Часть 14 Последний вздох печати

— Что это значит? — спросила она, делая шаг к нему. — Что значит «уже здесь»? Откуда ты знаешь обо мне и почему говоришь так, будто моё появление было лишь вопросом времени? Вики стояла скрестив руки на груди. Ветер трепал её волосы, а взгляд был прикован к Дино, который замер после своей неосторожной фразы. Дино внутренне проклял себя. Последние месяцы на Земле, когда он буквально дышал в спину этой девушке, лишили его бдительности. — Я… я не это имел в виду, Вики, — начал он, лихорадочно подбирая слова. — Я просто слышал, что прибыла новая группа Непризнанных. Вики окинула его долгим, полным скепсиса взглядом. Его оправдания звучали глупо, несуразно и даже как-то жалко для такого статного ангела. — Знаешь что, — Вики закатила глаза и сделала шаг назад, — У меня и так голова идет кругом от этого места, летающих островов и вашей странной иерархии. Мне только не хватало связываться с очередным загадочным бессмертным, который несет чепуху. Она резко развернулась и пошла прочь по гравиевой дорожке, даже не обернувшись. Дино стоял неподвижно, сжимая кулаки так крепко, что костяшки пальцев побелели. Гравий под его сапогами скрипнул, когда он сделал непроизвольный шаг вперед, но тут же остановился. Вики уходила, ее фигура становилась все меньше в тени деревьев сада Академии. Она была возмущена, она была живой и дерзкой, но для него она была призраком, который не должен был здесь появиться. — Значит, тебя все-таки убили… — едва слышно прошептал он ей в спину, когда расстояние между ними стало безопасным. — Она это сделала. В этот момент реальность сада померкла. События того последнего вечера в Цитадели до сих пор стояли у Дино перед глазами, как незаживающая рана. Когда Ребекка, холодная и прекрасная в своем высокомерии, наконец открыла ему всю правду.

***

Цитадель.

За день до убийства Вики.

