Глава VII

      «Аленькая шапочка, скушав, с места встала       Но её старушка мигом удержала…»              Бар «Свалка» был гнойником на теле Нео-Токио, местом, где сливались отбросы общества, отчаявшиеся души и технологические уродства. С потолка свисали пучки перепутанных проводов, из которых искрили короткие замыкания, освещая грязный пол и закопчённые стены. В воздухе висела густая смесь запахов: дешёвого синтетического спирта, пота, машинного масла и тлена. Звучала какофония скрипящей электроники, громкой кибер-музыки и пьяных криков.       За барной стойкой, покрытой слоем липкой грязи, толпились посетители. Здесь были и аугментированные кибер-имплантами головорезы, и жалкие попрошайки, и измученные корпоративные рабы, и просто потерянные души, ищущие забвения в дешёвом пойле. Каждый нёс на себе печать киберпанковской безысходности.       У самого края стойки, громко хохоча, стоял Гнилой. Его перебинтованный глаз подмигивал в такт его пьяной болтовне.       — …говорю вам, повезло нам тогда нереально! — хвастался он перед кучкой таких же отбросов. — Нашли одну красотку, с красными волосами, как адский огонь. Ну, мы ее на запчасти разобрали. Железо, конечно, продали барыгам за хорошие деньги. А знаете, что самое классное?       Гнилой запнулся, довольно ухмыльнувшись, и обвёл слушателей пьяным взглядом.       — Так мы ж теперь еще и каждую ночь на ней зарабатываем! Перепрошили немного мозги, и теперь она — лучшая секс-кукла во всем районе. Богатеи от нее без ума!       В этот момент дверь в бар с громким скрипом отворилась, пропуская внутрь нового посетителя. Ветер с улицы, пропитанный кислотным дождём, ворвался в помещение, заставляя закопчённые светильники задрожать.       В дверном проёме появился мужчина. Высокий, с длинными тёмными волосами, собранными в хвост. На его лице, изрезанном шрамами, читалась усталость и решимость. Он прихрамывал, и было видно, что каждое движение причиняет ему боль. На его одежде виднелись следы ожогов и рваные раны. Его взгляд был пронзительным и настороженным, словно он высматривал врага в каждом углу.       Мужчина неторопливо подошёл к барной стойке, игнорируя любопытные взгляды. Он молча уселся на шаткий табурет, окинув взглядом посетителей бара.       Гнилой продолжал свой рассказ, не обращая на нового посетителя никакого внимания. Но в тот момент, когда взгляд мужчины скользнул по нему, по его спине пробежал холодок. Ему показалось, что в этих глазах он увидел что-то знакомое, что-то… опасное.              Тишина в баре «Свалка» стала звенящей, словно натянутая струна, готовая лопнуть от напряжения. Мужчина, чьи раны и усталость так явно бросались в глаза, медленно повернулся к Гнилому. Его пронзительный взгляд, казалось, выворачивал душу пьяного бандита наизнанку.       — Где сейчас R-17? — спросил он, его голос был тихим, но в нём звучала сталь, закалённая в огне.       Гнилой замер, его пьяное веселье как рукой сняло. Он судорожно сглотнул, пытаясь напустить на себя привычную бандитскую дерзость.       — Слышь, ты, ходячий мертвец, — огрызнулся он, прищурив один глаз, — чё вякаешь? Какая ещё на хрен R-17? Первый раз слышу. Отвали, пока цел, а то сейчас тебе тут быстро кибернетическую чистку проведут, понял?       Напряжение в баре достигло критической отметки. Заметив неладное, к Вульфу приблизился бармен, шкаф с механической рукой и шрамом, рассекающим харю от уха до уха.       Вульф усмехнулся, и эта усмешка была полна боли и зверской угрозы. Он молниеносно схватил бармена за его железяку и с силой швырнул его на стойку, разнося в щепки бутылки и стаканы. Бармен рухнул на пол, как подкошенный, даже слова сказать не успев.       Не успели остальные опомниться, как Вульф перекатился в сторону и со всей дури ударил в челюсть одному из собеседников Гнилого, который попытался встать. Тот сложился пополам и рухнул на пол, не издав и звука.       В мгновение ока в руке Вульфа появился ствол, будто из преисподней. Он без церемоний воткнул его в глотку Гнилому, заставив того захрипеть от ужаса.       — Я не настроен тут время тратить, — прошипел Вульф, его глаза горели нечеловеческой яростью. — Ты отведёшь меня к той красноволосой девушке. Прямо сейчас. Иначе я сделаю из тебя фарш. Понял меня, червяк? Выбирай, что тебе больше по душе.       