Редкий бриллиант

Я проснулась довольно поздно. Джерри уже встал, одетый в белый домашний костюм. Его волосы были мокрыми, что свидетельствовало о недавнем приёме душа. Стоя у окна и находясь в нескольких шагах, он молча смотрел на меня,  а я улыбнулась. - Ты выглядишь виноватым. - Я думаю,  - глубокомысленно произнес Джерри. - Думает он! Иди ко мне! Джерри послушно подошел и присел на край кровати. Лёжа на животе, я отодвинулась, отчего одеяло съехало и обнажило мне спину. Увидев на моём теле длинные кровавые царапины и синяки, Джерри затаил дыхание, боясь коснуться его. - Бедная малышка! - вздохнул он. - Что  ты сотворила с собой! - Ничего особенного, мы с Чансом слегка оцарапались в шахте. Произошёл камнепад, Чанс упал на меня, а я на пол - и вот результат... - рассказывала я уже со смехом. Кончики пальцев Джерри легко, словно травинка, дотронулись до синяка. – Очень больно? – спросил он. – Только не когда ты меня ласкаешь, - бойко отозвалась я, ловко переворачиваясь на спину и одновременно закутываясь в одеяло,  все ещё смущаясь тем, что Джерри  видит меня без одежды при свете дня. Но бедолага, казалось,  лишился дара речи. – Со мной все в порядке,  малыш, – поспешила успокоить я. – Не нужно так бледнеть. – Но ты подвергала себя такой опасности… Пообещай мне, котёнок, что продашь Чансу свою половину этой чёртовой шахты! - властно потребовал он. - Ну-ка скажи, за что ты так ненавидишь беднягу Чанси? - явно дразня его, засмеялась я. - Я его не ненавижу.  Просто он опытный шахтёр и привык рисковать. Это его работа. Но это не для тебя. - А как же дом? - сладко промурлыкала я. - Зачем тебе эта старая развалюха, крошка? Ее ремонтировать надоест!Если ты попросишь, я построю для тебя дворец. - Но ты не понимаешь, Чайна Куин  принадлежала моей семье много лет, - парировала я. - Решать тебе,  Ангел мой,  но, по-моему, Чайна Куин приносит одни несчастья! Я с обожанием посмотрела на своего Одина. Золотистые лучи летнего солнца щедро обливали лицо, волосы и одежду Джерри, растекаясь  по нему, словно мёдом. - Я сделаю, как ты прикажешь,  мой король, - пообещала я и, почувствовав новый прилив любви, притянула его к себе и обвила руками его шею. Наши губы встретились,  словно впервые, в нежном, нетребовательном, лёгком, как солнечный луч,  поцелуе. Но от моего внимания не ускользнула мгновенная перемена, произошедшая в Джерри, словно какие-то сильные эмоции боролись в его душе. - Что с тобой,  счастье моё? - встревожилась я, пристально глядя в его голубые, как весеннее небо,  глаза. - Если ты  сейчас же не отпустишь меня, чертовка, - отшутился он. - То получишь  вместо завтрака только мои ласки. Нехотя разжав объятия,  я отпустила Джерри,  поймав себя на мысли,  что до сих пор не понимаю его... *** ...Мы завтракали на террасе аппетитным салатом и апельсиновым соком. Я была одета в светлое летнее платье и темно-синюю кофту, а Джерри - в тот же костюм, который особенно шёл ему. Лёгкий ветерок слегка трепал нам волосы. Мой любимый смотрел на меня с нескрываемым обожанием и глубокой задумчивостью. - Тебе не говорили, что неприлично таращиться на девушку,  когда она ест, как свинья? - со смехом сказала  я, не переставая жевать. Джерри хихикнул, но мгновение спустя, его лицо снова омрачилось печалью, и между нами возникла тишина. Я продолжала есть, делая вид, что не знамечаю его состояния, а Джерри ни к чему не притронулся. Через несколько мгновений он прервал молчание: - Это неправильно.  Ты... Ты... - Хмм... Молода! - подсказала я. - Да... Да... - с нервной улыбкой подхватил он. - А я... я... я... - Очень стар! - снова вставила я. - О, очень стар... - Совсем пожилой, - улыбнулась я, дразня его плутовским взглядом. При последних словах я деланно поморщилась. - Ладно, совсем пожилой, просто... - Джерри умолк, явно потеряв мысль. Я продолжая есть,  не сводя с него озорного взгляда. - Просто... Я хочу сказать,  что могу предложить тебе то, что у нас есть сейчас, ничего больше, пока это не кончится... Я пригубила апельсиновый сок из стакана. - Я знаю, - сказала я, поставив стакан на место. - Я вижу,  что наше будущее очень пугает тебя,  не так ли? - Да, - признался он. С бесконечной нежностью взглянув на любимого, я взяла его руку и сказала: - Знаешь,  один мудрец... не помню его имени... сказал