Глава 1.

Трисс очнулась в темноте, лежа на опушке какого-то леса. Место показалось ей смутно знакомым: Брокилон, лес дриад, был первой ее мыслью. Не самое безопасное место на Континенте, но чародейку дриады убивать не станут. Скорее всего. Нужно вставать, иначе могут полететь стрелы. Дриады не любят видеть чужаков на своих землях. Даже чародеек. Трисс встала, держась за голову, и к горлу подкатила тошнота. Она оглядела себя: ран не нашла, но потрогав затылок ощутила что-то липкое и теплое. Она оглядела руку и увидела свою кровь. Сильно я ударилась, похоже. Но вроде ничего не болит и крови немного. Вскоре чародейка поняла, что причина тошноты не в ударе головой, хотя она ощутимо приложилась о раскатистые корни дуба. Причина была в том, что она не узнавала местность, не понимала, где находится. Редания?* Черт возьми, я плохо знаю леса Континента. Нужно было лучше слушать Тиссаю в Аретузе. Может, хоть по растениям пойму в какой я стране. Трисс снова огляделась, пытаясь обнаружить знакомую флору. На ум ничего дельного не приходило. Вдруг чародейка услышала шаги и хруст веток под ногами незнакомца. Черт возьми, мы на пороге войны, мало ли кто может тут шастать среди ночи. Наверняка, разбойники! Нужно спрятаться. Трисс вытянула руку перед собой, чтобы наколдовать щит и скрыть себя от любого прохожего, кем бы он ни оказался во тьме и одиночестве леса, но ничего не вышло. Она повторила движение, и снова ничего. Теперь чародейка ощутила настоящую панику, ведь без магии она не сможет сладить с местными насильниками, убийцами или мародерами, что бы за дыра это ни была. Она лишь надеялась, что это были дриады — с существами нечеловеческой природы она разговаривать умела. Так, спокойно. Я просто сильно ударилась головой. Моя магия вернется ко мне, это вопрос времени. Это просто стресс. Да. Как там учила Тиссая? Дыши, Трисс. Трисс не придумала ничего лучше, чем просто спрятаться за дубом, к которому так услужливо перенес ее портал. Шаги тем временем становились все отчетливей, хотя, нужно отдать должное, поступь у незнакомца была тихая. Вдруг человек остановился недалеко от нее. Хотя бы он был один. Возможно, если я возьму палку потолще, то смогу справиться с ним. Он явно не замышляет ничего хорошего. Ха! Когда в последний раз кто-то замышлял что-то хорошее на опушке леса ночью?! Маньяк чертов! Стоя около дерева и молясь всем богам и богиням, чтобы загадочный любитель побродить по лесам ее не заметил, Трисс снова начала думать о том, где находится. Итак. Что я вижу? Дуб, крапива, цветы какие-то, луна... Полная, что ж, уже неплохо — во времени я не перенеслась. Но погода… на Танедде* было гораздо теплее. Здесь же… уже как будто осень… Что?! Этого быть не может! Где на Континенте сейчас жухлые желтые листья?! Да и дух уже осенний… Думай, твою мать, Трисс! — Кто вы и что делаете на территории Хогвартс? Сейчас же покажитесь, или вам не поздоровится! — прозвучало на незнакомом ей языке. Она вздрогнула, услышав этот стальной голос. Он исходил от человека, стоящего от нее буквально в метре. Почему он не подходил? Боялся ее? Она же женщина! Что это за язык? Великая Матерь, я ни черта не понимаю. Я никогда не слышала такого наречия на Континенте. Что делать?! Что он сказал?! И почему он не набросился на меня — явно ведь видел, что я девушка? Рыцарь благородный что ли, так его растак! Голос снова что-то пробасил на непонятном языке, а человек начал приближаться к дубу, единственному укрытию Трисс в этом мире, где магия покинула ее. Что ж, выхода не было. Трисс медленно вышла из-за укрывающего ее, как ей казалось, дерева и подняла руки над головой, показывая, что она безоружна. По-прежнему не понимая, с представителем какого благородного народа Континента она имеет удовольствие общаться, Трисс понадеялась, что этот жест будет понятен без слов. Тем более, слов этого языка она все равно не знала. Представитель неведомого народа Континента выглядел как… типичный чародей Континента. Трисс даже выдохнула: человек явно был чародеем. Но что это за язык? И что за место? — Простите, я… Я не понимаю, где нахожусь. Что это за лес? Вы говорите на общем? Человек в черном нахмурился, что не сделало его и без того неприятное лицо хоть