Часть 23

26 марта. Утро. Студия. Прошло всего пять дней с того вечера на кухне, но атмосфера с тех пор ощутимо смягчилась. Йост, на удивление всем, особенно Луизе, не исчез. Напротив — почти каждый день он появлялся в студии раньше, чем от него ждали. Не ломился в центр внимания, не разваливался на диване, не требовал ничего. Просто приходил. Иногда с блокнотом, иногда с пустыми руками, но всегда с каким-то рвением в глазах — как будто хотел доказать, что может быть полезен. Или хотя бы нужным. Он работал. Слушал. Иногда спорил. Иногда дурачился, но вовремя замирал, если чувствовал, что перешёл грань. Между ним и Джарином неожиданно установился какой-то расслабленный ритм — они могли подхватывать друг друга в импровизациях, могли просто молча курить на балконе, обсуждая «биты старой школы», будто дружат с детства. Это, как ни странно, не раздражало. Даже Луизу. Она наблюдала со стороны, не вмешиваясь. Отмечала, как Йост сдержан в моменты, когда раньше бы сорвался. Как будто внутри него стало меньше хаоса — или, по крайней мере, он научился его маскировать. И Джарин… Джарин действовал на него успокаивающе, что Луиза невольно ценила. Возможно, впервые с начала всей этой истории ей не нужно было быть внутренним фильтром Йоста. В студии, в эти дни, всё было просто: кто-то работал у микрофона, кто-то собирал проект в компе, кто-то спорил о драм-машинах. И всё как будто двигалось в правильном направлении. Сейчас, в середине спокойного мартовского утра, Луиза сидела у монитора с планшетом в руках. Рядом — Танту, полурастянувшийся в кресле, щёлкал по дорожкам на экране. В студии пахло кофе, чуть пылью, и чужими духами — кто-то из парней оставил запах в воздухе. Они говорили лениво, перебрасывались короткими фразами. Луиза что-то уточняла по визуалу нового проекта, Танту спорил про шрифты. Всё шло своим чередом, пока парень не поднял глаза от ноутбука и не сказал с привычной полуулыбкой: — Слушай, в Роттердаме открывается клуб. Новый. Пацаны с организации позвали, типа покрутить пару треков, потусоваться. Пойдёшь? Она оторвала взгляд от экрана: — А это не что-то корпоративное, где все в пиджаках? — Да нет, расслабленный движ. Будет немного музыки, немного алкоголя.. Луиза усмехнулась: — Ну давай. Надену чёрное и буду стоять в углу, смотреть осуждающе. — В твоём стиле, — кивнул он и потянулся за телефоном. — Спрошу, можно ли подтянуть друзей. Адриану зови. И Йоста с Джарином тоже. Пусть потусуются. Всё равно в последнее время пахали — пусть выдохнут. Луиза достала телефон и, не глядя, уже писала Адриане. Та не заставила себя ждать: «Ты даже спрашиваешь? За любой движ!» Вечер.  В комнате пахло парфюмом и горячим утяжком. Музыка из динамика выдавала ровный бит, на который Луиза невольно двигалась, пока красила губы перед зеркалом. Она была почти готова. На ней — чёрное облегающее платье, чуть выше колена, с глубоким вырезом и узкими бретелями. Поверх — кожаная оверсайз-куртка, которую она ещё не надела, пока было жарко. Грубые ботинки на массивной подошве стояли у двери, рядом лежала лакированная сумочка с короткими ручками. Она не слишком любила каблуки — в таких ботинках ей было и удобно, и уверенно. Кудрявые волосы Луизы были чуть влажными от недавнего душа, но уже распустились мягкими пружинами по плечам и ключицам. Несколько прядей выбивались вперёд, придавая образу нарочитую небрежность. Она провела пальцами по цепочке на шее, поправила кольца и бросила взгляд на телефон — Танту написал, что будет через пятнадцать минут. — Луиза Де Йонг, — раздался из коридора голос Адрианы, — ты выглядишь так, будто пришла разрушать мужские жизни. Я горжусь тобой. — Я просто иду в бар, — усмехнулась Луиза, натягивая куртку. — Если кто-то решит сломаться — не моя вина. — Ты буквально воплощение фразы “у меня нет настроения, но я всё равно горячая”, — Адриана появилась в проёме, держа в руке