Глава 38: Книги Мертвых и Страж Вершины

Эмилия шла сразу за Фрирен, ее рука крепко сжимала холодный кристалл на шее. В ее глазах, устремленных вверх, во мрак лестницы, читалась отчаянная мольба. «Знания… – билась мысль в ее голове. – Шаула сказала – Великая Библиотека. Место, где можно найти ответ на любой вопрос. Если там есть хоть что-то… хоть намек… как вернуть Пака… Я должна найти это. Я должна…» Эта надежда придавала ей силы идти вперед, несмотря на усталость и гнетущую атмосферу.   Субару поднимался следом, поддерживая под локоть Беатрис, которая недовольно пыхтела, но не сопротивлялась помощи. Его разум был занят не столько предстоящим этажом, сколько размышлениями о предыдущем испытании. Миф из его мира. Флюгель. Шаула. Связь была слишком явной, чтобы быть случайностью. «Значит, Флюгель действительно был 'попаданцем'? Как и я? Но четыреста лет назад… Что он здесь делал? Зачем построил эту Башню? И почему Шаула приняла меня за него? Из-за запаха?»   Фрирен шла впереди. Она не ощущала волнения или предвкушения, лишь спокойную сосредоточенность исследователя. Атмосфера действительно менялась. Застывшая, почти мертвая мана нижних залов здесь начинала… вибрировать? Слабо, едва уловимо, но она ощущала движение, словно они приближались к чему-то… живому? Или к огромному хранилищу не просто знаний, но и… отпечатков жизней. Ее магическое чутье обострилось, она чувствовала приближение к чему-то фундаментальному, связанному с самой сутью бытия и небытия в этом мире.   Лестница закончилась. Перед ними был еще один темный проход, но воздух, идущий из него, был другим – не холодным и пыльным, а… странно нейтральным. И тихим. Абсолютно тихим.   Она шагнула внутрь. Остальные последовали за ней.   Они оказались в пространстве, поражающем воображение своими масштабами и… однообразием. Это был зал, конца и края которому не было видно. В отличие от нижних уровней, здесь царил не мрак, а ровный, рассеянный, молочно-белый свет, исходящий, казалось, отовсюду и ниоткуда одновременно, стирающий тени и лишающий предметы объема. И весь этот бесконечный зал был заставлен стеллажами. Высокими, до теряющегося в белой дымке потолка, стеллажами из темного, почти черного дерева. Они шли рядами, уходящими вдаль, создавая бесконечные коридоры, лабиринт из полок.   И на этих полках стояли книги. Миллионы. Миллиарды? Бесчисленное множество книг. Но все они были… одинаковыми. Абсолютно идентичными на вид. Каждая – в простом, гладком черном переплете без каких-либо надписей, тиснений или опознавательных знаков. Ни названий, ни авторов, ни номеров. Лишь бесконечные ряды одинаковых черных прямоугольников на бесконечных черных стеллажах в бесконечном белом пространстве. — Что… что это? – прошептала Эмилия, растерянно оглядываясь. Ее надежда найти здесь нужный раздел, нужную книгу о духах, мгновенно испарилась перед лицом этой монотонной бесконечности. – Где… где библиотека? Где знания?   Субару подошел к другому стеллажу, его взгляд метался по бесконечным рядам одинаковых книг. — Но как… как здесь что-то найти? – он вытащил одну из книг наугад. Она была тяжелой, страницы – плотными, но совершенно пустыми. На обложке не было ничего. – Они все пустые? Или что? — Нет, не пустые, – вмешалась Беатрис, которая тоже подошла к стеллажу и теперь внимательно изучала одну из книг, слегка нахмурившись. – Бетти чувствует… что-то внутри. Не чернила. Не магия в обычном смысле. А… отпечаток. Эхо.   