сколько-нибудь более привлекательным, и достал какой-то тонкий прутик из рукава своего длинного плаща. Все-таки тоже надо было палку поднять! Трисс догадалась, что он не понимал ни слова. Типичный чародей Континента не говорил на общем языке Континента, но выглядел очень даже в традициях знакомых Трисс мужчин-чародеев: длинные до плеч темные, даже черные волосы, такая же черная одежда, похожая на длинный кафтан и плащ. Нос крючком, черные, злые глаза и светлая, очень светлая, болезненная кожа. Трисс сглотнула — незнакомец не казался ни безопасным, ни благородным рыцарем, готовым прийти на помощь даме, перенесшейся через портал на другой… Континент? Она знала, что после Сопряжения Сфер* могли появиться параллельные миры, но это не было доказано учеными Континента, хотя все чародеи предполагали нечто подобное. Точно. Я в одном из таких миров. Мне конец. — Я повторяю вопрос, мисс. Кто вы? Что делаете в Запретном Лесу? Вы не должны здесь… — незнакомец вдруг замолчал. — Постойте, вы новая преподавательница Защиты от темных искусств? Чертов старик не нашел лучшего кандидата — очередная бесполезная… бездарность, — последнее слово чародей не-с-Континента выплюнул особенно яростно. Ни слова из тирады этого типа Трисс не поняла, но было видно, что это не приветственная речь. — Я повторяю. Я ни слова не понимаю, любезнейший! Я не знаю, как сюда попала и где я! Трисс решила показать жестами, что не понимает черного человека: показала на него, на себя, на свои губы и сложила руки крестом, надеясь, что чародей поймет. Жесты казались вполне международными. Человек приподнял бровь. Новый преподаватель ЗОТИ — иностранка? Директор совсем из ума выжил. Человек, повстречавшийся Трисс, оказался Северусом Снейпом, профессором зельеварения Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, который в очередной раз вышел в Запретный Лес собрать аконит на полную луну. Со дня на день в школу приедут ученики, так что необходимо было пополнить запасы, да и для Люпина теперь приходилось регулярно делать снадобье. Снейп стоял и смотрел на рыжее недоразумение, испуганно глядящее на него и говорящее на непонятном ему языке. Он никогда в жизни не слышал подобного наречия — оно походило на какой-то восточноевропейский язык типа польского, но Снейп не был уверен, что это и впрямь он. Хотя ни польского, ни другого языка Восточной Европы он никогда не слышал. Кроме редких ругательств Долохова на русском. Что-то здесь не сходилось. На днях должен прибыть новый учитель ЗОТИ, но директор говорил, что в этот раз преподавать будет кто-то из Аврората, учитывая напряженную обстановку в стране и то, что случилось во время Чемпионата по квиддичу. Нет, она не могла быть учителем. Она не могла быть и из Аврората: все авроры говорят на английском, даже иностранцы, что работают по программе обмена боевым опытом. Все-таки не преподаватель. Значит, разговаривать с ней не имеет смысла. Разве что через артефакт-переводчик. Нужно отправить патронуса Дамблдору и не дать девчонке уйти — очень странное появление на территории школы незнакомки в такое время. Снейп сделал жест рукой, что не тронет ее, придерживая палочку указательным и большим пальцами, и поднял ладони перед собой. Затем взмахнул палочкой и произнес заклинание; на опушке появилась лань. Трисс испугалась, что эфемерное существо призвано, чтобы атаковать ее, и уже хотела броситься бежать, но внезапно ощутила такое спокойствие и счастье, что ей захотелось подойти к маленькой полупрозрачной лани и обнять ее. Она засмотрелась на животное и улыбнулась. — Что это за магия? Никогда такого не видела, — Трисс ближе подошла к лани. Снейп усмехнулся — ожидаемая реакция на патронус. От того, кто его никогда не видел. От этой мысли ему вновь стало не себе: что за волшебница, а девчонка точно была волшебницей, ведь маглы не могут попасть на территорию Хогвартса, во взрослом возрасте будет так реагировать на патронус? Пожиратели не могли вызывать патронусов, но на приспешницу Темного Лорда она не очень была похожа, да и Северус наверняка бы ее знал. Или у них в Польше нет такой магии? Как же они тогда защищаются от дементоров? Или дементоров там тоже нет? Вопросы все множились в голове у Снейпа пока он