В баре «Свалка» воцарилась гробовая тишина. Все замерли, словно парализованные, наблюдая за развернувшейся сценой. В глазах мужчины горел огонь, а в руке — оружие, готовое выплюнуть смерть. Гнилой, чувствуя холодный металл во рту, наконец-то понял, что попал по-крупному. Его никчёмная жизнь висела на волоске.       Он, чувствуя невыносимый холод металла у себя в глотке и животный ужас, парализовавший его, еле выдавил из себя хриплый шёпот.       — Ладно… ладно… сдаюсь… отведу… отведу тебя к ней… только… только не убивай…       Вульф вынул пистолет изо рта бандита. Усмехнулся, холодной, жестокой усмешкой, в которой не было ни капли сочувствия.       — Хороший мальчик, — прорычал он, и тут же его рука с пистолетом молниеносно взметнулась. Два выстрела прозвучали почти одновременно.       Бармен, корчившийся на полу в беспамятстве, и бандит, которого Вульф вырубил ударом в челюсть, взвыли от боли. Пули прошили им ноги, лишив возможности преследования.       Вульф, не обращая внимания на их крики, схватил Гнилого за шиворот и выволок его из бара на улицу.       — Пошли, — процедил он сквозь зубы, подталкивая бандита в спину пистолетом. — Не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус, иначе пощады не будет.       Кислотный дождь мгновенно промочил их до нитки, но Вульф не обращал на это внимания. Он был одержим одной целью — найти девушку. А Гнилой, трясясь от страха и боли, был его единственным проводником в этом киберпанковском аду.              Поездка на «ночную» улицу была кошмаром, вырезанным из стали и неонового света. Машина Гнилого, старый, ржавый кибер-грузовик, тряслась и грохотала, пробираясь сквозь узкие переулки, пропитанные запахом порока и дешёвого алкоголя. Рекламные голограммы полуобнаженных тел мерцали в кислотном дожде, а в свете фар мелькали лица проституток, торговцев наркотиками и сломанных кибер-ангелов.       Вульф сидел, напряженный, как сжатая пружина, неотрывно глядя в окно. Искал её.              В ярком свете неоновой вывески, рекламирующей «живые игрушки», стояла Рэд. Облегающий костюм секс-работницы, едва прикрывающий её тело, казался издевательством над её прошлым. Её алые волосы, когда-то символ силы и ярости, теперь были лишь частью тщательно продуманного образа.       Вульф резко затормозил, едва не врезавшись в стену. Он сигналил ей, и Рэд, покачивая бедрами, сексуально и кокетливо направилась к машине.       — Ну, привет, красавчик, — промурлыкала она, наклоняясь к окну. — Ищешь развлечений? Могу предложить тебе незабываемую ночь.       Вульф жадно вгляделся в её лицо.       — Эй! Это я, твоя цель, Вульф! Вспомни! Ты R-17, каратель! — он попытался пробиться сквозь программу, заложенную в её мозг.       В её зелёном, человеческом глазу, казалось, вспыхнула искра, словно далёкий отблеск угасающего пламени, но тут же кибернетический глаз, светящийся зловещим красным светом, вспыхнул еще ярче, заглушая слабый огонек.       — Не понимаю, о чём ты говоришь, — прошептала она, и в ее голосе снова звучала та сладость и похоть. — Хочешь поиграть?       Гнилой, воспользовавшись моментом, решил избавиться от Вульфа. Он судорожно вытащил из-под сиденья пистолет и направил его на Вульфа, надеясь застать врасплох.       Вульф отреагировал молниеносно. Он с силой выбил пистолет из рук Гнилого и всадил ему пулю в голову. Гнилой обмяк, рухнув на руль.       В этот момент Вульф услышал гул моторов. Из-за угла, с визгом тормозов, вылетели две бандитские машины.       — R-17, быстро в машину! — закричал Вульф, пытаясь открыть дверь.       Но Рэд стояла, словно парализованная, продолжая предлагать свои услуги, будто ничего не произошло.       — Давай же! Они хотят нас убить!       Понимая, что уговоры бесполезны, Вульф принял отчаянное решение.       — Хорошо, — прорычал он, — Я заказываю тебя. На всю ночь.       Лицо Рэд озарилось фальшивой улыбкой. Она грациозно села в машину.       Вульф вытолкнул труп Гнилого из-за руля, занял его место и вдавил педаль газа в пол. Машина, взревев, сорвалась с места, унося их прочь от «ночной улицы», преследуемая разъярёнными бандитами.              Неоновые огни «ночной» улицы, размытые скоростью и кислотным дождём, превратились в хаотичный калейдоскоп, бьющий по глазам. Кибер-грузовик Гнилого трясло, словно в предсмертной агонии. Каждая пуля, попадавшая в его истерзанный кузов, отдавалась звоном в ушах и отдавала эхом в костях Вульфа. Руль вырывался из рук, двигатель ревел, словно загнанный в угол зверь, но Вульф с маниакальной настойчивостью выжимал из машины последние соки.       