Фрирен подошла к ней. Она тоже взяла книгу с полки. Ее пальцы легко скользнули по гладкой черной обложке. Она закрыла глаза, концентрируясь, ее магия мягко коснулась книги, проникая сквозь переплет, ощупывая то, что было внутри. Она почувствовала это. Не слова, не символы. А… жизнь. Целая жизнь, от рождения до смерти, со всеми мыслями, чувствами, воспоминаниями, ошибками, радостями и печалями. Сжатая, сконденсированная в виде сложного, многомерного потока информации, запечатанного внутри этой черной обложки. Она открыла глаза. Ее лицо оставалось спокойным, но в глубине взгляда мелькнула тень чего-то похожего на… печаль? Или просто холодное осознание. — Это не обычные книги, – сказала она тихо, ее голос эхом отразился от далеких стеллажей. – Это… "Книги Мертвых". — Книги… Мертвых? – переспросил Субару, его сердце пропустило удар. Он посмотрел на книгу в своих руках с новым, суеверным ужасом. — Каждая из этих книг… содержит в себе всю жизнь одного умершего человека, – пояснила Фрирен. – Его память, его опыт, его знания, его чувства. Все, чем он был. Записано здесь не словами, а… самой сутью его существования. Вероятно, Башня каким-то образом собирает эти 'отпечатки' после смерти людей в этом мире. Или, по крайней мере, тех, кто умер в определенном радиусе или при определенных обстоятельствах.   Она аккуратно поставила книгу обратно на полку. — Огромное хранилище жизней. Бесценный источник информации для историка или… некроманта. Но найти здесь что-то конкретное, не зная имени того, чью книгу ищешь… практически невозможно. Более того, – добавила она, ее взгляд скользнул по бесконечным стеллажам, – даже найдя нужную, прочесть ее – задача не для всех. Сама структура записи требует особых способностей или, возможно, разрешения от Башни. Кажется, они недоступны для простого любопытства. И читать их, даже если бы это было возможно… – она посмотрела на Беатрис, – …вероятно, опасно. Можно утонуть в чужой жизни, потерять себя. — Так и есть, я полагаю, – подтвердила Беатрис, тоже ставя книгу на место. – Читать чужую Книгу Мертвых – все равно что пропускать чужую душу через свою.   Осознание обрушилось на них. Эта библиотека, эта сокровищница знаний, оказалась… кладбищем. Бесконечным архивом ушедших жизней, бесполезным для их целей и, к тому же, защищенным от постороннего вмешательства. — Значит… все зря? – голос Эмилии дрогнул, слезы блеснули в ее глазах. Надежда найти здесь способ вернуть Пака рассыпалась в прах. Она отвернулась, чтобы скрыть свое разочарование. – Никаких книг о духах… о кристаллах… только… это?   Субару почувствовал приступ бессильной ярости. Снова! Снова эта Башня, этот Мудрец, этот Флюгель издевался над ними! Дать надежду – и тут же отнять ее, подсунув вместо знаний бесконечное кладбище! — Проклятье! – он с силой ударил кулаком по стеллажу. Книги на полке дрогнули, но остались на месте. – Зачем?! Зачем все это?! Какой смысл в такой библиотеке?! Чтобы просто хранить чужие жизни?! — Возможно, смысл был в самом сохранении, Субару, – тихо сказала Фрирен, подходя к нему. – Для создателя этой Башни каждая жизнь могла иметь ценность, достойную сохранения. Или же это… архив для чего-то другого. Для анализа. Для… воскрешения?   Она положила руку ему на плечо. — Гнев здесь бесполезен. Мы не нашли того, что искали на этом этаже. Но есть еще Первый. Возможно, там хранятся иные знания.   Ее спокойствие немного отрезвило Субару. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. — Да… ты права. Извини. Нужно идти дальше.   Но пока остальные приходили в себя от разочарования, Фрирен не теряла времени. Ее взгляд методично скользил по бесконечным рядам черных книг. Она не искала глазами – она ощущала. Ее магия, тонкая, как паутина, тянулась вдоль стеллажей, сканируя ауры, скрытые за черными переплетами. Большинство книг ощущались одинаково – слабые, застывшие эманации ушедших жизней. Но внезапно ее чутье уловило нечто иное.   