4. Ингридиенты:

      Нёвиллет вернулся во дворец. Зайдя в свой кабинет, он снял верхнюю одежду, поставил пакет с пирожными на рабочий стол, заварил чай и сел в своё кресло. Было уже обеденное время, но есть не особо хотелось. Все мысли были о том, почему Фурина раскраснелась, стоя перед ним.       По информации о людях, которой он владел на текущий момент, человек может покраснеть по нескольким причинам: он либо болен, либо пьян, либо у него аллергическая реакция. Ни один из этих вариантов не подходил под нынешнюю ситуацию. Могло быть что-то ещё, но Нёвиллет либо этого не знал, либо не мог вспомнить. Продолжая думать о возможных причинах данного явления, он распаковал пакет и достал контейнер с пирожными, после чего переложил одно из них на тарелку.       Это была небольшая, покрытая светло-розовой глазурью, полураскрытая раковина из песочного теста. Такие же раковины, только настоящие, можно было увидеть в глубинах вод Фонтейна. Внутри раковины красовалась жемчужина из белого шоколада. Держа в руках вилку, он замешкался, не решаясь разрушить внешний вид пирожного. Но желание попробовать всё-таки взяло вверх и не зря. Десерт был превосходный. Приятный по консистенции, не пресный и не приторный, не сухой и не разваливающийся. Он во всём был сбалансирован. На вкус такой же, как и на вид – идеальный.

* * *

      Наступила следующая неделя. Раньше, будние дни Фурине казались серыми и скучными, так как покупателей было мало и по сути всё сводилось к тому, что она коротала время в своём магазине в одиночестве. Однако, теперь её скука время от времени сменялась волной смущения, стоило только вспоминить о неловком моменте с Нёвиллетом, который произошёл днём ранее. А учитывая то, что заняться было нечем, эти мысли так и лезли в голову. Сперва положение немного спас курьер, ненадолго отвлёкший её от этих мыслей. Он пришёл в то же время, что и обычно, выбрал случайный торт, расплатился и ушёл. Фурина до сих пор не знала, кому курьер отвозит её торты. Но, судя по всему, там должна быть целая семья, компания друзей или что-то вроде того. Даже она не смогла бы в одиночку съедать каждый день по целому торту.       Следующей надеждой на спасение от мыслей, которые вызывали желание провалиться сквозь землю, была Клоринда. И она не заставила себя долго ждать.       — Привет, Фурина, сегодня отличная погода. — сказала дуэлянтка, войдя в магазин.       — Привет, Клоринда. Ты как всегда пунктуальна. Если когда-нибудь мои часы собьются, я буду сверять их по тебе.       — Ничего не имею против. — ответила Клоринда и улыбнулась. — Кстати, Ризли передал тебе подарок!       Девушка протянула Фурине красивую коробочку с каким-то чаем из долины Чэньюй.       — Ничего себе! Передай ему большое спасибо! — Фурина взяла коробку и с интересом начала разглядывать необычные узоры, которые часто можно было заметить на чаях из этих краёв. Пока она рассматривала чай, Клоринда подошла к прилавку, и, недолго простояв, вернулась к кассе.       — Я возьму два пончика.       — Будет сделано!       Фурина пошла упаковывать десерты. Как и большинстао пончиков, эти были посыпаны сахарной пудрой. Увидев её, она невольно вспомнила прикосновение Нёвиллета к своим губам и его взгляд, обращённый на неё после. Фурина мгновенно смутилась, а по телу побежали мурашки. Она вернулась к Клоринде и оформила покупку.       — Останешься на чай? Поболтаем, заодно я угощу тебя тортом, который приготовила по новому рецепту!       — Конечно. Тебе помочь с сервировкой?       — Ни в коем случае, ты у меня в гостях! Просто садись, я всё сделаю!       Клоринда кивнула и села за столик для покупателей, который они обычно использовали для чаепитий. Фурина заварила новый чай, отрезала два кусочка торта и, поставив всё на стол, села напротив Клоринды. Спустя какое-то время, дуэлянтка прервала затянувшееся молчание.       — Что-то случилось?       — С чего ты взяла? — Фурина попыталась сделать непонимающее лицо.       — Смотри. — она указала на пакет с пончиками. — Обычно, ты всегда сворачиваешь край пакета в два сложения, а сегодня аж в шесть. Кажется, если бы в пакете ничего не было, ты бы свернула его целиком. — договорив, она с улыбкой посмотрела на Фурину.       Даже самый невнимательный человек заметил бы, как тесно было пончикам в этом пакете, чего уж говорить о Клоринде. Понимая это, Фурине ничего не оставалось, кроме как признать свою рассеяность:       — Я просто задумалась кое о чём и, видимо, увлеклась.       — О чём задумалась?       На Фурину вновь обрушились мысли о вчерашнем дне и на щеках разгорелся румянец.       — Эээ, да ни о чём, это ерунда!       — Ерунда, значит...       Дальнейшее чаепитие проходило в тишине. Когда тарелки обеих опустели, Клоринда встала, взяв в руки пакет с пончиками:       — Спасибо за торт, было очень вкусно, но мне пора идти.       — Да, конечно. Спасибо, что зашла!       Девушка улыбнулась Фурине на прощанье и направилась к выходу.

