История 1 "Шёлковая"

«В первый день своей поездки в Шахино все складывалось шикарно. Я ждала чего-то особенного. Говорят, что собственные ожидания лучше не строить, они легко ломаются, но в этом и была моя проблема». — Лалайя ДеаМарт. Она была женщиной. Красивой, работающей и одинокой. Какой бы порядок здесь определили вы, дорогие читатели? Что важнее в перечислении этих качеств? Кажется, первое качество может исключить наличие двух других. Все верно. Так решила и Лалайя, когда купила билеты на самолет в страну развлечений. Нет смысла описывать это место, стоит лишь описать первый день ее пребывания там. Она сидела в кафе на улице, жаркое солнце проявляло пот на ее оголенных ногах. Лалайя была главным редактором газеты «Вечерний сыч», ее взгляд всегда был заострен, он ловил все самое необычное. Сама же она хотела лишь изменить этот взгляд на более легкий. Кстати, неосознанно она изменила стиль из-за этого. Предпочла носить легкие ткани, шелк стал ее любимым. Так и сейчас женщина положила ногу на ногу и через очки смотрела на танцующих людей в центре улицы. Здесь играло танго, пары раскрывались в чувственных движениях, порой кажущихся даже вызывающими. Но ей это нравилось. В своей жизни Лалайя знала только четкость и осторожность, она не умела врать и недоговаривать, только правда и доверие читателей. Попивая коктейль, она и не заметила сразу, как на нее положил взгляд некто в черной шляпе. Его рубашка была расстегнула так, чтобы оголять волосатую грудь с цепью. Когда Лалайя обратила на него внимание, то сразу поняла, что не застегнул он ее неспециально. Вряд ли он из тех людей, что постоянно обдают шармом пространство намеренно. Кажется, даже вырвал несколько пуговиц для этого. От него исходил вкус, но пока женщина не поняла какой. Вновь заиграла музыка и пары начали свое танго прямо между ними. Их зрительный контакт прервали девушка и парень, что застыли, смотря друг другу в глаза. И вот через секунду он принудительно наклонил ее, проводя пальцами по груди, а Лалайя уже увидела поднятый ей бокал с другой стороны. Он что-то шептал. Она прищурилась, чтобы прочитать по губам. Неясно. Хотя нет, ясно. Это флирт. Взбудораженно, она отвела взгляд и сделала пару глотков. Переживания немного съели ее уверенность. Вероятно, так бы и сделала «тяжелая» Лалайя, но…что бы сделала шелковая? Глаза сверкнули. Лалайя уронила салфетку и встала. Он сделал то же самое. Между ними гоняли ветер все те же пары, но на этот раз никто не отводил глаза. Она сделала шаг вправо. Мужчина повторял за ней. Очень волнительно. Лалайя повторила несколько движений танца с воображаемым партнером. И он. Она вспомнила, почему родители ее так назвали. Все детство она повторяла «ла-ла-ла», будто все происходящее для нее ничего не значит. Обратное она пыталась доказать всю жизнь. Важно все. Ее статьи — не пустые слова. А эта встреча с этим мужчиной может быть не очередное «ла-ла-ла». Вот она вступила на танцпол и закружилась. Надеялась, что он ее подхватит. Почувствовав сильную руку на своей талии, женщина поняла — она в его объятиях. Все еще волнительно. Нужно стать более легкой. Более шелковой. Его губы легко дотронулись ее шеи, пробежали мурашки. Откинувшись назад, Лалайя оказалась на кровати в номере отеля. Она закатывала глаза от удовольствия. Тут женщина почувствовала поцелуи на животе, а затем ниже и ниже. И вот они посмотрели друг другу в глаза. Он спросил, переживает ли она, на что поступил ответ «Я переживаю только об успехе своей газеты, другие мои переживания нужно заслужить». Какой едкий ответ, подумалось ему, С этого момента началась игра. Он порвал ее шелковое платье так сильно и резко, что четко слышался звук потрескивания ниток. Словно зверь, мужчина начал водить пальцами по ее телу. А Лалайя мельком глянула в окно на неоновые вывески и ждущих проституток, опершихся о стены домов ногой. Нужно расслабиться, Лалайя прикрыла глаза, мужчина отметил красоту ее шелковистой кожи и сделал еще много комплиментов. Тем не менее она не могла полностью отдаться процессу. В голове звучали вечные упреки о ее невозмутимости и тяге к работе. Ей постоянно вторили «Скоро будешь старая и без детей и мужа», «Еще несколько лет на тебя еще могут купиться, а дальше?», «И кому нужны твои успехи, если их не с кем разделить?». Голова заболела. Женщина коснулась рукой до лба, и сразу же ее убрал он. Так нежно и ненавязчиво. Он попросил ее быть послушной. Конкретно это она никогда себе не позволяла. Шелковая Лалайя должна так смочь. Конечно. Нужно. Он ведь попросил. Женщина кивнула и выдохнула. Страсть перекатывалась в нежность и наоборот. Вскоре все закончилось. Лалайя, не надевая одежду встала и посмотрела