Часть 5

5

             Уже на Лонг-Айленде они купили зонт в торговом центре, солнцезащитный крем, сидр, такос и мороженое. Демьен заодно приобрёл себе новые плавки, поскольку с утра на пляж не собирался, а домой возвращаться не хотел.       — Если будем в открытую пить алкоголь, даже такой слабый, оштрафуют, — вполголоса пробормотала Джулия, пока по дощатой набережной они возвращались с покупками к автомобилю.       — Я знаю место, где почти никого не бывает, — ответил Демьен. — Надеюсь, и сегодня будет так же.       Они приземлились в нужном месте и, оставив аэрокар на стоянке, долго-долго брели по белоснежному песку. По обе стороны от стихийной песчаной тропы росли зелёные камыши выше человеческого роста.       Демьен был прав: пока они шли, — а шли они долго, — им не повстречался ни один прохожий. Ноги утопали в мягком песке, и Джулии казалось, что она уже на пляже. Впереди шумели волны; свежий ветер дул с океана, делая жару почти незаметной.       Скоро их усилия были вознаграждены: взгляду открылся вид на изумрудные волны и пляж, убегающий вдаль белой полосой.       — Здесь действительно никого! — засмеялась Джулия, придерживая пляжную шляпу рукой. — И песок такой белый! Не сравнить с Бруклином… Об этом месте что, никто не знает?       — Добираться очень долго, — Демьен скинул с плеча сумку, и та с шумом упала на землю вместе с зонтом и пакетами. — К тому же здесь встречаются акулы, так что далеко от берега не поплаваешь.       Придерживая шляпу, Джулия смотрела вдаль и наслаждалась бликами солнца в набегающих на берег зелёных волнах, ветром в лицо и шумом прибоя. Стайка маленьких птиц бегала по песку вслед за сползающей в океан пеной, словно отлавливая что-то в воде.       — На мой взгляд, это самый чистый пляж в Нью-Йорке, — признался Демьен, разглядывая свою визави сквозь солнцезащитные очки. — И ничего не загораживает вид на океан… Хочешь — ещё немного пройдёмся. А можем и тут остаться.       — А что здесь ещё есть? — Джулия оглянулась.       — Двадцать три километра пляжей вдоль обращенного к океану берега, — пожал плечами Демьен. — Но это самая дальняя и труднодоступная часть, так что…       — Если считаешь, что тут лучше, давай останемся.       Они расстелили покрывало, прижали его обувью и пакетами с едой, установили зонт.       Демьен достал две бутылки грушевого сидра, открыл одну и протянул Джулии. Та сделала несколько глотков и дала ему подержать свою бутылку. Пока она стоя снимала с себя лёгкое зелёное платье, Демьен исподволь её рассматривал. Сидр был ещё достаточно холодным, хотя мороженое они успели съесть по пути сюда, и хотелось прижать прохладную бутылку к щеке, чтобы успокоиться.       Белый раздельный купальник с лёгким лифом и тонкими трусиками на завязках беззастенчиво подчёркивал женственную фигуру, гармонируя с бронзовым оттенком кожи… Что ж, Джулия приготовилась к пляжу ещё дома, ей оставалось только снять платье. Ему же придётся переодеваться прямо тут.       — Я тоже сейчас быстренько, — сказал он, отдавая Джулии обе бутылки, когда она села рядом.       — Зачем быстренько? Мы разве куда-то спешим?       Откинувшись на локоть, Джулия поднесла сидр к губам и сделала долгий глоток. Глядя на волны, она явно наслаждалась ветром. Демьена вновь пробрала необъяснимая внутренняя дрожь. Пришла мысль переодеться прямо перед её глазами, никуда не торопясь и особо не прячась. Но, захватив плавки из пакета, он зачем-то обошёл зонт, быстро стащил с себя шорты вместе с бельём, в прыжке натянул чёрные плавки-боксёры, сверкнув платиновым пирсингом, сорвал с себя футболку — и вернулся на покрывало.       — Всё, — прокомментировал он.       Джулия молча протянула ему бутылку. У Демьена было чёткое ощущение, что она всеми силами сдерживает смех. Он даже обернулся, проверяя, не просвечивает ли ткань зонта, но нет, дело было явно не в этом.       — Хочешь искупнуться? — допив сидр, предложил он.       Спрятав пустые бутылки в пакет, они подошли к кромке прибоя. Вода лизнула стопы.       — Она и правда холодная! — вскрикнула Джулия, отскакивая.       — Давай со мной!       Демьен схватил её за руку и потянул в воду. Набежавшая волна тут же окатила их с головы до ног. Позабыв себя, захлёбываясь морской водой и эйфорией, они с визгом прыгали навстречу солёному прибою.       — Тут точно нет акул?! — оказавшись в его объятиях, крикнула Джулия.       — На таком расстоянии — нет! — ответил Демьен.       Подхватываемые волнами, они с визгом выплывали на берег, хохоча и иногда проезжаясь животом по песку. Восторг был всепоглощающим! И даже вода уже не казалась такой холодной.       Выбежав со смехом на берег, Джулия поправила давно съехавший купальник, отжала насквозь мокрые волосы и с наслаждением растянулась на покрывале. Демьен подбежал и упал рядом. Его грудная клетка ещё расширялась от учащённого дыхания.       — Классно! — сказал он, лёжа на животе и глядя на неё горящими глазами. — Я в этом году в первый раз на пляже.       — Я тоже, — ответила с улыбкой Джулия.       — Хотя уже плавал, когда был на острове…       — Ты уже видел, что Эверард решил там построить? — Джулия села, достала из сумки крем и, выдавив немного на ладонь, начала наносить на ноги.       — Угу… — Демьен повернулся на бок, наблюдая за движениями её пальцев. — Будет классно. Наверное, когда закончатся съёмки, там уже всё построят.       — Так быстро?! — засмеялась Джулия. — Не думаю.       — Хотелось бы и мне хоть немного поучаствовать в строительстве, — мечтательно протянул Демьен.       Джулия от смеха полегла на спину.       — Боже, Демьен, — протянула она и продолжила покрывать гелем плечи и руки. — Ты не знаешь, о чём просишь! Благодари Бога и Эверарда, что он избавил тебя от этих мучений!       Демьен хмыкнул, наблюдая за ней.       — А на том острове есть акулы? — спросила она через минуту, намазав живот и отдав ему тюбик.       — Думаю, в воде не только акулы есть, — протянул он задумчиво, садясь перед ней по-турецки. — Зато на самом острове нет ничего опасного и ядовитого. Но вот в океане надо проявлять осторожность… Хотя, ты знаешь, там вокруг очень много отмелей! На них безопасно.       — Я боюсь акул, — призналась Джулия.       — Значит, сегодня не будем заходить далеко… — Демьен выдавил крем на ладонь. — Ты плохо намазалась. Сейчас солнце сильное.       Не слыша возражений, он скользнул влажными пальцами по верхней части её груди, вдоль ключиц.       — Обгоришь ещё, — бормотал он, краснея под её взглядом, покрываясь испариной от лёгкой многозначительной улыбки на её губах. — Что я потом Эверарду скажу?       Не встречая сопротивления, задыхаясь от собственной наглости, Демьен скользнул рукой под купальник. Грудь Джулии почти умещалась в его ладонь, если развести пальцы. Демьен мягко скользил по коже, лаская будоражащую окружность, чувствуя центром ладони, как твердеет сосок.       — М… — с губ Джулии сорвался короткий вздох. Глядя на него, она вдруг сняла верх бикини и подложила руку под голову.       Демьен сглотнул. Он уже видел её девичью грудь, но возбуждающее зрелище ослепляло его каждый раз. Демьен краснел и всё же не мог оторвать взгляда от изысканных полукружий с набухшими тёмно-кремовыми сосками.       Выдавив ещё немного геля, он проверил реакцию Джулии и переместил ладонь на другую грудь. Движения замедлились. Солнечные лучи мягкой полутенью сочились сквозь ткань зонта, ослепляли ярким свечением на песке вокруг. Неумолимый прибой с шумом разбивался о берег.       Демьен чувствовал, как волнуется грудная клетка Джулии, как собственное дыхание замирает в лёгких, и понимал, что, лаская её под предлогом защиты от солнца, бессовестно продлевает этот волнующий миг, но не может сделать его бесконечным…       Закрутив тюбик дрожащими пальцами и убедившись, что на пляже они по-прежнему одни, Демьен не выдержал — и наклонился к лицу своей спутницы. Мягкие губы Джулии дрогнули и приоткрылись. Жмуря глаза, едва дыша от трепета и желания, Демьен целовал её всё увереннее и жарче, чувствовал, как кружится голова, как его уносит в какое-то другое измерение пространства. Скользнув кончиком языка по ряду жемчужных зубов, Демьен ощутил ответное касание языка — и не сдержал стон.       Джулия открыла глаза, затапливая его сочной зеленью своих радужек. Демьена прошиб озноб. Он тяжело дышал и смотрел на неё, не в силах решиться на большее. Джонс-Бич был популярным пляжем, хотя этот участок казался наименее посещаемым. И пусть пока они были здесь одни, всё могло измениться в любой момент.       — Ты когда-нибудь занималась сексом на пляже? — спросил Демьен, укладываясь на живот в попытке скрыть эрекцию.       — Да… — мягко ответила Джулия. — А ты?       Демьен закивал головой. От бесчисленных воспоминаний губы растянула улыбка.       — С бывшей женой?       — Нет, — удивился Демьен. — С ней нет…       — С Эверардом? — понимающе улыбнулась Джулия. Она плавно села и взяла в руки тюбик с кремом. — Наверное, последний раз случился совсем недавно на острове?       Демьен вновь закивал, не уточняя, как часто и как много раз в прошлом это было.       — У нас с ним всё и началось почти на пляже… — пробормотал он, чувствуя, как бережные пальцы мягко скользнули по его ногам. Джулия не отвечала, только мерно натирала его солнцезащитным кремом, скользя ладонями по икрам и бёдрам, ведя долгими движениями от пяток до границы плавок.       — Ты в такой хорошей форме, — заметила она. — Чем занимаешься кроме тренажёров?       — Ну… йогой ещё, — лёжа щекой на сложенных ладонях, Демьен в трансе смотрел на песок, слушал, как ветер шуршит пакетами с едой. Он надеялся успокоиться ниже пояса и прийти в норму, но скольжения пальцев Джулии совсем этому не способствовали. Было приятно. Хотелось впитывать плавные движения каждым нервом, каждой мышцей.       — Раньше танцами занимался, — пробормотал он и сдул песчинки с покрывала перед носом. — Сейчас только если спектакль с элементами мюзикла.       — Сёрфингом не хочешь заняться?       — Может быть, и придётся…       — Придётся? — засмеялась она.       — На том острове неплохие волны… Правда, не везде и не круглый год. Как думаешь, Эверард умеет сёрфить?       — Мне сложно представить, чего он не умеет, — перейдя на его спину, ответила Джулия. — Хотя в молодости он больше увлекался мотоциклами. Но я удивлюсь, если он с тех пор не научился держаться на доске.       — Да ну, зачем ему учиться? — хмыкнул Демьен. — Он на доску только встанет — и сразу покорит самую большую волну!       Джулия затряслась от смеха. Демьен тоже заржал. Даже шутя о любовнике, он испытывал эйфорию и восторг. Феноменальные таланты Эверарда давно стали в семье то ли легендой, то ли анекдотом. Сейчас они с Джулией шутили, но Демьен был уверен: о большей половине его сверхспособностей они могли даже не знать.       — Перевернись, — попросила Джулия.       Демьен послушался — и тут же пожалел. От внезапного вида её обнажённой груди у самого лица утихнувшее было возбуждение взметнулось томительной волной.       — Может, лучше съесть такос сейчас, как думаешь? — подхватился он и засуетился в поисках пакета с едой. — Ещё испортится на такой жаре… Не хочется закончить день в туалете.       Джулия повалилась на покрывало от смеха.       Пока он смущённо доставал салфетки и хрустящие лепёшки с разнообразной начинкой, Джулия надела верх бикини.       Хрустя мексиканской закуской с курицей, помидорами и авокадо, Демьен смотрел на свою визави. Он испытывал восторг от её красоты и лёгкое сожаление: не будь он таким тормозом и идиотом, как бы всё сейчас сложилось?..       Демьен вдруг обратил внимание, что в ушах Джулии больше нет изумрудных серёжек, хотя на пляж она пришла в том же зелёном платье, что он видел на ней утром. Возможно, она боялась потерять их в море, а может, не хотела привлекать драгоценностями внимание нежелательной публики. Интересно, люди Эверарда сопровождают их сейчас?.. Хотя да, где бы они тут скрывались? Демьен не видел ни души на добрую сотню метров вокруг. Неужели, они с Джулией сейчас совсем одни? А если что-нибудь случится?..       — Тебе не страшно было жить на окраинах? — спросил он, открыв ещё по бутылке сидра.       — Глупо, но до какого-то времени нет, — ответила Джулия, благодаря и делая глоток.       — До какого-то времени? — насторожился Демьен. — А что случилось?       — Меня как-то вечером остановили два крайне неприятных типа… Не помню уже, откуда я возвращалась. Может быть, со школы близнецов. А может, от сестры шла. В общем, они меня зажали в тёмном углу, пригрозили ножом, забрали деньги и всё, что с собой было. И вот когда они уже стягивали обручальное кольцо, один из них вдруг признал во мне жену Эверарда. Они как-то по-своему его тогда между собой назвали, я уже не вспомню, даже не сразу поняла, что речь идёт о муже… Но, в общем, оба тут же в лице поменялись, стали на удивление угодливыми, отдали всё, что отняли, ещё и свои деньги пытались впихнуть, умоляли только мужу ни о чём не рассказывать, — Джулия коротко рассмеялась.       — Жуть… — протянул Демьен.       — Вот после того случая и появился лёгкий страх. Но вскоре мы в очередной раз переехали в съёмную квартиру, а потом уже и в свой дом.       — Ты не рассказала Эверарду? — испытывая жгучее любопытство, Демьен поднёс горлышко бутылки к губам.       — Вообще-то, не собиралась… — уклончиво протянула Джулия.       — Но он всё понял? — хмыкнул Демьен.       — Видимо, лицо у меня было говорящее, — Джулия тоже глотнула сидр и наклонила голову набок. — Ты знаешь Эверарда… Если он что-то хочет узнать, скрыть невозможно.       Демьен понимающе улыбнулся.       — Да я и не пыталась особо выгораживать тех парней… С чего бы? Было бы странно, согласись, если бы, вернувшись домой с бледным от испуга лицом, я начала что-то утаивать от своего мужчины.       — От Эверарда ничего не скрыть, — попытался пошутить Демьен.       — Не знаю, что в итоге случилось с теми парнями, — развела она руками.       — Тебе ещё о них переживать! — фыркнул Демьен. — Эверард, наверное, спросил, как они выглядели?       — Естественно, — сказала Джулия и вдруг тихо засмеялась. — О боже, как давно это было!.. До сих пор всё чётко помню. Но страха не осталось…       Молча допив сидр, Джулия забросила пустую бутылку в пакет и легла на спину.       Демьен растянулся рядом на боку, рассматривая её.       — Ты забыл намазать грудь и лицо… — заметила она, возвращая на нос солнцезащитные очки.       — Вроде бы уже намазал, — смутившись, Демьен бросил растерянный взгляд на её купальник.       — Я не о своей груди, — игриво заметила Джулия, рассматривая его сквозь стёкла с напылением.       — О блин, — Демьен заржал и взял тюбик. — Как неловко получилось… — пробормотал он, нанося крем на лицо, шею и грудь.       Ветер не ослабевал. Он был достаточно приятным, свежим и тёплым, в отличие от воды, которая нагреется и станет комфортной для купания не раньше августа. Зелёные волны с шумом обрушивались на берег. Впереди, сколько хватало обзора, простирался Атлантический океан.       Демьен поправил зонт и вернулся на покрывало. Растянувшись на животе, он подложил согнутые руки под подбородок и какое-то время собирался с духом, наблюдая за молча загорающей Джулией.       — Ты когда-нибудь практиковала секс втроём? — переборов смущение, всё же спросил он.       Джулия повернула голову и, приподняв очки, посмотрела на него с весёлым прищуром. — Ты уже спрашивал как-то…       — Угу, — краснея, промычал Демьен. — С Эверардом и Билли.       От пронёсшихся по телу мурашек он не сдержал усмешку.       — Я просто подумал, что… может быть, с тех пор что-то изменилось, — пробормотал Демьен минуту спустя.       — Нет, — ответила Джулия. — Ничего не изменилось.       — Неужели вы с Эверардом больше никогда не пробовали ещё с кем-то? — повернув голову, Демьен любовался загадочной улыбкой Джулии. В ответ на его вопрос она лишь отрицательно качнула головой.       — А чтобы третьим человеком была женщина? — настаивал Демьен.       — Ты же знаешь, что меня совершенно не влечёт к своему полу, — ответила Джулия.       Демьен со вздохом повернулся набок, а потом сел, глядя на океан.       — Как-то раз, — вдруг сказала Джулия, ложась на живот. — Одна женщина-галерист опоила меня афродизиаком.       — Зачем?! — удивлённо вырвалось у Демьена, хотя он прекрасно понимал, зачем людям подмешивают возбуждающие вещества.       Джулия тихо засмеялась, видимо, думая о том же. — Наверное, хотела затащить меня в постель.       Демьен с любопытством вернулся на покрывало.       — Давно это было… — говорила Джулия, прочерчивая на песке узоры. — Я только начинала выставляться. Близнецам ещё и десяти не исполнилось.       — У неё получилось? — напряжённо спросил Демьен.       — Нет. Может быть, если бы я была новичком в этой теме, получилось бы. Но к тому времени я уже давно была знакома с разными веществами и их действием, так что у меня хватило сил и рассудка уйти с мероприятия при первых возникших эффектах и добраться домой на такси.       — Что ты чувствовала?       — М-м… головокружение, — задумчиво произнесла Джулия. — Мир стал таким волнообразным и зыбким. И глаза у этой женщины казались больше, чем на самом деле. Всё вдруг стало таким ярким, волнующим… А так как я понимала, что от двух бокалов шампанского подобного в принципе быть не может, то под надуманным предлогом ушла в туалет, вызвала такси, а потом постаралась незаметно уйти из здания.       Джулия прыснула со смеху, словно что-то вспомнила.       — Даже неловко сейчас, — продолжала она. — Неловко, что кто-то настолько сильно меня хотел, что решился на подобную авантюру…       — Эверард узнал?       — Ну конечно!.. Он первый и навёл на мысль, что меня опоили. Когда я добралась домой, Эверард сразу понял, что со мной что-то не так… Помню, что мне хватило сил написать ему из такси, но к моменту возвращения развезло уже окончательно. Так что Эверард принимал меня из рук в руки, что называется. Таксист, видимо, решил, что дамочка перебрала на вечеринке, — Джулия улыбнулась, наблюдая за его реакцией.       — Повозиться тогда Эверарду со мной пришлось конкретно, конечно. Он сразу спросил, кто дал мне афродизиак. Вот в тот момент и до меня уже дошло полностью.       Джулия замолчала, продолжая задумчиво что-то рисовать на песке. Демьен с тайным волнением наблюдал за её пальцами.       — Та ночь, наверное, была особенно жаркой?.. — сглотнув, наконец спросил он.       — А ты в теме, — весело протянула она. — Верно… Всё было как в тумане, но ночь оказалась незабываемой.       — До самого утра? — хмыкнул Демьен.       Джулия медленно развернулась на бок, с улыбкой демонстрируя свои волшебные изгибы. Демьен не сдержал громкого вздоха и резко сел.       — Мне надо ополоснуться… Пойдём?       — Иди пока сам, я ещё морально не готова.       — Ладно… — Демьен вскочил и, надеясь опередить подступающую эрекцию, ломанулся к прибою.       — Далеко не заходи! — вдруг с тревогой крикнула вслед Джулия.       — Ладно, мам! — обернувшись, со смехом ответил Демьен, уже почти успевший забежать в воду.       — Вот это наглость! — охнула Джулия и, поискав глазами, швырнула в него своей босоножкой.       Демьен со смехом подхватил предмет обуви, кинул ближе к покрывалу, чтобы не смыло водой, и тут же бросился навстречу набежавшей волне, спеша остудить пожар в сердце и голове.       Окуная лицо в холодную океаническую зелень, чувствуя соль на губах, Демьен отфыркивался и барахтался в неукротимой стихии. Волны кидали его вверх и вниз. Сердце колотилось. То ли от резкого перепада температур, то ли от волнующего рандеву с Джулией, то ли от смутного ощущения в душе и теле, что не покидало его со вчерашнего дня.       Но Джулия была права: он и так зашёл достаточно далеко и дальше плыть не следовало, ведь здесь действительно водились акулы.       Вернувшись, Демьен не стал вытираться полотенцем, а сразу бухнулся рядом с Джулией на колени и принялся отвешивать глубокие поклоны.       — Прости меня! Прости! — со смехом повторял он. — Я не хотел тебя обидеть!       Джулия не отвечала, и у Демьена возникло ощущение, что он действительно ненароком её оскорбил, хотя совершенно не намеревался этого делать.       — Ты обиделась? — стремясь скорее исправить положение, Демьен обвил руками её талию и прижался мокрой щекой к поджарому животу. Джулия вздрогнула от холодных капель. Её разогретая солнцем кожа пахла морем и кремом. Затаив дыхание, Демьен смотрел, как с его чёрных прядей вода стекает по гладкому животу Джулии, задерживаясь ненадолго в волнующем пупке, и тут же устремляется вниз по узкой талии.       Джулия приподнялась на локтях и сняла очки, наблюдая за этим безобразием.       — Демьен, ты мокрый! — строго сказала она.       — Я знаю, — пробормотал он, не спеша расцеплять объятия. — Тебе придётся опять меня намазать…       — Этот крем держится до восьми часов даже в воде.       — Вот непруха!.. — пошутил он и через минуту добавил: — Ты обиделась?       Утаивая внутренний трепет, Демьен потёрся головой о её левую грудь. Он чувствовал, как увлажняется ткань лифа от его мокрых волос, — чувствовал, что купание ничуть его не отрезвило.       Демьен облизнул свои солёные губы и, не встречая сопротивления, поцеловал Джулию в живот. Под кожей явственно ощущались упругие мышцы пресса. Похоже, эта красотка проводила время не только за мольбертом… Захотелось вновь увидеть её обнажённой.       Ластясь, Демьен поддел носом ткань купальника на правой груди и быстро облизнул оголившийся сосок по кругу.       — Ну нет. Я тебе не мама, — Джулия натянула чашечку бикини обратно.       Демьен прыснул со смеху и вновь поддел ткань пальцем, чувствуя себя совершенно пьяным от моря, солнца, от запретного волшебства её тела. Язык вкруговую скользнул по ареоле, губы прижались к манящему бугорку. Сосок был напряжён. Как и его член.       Демьена пробрала подспудная дрожь. Он чувствовал, как горит голова. Отчего-то вспомнилась их давняя игра в фанты на троих с Эверардом. Тогда всё было сложнее и проще одновременно.       — Воспринимаешь меня в роли своей мамы? — куда спокойнее спросила Джулия. И пусть её дыхание немного участилось, в голосе уже не чувствовался скрытый гнев.       — Вообще нет! — твёрдо сказал Демьен.       Ему было странно, что эта женщина, выглядящая в свои года как юная девушка, может вообще переживать из-за возраста и обижаться на такие невинные шутки.       — Ты так смешно сказала далеко не заходить, — пояснил он, — что напомнила мне тех мамочек на пляже с детками.       — Просто переживаю за тебя, дурачок… — мягко ответила Джулия, зарываясь пальцами в его мокрые волосы. Демьен застонал. Он хотел её всё сильнее.       — Я понимаю, что ты старше, — бормотал он в горячке. — Но никогда не воспринимал тебя своей мамой! А сегодня, несмотря на богатый жизненный опыт, вообще кажется, что ты моя сверстница!       Демьен вдруг вспомнил, что Эверард, Джулия и Билли действительно были ровесниками, когда крутили любовь на троих. От этой странной мысли мельчайшие волоски на теле встали дыбом, и по коже поползли мурашки.       Пока он зависал во внезапных озарениях, Джулия незаметно натянула купальник на место.       — Ну перестань! — воспротивился Демьен, тут же оголяя грудь. От их манипуляций, от постоянного трения ткани сосок стал твёрдым и торчащим. Демьен изнемогал, настолько сильно хотел водить по нему языком, посасывать влажными губами… Хотя смотреть Джулии в лицо он не осмеливался.       — Чувствуется, что ты был женат… — с лёгким стоном прошептала она, поощряя его ласковыми пальцами. Пальцы зарывались в волосы и поглаживали затылок. Изнывая от острого желания, Демьен ластился и целовал её живот, лизал сосок по окружности и с нежностью обхватывал губами. Джулия была старше его, она была опытнее и мудрее, и это до безумия возбуждало. С ней он ощущал себя иначе, чем с Жаклин. И уж, конечно, иначе, чем с Шейлой…       — Когда-то так робел передо мной, — продолжала Джулия. В её голосе звучало возбуждение, дыхание казалось сбившимся. — А теперь потерял всякий страх и стыд.       — Ну не обижайся! — воскликнул Демьен, решившись наконец поднять голову и взглянуть ей в лицо. — Прости мою дурацкую шутку!       Джулия притянула его к себе за голову, их губы слились в поцелуе. Демьен тут же навалился сверху, укладывая её на спину, ласково сжимая обнажённую грудь рукой, проникая языком в податливый рот.       По позвоночнику прошла волна дрожи…       Джулия охотно целовала его в ответ. Скользящие по спине и пояснице ладони, зарывающиеся в волосы пальцы — будоражили. Демьен полыхал в непозволительной страсти. По телу шёл озноб. Мечтая о большем, но боясь позволить себе даже это, он покрывал поцелуями её лицо, шею, грудь, ласкал оба соска. А потом скользнул бедром между её ногами, немного надавил… Джулия едва ощутимо вздрогнула, с губ сорвался лёгкий стон. Её бикини казалось влажным в районе вульвы, но может быть просто не успело высохнуть после купания…       Демьен чуть сместил таз, вжимаясь в её тело. Он весь горел и трясся под жарким солнцем, целуя эту недоступную женщину. В животе скапливалось мучительное желание.       Оглушённый шумом волн и страстью слух не сразу различил детский визг. Джулия дёрнулась, разрывая поцелуй, глядя на него расширившимися зрачками. Теперь уже и Демьен чётко слышал звук приближающихся разговоров.       — Да ладно! — заржал он, утыкаясь ей в шею, отказываясь верить. Но тут же подхватился, быстро нацепил очки и упал на живот в попытке скрыть мучительную эрекцию.       Джулия успела поправить лиф, надеть шляпу, очки и принять благочестивый вид.       Из камышей, повторяя их путь, действительно вышла семья из нескольких человек. Разговаривая, они приближались к ним по берегу. Демьен лежал, подгладывая сквозь тёмные очки, и всеми силами изображал спящего. Сердце бешено колотилось.       — Добрый день! — услышал он за спиной полный энергии женский голос.       — Добрый день, — обвивая колени руками, с улыбкой ответила Джулия.       — Какая сегодня хорошая погода! — продолжала мать семейства. — Вы не против, если мы разместимся неподалёку? — спросила она. Но это был не вопрос, а скорее безапелляционное уведомление о намерениях.       — Конечно, — спокойно ответила Джулия.       Демьен подумал, что поступает подло, заставляя её отдуваться в одиночку и тоже сел, прижимая колени к груди и недовольно глядя сквозь тёмные стёкла в сторону шумного семейства.       Крупный мужчина и две женщины раскладывали пожитки, в то время как дети с восторгом носились по пляжу.       Демьен вздохнул.       — Уйдём отсюда? — предложил он тихо.       — Ты знаешь другое уединенное место? — спросила Джулия.       — Нет, но и здесь теперь оставаться не хочется…       — Вы уже купались? — услышали они голос той же женщины. — Как вода?       — Ледяная! — мрачно ответил Демьен.       Женщина залилась жизнерадостным смехом.       Джулия улыбнулась и, поправив трусики, грациозно легла на живот. Демьен растянулся рядом, чувствуя, что из-за внезапного облома не осталось и намёка на эрекцию. Как два заговорщика, они лежали бок о бок, положив подбородки на сложенные руки, одинаково расстроенные и притихшие. Демьен чувствовал, что Джулии непрошенное соседство столь же не по душе.       — Можно пойти к заливу, — пробормотал он вполголоса. — Там нет таких волн, но плавать безопаснее.       — Не так сразу, — ответила она.       — Тебя волнует мнение этих людей? — тихо возмутился Демьен.       — Нет, но уйдём не так очевидно.       Выждав полчаса, они неспешно поднялись и принялись собирать пожитки.       — Вы уже уходите? — удивился крупный мужчина, который в это время возился с походным мангалом.       — Да, пора, — с улыбкой ответила Джулия.       Демьен быстро складывал зонт, покрывало, обувь и одежду, не желая задерживаться.       — Осторожнее купайтесь! — сказала Джулия напоследок. — Здесь бывают акулы.       Демьен хмыкнул. Возможно, с её стороны это было просто доброжелательное предупреждение, но ему казалось, что это маленькая месть.       В молчании они долго шли к стоянке. Солнце жарило вовсю, и думать о чём-либо было затруднительно.       Выбросив мусор, они сложили вещи на заднее сиденье и, как были в купальниках, сели в машину. Невольно у обоих вырвался долгий вздох. Демьен даже удивился такой синхронности. Словно пытаясь её разрушить, Джулия ещё раз вздохнула и чуть ссунулась на сиденье.       — Устала, — призналась она.       Демьена пробрал озноб: ещё утром, когда они летели сюда, на Джулии было элегантное шифоновое платье, а сейчас она сидела на пассажирском сиденье его аэрокара почти голая, и её стройное бронзовое тело в тонком белом бикини производило убойный эффект. Может, потому, что ещё ни одна женщина не находилась в его машине настолько раздетой, а может, он просто хотел её. Демьен по-прежнему чувствовал вкус её губ, упругую податливость тела, жар кожи и влажный твёрдый сосок под пальцами.       Ну точно маньяк…       Они переглянулись. Демьену вдруг показалось, что Джулия тоже думает о чём-то похожем. Не сговариваясь, они бросили взгляды сквозь лобовое стекло и по сторонам. Ну да, не лучшая идея… В любой момент могут появиться люди. Ещё и средь бела дня.       — Так что, пойдём к заливу? — напомнила Джулия.       — Может, ещё мороженого по пути? — предложил Демьен.       Подъехав к нужному месту, они купили по пломбиру в рожке, ещё немного еды и направились на другой пляж. Поедая мороженое, они шагали, обвешанные пляжным зонтом, покрывалом, пакетами с фалафелями и минеральной водой. Из-за спешных сборов казалось, что поклажи стало в два раза больше. Хотя одежду они предусмотрительно оставили в машине.       — Я понял, чего нам ещё не хватает, — водрузив зонт, как пику, на плечо, и неся в другой руке пакеты, прокомментировал их шествие Демьен. — Надувного фламинго!       Джулия, руки которой были обвешаны покрывалом и босоножками, беспечно засмеялась. Она вновь наслаждалась ветром, пломбиром, плеском волн в заливе. И даже возня других людей на открывшемся глазам пляже уже не казалась удручающей. К тому же, отдыхающих было сравнительно мало.       Расположившись на достаточном расстоянии от соседних покрывал, они установили зонт и сразу пошли купаться.       Спокойствие водной глади здесь нельзя было даже сравнивать с безумством волн на первом пляже. И вода была куда теплее.       Обняв Демьена за шею, Джулия висела поплавком и наслаждалась покачиванием на умеренных волнах. Вокруг шумели люди, неподалёку плавали дети.       — Похоже, акул здесь нет, — посмотрев в задумчивые голубые глаза Демьена, с улыбкой сказала она.       — Нет, — согласился он с грустью. — Но и уединения тоже нет.       Через полтора часа, сидя на покрывале, Демьен смотрел на полосу прибоя, чаек, резвящихся детей и с отрешённостью думал о завтрашнем дне. Рядом, лежа на животе, дремала Джулия. Они успели вдоволь поплавать, поболтать, съесть фалафели. Больше здесь решительно нечем было заняться.       Глядя на свою заснувшую спутницу, Демьен раздумывал, стоит ли ещё раз намазать её кремом на всякий случай. В итоге он лишь поправил зонт, постаравшись максимально закрыть Джулию от солнца. Впрочем, в отличие от Эверарда и близнецов, она явно не боялась обгореть.       Мысль о завтрашнем дне вселяла в Демьена тревогу и восторг. Он так давно не участвовал в съёмках, что чувствовал себя полным профаном, максимально далёким от мира кино. Ему казалось, что, не имей он никакого опыта съёмок, и то было бы проще. Во всяком случае, как любой дилетант, он мог бы подпитываться иллюзиями собственного всемогущества. Однако опыт у него был… И почему-то казалось, что повторить былой успех не удастся.       Боже, какое счастье, что у него не главная роль! И всё же его персонаж будет появляться в каждой серии. Демьен сглотнул и проверил телефон.       Он вспомнил, как поддался уговорам Эверарда и связался с Лизи Отто. Прежде она находила ему классные проекты, пусть по его вине им довелось работать весьма недолго. Демьен помнил, как Лизи обещала сохранить его портфолио в агентстве «Старз» и возобновить сотрудничество в любой момент, как только он будет готов, однако чувствовал себя невыносимо виноватым.       Собраться с духом и позвонить бывшему агенту потребовало огромных усилий. Демьену казалось, что он вновь становится неуверенным в себе подростком. В итоге переступить невидимый барьер удалось, лишь внутренне решив, что он ничего не потеряет. А минуту (или даже несколько минут) позора он вполне переживёт: и не такое случалось.       Что ж, Лизи осталась профи… К удивлению Демьена, она вела себя так, словно их последний разговор состоялся не пять лет назад, а вчера. И всё же Демьен чувствовал в её голосе энергичную радость, пусть и хорошо замаскированную под деловой энтузиазм. Неужели, он по-прежнему представлял ценность для агентства?       Лизи не стала терять времени и сразу взяла быка за рога. На этот раз их вторая «первая встреча» состоялась в главном офисе «Старз». Не ожидая такого напора, Демьен растерялся и забыл одолжить у Эверарда юристов. Впрочем, условия контракта остались прежними. Демьен действительно все эти годы считался их актёром, пусть и находился в пассивной общей базе. Оставалось лишь возобновить контакт и вернуться под покровительство Лизи Отто.       Демьену казалось: она рада. Едва был подписан контракт, Лизи рьяно принялась искать для него новые проекты. Её энтузиазм не на шутку пугал. Демьен не думал, что работа найдётся так сразу. Ещё и такая! Но однообразные постановки в театре действительно поднадоели.       Что теперь будет?       Жизнь снова набирала обороты. Демьен чувствовал, что после периода затишья вступает в новую полосу событий. И это пугало: он боялся вновь не выдержать испытания успехом и сорваться с высоты, как в прошлый раз. Но, что бы ни случилось, теперь он постарается не делать глупостей, быть более осознанным и более разумным… Он постарается. Господи, только дай мне шанс!       Демьен сглотнул, с тревогой глядя на волны. Солнечные лучи падали на берег под другим углом. Ветер поменял направление и казался горячим. Время неумолимо шло к вечеру.       Боясь оставлять спящую Джулию одну, но отчаянно желая искупаться, Демьен со стоном лёг рядом на живот. И снова надо было двигать зонт. Но ещё было немного времени в запасе. Он смотрел на лицо Джулии. Даже спящая она была красивой.       Мимо с визгом пронёсся чужой ребёнок, обдав их обоих песком. Джулия вздрогнула, хмурясь сквозь сон. Демьен тихо чертыхнулся, стряхивая песчинки со своего и её лица.       — Что случилось? — заспанно протянула она и удивлённо оглянулась. — Я заснула?!       — Хорошо спала? — хмыкнул Демьен. — Даже не знаю, что думать: Эверарда нет, а ты по-прежнему не высыпаешься.       Джулия бросила на него смешливый взгляд и села.       — Дай мне воды, пожалуйста, — попросила она, отряхнувшись.       Демьен открыл и протянул ей бутылку, а потом долго смотрел, как она пьёт. Тоже глотнув воды, он размял её плечи и потянул за собой к воде.       Вода в заливе немного потеплела к вечеру и всё же была далека от комфортной.       Когда они плавали рядом, когда Джулия держалась за него, когда невинно обнимала, Демьен испытывал странную эйфорию, похожую на боль, и старался особо не погружаться в это чувство, боясь вызвать на свет слишком далёкие воспоминания, боясь заплакать. Ему казалось, что они капитально сблизились за этот день. За два дня. Ощущение чего-то близкого, почти родного, было до того сильным, что, несмотря на бесконечные разговоры, к вечеру им стало комфортно просто находиться рядом и молчать. Поразительное созвучие.       Вечернее солнце окрашивало пляж розово-янтарными оттенками, и вылезать из воды не хотелось, несмотря на посиневшие губы и пупырышки на коже.       