Празднование Дня Равновесия в Цитадели было в самом разгаре: ангелы и демоны кружились в танцах, символизируя хрупкий баланс миров. Но для Ребекки этот праздник был лишь шумным фоном, мешающим сосредоточиться. Она специально расположилась с краю, подальше от толпы — в надежде, что ее не потревожат. Ребекка давно наплевала на местные праздники, которые проводили просто для галочки, но она с земли усвоила правило, что под любую ситуацию можно подстроиться и вынести из неё выгоду, главное действовать согласно своему чёткому плану, не привлекая внимания и не качая чашу весов слишком сильно. В её голове, подобно назойливому рою, гудел шепот Шепфамалума. Бог Тьмы не давал ей покоя, с каждым часом становясь всё требовательнее: «Время, Ребекка…» Она стояла, обводя зал ледяным взглядом, пока не заметила в толпе Дино. Он выглядел отстраненным, явно не разделяя общего веселья. Ребекка поняла: это её шанс. Она должна знать всё о завтрашнем дне Вики, чтобы нанести точный удар. Едва заметным кивком она приказала ему следовать за собой. Они скрылись в одном из боковых коридоров, где звуки музыки и смеха превращались в едва слышное эхо. — Завтра, — без предисловий начала Ребекка, резко оборачиваясь к нему. Её лицо было бледным, а пальцы нервно сжимали край дорогой ткани платья. — Что у неё по плану? Мне нужно знать каждое её движение, каждую секунду её маршрута. Дино смотрел на неё, и в его глазах боролись преданность и тревога. Он видел, что Серафим на пределе. — Завтра у Вики важный день, — тихо ответил он. — Утром она получает диплом. Церемония в университете, потом небольшое прощание с друзьями. После этого она собирается сразу уехать — хочет вернуться домой, в соседний штат. Поедет на своей машине по междугородней трассе. Ребекка замерла. Трасса. Скорость. Одиночество. Шепфамалум внутри неё довольно заурчал. — Значит, завтра она будет одна в машине на открытой дороге… — прошептала она скорее себе, чем ему. — Хорошо. Это именно то, что мне нужно. Она уже собиралась отпустить его, её мысли уже строили план, но Дино не дал ей уйти. Месяцы слежки за Вики, постоянное напряжение и та безумная ночь у окна — всё это выплеснулось в нем сейчас, когда он почувствовал холодную решимость Ребекки. Он устал быть просто информатором, устал ждать крох её внимания. Не давая ей опомниться, Дино подхватил её на руки. Ребекка попыталась что-то возразить, её рот открылся для властного приказа, но он не слушал. Он вжал её в холодную стену темного коридора, лишая возможности маневра. Ребекка сама направила его рукой, и он одним долгим, медленным движением вошел в нее, заполняя ноющую пустоту. Он вошел в нее одним мощным, глубоким толчком. Ребекка резко выгнулась, её голова откинулась назад, ударившись о стену, а из горла вырвался рваный, гортанный стон. Её ногти впивались в его кожу, но Дино, казалось, не чувствовал боли. Он чувствовал только её — то, как она содрогается под его напором, как её надменность плавится под жаром его тела. — Завтра… трасса… — с трудом выдохнула она, пытаясь удержаться за реальность, но Дино перехватил её лицо ладонью, заставляя смотреть ему в глаза. — Завтра будет завтра, — выдохнул он, обжигая её кожу дыханием. — А сейчас вы здесь. Со мной. Ритм становился всё более неистовым. Дино чувствовал каждое движение её тела, слышал каждый её судорожный вдох. В этом акте не было праздничного равновесия — только хаос, страсть и отчаяние. Ребекка судорожно выдохнула, впиваясь ногтями в его мундир. Пока в главном зале Цитадели праздновали баланс света и тьмы, здесь, в тени, этот баланс окончательно рушился. Когда финал настиг их обоих, Ребекка задрожала в его руках, прижимаясь лицом к его шее. Когда страсть утихла, и Дино, тяжело дыша, медленно опустил Ребекку на пол, в воздухе что-то изменилось. Темнота коридора словно сгустилась, став осязаемой. В этот момент высшего физического и эмоционального пика, Шепфамалум, выждавший идеальный момент слабости, полностью захватил сознание Ребекки, как и обещал. Её зрачки на мгновение расширились, заполнив всю радужку непроглядной чернотой, а по венам на шее пробежала едва заметная темная пульсация. Но Дино, поправляя свой мундир, этого не заметил. Ребекка резким, почти механическим жестом одернула платье, восстанавливая свой безупречный вид. В её движениях больше не было той мягкости, что минуту назад. — Ребекка, — тихо позвал Дино, его голос всё еще вибрировал от нежности. — Теперь, когда всё решено… что будет с Вики завтра? Ребекка повернулась к нему. Её лицо было холодным, как надгробная плита, а голос прозвучал с пугающей, стальной прямотой: — Вики Уокер умрет. Завтра. На трассе. Дино замер, словно от удара под дых. — Что? — переспросил он, не веря своим ушам. — Умрет? Вы… вы планируете убить собственную дочь? — Нет, — твердо произнес он тогда, отступая от нее на шаг. В его глазах больше не было того слепого обожания. — Я согласился оберегать ее, я согласился служить вам, потому что верил в высшее благо. Но это… это убийство. Я не стану соучастником. Он сделал шаг назад, глядя на неё с ужасом. — Ты уже соучастник, Дино. Ты зашел слишком далеко, чтобы играть в благородство. — Я больше не буду с вами сотрудничать, Серафим, — отчеканил он, разворачиваясь к выходу. — Моя верность заканчивается там, где начинается безумие. Он ожидал гнева, криков или немедленного ареста, но Ребекка лишь посмотрела на него ледяным взглядом. Она поправила его воротник тем же жестом, что и раньше, но теперь в этом была лишь издевка. — Чтобы ты не наделал глупостей, завтра утром ты отправишься на дальнее задание. Приказ уже подписан. Ты будешь далеко, когда металл её машины сомкнется вокруг её тела. И ты ничего не сможешь изменить. Она развернулась и пошла прочь по коридору, оставляя Дино один на один с осознанием того, что он только что помог подготовить казнь девушки, за которой следил месяцами. Не успел он покинуть Цитадель, как пришел официальный приказ от Совета, подписанный самим Эрагоном: Дино отправляли на экстренное задание в отдаленные земли. Это была почетная ссылка. Его убрали с шахматной доски прежде, чем он успел бы кому-то рассказать правду или помешать Ребекке совершить задуманное на Земле.