Одна книга. На одной из верхних полок, ничем не отличающаяся от остальных на вид. Но ее аура… она была другой. Она вибрировала. Слабо, почти незаметно, но вибрировала знакомой Фрирен энергией. Энергией Миазм Зависти   Фрирен замерла. «Книга… Субару? Но он жив. Как это возможно? Или… это книга его будущей смерти? Или… книга его прошлых жизней? Его 'Возвращений'?» Мысли пронеслись в ее голове со скоростью света. Эта книга… она была ключом. Ключом к пониманию его силы, его проклятия, его связи с Ведьмой. Знание, заключенное в ней, могло быть бесценным. И… безмерно опасным.   Что если Субару найдет ее? Сможет ли он вынести правду о своих бесчисленных смертях, собранную в одном месте? Что если эту книгу найдет кто-то другой? Розвааль? Пандора? Кто-то из Культа? Последствия могли быть катастрофическими.   Решение пришло мгновенно, холодное и прагматичное, как всегда у Фрирен. Это знание слишком опасно. Оно не должно попасть ни в чьи руки. По крайней мере, пока она сама не разберется, что с ним делать.   Она бросила быстрый взгляд на остальных. Эмилия все еще пыталась утешить себя, Беатрис ворчала на Субару, Анастасия с интересом изучала структуру стеллажей, рыцарь стоял на страже у выхода. Никто не обращал на нее внимания.   Легкое движение руки. Порыв ветра, созданный ее духом, незаметно скользнул по стеллажу, подхватил ту самую черную книгу и опустил ее прямо в протянутую ладонь Фрирен. Еще одно неуловимое движение – и книга исчезла, переместившись в ее личное пространственное хранилище, скрытое от любых сканирований и обнаружений. Все произошло за пару секунд, беззвучно и незаметно. — Что ж, – сказала она вслух, поворачиваясь к остальным. – Этот этаж не дал нам ответов. Идем на Первый. Возможно, там нас ждет что-то более полезное. Или… более опасное.   Она повела их дальше, сквозь бесконечные ряды черных книг, к лестнице, ведущей наверх. Никто не заметил ни ее короткой остановки, ни исчезнувшей с полки книги.   Лестница на Первый этаж, "Майю", была иной. Не узкая и темная, как предыдущая, а широкая, винтовая, вырезанная из светлого, почти белого камня, и слабо освещенная мягким золотистым светом, исходившим от рун, покрывавших ее перила. Атмосфера по мере подъема менялась. Гнетущее безмолвие Библиотеки Мертвых сменилось ощущением… ожидания. Воздух стал теплее, а мана здесь вибрировала сильнее, словно они приближались к сердцу Башни, к источнику ее силы. — Чувствуете? – тихо спросила Эмилия, ее голос был полон благоговейного трепета. – Мана… она здесь такая… чистая. Почти как… как в лесу Элиор… — Да, концентрация первичной маны здесь значительно выше, – подтвердила Фрирен, ее взгляд был устремлен вверх. – И структура потоков иная. Более упорядоченная.   Наконец, лестница вывела их на широкую площадку перед массивной, богато украшенной аркой, вырезанной в стене. Арка вела в следующий зал, залитый ярким, теплым, золотистым светом. Оттуда доносился едва слышный, мелодичный гул – то ли работающего магического механизма, то ли эхо древней песни. — Первый этаж. Майя, – прошептала Беатрис, ее глаза расширились от предвкушения и легкого страха. – Самый важный. Здесь должны быть главные знания…   Они осторожно вошли под арку. Зал Первого этажа поражал своим великолепием. Он был круглым, с невероятно высоким куполом, расписанным изображениями звездного неба – но не того, что было видно снаружи, а какого-то иного, с незнакомыми созвездиями и туманностями. Стены были покрыты не стеллажами, а сложнейшими фресками и барельефами, изображавшими сцены из истории этого мира, битвы богов и драконов, создание артефактов, деяния Мудрецов и Ведьм. В центре зала на высоком постаменте стоял огромный кристалл, похожий на тот, что был на Третьем этаже, но этот пульсировал мягким золотым светом, и руны вокруг него светились не зеленым, а золотым.   