духи. Она выбрала блестящий топ, мини-юбку и высокие сапоги. — Погнали, богиня? — Погнали, бешеный гном, — отозвалась Луиза и кинула ключи в сумку. Они вышли из квартиры под смех и лёгкие подкалывания, на улице их встретил свежий весенний воздух. Ночь только начиналась, и с ней — лёгкое, почти забытое волнение. Что-то новое было в этом вечере, и Луиза чувствовала это каждой клеткой. В голове крутилась мысль: интересно, в чём придёт Йост? Но она отмахнулась. Ещё не время думать о нём. Когда девушки вышли на улицу, у тротуара уже стояла машина Танту — чёрный старенький, но ухоженный седан, который он упорно не собирался менять, несмотря на весь успех. Он сидел за рулём, с одной рукой на руле, другой — листал что-то в телефоне. Заметив их, Танту слегка присвистнул, оценивающе проводив взглядом подруг. — Ну всё, клуб точно сгорит сегодня, — сказал он, когда они сели в машину. — Лу, ты понимаешь, что в этом виде ты создаёшь угрозу общественной безопасности? — Всё под контролем, — фыркнула Луиза, закрывая дверь. — Я просто отдыхаю. Адриана хуже. — Эй, — возмутилась Адриана с заднего сиденья. — Я — праздник, ты — угроза. Всё как всегда. — Отлично, две стихии у меня в салоне, — пробурчал Танту, включая поворотник. — Надеюсь, охрана в клубе готова к апокалипсису. Клуб находился в переоборудованном здании бывшего банка — снаружи минималистичный, почти строгое лицо серого бетона и чёрных рам, но внутри… внутри всё кричало про стиль. Пространство было открытым, с высоким потолком и конструкциями из чёрного металла. По стенам — неоновые акценты: фиолетовые линии, красные надписи, бар в глянцевом кирпиче и приглушённый свет. Музыка качала, но не душила — пока всё только начиналось. Ди-джей медленно поднимал темп, на танцполе было просторно. Бармены двигались чётко и быстро, будто танцуя. Танту провёл девушек через полумрак зала к одному из столов возле стеклянной перегородки, с видом на танцпол. Они только успели устроиться, как к ним подошёл бармен. — Я — за коктейль,— сразу заявила Адриана. — Мне что-то ягодное. Без сахара. И с ударом в голову. — Я то же самое, но без вот этого «ягодное» и «без сахара», — усмехнулась Луиза. — Я возьму просто минералку, — сказал Танту, делая лёгкий жест в сторону девушки. — Я сегодня в роли наблюдателя за вашими падениями в хаос. — Ты святой человек, — кивнула Луиза, откидываясь на спинку дивана. — Ага, особенно когда молчит, — добавила Адриана. Они рассмеялись, и в этот момент к ним подошёл Джарин. В чёрной рубашке и с цепью на шее он выглядел удивительно гармонично для клубной атмосферы. Он уверенно пожал руку Танту и по очереди поцеловал обеих девушек в щёку — в своей привычной, слегка дерзкой манере. — Я не опоздал? — спросил он, присаживаясь рядом. — Ты пришёл за минуту до того, как я решила сказать, что ты сдулся, — подмигнула Адриана. — Тогда вовремя, — усмехнулся Джарин и заказал себе текилу. — А где наш главный белобрысый? — Йост сказал, что будет чуть позже, — отозвался Танту. — Но он придёт. — Он же не пропустит тусовку, где вы, — добавил Джарин, явно намекая на девушек. Музыка в зале усилилась. За баром засветился неоновый знак, народ начал подтягиваться на танцпол, и заведение наполнялось голосами, ритмом, гулом. Всё начинало жить. Луиза отхлебнула свой коктейль и улыбнулась уголками губ. Внутри было легко. Пока что. Девушка даже не заметила, как быстро коктейли сменили счёт. Атмосфера клуба постепенно становилась горячее: свет стал тусклее, бас — глубже, а спиртное — смелее. Адриана уже вовсю зажигала на танцполе, пританцовывая с каким-то парнем в зелёной рубашке, и вскоре втянула туда и Луизу. — Пошли, ты  слишком долго сидишь, — крикнула она, перекрывая музыку. — Дай людям насладиться шоу! Луиза засмеялась, отставила бокал и встала. Пара быстрых шагов, и вот она уже танцует, её кудри в беспорядке двигаются под светом прожекторов, тело