***

Академия

Выходные пролетели как в тумане — короткими вспышками между сном и попытками осознать произошедшее. Когда Вики вернулась в комнату, Мими ждала её, полная нетерпения и немого вопроса в глазах. Но Вики лишь покачала головой. Слишком свежи были прикосновения Люцифера, слишком много вопросов осталось после их встречи. Она не была готова превращать это в сплетни, даже с лучшей подругой. Сухо бросив, что просто устала, Вики легла в постель и провалилась в беспокойный сон. Понедельник встретил учеников тяжёлым гулом в голове. Класс напоминал сонное царство: Ади подпирал голову рукой, то и дело закрывая глаза, Сэми безуспешно пытался сосредоточиться на учебнике, а Мими демонстративно зевала, не скрывая скуки. Фенцио был в ярости. Его шаги гулко отдавались от каменного пола, пока он расхаживал между рядами. — Ваше безразличие когда-нибудь станет вашей погибелью! — чеканил он слова, видя, как ученики едва держат спины прямо. — Но сегодня я вытрясу из вас эту лень. Он резко остановился и взмахнул рукой, вызывая на доске списки. — Сегодняшнее задание на Земле будет командным. Оценка — общая. Успех или провал — тоже. Вики выпрямилась, вслушиваясь в имена. Когда Фенцио дошёл до её группы, она почувствовала странную смесь облегчения и напряжения. — Пятая группа: Вики, Мими, Дино, Ади и Сэми. Задание казалось простым лишь на бумаге: повлиять на исход дорожного происшествия. На оживлённом перекрёстке маленькая девочка, засмотревшись на яркую витрину, сошла с тротуара прямо перед несущейся гоночной машиной. Дино, Сэми и Вики инстинктивно подались вперёд — в них заговорило желание спасти, удержать, направить водителя в сторону. Но демоны были быстрее и решительнее. — Не лезьте, ангелочки, — оскалился Ади, переглядываясь с Мими. Пока Дино пытался создать «случайное» препятствие для машины, Ади и Мими сосредоточили свою энергию на водителе, подпитывая его невнимательность и ярость. Визг тормозов, глухой удар и звенящая тишина, сменившаяся криками прохожих. Девочка погибла на месте. Демоны выполнили свою задачу — они посеяли хаос и забрали положенное. После задания команда не спешила возвращаться в Небесную Академию. Тяжёлый воздух города, пропитанный гарью и отголосками человеческой трагедии, казался сейчас более уместным, чем стерильная чистота небес. Они брели по парку, скрытые от глаз смертных чужими обликами. Вики шла чуть позади, погружённая в свои мысли. Перед глазами всё ещё стояла та сцена: визг шин и кукла, выпавшая из рук ребёнка. Дино, замедлил шаг и поравнялся с ней. — Вики? — тихо позвал он. — Как ты? — Нормально, — коротко бросила она, не глядя на него. — Раз девочка погибла, значит, так и должно было случиться. Это ведь и есть судьба, верно? Мы просто исполнители. Дино остановился, заставив и её замереть. Он посмотрел на неё со смесью грусти и серьёзности, которую Вики раньше не замечала. — Я не согласен, — мягко произнёс он. — Не всё предопределено настолько жёстко. Иногда равновесие нарушается чем-то одним — случайным импульсом, лишней каплей злобы или неосторожным движением. И тогда чаша весов начинает колыхаться, как ей вздумается. Сегодня… сегодня мы могли бы это исправить, если бы не напор Ади и Семи. Вики удивлённо вскинула голову. Слова Дино шли вразрез со всем, чему их учили на лекциях о незыблемости баланса. — Но если всё уже пошатнулось… — она запнулась, чувствуя странную тревогу. — Как же всё вернуть обратно? Как восстановить это равновесие, если чаша уже сорвалась? Дино открыл рот, собираясь ответить, и его взгляд стал на мгновение очень глубоким, почти пророческим. Но он не успел произнести ни слова. — Эй, вы чего тут киснете? — громкий голос Ади разрезал тишину парка. Он и Мими, запыхавшиеся и возбуждённые после «победы», подбежали к ним. На лицах демонов не было и тени раскаяния — только адреналин и жажда жизни. — Хватит строить из себя святых мучеников! — Мими бесцеремонно схватила Вики за локоть, пытаясь вытащить её из кокона мрачных мыслей. — Задание