рассматривал девушку. — Альбус, я нашел в Лесу кое-что… точнее, кое-кого странного. Здесь молодая девушка, возможно, сквиб, не говорит по-английски, — проговорил он лани и немного помолчал, в упор смотря на девушку, которая вновь не отводила от него взгляд. — Нам нужно выяснить, кто она. Пошли ко мне кого-нибудь, желательно с артефактом-переводчиком. Снейп вдруг обратил внимание на ее одежду. Он не был экспертом в женской моде, но бился об заклад — так люди в Англии двадцатого века не одевались. По крайней мере, не каждый день и не в лес. Даже волшебницы со странными предпочтениями в одежде такого не носили. Незнакомка была одета в странного покроя платье василькового цвета с богатой вышивкой, весьма открытое, надо сказать, однако шея и грудь были прикрыты, а без того узкую талию утягивал тугой корсет. На ногах незнакомка носила кожаные туфли на невысоком каблуке. Откуда она тут взялась, в лесу, ночью в таком наряде? И тут до Снейпа дошло: она попала в беду, возможно, от кого-то пряталась и неудачно аппарировала. Это объясняет странный наряд, как будто надетый на роскошный прием, и довольно потрепанный вид: волосы девушки сбились в неряшливую рыжую копну, подол платья был изорван, а на руке виднелась кровь. Северус не хотел представлять, что с ней могло произойти и причин такого внешнего вида знать не желал. Трисс же не понимала, что ей делать. Человек явно представлял опасность. Хотя он пока не напал на нее, не пытался убить или изнасиловать, она чувствовала в нем тьму. Но, с другой стороны, разве плохой человек может сотворить такую магию? Эта лань была воплощением всего самого светлого и доброго, что Трисс когда-либо испытывала в жизни. Она вспомнила Аретузу, Йен, Цири и… Геральта. От воспоминания о последнем ей захотелось рыдать навзрыд. Геральт… вот бы он сейчас был здесь. Он бы точно придумал, что делать и вытащил бы ее отсюда. От этого темного человека. Северус заметил, что лицо девушки изменилось, и услышал всхлип. Только этого не хватало, Мерлин! Трисс села на корни дуба, об которые час назад ударилась головой, и заплакала. Северус запаниковал. Лучше бы она кричала, убегала, ругалась, но не это — он понятия не имел, как реагировать на женские слезы. Он увидел, что она задрожала и выругался. Ночи в августе в Шотландии были не самыми теплыми, а девчонка в одном… это даже и платьем нельзя назвать, так, заготовка платья. Он снял мантию и подошел ближе к девушке, на что она моментально вскинула голову и попятилась назад, что-то причитая на своем языке. Идиотка, если я не напал на тебя в первые минуты, то уже не нападу. Снейп остановился и протянул ей мантию. Всхлип и что-то неразборчивое — наверное, поблагодарила. Это точно не польский. Чешский, может быть? Или русский? Пока Снейп погрузился в лингвистические дебри и пытался понять, откуда эта девчонка свалилась на его голову, он услышал визг. Ее визг. Она вскочила и попыталась бежать, показывая пальцем на нечто за его спиной. Северус выхватил палочку и обернулся: ясно, девица испугалась Хагрида. Хмыкнув и облегченно выдохнув, Снейп убрал палочку и обернулся к девушке. Неожиданно было увидеть, что девчонка свалилась без сознания. Неужели добродушный Хагрид так ее напугал? — Профессор Снейп, сэр, я это… Профессор Дамблдор сказал мне, что вы тут... и не один… Я это… взял вот, переводчика. Северус прикрыл глаза: артефакт уже был без надобности. — Спасибо, Хагрид. Ты как раз вовремя. Великан добродушно улыбнулся. — Профессор Дамблдор сказал, что вы здесь обнаружили кого-то… это вот ее, что ли? — Вот ее. Снейп подошел к девушке, все так же неподвижно лежащей у корней дуба, и пощупал пульс. — Жива. Мы так мило общались, а ты напугал ее, Хагрид, — усмехнулся Снейп. — Нужно отнести ее в больничное крыло. Придет в себя и спросим, кто такая и откуда. Сможешь отнести ее? — Спрашиваете! Чай, пушинка! Хагрид подошел к девушке и аккуратно взял ее на руки. — Идем, — сухо скомандовал Снейп. Великан двинулся вслед за профессором зельеварения в сторону Хогвартса с Трисс на руках. Трисс Меригольд из Мерибора, личная чародейка короля Фольтеста, представительница могучей и влиятельной Ложи Чародеек, Четырнадцатая с Холма* и не подозревала, как много открытий ее ожидало.