свободно от напряжения последних дней. Чёрное платье облегает её идеально, блестящая кожа будто впитывает ритм, а массивные ботинки отбивают шаг под тяжёлый бит. Рядом оказался парень — высокий, в рубашке, с серьгой в ухе. Он оказался не слишком навязчивым, но достаточно смелым, чтобы поймать её за талию в момент, когда она поворачивалась. Луиза не оттолкнула. Не потому что он ей понравился, а потому что ей было просто весело. Прошло, может быть, минут десять, прежде чем они, слегка вспотевшие и запыхавшиеся, вернулись к столику. И вот там уже сидел он. Йост. В своём стиле — ноги на соседний пуф, руки раскинуты, футболка помята, выражение лица полудетское, полускучающее, будто он в каком-то ожидании мира, в котором всё ему можно. — О, а вот и королевы бала, — протянул он, покачивая своим бокалом. — Ну что, налетались? — Ты сам-то когда пришёл? — фыркнула Адриана, хватая бокал. — Мог бы хоть раз появиться вовремя. — А мне нельзя входить по расписанию, я же сюрприз, — он ухмыльнулся, переводя взгляд на Луизу. — Ну а ты, чёрт возьми, Лу, выглядишь так, будто сбежала со сцены Berlinale. — Или просто напилась, — буркнула она, откидываясь на спинку дивана. Щёки горячие, пульс всё ещё быстрый, но на лице довольная полуулыбка. — Что, завидуешь? Йост чуть прищурился, но не ответил сразу. Только лениво сделал глоток, словно обдумывая, стоит ли шутить дальше. А потом всё-таки выдал: — Завидую? Нет. Просто пытаюсь понять, как это — быть пьяной, красивой и недосягаемой. Наверное, утомительно. — Достань салфетку, у тебя слюни потекли, — сказала она, не глядя. И они оба замолчали, но в этом молчании уже не было напряжения. Только лёгкая искра. Музыка снова взорвалась за спиной. ….. Луиза краем глаза заметила,что Йост  в который раз за вечер уходил в туалет —это было так часто, что уже нельзя было не обращать внимания. Но никто ничего не говорил. Джарин оживлённо спорил с Адрианой о каком-то диджее, Танту сидел с тем же спокойным лицом, медленно потягивая безалкогольный напиток. Она молча допила остатки из своего бокала. Потом, не дожидаясь, пока кто-то заметит, поднялась и пошла обратно в толпу. Танцевала с Адрианой, с кем-то ещё — легко, почти не думая. Музыка вгрызалась в кости, движения стали размытыми, будто всё происходило не с ней. Она засмеялась, запрокинула голову, и в этот момент увидела — Йост опять вышел из-за стола и направился в туалет. На этот раз Луиза не колебалась. Она прошла сквозь танцующих, уверенно, хотя и чуть пошатываясь. Сердце билось чаще — не от волнения, а от смеси алкоголя и раздражения. Она толкнула дверь в мужской туалет и вошла. Йост стоял у раковины, опираясь руками о холодную керамику. В отражении зеркала — его лицо, взъерошенные светлые волосы, покрасневшие глаза. Он вздрогнул, услышав дверь, но не обернулся. — Что ты делаешь? — голос Луизы звучал немного хрипло, не столько от чувств, сколько от того, что она уже порядком выпила. Йост медленно поднял взгляд в зеркало и выдал, не поворачиваясь: — Умываюсь. Он действительно был мокрый — вода капала с подбородка, волосы слиплись. Плечи чуть опущены, взгляд затуманен. Луиза прислонилась к двери, молча глядя на него. Она ощущала, как тепло от выпитого крепко держит её внутри, как ноги чуть подгибаются от танцев и напряжения. Она не задавала лишних вопросов. Йост наконец повернулся к ней. Они встретились взглядами. Ни один из них не говорил, но воздух между ними стал вязким. — Ты странная, когда пьяная, — выдал он вдруг, криво улыбнувшись. Луиза фыркнула, едва заметно: — А ты — когда трезвый. Йост рассмеялся, потом шагнул к ней ближе — не резко, а просто сократил расстояние, будто проверяя, насколько он может приблизиться. Она не отступила. И всё снова повисло — клубный гул за дверью, вода, капающая в раковину, лёгкое покачивание тел. И что-то будто начало дрожать в воздухе, но никто не решался это тронуть.