выполнено, Фенцио будет доволен. Мы решили, что возвращаться в школу сейчас — преступление. Пойдёмте повеселимся! Гляньте туда! — Она указала на сверкающие огни городского парка неподалёку. — Аттракционы! Идёмте, проветрим мозги на бешеной скорости. Сэми поддержал идею коротким смешком: — Отличный план. Несмотря на тяжесть на душе, Вики не нашла в себе сил спорить. Ей хотелось заглушить мысли чем-то громким и быстрым. Дино, обменявшись с Вики коротким взглядом, нехотя кивнул. Они выбрали самый высокий и безумный аттракцион. Впятером они заняли целый ряд, и когда механизм сорвался с места, крики Ади и Мими смешались с гулом ветра. Вики зажмурилась, чувствуя, как внутренности сжимает от перегрузки. На мгновение ей показалось, что в этом хаосе и страхе она может забыть о своих проблемах. Когда тележка, наконец, замерла и защитные поручни поднялись, Ади, Сэми и Мими буквально выпрыгнули наружу. — Вон те горки! Скорее, пока очередь не набралась! — крикнула Мими, и троица мгновенно растворилась в толпе, смеясь и подначивая друг друга. Вики и Дино выходили медленнее. — Дино, — Вики остановила его, коснувшись рукава. — Ты не ответил. Если чаша весов уже колыхается, как вернуть всё на места? Как восстановить равновесие? Дино тяжело вздохнул, глядя куда-то поверх голов проходящих мимо людей. В его глазах отражались неоновые огни парка, но взгляд оставался холодным и печальным. — Правда в том, Вики… что этого никто не знает. Даже те, кто сидит в Совете. Мы лишь стараемся не сделать хуже. Но если механизм сломан, починить его почти невозможно. Вики долго молчала, переваривая его слова. Ветер трепал её волосы, а шум толпы казался далёким фоном для мысли, которая жгла её изнутри всё это время. Она подняла на Дино глаза, и её вопрос прозвучал так тихо и резко, что он вздрогнул. — Дино… а что, если равновесие было нарушено ещё раньше? — Она сделала паузу, чувствуя, как сердце забилось в горле. — Может быть, моя смерть тоже не была случайной? Дино замер. Он смотрел на неё, не в силах скрыть шока. Этот вопрос был запретным, почти кощунственным для ученика школы. Сама мысль о том, что чьё-то Небытие могло быть ошибкой или чьим-то умыслом, ставила под сомнение всё устройство их мира. Слова Вики повисли между ними, тяжелые и пугающие. Дино замер, и на его лице отразилась целая гамма эмоций: от отрицания до горького осознания. Он отвел взгляд, не в силах смотреть ей в глаза, потому что где-то в глубине души понимал — она попала в самую точку. Набрав в легкие воздуха, он постарался вернуть себе самообладание и решил уточнить, стараясь, чтобы его голос звучал просто любопытно, а не встревоженно: — Почему ты об этом задумалась? Что именно заставляет тебя сомневаться в «случайности» того дня? Вики обхватила себя руками, словно ей внезапно стало холодно среди жаркого летнего вечера. — Я не знаю, Дино. Это просто предчувствие, которое грызет меня изнутри с самого первого дня. Но есть и кое-что более осязаемое, — она на мгновение обернулась, проверяято, что находилось за спиной и было частью девушки. — Мои крылья. Дино прищурился, ожидая продолжения. — Ты же сам видишь, — продолжала Вики. — У всех Непризнанных они серые. Грязный, невзрачный цвет тех, кто еще не выбрал сторону. А мои… мои крылья белые. Чисто-белые, как у рожденного ангела. Тебе не кажется это странным? Будто кто-то заранее решил мою судьбу или… или я вообще не должна была здесь оказаться как Непризнанная. Этот аргумент заставил Дино окончательно растеряться. Он слишком долго жил по правилам, чтобы не замечать таких очевидных аномалий. Белые крылья у Непризнанной — это не просто редкость, это нарушение всех законов Небес. — Белизна твоих крыльев смущает многих учителей, Вики, — наконец признал он, и его голос дрогнул. — Даже если они делают вид, что всё в порядке. Он хотел сказать что-то еще, предостеречь её, но в этот момент издалека послышались крики Ади. Троица возвращалась, и по их лицам было ясно — спокойный разговор окончен.