Плескаясь почти в обнимку они с улыбкой смотрели друг на друга и словно ждали, кто первый попросится на берег.       — Эверард ещё не приедет? — вдруг спросил Демьен.       — Обещал завтра вечером или во вторник утром, — ответила Джулия. — Какие у тебя планы на завтра?       Демьену показалось, что Джулия едва заметно стучит зубами. Затяжные купания — это хорошо, и иногда очень хочется вновь ощутить себя ребёнком, но, похоже, пора было идти на берег.       — Завтра должны начаться съёмки, — со вздохом сказал Демьен, притягивая её к себе за талию и делая движение к берегу. Джулия не сопротивлялась.       — Ты не рад? — с подспудным удивлением уточнила она, шагая в волнах рядом.       — Рад… — уклончиво ответил Демьен. — Но хотелось бы больше времени провести с тобой, — усмехнулся он.       — Вот как?.. — с интересом посмотрела на него она.       Выйдя на берег, они вытерлись полотенцами и, поскольку лежать на остывающем песке Джулия не хотела, Демьен начал собирать вещи.       — Я тебе ещё одно место покажу, — сказал он. — Там и ополоснуться можно.       Сев в машину, они через несколько минут приземлились в центральной части Джонс-Бич.       Шагая по дощатому настилу вдоль пляжа, Демьен позволил себе обнять Джулию за талию. Тёплый береговой бриз обдувал горящее лицо и мокрые волосы, закатное солнце освещало деревянную набережную, и снова накатывало головокружительное ощущение, словно он погружался во что-то приятное, волнующее, смутно знакомое, но неуловимое. Наслаждаясь необъяснимой ностальгией, Демьен вёл Джулию к бесплатным душевым, где можно было полноценно ополоснуться после купаний.       Ему было приятно идти с ней в обнимку. Казалось, все смотрят на них, — кто с завистью, кто с восхищением, а кто с умилением, — и это было неудивительно рядом с такой красоткой.       В отдельных душевых кабинах имелось всё необходимое: шампунь для волос, жидкое мыло, бумажные полотенца. Быстро смыв соль и песок, Демьен какое-то время поторчал у входа в ожидании Джулии.       Скоро появилась и она, обёрнутая в своё белое пляжное полотенце. Демьен уже не раз видел её с мокрыми волосами — даже сегодня, — но почему-то испытал неожиданный прилив влечения.       «Джулия, ты голая под полотенцем?» — крутился вопрос на языке, и сдержать себя стоило немалых усилий. Впрочем, скоро Демьену представилась возможность узнать ответ, когда Джулия переодевалась на заднем сиденье его машины.       Натянув зелёное платье, она стащила полотенце, а потом и мокрое бикини. Сидя на водительском сиденье и предположительно не глядя на неё, Демьен всё видел в зеркале заднего вида. Джулия быстро одёрнула юбку, и всё же он успел заметить проэпилированный лобок и волнующую расщелину. По коже поползли мурашки. Мимолётное, как вспышка, зрелище наполнило его блаженством и страданием. Демьен чувствовал, как возбуждается.       — Поужинаем где-нибудь? — пытаясь справиться с мучительным желанием, предложил он.       Джулия закинула мокрый купальник в пакет и пересела на переднее сиденье.       — Ты знаешь ещё какие-нибудь интересные места? — спросила она и с облегчением поправила мокрые пряди.       — Я много где бывал…       Особо не раздумывая, Демьен привёз Джулию в ближайший ресторан, где иногда они останавливались с женой на выходных после посещения пляжа. Ему было странно снова находиться здесь, но ещё более необычным казалось полное отсутствие каких-либо эмоций. От понимания, насколько мало Шейла значила для него, становилось почти грустно.       Забавно, что официант его помнил. Демьен не акцентировал внимания, но невозможно было не заметить, каким угрюмым и недовольным стало лицо совершенно постороннего человека, когда тот увидел его с другой женщиной. А ведь прошло уже немало времени… Видимо, официант относился к категории людей, придерживающихся философии «раз и навсегда».       Джулия тоже с удивлением заметила нетипичное выражение на лице парня. Не желая пускаться в объяснения и рассказывать о бывшей жене, Демьен старательно делал вид, что ничего не происходит.       Поскольку Джулия хотела чего-нибудь лёгкого, заказали яичный крем с водорослями и рыбу по-корейски с имбирём и зелёным луком.       — Ждёшь сообщения от агента? — спросила она через время, видя, как он изучает экран мобильного телефона. — Или Эверард написал?       — Нет, — смутился Демьен. — Просто просматриваю репертуар кинотеатров. Может быть, сходим в кино?       — Сегодня?! — удивилась Джулия.       — Нет? — с улыбкой уточнил Демьен. — Устала?       Джулия неопределённо повела плечами и посмотрела в окно. Солнце зашло, хотя город по-прежнему окутывали томительные летние сумерки.       — Во сколько тебе завтра на съёмочную площадку?       — В десять нужно быть на месте… Хотя ещё толком ничего неизвестно. Сценарий у меня на руках, — быстро добавил он. — Однако вызывные листы ещё не рассылали.       — А где будут проходить съёмки? — с интересом спросила Джулия, поднеся бокал к губам.       — В разных местах… — уклончиво ответил Демьен. — Завтра — в Верхнем Вест-Сайде, у Музея естественной истории.       — М-м!.. — многозначительно протянула она, глотая рислинг. Демьен так и не понял, чем обусловлена такая реакция.       — Думаю, тебе лучше выспаться, — наконец со вдохом сказала Джулия. — Завтра всё же важный день.       Демьен готов был убеждать её, что в первый день съёмок обычно идёт раскачка. Но кто знает… Может, и правда лучше не начинать ответственный проект с таким расхлябанным настроем.       Подвозя свою спутницу, Демьен остановился за квартал до особняка и припарковался на обочине. В период одиночества он исходил тут всё вдоль и поперёк, и прекрасно знал, какой удачный открывается вид с холма.       Демьен чувствовал, что насыщенный день измотал Джулию и она готова прощаться. Знал, что завтра начинаются съёмки и ему тоже было бы неплохо выспаться. Да, завтра они не увидятся. Как жаль! И тем сильнее не хотелось расставаться. Внутри разгорался дух противоречия.       