в окно. Ее тело никогда не было предметом недовольства, она любила себя. Однако ее не любили другие как раз за это. Много лет она доказывала себе, что это не ее вина. Любить себя — не преступление, а обязанность любого человека. Так она считала. Ей стало интересно: во что превратиться этот отпуск в одиночестве в итоге? Возможно, она наконец-то сделает то, что хотят другие. Хотела ли она этого сама? Это неважно, не так ли. Это лишь очередная многоролевая игра, в которой ты руководитель, жена, мать и любовница. Лалайя подумала о беременности. Когда мимо проходили беременные женщины, она думала о том, как они милы и невинны. Но когда она видела женщин с детьми, думала только о процессе зачатия. Они согласились на это, согласились на то, чтобы их трогали. Она не чувствовала себя грязной, но все это было так незнакомо ей, что пугало. Шелковая Лалайя, послушная Лалайя только что получила столько эмоций и удовольствия, ей понравилось. Она заметила мужчину в отражении окна и ахнула. Пока он обнимал ее сзади, прокралась мысль о местонахождении отеля. Сама она жила в районе, где было ограждение и охрана, а здесь буквально стоят проститутки. Ладно, успокоила себя женщина, во всех странах есть такие места, это нормально. Стоит отдаться происходящему. В конце концов, ее семья будет спокойна за продолжения рода и семейное положение. «Познакомились на отдыхе» — так они и будут рассказывать свою историю. Звучит красиво. Она повернулась к нему и поцеловала, причем так игриво. Затем заметила на его шее царапины. Вероятно, в потоке страсти сама нанесла эти приятные увечья. На самом деле Лалайя была рада этому стечению обстоятельств. Она отвергла так много мужчин, но этот казался ей загадочным незнакомцем. К тому же накануне поездки ее сестра напомнила о курортных романах, которые всегда красят отпуск. Да, это точно судьба. Лалайя не мечтательница, но сейчас она посчитала необходимым быть такой. Если все так делают, чем она хуже? Шепотом она попросила бога, чтобы все сложилось хорошо. Утром они позавтракали в уютном ресторанчике с видом на горы, далее опять в кровать, а потом обед и смех, комфорт, принятие. Мы—пожар, все повторял он. А она соглашалась. Да, точно пожар, лучше и не опишешь их эмоции. Они гуляли, пробовали местную еду и дышали друг другом. Лалайя была очарована. Через несколько дней она спросила, поедет ли он с ней в Фальшу — домой. Он кивнул и закружил ее на руках. Снова ночь, снова искры. С наступлением темноты все кажется более интимным. Лалайя надела его рубашку, а сам он попросил ее достать из шкафа его новые джинсы. Объяснил это тем, что работает по ночам. Но женщина все никак не могла их найти, на что он посмеялся и сказал, как она слепа. Лалайя послала ему воздушный поцелуй и подмигнула, затем попросила найти самому. Мужчина подошел и прижал ее ко шкафу, поцеловал и начал трогать. Однако она не чувствовала на себе его вторую руку. Жаль. Через несколько секунд стенка шкафа открылась, и он толкнул ее назад. Лалайя упала и ударилась головой. Открыв глаза, увидела над собой уже другого мужчину с пакетом в руках. Она с ужасом посмотрела на того, кого уже посчитала любовью всей своей жизни, но он лишь закрыл стенку. И этот абсолютно пустой взгляд. И ничего более, на что она рассчитывала, дурочка. Другой же надел ей пакет на голову и начал душить. Женщина пыталась выбраться, жадно глотая воздух, она царапала его шею и даже оторвала несколько пуговиц на рубашке. Сразу же до нее дошло все, что она игнорировала изначально. Она не первая, и даже не последняя. В этой длинной цепи насилия Лалайя никогда бы не стала заключительным звеном. Да потому что эта цель бесконечна. Много ли вам понадобилось знаков, чтобы понять — все плохо? Вы же прекрасно понимаете, что Лалайе их было бы всегда недостаточно. Шелковая пелена желания стать ТАКОЙ ЖЕ. И вот она здесь, а вариантов действий нет. Она задыхается в пакете, пытаясь выбраться, но спустя долгие попытки задушить ее, мужчина не выдерживает и бьет по затылку. Спустя какое-то время Лалайя очнулась среди таких же, как она. И был лишь один звук, тихо выскакивающий из ее рта: «Ла-ла-ла». Некто рядом спросил, что с ней. Удар по голове пришелся на нужную часть, ответил другой. Через лет недель газета «Вечерний сыч» стала самой популярной в стране. Экземпляры валялись на всех улицах. Нельзя было сходить в магазин и по пути не заметить у кого-то в руках газету с заголовком «Тело главного редактора Лалайи Деамарт было найдено в подвале старого отеля Шахино». Там говорилось, что женщина была изнасилована более сотни раз, а ее сознание на момент смерти имело возраст ребенка. Как итог: больше она не переживала об успехе своей газеты.