такие слова: "Если ты подавлен, значит, живёшь в прошлом; если встревожен, то живёшь в будущем; а если ты умиротворен - значит, ты живёшь в настоящем". И все, что я хочу, - это  жить с тобой в мире, Джерри. Давай будем жить здесь и сейчас. Он ответил улыбкой, нежно сжав мою руку. Я продолжала: - Как я уже говорила,  я смотрю в наше будущее без тревоги, потому что, каким бы оно ни было, я с радостью разделю его с тобой. - Ты выйдешь за меня замуж? - коротко спросил он. - Да, - выдохнула я. - Я не смогу жить без тебя. Джерри долго смотрел на меня горящими глазами. И только потом поцеловал – с благоговением, вызвавшим непрошеные слезы, переливчатыми капельками повисшие на моих ресницах. Я чувствовала себя утонченно-хрупкой, невероятно прекрасной. - Любовь моя, - трепетно произнес Джерри. - Теперь, когда мы будем соединены Самим Богом,  никакие разлуки нам будут не страшны. И мне плевать, что скажут люди. - Совершенно правильно,  - согласилась я. - Пойдём со мной,  дорогая, - сказал он, галантно протянув мне руку. - У меня для тебя есть нечто особенное. - Хочешь показать мне новый экспонат своей коллекции? - осведомилась я. - Не совсем,  у меня есть кое-что получше. Немного помолчав, Джерри добавил: - Я думаю,  нам не стоит тянуть со свадьбой, милая. Не могу дождаться,  когда ты наконец-то станешь миссис Синклер! Я невольно хихикнула: - Представляю, как это взбесит Тодди! - Он уже взрослый парень.  Ему давно следует остепениться и встать на ноги. Я всегда готов помочь ему, но это не значит,  что я обязан подстраивать свою жизнь под его капризы и прихоти. - Я думаю,  ты прав. Впрочем,  как всегда. Джерри привёл меня в свой кабинет,  в котором работал, подошёл  к внушительных размеров столу и достал оттуда красивую коробочку с украшением. - Все, что есть у меня,  принадлежит тебе,  - сказал Джерри.  - Но этот скромный подарок я бы вручил тебе в любом случае,  независимо от того, стала бы ты моей или нет. Взгляни! Джерри открыл коробочку,  в которой сиял золотой перстень, украшенный большим камнем удивительного золотисто-оранжево-коричневого оттенка. – Какая прелесть!  - обрадовалась я. - А что это за камень?  Никогда такого не видела! - Это очень редкий бриллиант,  - ответил Джерри,  надевая перстень на мою руку. - Он настолько необычен, что очень немногие люди знают о существовании алмазов подобного цвета. Коричневые алмазы либо слишком темные, либо слишком светлые, и не очень красивы. Этот же крайне редкий, поистине прекрасен и точно соответствует оттенку твоих глаз и так же блестит. - Мой милый! - растрогалась я, обнимая Джерри. - Должно быть, ты очень долго искал такой! – Без малого год, - отвечал он. - Я искал его специально для тебя... И этот бриллиант стоил каждой минуты поисков! - Подожди... Ты хочешь сказать, что так давно любишь меня?! - Да! Ты поразила мое сердце... - признался он,  снова ненадолго  потеряв мысль. - Я существовал словно в унылом сером тумане, пока не встретил тебя! - Я тоже! - Я не могу сказать точно, в какой момент времени я полюбил тебя, но мне кажется,  я повстречал тебя очень давно,  много жизней назад. Рядом с тобой я снова почувствовал себя ожившим, снова научился смеяться и верить в чудеса... - Боже правый! И ты молчал сколько времени?! - Возможно,  я молчал бы всю оставшуюся жизнь,  если бы не был уверен во взаимности своих чувств... Но я бы все равно подарил тебе это кольцо... на Рождество или День Рождения!.. Но, согласись, помолвка - далеко не худший повод! - Ты чудесный, Джерри... - начала я и запнулась. - Послушай, я давно утратила веру в любовь... И я не понимала, каково это - чувствовать близость к кому-то, близость, в которой нет ни проигравших, ни победивших, что бы там ни случилось. Каково это, очутиться в объятиях возлюбленного, умирать «малой смертью» и вновь рождаться каждое утро? Каково это, чувствовать и знать, что кто-то готов отдать все на свете ради тебя? Ты один открыл мне такую любовь. По сравнению с этим редчайшие драгоценные камни кажутся чем-то вроде пригоршни песчинок, скользящих по склону дюны. Твой бриллиант поистине бесценен, но он - ничего не стоящая стекляшка в сравнении с той любовью,  что соединила нас! Так что мой настоящий бриллиант  - это ты! - А ты - мой! - ответил Джерри и крепко прижал меня к себе.