Глава 26: Переписанный Путь

Тишина, внезапно упавшая на узкий, темный переулок Пристеллы после панического бегства Лая Батенкайтоса, была почти неестественной. Воздух все еще хранил слабый, тошнотворный запах крови и отголоски безумного смеха Архиепископа Чревоугодия.   Внезапно тишину нарушило нечто иное. Мягкий, неземной свет начал разливаться по переулку, исходя не из фонарей, а словно из самого воздуха. Он был не ярким, но всепроникающим, окрашивая серые каменные стены в жемчужные, переливчатые тона. Источник света был неочевиден, но его центр ощущался где-то в глубине переулка, там, где тени были гуще всего.   Фрирен развернулась мгновенно, ее спокойствие сменилось настороженной концентрацией. Посох крепче лег в руку. Она ощутила присутствие. Не агрессивное, не злобное в привычном понимании, но огромное, древнее и… фундаментально неправильное. Магическая сила, пульсирующая в этом свете, была колоссальной, но ее структура была хаотичной, словно сама реальность в этом месте начала колебаться, теряя свою определенность.   И из мягкого свечения, словно сотканная из уплотнившегося лунного света и тумана, шагнула Она. Девушка. Невероятно, почти болезненно красивая. Ее внешность была воплощением идеала, от которого замирало сердце и трепетала душа, но что-то в этой идеальности было чуждым, нечеловеческим. Длинные, до колен, платиновые волосы казались почти прозрачными, они мягко светились изнутри, создавая эффект сияющего водопада. Кожа – безупречно белая, словно фарфор. А глаза… глубокие, бездонные синие озера с вертикальными, змеиными зрачками, обрамленные длинными ресницами. Они смотрели на Фрирен без всякого выражения, но с такой глубиной, что казалось, видят ее насквозь, до самой сути ее тысячелетнего существования.   Одета она была до абсурдного просто – лишь один кусок белоснежной ткани, перекинутый через плечи как пончо, с простой синей вышивкой у ворота и тонким синим поясом. Такая же синяя лента была вплетена в ее сияющие волосы. Босые ноги легко ступали по грязной брусчатке, не пачкаясь.   «Кто это?» – мысль пронеслась в голове Фрирен быстрее молнии. Это не была магия иллюзии. Аура была реальной, подавляющей. Но ее структура… она не подчинялась известным ей законам магии. Это не было похоже ни на демонов, ни на духов. «Еще одна аномалия. Но иного порядка. Не Архиепископ. Что-то… иное.»   Девушка остановилась в нескольких шагах от Фрирен, слегка склонив голову набок, словно разглядывая диковинное насекомое. Легкая, загадочная улыбка тронула ее безупречные губы. — Какая интересная находка в таком непримечательном месте, – ее голос был музыкой, магией, проникающей под кожу, обволакивающей сознание. Каждый звук был идеален, чарующ, но от этой идеальности веяло холодом пустоты. – Древняя эльфийка, путешествующая по чужому миру. Мудрая. Сильная. Стабильная. Слишком стабильная. Твое присутствие здесь… вносит нежелательные коррективы в предначертанное.   «Предначертанное?» – Фрирен напряглась еще сильнее. Эта девушка говорила не как обычный человек или маг. Она говорила как… творец? Или разрушитель? — Кто ты? – голос Фрирен прозвучал ровно, но в нем появилась стальная нотка. Ее мана уже концентрировалась, готовая к бою.   Девушка рассмеялась – тихим, мелодичным смехом, от которого по спине пробежал холодок. — Имена… они так незначительны. Зови меня Пандорой, если тебе так будет угодно. Хотя это имя, как и все имена, – лишь тщетная попытка ухватить суть. Но сейчас важно не мое имя, а твое место. Ты здесь быть не должна. Твое место… не здесь. Не сейчас.   Пандора сделала легкий, почти небрежный жест рукой, словно смахивая пылинку. И мир вокруг Фрирен поплыл. Это не было похоже ни на телепортацию, ни на иллюзию. Стены переулка начали терять очертания, цвета смешивались в калейдоскопе, звуки ночного города исказились, превращаясь в тягучий, низкий гул. Ощущение было таким, словно саму ткань реальности вокруг нее растягивают, мнут, переписывают, как строки в книге. Мана под ногами стала нестабильной, потоки энергии закручивались в немыслимые узлы.   Фрирен мгновенно отреагировала. Она попыталась поставить пространственный якорь, используя сложнейшее заклинание стабилизации, которое держало ее на месте даже во время магических бурь или на территориях с искаженной геометрией. Но заклинание словно прошло сквозь пустоту. Не было точки опоры. Она ощущала не силу, давящую на нее, а саму реальность, которая менялась вокруг нее по воле этой странной девушки. Это было не больно, но вызывало глубочайшее чувство дезориентации, словно мир терял свои константы. «Авторитет… – мелькнула догадка, основанная на обрывочных сведениях из книг о Ведьмах Греха. – Сила, стоящая над магией? Переписывание феноменов? Это… Тщеславие?»   