* * *

      Дни летели один за другим. Наступила пятница, которая была помечена в календаре Нёвиллета, как особенный день. Это был день рождения Сиджвин.       В честь такого события, Ризли всегда давал ей дополнительный выходной день, который она тратила на встречи со своими друзьями. Сиджвин не хотела отвлекать Нёвиллета от плотного рабочего графика, поэтому решила посетить Дворец Мермония во время обеденного перерыва Верховного судьи.              Ожидая, что Сиджвин зайдёт в гости, Нёвиллет украсил для неё очередной торт из кондитерской Фурины тремя свечками и поставил его на журнальный столик, который стоял возле дивана в его кабинете. Там же он разложил чайный сервиз и поставил стекляную вазу с водой. Как только наступил обеденный перерыв, раздался стук в дверь.       — Здравствуйте, господин Нёвиллет! — прозвучал приветливый голос мелюзины.       — Сиджвин, здравствуй! Рад тебя видеть, проходи, всё почти готово.       — Я тоже очень рада! — Сиджвин вприпрыжку направилась в сторону дивана и первым, на что она обратила внимание, был торт. — О! Это торт из той самой кондитерской, которую так нахваливают мелюзины дворца?! Я очень хотела его попробовать!       Сиджвин села на диван и с любопытством начала разглядывать декор торта, пока Нёвиллет заваривал чай.       Торты Фурины отличались от других тортов в Фонтейне не только на вкус, но и на вид. Элементов декора было не всегда много, но всё смотрелось очень лаконично и аккуратно, отчего внешний вид её десертов можно было рассматривать очень долго. В какой-то момент Сиджвин одёрнул голос Нёвиллета:       — С днём рождения, Сиджвин! — сказал Нёвиллет и протянул ей небольшой, но очень красивый букетик из ромаринов.       — Ого, какой красивый! Большое спасибо! — Сиджвин взяла букет и, недолго им полюбовавшись, поставила в вазу с водой, которая стояла на столе.       Мужчина сел на диван, разлил чай по чашкам и зажёг свечи на торте. Сиджвин задумалась, вразнобой мотая ногами, недостающими до пола, загадала желание и задула свечи. Верховный судья отрезал и положил кусочек торта сначала ей, а затем себе.       Почти весь обеденный перерыв они проболтали о работе. Сиджвин рассказывала о пациентах, которые попадали к ней в лазарет. Обычно, это были заключённые, которые пострадали в результате соревнований по панкратиону, иногда кто-то сваливался от переутомления во время работы на производстве и, очень редко, кто-то из заключённых заболевал. После рассказа о последних, Нёвиллет решил задать вопрос, на который сам ответа так и не нашёл:       — Кстати, к слову о заболеваниях. Ты случайно не знаешь, какое из них может вызвать покраснение лица?       — Покраснение лица? Хм... Сложно сказать. Таких заболеваний очень много. Для постановки диагноза важно, какая у человека история болезни, в результате чего началось покраснение, область поражения и скорость распространения.       — Допустим, человек здоров, находится в состоянии покоя, и в какой-то момент у него постепенно начинают краснеть щёки.       — Только щёки?       — Да.       — Вообще, у меня есть пара вариантов, но они не подходят под Ваше описание. Хотя, может быть это и не болезнь вовсе? По тому, что Вы сказали, это больше похоже на обычный румянец.       — Румянец? — Нёвиллет ненадолго задумался.       — Угу.       — А из-за чего он может появиться у человека?       — Не удивительно, что Вы сами не догадываетесь. Видимо, в силу того, что Вы дракон, а не человек, у Вас ещё есть некоторые сложности в понимании человеческих эмоций. Как правило, щёки розовеют, когда человек чем-то смущён. Смутить может какая-то ситуация или фраза.       — И как мне понять, что могло её смутить?       — Её? Что ж Вы сразу не сказали, что речь идёт о женщине?!       — А это важно?       — Конечно! Теперь ответ напрашивается сам собой! — Сиджвин, улыбаясь, глядела на Нёвиллета. Тот, в свою очередь, вопросительно смотрел на неё в ответ, не понимая, что она имеет ввиду. — Не возмусь утверждать наверняка, но, скорее всего, Вы ей нравитесь.       После сказнного Сиджвин, Нёвиллет всем телом ощутил некую взволнованнось, которая несла с собой чувство невесомости и трепета. Он опустил взгляд на чашку и замолчал. Заметив это, Сиджвин допила свой чай, встала и взяла букет из вазы:       — Ваш перерыв подходит к концу, да и мне уже пора. Большое спасибо за букет и торт. Не зря все поют хвалебные оды этой кондитерской!       Нёвиллет встал и, улыбнувшись, ответил:       — До встречи. Передавай привет Ризли.       — Обязательно передам! — сказала мелюзина, после чего развернулась и вскоре покинула кабинет юдекса.