В зеркало заднего вида Вульф видел приближающуюся смерть — четыре машины, их фары сверкали хищно, словно глаза кибер-шакалов, жаждущих крови. Бандиты высовывались из окон, словно безумные марионетки, извергая в их сторону свинец. Пули пробивали кузов, превращая старый грузовик в решето. Одна из них прошила крышу, оставив после себя дыру, через которую в салон хлынул холодный кислотный дождь. Ещё одна чиркнула по плечу Вульфа, заставив его вскрикнуть от боли.       — Вот черт! — выплюнул он, вжимаясь в сиденье и уклоняясь от следующей очереди.       Но настоящий кошмар творился справа от него. Рэд. Её человеческий глаз безучастно смотрел в никуда, а кибернетический продолжал гореть дьявольским красным светом. Она была словно сломанная кукла, застрявшая на заезженной пластинке, и продолжала исполнять свою программу.       Она начала с расстегивания его куртки, её кибер-пальцы скользили по его телу с бессмысленной лаской.       — Ну же, красавчик, — шептала она, её голос был ровным и безжизненным, как у автоответчика. — Забудь о проблемах, давай повеселимся…       Она стянула с него куртку и принялась расстегивать рубашку. Её движения становились все более настойчивыми, вызывая у Вульфа смесь отвращения и ужаса.       — R-17! — зарычал он, отталкивая ее руку. — Что ты делаешь? Мы же сейчас умрём!       Она словно не слышала его. Теперь она возилась со своим облегающим костюмом, пытаясь стащить его вниз. Он видел, как сквозь ткань проступают очертания её кибернетических имплантов — холодного металла, неестественно гладкой кожи.       Ее губы приблизились к его уху.       — Я могу подарить тебе незабываемые ощущения… — прошептала она, и от этого шепота по спине Вульфа пробежал ледяной холодок.       Он ощущал себя в бредовом сне, где реальность смешалась с кошмаром. Погоня продолжалась, а безумный танец соблазна в салоне кибер-грузовика становился всё более невыносимым.              Безумный план вспыхнул в голове Вульфа, словно искра во тьме. Это был шанс, хоть и безумный, вырвать девушку из цепких лап программы.       — Знаешь, что меня безумно заводит? — прорычал он, стараясь перекричать вой сирены и свист пуль.       Рэд, оторвавшись от попыток расстегнуть его штаны, вопросительно вскинула бровь.       — Что? — прошептала она, её взгляд был по-прежнему туманным, но в нем мелькнула искорка интереса.       — Женщины, которые умеют обращаться с оружием, — выпалил Вульф. — Особенно, когда они почти голые. У меня прям стояк будет, если ты покажешь этим отморозкам, кто тут главный.       Лицо Рэд озарила фальшивая, но довольная улыбка. Она оценила его фетиш. Инстинкты карателя, заглушенные программой, словно проснулись, почуяв запах опасности и крови.       Вульф выхватил из-под сиденья свой пистолет и протянул его Рэд.       — Покажи им класс, куколка, — прорычал он.       Рэд приняла оружие с грацией и ловкостью, которые поразили бы любого, кто знал её прошлое. Почти нагишом, она высунулась в разбитое окно и открыла огонь по преследователям.       Пули, выпущенные её рукой, летели точно в цель, пробивая шины и лобовые стёкла бандитских машин. Один из преследователей взвыл, схватившись за окровавленное лицо.       Пока Рэд отчаянно отстреливалась, Вульф не терял времени. Одной рукой он управлял машиной, а другой — отчаянно шарил по панели, пытаясь найти хоть какой-то провод, к которому можно было бы подключиться. Он понимал, что ему нужен перегруз, мощный импульс, который бы смог пробить защитные протоколы и обрушить программу Рэд.       Он лихорадочно прощупывал её шею и голову, ища интерфейс, к которому можно было бы подключить питание с машины. Он понимал, что рискует убить ее, но это был его единственный шанс.       — Только бы получилось… — прошептал Вульф, вгрызаясь ногтями в провода.       Ад погони не стихал, наоборот, только нарастал, сливаясь в единый, оглушительный рев моторов и выстрелов. В салоне грузовика же воцарилось жуткое подобие покоя, словно затишье перед бурей. Рэд, словно сошедшая с ума валькирия, полуголая, перемазанная кровью и машинным маслом, с пистолетом в руке, продолжала вести огонь по преследователям. Ее фигура, освещенная лишь мигающим светом поврежденных фар, казалась воплощением безумия и разрушения. Вдруг ее дернуло, тело содрогнулось, она охнула, и ее рука бессильно опустилась, а она схватилась за плечо, из которого сочилась густая черная жидкость.       — Ха! — выдохнула она, и ее кибернетический глаз вспыхнул дьявольским, нечеловеческим красным светом. — Промазали, ублюдки! Попали в железяку! Все что нужно, просто поменять батарейки.       Она расхохоталась, безумным, зловещим смехом, от которого по спине Вульфа пробежал холодок ледяной водой. Этот смех пробирал до костей, и в этой полуголой женщине с алыми волосами, покрытой кровью и машинным маслом, было что-то демоническое       Вульф, словно очнувшись от транса, оторвал взгляд от жуткой картины и продолжил свои отчаянные поиски. Время утекало сквозь пальцы, бандиты настигали их, словно стая голодных волков, и он знал, что у него остался последний шанс. Нужно было действовать, и действовать сейчас.       Наконец, его пальцы нащупали что-то под алыми волосами Рэд, возле затылка. Небрежно, почти наспех, зашитый шрам, скрывающий интерфейс, соединяющий ее человеческий мозг и кибернетические импланты. Он решительно сорвал кожу, обнажив гнездо перепутанных проводов и микросхем, словно внутренности кибернетического чудовища. Рэд даже не отреагировала, словно ее разум уже давно покинул этот мир.       Вульф, задыхаясь от напряжения и страха, выдернул провод из искореженной приборной панели грузовика. Он коротко взглянул на Рэд, словно прося прощения за то, что собирался сделать, и с безумной надеждой вставил провод в интерфейс на ее затылке.       В тот же миг Рэд словно поразило током. Ее тело напряглось, мышцы свело судорогой, она застыла на месте, превращаясь в безжизненную восковую фигуру. Ее кибернетический глаз погас, и лишь в ее человеческом глазу на мгновение промелькнуло подобие осознания, прежде чем он закатился. Тело обмякло, лишенное воли и жизни.       Вульф, затаив дыхание, выдохнул с облегчением. Кажется, получилось. Он смог вырвать ее из-под контроля программы. Но чего ему это стоило?       В мгновение, словно издеваясь над ним, судьба показала свое истинное лицо.       Глаза Рэд были широко открыты, но смотрели в никуда. Она ничего не видела, ничего не чувствовала. А перед ними, прямо по курсу, маячила серая, бетонная стена здания, неумолимо приближающаяся. Грузовик нёсся прямо на нее, неуправляемый, словно выпущенная из пращи каменная глыба.       — Чёрт! — прорычал Вульф сквозь стиснутые зубы, понимая, что уже ничего нельзя изменить. Тормоза не работали, времени на маневр не оставалось. Их ждал неминуемый крах.       Раздался оглушительный грохот, который, казалось, сотряс весь город. Кибер-грузовик, словно подкошенный, врезался в стену здания, превратившись в груду искорёженного металла, стекла и пластика. Воздух наполнился удушливой смесью дыма, пыли, искрящейся проводки и запахом горящей электроники. Тишина, наступившая после взрыва, казалась оглушительной, словно весь мир замер в ожидании последствий.              Удар был чудовищным. Вульф почувствовал, как кости содрогнулись, как органы сдавило, а в голове взорвалась яркая вспышка боли. Он на мгновение потерял ориентацию, не понимая, где верх, где низ. Его тело пронзила острая боль, старые раны, полученные в битве с H-04 неделю назад, открылись с новой силой. Он закашлялся кровью, чувствуя, как силы покидают его с каждой секундой.       Тело отказывалось повиноваться, словно прикованное к обломкам. Он попытался пошевелиться, но лишь почувствовал острую боль, пронзившую его словно раскаленным кинжалом. К своему ужасу, осознал, что теряет сознание.       Перед глазами всё поплыло. Он видел сквозь пелену дыма и пыли, как остановились преследовавшие их машины. Из них высыпали бандиты, словно крысы, выползающие из трюма затонувшего корабля. Их лица, искаженные злобой и жаждой мести, были последним, что он видел в сознании. Они надвигались на него, словно хищники, почуявшие добычу.       Вульф почувствовал отчаяние. Он должен был защитить девушку, но был совершенно беспомощен. Он должен был спасти ее, но сам нуждался в спасении. Его кулаки бессильно сжались, и он провалился в пучину беспамятства, раздосадованный своей слабостью и невозможностью что-либо изменить.       Последним, что он увидел перед тем, как тьма поглотила его, была искорка синего света.