Она попыталась атаковать. Золтрак! Мощный фиолетовый луч вырвался из ее посоха, но Пандора лишь улыбнулась. — Этого удара не было, – тихо сказала она.   И луч просто исчез. Растворился в искажающемся воздухе, не оставив следа.   Фрирен нахмурилась. «Не просто защита. Отрицание самого факта действия?» Она попробовала иначе. Ледяное копье, заряженное огромной мощью. — И этого тоже, – прошептала Пандора.   Копье рассыпалось ледяной пылью, не долетев и половины пути. Мир вокруг Фрирен продолжал искажаться все сильнее. Она ощущала, как ее отрывает от Пристеллы, как ее переносят сквозь немыслимое пространство…   Искажение резко прекратилось. Гудение в ушах стихло. Фрирен обнаружила себя стоящей посреди широкой, залитой лунным светом поляны. Вокруг шумел ночной лес, пахло хвоей и влажной землей. Небо было чистым, усыпанным незнакомыми звездами. Она узнала это место. Поляна у Великого Древа Флюгеля. Место битвы с Белым Китом. Она была здесь год назад. Пристелла, со всеми ее каналами и библиотеками, осталась далеко на западе – возможно, в паре дней пути быстрым экипажем.   «Перенесла… Не телепортировала, а именно переписала мое местоположение. Но почему сюда? Почему не дальше? Не в другой мир? Или… не стерла меня, как Кит или Чревоугодие?» – мысль о пределах этой силы мелькнула в ее голове.   И тут же перед ней снова появилась Пандора. Так же внезапно, без вспышки или искажения – просто возникла из воздуха, словно всегда здесь была. Ее загадочная улыбка стала шире. — Здесь спокойнее, не правда ли? Никаких лишних глаз. Теперь мы можем поговорить… или проверить кое-что. Твоя стабильность, твоя сила… они интригуют. Но насколько ты гибка? Насколько поддаешься изменениям?   Прежде чем Фрирен успела ответить или атаковать, Пандора снова сделала неуловимый жест. И лес вокруг них изменился. Деревья изогнулись под неестественными углами, земля пошла волнами, луна на небе стала багровой. Это была не иллюзия – Фрирен ощущала изменение магического фона, искажение самих природных потоков. — Нравится? – спросила Пандора. – Мир податлив, как глина, в умелых руках.   Фрирен не ответила. Она атаковала. На этот раз – не грубой силой, а хитрее. Она использовала свои "блики" – мгновенные смещения в пространстве, появляясь то справа, то слева от Пандоры, выпуская короткие, концентрированные заклинания – не Золтрак, а более тонкие, проникающие проклятия или связывающие заклинания магии Инь, пытаясь найти брешь в ее защите, основанной на отрицании. Но Пандора реагировала с той же нечеловеческой легкостью. Она не уклонялась – она просто не была там, куда летело заклинание. Или заклинание не существовало в тот момент, когда должно было попасть. Ее движения были плавными, изящными, она словно танцевала между атаками Фрирен, ее синие глаза следили за эльфийкой с легким любопытством. — Быстро. Очень быстро, – прокомментировала она очередной "блик" Фрирен. – Почти мгновенное перемещение. Интересная техника. Но предсказуемая траектория. Ты все еще мыслишь категориями пространства и времени. А что, если… их нет?   Пандора протянула руку вперед. И Фрирен почувствовала не удар, не заклинание, а… попытку вторжения в ее разум. Холодное, вкрадчивое касание к ее воспоминаниям. — Ты так долго живешь, – прошептал голос Пандоры, звучащий теперь не снаружи, а прямо в ее сознании. – Столько видела… Столько потеряла… Химмель… Хайтер… Айзен… Они ведь ждут тебя, правда? Ты хочешь их снова увидеть? Забыть эту долгую, одинокую дорогу? Я могу помочь. Ты забудешь эту встречу. Ты забудешь этот мир. Ты вернешься… туда, где была счастлива. Нужно лишь… позволить.   Образы прошлого – яркие, живые – вспыхнули перед внутренним взором Фрирен. Улыбка Химмеля, ворчание Хайтера, молчаливая поддержка Айзена… Тепло костра под звездами после очередной победы над демонами. Эмоции, которые она давно похоронила под слоем веков, едва не всколыхнулись.   Но лишь на мгновение. Ее разум, отточенный тысячелетием медитаций, противостояния демонической магии и просто бесконечным существованием, был подобен крепости из чистого льда. Попытка Пандоры манипулировать ее памятью и эмоциями была искусной, но… примитивной по своей сути. Как можно изменить то, что является самой основой ее личности? Ее прошлое – это не бремя, это часть ее. «Детские игры» – холодная мысль пронзила ментальный туман.   Фрирен сбросила наваждение с той же легкостью, с какой стряхивала пыль с плаща. Образы исчезли. Голос Пандоры в голове затих. — Твои трюки не работают на мне, – сказала она вслух, ее голос был спокоен, но в нем прозвучал лед.   Пандора отступила на шаг, ее улыбка на мгновение дрогнула. Удивление? Или разочарование? — Не работают? – переспросила она задумчиво. – Какая… стойкость. Какая самодостаточность. Ты действительно… уникальна. Редко встретишь душу, столь невосприимчивую к соблазну забвения или иллюзии счастья.   