Part 1. A Deal with Darkness. Chapter 7. Homecoming

      Pov Adeline Rosier.       Bordeaux. France.       Мать умерла. Сердце. Просто остановилось. Без предупреждения, без последних слов — только холодный звонок из Бордо, голос врача, безжизненный и точный, как диагноз.       Мне написал отец. Я бросила трубку. Потом раздавила телефон в руке.       Дождь в Бордо лил как будто специально — тяжёлый, бесконечный, ледяной. Он стучал по крышке гроба, заливал могилу, превращал землю в чёрную жижу. Я стояла под зонтом, но вода всё равно текла за воротник, смешиваясь с чем-то горячим на моих щеках. Слёзы? Нет. Я не плакала.       Люди в чёрном шептались, бросали на меня взгляды. «Бедная девочка… Они ее оставили одну… Как она это переживёт? Габриэль ведь весь в делах.» Но я не была бедной девочкой. Я была пустотой. Гроб опускали в землю. Дерево поскрипывало, веревки натягивались.       «Прощай, мама.» Я не сказала этого вслух. Вместо этого я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Я лишь смотрела на камень для надгробия: «Мария Розье — любимая жена и мать». Кто-то положил руку мне на плечо.       — Аделин… — голос отца казался чужим. Я не обернулась. Его рука была тёплой, тяжёлой, но мне казалось, что она обжигает. — Аделин, — повторил он, но я молчала. Дождь барабанил по чёрным зонтикам, по мокрой земле, по мраморному надгробию. Люди постепенно расходились, и вскоре остались только мы — я и он. — Нам нужно поговорить, — сказал отец.       Я вздрогнула, но не от холода. В груди что-то дрогнуло — что-то глухое, старое, ржавое. Гнев? Нет. Ненависть. Медленно я обернулась, и наши взгляды встретились. Габриэль Розье. Безупречный чёрный костюм, приглаженные волосы, ровная осанка. Даже у могилы собственной жены он выглядел как человек, привыкший держать мир в своих руках. Только вот я знала, что он упустил из рук самое важное.       — Нам не о чем говорить, — хмуро говорю я и просто ушла.       «Срочные новости, на окраине города было нападение. Убито десять человек, тела полностью обескровлены. Полиция уже изучает данное дело.»

***

      Mystic Falls.       Когда я вернулась в Мистик Фоллс, город встретил меня тишиной.       — Стефан украл гробы, — сказала Елена, и её голос дрожал. — Клаус не остановится, пока не получит их обратно.       Я не ответила. Мне было всё равно. Но потом Клаус решил сыграть в свою игру. Джереми стоял на дороге, глаза пустые, как у куклы. Машина неслась на него, и я знала, чья это работа. Я рванула вперёд, схватила его за руку и резко дёрнула на себя. Он упал на меня, мы покатились по асфальту, и где-то рядом раздался визг тормозов.       — Ты… ты спасла меня, — прошептал он, дрожа. — Что случилось?       Если Клаус думает, что может калечить людей, чтобы добиться своего, он ошибается. Позже Елена и Аларик решили, что Джереми нужно уехать.       — Джереми, — я положила руку ему на плечо, заглянула в глаза. — Ты уезжаешь. Сейчас. Елена просит. Ты должен быть в безопасности.       Мои слова просочились в его разум, как яд. Он кивнул, покорный. А потом Елена сделала свой ход — рассказала Клаусу тайну Ребекки. После чего в ее спину был воткнут кинжал.       А Деймон… Деймон целовал Елену. И она отвечала. Я отвернулась.       Я лишь чувствовала пустоту. У меня осталась только злость. И она горит.       Злость горела во мне тихо, как угольки под пеплом. Она не пылала ослепительным пламенем — нет, она была терпкой, густой, как кровь, застывающая на пальцах. Я стояла на улице, чувствуя, как ветер хлестал по коже, но не могла отвести взгляда от Деймона и Елены. Их тени сливались в одну. Их дыхание смешивалось.       Я отвернулась. Глупо. Смешно. От того, что я думала их остановит то, что Стефан любит Елену, возможно он был без чувств, но это не отменяло его любви к Елене.