Но их внимание привлекло не это. А фигура, стоявшая перед постаментом с кристаллом, спиной к ним.   Высокий мужчина. Очень высокий, с широкими плечами и длинными, огненно-рыжими волосами, свободно падающими на спину. Он был одет в простую белую рубаху и темные штаны, перепоясанные широким кожаным поясом, на котором висел длинный меч в потертых ножнах. Его поза была расслабленной, почти ленивой, он стоял, слегка покачиваясь на пятках и заложив руки за спину, словно просто любуясь кристаллом. Но от него исходила аура такой чудовищной, необузданной силы, что волосы на затылке вставали дыбом. Это была не магия в чистом виде, не Авторитет. Это была чистая, абсолютная физическая мощь, доведенная до немыслимого предела.   Он медленно обернулся, услышав их шаги. Его лицо было удивительно молодым для такой ауры силы – красивое, с резкими чертами, высокими скулами и пронзительными голубыми глазами, в которых плясали опасные искорки веселья и скуки. — О? Гости? – его голос был низким, с легкой хрипотцой, и в нем звучала откровенная скука.   Он сделал шаг им навстречу, его движения были плавными, кошачьими. Меч все еще висел на поясе, но угроза, исходящая от него, была почти физически ощутимой. — Ну что? Готовы к последнему Испытанию? Или сразу сдадитесь? Хотя… – он усмехнулся шире, его взгляд остановился на Фрирен, затем на Юлиусе, – …похоже, сегодня будет хоть какое-то развлечение. Давненько я не махал мечом против кого-то стоящего.   Фрирен смотрела на него без страха, но с предельным вниманием. Она узнала его. Не лично, конечно, но по описаниям, по ауре, по той легендарной силе, что исходила от него волнами.   Рейд Астреа. Первый Святой Меча. Герой, запечатавший Ведьму четыреста лет назад. И теперь он стоял перед ними, живой, дышащий, скучающий и явно готовый к бою. Последнее Испытание Башни Плеяд. — Рейд… Астреа? – прошептала Эмилия, ее голос был полон благоговейного ужаса. Даже она, выросшая в изоляции, знала это имя. — Значит, легенды не врали… – выдохнул Субару, чувствуя, как холодеют ладони. Святой Меча. Здесь. Живой. Спустя четыреста лет. Как? — Невозможно… – Беатрис отступила на шаг, ее глаза расширились от смеси страха и недоверия. – Но его аура… она… подлинная? Бетти не чувствует обмана…   Рейд лениво усмехнулся, явно наслаждаясь их реакцией. — Угадали. Рейд Астреа, к вашим услугам. Ну, не совсем к вашим, конечно. Я тут вроде как… экзаменатор. Последний. Так что слушайте правила, ребятки, они простые, – он поднял один палец. – Задача простая: ранить меня. Хоть разок, хоть чуть-чуть. Легонько заденьте – и проход в эту кладовку, – он небрежно кивнул на золотой кристалл позади себя, – ваш. Если сможете, конечно, хи-хи.   Его смешок не оставлял сомнений в том, что он считал эту задачу абсолютно невыполнимой. — И всё? Просто коснуться? – недоверчиво переспросил Субару. — Ага. Просто коснуться. Меня. Великого и Неподражаемого Рейда Астреа, – он театрально поклонился, но в глазах плясали смешинки. – Просто ведь, правда? Ну, кто смелый? Кто первый попробует пощекотать легенду?   Его взгляд снова остановился на Фрирен. Он внимательно, уже без прежней скуки, а с серьезной оценкой посмотрел на нее. — А ты, остроухая бабка, – сказал он, его тон стал чуть серьезнее. – Вижу, ты крепкая. Очень крепкая. Силы в тебе – море разливанное. С тобой махаться… хлопотно будет. Долго, нудно, шумно. – Он поморщился. – И Башню жалко. Красивая ведь, столько лет стоит. А мы с тобой тут все разнесем к чертям, пока будем всерьез бодаться. Кому это надо? Так что давай договоримся: ты пока в сторонке постоишь, ладно? Полюбуешься, как молодежь пыжится. Не мешай, а?   