Правда

      — Кто ты? — Девушка склонила голову набок, закусив нижнюю губу. Мидей сжал челюсти, отчего на лице проступили скулы. Они находились на расстоянии вытянутой руки, мужчина мог с лёгкостью дотронуться до неё. Ощутить под грубыми пальцами нежную кожу. Но не делал этого.       — А ты как думаешь? — Она играла с ним. Изводила своими дразнящими вопросами и провоцировала на опрометчивые поступки. И ей это нравилось. Девушка не скрывала этого.       Мидей молчал, скользя горящим взглядом по вытянутой и обнажённой ноге. Он понимал, что она соблазняла его. И очень охотно вёлся на это.       — Так ли важно, что я думаю? — Гелия усмехнулась, не отрывая от Мидея взгляда. Отрицательно качнула головой. Копна шелковистых волос заманчиво повторила движение хозяйки. Затем, вытянув указательный палец, поманила мужчину ближе к себе.       Мидей охотно подчинился, придвинувшись ещё ближе. Теперь он мог ощутить аромат, исходивший от девушки. От неё веяло приятным запахом лотоса. Это натолкнуло его на воспоминания десятилетней давности.       В комнате, в которой Мидей очнулся после того, как его вытащили из Реки Душ, на круглом столе у окна всегда стояла ваза с букетом цветов. Яркий ликорис, завораживающий своей опасной красотой, и лотос, поражающий мягкой. Мидей всегда считал это странным сочетанием, но, тем не менее, цветы на деревянном столе всегда были свежими.       В течение года, который он проводил за тренировками, восстановлением и учёбой, каждый месяц тот домик посещала девушка. Она и незнакомка перед ним казались ему похожими, будто это один и тот же человек. Мидей должен был обращаться к той девушке «госпожа». Её имя он узнал перед своим отъездом вместе с Гераклом, но с течением времени оно попросту забылось.       — Ты в моём храме, Мидеймос. — Девушка дала ему маленькую подсказку, поняв, что мужчина о чём-то размышлял. Она довольно ухмыльнулась, когда до него начало доходить.       Мидеймос.       Полным именем к нему обращались крайне редко, но госпожа называла его только так.       — Гелия... — Наконец он понял. И вспомнил. За десять лет девушка нисколько не изменилась: какой была, такой и осталась. — Но... ты настолько богата, что выкупила храм? — Мужчина скептически выгнул бровь.       Царившую здесь тишину разрезал мелодичный женский смех. Мидей, не ожидавший такой реакции, удивлённо взглянул на неё. Он искренне не понимал происходящего, хотя всегда считал себя сообразительным. Её полная грудь сотрясалась от смеха, привлекая к себе внимание Мидея. Он тяжело сглотнул и отвёл взгляд.       — Твоя версия мне нравится больше, — отсмеявшись, девушка взглянула на мужчину с весельем. Но в один миг серьёзность вернулась, как и тишина. — Тринадцатая богиня, дарующая спокойствие, надежду на спасение и светлое будущее. Люди молятся, желая получить моё благословение.       Между ними повисло молчание, нарушаемое еле слышными шагами служительницами храма. Мидей будто в первый раз взглянул на девушку, с жадностью впитывая каждую черту её красивого лица. Он скользнул взглядом ниже, рассматривая аккуратную шею и выпирающие ключицы. Мидей остановил глаза на затвердевших сосках, которые призывно выпирали сквозь тонкую ткань платья. Девушка ни капли не смутилась этого.       Мужчина хмыкнул. Затем вернул внимание к её лицу и, осторожно придвинувшись ближе, медленно наклонился к оголённой ноге, призывно вытянутой вперёд. Гелия непроизвольно задержала дыхание, когда ощутила горячие губы на своей прохладной коже.       — Госпожа, — прошептал Мидей. Поцелуи медленно двигались выше. Прямо к внутренней части бедра. Девушка замерла, когда грубые и мозолистые ладони мягко коснулись колен. — Богиня.       — Мидеймос. — Гелия накрыла своими ладонями руки мужчины, кожей чувствуя жар его тела. Низ живота скручивало от желания, кожу обжигали прикосновения.       Мидей тяжело выдохнул и подался вперёд, осторожно раздвигая женские ноги. Одну руку он переместил с колена на бедро, другую — немного поднял выше. Мужчина ощутил прохладные прикосновения на своих плечах. Не стесняясь, девушка проводила подушечками пальцев по линиям татуировкам на мускулистой груди.       — Ходит слух, что ты в Кремносе для того, чтобы свершить месть. — Гелия не отрывала от него цепкого взгляда изумрудных глаз. Мужчина усмехнулся, оставляя поцелуй на плоском животе сквозь тонкое платье.       — Отец меня даже не узнал. — Мидей не хотел возвращаться к этой теме, но почему-то продолжал говорить. Найдя завязки пояса, он с лёгкостью избавился от него. Девушка, не дожидаясь посторонней помощи, сама расправилась с застёжками платья на плечах.       Ткань быстро скользнула на мраморный пол, собравшись в «лужицу». Мидей восхищённо рассматривал стройное и подтянутое тело, затем наклонился, чтобы оставить несколько поцелуев на обнажённой груди. Гелия судорожно вздохнула, ощутив горячий рот на затвердевших сосках. Мужчина с жадностью сжал талию. На бледной коже могли остаться красные следы, но сейчас на это ему было абсолютно плевать.       — Хочешь заполучить благословение богини? — Она запрокинула голову, наслаждаясь прикосновениями к своему телу.       — Хочу, — с вызовом выдохнул мужчина, быстро расправившись с собственными брюками. Он самодовольно ухмыльнулся, услышав вырвавшийся женский стон, когда Мидей коснулся пальцами разгорячённой плоти.       Мужчина ввёл в неё сразу два пальца, настолько девушка под ним была влажной. Помещение наполнил новый стон и хлюпающие звуки.       — Тогда тебе придётся постараться. — Мидей резко остановился и вытащил пальцы. Девушка разочарованно всхлипнула, ощущая пустоту внутри. Распределив собравшуюся влагу по складкам нежной кожи, мужчина прижался к ней налитой кровью головкой члена.       Мидеймос сжал челюсть, когда она сама подалась вперёд, нетерпеливо пытаясь насадиться на возбуждённую плоть. Теперь уже девушка самодовольно ухмыльнулась, вырвав из мужской груди хриплый стон.       Он двигался медленно и размеренно, наслаждаясь их близостью. Впитывал каждое новое прикосновение к своего телу. Она царапала грудь и спину, оставляя красные полосы. Девушка сжимала пальцами волосы Мидея на затылке, слегка оттягивая назад и оставляя на открытой шее багровые пятна. Мужчина в ответ делал то же самое. Красные следы на бледной коже.       Мидей — как ликорис, ядовитый и опасный. Он покрыт чужой кровью до кончиков волос, а его тело испещряли многочисленные шрамы от бесчисленного количества битв. По венам тёк огонь, а в груди горело желание отомстить Еврипону за смерть матери.       Гелия — как лотос, чистая и нежная. Она излучала гармонию и спокойствие, даровала молящимся успокоение и надежду. Её кожа всегда была девственно светлой, как лепестки этого цветка.       Кровь с молоком.       Огонь и вода.