его искать, чтобы продолжить разбирательства? Лари поднял брови, и на его лице отразилась смесь удивления и беспокойства. — Ого. Не думаю, конечно, что такое может случиться раньше утра. Но ты права — к тому времени нам лучше быть подальше. Мало ли что. Они поспешили вернуться к Зарвину, но добравшись до дерева — того самого, где он остался ждать — обнаружили, что под ним никого нет. Ни следов. Никаких признаков борьбы, лишь даже не успеваю примяться трава. — Где он? — Марин завертела головой. — Не знаю, — в голосе Лари слышалось беспокойство. Он сделал несколько шагов в обе стороны, осматривая окружающие деревья. — Должно быть, он спрятался. — Но как мы его найдём? — девушка продолжала вертеться. — Мы не можем просто бродить, пока… Она остановилась на полуслове, глаза её распахнулись от внезапного ужаса. — Что это? — хрипло прошептала она, дрожащим пальцем указывая на неестественное пятно тьмы, расползающееся, словно чернила, разлитые между деревьями. — Это что-то из проклятого леса? — Не думаю, — спокойно ответил Лари. Чернота не нападала, только мягко пульсировала — в один миг она расширялась, приближаясь к ним, в следующий, сжимаясь отступала. — Похоже… они зовут, — сказал парень. — Кто? — Марин схватилась за его рукав. — Тени, — медленно ответил он. — Мне кажется, это тени Зарвина. Его помощники. Он, нахмурившись, посмотрел на Марин. — Пошли. — Я… нет, — начала девушка, отступая. — Мы даже не знаем, дружелюбно ли это. Что, если оно заманит нас в ловушку? Но Лари уже успел перехватить её за запястье и решительно потащить вперёд. Марин ничего не оставалось кроме как, тихо выругавшись, последовать за ним. Тени плыли вперёд, всё глубже и глубже увлекая их в спутанные заросли леса. Свет хрустальной рощи остался позади и постепенно померк. Но сгусток тьмы всё равно был отчётливо виден, даже на фоне ночи. Он, словно змея, извивался среди деревьев, достаточно близко, чтобы они не потеряли его из виду, и не заблудились. Наконец, движение замедлилось. Тьма начала расслаиваться, пока проводник полностью не исчез. Марин обнаружила, что они стоят у небольшого ручья. Вода тихо журчала по камням. Лунный свет пробивался сквозь деревья узкими лучами, бледным серебром освещающими небольшую поляну. Но Зарвина всё ещё не было видно. Девушка внимательно осмотрела подлесок. — Его здесь... — она осеклась. Тени у основания ближайшего дерева задёргались, а затем сдвинулись, словно занавески на окне. Между мощными корнями появилось то, чего мгновением ранее здесь не было: провал, достаточно большой для того, чтобы пролезть. — Смотри. Вон там, — быстро сказала Марин, дёргая Лари за рукав и второй рукой указывая на вход в берлогу. — Только что ничего не было. Тени падали так, что лаз не был заметен. — Я посмотрю, — парень, прищурившись, всматривался в темноту. Он опустился на колени и пополз внутрь. На время воцарилась тишина. Затем раздался его полный облегчения голос. — Ползи сюда — Зарвин здесь!