Фрирен спокойно встретила его взгляд. Она понимала его логику. Их бой действительно был бы бессмысленным разрушением. Ее магия против его абсолютной скорости и силы… исход был непредсказуем, но цена – слишком высока. И бесполезна. Ее цель – знания, а не демонстрация силы против легенды прошлого. Она молча кивнула и сделала шаг назад, к стене, покрытой фресками, давая понять, что принимает его условия.   Остальные смотрели на это с немым изумлением. Только что Первый Святой Меча признал силу Фрирен и фактически исключил ее из "игры"? Насколько же она была сильна? И насколько силен был он сам, если мог позволить себе такую уверенность? — Ну что ж, раз с самой опасной договорились, кто следующий? – Рейд снова ухмыльнулся, переводя взгляд на остальных. – А то я сейчас усну от скуки.   Движимый рыцарским долгом, чувством ответственности за свою госпожу и инстинктивным неприятием такой наглой самоуверенности, рыцарь в фиолетовой форме шагнул вперед. Его лицо было бледным, но решительным. — Как рыцарь, я обязан попытаться защитить честь тех, кого сопровождаю.   Шесть огоньков его квази-духов – Иа, Куа, Ало, Ик, Ин и Нес – вспыхнули ярче, закружившись вокруг него в боевом порядке. Меч был выхвачен из ножен с плавным, отточенным движением. — О! Рыцарь! – глаза Рейда блеснули весельем. – Люблю рыцарей! Они такие… предсказуемые. Ну, давай, покажи, на что способен!   Юлиус не стал медлить. Он рванулся вперед, его движения были воплощением элегантности и смертоносной точности. Серия молниеносных выпадов, финтов, уклонений. Его меч, окутанный светом Ин, летел к Рейду, но тот уклонялся с ленивой грацией, иногда даже не сходя с места, лишь слегка смещая корпус или отводя клинок легким движением кисти. Одновременно духи Юлиуса атаковали со всех сторон – огненные стрелы Иа, ледяные шипы Куа, режущие порывы ветра Ало, каменные глыбы Ик, ослепляющие вспышки Ин, сковывающие тени Нес. Зал наполнился грохотом и вспышками магии.   Рейд двигался сквозь этот шквал атак с той же небрежной легкостью. — Огоньком греешь? Спасибо, а то тут прохладно! – он увернулся от огненной стрелы. — Льдом кидаешься? Не попал! – ледяной шип разбился о невидимый барьер его ауры. — Ветерок? Освежает! – порыв ветра лишь слегка взъерошил его рыжие волосы. — Камешки? Ай! Почти щекотно! – он легко отбил каменную глыбу ладонью. — Светом слепишь? У меня глаза привыкшие! – он даже не моргнул от вспышки Ин. — Тенью путаешь? Я тебя и так вижу! – он легко прошел сквозь теневые путы Нес.   Юлиус сражался с отчаянием, вкладывая все свое мастерство, всю силу своих духов. Он чувствовал, что должен быть способен на большее, но натыкался на непробиваемую стену абсолютного превосходства.   Рейд, казалось, наигрался. — Ладно, техника у тебя красивая, мальчик, не спорю, – сказал он с усмешкой. – Но силенок маловато. Совсем.   Он сделал неуловимое движение вперед, и прежде чем Юлиус успел среагировать, Рейд легко выбил меч из его руки ударом рукояти своего меча (который он даже не вынул из ножен!), а затем легким толчком ладони в грудь отправил рыцаря в полет к стене. Юлиус ударился о фреску и сполз на пол, тяжело дыша, обезоруженный и униженный. Шок, боль, фрустрация и горькое осознание собственной неполноценности захлестнули его. — Следующий! – весело объявил Рейд, поворачиваясь к остальным.   