Демьен в отчаянии смотрел сквозь лобовое стекло на тихую улицу с особняками. Фонари ещё не горели, и было комфортно. Джулия с интересом за ним наблюдала, но он не решался ответить на прямой взгляд. С ней он становился кем-то другим…       — Демьен, сколько тебе уже? — тихо спросила Джулия.       — Уже можно, — сказал он, и она засмеялась, возможно, тоже вспомнив его давнюю шутку.       — Ну правда, сколько тебе?       — В сентябре будет двадцать шесть, — сказал он со вздохом.       — М-м, — протянула она и с меланхоличной улыбкой обратила взгляд в окно. Казалось, её охватила грусть. Демьен не мог понять почему.       — У тебя всё в порядке? — осторожно спросил он, в свою очередь рассматривая её в сгущающихся сумерках.       — В полном, — не глядя на него, улыбнулась она.       — Ну правда, что случилось? У тебя какое-то странное настроение со вчерашнего дня. Периодически…       — Я старею, Демьен, — с грустной улыбкой тихо сказала она.       У Демьена от изумления распахнулись глаза. Ответ был до того неожиданным и далёким от правды, что он вовремя сдержался, чтоб не рассмеяться.       — Ты это несерьёзно! — выдохнул он.       — Это правда, — улыбнулась Джулия, с любопытством изучая его реакцию.       — Вообще не правда, — засмеялся он, заводя мотор и трогаясь с места. — Ты себя в зеркале, что ли, не видишь? Кто из нас стареет, так это я!       Теперь от его слов фыркнула Джулия. Ну да, она ему не верила, но он-то не замечал в себе никакого замедления процессов! А значит, он взрослел и старился, как обычные люди… И всё же его реакция немного смягчила её настроение. Во всяком случае, Демьен уже не видел меланхоличной грусти в её глазах.       Однако, когда он проехал квартал по дороге, завернул к особняку и заглушил мотор, Джулия вновь со странной отрешённостью смотрела вперёд, не спеша выходить или прощаться.       — Всё хорошо? — уточнил он.       — Да, — ответила она с лёгкой улыбкой.       Демьену вдруг стало страшно. Не могла эта женщина страдать по такому надуманному поводу! Может быть, это сумерки придавали ей такой трагичный вид, но Демьен никогда ещё не видел её настолько хрупкой. И эта необъяснимая уязвимость казалась особенно пугающей на фоне попыток Джулии держать лицо. Может быть, что-то случилось, а он не знал? Может быть, стоило отнестись к её словам с большим вниманием?       — С чего ты вообще взяла, что стареешь? — выдавил он с запоздавшим смятением.       Джулия вновь слабо улыбнулась, но не стала ничего объяснять.       — Мне надо идти, — вдруг сказала она. Её губы дрогнули, и улыбка исчезла. Демьену показалось, что по щеке Джулии скатилась слеза. Не может быть! Это обман темноты!       Демьен всматривался в её лицо, пытаясь в сумерках отыскать хоть какие-то следы возраста, но их не было. Да что за чушь она себе придумала?! И почему до сих пор не включили эти чёртовы фонари?!.       — Прости меня, — сказала она и осторожно, словно невзначай, провела пальцами по щеке.       — Скажи мне правду… — сглотнув, прошептал Демьен. — Это из-за Эверарда? Он себе кого-то нашёл?       — Что? Не-ет! — протянула она.       — А что же тогда?.. Неужели, ты правда считаешь себя старой? — Демьен в отчаянии отрицательно покачал головой. — Прямо сейчас посмотри на себя в зеркало! Ты выглядишь не старше Жаклин! А Жаклин выглядит не старше меня!       Джулия вдруг рассмеялась и с нежной улыбкой положила ладонь на его руку, словно успокаивая.       — Это так мило с твоей стороны… Спасибо.       — Нет, это не комплимент! — запротестовал он, хватая её пальцы. — Это чистая правда! Я не пытаюсь тебя подбодрить! Ну правда!..       Демьен чувствовал, что что-то всерьёз мучает её. И мысль, что это надуманные тревоги по поводу возраста, просто сводила его с ума! Это было столь же нелепо, как переживания его бывшей жены по поводу мнимой полноты. Ох уж эти женщины! Он никак не мог подумать, что у Джулии вообще могут быть какие-то страхи.       — Ты всё придумала! — воскликнул он. — Или… или ты боишься, что возраст может нагрянуть внезапно, как в фильме «Вечно молодой»?       — О боже! — воскликнула Джулия. — Надеюсь, что не-ет!       Они оба рассмеялись, весело переглядываясь.       — Ты видела этот фильм?       — Конечно! Сто лет назад… Удивлена, что ты его видел.       — Недавно смотрели на курсах актёрского мастерства…       — Правда? Ты снова посещаешь курсы?       — Ну да, — хмыкнул Демьен. — Агентство настояло.       — Ясно, — Джулия загадочно наблюдала за его эмоциями. — Тебя это обидело?       — Нет, — Демьен улыбнулся. — Я тоже не против совершенствования.       Джулия всё с тем же интересом изучала его лицо. Демьен вздохнул, с грустью вспомнив о предстоящем прощании.       — Это был такой классный день… — пробормотал он, беря её за руку.       — Спасибо тебе за него, — улыбнулась Джулия.       — Ни фига! Это тебе спасибо, — заржал Демьен. — Без тебя это был бы обычный отстойный поход на пляж.       — Я могла бы сказать то же самое, если бы ходила на пляж… Но да, без тебя это был бы обычный отстойный день в гостях у сестры.       Демьен заулыбался, с обожанием рассматривая её лицо.       — Джулия, ты такая красивая!.. — выдохнул он. — Не смей больше говорить, что ты…       Он не успел закончить фразу, потому что Джулия подалась к нему лицом и накрыла его рот губами. Демьен задохнулся. И тут же сердце встрепенулось от восторга, когда она переместилась ему на колени.       Они запоем целовались в темноте. Лихорадочно обвивая её талию и не отваживаясь спустить руки ниже, Демьен не мог поверить в происходящее. Голова кружилась.       В этот момент зажгли фонари. И сразу стало чрезмерно светло.       — Как некстати… — прошептал он.       — Удачи тебе завтра на съёмках, — шёпотом ответила Джулия, поочерёдно оставляя пьянящие поцелуи на его веках, скулах и губах. — И спасибо за незабываемый уик-энд…