***

После убийства Вики.

Покои Серафима Ребекки.

Тишина здесь была настолько густой, что казалась осязаемой, но это не был покой — это была пустота, оставленная присутствием высшего зла. Ребекка вошла в комнату шаткой, ломаной походкой. Её лицо, обычно суровое и величественное, сейчас напоминало маску из воска. Глаза были пустыми, подёрнутыми мутной дымкой. Шепфамалум полностью подчинил её разум, используя тело Серафима как марионетку для совершения самого страшного греха — детоубийства. Силы покидали её. Бог Тьмы выпивал её энергию до капли, чтобы удерживать контроль на Земле. Как только её голова коснулась подушки, тёмная дымка сгустилась и вырвалась из её тела, приняв очертания жуткой тени, парящей над кроватью. Ребекка провалилась в беспамятство, её дыхание было едва заметным. Дверь тихо скрипнула. В покои вошёл Торендо. Он остановился у постели, глядя на женщину, которая только что своими руками оборвала жизнь собственной дочери, даже не осознавая этого. — Как всё прошло? — негромко спросил Торендо, обращаясь к тени. — Прекрасно, — пророкотал голос Шепфамалума, от которого по стенам пополз иней. — Вики мертва. Её душа чиста и полна потенциала. Совсем скоро она окажется здесь, на Небесах, в наших руках. Торендо перевёл взгляд на спящую Ребекку. Его голос дрогнул от скрытого сомнения: — Будет ли она помнить? Когда она очнётся… поймёт ли она, что это сделала она? — Нет, — отрезал Бог Тьмы. — Сознание Ребекки милосердно вычеркнет эти часы, благодаря мне. Она будет верить в несчастный случай, в каприз судьбы. Лишние чувства и вина помешают нашему общему делу. Мы не знаем, значит ли Вики сейчас для нее хоть что-нибудь. Но всё равно… Она должна оставаться сильной фигурой на доске. И ты, Торендо, позаботишься о том, чтобы она никогда не узнала правды. Ты будешь молчать. Торендо склонил голову, принимая приказ. Тяжёлая пауза повисла в воздухе, прежде чем он задал главный вопрос, ради которого было принесено столько жертв: — Печать… Смерть Вики подействовала? Печать, запирающая твою темницу, открылась? Тень Шепфамалума довольно колыхнулась, расширяясь и заполняя собой пространство комнаты. — Да. Оковы дрогнули. Кровь и энергия этой связи пробили брешь, которую не могли пробить века. Хочешь видеть плоды наших трудов? Смотри… Видение перед глазами Торендо обрело четкость, погружая его в холодное нутро земли. Это был древний храм, погребенный под слоями камня и векового забвения. Стены его были испещрены рунами, которые не видел свет тысячи лет. В самом центре зала возвышался массивный каменный постамент. На нем покоился странный артефакт — тяжелый ящик, формой напоминающий массивную книгу. В его крышку было встроено зеркало, поверхность которого сейчас была темной, как застывшая смола. Весь артефакт опутывали тяжелые кованые цепи, удерживающие внутри нечто запредельное. В тот самый миг, когда жизнь Вики на Земле угасла, храм содрогнулся. Зал внезапно залило холодным, мертвенно-синим огнем. Этот свет пульсировал в такт последнему удару сердца девушки. С оглушительным звоном, эхом отозвавшимся в ушах Торендо, цепи лопнули и грудой мертвого металла опали на плиты. Печать была разрушена. Потолок храма не выдержал давления высвобожденной энергии. Сверху образовался глубокий, зияющий провал, сквозь который пробились слабые отблески земного мира. Торендо увидел то, что находилось прямо над этой подземной тюрьмой: массивное, мрачное здание с решетками на окнах. Психиатрическая лечебница. Она стояла на обрыве, обдуваемая солеными ветрами, на том самом берегу моря, где когда-то маленькая Вики собирала ракушки. — Теперь ты видишь, — прошелестел голос Шепфамалума над ухом Торендо. — Кровь вернулась к истокам. Торендо смотрел на лечебницу, запечатлевая в памяти каждый изгиб береговой линии. Теперь ему не нужны были карты. Он точно знал, где спрятан ящик с зеркалом. — Смерть этой девчонки — не просто очередная угасшая искра. Она была тем самым противовесом, который удерживал мироздание в стазисе. — Её уход окончательно нарушил чашу равновесия, — продолжал Бог Тьмы. — Баланс, который Небеса выстраивали тысячелетиями, рухнул в тот миг, когда её кровь коснулась асфальта. Чаша не просто пошатнулась — она сорвалась с петель. Теперь силы Света и Тьмы придут в движение, которого никто не ожидал. Никто, даже сам Шепфа, теперь не знает, что будет дальше. Мир вступил в эпоху хаоса, где правила больше не действуют.