Видя, что лучший фехтовальщик и маг духов потерпел такое сокрушительное поражение, Субару понял, что грубая сила или стандартная магия здесь бесполезны. Нужен другой подход. Хитрость. Скорость. Непредсказуемость. — Беако, готовься! – шепнул он своему духу. — Субару, не лезь! Это безумие! – попыталась остановить его Беатрис. Но он уже рванулся вперед. Не напрямую, а зигзагами, стараясь быть как можно более непредсказуемым. Его кнут со свистом рассек воздух, целясь не в самого Рейда, а в его ноги, пытаясь сбить его с ног или хотя бы заставить потерять равновесие. — Шамак! – крикнул он Беатрис. Облако плотной тьмы окутало Рейда, лишая его зрения. В тот же миг Субару, используя толчок от стены, прыгнул вперед, пытаясь коснуться спины Рейда, пока тот дезориентирован. — Опа! Фокусы с веревочкой и дымом? – раздался смеющийся голос Рейда прямо из центра облака тьмы. – Ты что, из цирка сбежал, пацан?   Прежде чем Субару успел коснуться его, мощный удар (Субару даже не понял, чем – кулаком, ногой, рукоятью меча?) пришелся ему в живот. Воздух вышибло из легких, и он кубарем откатился к ногам Эмилии, кашляя и задыхаясь. Облако Шамака рассеялось – Рейд стоял на том же месте, ухмыляясь, словно ничего и не было. — Дерзкий! Мне нравится! Но слабоват. Совсем хилый. Кто еще?   Эмилия видела, как легко были повержены и Юлиус, и ее собственный рыцарь. Гнев и отчаяние смешались в ней. Надежда на Пака придала ей решимости. Она шагнула вперед, ее серебристые волосы засветились, вокруг нее закружился ледяной вихрь. — Я попробую! – ее голос дрожал, но был тверд. – Аль Хьюма!!!   Она обрушила на Рейда всю мощь своей магии. Пол под ним покрылся толстым слоем льда, гигантские ледяные шипы выросли из пола и стен, пытаясь пронзить его, а сверху обрушилась лавина острых ледяных копий. Зал наполнился ревом ледяной бури.   Рейд стоял в центре этого ледяного ада, его ухмылка стала еще шире. — Ого! А вот это уже посерьезнее! Холодно-то как!   Он просто сделал шаг вперед. Лед под его ногами треснул и испарился. Ледяные шипы разлетались в пыль от одного его прикосновения. Копья, падающие сверху, он отбивал легкими взмахами рук или они просто таяли, не долетая до него, сжигаемые его собственной аурой. Он прошел сквозь ледяную бурю Эмилии, как человек проходит сквозь летний дождь, и остановился прямо перед ней. — Красиво, девочка. Очень красиво. Но совершенно бесполезно, – сказал он мягко, почти ласково. И легким щелчком пальцев по ее лбу заставил ее отшатнуться назад, прямо в объятия подоспевшего Субару.   Беатрис, видя это, в ярости попыталась атаковать. Она создала несколько врат "Миньи" вокруг Рейда, пытаясь ослабить его, лишить сил. Рейд лишь лениво зевнул. — Опять эти штучки? Скучно.   Он даже не обратил внимания на ее магию.   Они стояли перед ним – Юлиус, с трудом поднявшийся на ноги, Субару, поддерживающий потрясенную Эмилию, Беатрис, сжимающая кулачки от бессилия, Анастасия, задумчиво наблюдающая, и Фрирен, молча стоящая у стены. Все их попытки провалились. Рейд Астреа казался абсолютно неуязвимым.   Он снова зевнул, потягиваясь. — Ну что, все? Разочаровали вы меня, ребятки. Я уж думал, хоть немного разомнусь, кровь погоняю. А вы… пшик, и всё. Скукота смертная.   Он покачал головой с видом глубочайшего разочарования. — Ладно, вижу, вы пока не готовы. Устали, наверное. Идите вон… туда, – он небрежно махнул рукой в сторону арки, через которую они вошли. – Отдохните. Подумайте хорошенько. Может, чего умное в голову придет. Как надумаете – возвращайтесь, попробуете еще разок. Только не слишком быстро, а то я и впрямь усну тут с вами от скуки.   Он демонстративно отвернулся от них, подошел к постаменту с золотым кристаллом и уселся прямо на пол, прислонившись к нему спиной. Закрыл глаза и начал тихонько насвистывать какую-то незатейливую мелодию, показывая, что аудиенция окончена и он полностью их игнорирует.   Группа осталась стоять в огромном золотом зале, оглушенная своим полным и унизительным поражением.