Фрирен поняла – стандартные атаки и даже тонкие ментальные воздействия бесполезны против этой сущности. Нужно было что-то иное. Что-то, что бьет не по магии, не по разуму, а по самой основе ее силы, по ее связи с реальностью. Она начала концентрировать ману для одного из своих самых мощных и сложных заклинаний – заклинания Запечатывания, которое она когда-то использовала против могущественных демонов, способных искажать реальность. Это требовало времени, огромной концентрации и создавало ощутимое напряжение в пространстве вокруг нее. Золотистые руны начали сплетаться в воздухе перед ее посохом, воздух загудел от накапливаемой силы.   Пандора наблюдала за ней внимательно. Ее синие глаза сузились. Она ощутила эту силу – не просто разрушительную, а… связывающую, ограничивающую, отрицающую саму возможность изменения. Она не знала точно, что это за заклинание, но чувствовала исходящую от него угрозу – не для ее жизни (смерть для нее была лишь переписываемым событием), а для ее свободы действий, для самой ее природы. «Любопытно, – подумала Пандора. – Она способна на такое? Она может представлять… реальную проблему в будущем. Но сейчас… моя цель достигнута. Она здесь, а не в Пристелле. Оценка проведена. Дальнейшее столкновение нецелесообразно.»   Она сделала еще один шаг назад, ее улыбка снова стала загадочной и отстраненной. — Ты действительно интересна, Фрирен, – повторила она. – Редкий образец стабильности и силы в этом хаотичном мире. Но твое время здесь и сейчас… неуместно. Не мешай ходу событий. Возможно, мы еще встретимся, когда придет время для настоящих изменений. Не скучай.   И она исчезла. Не растаяла, не телепортировалась – просто перестала быть. Мягкий свет погас. Искаженная реальность поляны мгновенно вернулась в норму. Деревья снова стояли прямо, луна была серебристой, звуки ночного леса вернулись. Словно ничего и не было.   Фрирен медленно опустила посох, рассеивая накопленную ману. Руны погасли. Она осталась одна на темной поляне под холодным светом луны. Она подошла к месту, где только что стояла Пандора. Никаких следов. Ни запаха. Ни остаточной магии. Словно ее визит был сном.   «Авторитет Тщеславия… – она посмотрела в ту сторону, где, по ее расчетам, находилась Пристелла. Путь был долгим. – Она переписала мое местоположение. Но не смогла переписать мою память или волю. И она отступила перед лицом неизвестной угрозы. Значит, ее сила не абсолютна. Есть пределы. Есть условия.» Мысль о том, почему Пандора не отправила ее дальше – в другой мир, в ее родной мир – снова всплыла. «Возможно, такие масштабные изменения требуют огромных затрат? Или привязаны к определенным условиям? Или… она просто не хотела? Ее цели туманны. Но она явно манипулирует событиями.»   Она убрала посох. «Она убрала меня из Пристеллы. Значит, там сейчас происходит что-то важное, во что я не должна была вмешаться. Эмилия. Субару. Остальные…» Легкое, почти неощутимое беспокойство коснулось ее. Вот и свершилось – первое явное и масштабное появление Пандоры в истории! Уверен, многие из вас этого ждали или, по крайней мере, предчувствовали ее незримое присутствие. Возможно, вы замечали, что до недавнего времени события в этом фанфике, несмотря на присутствие Фрирен, шли довольно близко к канону Re:Zero. Этому есть объяснение: можно сказать, что Пандора до сих пор выступала в роли очень скрытного "режиссера", который через очень мелкие, почти незаметные вмешательства направлял события по определенному, нужному ей руслу. Эти "корректировки" и приводили к тому, что общий ход вещей оставался знакомым. Можно даже сказать, что в оригинальном каноне Re:Zero Пандора, вероятно, и не вмешивалась явно или по крупному, потому что события там и так шли так, как было нужно именно ей. Однако Фрирен – это совершенно иная величина. Ее появление, ее невероятная сила, ее аналитический ум и, что самое главное, ее непредсказуемость для этого мира, стали серьезной угрозой для "сценария" Пандоры. Фрирен – это тот самый "джокер", который способен не просто внести помехи, а полностью сломать тот ход событий, который Ведьма Тщеславия так тщательно выстраивала или поддерживала. Именно поэтому сейчас она решила вмешаться уже по-крупному, лично. Каковы ее истинные мотивы? Зачем ей так важно, чтобы события развивались определенным образом, и почему Фрирен стала для нее такой помехой? Пока я оставлю это поле для теорий и догадок – будет интересно почитать ваши мысли! 😉 Могу лишь намекнуть, что это одна из ключевых интриг фанфика, и более подробные объяснения, касающиеся планов Пандоры и ее роли в общей картине, начнут раскрываться значительно позже, ориентировочно в главах 40 и далее.